Текст книги "Развод с драконом. Я сведу тебя с ума! (СИ)"

Автор книги: Юлианна Винсент

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 34

Фрея

Мужчины отправились на поиски того, кто был со страшным голосом и кривыми руками, а мы с Марианной продолжили попытки снять с меня ментальный блок. Я стиснула зубы, чувствуя, как от одной мысли о предстоящей боли начинает пульсировать висок.

Надо сказать, что особо мы в этой истории не преуспели. Потому что каждый раз натыкались на мою головную боль, пронзительную и острую, словно осколок стекла, и непреодолимое желание убивать Дариана. Ярость поднималась во мне, как грязная волна, захлестывая разум. Я сжимала кулаки до побелевших костяшек, стараясь удержать этот поток ненависти.

Добровольно отказаться от этого блока у меня тоже не получилось, хотя я хотела этого всей душой. Я врезалась ногтями в ладони, моля о спасении, о свободе от этой мерзкой установки. Но тщетно. Тот, кто ее поставил, был очень хитрым и продуманным. Он предусмотрел все варианты того, что мы можем предпринять.

Безуспешные попытки пробиться сквозь ментальный блок выматывали. Я чувствовала, как воля утекает сквозь пальцы, как песок сквозь сито, оставляя лишь липкое желание отомстить Дариану.

Марианна это видела. Она обеспокоенно хмурила брови, наблюдая мою борьбу. Она осторожно взяла мою руку в свою, ее прикосновение было словно глоток прохладной воды в пустыне.

– Ты когда-нибудь была у психолога? – вдруг неожиданно спросила она, даря успокаивающее тепло.

– Не доводилось, – отрицательно помотала я головой. – А что?

– Мы можем попробовать провести обычную психологическую сессию, – предложила она, откидываясь на спинку кресла. – То есть обойти ментальный блок. Не лезть в глубины подсознания, а попробовать пройти по ассоциациям.

– Знаешь, – признательно посмотрев на жену инквизитора, сказала я. – Честно говоря, я уже на любой способ согласна. Иначе я скоро реально начну верить в то, что я ненавижу Дариана всей душой. А сопротивляться этому жуть, как тяжело.

Марианна молча кивнула и достала из сумки небольшой флакон с маслом лаванды. Она открутила крышку и поднесла его к моему носу.

– Закрой глаза, Даша. Просто дыши. Медленно и глубоко. Позволь этому аромату наполнить тебя.

Я послушно закрыла глаза, вдыхая успокаивающий запах лаванды. Он немного приглушил тревогу, но не убрал ее полностью.

– Теперь, – продолжила Марианна, – попробуй вспомнить последние дни Фреи. Что ты видела, что слышала, что чувствовала? Расскажи мне все, что приходит в голову, даже если это кажется незначительным.

Я начала рассказывать. О том, как Фрея готовилась к приезду Дариана, как отбивалась от нападок мачехи и сводных сестер, которые приехали, чтобы повидаться с дорогим родственничком, как раз накануне сватовства ее драгоценной Элоизы.

Мачеха уже порядком поиздержала отведенное ей наследство и теперь искала способы восполнить семейную казну и не ударить в грязь лицом перед будущими сватами.

Вспоминала лица слуг, их тихие перешептывания, запах свежеиспеченного хлеба из кухни.

– Что-нибудь необычное? Что-нибудь, что выделялось из общей картины? – мягко спросила Марианна.

Я задумалась. Что-то смутно маячило на границе сознания.

– Запах… – прошептала я. – Какой-то странный запах… Я не могу его точно определить.

– Попробуй, Даша, – абсолютно спокойно, не выдавая своего нетерпения, сказала Мари. – Попробуй вспомнить.

Я сосредоточилась, напрягая память. В голове кружились обрывки воспоминаний. И вдруг… вспышка!

– Горький миндаль! – воскликнула я, распахивая глаза. – Я чувствовала запах горького миндаля! Точно! Я ведь уже рассказывала об этом Аластору тогда в камере. Но такое ощущение, что и это воспоминание сбежало от меня.

Марианна нахмурилась.

– Где ты чувствовала этот запах?

