Текст книги "Самолётиха (СИ)"

Автор книги: Юлия Гордон-Off

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 22 страниц)

  Дозвонилась, доложила Красильникову о том, что со мной произошло и где я нахожусь. Мне приказали сидеть и ждать, меня найдут и решат все вопросы. Скоро меня действительно нашёл здоровенный капитан. От него узнала, что по дорогам в объезд из-за того, что прямую дорогу по левому берегу контролируют немцы, до Волхова набегает почти пятьсот километров. Я как представила себе, что пятьсот километров буду наверно сутки трястись на какой-нибудь давно умершей, но не извещённой об этом полуторке, мне стало совсем грустно. Как оказывается нам в воздухе легко и быстро...

  В принципе капитан был со мной согласен, но вот своей авиации у них не было, но он попробует договориться... А я решила позвонить в отдел ещё раз, может удастся Ивана выдернуть, но его не оказалось, правда удалось поговорить с Митричем, которого попросила за Верочкой съездить и её домой отвезти и объяснить ей, что не нужно волноваться. Почему-то было ужасно стыдно перед Панкратовым, что я потеряла нашего Барбоса, вроде как он мне его доверил, а я его не уберегла. Вот умом всё прекрасно понимаю и знаю, что он меня ни в чём не обвинит и будет искренне радоваться, что я сама жива осталась, но всё равно откуда-то вина внутри сидит. Вообще, про Барбосика я старалась не думать. Когда уходила, он уже почти догорел, по сути, от него остался только остов, перекрученные жаром трубы лонжеронов, подкосы и другие металлические части, мотор упал на землю, видимо его веса не выдержал размягчённый температурой крепёж. Этот дымящийся скелет уже ничем не напоминал моего красавца У-двасика, и от этого больно щемило сердце...

  Тем временем капитан отвёл меня в какой-то пустой кабинет с единственным столом и стулом, где предложил всё случившееся отразить в рапорте. Правда перед этим очень недальновидно сводил меня в столовую, где мы с ним на пару съели по тарелке жидкого рассольника и по порции варёной картошки с куском солёной рыбы. После солёной рыбы выхлебала две кружки жидкого едва сладкого, но горячего чая. Села за стол и начала старательно писать...

  Каково же было моё удивление, когда обнаружила себя уютно свернувшейся в углу кабинета на полу с парашютом и планшетом под головой и что меня будит какой-то сержант с повязкой на руке, дёргая за штанину комбинезона: «Товарищ лётчица! Вас найти велели!»... Вскочила, обтёрла лицо от остатков сна. Мельком глянула на лист, на котором значилось только: «П/полковнику Николаеву. Рапорт.»... Вот это я дала! И ведь даже ручку аккуратно пером на чернильницу положила и в углу спать завалилась! Пошла за сержантом, как выяснилось, к телефону.

  Звонил Красильников. Сегодня мне приказано остаться здесь, а завтра меня прилетит забрать Иван или другой связной самолёт. А пока написать подробные рапорты по полёту и как добралась до штаба. Уточнил, взяла ли я расписку за доставленный пакет? Сказал, что мной будет заниматься какой-то лейтенант Власков. Едва вышла из переговорной комнаты, как познакомилась с названным лейтенантом. Пошла обратно в комнату со столом писать, что велено. С завистью и сожалением посмотрела на угол, в котором оказывается так уютно можно спать, но взяла себя холодными руками за тёплое ТУТ, и стала писать рапорты...

