Текст книги "Магический клинер на контракте (СИ)"

Автор книги: Юлия Галл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 25 страниц)

– Ты думаешь, они действительно смогут помочь тебе развить твои навыки?

– Для меня пока контакт с ними, как попытка лишить нулевого такой необходимой ему подпитки. А пока Иные в Приграничье, это невозможно сделать.

– Я звонил Могилову. Он клянётся на какие угодно условия, но ему необходимо сотрудничество с вами. Ты не передумал?

– После того, как увидел гибель мамы… нет…

– Думал, твой дед так и не решиться показать это…

– Он должен был показать это раньше… Я столько лет прожил с мыслью, что родителям просто не хватило сил справиться с монстром, а оказалось их просто…

– После этого Приграничье изменилось…

– Знаю… Но пока не верю в бескорыстие военных. Лучше я с вами и мрокусами поработаю.

– Что ж, я этому рад.

Остановив машину у дома, Макс уже привычно призвал Уха и, потрепав его по загривку, обернулся, услышав странные звуки. Выйдя на крыльцо, дед с ужасом взирал на Догодягу, что оглядывал ферму и довольно клацал зубами.

– Смерть пришла, – выдохнул дед, теряя силу в ногах. Макс едва успел подскочить к нему и торопливо начать объяснять.

– Да, не смерть это. Мрокус. Милый при чем. Кушать любит готовить.

– Я хороший, – растерялся Доходяга, испуганно смотря, как, тяжело дыша, дед Максима не спускает с него взгляда.

– Дедушка! – Лиза мчалась от дома Миланы. Рядом с ней парил Пусель, а малышня неслась вслед, таща переноску.

– Господи, а когда-то это было тихое место, – дед провел ладонью по лицу, надеясь, что все это окажется миражом.

– Деда… – Лиза с большими, взволнованными глазами уставилась на бледного старика. А тот тяжело вздохнул и, обернувшись к Максу, строго сказал.

– У тебя три дня доказать их пользу. Лучше такую же, как у Хомочки.

– Проще Лизе доказать тебе, что без них она помрет, – заметил Макс, оборачиваясь на сестру.

Пусель, приземлившись на землю, сложил свои перчатки и, поклонившись, представился.

– Меня зовут Пусель, уважаемый Филипп Арнольдович. А моего друга – Доходяга. Не могу вас заверить, что мы так же полезны, как Хомочка, но, может, вы все же позволите нам остаться и показать нам свои хорошие стороны.

– Никак на дипломата учился, – хмыкнул дед. Цвет его кожи стал нормальным и, хотя Макс все еще опасался его отпускать, уже твердо стоял на ногах. – В шахматы играете?

– Я играю, – Доходяга осторожно покачал клешней.

– Н-да, – дед смерил скелета взглядом, посмотрел на Лизу, Макса и махнул рукой. – Пошли тогда в дом. Сыграем партию. Выиграешь у меня. Можете остаться.

– Могу я подсказывать своему другу? – потянулся Пусель.

– Не надо. Я в шахматы с момента рождения играю, – обиделся Догодяга.

Дед хмыкнул и, убрав руки Макса со своего локтя, велел:

– Мы играть пошли, а ты генерала с фермы вытрави. Не дай бог плодиться начнет. Этого я точно не переживу.

Глава 42

Генерал Могилов пролистывал отчеты техников и посматривал на дом Иных. Несколько камер с разных ракурсов следили за всем, что происходило рядом с ним. Прошло три дня с тех пор, как Лагмары вежливо, но настойчиво выпроводили генерала со своей фермы. Рыков посоветовал сохранить хрупкое перемирие. Возразить на это генералу было нечем. Те технологии по улучшению кольца защиты Приграничья, что дал старший Лагмар, уже значительно продвинули их подготовку. Все аналитики обещали успех, но Могилов все еще тянул с решением о включении второй линии кольца, что окончательно отрежет нулевого от внешнего мира.

Запись памяти, что предоставил Максим Лагмар, поражала воображение и привела Иных в замешательство. Первый раз, когда техники Приграничья показали им первую запись, один из Иных попытался выйти из дома. Но его собратья тут же втащили его обратно, ведь на открытие дверей отреагировали не только люди, но и нулевой. Он сформировал физическое тело и замер, ожидая возможности добраться до Иного.