– Не знаю… – опять потерялась в мыслях я. – Просто… он был. Просто где-то рядом…Всегда рядом.

– Это очень важно, милая, – слегка сжимая мою ладонь и чуть понизив голос, сказала Марианна. – Запах горького миндаля часто является признаком отравления цианидом.

– Да, – кивнула я, вновь закрывая глаза. – Аластор тогда пришел к такому же выводу.

Я стала снова и снова прокручивать в голове те осколки воспоминаний, что оставила мне Фрея в наследство и поняла, что этот запах преследовал ее достаточно давно.

«Отведите госпожу в ее покои и дайте успокоительное, – Дариан холодно отстранил меня, то есть ее.»

Я только сейчас вспомнила, что он коротко кивнул кому-то за моей спиной.

– Там кто-то был, – сказала я, чувствуя как головная боль ничинает набирать обороты. Но я уже приняла твердое решение, что вытащу эту информацию из своей головы, чего бы мне это ни стоило. – Кто-то, кому Дариан приказал меня увезти и дать мне успокоительное. Но не может же быть, чтобы Дариан сам приказал меня отравить⁈

– Оглянись вокруг, – предложила Мари. – Вдруг там есть какие-то отражающие поверхности и у тебя получится увидеть то, кто там стоит.

Не давая себе отвлечься от воспоминания, я молча кивнула и стала мысленно искать то, что попросила Марианна. И уже у самого выхода из гостиной, в отражении входной двери я заметила ее.

И тут меня осенило. Лицо служанки, стоявшей рядом со мной в тот вечер, когда я потеряла память. Ее тихий голос, предлагающий мне бокал вина. – Моя служанка! – выдохнула я, открывая глаза и кривясь от боли. – Я вспомнила и ее и легкий, едва уловимый запах горького миндаля, исходивший от нее. Всегда. А в тот вечер она пришла к Фрее, чтобы дать ей то самое успокоительное, о котором говорил Дариан.

Марианна внимательно смотрела на меня, ее глаза были полны сочувствия и понимания.

– Ты хорошо поработала, Даша, – тепло улыбнувшись, сказала она. – Ты смогла пробиться сквозь блокаду.

После сессии я чувствовала себя опустошенной, словно из меня высосали все силы. Мозг гудел, тело дрожало от усталости. Марианна помогла мне добраться до спальни и уложила в постель.

– Отдохни, – прошептала она, укрывая меня одеялом. – Тебе нужно восстановить силы.

Я закрыла глаза, проваливаясь в глубокий сон. Стоит ли говорить, что мне снилось лицо этой самой служанки, искаженное гримасой презрения и миндаль, который был разбросан повсюду.

* * *

Я резко открыла глаза, чувствуя чье-то пристальное внимание. Надо мной склонился Дариан. Его лицо было бледным и встревоженным.

И тут все вернулось. Ненависть, ярость, непреодолимое желание убить. Я резко подскочила на кровати, чем обеспечила себе звон в ушах, а в моей руке снова возник кинжал. Он словно сам собой материализовался из воздуха, хотя я точно помнила, что оставляла его в кабинете у Марианны. Рука дрожала, но была готова нанести удар.

В голове звучал один-единственный приказ: «Убей Дариана!»

Я отшатнулась от него, задыхаясь от боли, разрывающей мой мозг. Я пыталась сопротивляться, молила о пощаде, но голос в голове был сильнее.

Я закричала, отталкивая его.

– Не подходи ко мне! Я больше не могу с этим бороться!

– Фрея, я… – тихо начал Дариан, протягивая ко мне руку.

Я видела в его глазах страх за меня и злость на то, что он ничего не может с этим сделать.

Та часть меня, которая еще могла хоть немного разумно мыслить, понимала его полностью. Это была та беспомощность, от которой не было спасения.

Дариан посмотрел на кинжал в моей руке, на мое искаженное от боли лицо. И в его глазах мелькнула решимость. Отчаянная решимость.

Он сделал шаг ко мне.

– Дариан, нет! – вновь крикнула я, пытаясь остановить его. – Не надо!

Он не слушал. Он продолжал идти, пока острие кинжала не уперлось ему в грудь.

