Текст книги "Магический клинер на контракте (СИ)"

Автор книги: Юлия Галл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)

Глава 33

Видя, как Красавица рванула вперед, первой мыслью Макса было прикрыть гражданского. Но Алекс не зря был внуком боевого генерала. Быстро сориентировавшись, он перекатился по грязной земле ближе к Максу и, уйдя от удара острым когтем, скрестил перед собой руки, активируя защитный артефакт. Оценив защитное поле, что раскрылось полупрозрачной сферой вокруг парня, Макс выставил огненный заслон.

На все ушло несколько секунд. Красавица отпрянула от гудящей огнем стены со скрежещущим визгом. Запахло палеными волосами. Но это не заставило мрокуса отступить, распустив в стороны еще несколько своих смертельных жгутов, Красавица попыталась проверить силу пламени. Несколько обгоревших жгутов упало к ногам парней.

– Не лезь без необходимости, – предупредил Макс Алекса, вставая перед ним и контролируя силу огня. – По возможности отступай и прячься.

– Если я отступлю, Лиза никогда мне этого не простит.

– Полезешь, прощать будет некого, – рыкнул Макс, отправляя ледяные лезвия в Красавицу и мешая ей пробить бетонные стены своими локонами. Такое самоуправство не понравилось мрокусу, и, издав яростный крик, она попыталась вновь прорваться через огненную завесу. Голубоватое силовое поле отшвырнуло ее обратно. Покосившись на запястья Алекса, где явно был не простой артефакт, Макс активировал связь через коммуникатор и вставил наушник. Тут же его оглушила истерика от Миланы.

– Ты с ума сошел! Отступай! Она слишком сильная! Вступишь в бой, я тебя лично на куски порву!

– Что происходит? – Алекс, наблюдая за метаниями Красавицы, заметил, как Макс отстранил голову от наушника.

– Да так, очередные угрозы от красавицы… – протянул Макс, раздумывая, что задержало Семена, – Только одомашненной…

– Я все слышу! – визг Миланы услышал даже Алекс и замер.

– Максим! – Голос Рыкова заставил Макса вернуть наушник на место.

– Слушаю.

– Красавиц оказалось больше, чем мы ожидали. Семен с парнями разбирается с ними. Но со старшей придется пока поработать тебе самому. Справишься?

– Да.

– Что за парень рядом с тобой?

– Внук боевого генерала Верного. У него есть артефакт защитного поля.

– Тогда уходите в глухую оборону. Нельзя рисковать гражданским!

– Понял.

– Я проходил военную подготовку, – заметил Алекс Максу, тот задумчиво кивнул:

– Знаю.

Макс удерживал стену огня, но заряд артефакта был не бесконечен и надо было принимать решение, что делать дальше.

«Помочь?»

Связь с Ухом чуть нарушила концентрацию, на несколько секунд пламя опало, но этого времени оказалось достаточно, чтобы увидеть, как старшая Красавица собрала небольшой разноцветный волосяной шар.

«Не светись пока, – остановил Макс Уха. – Не хочу, чтобы на тебя охоту объявляли, как на мрокуса».

«Хорошо… Кстати, помнишь ты говорил, что не прочь был пообщаться с негативным мрокусом?»

«Да». – насторожился Макс.

«Старшая сейчас в тебя именно такого и запустит. Она мелкая, напуганная и не знает, что делать. Сможешь ее сейчас сохранить, то она сможет развить в себе социальные навыки».

«Ты можешь такое определять?»

«Разумеется. Я предпочитаю не пожирать разумных… Летит».

Волосяной шар, и правда, пролетел сквозь огонь, и Макс, не думая о последствиях, подхватил его. Погасил тлеющие места и с интересом рассмотрел. Небольшой, разноцветный, плотный и в тоже время очень легкий. Размером с детский резиновый мяч. В широкой руке парня он был словно игрушка. Старшая Красавица завизжала с той стороны огненной стены, и шарик распустился на локоны. Огромный голубой глаз с детскими ресничками уставился на Макса с ужасом.

– Тише, кроха. Тебя никто не тронет, – Макс старался говорить тихо, но маленькое создание задрожало и спрятало свои коготки внутри волос, так же прикрывая и свой глаз.

