Текст книги "Развод с драконом. Я сведу тебя с ума! (СИ)"
Автор книги: Юлианна Винсент
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)
Развод с драконом. Я сведу тебя с ума!
Глава 1
Фрея
Как сквозь толщу воды, до меня доносился визгливый голос.
– Как ты могла такое вытворить, паршивка? – раздавалось сквозь пелену моего туманного сознания, слова резали, словно осколки стекла.
Голова раскалывалась, во рту пересохло, а в глазах все плыло. Я попыталась открыть веки, но видела лишь багровое пятно, пульсирующее в такт боли.
– Ты хоть понимаешь, что он теперь с тобой сделает? Что он сделает со всеми нами? – этот полной злобы голос, надрывающийся от истерики, принадлежал женщине.
Все было будто в тумане. Я не чувствовала своего тела, все слилось в какой-то единый сгусток боли.
– О себе не думаешь, идиотка, – продолжала наезжать на меня… или не на меня… она. – Так хотя бы о сестре подумала бы!
Так, а я не о сестре думала, когда лезла спасать ее от урода-муженька, который в очередной раз нажрался и решил сделать из нее отбивную? В этот раз даже меня не постеснялся, утырок! Только о сестре и думала. За что, собственно говоря, и получила по голове.
– Ей скоро замуж выходить! – не унималась противная женщина, а я потеряла нить разговора, потому что, на кой черт моей сестре выходить замуж, если она уже один раз замужем за идиотом. – После того, что ты тут устроила, Грейфилд точно лишит тебя всего! И как по-твоему я буду собирать Марджи приданое?
Грейфилд. Имя прозвучало, как приговор. Мое тело пронзила дрожь. Страх сковал движения, словно ледяная корка.
– Господи, как голова то раскалывается! – тяжело вздохнув и еле ворочая языком, проговорила я, прислоняя прохладную ладонь ко лбу.
Правда, ладонь была не только прохладная, но еще и липкая.
– Что за? – с трудом проморгавшись, я смогла разглядеть свою руку и ужаснулась – она была вся в крови.
«Значит этот урод все-таки пробил мне голову», – грустно подумала я про себя.
«С нашей головой все в порядке», – словно холодный душ, раздался незнакомый женский голос, полный грусти и боли, внутри моего сознания и этим заставил меня окончательно прийти в себя.
И я увидела. Увидела то, от чего по телу пробежала волна ледяного ужаса. Я – в окровавленной ночной рубашке, на коленях, с ножом в руках. Нож тоже в крови. И перед моими глазами – кровать. На ней мертвая женщина. В красивом шелковом пеньюаре. И огромная, зияющая рана на груди. Кровь, кровь, повсюду кровь.
«Как он мог?» – раздалось горькое в моей голове.
В дверном проеме, уперев руки в бока, стояла всклокоченная женщина средних лет, с каким-то невообразимым начесом на голове и злобно зыркала на меня, а за ее спиной маячили две одинаково неприятных особы, смотревших на меня с презрением.
– Что здесь происходит? – спросила я, пытаясь подняться с колен. Ноги подкашивались, словно ватные. Я чувствовала себя чужой в этом месте, в этом теле, в этой ситуации. Я ничего не понимала.
Женщина не ответила. Она сделала шаг вперед, ее глаза горели ненавистью. Она размахнулась для того, чтобы ударить меня и я уже приготовилась принять этот удар, как за ее спиной раздался грозный мужской голос, от которого меня пробрало ужасом до самых костей.
– Риджина!
Женщина тут же опустила руку, натянула на лицо приторно сладкий оскал и развернулась к двери, загораживая собой того, кому принадлежал этот голос.
– Дариан, дорогой! – проворковала она. – Мне очень жаль, что так получилось. Но я сразу предупреждала тебя, что Фрея нездорова и опасна.
«Это она про меня говорит, – вновь раздался голос в моей голове. – Лживая гадина!»
«Фрея – это ты?» – решила задать я мысленный вопрос, воспользовавшись тем, что на меня временно не обращали внимания.
«Да», – горько ответил голос.
«Это ты убила эту женщину?» – уточнила я следом.
«Я не знаю!» – призналась Фрея, а я лишь выругалась про себя в ответ.
Глава 2
Фрея
Мужчина, которого мерзкая тетка назвала Дарианом, отодвинул ее легким движением руки и прошел внутрь комнаты.