  Если бы вы знали, как я благодарна Соседу, за его навыки по написанию рапортов и подобных бумажек. Видимо много он за свою жизнь всякого подобного сочинил, раньше бы умерла, даже просто попытавшись описать, как дошла утром от кровати до туалета. А теперь леплю казенными округлыми фразами, всё по делу и не придерёшься. Описала, как во время полёта была атакована парой мессеров-охотников, что атаковал один, второй вначале не участвовал. Что уворачивалась, как могла и позволяли возможности самолёта. Как во время одного из манёвров вывела немца на большое дерево, от которого он не сумел увернуться из-за чего был повреждён его самолёт и упал. А на меня в отместку накинулся второй. Но мне удалось от него пару раз увернуться, а потом посадить на поляне повреждённый самолёт и быстро его покинуть. Самолёт был почти сразу расстрелян на земле немцем и сгорел. Как потом я пошла смотреть место падения мессера. Как нашла на дереве труп вылетевшего из самолёта немецкого пилота. Полезла за его документами, выяснила, что немца звали Курт Майзелес в звании гауптмана. Разбирать дальше готическую вязь, которой кто-то старательно выписывал его документ, желания не было. Вообще, даже в руках держать его бумаги противно, меня аж потряхивало от брезгливости, сверхчеловеки – хреновы! Вдвоём на девушку в безоружном тихоходном самолёте и то не справились! Уроды! Но в рапорте написала имя и звание немчика. Кроме этого указала, что кроме личных документов изъяла планшет с картами и бумагами, а также личное оружие. Опять пришлось лезть в планшет, чтобы написать номер пистолета. Кроме этого указала, что забрала и передала жителям деревни в благодарность за помощь в доставке меня к штабу немецкий парашют, на всякий случай указала, что парашют был повреждён и ценности не представляет. (Хотя, как-то слышала разговор, что наши изучали немецкие парашюты и выяснили, что наши ПээЛки по многим параметрам гораздо лучше для лётчиков. В частности, вопрос покидания самолёта на больших скоростях, наши парашюты гарантированно работают на скорости до трёх с половиной сотен километров в час, а немцы смогли добиться только двухсот*. А вот шёлк немецких парашютов мягче и более гладкий на ощупь.) В заключение написала координаты мест падения обоих самолётов и что попросила местных жителей, в частности старшего там деда Николая, чтобы при первой возможности снял шильды с моторов обоих самолётов и сдал в милицию под протокол.

  После окончания писанины успела попасть на ужин и мне нашли место в расположении связисток штаба. Девочки на меня косились, но не лезли с разговорами. Ведь войдя я сразу представилась: «Мичман Луговых. Пилот связного самолёта штаба фронта. Сегодня буду ночевать у вас.» Про себя подумала, что вот бы они удивились, если бы узнали, что рядом с ними бывший радист-дальник. А моё мичманское звание для них возможно звучит куда суровее какого-нибудь капраза. Стена между нами стала железобетонным монолитом, когда я, как-то не задумываясь, разделась и оказалось, что под комбинезоном у меня роскошное и нарядное тёмно-зелёное шёлковое бельё, а на ногах хоть и простые, но чёрные чулки с подвязками к поясу в комплекте к остальному белью. Вы представляете, как это смотрелось со стороны? Сочного тёмно-зелёного цвета шёлк с глянцевым отливом из которого великолепно по фигуре сшиты бюстье с полуоткрытыми чашечками, каких сейчас никто ещё не делает с бретелями не посредине, а с боков, ближе к подмышкам, и нижняя часть до талии, как корсаж утягивающий, хотя и не утягивает, слава Богу, своя талия имеется, из такого же шёлка красивая нарядная сорочка, к ним трусики и пояс. Я сама к нему уже так привыкла, что не задумываюсь даже, а вот для них моё шёлковое роскошество с вышивкой и кружевами явно стало шоком.