Прошло три дня. Генерал каждый раз давал распоряжения добавлять новую запись и смотрел на реакцию Иных. Но те вновь ушли в глухую оборону. Нулевой же рассеиваться не спешил. Он облюбовал себе одну из вышек и больше не нападал на солдат. Не велся на их провокации, а попытки согнать его с башни отбивал с прежней легкостью. Сидя наверху, он следил за Иными, а Могилов сидел в бункере и наблюдал за всеми.

Рыков отчитывался, что в городе стало спокойно. Эманации третьего потока чистят быстро и без задержек. Сбоев в заклинаниях стало значительно меньше, и больше помощники не нужны. Военные, подправив здоровье при помощи магии и получив артефакты, возвращались в Приграничье. Активность мрокусов значительно спала, так что Рыков спокойно отпустил их, даже отправил с ними Глеба, хотя последний явно был еще на связи с бывшим начальником, так как старый друг был слишком хорошо проинформирован о том, что происходило на Приграничье.

Формирование МРОКа в то же время не спадало. Хотя этому удивляться не приходилось. День празднования столетия открытия Источника неуклонно приближалось, и люди уже праздновали его сейчас. Уличные спектакли, выставки и развлекательные программы во всех парках и центрах завлекали горожан и туристов яркими вывесками и громкой музыкой. Рыков был рад, что вновь появились положительный МРОК, и договаривался о передаче их Лагмарам. Все же поле, накрывшее не маленькую ферму, было впечатляющим, и он осторожно наводил старика на мысль поделиться такой технологией. Делал это из-за желания помочь людям с непереносимостью магии. Госпожа Тихая заметно поправилась на ферме и уже могла самостоятельно гулять на дальние расстояния.

Все надеялись на скорейший, положительный исход в уничтожении нулевого. Радовались, что тот не сбегает за пределы Приграничья и не буйствует на его территории. Нейтрализаторы третьего потока работали без перебоя, и военным проще удавалось контролировать и использовать новые артефакты. Эта надежда на улучшение была столь хрупка, что Могилов не верил в нее. Каждый день и час он ожидал плохих новостей. Но техники отчитывались о готовности второй линии кольца. Офицеры отчитывались о восстановлении атакующих групп и даже усилении их возможностей из-за новых артефактов. И все же… Генерал ожидал какой-то гадости. И чем дольше ждал, тем больше она казалась ему глобальной и непредвиденной. Желая отвлечься от мрачных мыслей, Могилов набрал номер Рыкова и, услышав его голос, предупредил:

– У меня все внутри трясет в ожидании подвоха.

– Ты опять о своем… – Рыков тяжко вздохнул и заметил. – Лагмары предупредили, что пока ты не запустишь вторую линию, нет смысла разговаривать.

– Ты понимаешь, что у меня как раз по этому поводу и тряска. Мне кажется, я не просто кнопку активации защиты нажму, а словно конец света активирую. Иные затаились, нулевой тоже. Лагмары ничего конкретного не говорят, а ты их еще и защищаешь…

– Тебе поорать не на кого? – Рыков явно был в хорошем настроении.

– Не на кого… Все разбежались. Работу работают, на дежурства сбегают…

– Ну поори, я трубку пока вешать не буду.

– Стой, не делай из меня истеричку. Лучше скажи, чем твои заняты?

– Зачем тебе?

– Слушая, что у них все идет спокойно, меня это тоже успокаивает. С интуицией Лагмаров все же приходится считаться.

– Так тебе о Лагмарах рассказать или о моей команде?

– Обо всем!

Владимир Николаевич усмехнулся и, покосившись на стойку, где расположилась Милана и Пусель, тихо сказал:

– Плановый режим работы. Семен и Макс ходят на зачистку подземелья и центров, – Рыков благовидно промолчал, что подземелье сейчас чистит только Ух, но тормошить и тревожить друга не стал. – Мила следит за поглотителями третьего потока. Он уменьшил свое воздействие в половину. Как только ты оборвешь его связь с Приграничьем, за пару дней мы очистим город полностью.

