Текст книги "Магический клинер на контракте (СИ)"

Автор книги: Юлия Галл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

Глава 40

Оглядев заставленную техникой стоянку, Макс покачал головой. Давно у них столько гостей не было. Лиза неслась вслед за Миланой. Кажется, она уже забыла, что решила расстаться с Алексом и искала малейший повод встретиться с парнем. Два боевых цербера встали рядом с девочкой, и, заметив их, сестра обернулась на брата. Нотот отменять защиту не собирался. Мила окликнула Лизу и, открыв дверцы, запустила охрану в машину. Махнула Максу, и тот благодарно кивнул, хорошо ч то у Милы мозги в нужном месте. Сгрузив остатки от завтрака и перекуса остальных в тазик, Макс вынес все Уху, и тот, не скрывая блаженства, запихивал себе всё за обе щеки.

– Да не торопись ты так, никто не отнимет.

– Зато в дорогу позовут, – заметил фамильяр. – Ты решил встретиться с Иными?

– Если бы дело касалось только меня, я бы не торопился со встречей. Но я хочу понять, что у нас с тобой за связь, и обезопасить Лизу. Кстати, что насчет третьего потока?

– Уничтожу… – Ух яростно откусил кусок бутерброда, и Макс усмехнулся.

– Выглядит кровожадно.

– Он угроза.

– С этим спорить не буду.

Тихо подошел Рыков.

– Филипп Арнольдович ушел с генералом в мастерские. Шан и Глеб с ними. Госпожа Тихая за всеми присмотрит.

– Как вы уговорили деда пустить генерала?

– Поручился за него. Могилов умеет себя правильно вести. Особенно, когда это ему выгодно. Но главное – он один из тех, кто умеет слушать и слышать. Будь он тогда на Приграничье, твои родители бы точно выжили.

– Если вы так говорите…

– А ты не хочешь рассказать об Ухе?

– Мила сказала?

– Предупредила, что, когда проснёшься, все расскажешь. Ты же понимаешь, отсутствие информации может повлиять на нашу работу.

– Понимаю. Но что конкретно вас интересует?

– Всё. Начиная с момента, как ты наладил связь с Ухом.

– Я тогда первый раз чистил контейнеры, и он заговорил со мной. Услышал его голос прямо в голове. По началу решил, что схожу с ума. Все же утверждали, что он мертвый артефакт.

– А он оказывается мрокус… – Рыков оглядел жующего хомяка.

– Нет… Он, – Макс посмотрел на фамильяра, мысленно спрашивая разрешение разгласить тайну его появления. Ух кивнул, затолкал за щеку последний кусочек и внимательно уставился на Рыкова. – Он первый монстр, что прошел через Источник.

Максу и самому было интересно посмотреть на реакцию Рыкова. Тот чуть нахмурился, но более эмоционально реагировать не стал.

– Я хочу знать все, – Рыков шагнул к Уху. – Ты ведь умеешь разговаривать?

– Умею, но общаться предпочитаю с Максимом.

– Почему?

– Он мой хозяин.

– Кто? – Владимир Николаевич удивленно обернулся на Макса.

– Магические штучки. Вот из-за них я и хочу встретиться с Иными.

– Так, поехали на базу. Все же уничтожить третий поток важно. Я не собираюсь давать шанс нулевому вновь проявиться в городе. А по дороге, как раз все расскажешь.

– Ух, ты своим ходом? – Макс обернулся на хомяка. Тот кивнул, тихо задрожал, от чего его шерсть распушилась, а после приняла полупрозрачную форму, и хомяк нырнул под землю.

– Что он еще умеет? – Рыков подошел к месту, где пропал Ух, и потопал по ней ногой. Но та не нарушила своей плотности.

– Иные породили его при помощи заклинания Голода. Он может поглотить все. Убить его не смогли, потому создали портал, и тут он чуть не умер от магической голодовки.

– Как он выжил?

– Сконцентрировал остатки своего тела в зерне и его поглотила полевка. Дальше сработало желание Уха выжить, и он мутировал уже в новой форме. Она помогла ему стабилизироваться, получить физическое тело, но как он утверждает, он по-прежнему магическое существо. В мире Иных монстров, что обладали зачатками разума, призывали для магической связи. Маг делился с монстром своей силой, а тот в ответ становился его помощником и защитником. Когда у меня пошла из носа кровь, несколько капель упало в колодец, и Ух поглотил ее. После этого он сказал, что между нами установилась связь, как у Иных.