И с первого взгляда я поняла, что именно он – тот самый Грейфилд, чье имя вызывало такой ужас у этой истерички.
Он был… нереальным. Словно сошедший со страниц любовного романа про благородных рыцарей. Высокий, статный, одетый в темно-синий камзол с золотым шитьем, подчеркивающий его широкие плечи.
Правильные, почти безупречные черты. Высокие скулы, прямой нос, волевой подбородок. И глаза… Серые, словно осколки льда, они смотрели на меня каким-то холодным, оценивающим взглядом.
«Предатель!» – прошептал голос в моей голове, чем в очередной раз привел меня в чувство и я перестала так откровенно пялиться на вошедшего.
«Мужик, как мужик! – фыркнула я про себя. – Ничего особенно в нем нет».
– Встань! – бесцветно приказал он и перевел взгляд на бездыханное тело на кровати.
На его точеном лице не дрогнул ни один мускул. Только зрачок на мгновение стал вертикальным (Что?) и вернулся обратно. В остальном, я не увидела в его глазах больше никакой реакции, которая бы подсказала мне, кто эта женщина и почему с ней случилось то, что случилось.
«Она его любовница, – раздалась в моей голове пояснительная бригада. – Он притащил ее с войны спустя пять лет нашего брака!»
Ну, или не совсем благородных.
«Ты поэтому ее убила?» – задала я мысленно наводящий вопрос.
«Я не зна-а-аю!» – крикнула у меня в голове Фрея с такой силой, что я не удержалась и тоже закричала, схватившись за голову.
– А-а-ай!
– Вот, я же говорила, что она ненормальная, – вставила свои пять копеек Риджина, а меня накрыло отрывками воспоминаний.
Вот этот Дариан сообщает Фрее, что ее отец погиб на войне.
– Лорд Корбин… – произнес он низким, глубоким голосом, – погиб в битве. Он сражался до последнего, как настоящий герой.
Вот, что он обязан на ней жениться, потому что такова была последняя воля ее отца.
– Согласно воле лорда Корбина, – продолжал Дариан, – в связи с его кончиной и для обеспечения безопасности и благополучия его дочери, Фреи Корбин, я, Дариан Грейфилд, должен взять ее в жены. Это было его последнее желание, и я намерен его исполнить.
Дальше меня накрыло каким-то всепоглощающим одиночеством и отчаянием. Последний раз я испытывала подобное, когда сохла по Сашке Григорьеву в девятом классе. Он учился в одиннадцатом и категорически меня не замечал. А я только и жила мечтами о том, как мы будем вместе внуков воспитывать. Дура была малолетняя, что с меня взять?
И последнее воспоминание было самым ярким, потому что, судя по всему, было самым свежим. Я будто смотрела сон от первого лица.
Я завтракала в одиночестве, когда в холл вошел Дариан. Он был одет в дорожную одежду, уставший, но все такой же невероятно красивый. Я почувствовала, как сердце бешено заколотилось.
– Дариан! – воскликнула я, поднимаясь навстречу ему.
Он остановился и посмотрел на меня своими серыми, почти прозрачными глазами. Там не было тепла, только холодная, отстраненная вежливость.
– Фрея, мне нужно с тобой поговорить, – сказал он.
Его тон заставил меня похолодеть. Я почувствовала, как надвигается что-то ужасное.
– Что случилось? – спросила я, дрожащим голосом.
Он сделал глубокий вдох и произнес слова, которые разбили мою жизнь на миллионы осколков. Прям, как когда я увидела Григорьева целующимся с какой-то размалеванной девкой за школой.
– Я привез с собой женщину, с которой хочу жить, поэтому ты отправляешься жить в загородное поместье.
В голове словно что-то щелкнуло. Все чувства, которые я так долго подавляла, вырвались наружу, словно прорвало плотину.
– Что? – закричала я. – Развестись? После всего, что я для тебя сделала? После всех этих лет ожидания? Кто она? Шлюха с большой дороги?
Я не могла остановиться. Слова вылетали из меня, словно осколки стекла. Я кричала, плакала, обвиняла его во всем.
– Я любила тебя! – вопила я. – Я отдала тебе лучшие годы своей жизни! А ты… ты просто бросаешь меня, как ненужную вещь?
Дариан смотрел на меня с холодной отстраненностью. Он словно не видел моей боли, не слышал моих слов. Он был равнодушен ко всему, что я чувствовала.