– Ух, и правда, так хорош в очищении?

– Да. Благодаря связи с Максом он открывает свои возможности с новой стороны. Шан изучает возможность выслеживания и определения мрокусов.

– А твои беглецы?

– Пусель и Доходяга теперь прочно обосновались на ферме. Доходяга оказывается великолепно играет в шахматы, и Филипп Арнольдович ему даже разрешил на кухне готовить.

– А их Шеф не против?

– Нет. Он зовет нашего Доходягу учителем и помогает ему с готовкой. Они теперь кашеварят на ферме и нам еду отправляют доставкой. Чувствую, скоро на ремне придется новую дырку делать.

– Вот, что значит сидячая работа. Как твоя рука?

– Нормально. Трещина затянулась, и врачи даже разрешили снять повязку. Мила, правда, пока активничать не дает.

– Правильно делает. А Пусель то так и ездит с ней на работу?

– Да. Макс стекла на заднем сидении затонировал, и тот порой даже не рассеивается.

– Проблем с зеваками нет?

– Нет. Их как-то остановили, так Макс сказал, что это магический спецэффект для выступлений. Ему поверили и отпустили.

– Ты все еще думаешь, что его не стоит трогать?

– Лагмары полезней в добровольном сотрудничестве. В противостоянии мы ничего не добьемся.

– Но если информация о его магии просочится до руководства…

– Ты же сам сказал, они любят доказательства.

– Но четвертый поток уже стабилизируется вокруг него и его сестры. Даже Филипп Лагмар им фонит…

– Именно поэтому мы не должны совершать ошибок. Слишком дорого нам обойдется промах. Лагмаров с их способностью выживать злить не стоит.

– Я согласен. Потому молчу про возможности гражданских. Но если Иные все же вступят в контакт и потребуют Лагмаров, как объяснить это?

– Упомянем их опыт и технологии, что помогли сдержать нулевого…

– Слишком это все неопределенно. Боюсь, если ученые обнаружат источник в телах Лагмаров, спокойно им жить не дадут.

– Я в такие моменты думаю, как хорошо, что у Лагмаров нет амбиций.

– Я тоже, но, Владимир… Ты можешь представить, чем обернется стычка с Лагмарами?

– Полным провалом тех, кто решит им противостоять. Мне тут Шан скинул характеристики их церберов…

– Чужая сила всегда пугает власть имущих, – перебил друга Могилов. – Порой им проще уничтожить ее, если не могут подчинить и использовать в своих целях.

– Ты с чего об этом заговорил? – нахмурился Рыков.

– Чувствую, что, когда нажму на кнопку активации второй линии кольца, мир дрогнет и прежним уже не будет.

– Возможно, ты прав. Перемены часто пугают, но без них нет роста.

– Выживем ли мы в этом росте? – высказал свое сомнение Могилов.

– Выживем. И знаешь, почему? Потому что мы с тобой все сделали правильно. Несмотря на изолированность Лагмаров, сейчас они помогают нам и у нас сейчас есть два пути, помогать им или не мешать…

Могилов с минуту помолчал, а потом предупредил:

– Сегодня в двенадцать дня мы активируем второе кольцо защиты. Предупреди своих. Мне кажется, простой изоляцией Приграничья это не обойдется.

– Принял. Будем на связи.

Рыков отключился и нахмурился. Могилов не зря поднял вопрос о Максе. Магия в телах людей привлечет слишком много внимания. Даже Иные к ней не равнодушны. Правительство же будет жаждать получить персональный источник сил. Рыков прикрыл глаза, вспоминая видеозапись, где Макс выпустил волну огня. Она уничтожила паутину, но не тронула ни стены, ни тела людей… Владеть таким… Владеть миром, что повернут на магии. Максу действительно нужен учитель, и Иные явно могут его многому научить, но как скрыть способности парня от жадных до власти людей?

– Ловушки очищены. Новый каталог мрокусов составлен. Ученые, Семен и Макс закончили с очисткой торговых центров и скоро приедут на обед, – отчиталась Милана. Девушка, как и ее мать, заметно стала спокойнее в последнее время.