– Почему он заговорил с тобой? – Рыков и Максим направились к машине.

– Он утверждает, что я являюсь обладателем магии. Что в моем теле зародился источник, который в будущем будет развиваться, и я сам стану источником магических сил. Именно это позволило ему связаться со мной и закрепить связь.

– Кристалл, что появился в теле твоей мамы…

– Да. Со слов Уха, это было первое проявление магических сил Лагмаров. И он очень заинтересовал Иных. У меня и Лизы он больше, так что Иные не откажутся пообщаться.

– Почему?

– Ух говорит, наши силы для них, как возможность наладить обратную связь с домом.

– Если эта магия есть у тебя и у Лизы… – Рыков дернул бровью, заметив, как два цербера подошли к машине. – Ты решил подстраховаться? – Владимир Николаевич кивнул на собак.

– Да. Они перетягивают на себя мой магический фон, и нулевой не сможет его отследить.

– А в парке?

– Я попробовал использовать свою магию, и она тут же привела ко мне нулевого. Ух сказал, что только потому, что я израсходовал сразу все силы, это скрыло источник магии, и позволило Уху отбить меня у нулевого.

– Почему же Ух не сожрал его?

– После мутации Ух получил не только новую жизнь, но и уязвимость физического тела. При прямом столкновении Ух проиграет нулевому. А если нулевой поглотит хотя бы часть тела Уха, то получит всю информацию, что он собрал за все эти годы. Тогда он осознает, кто мы. Сильные и слабые стороны, и устроит охоту на меня и Лизу.

– Ты потому отказался ехать на Приграничье?

– Не совсем. Дело моих родителей, Ух… – это стало важнее. Тем более, как вы говорите, генерал Могилов на своем месте.

– И все же Приграничье вновь нуждается в Лагмарах…

– Дед не откажет в помощи, если я буду оставаться здесь.

– Ну хоть какие-то хорошие новости.

Макс с интересом рассматривал установки, что встали вокруг города. Ух довольно сообщил, что за два дня их работы концентрация третьего потока в городе значительно уменьшилась, и можно не опасаться появления монстра за переделами Приграничья. Рыков довольно кивнул и, свернув к стоянке, направился вниз. В основном зале военные устроили себе лагерь и отдыхали.

– Семен, есть причины для отдыха? – нахмурился Рыков.

– Три группы на слежении, – отчитался Семен. – Две отправил на смену блоков для поглотителей третьего потока. По мрокусам тишина. Мы даже дополнительные ловушки установили. Но все тихо. Третий поток снизил концентрацию, и мрокусы уже не так остро реагируют на нулевого. Да и мы довольно хорошо почистили их ряды.

– Хорошо, что ты проснулся, – усмехнулся Рыков, хлопнув Макса по плечу. – Хороших новостей все больше.

– Не совсем, – Семен покосился на лифт, ведущий в Хранилище. – Мелкота бунтует. Но вам лучше самим с ними поговорить.

– Идем.

Рыков поторопился к лифту. Хранилище встретило привычным шумом работы ученых. Они переговаривались, вскрывали какие-то части тел мрокусов, сканировали и фиксировали данные. Небольшой участок, что огородили вокруг колодца, был на месте, но попытка войти внутрь показала, что двери заперты изнутри.

– Не понял, – растерялся Рыков и громко постучал.

Доходяга быстро открыл дверь, а, увидев Макса, радостно воскликнул и полез обниматься. Малышня выглядывала из укрытий в виде блоков и мебели. Заметив, что Макс и Владимир Николаевич пришли одни, уже свободней вышли и так же побежали встречать Макса.

– Ты с ними меньше знаком, чем со мной, – проворчал Рыков, – но к тебе несутся как к родному.

– Сила хозяина становится сильнее и ярче, – заметил Ух, поднимаясь из колодца. Макс заметил, что на его появление все мрокусы отреагировали спокойно.

– Я так полагаю, они знают, кто ты? – решил уточнить Рыков.

– Разумеется. Они разумные. Через них я многое видел и узнавал.