– Прости меня, Фрея, – прошептал он, глядя мне прямо в глаза. – У меня нет другого выхода. Я должен тебе помочь!

И он сам, своими руками, вогнал кинжал глубже себе в грудь.

Глава 35

Фрея

Мир взорвался тишиной. Я не отрываясь смотрела на свои руки, которые держали этот злосчастный кинжал и тряслись от страха. В нос ударил медный запах свежей крови, голова закружилась и к горлу неумолимо стал подбираться комочек тошноты.

Кинжал, который только что дрожал в моей руке, впившись в грудь Дариана, теперь просто исчез. Растворился, как будто его и не было, оставив лишь багровое пятно на его белой рубашке и отголоски ужаса в моей душе.

«Убей Дариана!» – этот приказ, словно проклятие, выжигающее мой мозг, вдруг утих.

Осталась только пустота и дикая, всепоглощающая боль. Дракон осел на пол, а я упала на колени рядом с ним, не в силах отвести взгляд от кровоточащей раны на его груди. Его глаза, полные нежности и решимости, медленно закрывались.

Я должна была что-то сделать! Я не могла дать ему умереть здесь, на моих руках, только не так!

Инстинктивно, как будто кто-то другой руководил моими движениями, я коснулась его раны. Магия послушно хлынула из моих рук, золотистым светом окутывая его тело. Обычно этого было достаточно. Обычно я могла затянуть раны, остановить кровь, вернуть жизнь. В прошлые разы это срабатывало. Но сейчас… ничего.

Я повторила попытку. Снова и снова я вливала в почти бездыханное тело дракона неизвестно откуда взявшуюся у меня магию. Концентрировалась, вкладывала всю свою волю, всю свою благодарность к этому мужчине в процесс исцеления. Но кровь продолжала сочиться, а лицо Дариана оставалось мертвенно-бледным.

Паника нарастала. Слезы хлынули из глаз, обжигая щеки. Я судорожно хватала воздух, не в силах произнести ни слова. Я даже на помощь позвать никого не могла, потому что голос исчез. Мой дар, моя сила, моя единственная надежда, казалось, покинули меня.

– Нет… нет, нет, нет! – шептала я, прижимаясь к его груди. – Дариан, пожалуйста, не умирай! Пожалуйста, прошу тебя! Зачем ты это сделал? Заче-е-ем? Мы бы нашли другой способ.

Каждый мой день в этом мире хоть как-то да был связан с этим несносным драконом. Да, порой мы спорили друг с другом, выясняли отношения, я была недовольна его заносчивым поведением, но в остальном он всегда был рядом, всегда помогал, не смотря на то, что его не просили о помощи.

Он спас меня тогда, когда взорвалась карета – закрыл собой и сделал так, что на мне не осталось ни одной царапины. Он спас Элика, пройдя через адовую боль и не сказав ни слова, да он даже вытащил меня из тюрьмы, хотя не был до конца уверен в том, что это не я убила его женщину.

И сейчас, глядя в его безжизненное лицо, я была преисполнена благодарности и любви, но все это меркло под той горечью, которая накрывала меня с головой, заставляя раскачиваться из стороны в сторону и сильнее прижимать к груди Дариана, будто от этого он каким-то волшебным образом должен был ожить.

– Я… я обещаю, что больше никогда не буду с тобой спорить! – захлебываясь слезами, прошептала я. – Я буду делать все, что ты скажешь! Только… пожалуйста, очнись! Просто вернись ко мне, Дариан! Я прошу тебя, пожалуйста!

Мои слезы падали на его лицо. Я хаотичными дрожащими движениями стирала их, чем только, казалось, делала хуже, но мой мозг боялся остановиться. Боялся согласиться с тем, что все кончено и ничего сделать уже нельзя.

– Ты не можешь бросить меня здесь одну, – продолжала причитать я, глотая горькие слезы. – Борись! Пожалуйста! Я прошу тебя, борись! Ты нужен мне! Я люблю тебя, Дариан!