– Присядь. Как там дела на ферме у молодняка? Макс уже успокоился?

– Вы по поводу кукольника?

– Да.

Макс не был в восторге, что кукольник стал обитателем фермы. Но Лиза вцепилась в него и категорически отказывалась отдавать. Благодаря подсказке Уха, Лиза дала мрокусу свою кровь, и тот стал ее фамильяром. Теперь они изучали вязание, плетение, и у Лизы были грандиозные планы по производству вещей и аксессуаров. Планы укрепились после того, как девочка вместе с Миланой посетила выставку, и творческими идеями заразились все в ее компании, а это ни много ни мало тридцать мелких мрокусов.

– Макс – разумный человек. Предупредил Колю, так Лиза кукольника назвала, что, если обидит сестру, лично его сожрет, так как Ух отказался это сделать.

– А как с производством? – усмехнулся Рыков кровожадности своего подчиненного.

– Дед Филипп им мастерскую выделил. Так они там уже плетеное кресло сделали. Очень удобное и красивое. Коля действительно мастер по вырезке дерева. Мама уже им заказ сделала.

– А материалы?

– У Коли паутина имеет несколько свойств. Так что нити он им делает, деревом дед Филипп снабдил, а краски в закромах у Лизы нашли. Она теперь изучает дизайн и цветовую палитру. Творческая девочка.

– А Голубоглазка?

– Милаха просто. Когда привозим ей позитивный МРОК так свои реснички распушает, попрошайничая, устоять невозможно. Болтает уже целыми фразами.

– А ты сама, что об этом думаешь?

– Хома говорит, что он чувствует тех, кто обладает разумом. Он на своем уровне развития, чувствует, кто ведом инстинктами, а кто способен получить социальные навыки. Так он общался с кукольником раньше и не видел в нем угрозы, так и в Голубоглазке видит разумное существо. Я же пока не готова дать окончательного ответа. Кукольник – он много лет прожил под боком у одного человека. У него был свой опыт и своя цель – спасти маленьких мрокусов от детской жестокости. Сейчас он на связи с Лизой, они проводят много времени вместе. Он читает книги и уже не ловит малышей, а, наоборот, в свободное время вяжет и шьет им одежду. Думаю, связь все же дала ему равновесие и усилило социальную адаптацию. Но Голубоглазка… Лиза ее рассматривает, как позитивного мрокуса. Макс кормит ее позитивным МРОКом и говорит, что она будет опасна только для тех, кто решит причинить ей боль. Я бы хотела с ним согласиться, но все же… я видела, как она своими локонами пробивала в металлической бляшке дырочки для закрепления нитей. Сила и точность удара вызвали у меня мурашки. Я не могу ей доверять так, как Лагмары.

– Когда Пусель и Доходяга соединились в симбионта, Ух сказал, что этому поспособствовала сила Макса. Есть размышления по этому поводу?

– Могу точно сказать, что сила все же есть. Я брала очки, что отслеживают потоки. Макс и Лиза похожи на огонь свечи. Магический фон у них вокруг тела, но когда они с кем-то общаются, касаются чего-то с целью работы, то и вещи рядом начинают светиться так же. Лиза не замечает, но малышня порой делает работу до ее прямой просьбы. Это хорошо видно, когда нужны ножницы или другой цвет ниток.

– А магичить пробовали? – Рыков слишком хорошо знал Милу и ее взгляд, когда она не хотела о чем-то говорить, потому напомнил: – Мила, я последний человек, что подставит Лагмаров. Я обязан родителям Макса своей жизнью и сделаю все, чтобы их защитить. Но я должен понимать, от чего надо это делать или как лучше их прикрыть…

– Лиза и Макс порой пристают к Хоме с вопросами. Он же сам создает себе дома и рассеивает тело для путешествий под землей и сквозь стены. Лиза порой делает попытки, она может спокойно зажигать свечу и подхватить из стакана воды размером с глоток. Смеется, что теперь ей не нужна трубочка для воды. Но она в какой-то момент боится этих сил. А еще сказала, что не видит смысла развивать их. Всё, что у нее есть, она может или купить, или сделать своими руками.

– А Макс?