Рыков обернулся на закрытую дверь, мелькнула мысль, что ученым было бы интересно изучить такую связь, но тут же покачал головой. Мила категорически запретила говорить об Ухе ученым, заметив, что сбежать тот сможет, а вот им заслужить доверие хомяка уже будет просто невозможно.

– Ты третий поток слопал? – поинтересовался Макс, не удержавшись и потрепав Уха по загривку. Тому такая ласка явно нравилась, и он довольно кивнул.

– Сразу как пришел, – ответил он.

Пусель плавно выполз из-за стоек и приблизился к Рыкову, неся свою переноску.

– Мы хотим покинуть Хранилище, – спокойно заявило дымчатое создание. Малышня словно по команде сгрудилось вокруг него. Доходяга закрутил своей черепушкой. Он смотрел то на свою кухню, то на Пуселя.

– Что произошло? – Рыков явно не собирался отпускать малышню.

– Мила сказала, на ферме тоже проживают маленькие мрокусы, – заявил один из плюшевых зайцев.

– Да, да. Те малыши, что спасли в театре. Они теперь все на ферме.

– Что? – Макс растерянно оглянулся на Рыкова, а тот развел руками.

– Мила и Лиза их после освобождения сразу уволокли в комнату твоей сестры. Даже кукольника.

– Что⁈ А этого зачем? – не сдержался Макс.

– Я попросил, – Ух распластался на полу мягким ковриком. Только глаза умоляюще смотрели на Макса. – На ферме безопасно было. А Лизе кукольник понравился. Она его отругала, что нельзя живых малышей связывать, и тот поклялся, что больше никого не тронет.

– Поклялся? – Макса озарила догадка. – Только не говори мне, что это привидение стало фамильяром моей сестры.

– Пока нет, но их связь налаживается. Так что Лиза его не отдаст.

– Твой дед сказал, Лизу не обижать, – усмехнулся Рыков на растерянное лицо Макса.

– Но не притаскивать же домой всех подряд. Голубоглазку забрала, теперь кукольника…

– Я тоже хочу с Лизой познакомиться, – заметил Пусель.

– И я, – тут же напомнил о себе Доходяга. – Хотя я рад и с вами работать, Максим.

– Так, а теперь расскажите-ка мне про эту любовь к Максиму и его сестре, – оборвал всех Рыков.

– Магия, – пояснил Ух. – Это для вас она простая энергия. Но для таких как мы это источник жизни. Чем счастливей источник, тем больше энергии получают все, кто с ним связан.

– Это может навредить Максиму и его сестре?

– Разве деревьям вредит то, что люди дышат? – заметил Ух.

– Но раньше все так не просились к нему.

– Он стал ярче, – заметил Пусель. – А Мила сказала, Лиза очень радовалась, что на ферме новые игрушки. На ее рубашке было столько тепла девушки, что мы захотели с ней познакомиться.

Малышня дружно закивала. Рыков оглядел Хранилище и Макса.

– Мы, разумеется, собирались найти им новое место, но что скажет Филипп Арнольдович…?

– Если Лиза узнает, что к ней хотят в гости маленькие мрокусы, – уточнил Макс и, заметив сложившиеся в просящем жесте перчатки Пуселя, усмехнулся, – и остальные тоже, то дед ничего не успеет сказать, Лиза просто не даст.

– И все же…

Макс оглядел мрокусов и не устоял.

– У нас есть помещение, довольно большое. Там размещаются церберы на проверку и зарядку оборудования. Там хватит места для всех. Отопление и другие нужды тоже можем устроить. Система за всеми присмотрит. Зато больше не будет угрозы, что негативные их сожрут, – добавил Макс, видя, как морда Уха начинает радостно скалиться.

– Кстати о положительных мрокусах. Мила вернула одного из позитивных мрокусов. – напомнил Рыков. – Может, стоит забрать его к остальным?

– Не думаю. Хозяин игрушки, родной брат Алекса Верного. Думаю, у них в доме негативные мрокусы явно не появятся, а если кто и встретится, то у них хорошая подготовка противостоять монстрам. Мила, в любом случае, предупредила их об угрозе.

– Но подвергать ребенка нападению негативных мрокусов… – протянул Рыков.