Последние слова вырвались из меня надрывным хрипом, смешанным с рыданиями. Слезы хлынули из глаз с новой силой и, кажется, именно они, пропитанные отчаянием и любовью, стали последней каплей. Магия, дремлющая во мне, вдруг вспыхнула так ярко, что мне пришлось зажмуриться. Но даже с закрытыми глазами я видела, как золотистое свечение вокруг Дариана стало ярче, интенсивнее.

Я ощущала, как магия проходит сквозь него, как переливающиеся магические нити скрепляют собой края раны и она затягивается. Как дыхание дракона, до этого едва заметное, стало более ровным и уверенным.

Я замерла, боясь пошевелиться, боясь спугнуть чудо. И вот, веки Дариана дрогнули. Он медленно открыл глаза.

Сначала они были пустыми, словно я вернула к жизни робота, а не настоящего дракона, дышащего огнем, но потом в них промелькнуло узнавание, а затем… облегчение.

– Даша… – прошептал он, слабо улыбнувшись.

И тут меня прорвало. Все накопившееся напряжение, страх, боль – все выплеснулось наружу. Я разрыдалась в голос, обнимая его так сильно, что, казалось, могла сломать ему ребра.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила я, отстранившись и внимательно всматриваясь в его ожившее лицо.

– Лучше, чем когда-либо, – лукаво ухмыльнувшись одним взглядом, ответил дракон.

И почему-то этот его ответ поднял в моей душе волну возмущения, которую я не стала сдерживать и тут же дала ей волю.

– Идиот! Придурок! Зачем ты это сделал⁈ – кричала я, пытаясь колотить его кулаками в грудь. – Зачем ты полез на этот гребанный кинжал⁈ У тебя вообще мозги есть?

Он поймал мои руки в свои, притянул к себе и заставил замолчать самым действенным, из всех возможных, способом. И его губы накрыли мои в жарком, требовательном поцелуе.

Глава 36

Фрея

Поцелуй, в котором не было даже намека на то, что кто-то буквально недавно почти даже не дышал, был мертвецки бледным и с дырой в груди. Сейчас же решительные действия этого несносного дракона ясно давали мне понять, что он бодр, горяч и жаждет достичь поставленных целей во что бы то ни стало.

Его губы на моих – это был взрыв. Взрыв облегчения, страсти и какой-то дикой, первобытной потребности друг в друге. Он целовал меня так, словно боялся, что я снова исчезну, растворюсь в воздухе, и я отвечала ему с такой же яростью, с таким же голодом.

– О, боги, Даша! – шептал дракон мне на ухо, покрывая мое лицо поцелуями. И от его хриплого шепота у меня по всему телу табуном бегали мурашки, заставляя меня выгибаться ему навстречу. – Ты сводишь меня с ума! Это невозможно! Я веду себя, как пацан.

Он вернулся к губам и углубил поцелуй, обхватывая мое лицо руками. Постепенно я почувствовала, как его руки стали спускаться вниз по плечам, к талии. Его прикосновения прожигали ткань моего платья и заставляли меня плавиться, словно кусок сливочного масла оставленный на полуденном солнце.

Несмотря на силу желания, которую я уже откровенно ощущала внизу своего живота, Дариан аккуратно подталкивал меня в сторону кровати. Шелковая простынь приятно скользнула по коже, когда я упала на кровать, увлекая его за собой. Он навис надо мной, его всегда ледяные глаза сейчас горели огнем страсти.

– Мне кажется, я задолжал тебе первую брачную ночь, – прошептал он, низким хриплым голосом, который насквозь был пропитан коктейлем, бушевавших внутри дракона, эмоций.

– Мне кажется, ты задолжал мне свою жизнь, – ехидно поддела я Дариана в ответ.

– Я весь твой… – целуя меня в чувствительную ямочку на ключице, промурлыкал дракон. – Без остатка и во всех мирах.

Я ахнула в ответ от калейдоскопа нахлынувших на меня ощущений и обвила руками его шею, притягивая его ближе. Слова были не нужны. Все было написано в наших глазах, в каждом прикосновении, в каждом вздохе.

В какой миг с нас испарилась одежда, я так и не поняла. Я и заметила то это лишь только потому, что ощущения от прикосновений стали ярче и прохладные руки дракона умудрялись ласкать меня везде.