«Она чувствует нашу связь и признает тебя сильнее, – предупредил Ух. – Атаковать, не смотря на приказ старшей, не будет».

«Отлично», – Макс, рванув застёжку куртки, сунул кроху за пазуху. Обернувшись к Алексу, спросил:

– У тебя какого уровня артефакт?

– Третьего.

– Отлично. Формируй сферу. Лучше, если сразу подгонишь под рост той зверушки.

– Что ты задумал? – Алекс развел руки и между его ладонями стала разрастаться сфера силового поля.

– Нам надо её задержать, а лучше уничтожить. В прямой атаке она может зацепить тебя, но если мы заблокируем ее в сфере, то она не сможет уйти от огня.

Артефакты делились на три уровня. Первые создавали магию, но та не существовала без отрыва от артефакта. Такими артефактами были кухонные плиты, где над конфоркой вспыхивало пламя, или ножи, где острое лезвие появлялось только, когда человек сжимал рукоять. Артефакты второго уровня могли создавать и отдавать свою магию. Такими пользовались при устройстве водопроводов. Магия создавала поток воды, и та продолжала поступать и сохраняла свои свойства, даже отрываясь от основного источника магической проекции.

Третий уровень был самым сложным, но и самым удобным в использовании. Люди не только могли создавать отдельную магию, но и менять ее форму, сохраняя при этом сущность заложенной магии. Например, Макс мог создать при помощи кастетов как огненную стену, так и огненные снаряды. Поставить ледяной заслон, но также запустить ледяные лезвия. Защитный артефакт Алекса создавал не только защиту на его теле, но и так же мог защитной стеной разлетаться в стороны, укладывая противников на лопатки. А еще мог создать сферу безопасности, в которую можно было поместить объект.

Именно такая сфера сейчас засветилась перед парнями, и Макс, шагнув к ней, посмотрел на Алекса.

– У нас есть только один шанс ее уничтожить. Я сейчас вложу весь заряд артефакта в сферу, ты запустишь ее в то существо.

– Существо? – тихо фыркнул Алекс. – Говорил бы уже прямо, это монстр. Вот только, как оно в город пробралось?

– Меньше вопросов, больше дела, – оборвал его Макс, а Алекс покосился на оттопыренную куртку, где пряталась мелкая.

– Я хочу знать, кто она, – решительно заявил парень.

– Красавица, – хмыкнул Макс. – Готов? На счет три.

– Давай!

– Раз, – Макс одной рукой поддерживал пламя перед красавицей, а вторую руку сунул в защитную сферу. Яркое пламя тут же наполнило ее нутро, превращая в сверкающую драгоценность. – Два, – Макс чуть повернулся и стал ослаблять стену огня, перенаправляя всю магию в сферу. Красавица, заметив, что пламя стало редеть, приготовилась к прорыву. – Три!

Алекс толкнул сферу на Красавицу, а та, устремившись вперед, завизжала, чувствуя подвох. Несколько локонов выстрелило в стороны, пытаясь оттолкнуть сферу и изменить направление движения самой Красавицы. Макс был на чеку, и ледяная магия оборвала попытку отклонения. Пару локонов красавицы вошли в сферу, резко затянув старшую Красавицу внутрь. Обрубая все крики, что она издавала.

– Пока пламя не погаснет, сферу не рассеивай, – попросил Макс, заглядывая сквозь разрушенный блок захвата внутрь коридора.

– Хорошо.

Алекс сделал несколько шагов и сполз по стеночке на пол.

– Владимир Николаевич. Старшая захвачена и скоро будет полностью уничтожена.

– Отлично. Семен с парнями тоже все взяли под контроль. Пока ждите. За вами придут.

Макс садиться не стал, но разместился так, чтобы видеть и сферу, и коридор, что она освещала.

– А ты молодец, – похвалил Макс Алекса. – Хорошо сориентировался.

– Дед часто берет на военные сборы и гоняет с остальными солдатами. Говорит, мама воевать не пустит, но уметь защитить себя и свою семью я должен, в любом случае. Вот не думал, что пригодится.

– Но это не избавило тебя от глупости. Зачем полез в канализацию?

– Я, – Алекс подскочил как ужаленный. – Я хотел поговорить. Хочу доказать, что достоин встречаться и ухаживать за Лизой.