– Эту проблему нужно, в любом случае, решать уже сейчас, – заметил Ух. – Зарождение источника в теле семьи Лагмаров не будет единичным случаем. И чем больше таких людей будет появляться, тем больше мрокусов они будут привлекать.

– Иные решили эту проблему радикально, – заметил Макс, – разделили свой мир на нижний и верхний. Но нам подняться в небо не светит. Так что ты прав. Об этом надо будет подумать уже сейчас.

– Что-то мне говорит, – усмехнулся Рыков, – что Лагмары с этим справятся.

– Выбора у нас все равно нет.

Рыков оглянулся на малышей, те замерли в ожидании его решения. Телефонный звонок отвлек его. Милана предупредила, что оборудование госпожи Верной в рабочем состоянии, и ее центр готов помочь их компании сделать слепки с мыслей.

– Только на выходных будет выставка, и лучший день для снятия слепков сегодня.

– Мы тут… – Рыков обернулся на Макса и заметил, как малыши облепили его ноги. Вид у парня был растерянный, а Пусель явно задумался над тем, не оставить ли ему свою переноску. – Мы тут закончили, только решим вопрос с малышами. Ты в курсе, что Пусель хочет на ферму?

– Да. Он просился пожить там, а в компанию будет ездить, как и мы, на работу. Я уже говорила с Филиппом Арнольдовичем. Он сказал, что в свой дом я могу привезти любого, кому доверяю. Насчет малышей… Лиза Лагмар уже строит глобальные планы по кукольному дому, и, думаю, ферма Лагмаров прекрасное, а главное защищенное место для таких как они.

– Почему у меня чувство, что весь мой отдел планомерно сбегает на ферму? – поинтересовался Рыков, но Макс только развел руками. – Хорошо. Сейчас выдвигаемся в научный центр магических технологий. Госпожа Верная готова принять нас сегодня. После заедем за вами, – Рыков остановил спешащего к ним Доходягу, несущего в руках любимую кастрюлю и колпак.

– Может, мы в багажнике посидим? – Пусель покосился на перегородку, за которой работали ученые.

– Да, почему такая паника? – Владимир Николаевич растерялся. – Ученые к вам приставали?

– Нет, но…

– Тут стало много чужих, – Доходяга, не расставаясь со своей кастрюлей, шагнул вперед. – Они часто спускаются сюда примерить артефакты, и мы слышим, как они говорят, что им не хватает живых целей для практики. Мы боимся лишний раз шевельнуться, пока рядом нет вас…

– Владимир Николаевич, – Макс забрал переноску из рук Пуселя и, открыв дверцу, запустил туда маленьких мрокусов. – Может, сразу заберем их.

– Ага, а потом отвечай на вопросы, зачем мы скелета возим по городу.

– У меня есть идея. Пусель, принеси комбинезон Миланы.

Рыков, прислонившись к столу, наблюдал, как Макс заставил Доходягу одеться. Комбинезон повис словно на вешалке, и тонкая шея в темном воротнике притягивала излишнее внимание.

– Отлично, – Макс оглядел Доходягу. – Пусель, теперь ты туда же. Ты же туманное создание, принятие формы для тебя может быть любое. Сделай Доходяге тело. Совмещение ваших тел позволит создать что-то вроде манекена, а он уже, в любом случае, будет привлекать меньше внимания.

Ух чуть привстал и с интересом наблюдал за тем, как Макс, придерживая края комбинезона, ждет, когда Пусель вползет в одежду.

– Магия, – тихо хихикнул зверь. Рыков его услышал.

– Это просто хорошая комбинация возможностей, – заметил он.

– Нет, – Ух покачал головой. – Форма монстра или мрокуса дается изначально. Измениться она может только при помощи магии живого мага, который направляет и подталкивает магическое тело к изменению. Пусель имел только тело гусеницы, но именно Макс позволил ему изменить конечности и объединиться с телом Доходяги. Он помог своим вмешательством создать им симбиотическую связь.

Тем временем доходяга с восторгом оглядывал себя. Его руки в перчатках теперь абсолютно не отличались от человеческих. Шея приобрела хоть и бледноватую, но все же форму, а маска прикрыла череп. Кепка, очки и легкие ботинки завершили облик, и рядом с Максом уже стоял странный паренек, но все же больше похожий на человека, чем на мрокуса.