– Он более дотошный. Вечерами они уходят с Хомой в поля. Прикрываются тем, что выполняют заказ деда на удобрение земли, но если я прошусь с ними, не отказывают, и я слушаю, о чем они говорят, и вижу, что делает Макс. Он, в отличие от Лизы, не делает попыток зажигать свечи или контролировать воду. Он пытается почувствовать эту энергию, пытается контролировать ее и понять, что она может ему дать. Хома же рассказывает, как укрепляет свое тело, как снимает усталость, как отслеживает мрокусов, и даже, как улавливает их социальные навыки. С последним пока не сильно понятно, но вот с остальным… Я видела, как Макс, укрепив тело, приподнял сенокосилку голыми руками, а она весит несколько тонн. Видела, как он отследил полевку и полет стрекозы. Я вижу, как он, общаясь с Голубоглазкой, рассказывает ей сказки и гладит по волосам, и эта кроха словно светится от счастья. И еще… он говорит с мрокусами. Со всеми. Спрашивает об их силах, как они делают ту или иную магию. Он учится. Изучает, но пока не готов демонстрировать остальным свои навыки.

– А Филипп Арнольдович?

– Скажем так, Доходяга был единственным, на кого он отреагировал так бурно. Малышня его забавляет, и он порой сам приносит им что-нибудь со словами: «Вдруг пригодится». Мама говорит, последние три дня он или командует Хомой, где ему погулять, или что-то чертит в планшете. Когда Макс приходит с работы, наблюдает за ним, но говорит только о повседневных делах. Хотя…

Девушка задумалась, и Рыков переспросил:

– Хотя, что?

– Макс как-то заметил, что такое поведение деда подозрительно, но он пока не может понять, с чем это связано. Или он что-то придумывает, и Шана ждет новый экстаз от новинки магической техники. Или у Макса будет новая головная боль по преобразованию фермы. Как я поняла, у деда такое случается раз в десять лет.

– Филипп Лагмар похоронил всех своих братьев и отца. У них была большая семья. Каждый из них имел свои сильные и слабые стороны. Но старик был лучшим из всех своих братьев. Если у тех что-то не получалось, они шли к нему, и тот решал поставленные вопросы. Если сейчас, на фоне всего происходящего, он о чем-то размышляет, это действительно важно. Если я попрошу тебя напрямую спросить его об этом, сделаешь? Можешь даже ссылаться на меня.

– Так, может, сами его спросите? Скажу Максу, что приглашаю вас на ужин, а так как едим мы до сих пор у них дома, заодно пообщаетесь.

– Сегодня не получится. Генерал предупредил, что в полдень запускают вторую линию защиты. Так что я сегодня на дежурстве.

– Думаете, это как-то отразится на нас?

– Не знаю. Но генерала потряхивает знатно, и я начинаю нервничать. Иные повели себя слишком странно. На фоне их сдержанности показать искреннюю заинтересованность в видео, что им показали, было уже невероятно. А то, что Иного остановили его же собратья, говорит, что и в их особняке не все гладко.

– Сколько их сейчас там?

– Если никто не умер из-за возраста, то девять. Первые три прошли один за другим спустя десять лет после появления первого Иного. Потом еще разом пришло трое. Они единственные, по моему мнению, кто прошел через Источник осознанно. Они не сразу направились в особняк, а еще около получаса разглядывали Приграничье. И пошли к особняку только тогда, когда за ними пришли их собратья. В тот раз впервые мы видели их всех вместе. Но ни радостных объятий, ни радостных приветствий тогда не было. Семеро Иных стояли кругом и глазели друг на друга, а после ушли в особняк, как и прежде проигнорировав людей. После прошли еще двое. Последнего я даже лично застал. Это было в мой первый год службы еще рядовым бойцом. Он вышел из Источника, огляделся и, увидев особняк, направился к нему.

– Странные они. За такое время никаких попыток связаться с нами. Словно мы пустое место.

– Но все же… Они отреагировали на магию матери Макса и на видео… Думаю, не будь нулевого, они бы вышли с нами на контакт.

Мила кивнула, покосилась на часы, до двенадцати оставалось совсем не много времени.