Макс покачал головой. Вот задачку сестра подкинула…

– Я закончил школу с отличием. Подрабатываю на каникулах и помогаю в университете с подготовкой младшего резерва. У меня хорошая семья, и я готов взять ответственность за безопасность Лизы. У меня к ней самые серьезные намерения…

– Я знаю, – Макс посмотрел на взволнованного парня, тот сжал кулаки, явно нервничал и, посматривая на сферу, продолжил:

– Я всегда серьезно относился к отношениям. И Лиза…

– Слишком мала для тебя, – Макс развернулся и, заметив, как Алекс хочет возразить, поднял руку. – Я не сказал, что ты не подходишь. Но моя сестра еще школьница. Да, она встречается с парнями, ищет себя и готова на любые авантюры. Я приглядываю за ней и пока не собираюсь передавать кому-то еще эту привилегию. Тут вопрос не в тебе, а в моей сестре. Сейчас ты ей не пара.

– Я не согласен с этим…

– Твое право так думать, но мое решение в этом деле более значимое.

Макс наблюдал за парнем. Тот был явно недоволен таким развитием разговора, но все же не позволял своему недовольству выплеснуться наружу.

– Я могу его изменить? – Алекс поднял взгляд, и Макс усмехнулся. Прошлые парни сестры, видя его, отступали и сдавались сразу, но Алекс оказался упертым малым. Максу не хотелось отказывать ему. С таким Лиза была бы под надежной защитой.

– Год.

– Что?

– Я дам тебе год. Пока оставь сестру в покое. Через год я подумаю еще раз. Если ты захочешь продолжить ваши отношения, я подумаю. У сестры, в любом случае, сейчас не будет времени на отношения. Ей предстоит тестирование и выбор направлений для дальнейшей учебы. Вступление в малый резерв университетов.

– Я мог бы, помочь ей в этом.

– Если она сама обратится к тебе за помощью, возражать не буду, но первым не лезь. И отношения не должны переступить грани репетитора и его ученика. А я об этом узнаю быстрей, чем ты решишься его нарушить. Второго шанса у тебя не будет.

– Понял. Я все сделаю как надо…

– Ну и отлично.

Макс вглядывался в коридор. Владимир Николаевич сказал, что красавиц оказалось больше, чем они обнаружили изначально. Та же кроха, что боялась пошевелиться у него под курткой. Откуда старшая ее взяла?

– Можно вопрос? – Алекс явно уходить не собирался. Сфера уменьшалась, и Максу стало интересно, что останется от взрослой красавицы. Неужели только куча пепла?

– Задавай. Но не гарантирую, что смогу ответить.

– Это монстр с Приграничья? – Макс отрицательно покачал головой. – Это обитатель города? Он убивает людей? Он один? Хотя нет. Маленький шар тоже был живой…

– Наблюдательный малый, – хмыкнул Владимир Николаевич в наушнике.

– Можно ему все рассказать?

– А он будет готов дать клятву о неразглашении?

– Буду готов! – тут же встрял Алекс.

– Слух хороший. Голова работает, – хмыкнул Рыков. – Рассказывай. Я тоже послушаю. Семен у вас через полчаса будет. Что с красавицей?

– Практически догорела.

– Остатки принесите на базу.

– Хорошо.

Макс говорил осторожно. Добавляя свои наблюдения и пояснения. Алекс кивал и задавал уточняющие вопросы. Это нравилось Максу, и он поймал себя на чувстве сожаления. Такой парень, и правда, был бы надежным спутником для его сестры. Жаль, что пока она увлечена своими мастерами безумного макияжа, но, может, спустя год что-то да и изменится.

Вспоминания о ярком макияже и разноцветных волосах заставили Макса сунуть руку за пазуху и, осторожно подхватив присмиревшую кроху, вытащить ее наружу. Небольшой огонек сорвался с фонарика закрепленного на плече и осветил парней. Сфера уже практически погасла и сумерки наполнили коридор.

«И как с ней разговаривать?»

«Можно как со мной, – тут же отозвался Ух. – А можно словами. Базовый набор слов у нее имеется, и тебя понять она сможет. Видишь, даже не пытается сбежать».