  Сложила планшет и оба своих пистолета под подушку, парашют задвинула под кровать, сняла шлемофон и распустила косу. Скинула комбинезон, тельняшку, сняла бельё и чулки, натянула на босые ножки сапоги, и в одних трусиках потопала в умывальню наслаждаясь ощущением отпущенных на свободу из косы и не прижатых шлемофоном распущенных волос. В умывальнике обнаружила оставленную кем-то тёплую воду, которой с удовольствием ополоснулась. Нашла зеркало, в котором осмотрела своё лицо, на котором не нашла никаких следов аварии, пара ссадин не в счёт. Сосед уже раз сто говорил, что у меня хорошая фигура, стесняться мне нечего. Чуть дисгармонировал свежий синяк над левым коленом, это я ударилась об торчащую рукоять управления дроссельной заслонкой, когда вылезала из кокпита, но мина почти королевского величия на моей мордочке делала эту мелочь несущественной. Вернулась в спальню, надела комбинацию, завязала не туго узкой лентой волосы в низкий хвост. Местные девочки едва не лопались от любопытства, но ко мне приближаться не рискнули. Всё-таки ВВС и пилоты – это каста и статус, не маленький, замечу. А тут ещё и звание морское – непонятное с тельняшкой в придачу. Да, ну и фиг с ними, я упала на выделенную кровать и провалилась в сон...

  Когда встала и одевалась обнаружила, что мои бюстье и пояс явно были подвергнуты самому тщательному изучению, потому, что складывала я их иначе. Вообще, не знаю даже, есть ли в наших ВВС ещё хоть одна лётчица, которая летает в таком же роскошном белье, как у меня. Но для меня это уже стало привычным и по-другому я себя уже и не представляю, не дай Бог отвыкать придётся. Вначале, когда мне всю эту красоту только пошили, и я без дрожи в руках это чудо в руки взять не могла, Сосед мне очень жёстко мозги прочистил, что нужно быть последней дурой, чтобы относиться к хорошему белью, как к праздничному платью на выход. Он объяснил, как про лифчик уже говорилось, но и остальное красивое бельё, что эта красота нужна не для показа кому-то, а для меня самой и это бельё нужно для того, чтобы его носили каждый день, а не хранили где-нибудь в дальнем загашнике. И только сельские дуры услышав название «нарядное бельё» проводят прямую аналогию с праздничным туалетом и берегут такое бельё для особых случаев или внучкам передать по наследству. А «нарядное» для белья – это всего лишь способ продавцов подчеркнуть, что бельё красивое и можно за него больше денег взять, и носить такое должна уважающая себя дама, а не любая лохушка, которая его оценить не в состоянии.

  В принципе его слова не отличались по смыслу от тех, что говорила моя любимая мамочка. И я стала носить, и даже заметила, что с разного цвета комплектами у меня немножко разное настроение. А уж как приятно его на своей коже ощущать, это словами вообще не передать. В самое жаркое время я под комбинезоном обходилась одним боди. Летом и так не прохладно, а ещё на аэродроме самолёт даже под масксетью нагревается, в небе тоже солнце палит, под кустик в тень не спрячешься, и от мотора жаром пышет. Вот поэтому в одном шёлковом боди под хлопчатым комбинезоном, не переставая восхищаться мастерством Марии Николаевны и её волшебных золотых рук, которая при минимуме возможностей сумела сделать такое чудо. И так было иногда смешно, думать о том, что все эти суровые мужчины вокруг в осадок выпадут, если я свой комбинезон скину и, встав на цыпочки, в своём очаровательном боди мимо продефилирую. Так, что теперь девочкам-связисткам есть о чём поговорить и что обсудить не на один вечер темы им подкинула. И вообще, многое у меня из привычных рамок выпадает, мало мне красивого белья, так ещё и Браунинг мой думаете никто не оценил? Ой! Плохо вы девушек знаете, что они такую перламутровую красоту не заметят...