– Как думаете? Они следят за нами? – неожиданно поинтересовалась она.

– Разумеется, – Рыков посмотрел на Милу. – Почему ты спрашиваешь?

– Мне вдруг показалось, что лучшее время, чтобы сбежать Иным от нулевого, это как раз момент активации второго кольца защиты. Тот меньше чем за минуту полностью отрежет Приграничье и зону отторжения от нулевого. Благодаря деду Филиппу защиту там поставили такую, что нулевой не пробьёт и, если Иные знают об этом…

– То постараются сбежать именно в этот момент, – кивнул Рыков, понимая мысли Миланы. – Я скажу об этом Могилову. Но у меня возникает тогда другой вопрос. Куда они рванут?

– Думаю или искать артефакт, что остался после смерти мамы Макса, или его самого. Там на нескольких видео мелькало его лицо.

– Согласен, тогда, придержи парней после обеда. Посмотрим, что за новости придут с Приграничья после двенадцати.

Глава 43

– Девять, восемь, семь, – монотонный голос начал обратный отсчет для включения второй линии кольца зашиты. Его становление было очень важным, и следили за ним не один десяток глаз. Кольцо полностью меняло защиту Приграничья и сбор магической энергии. Одна ошибка, и все могло пойти не так. Сборщики энергии могли забуксовать. Две линии войти в резонанс друг с другом и не создать нулевую зону без магии. Защита не справиться с атакой нулевого, а то, что монстр будет атаковать, никто не сомневался. Потому все приграничье было в полной боевой готовности.

– Шесть, пять, – на датчиках включались зеленые лампочки, говоря о готовности и исправности всех заклинаний и техники. Давление, напряжение, стабилизация. Всё шло по графику и без отклонений. Филипп Арнольдович лично все рассчитал и предоставил защиту от нулевого. Все делалось в кратчайшие сроки. И руководство, узнав о помощи Лагмаров, одобрило всё без задержек. Могилов понимал, что, не смотря на такую помощь и поддержку, второго шанса не будет. Нулевой учится на своих ошибках и, осознав, что задумали люди, не позволит себя поймать еще раз.

– Четыре, три, – генерал моргнул и положил палец на кнопку активации. Мир вокруг словно замедлил свое движение, и, хотя Могилов понимал, что это невозможно, все же заметил, как все вокруг задвигалось в ином ритме. Техника стала медленней мигать лампочками, голоса связистов зазвучали со странной тягучестью. На экране, где виделся особняк Иных, произошло движение. Слишком стремительное на фоне замирающего мира.

– Д-два-а! – трое Иных выступили в резко открывшемся проеме.

– О-оди-ин! – Могилов понимал, что его палец начинает жать на кнопку, и пластик послушно, хоть и медленно, уходит вниз. На уровне интуиции генерал почувствовал, как где-то в зоне отчуждения дрогнули установки, расправляя поле изоляции. Как наполняются золотом стержни защиты. Одно мгновение, и все заработает!

Иные, сверкнув голубым сполохом, пропали с экрана и в то же мгновение на это место опустился Нулевой. Крутанулся на месте, своей скоростью словно возвращая миру прежние характеристики. Двери особняка захлопнулись меньше, чем за секунды, но нулевой успел вставить свою клешню и заблокировать полное закрытие проема. Особняк вспыхнул оранжевым цветом, и монстр стал менять свое тело, дабы проникнуть внутрь.

На экраны стали поступать показания, что вторая линия заработала и все функционирует. Зона отторжения полностью переключилась на новый функционал сбора магии и контроля третьего потока. Могилов, видя, как нулевой трепыхается у входа в особняк, рявкнул своим:

– Почему стоим? Атаковать! Он вам на блюде подан!

– Генерал, – растерялся помощник, – Но Иные…

– Если он к ним в особняк пробьётся, он их всех на куски порвет.

Несколько парней, в числе которых был и Глеб, атаковали нулевого. Стараясь бить точечно, не задевая особняка, хотели оторвать монстру его клешню, что по-прежнему впивалась в тонкую щель бывшего проема.

– Полный контроль вокруг Источника и особняка, – продолжал командовать Могилов. – Отследить малейшие энерго всплески. Через минуту я должен знать, куда делись Иные!