Разноцветная кроха, и правда, сбегать не собиралась. Оплетая пальцы Макса своими прядями, она с любопытством разглядывала его.

– Она негативный мрокус? – Алекс подошел ближе. – Такая кроха. Лиза была бы от нее в полном восторге.

– Уровень ее негатива будут определять ученые, но у нее есть одна особенность, что выделяет ее среди остальных.

– И что это? – Рыков по-прежнему находился на связи.

– Она может обучаться и развивать социальные навыки. Меня она приняла сейчас за старшего. Потому не делает ни попыток сбежать, ни выказывает агрессии.

– Невероятно. Как вернетесь на базу, отдашь мрокуса ученым.

– Владимир Николаевич, а вам самому не было бы интересно узнать, возможно ли адаптировать негативных к социуму? Если я сейчас отдам вам кроху, ее же на части разберут или своим обращением уничтожат все социальные зачатки.

– А не боишься, что она на позитивных накинется?

– Не боюсь. И готов на этот год взять ее на воспитание.

– А давай, – это сказал не Рыков, а Семен, вклиниваясь по внутренней связи в их разговор. – У Шана возьмем датчик питомца и попробуем понаблюдать. Мне тоже интересно, как негативные смогут адаптироваться.

– Но сначала полный спектр анализов и выявление негативных настроек, – заметил Рыков.

– Придется потерпеть, – строго заявил Максим разноцветной крохе. – Но после поедем домой.

Маленький мрокус распластался разноцветной варежкой на руке парня и согласно сожмурился. Семен вышел к ним спустя десять минут. С любопытством потыкал кроху. Та зажмурилась, но агрессии не показала. После взяв с Алекса клятву на крови о неразглашении, они попрощались с парнем и вернулись на базу.

И Макс прошел все девять кругов ада, что напомнили ему похождения в медцентрах на время болезни с дедом. Маленького мрокуса пугали ученые и их инструменты. Макс терпеливо выносил ее царапания и спокойно объяснял, что будут делать доктора, и обещал, что не оставит малышку одну.

Ученые разрывались между изучением маленького мрокуса и странными останками, что появились после уничтожения огнем тела старшей Красавицей. Последние были новинкой, и кроху быстро оставили в покое, выяснив, что та появилась в смеси любопытства, влюбленности и разочарования. В ней были заложены искры познавания нового, желания привлекать к себе внимания и быть в центре внимания. Это так напоминало сестру, что Макс, тихо фыркнув, направился к Шану. Техник уже все приготовил. Они надели на пару прядей крохи небольшие датчики питомца. Макс дотошно объяснил ей, что это знак, что она принадлежит Максу, и он за нее отвечает. Кроха довольно жмурилась и ластилась к ладошке.

– А где Мила? – спохватился Макс, осознав, что с момента стычки со старшим мрокусом девушка исчезла. Шан смутился, но после предупредил.

– Ее Владимир Николаевич в архив сослал. Там ее принципиальность и дотошность очень пригождаются, а монотонная работа успокаивает, – покосившись на спокойного Макса, техник решил добавить. – Она очень хороший друг. А ее наблюдательность не раз помогала даже в моей работе. Последнее время она очень переживала за маму. Ей ведь говорили, что с ней надо прощаться… Мила спасалась в работе… А тут твоя помощь… Мама на поправку пошла. Новый дом… Она сегодня очень испугалась за тебя. Ты бы видел, как она посерела, когда поняла, что Семен задерживается с поддержкой. А еще этот паренек…

– Ты что сейчас пытаешься сделать? – Макс набрал сообщение для Рыкова и, получив одобрительный ответ, взглянул на смутившегося Шана.

– Ну-у. Хотел сказать, чтобы ты не сильно смеялся над ее эмоциональностью.

– Если я и буду это делать, то только после того, как у нее синяки под глазами пройдут, и она перестанет поддаваться на провокации третьего потока. Не подскажешь, где у нас архив?

– Э-э, та дверь. Пройдешь вдоль стеллажей, там будет стол в нише. Мила за ним работает.

– Хорошо. Мы тогда домой.

– Вместе с Милой?

– Да. Ты забыл? Мы сегодня ее маму из больницы забираем.

– О-о, я хотел с вами, но сегодня дел по горло.