  Наутро меня нашёл Власков, который быстро сводил на завтрак, и мы поехали на аэродром истребителей, от которых сегодня был запланирован борт в Волхов. До наших добралась уже в середине дня. Иван едва не визжал, когда я подарила ему очки немца. Как он объяснил, немцы делают какое-то покрытие, благодаря которому эти очки даже позволяют смотреть в сторону солнца и меньше устают глаза. Мне это было не интересно, но мне была очень приятна доставленная Ивану радость. Хотя, даже трогать их лишний раз мне было противно. Пистолет и запасную обойму сдала Митричу, который старательно всё зарегистрировал в своих приходно-расходных книгах. Планшет со всеми документами и картами вместе с рапортом сдала Николаеву, после чего поехала на аэродром виниться перед Панкратовым, что не сберегла нашего Барбосика. Верочка оказалась на аэродроме, оказывается, после звонка Мирича, она наотрез отказалась ехать домой и осталась ночевать в полку. Когда обняла и прижала к себе её родное тельце, до сих пор сковывавшее меня напряжение, наконец, отпустило...

  Сдала спасённый мной парашют. Панкратов не мог скрыть своего расстройства. Но на мои неловкие попытки извинений, он рассмеялся, что он расстроен не столько гибелью нашего Барбосика, сколько тем, что мы теперь с ним БЕЗЛОШАДНЫЕ! Вот так я и осознала, что я теперь стала нелетающим пилотом – лётчиком без самолёта, безлошадной...

*– реальный факт. Наши первые парашюты для лётно-подъёмного состава гарантировали успешное покидание самолёта на скорости до 300 км/час, к 1941 году в новой модели сумели эту цифру увеличить до 350 км/час. У немцев эти работы не пошли, и решить проблему им не удалось до конца войны. А то, что предлагалось, было настолько сложным и ненадёжным в использовании, что в строевых частях не применялось. Прошу не путать парашюты лётчиков с другими видами парашютов, хотя и с десантными парашютами немцы не добились первенства. Вот, в чём немцы были чуть лучше – это в качестве самой используемой шёлковой ткани из-за поставок из французского Индо-Китая.

Глава 55

Может ответ на наши письма

  В августе САГ начала операцию по вытеснению финнов с левого берега Свири, на который им удалось прорваться фактически, не встретив сопротивления, когда в ходе начавшегося наступления финских войск в сорок первом всё внимание было сосредоточено на обороне Карельского перешейка и подступов к Ленинграду. В результате вся оборона севернее и противодействие прорыву в направлении Петрозаводска и Олонца оказалась по остаточному принципу, то есть никакая. Когда были сбиты с позиций пограничники и приграничные гарнизоны, сопротивление попытались организовать на подступах к Сортавале и Кексгольму (нашему Приозерску), но соотношение сил было совершенно не в нашу пользу и сопротивление оказалось недолгим и не эффективным. Второй порыв закрепиться и встать в оборону был предпринят уже на подходах к столице Карелии, но финские войска успели подойти к городу задолго до появления реальной обороны, так, что занятие Петрозаводска не стало битвой за город, да и малочисленный гарнизон едва ли мог что-то противопоставить финской ударной группировке.

  К тому возникла ситуация непоняток в разделе зон ответственности между Ленинградским и Северным фронтами. Для каждого из них фокусом и главным были города Ленинград и Мурманск, а Петрозаводск и Южная Карелия для них оказались далёким и докучным флангом. А удара в направлении Олонца и Свири кажется, вообще никто от финнов не ожидал, так, что часть мостов через Свирь даже толком не охранялись. И что могли бы сделать тыловые ВОХРовские караулы против подхода регулярных частей финской армии? Вот в результате такой ситуации и возникло нынешнее положение дел, когда финское наступление остановили уже на левом берегу Свири и врагом были захвачены оба берега почти от Лодейного Поля до Онежского озера. Если быть трезвым и честным, то в тот момент финнов на этом рубеже никто героически, как немцев под Москвой не останавливал, финны остановились сами, по двум причинам. Первое – то, что Свирь как линия раздела зон влияния была предусмотрена соглашениями с Гитлером и не имело смысла воевать за союзников и за территорию с которой придётся уходить. Второе – то, что даже уже захваченный кусок требовалось «переварить» и освоить, а для организации качественного рубежа требовалось снабжение, плечо которого и без наступления уже стало почти предельным.