Он принялся осыпать поцелуями мою шею, плечи, спускаясь ниже и ниже. Его руки нежно, но уверенно гладили мое тело, вызывая волну мурашек. Я тихонько постанывала, теряя контроль, отдаваясь его ласкам.

– Дариан… – выдохнула я, когда его губы нашли мою грудь.

Он ответил мне еще одним поцелуем, долгим, глубоким и полным обещаний. И я знала, что он чувствует то же, что и я. Что после всего пережитого нам нужно было это прикосновение, эта близость, это доказательство того, что мы живы, что мы вместе.

Дариан оказался искусным и опытным любовником. Я не могла похвастаться богатыми познаниями в этом деле, даже не смотря на то, что в своем мире я дважды была замужем. То, что я испытывала сейчас не шло ни в какое сравнение с тем, что когда-либо было в моей жизни. Поэтому будем считать, что попав в этот мир я полностью обнулилась и заново постигала искусство интимной близости с мужчиной.

Дракон был нежен и страстен одновременно. Томил, соблазнял, заставлял просить его не останавливаться и изнывать от желания. Он играл со мной, медленно, но верно подготавливая к кульминации. Сделал все, чтобы в нужный момент я испытала минимум неприятных ощущений и мой мозг даже не обратил на них внимание, а весь был занят предвкушением развязки.

Каждое его движение было наполнено любовью и отзывалось во мне сладостным ожиданием. Мы двигались в унисон, сливаясь в одно целое, теряя себя в вихре чувств.

И вот этот момент настал. Я взорвалась мириадами звезд, выгнувшись навстречу дракону дугой и издав протяжный стон, с рычащими нотками, за который потом мне, возможно, будет даже стыдно, но сейчас….

Сейчас я чувствовала, как все тело Дариана напряглось, стало твердым словно камень и я услышала дикий гортанный рык.

После наступила тишина, наполненная лишь нашим тяжелым дыханием. Он лежал на мне, обессиленный, но счастливый. Я гладила его по волосам, чувствуя, как бьется его сердце.

Постепенно дыхание выровнялось, и он перекатился на бок, притягивая меня к себе. Мы лежали в объятиях друг друга, умиротворенные и спокойные.

Слова казались лишними, но в образовавшемся молчании я чувствовала себя неуютно.

– Вы нашли того, о ком я говорила? – решила спросить я, ведь это было самое подходящее время, чтобы осудить дела.

Видимо, подумав об этом же, Дариан задорно хихикнул и поцеловал меня в висок, укладываясь поудобнее.

– Нет, – ответил он. – Но мы сузили круг подозреваемых до пяти человек, а это несомненный плюс.

– Согласилась, – чуть поерзав на плече дракона, отозвалась я.

– Сейчас у нас будет небольшая фора, – закрыв глаза, в полудреме продолжил Дариан. – Установка спала и на том конце думают, что я мертв. А это значит, что он должен будет себя проявить. Нужно лишь внимательно следить за вероятными кандидатами.

Я медленно поглаживала мускулистую грудь и думала о том, какая это все-таки огромная ответственность – занимать такой высокий пост. И что за каждым углом могут сидеть различные завистливые «доброжелатели» и ждать, пока ты оступишься, а если ты слишком везучий, то они идут в наступление и не гнушаются даже самыми подлыми методами.

– Мы можем попробовать зайти через исполнителя, – предположила я, вспоминая о том, что мы выяснили с Марианной.

– М-м-м, – промурлыкал в ответ дракон, явно уже почти уснувший.

Но через несколько секунд, видимо, когда до его спящего мозга дошел смысл сказанных мной слов, он резко открыл глаза и подняв голову от подушки, хмуро спросил:

– Какого исполнителя? – сосредоточенный, цепкий взгляд Дариана подсказал мне, что сон у него, как рукой сняло.

– Мы с Мари выяснили, – решила не испытывать судьбу я, – что вероятно Фрею длительное время травили, давая ей цианид в микродозах, чтобы в итоге ее смерть была естественной.

– Кто? – процедил сквозь зубы мой дракон, сверкнув в меня вертикальным зрачком.