– Интересно, я чувствую свое лицо, – неожиданно заметил Пусель. При этом его маска дрогнула и зашевелила губами в такт словам. Рыков подскочил, а Ух довольно засмеялся.

– Можно? Владимир Николаевич? – Доходяга заговорил уже своим голосом, но маска так же задвигалась. – Можно, нам поехать с вами. Так хочется посмотреть на город…

– У нас на джипе затемненные задние окна, – напомнил Макс.

– Без ножа режете, – хмыкнул Рыков и махнул рукой на выход.

– Будешь рядом? – Макс подошел к Уху и потрепал его по загривку.

– Да, только контейнеры очищу, что привезли.

– Тебе не плохо от третьего потока?

– Нет. Благодаря нашей связи, я растворяю его без вреда для себя. Зато больше понимаю намерения нулевого и его возможности. Он все еще управляем изначальными формулами разрушения. Разум его подчиняется законам, заложенным в него Иными.

– Что это значит?

– То, что он продолжит разрушать, и нам не получится заставить его отказаться от этой миссии.

– Жаль… Значит придется его все же уничтожить.

Глава 41

Макс поглядывал в зеркало заднего вида и улыбался, как симбионт Доходяги и Пуселя глазеет по сторонам. Рыков сидел с планшетом и пролистывал отчеты Семена и ученых. Порой он хмурился, но, видя улыбку Макса, смягчался и даже сам улыбнулся, когда, завернув на стоянку при научном центре магических технологий, Мила, встречающая их, растерянно замерла, рассматривая неожиданного пассажира.

– Как я тебе? – Пусель козырнул девушке, и Макс был готов поклясться, что даже попытался ей подмигнуть. Жаль, за темными очками, этого не было видно.

– Невероятно. Почему мы раньше с вами такого не пробовали?

– Максим мыслит очень нестандартно, – заметил Доходяга.

– Господи. Невероятно. Доходяга. Я думала, кто-то будет ведущим из вас.

– Мы сотрудничаем, – заметил Пусель.

– Ну что? – Рыков оглядел Милану и Макса, – рискнем взять их с собой? Или пусть в машине посидят?

– А давайте с собой, – Милана неожиданно потерла руками в предвкушении. – Попрошу Ларису Сергеевну им тоже позволить сканирование сделать.

– Думаешь, сработает? – заинтересовался Рыков.

– Э-э, зачем? – опасливо поднял руки симбионт.

– Пусель, это касается тебя. Если сработает, я хочу посмотреть твое прошлое. Ты ведь так мало о нем говоришь.

– Это больно? – поинтересовался Доходяга.

– Я буду первым, – предупредил Макс, – там посмотрим. Но, в любом случае, это будет ваше решение.

– Тогда ладно, – симбионт покинул машину и, прячась за спину Макса, двинулся следом.

В кабинете профессора Верной было шумно. Алекс и Лиза развлекались с Димкой и Плюшкой. Лариса Сергеевна наблюдала за мрокусом и делала какие-то записи у себя в блокноте.

– Разрешите представить, – Мила вошла в кабинет без стука. – Мой руководитель, Рыков Владимир Николаевич, и ваш будущий подопытный, Максим Лагмар.

– Мой брат, – тут же добавила Лиза.

– Приятно познакомиться, – Рыков пожал протянутую руку. – Наслышан о вашей работе. Особенно впечатляют ваши разработки в направлении медицинской реабилитации военных.

– Мой отец был вдохновителем этой работы, – улыбнулась профессор. – Я рада, что это пригодилось. Максим, мне сказали, вы хотите сделать сканирование воспоминаний.

– Да. К сожалению, зарисовать не смогу, а в нашем мире такого не увидеть.

– Заинтриговали, но давайте пройдем к сканеру. Не часто к нам обращаются через военных, мне не терпится начать.

Сканером оказалось большое удобное кресло и шлем с многочисленными проводами. На мягкой подстилке были выложены серебряной проволокой магические формулы, и Макса разместили на них, надев странный ошейник. Лиза под шумок прошмыгнула за остальными и спряталась за стойками с мониторами. Помощники профессора что-то настраивали, косились на подростка, но не гнали, и Лиза расслабилась, уже с улыбкой наблюдая, как на брата надевают шлем, где торчащие провода походили на вздыбленные волосы.