  В общем, именно во исполнение плана «Барбаросса» и с целью соединиться с войсками союзников, была предпринята прошлогодняя отчаянная попытка прорыва немцев в направлении Тихвина, откуда до соединения с финскими войсками осталось бы уже всего полторы сотни километров, правда это непроходимое почти сплошное болотистое бездорожье. Но этот прорыв удалось локализовать, и освободить Кюхлера и фон Лееба от решения трудной задачи по преодолению этих болот для воссоединения с войсками Маннергейма.

  И вот теперь, во исполнение директивы Ставки ВГК решено выдавить финнов с левого берега Свири, что хорошо не только с позиции освобождения захваченной советской земли, но и с точки зрения организации устойчивой обороны на рубеже и получения в своё распоряжение нормальных рокадных дорог, которых в этом районе очень мало. Сейчас наступление со стороны Вытегры на правом фланге и от Лодейного в направлении Подпорожья уже почти закончилось и финны упорно продолжают удерживать только предмостье у железнодорожного моста и подходы к плотине Свирской ГРЭС. Наступление застопорилось потому, что финны угрожают подрывом обоих объектов при продолжении наступления. И если потеря моста только неприятна и потребует его восстановления в будущем, то подрыв плотины куда более неприятное по последствиям событие. В результате, сейчас обе стороны зарылись на своих рубежах и азартно укрепляют оборону. В сторону освобождённого левобережного Вознесенья из Подпорожья прокладывают железнодорожную ветку, которую дальше планируют связать с Вытегрой и Волго-Балтийским каналом...

  На нашем и Новгородском участках идут почти постоянные столкновения. До сих пор удерживается наш плацдарм в районе Чудово и в левобережной части Новгорода идут почти постоянные бои. Новгородский Детинец уже несколько раз переходил из рук в руки. На центральном участке была предпринята попытка прорыва в направлении Любани по автомобильной и железной дорогам, но немцы успели капитально зарыться и наше наступление остановили.

  Из приятных неожиданностей, по радио услышала, как изумительно Бернес спел «Похоронку». И пусть у него почти нет голоса, но вот гениальность и проникновенность исполнителя у него не отнять. Сначала я услышала, как напевает себе под нос «...если до рассвета доживу...» суровый капитан – НачЛёт бомбардировочного полка. А потом и сама по радио услышала, до мурашек пробирает. Из разговоров поняла, что Бернес уже спел по радио Окуджавовскую «Не верьте пехоте...» и «Если у Вас нету тёти...», народ в восхищении и мусолится интрига, что это за замечательная девочка, подарившая народному певцу такие замечательные песни и что за грузинский юноша написавший одну из них. Вплоть до абсурда, что эти песни сам Сталин написал, а Бернес так его зашифровал «ЮНОШЕЙ», ведь певец сам сказал, что автор в Москве живёт. Последние новости мне под огромным секретом принесла жутко довольная Верочка, вы бы видели её хитрющую счастливую мордашку, когда она мне это всё рассказывала, едва удерживаясь от хохота. В общем, мы с ней насмеялись до того, что вечером животы у обеих болели...

  Очень положительно и эмоционально встретили люди указ о введении знака для родных тех, кто награждён посмертными орденами и медалями, а для воспитанников детских домов в каждом теперь при появлении таких случаев на входе будет стенд, где будут помещаться такие знаки с описанием, за что награждён их воспитанник. В связи с тем, что практика таких награждений уже имеет достаточную продолжительность, сейчас наградные структуры обрабатывают новые награждения и награждения от первого января сорок первого года. По мере выполнения этой работы будут последовательно обрабатываться данные за другие годы. Знак под первым номером был в Туле торжественно вручён матери младшего сержанта погранвойск Егора Васильчикова, который находился в пограннаряде и вместе с напарником встретил врага ночью двадцать второго июня и, будучи раненым в течение почти часа сдерживал врага и не давал переправиться через пограничную речку немецким солдатам. Подошедшее с заставы усиление удерживало рубеж ещё почти три часа, потом при отступлении вынесли тело погибшего героя. Об этом на следующий день после опубликования указа была большая статья в Правде с фотографиями с награждения и самого знака. Мне знак понравился, из середины стилизованного венка на три четверти выступает маленькая копия ордена Красной Звезды, вся подвеска размерами всего два с половиной сантиметра и носится на Георгиевской ленте шириной полтора сантиметра. Даже старое классическое описание «Лента цветов дыма и пламени» использовали не замалчивая, что это традиционная лента русских Георгиевских орденов и медалей.