– На выходных приезжай. Дед, может, свою очередную новинку покажет.

– Обязательно! А церберы?

– Пропустят. Но если увидишь их рядом с машиной, не пугайся, они любят сопровождать гостей.

– Хорошо, – Шан расплылся в улыбке и вернулся к основной работе. Заглянув под куртку, Макс с интересом рассмотрел, как кроха, свернувшись калачиком, явно задремала, и повернул в архив. Мила перебирала бумаги. Что-то проверяла, сканировала, сшивала стопки и тихо шмыгала носом.

– Пора домой, – осторожно заметил Макс. Мила выпрямилась, перестала шмыгать, а вот свою работу продолжила выполнять с большим усердием. Макс хмыкнул. Подошел ближе и спокойней добавил:

– Пора ехать за твоей мамой. Рыков отпустил.

И вся напускная бравада слетела с Миланы. Плечи поникли, и, сжав пальцы в кулаки, она тихо прошептала:

– Ты хоть знаешь, как я испугалась?

– Нет… Но думаю, пройдет время, и ты начнешь доверять мне больше. Поверь. Я собираюсь умирать только от старости.

Мила обернулась. Заплаканные глаза заставили Макса чуть отпрянуть, но, достав чистый платок, он протянул его девушке.

– У тебя пять минут привести себя в порядок. А то такую красавицу мама не узнает.

– Дурак, – фыркнула Мила, но, схватив платок, быстро пошла на выход и уже в дверях с угрозой добавила. – А за одомашненную еще ответишь…

Глава 34

Видеть светлые коридоры больницы было привычно. Макс еще не забыл, как выхаживал деда, носил ему передачи, общался с врачами. Но без неожиданностей не обошлось. В привычной палате госпожи Тихой не оказалось, а на расспросы Миланы, где ее мама, персонал предупредил, что она переведена в общую палату. И пока Мила пыталась выяснить, зачем это сделали, персонал, странно переглянувшись, принялся вызывать глав врача. Это Милане совсем не понравилось, и ее нервозность возросла. Если бы не ледяное спокойствие Макса, очередного скандала было бы трудно избежать. Но, взяв девушку за руку, парень провел ее по коридорам и быстро нашел нужную палату.

Госпожа Тихая оказалось невысокой, темноволосой женщиной, очень худой и бледной. Но ее лицо озарила улыбка, когда она увидела дочь. И пока та возмущалась, что маму перед выпиской гоняют по палатам, та смотрела на нее с такой нежностью, что Макс предпочел отвернуться, чувствуя не то зависть, не то тоску. Палата была рассчитана на шестерых, и все койки были заняты такими же худыми и бледными людьми. Они с волнением следили, как Мила собирает вещи своей матери.

– Может, ты все же нас представишь? – напомнил о себе Макс. Мила вздрогнула, оглянулась на парня и растерянно взглянула на маму. Та засмеялась и, протянув руку, заметила:

– Вы ведь Максим Олегович Лагмар?

– Можно просто Максим, – парень, шагнув ближе, осторожно пожал протянутую, прохладную ладошку.

– Вы очень похожи на свою маму. Я видела ваше фото. Вы повзрослели, возмужали…

– Вы были знакомы с моими родителями?

– Не так близко, как хотелось. Когда муж возвращался со службы, его внимание Мила позволяла разделять только со мной. Но когда мы все же встречались, ваш отец всегда хвастался вашими успехами, а мама показывала новые фото.

– Надеюсь, – Макс чуть понизил голос, – Мила больше не будет столь строга в общении с другими. У нас на ферме есть один любопытный подросток, ее трудно будет убедить не лезть к вам с вопросами.

– Я не против, если это будет Лиза, – хмыкнула Мила, ставя сумку на кровать и застегивая молнию. – Мама, тебе помочь переодеться?

– Справлюсь. Я же не ребенок.

Пока госпожа Тихая скрылась в ванной комнате, Макс подхватил сумку и собирался спуститься к машине, но тут в палату практически ворвался один из врачей и, заметив Милану, поспешил к ней.

– Госпожа Тихая, вы сегодня забираете свою маму?

– Да.

– Может, вы задержитесь?

– Есть основания? – Макс положил руку на плечо моментально побледневшей Милане.