– Сделаем небольшую настройку оборудования, – предупредила профессор. – Чтобы оно считывало именно ваши мысли. Представьте уже знакомого вам человека.

На большом экране появилось изображение Лизы. Вот она, высунув язык, что-то разрисовывает, а вот делает попытку избавиться от брокколи, но дед заставляет ее съесть полезную капусту.

– Отлично. У вас невероятно четкие мысли, – похвалила профессор, игнорируя недовольное сопение Лизы. – Сейчас проверяем и подключаем визуализацию вашего воображения. Представьте в этих картинках неожиданный элемент.

Брокколи на вилке у Лизы ожило. Отрастило себе несколько щупалец и с громким писком рвануло прочь.

– Уже лучше, – фыркнула девочка и подмигнула улыбающейся Милане.

– В принципе мы можем начинать, – заметила профессор. – У вас четкие мысли, и воображение развито в достаточном объеме. Дополнительной настройки не требуется.

– То, что он сейчас представит, можно будет записать? – поинтересовался Рыков, размещаясь так, чтобы хорошо видеть Макса и экран.

– Разумеется. Мы делаем порой обработку изображений, добавляя на них детали с долгосрочной памятью.

– Это как? – Макс повернул голову от экрана.

– Многие моменты мы замечаем, но не зацикливаем на них свое внимание. Например, представляя луг с цветами, мы можем увидеть зелень и яркие вкрапления разноцветных красок, но на подкорке долгосрочная память может персонализировать цветы, и после обработки мы можем разобрать, какие именно цветы видел человек. Такую детализацию мы применяли в работе с военными. После стычек с монстрами они мучались кошмарами, и мы, показывая происходящее, доказывали им, что они пережили этот момент. Многим становилось легче.

– Ага, дед часто говорит, посмотри на ситуацию со стороны, – заметила Лиза. – Это помогает увидеть больше, чем ты видишь изначально.

– У вас очень умный дедушка, – улыбнулась профессор. – Ну что, Максим, готов?

– Да.

Макс прикрыл глаза, вспоминая то, что видел в прошлом. Но на экране все выглядело туманным и расплывчатым. Хотя магические формулы, что создавал Иной, всплыли неожиданно четко и ярко. Профессор удивленно смотрела на картинки, но даже после настроек изображение четче не стало.

– Очень странно, – заметила Лариса Сергеевна, – такое чувство, что это не ваши воспоминания, а вы пытаетесь вспомнить чужой рассказ.

– Вы правы, – нахмурился Макс и, прикрыв глаза, мысленно позвал:

«Ух, ты рядом?»

«Всегда».

«Можешь мне показать снова то, что было тогда в мире Иных?»

«Разумеется».

Когда Макс закрыл глаза, Рыков уже был готов признать, что ничего не получится. Экран пошел белыми сполохами, и от этого «белого шума» профессор вздрогнула, но не успела она окликнуть Макса, как они увидели мир Иных. Огромные деревья, созданные, казалось, из кристаллов, походили на города с магистралями и улицами. Некоторые ветви словно прорастали друг в друга, и дороги уходили вдаль, соединяясь с другими деревьями. Листья были разных размеров, но формой походили один на другой. Сами же стволы были похожи на башни, в которых бурлила и не затихала жизнь Иных, что на фоне деревьев великанов выглядели муравьями.

Рыков даже дышать перестал, видя, как мир наполняли не только Иные, но и монстры. Они служили Иным. Большие и маленькие, они выполняли приказы своих хозяев и следовали за ними, как питомцы. Уже знакомый Иной стал формировать магические формулы, и несколько операторов, помогающие профессору, тихо восклицали, понимая, что такое они могут делать и сами.

– Это же потрясающе! Используя такие слияния, мы можем изменить историю…

Громкий рык новорожденного Голода заставил всех вздрогнуть. Пожирая всех своих собратьев, он вычищал нижний мир, и Макс кожей почувствовал, как люди рядом с ним фонили страхом.

«Ух. А ты помнишь, как появился? Как родился на свет?»