  Через неделю, был опубликован указ о признании части царских военных наград вручённых до февраля семнадцатого года и разрешение их к ношению. К ним причислили Георгиевские медали и ордена четвёртой степени, орден святой Анны третьей степени, с Анненскими медалями и оружием, орден святого Владимира четвёртой степени без банта и с мечами, наградное оружие «За храбрость». Одновременно была напечатана большая интересная статья, где были объяснены все пункты, почему именно эти ордена и указанные степени. В частности, все перечисленные награды в упомянутых формах и степенях давались за личное отличие в бою, а не за выслугу. Кроме того, объяснялись сроки, что с приходом к власти Временного правительства указанные награды стали вручаться, как попало и этими наградами с грамотами Временного правительства награждали своих сторонников позже лидеры Белого движения во время гражданской войны, что, понятно, делает эти награды недопустимыми к ношению и признанию в СССР.

  Тем же числом вышел указ о новых наградах. Ордена «Отечественной войны» трёх степеней, с разрешением награждать третьей и второй степенью рядовых и младший командный состав, первая степень только для награждения среднего и старшего командного состава. При этом награждение более высокой степенью возможно только при наличии младшей степени, но ношение только одной старшей степени, то есть не прямо запрещено носить рядом несколько степеней ордена. Орден «Славы» или как следует из статута и как называли его в истории Соседа – орден «Солдатской Славы» награждаются только рядовой и младший командный состав армии и флота. У ордена четыре степени, но носятся все, которыми награждён человек. Награждение только за личное мужество в боевой обстановке. «Полный бант» – все четыре степени фактически приравнивают кавалера к званию Героя Советского Союза.

  Отдельным пунктом прописаны полководческие ордена: Орден «Суворова» – за блестящее проведение наступательной операции с минимальными потерями в личном составе и технике от уровня полка и выше. Пять степеней – пятая и четвёртая до уровня бригады, третья и вторая до армии, первая от уровня фронта. Ношение разных степеней запрещено, награждение более высокой степенью только при наличии предыдущей. Орден «Кутузова» – за блестящее проведение оборонительной операции с максимальным сбережением личного состава и ценного имущества. Тоже пять степеней аналогично ордену «Суворова». Орден «Барклая-де-Толли» – за штабное обеспечение действий войск принесшее блестящие результаты. Тоже пять степеней, аналогично предыдущим орденам. Орден «Ушакова» для награждения военнослужащих флота за успешные действия на море принесшие победу. Пять степеней – пятая, четвёртая и третья для награждения среднего и старшего командного состава, вторая от уровня командира корабля, первая от уровня командования флотилии. Ношение и последовательность награждения как у предыдущих орденов. Орден «Нахимова» – могут награждаться не только военнослужащие флота, за успешные действия не на море или на море, но не связанные прямо с боевыми действиями против вражеских флотских сил (Десантные действия, морские конвойные действия, различные виды обеспечения действий флота, небоевые действия на море.) Пять степеней, всё как у ордена «Ушакова», только вторая степень кроме командиров кораблей от уровня командира полка, первая – плюс от уровня командующего корпусом.