– Нет, нет. Все в порядке. Я думал вас заинтересует наше предложение. У нас появились квоты на питание и койко-место. Ничего платить не надо.

– Не вы ли день назад торопили меня с выпиской.

– Да, но сейчас много изменилось…

– Не вижу смысла задерживаться. Я уже нашла маме дом и, думаю, что там ей будет лучше, чем здесь. Тем более вы столько времени утверждали, что с диагнозом мамы ничего сделать нельзя, что я вам поверила.

Мила держала себя в руках, и Макс не стал вмешиваться, зато обратил внимание, как пациенты в палате стали заметно нервничать и с волнением смотреть на врача. Мила не понимала, с чего вдруг глав врач, до этого так настойчиво выпроваживавший их, сейчас не отпускает маму, предлагая условия, о которых они раньше могли только мечтать.

Вышла госпожа Тихая и, с минуту понаблюдав за дочерью, прояснила ситуацию:

– Я не хочу здесь оставаться, но, думаю, Глеб Вадимович больше заинтересован, чтобы мы оставили им нейтрализатор. Мне с ним, и правда, очень полегчало.

Мила набрала в грудь побольше воздуха, и врач, уже знавший ее вспыльчивый характер, поторопился:

– Прошу. Нет, я вас умоляю! Последние дни не только вашей матушке стало хуже. Все пациенты в этой палате с таким же диагнозом. Непереносимость активной магии в последнее время обострилась очень жестко. Больница не может найти способ исправить ситуацию. А у нас не один и не два пациента с такими показаниями.

Мила растерянно оглянулась на Макса. Все же это оборудование принадлежало их семье.

– Поймите, их органы словно замирают и перестают функционировать. Я не знаю, как устроен ваш нейтрализатор, но за последний день он стал спасением для всех, кто здесь находится.

– Он уже практически полон, – заметил Макс, видя коробочку в руках госпожи Тихой.

– Полон? – растерялся врач.

– Это оборудование поглощает магический фон, – предупредил Макс, – но заполненный блок останавливает его работу. Так что даже если мы его вам оставим, работать дольше пары часов он не сможет.

– Максим, – госпожа Тихая сжала руки, – может, можно что-то сделать? Всем, и правда, становилось легче рядом с этим аппаратом.

– Больница готова оплатить его покупку, – тут же пообещал Глеб Вадимович. – Скажите сумму, и мы все оформим.

– По поводу продажи поговорим завтра, – остановил уговоры Максим, – для продажи нужно оформить документы и сертификат.

– Мы выставим ходатайство об ускорении процесса!

– Завтра в восемь утра вас устроит встреча?

– Да. Мы все подготовим. Скажите сумму.

– Пока без оплаты. Надо с разработчиком поговорить, – Макс взял нейтрализатор в руки и проверил шкалу заполнения.

– Мама поедет сейчас через весь город, – напомнила Мила.

– До дома его хватит, – успокоил Макс. – Не будем в дороге окна открывать.

– Вы его заберете? – всполошились пациенты.

– Этот да. В машине есть еще один. Он практически пустой, так что на сутки вам его хватит. А утром я привезу парочку пустых. Для его лучшего функционирования двери должны быть закрытыми. Сквозняки исключаются. Если работает кондиционер, то нейтрализатор помещают под его поток.

– Все сделаем, – закивал врач.

– Вы тогда документы на выписку забирайте, – предложил Макс, – а я вещи в машину занесу и нейтрализатор принесу.

Мила следила за мамой, а та, улыбаясь, прощалась с медицинским персоналом и пациентами. Отказалась от кресла, и первая нажала на кнопку вызова лифта. Макс отдал пустой нейтрализатор. Обменялся телефонами с глав врачом и спустился за Милой и ее мамой.

Переживая, как бы ей не стало хуже, девушка поторопилась усадить маму на заднее сидение и, поставив сумку с вещами рядом, заняла место рядом с водителем. Макс спокойно завел мотор и плавно тронулся с места. Госпожа Тихая крутила головой и комментировала украшения города к празднику. Предлагала на пару часов выбраться в город и погулять. Макс кивал, говорил о выставках и площадках развлечений и, покосившись на Милу, заметил, как та плачет.