Техники хмурились, запускали сканирование, делали расширение по периметру, но никаких следов Иных найти не получалось. Зато заметили, как нулевой стягивает к себе свой поток, и предупредили об этом генерала. Тот чертыхнулся и отдал приказ:

– Усилить атаку на нулевого! Эта тварь явно что-то задумала!

В это время в компании Рыков поглядывал на часы. Если бы все было спокойно, Могилов бы непременно позвонил, но… Макс, до этого спокойно сидевший за столом, подскочил на месте.

– Выкладывай, – тут же приказал Семен. Макс нахмурился, явно опять общался с Ухом, а потом как-то растерянно заявил:

– Иные в городе. Ух их чувствует.

– Где? – Мила быстро активировала карту на планшете и сунула ее Максу. И пока он менял масштаб и искал место по подсказкам своего фамильяра, Рыков набрал номер Могилова. Тот неожиданно мгновенно ответил на звонок.

– Да!

– Иные в городе.

Ругань генерала заставила всех подчиненных обернуться на Рыкова, а тот чуть отодвинул телефон в сторону.

– Эти идиоты, за пару секунд до активации второй линии появились на пороге своего особняка. И просто исчезли. Ни следов, ни всплесков. Как они до города добрались?

– Телепорт? – предположил Макс, а Семен с интересом поинтересовался:

– Почему идиоты-то? Жить-то хочется.

– Нулевой пробил защиту их особняка, – Могилов наблюдал, как его парни атакуют монстра. Действовали слаженно и быстро. Нулевой отбивался и дергался, как насекомое, что застряло в ловушке. Но при этом свою клешню из особняка не вытаскивал. Это не нравилось генералу.

– Если он доберется хоть до одного Иного, – предупредил Макс, – то сможет покинуть Приграничье.

– Пусть только попробует, – рыкнул Могилов, замечая, как его парни все же отбили нулевого от особняка, и тот, быстро восстановив все свои конечности, бросается в атаку на парней. Защитные сполохи положительного Мрока неожиданно стали весомой преградой против атак монстра, и, осознав это, нулевой вернулся на свою вышку, сделав невероятный прыжок в несколько десятков метров. Генерал недовольно поморщился и предупредил Рыкова:

– Нулевого от особняка отогнали. Высылаю отряд для захвата Иных.

– Подожди, – остановил его Рыков. – У нас данные, что они мечутся по городу. Пока появляются в скрытых местах. Новостей о свидетелях их появлений нет. Если придут твои парни, это только привлечет внимание.

– Предлагаешь мне их оставить?

– Они не уходят за город. Кажется, что-то ищут. У меня, в отличие от тебя, есть возможность их отследить. Как что-то прояснится, свяжусь с тобой.

Владимир Николаевич отключил звонок, Могилов с пару минут смотрел на темный экран и кинул телефон помощнику:

– Все сообщения от Рыкова доставлять сразу! Активировать программу «Заслон», мы должны уничтожить нулевого.

– Но он пока не нападает… – попытался было вразумить генерала один из связистов, но Могилов так на него зыркнул, что мужчина отвернулся к экрану и приступил к оповещению об активации программы. Генерал набрал на своей панели несколько команд и предупредил:

– Подготовить мой костюм.

– Генерал. Вы не должны…

– Я прекрасно знаю, что я должен, – рыкнул военный. – Я должен удержать и уничтожить нулевого в Приграничье. И чем быстрей, тем лучше. Если он осознает, что его отрезали от основного мира, он опять попробует сбежать.

Рогов же, отложив телефон, наблюдал, как Макс делает новые отметки, где появлялись Иные. Мила догадалась первой.

– Они ищут тебя! Парк, выставка, лекторий. Это те места, где ты был на днях. А торговый центр и детская площадка вы сегодня оттуда вернулись.

– Тогда почему сюда не пришли? – поинтересовался Семен.

– Здесь защита. Она так же установлена и на машинах. Так что передвижение вряд ли могут отследить, – заметил Шан. – Банальный способ это проверить, выйти Максу на улицу.