  К полководческим орденам объявлены медали за отличие: Медаль ордена «Суворова», медаль ордена «Кутузова» за успешные действия в наступлении и обороне – трёх степеней. При получении первой степени дальше награждение медалью «Фрунзе» – для армии, медалью «Чкалова» – для авиации, обе медали тоже трёх степеней. Для награждения служащих в подразделениях тыла и обеспечения медаль ордена «Барклая-де-Толли» пяти степеней. Для флота медаль ордена «Ушакова» за отличие в морском бою трёх степеней. Для флота, привлечённых сил и за обеспечение действий флота – медаль ордена «Нахимова» тоже трёх степеней. При получении первой степени дальше награждение медалью «Макарова» трёх степеней.

  Для медалей ношение всех имеющихся степеней обязательно, допустима замена ношением наградных колодок на повседневной форме одежды. Этим же указом вводится понятие, вид и правила ношения наградных колодок. Соответственно вводится замена четырёхугольной колодки пятиугольной. Виды лент соответствующих каждой награде и новые правила ношения наград и колодок будут доведены отдельными приказами и опубликованы позже.

  Во время чтения Сосед вспомнил про Орден Александра Невского, про который мы забыли написать, а он был в его истории. В этот раз князя Александра видимо не стали упоминать, вовремя вспомнив, что до революции вроде бы был Орден Святого князя Александра, который правда не нашёл такого же широкого распространения как Орден Святого Равноапостольного князя Владимира, того самого «Красного Солнышка». С другой стороны, по статуту тоже не очень ясно, что с этим орденом делать, почти все варианты полководческих отличий уже охвачены упомянутыми орденами, а награды – не тот объект, где, чем больше, тем лучше. Если задача, чтобы знали и уважали, то «лучше меньше, да лучше». А если навалить кучей, то никто ничего не воспринимает, оценивается «куча», как в истории Соседа воспринимались увешанные килограммами юбилейных медалей ветераны. И мне было бы любопытно спросить кого-нибудь из тех времён, а найдётся ли среди них хоть один из сотни, кто мог бы по планками отличить хотя бы пять-шесть видов наград. И что любопытно, Сосед смог назвать ленты четырёх Орденов и пяти медалей. Красно-жёлтая лента Ордена Ленина, красно-белая – Ордена Боевого Красного Знамени, Красно-серая – Ордена Красной Звезды, георгиевская – Ордена Славы. Сине-голубая медали За Отвагу, серо-жёлтая – медали За Боевые Заслуги, ну, и медаль За Оборону Кавказа, За Оборону Ленинграда, За Победу Над Германией. Многие ли вспомнят больше? А из этого следует, что смысла в планках наград никакого, когда для подавляющего большинства это просто разноцветные фантики, впрочем, и сами награды воспринимаются как просто большой объём брякающего металла, а это недопустимо для государственных наград. Фактически все награду, которые не узнаются по лентам – не существуют, потому, что разницы между такой наградой и октябрятским значком не много. А ведь почти все боевые награды даются за пролитую кровь и боевое отличие... Так, что и хорошо, что не сделали лишний орден...

  В указе так же сообщалось о готовящемся к принятию «Кодекса о наградах», в котором будут сведены все вопросы и правила награждений, наград, их ношения, их лишение и все сопутствующие подробности. Кроме военных вводились дополнительные трудовые награды: Ордена «Трудовой Славы», медаль «За трудовые заслуги» и медаль «За отличие в труде», которые были только перечислены и указано, что статуты трудовых наград и вся остальная информация будут опубликованы в новом Кодексе. В общем, все громко и с чувством переваривали свалившийся сверху вал информации. А я так поняла, что тут не только наши письма сработали, но и частично разговоры со Смирновым проглядывают. Особенно мне понравился пункт о «лишении», отмеченный отдельно. Но мне кажется, что заявленный Кодекс преподнесёт множество неожиданностей для многих, ведь само разрешение ношения целого ряда царских наград без показательного перехода к погонам тоже неспроста... Может, я не совсем точно передала написанное в газете, рассказываю, как сама поняла...