– Мы предполагаем, что это была служанка Фреи, – честно призналась я.

– Убью! – прошипел Дариан, поднимаясь с постели.

Глава 37

Фрея

Дариан действовал быстро и решительно. Едва я успела позавтракать, он явился за мной со словами, что нам нужно ехать на опознание. Я даже немного похолодела, потому что в красках представила, как мне покажут бездыханное тело служанки, которая пала жертвой драконьего гнева.

Но, хвала всем богам, тело было вполне себе дышащее, даже возмущенно сопящее и зыркающее на окружающих исподлобья.

Дариан накрыл нас пологом невидимости и заверил в том, что остальные нас не увидят и не услышат.

Допрос проводил Верховный Инквизитор короля Аластор Дракмор и если бы он так смотрел на меня, как смотрел на служанку, я бы без промедления выдала ему все секреты. Даже те, которых я никогда и не знала. Выдумала бы, лишь бы больше на меня так не смотрели.

– Марта Шеридан, – открыв какую-то папку с документами, начал Дракмор таким голосом, что у меня мурашки побежали по спине от страха. – Стаж в качестве служанки в доме генерала Грейфилда пять лет. Правильно?

– Да, – продолжая коситься на дракона, ответила женщина.

– Скажи, Марта, – продолжал Аластор, внимательно наблюдая за реакцией служанки. – Ты знаешь, почему ты здесь?

– Понятия не имею, – слишком пренебрежительно фыркнула женщина.

Инквизитор ехидно хмыкнул в ответ и улыбнулся уголком губ. Вероятно, именно такого ответа он и ожидал.

Почему-то она была уверена, что выйдет сухой из воды и ничего ей не будет за содеянное.

– И даже нет никаких предположений? – продолжал свою игру Дракмор.

– Чего он с ней нянчится? – раздраженно проворчал Дариан у меня над ухом. – Колоть ее надо, а не беседы светские вести.

– Я думаю, – осторожно сказала я. – Он преследует какие-то свои цели, поэтому тянет время.

Я, конечно, мало что понимала в допросах, но мне показалось, что Аластор специально нагнетает обстановку, чтобы в итоге выудить из служанки максимум информации.

Делает так, чтобы она сильнее стала нервничать. Только пока что из всех присутствующих нервничал только голубоглазый блондин рядом со мной.

– Марта, – продолжил инквизитор. – Я думаю, ты в курсе последних новостей и знаешь, что Фрею Грейфилд обвиняют в убийстве.

Служанка неуверенно кивнула, показывая, что осведомлена о происходящем.

– Я хочу задать тебе пару вопросов о твоей хозяйке, – мягким голосом спросил Аластор. – Расскажи мне, как ты попала на работу в дом генерала Грейфилда?

– Господин женился на моей хозяйке, – стараясь делать безразличный вид, ответила служанка. – Так и попала.

– То есть до этого ты работала служанкой в доме покойного господина Корбина? – задал очевидный вопрос Аластор.

Женщина кивнула.

– Как долго? – уточнил Дракмор.

Служанка колебалась. Что-то не давало ей ответить на этот вопрос, будто, если она скажет, то кого-то рассекретит. Хотя я уже начала догадываться, откуда у этой истории растут ноги, потому что особо теплых чувств внутри себя в отношении этой служанки я не находила, а это могло значить только одно.

– Когда лорд Корбин женился на леди Риджине, так она и меня с собой привезла, – спустя несколько минут сомнений, ответила Марта.

Дракмор, казалось, ждал именно этого ответа. Вообще, складывалось ощущение, что он уже давно знает ответы на все вопросы, а этот допрос нужен для галочки.

– Леди Риджина… – протянул он задумчиво. – Расскажи ка мне, какие отношения были у твоей госпожи с леди Фреей?

Марта пожала плечами.

– Обычные, – ее взгляд взволнованно забегал. – Как у любой мачехи с падчерицей.

– И никаких конфликтов? – настаивал Аластор. – Никаких обид?

– Ну, как без обид-то? – наигранно всплеснула руками служанка. – Были, конечно. Молодая госпожа не хотела принимать, что леди Риджина стала хозяйкой в ее доме. По первости даже козни разные строила.