– Я против, – нахмурилась Милана. – Пока мы не выясним, с какими намерениями они ищут Макса…

– Как ты это выяснять собралась, сидя в бункере? – поинтересовался Семен. Макс посмотрел на Рыкова.

– Я хочу встретиться с ними. Все же сканирование памяти для них делали именно для этого.

– Один не пойдешь, – это хором сказали все присутствующие, даже Ух, что следил за прыжками Иных.

– Владимир Николаевич, вам надо остаться, – заметил Шан, – вы руководитель. Должны координировать нас.

– Тогда и тебе там делать нечего, – заметил Рыков. – Ты техник и отсюда должен координировать нашу защиту. А я, в прошлом, хотя бы привлек их внимание.

– Вот вы втроем и координируйте по своим задачам, – заметил Семен, останавливая назревающий спор. – Владимир Николаевич руководит, Милана следит, а Шан страхует. Я же пригляжу за Максом. И, думаю, Иные быстрей выйдут на контакт, определив свое численное превосходство.

«Я рядом. Никакого превосходства», – тут же откликнулся Ух.

– Я с вами! – Мила свирепо уставилась на Семена.

– Не стоит, – Макс перехватил девушку за руку. – Ты и Пусель действительно должны все зафиксировать. Генерал Могилов не простит, если ему не дадут такие данные. И ещё я не хочу тобой рисковать. Мы с Семёном сможем быстрей сориентироваться в ситуации, если не надо будет тебя прикрывать.

Мила нахмурилась, но на удивление Рыкова спорить не стала, только предупредила:

– Пока не разрешу, из бункера ни ногой. Шан, мне надо камеры, что противостоят магическим сполохам.

– Зачем?

– Потому что все камеры в местах появлений Иных вырубились. Работали только те что с анти магической защитой.

Пока Семен, Мила и Шан занялись камерами и защитой, Макс набрал номер Лизы.

– Ты где?

– В город собираюсь.

– Что-то срочное?

– Нет. Я договорилась с Алексом встретиться по поводу младшего резерва в университет. Он обещал принести данные по факультативам.

– Свяжись с ним. Пусть на ферму приедет. Пока воздержись от поездок в город.

– Макс!

– Разрешу на Хоме покататься.

– Я тогда Алексу скажу, что бы Димку с Плюшкой взял, пусть с нашими малышами поиграет на свежем воздухе.

– Вот и умница.

– Макс. Что-то серьезное?

– Почему ты спрашиваешь?

– Не знаю… Мне тревожно.

– Все хорошо. Со мной Ух, ты же знаешь, он сожрет всех, кто попробует меня обидеть.

– Держи его рядом.

– А ты Колю и Голубоглазку.

– Договорились.

– Думаешь, есть необходимость в такой предосторожности? – поинтересовался Рыков, как только Макс закончил разговаривать с сестрой.

– Она сказала про тревожность. Она у меня тоже есть. Вот только не могу сориентироваться, от чего она исходит. С Приграничья или от наших внезапных гостей.

– Военные отогнали нулевого от особняка, – заметил Рыков. Макс нахмурился. – Что не так?

– Отогнали? Или он сам отступил?

– Могилов в любом случае его в покое не оставит. Монстр слишком долго гуляет по Приграничью. Это вызов его профессионализму. А вот Иные впервые за пятьдесят лет покинули Приграничье, – Макс горько усмехнулся.

– Я бы с большим восторгом услышал, что они вышли с нами на контакт. Но они тайком шныряют по городу. Если бы не сила, о которой я ничего не знаю. Если бы не сестра, которая владеет тем же, я бы во всей этой истории был бы наблюдателем.

– Тебе не щекочет нервы, что ты будешь одним из первых, кто войдет с ними в контакт?

– Нет. Мне трудно понять свои чувства к ним. Как прошедший подготовку, я могу держать чувства под контролем, но как Лагмар… Они и их собратья виновны в открытии Источника, они не сделали добровольно ни одного жеста на сближение с человечеством. Не объяснили появление монстров и не сделали за все это время и попытки, что-либо исправить. Так что им понадобилось сейчас? Моя сила? Защита? Я не знаю, но вот быть благодетелем по отношению к ним – желания нет.