  Но вообще, я как-то зациклилась на нашем довольно спокойном участке фронта. Скоро уже будет год Ленинградской Блокаде, немцы успели капитально укрепиться на Синявинских высотах и по дорогам, так, что к попытке атаки по кратчайшему расстоянию до Ленинграда они очень хорошо готовы. Из Ленинграда успели вывезти почти половину жителей, особенно не задействованных на производствах и детей, а до блокирования города успели создать достаточный запас продовольствия и сырья для городских производств. Сейчас из города по Ладоге везут большое количество произведённой в Ленинграде продукции, про голод в городе ни одного слова, снабжение города, флота и гарнизона фактически не отличается от других мест. То есть заблокировать город и уморить его у немцев не выходит. И если полгода назад над Ладогой кипели страшные воздушные бои, то теперь у северной группы немецких армий авиации не хватает, потому, что все резервы идут на юг, где всё лето разворачиваются основные события. Нет, авиация у немцев есть, и то, что меня в нашем тылу сбили немецкие охотники, самый яркий тому пример. Но вот прервать сообщение с городом по озеру они не в состоянии. Видимо из-за того, что и наша истребительная авиация бОльшей частью привлечена на защиту озёрной трассы, и позволяет немцам летать в наших тылах. В Ленинграде освоили выпуск сторожевиков ПВО, которые обеспечили фактически зенитный зонтик над озером. Как я поняла из рассказов, это какие-то простейшие чуть ли не самоходные баржи, которые из города везут по железной дороге. Но при этом на них установлено до двадцати зенитных стволов на каждом и ДШК – там самый малый калибр. При такой огневой мощи и устойчивой артиллерийской платформе возможности пикирующих бомбардировщиков – основной ударной силы немцев фактически сведены к нулю. Потери с обеих сторон во время этой битвы за небо над Ладогой были большие, но наших лётчиков успевали спасать, ведь они прыгали над нашими кораблями, а вот немцы шли в плен. Как сказал всё знающий Митрич, уже взято в плен больше двухсот только немецких лётчиков, не считая стрелков и других членов экипажей, а сколько не успело выпрыгнуть или не спасли, можете себе представить потери люфтваффе...

  А на юге, я не очень хорошо себе представляю географию тех мест, так, что возможно не совсем точно могу пересказать. По сводкам СовИнформБюро Одесса продолжает обороняться. Армию Манштейна остановили на каких-то Ишунинских позициях на Перекопе, то есть, как я поняла, в Крым не пропустили. По Днепру рубеж держится, и там идут тяжелейшие бои, Манштейн сумел переправиться в нижнем течении, а выше по течению в Днепропетровске идут тяжёлые уличные бои и город держится. Немцам удалось ворваться в Запорожье, но их из города выбили. Только это не самое главное, буквально несколько дней назад передали, что фланговым ударом с севера и благодаря высаженному на берег Каркинитского залива десанту удалось окружить основные силы Манштейна и сейчас окружённую группировку уничтожают. Успешный десант обеспечили силы Черноморского флота под командованием адмирала Галлера. То есть флотом командует уже не печально знаменитый Октябрьский. По этому вопросу выяснилось, что сначала назначили адмирала Алафузова, но поменяли на Галлера уже через полтора месяца, в течение которых он вместо дел флота азартно слал кляузы на предыдущее командование и возбудил больше тысячи дел против командиров флота. Теперь же флот не только помогает снабжению осаждённой Одессы, но и поддерживает защитников огнём корабельной артиллерии. Кроме этого активно содействует удержанию Днепровского рубежа, введя достаточные неглубокой осадки канонерские силы в Днепровский лиман и в нижнее течение Днепра. Вот и десантную высадку успешно обеспечили. Уже сдалось в плен больше сорока тысяч немцев, румын и итальянцев. А наши войска очищают от противника левобережье нижнего течения Днепра.