Женщина сделала вид, что сильно расстроена этим фактом, но тут уже напряглась я. Эти воспоминания Фреи были мне не доступны, но я кожей чувствовала, что она нагло врет.

– И как на них реагировала Риджина? – задал следующий вопрос инквизитор.

– Ну, неприятно ей было, конечно, – сочувственно покачав головой, призналась служанка. – Пару раз я даже видела, как госпожа украдкой плачет. Но в целом, она же понимала, что Фрея ей слишком мала, чтобы понять все и обижаться на нее нет смысла. Леди Риджина – очень мудрая госпожа.

Аластор понимающе покивал головой.

– А со сводными сестрами какие отношения были у леди Фреи? – на этом вопросе женщина чуть больше занервничала.

– Да, нормальные отношения, – пожала плечами она. – Как у всех сводных. Особой любви никто ни к кому не испытывал. Но и открытых драк тоже не было. Хотя леди Фрея пробовала пару раз вцепиться в волосы сестрам.

– Вот ведь гадина какая! – не выдержала я, чуть подавшись вперед. – И ведь не стыдно ей так гнусно врать⁈

– Что, прямо так, в волосы? – удивленно спросил Аластор, а служанка подтверждающе закивала. – А еще какие-нибудь странности в поведении леди Фреи ты замечала?

– Она очень любила лорда Грейфилда, – пустилась в рассказ Марта, будто ждала именно этого вопроса. – Так всегда расстраивалась, когда он уезжал на войну. Могла ночами сидеть у окна, ждать его. Не хотела принимать, что он женился на ней только из-за просьбы ее покойного отца и никаких чувств к ней у него нет.

Служанка сделала удрученный вид, опустив голову. А я почувствовала, как Дариан напрягся рядом со мной. Он готов был взорваться в любой момент.

– Он ведь даже в их первую брачную ночь дома не ночевал, – почти шепотом решила продолжить женщина. – А она ждала, когда же он придет. Ну, а когда лорд привез с собой любовницу, тут леди Фрея совсем плохая стала. Кричала, ругалась, даже драку с господином учинила. Еле успокоили.

– Марта, – голос Дракмора внезапно стал ледяным, – какое успокоительное ты давала леди Фреи?

Лицо служанки побелело как полотно. Она задрожала всем телом.

– Я… обычный чай с ромашкой, – пролепетала она, стараясь не смотреть на Дракмора.

– Обычный чай с ромашкой не приводит к летальному исходу, – неожиданно повернул ход допроса инквизитор.

– К чему? – не поняла служанка и нахмурилась, но я заметила страх в ее глазах. – Так леди Фрея ведь жива.

– Вот ты себя и выдала! – радостно воскликнула я.

– Значит, чай все-таки был не обычный? – вопросительно вскинув правую бровь, спросил Аластор. – В твоих интересах во всем признаться честно. Что ты подмешивала в чай?

И тут Марта зарыдала, закрывая лицо руками. Я, конечно, больше ставила на то, что это была умелая игра на публику с намерением разжалобить, но выглядело уж слишком натурально.

– Я не хотела! – крикнула она сквозь слезы. – Меня заставили!

– Кто⁈ – раскрыв наше укрытие, рявкнул Дариан у нее над ухом, заставив даже меня вздрогнуть.

– Кто заставил тебя отравить леди Фрею? – повторил Дракмор, его голос был полон опасности.

Марта продолжала рыдать, не в силах произнести ни слова.

– Имя! – не выдержал Дариан, разъяренно впечатав кулак в стол и оставив там вмятину. – Живо!

– Это… это была Элоиза, – прошептала Марта, словно вырывая слова из горла.

– Элоиза? – переспросил Дракмор, нахмурившись. – Элоиза Корбин? Старшая дочь леди Риджины?

Марта кивнула, продолжая рыдать.

– Да, господин. Она заплатила мне. Сказала, что леди Фрея ей мешает…

Дариан, словно его ударили током, вылетел из комнаты. В глазах служанки я увидела смесь страха и… ехидства. Словно она добилась своего.