За последние несколько лет Мила впервые видела, что маме стало лучше. Она улыбалась, строила планы и предлагала перекусить. Девушке хотелось показать ей весь город, накормить самыми дорогими вкусностями, только практически полный нейтрализатор останавливал ее от такой выходки. Отерев слезы, девушка обернулась к Максу и натянуто улыбнулась, показывая, что с ней все в порядке. Повернув на ферму, госпожа Тихая познакомилась с защитниками и обрадовалась, что парочка таких питомцев будет ее охранять.

– Дед ждет вас на ужин, – предупредил Макс.

– Мама только после больницы, – заметила Мила.

– Ну и что? Продукты ты все равно не купила, а у нас лишний повод накрыть праздничный ужин. Тем более вас уже пасут.

Макс кивнул вперед, где у дома Милы маячила фигурка Лизы. Девочка сняла всю косметику и даже надела новенький наряд, который никогда не участвовал в ее экспериментах. Церберы спокойно отнеслись к ней и подпустили к машине, когда Макс остановился и открыл дверь для госпожи Тихой.

– Добрый вечер. Я Лиза, – сестра с интересом разглядывала новую гостью, и та не удержалась, протянула руку и погладила девочку по голове.

– Какая миленькая, – улыбнулась мама Миланы.

– Это мнение обманчивое, – буркнул Макс и тут же получил локтем в бок от сестры.

– Зови меня тётушка Элли, – не обратила внимания госпожа Тихая на такие проделки и, подхватив девочку под руку, попросила: – Покажешь мне тут все?

– Да. С удовольствием!

– Давайте позже, – Макс посмотрел на сообщение, что пришло от Системы. – Дед ждет уже на ужин, и скоро будет активация купола. Да и дома у нас есть чистые нейтрализаторы.

– Пойдемте, я тогда вас провожу к нам, – встрепенулась Лиза.

– Пару минут, Лиза, – Мила усмехнулась желанию девочки быть нужной. – Мы только вещи положим, и я маме ее комнату покажу.

– Мы подождем, – предупредил Макс, ухватывая сестру за воротник и удерживая ее на месте.

– Почему удержал? – надулась Лиза.

– Предупредить хотел, что поговорил с Алексом. Досаждать он тебе не будет.

– Ты лучший!

– Знаю.

– А они к нам надолго?

– Если не задушишь их своим вниманием.

– Ты бываешь таким противным. Не удивительно, что Милана тебя игнорирует, – Макс закатил глаза и тяжко вздохнул. – Нечего из себя жертву строить. Ты когда с девушками начнёшь гулять?

– Когда тебя сплавлю куда подальше.

– И не мечтай.

– Ты сама ответила на свой вопрос. К тому же я тут завел себе одну красотку, – Макс на секунду задумался, стоит ли показывать кроху сестре, но, вспомнив всех ее мрокусов, что светились позитивом, достал маленькую голубоглазку. Та тут же оплела пальцы Макса своими разноцветными локонами и с любопытством уставилась своим глазом на Лизу. Макс тихо фыркнул. Сестричка превратилась в дитё. Личико удивленно вытянулось. Глазки заблестели, пальчики зашевелились в желании схватить игрушку.

– Что это? – восторженно прошептала Лиза.

– Магическое создание. Родители таких как она мрокусами назвали. Если эта кроха не проявит социальные навыки, придется отдать ее ученым.

– Садюга! – Макс даже со своей подготовкой прозевал тот момент, когда сестра выхватила кроху и прижала к себе.

– Она может быть опасной, если ты проявишь негативные эмоции.

– Я уже проявляю. Такую лапушку – ученым! Да они же хуже деда! Наш хотя бы всяких жуков собирает, а те только и мечтают когонибудь вскрыть и испортить. Только посмей ее кому-нибудь отдать.

– Не отдам. Только сама верни.

– Ни-за-что!

Макс хмыкнул, наблюдая, что кроха в руках сестры довольная смотрит по сторонам, не делая попыток вырваться.

– Имя ей дашь?

– Лапулечка!

– Эта Лапулечька может вымахать с меня ростом.

– Красотулечка!

– Мне тебя одной хватает.

– Может Голубоглазкой? – госпожа Тихая подошла вместе с Миланой и отнеслась довольно спокойно к мрокусу в руках девочки.