Картинка в голове и на экране моргнула, и появился невысокий Иной. Он нес небольшой мешочек и, бережно прижимая его к своей груди, оглядывался по сторонам, явно опасаясь преследования.

«Почему я вижу его со стороны? – удивился Макс. – Я думал, увижу тебя открывающим глаза».

«МРОК уже витал вокруг него, – заметил Ух, – я же уже существовал в нем. Его эмоции стали толчком формирования моего тела».

Иной тем временем сел на небольшую скамейку и, открыв мешочек, достал нечто похожее на кусковой сахар. Судорожно сглотнул, и уже собирался откусить, как сверкающая голубым сила вырвала у него из рук кристалл, мешок и швырнуло все это вниз.

Несколько Иных, явно смеясь, вышли из воздуха, а их собрат, с ужасом провожая полет еды, закричал полный ненависти и голода. Сверкающая вспышка прошлась по местности, и появилось создание, что поглотило в будущем формулу создания уничтожителя.

– Я… – профессор растерянно смотрела на потемневший экран. Макс, открыв глаза, оглянулся на нее. – Я думала, Иные это высшие создания. Полные мудрости и совершенства…

– Чем больше узнаю их, тем больше разочаровываюсь, – заметил Макс и, закрыв глаза, уже стал давать Уху точные приказы, кого представить и что показать. Рыков вглядывался в сверкающие черты Иного, что принес себя в жертву. Появление Источника на Земле и формирование вокруг него озера. Видел появление первых монстров и гибель первых людей.

– Довольно… – Макс, поблагодарив Уха, вновь открыл глаза и потянулся к завязкам шлема. – Думаю, этого будет достаточно.

– Это… Все это, действительно реальность? – прошептала госпожа Верная.

– Да.

– Но ведь это драгоценные знания. Благодаря им можно выяснить, когда именно открылся Источник…

– Я бы с удовольствием узнал, как его закрыть, – заметил Макс. – Пока монстры будут приходить через него, наши военные будут сражаться и погибать…

Профессор смутилась, но Рыков, тронув Макса за плечо, покачал головой. Не стоит развивать такую тему. Сейчас, в любом случае, это только может привести к ненужным спорам.

– Лариса Сергеевна, а можно нам еще одного мыслителя проверить? – Рыков обернулся на женщину, и та растерянно кивнула.

– Это не больно, – заметил Макс, оборачиваясь к симбионту. – Щекотно, но терпимо.

Пусель покосился на Милану, но возражать не стал и, сняв кепку, уселся на кресло.

– Очки можно снять, – улыбнулась профессор, разглядывая странную бледную кожу.

– Лучше не надо, – заметил Пусель. – Если они не помешают работе, так будет проще.

– Согласен, – заметил Рыков, и Лариса Сергеевна не стала спорить.

Во время проверки Пусель представил Милану. Как она сидит и, жуя бутерброд, просматривает на ноутбуке какие-то документы. А вот проверка воображения заставила девушку вздрогнуть. Рядом с ней неожиданно встал военный, в котором Макс узнал отца Милы. Тот протянул ей руку, и девушка, встав из-за стола, оказалась в большом бальном зале. Военный комбинезон обернулся струящимся платьем, и пара закружилась в вальсе. Мила смотрела на экран. Слезы стекали по подбородку, но девушка их даже не замечала.

– Мила… – Рыков было шагнул к девушке, но та только покачала головой.

– Все в порядке. Всегда мечтала увидеть, как же это могло быть. Спасибо, Пусель. Это было прекрасно…

Лиза не удержалась на месте, подскочила к Милане и спрятала свое лицо у нее на груди.

– Я тоже. Тоже хочу, такое увидеть, – прошептала она, Мила обняла девочку и, наконец, отерев слезы, пообещала.

– Покажем Пуселю фото твоего папы. Может у него получится?

– Простите… – мрокус чуть привстал на кресле.

– Все в порядке. Спасибо, что показал мне такое, – Мила улыбнулась. – А теперь покажи то, что я хотела узнать.

Это было здание старого завода. Несколько мальчишек семи, восьми лет вбежали в бывший цех. Толпа окружила одного и стала толкать его, от одного к другому. Они смеялись, старались сбить мальчика с ног, а тот, сжав зубы, пытался устоять на ногах. Но силы были слишком не равны, и, споткнувшись, мальчик упал. Макс уже ожидал, как свора накинется на ребенка, но тут из темного проема раздался голос, он эхом запрыгал по просторному залу и заставил всех замереть на месте. А после в проеме появилась фигура, похожая на чудовище… Дети бросились в рассыпную, кроме мальчика, что упал. Обхватив лодыжку, он пытался уползти. Но страшная фигура приближалась. И, наконец, с тихим кряхтением опустилась рядом. Мальчик зажмурился, ожидая худшего, но из лохмотьев показались старческие руки и ощупали лодыжку.

– Вывих, – констатировала гора лохмотьев. – Сам не дойдешь.

Руки скинули капюшон, открывая добродушное лицо, испещрённое тысячами морщин.

– Вы не монстр? – удивился мальчик.

– Монстр, – тут же возразил старик. – И я тут живу. А еще ем на завтрак непослушных детей. Ты послушный? – мальчик закивал. – Вот и молодец. Тем более я уже и так позватракал.

Подняв ребенка, старик вынес его из зала.

Мелькали дни. Мальчик приносил еду и оставлял ее в определенном месте. Старик выходил к нему и рассказывал истории. Они смеялись и прощались до следующей встречи. Время мелькало на экране. И вот в один из дней старик не вышел встретить уже молодого юношу. Тот побежал внутрь, а через некоторое время вынес старика на руках. Маска и перчатки упали в пыль рядом с брошенной сумкой с едой. А спустя время юноша вернулся уже один. Он был одет в черный костюм и, не заметив маску и перчатки, сел на прежнее место. Он кричал и плакал, прощаясь со своим другом. Маска, тихо дрогнув, подтянула к себе перчатки и посмотрела пустыми глазницами на парня. А тот спустя время ушёл и больше не возвращался.

– Я никогда не видел у него эту маску, – неожиданно заметил Рыков. – Но теперь понимаю, почему ты, спустя столько времени увязался за мной.

– Вы наполняли то место историями и смехом, – Пусель поднял руки в старых перчатках и снял шлем. – Старик часто гадал, кем вы станете, и я решил посмотреть.

– Спасибо. Вот не думал, что ты настолько связан со мной…

– Кто это? – профессор шагнула ближе.

– Меня зовут Пусель, – симбионт улыбнулся.

– Вы не человек. Верно?

– Дальнейшие ответы и вопросы потребуют от вас подтвердить допуск к гостайне, – заметил Рыков.

– Я попрошу об этом отца, – пообещала профессор.

– Вот тогда и поговорим, – кивнул Владимир Николаевич.

– Почему вы уточнили? – Мила еще обнимала Лизу за плечи. – Есть разница в сканировании?

– Незначительная, но все же есть. Хотя. Я бы больше определила этот момент иным мышлением. Вот только ваш вид, бледная кожа. Неподвижные черты лица, когда вы молчите…

– Вы очень наблюдательны, – усмехнулся Рыков.

– А еще очень любопытна, так что быстро получу допуск.

– Не сомневаюсь, но все же пока расспросы оставим. Насколько помню, вы готовитесь к выставке. Не будем вас отвлекать.

Профессор кивнула, перепроверила записи и, сохранив их на флешку, передала Рыкову. Под его надзором так же стерла все данные сканирования и молча проводила их взглядом из лаборатории. Лиза, увидев в машине переноску с новыми маленькими мрокусами, довольно взвизгнув, понесла их в машину к Милане, и Пусель, не выдержав, тонкой поземкой сполз с Доходяги и отправился за ней следом. Рыков качал головой, мысленно проклинал свое решение позволить мрокусам переехать на ферму. Доходяга тихо сполз на сидение, чтобы его не было видно и, только когда машина вырулила за город, вновь сел у окошка.

– Почему ты не стал записывать, как Ух изменился попав на Землю? – неожиданно поинтересовался Рыков у Макса.

– Не знаю. Сложно объяснить. У меня к Иным двоякое чувство. Я понимаю, что они знают в тысячи раз больше о своей силе, но за столько лет не сделали и попытки помочь. Раскрывать им, что их Голод изменился, попросту не хочу. Пусть хоть какой-то информацией поделятся взамен.