– Как тебе? – Лиза чуть наклонилась над мрокусом. – Тебе нравится?

– Нравится.

Макс дернул бровью, слыша спокойный девичий голос, а не резкий крик, что слыщал в тунелях. Мила наблюдала за мрокусом и предупредила Лизу:

– Она пока под наблюдением. Если Макс тебе доверяет, то взять ее можешь, но с тебя ежедневный отчет о ее поведении.

– Сделаю, – кивнула Лиза. – Долго за ней надо следить? А что она ест? А ее можно учить? А играть?

– Вот на эти вопросы и ответишь, – остановила Милана словесный поток Лизы. – Макс, отдай ей контроль над датчиками питомца. Если произойдет непредвиденная ситуация и ты столкнёшься с агрессией, жми кнопку защиты.

– У нее для этого Тотошка есть, – заметил Макс, но браслет контроля питомца снял и надел на запястье сестры. – Отчет будешь присылать мне. Я буду передавать Милане. Пропустишь один раз, и Голубоглазка вернется ко мне. По поводу кормежки… – Макс обернулся с Миле.

– Красавицы подбирают активную косметику, поглощают магию, а взамен увеличивают свой объем.

– Косметику… – как-то печально протянула Лиза, и тут же ее личико озарила радость. – Так это же классно! У меня как раз есть то, что ей можно будет скормить.

И пока Макс закатывал глаза, Лиза ухватила Элизабет и повела к своему дому, расспрашивая понравилось ли ей на новом месте. Госпожа Тихая восторгалась домом и самой фермой, выражала желание погулять, и девочка обещала составить ей компанию. Мила подошла к Максу и, взяв его под руку, потащила вслед за ними. Наблюдая, как радуется Лиза, Макс спросил:

– Ты не боишься оставлять маму наедине с Лизой и мрокусом?

– И кого я должна бояться больше? – хмыкнула Мила с улыбкой.

– Пока не решил… Тебя уже отпустило? Я видел, как ты плакала в машине…

– Отпустило, – Мила огляделась и заметила, – тут очень хорошо. Все раздражение, нервозность проходят. Я давно маму такой не видела. Раньше она передвигалась очень медленно. Говорила, что по ощущениям она словно несет на спине целый мир. Иногда за день не могла съесть и половину яйца. Желудок просто сжимался, и еда застревала в трахее. Непереносимость магии для некоторых как смертельное заболевание. И сейчас я получила надежду, что мама поправится. Я так боюсь в это верить… Но рядом с тобой, мне становится спокойней, и я с большей надеждой смотрю в будущее.

– Все будет хорошо.

– Да. Но меня напрягает оплата… Она для меня словно условия надежности…

– Мы же уже говорили об этом. Присмотрись, вы уже платите, – Макс кивнул на Лизу и тётушку Элли, что, взявшись под руки, весело смеялись, обсуждая, можно ли использовать Голубоглазку как модный аксессуар.

– Не понимаю, – растерялась Мила.

– Оглядись. Здесь двое взрослых мужчин, куча мрокусов, но девочка всего одна. Лиза маленькая была, когда умерла мама. Бабушка прожила не так долго, и сестре не хватает женского внимания. Она думает найти это у парней… Но твоя мама уже заставила ее снять с себя косметику. В прошлом, когда дед решил избавиться от всех этих красок, визг три дня стоял, а сейчас она даже обрадовалась, что ими можно Голубоглазку накормить. Так что твоей маме тут безопасно, а нам есть большая помощь в воспитании Лизы.

– Так вот что Филипп Арнольдович имел в виду, говоря, что договорится с моей мамой.

– Ты же не против?

– Не против. Всегда мечтала, чтобы у меня была сестренка.

Телефон просигналил оповещением, что Система запускает установку Купола. В небо ударил высокий золотой столб света и, разделившись на многочисленные нити, накрыл ферму куполом. Через пару минут свет растаял, а Мила удивленно обернулась на Макса.

– Через пару дней твоя мама сможет гулять по ферме без нейтрализатора. Купол улавливает и перехватывает не только активный поток нулевого, но и остальные потоки. Пространство очистится в течении суток, еще сутки уйдут на налаживание сброса потоков, и вся территория под куполом полностью станет чистой.