В этот момент я почувствовала, что окончательно схожу с ума. Я бросилась на него с кулаками, царапала его лицо, рвала его одежду.
– Я тебя ненавижу! – кричала я. – Я тебя ненавижу!
Он спокойно отстранил меня и позвал слуг.
– Отведите госпожу в ее комнату, – приказал он. – И дайте ей успокоительное.
Воспоминание оборвалось так же резко, как и началось и я открыла глаза. Головная боль, как и душевная, потихоньку отступала, заполняя душу пустотой и отрешенностью.
Воспоминаний о том, Фрея убила эту даму или нет – не было и это значительно усугубляло мое положение, потому что, как я успела подглядеть в зеркало – я теперь и была Фреей.
Лицо Дариана было непроницаемым и я не могла по нему определить, что он чувствует. Злится за то, что женщина, с которой он хотел жить мертва? Расстроен? Обиделся? Рад?
– Едем, – коротко сказал он, хватая меня за локоть и разворачиваясь к двери.
– Куда? – решила уточнить я.
– В тюрьму.
Глава 3
Фрея
– В тюрьму? – сделала вид, что удивилась Риджина. Её фальшивое изумление вызвало у меня лишь презрительную усмешку. – Может как-то…
Но Дариан перебил ее, резко остановившись напротив. Его лицо исказилось от гнева, который, казалось, вот-вот вырвется наружу. Видно было, как он сдерживается, сжимая кулаки. Очень странный мужчина. Весь такой неприступный, как скала, а внутри бушует вулкан.
– Хватит! – его голос прозвучал как удар хлыста. – Я не нуждаюсь в твоих советах Риджина. Забирай своих дочерей и проваливайте из моего дома!
– Как скажешь, Дариан, – покорно склонив голову, пролепетала она, а затем взглянув на меня с презрением, прошипела. – Так тебе и надо!
Все это казалось настолько абсурдным, что мне до победного думалось, что я просто сильно приложилась головой и теперь брежу.
Какое убийство? Как я оказалась здесь? И где это – здесь? Что тут вообще происходит? И как мне из этого выбираться?
Я плелась неслушающимися ногами следом за железным чурбаном, который звался мужем той, чье тело я занимала и мне казалось, что у меня раздвоение личности.
Потому что одна моя часть пыталась понять смысл происходящего, а вторая любила его несмотря ни на что и готова была его простить даже за то, что на данный момент времени он тащил собственную жену в тюрьму, не разобравшись в ситуации.
Мы подошли к входной двери, на меня небрежно накинули что-то вроде дорожного плаща и вывели на улицу. Посадили в дорожный экипаж, забрались следом и мы отбыли в неизвестном мне направлении. Я почувствовала, как ком подступает к горлу.
– Даже не спросишь меня ни о чем? – решила нарушить гнетущее молчание я. Я больше не могла выносить это. Оно давило на меня, словно тяжелый камень.
– Нет, – коротко ответил мужчина и отвернулся к окну. Его профиль был жестким и неприступным. Он казался высеченным из камня.
Я наблюдала за ним и не могла понять, что все-таки с ним происходит.
«Он всегда был таким, – ворвался в мои мысли грустный голос Фреи. – Черствым, холодным. Всегда держался отстраненно».
«Ты думала, что спасешь его своей любовью? – задала я про себя ей вопрос. – Что он увидит, что ты его любишь и оттает?»
«Да!» – всхлипнула Фрея. Её боль пронзила меня, словно осколок стекла.
Вот только истерики внутри собственной головы мне не хватало.
«Я хотела, чтобы он полюбил меня! – причитала Фрея навзрыд. – Чтобы открыл мне свое сердце!»
«А ты проверяла, у него сердце то вообще есть?» – решила уточнить я, потому что пока что обстоятельства играли далеко не в пользу повышенной сердечности данного господина.
Фрея ничего мне не ответила, лишь увеличила громкость рыданий, чем только усугубила мою головную боль.
Все смешалось в единый комок непонятных чувств, большая часть из которых явно не принадлежала мне, потому что я после Григорьева не баловалась больше безответной любовью.
Меня больше волновало, кто все-таки убил эту женщину, получится ли как-то доказать, что это была не я и будет ли вообще кто-то это выяснять или, как этот чурбан, никто не станет даже разговаривать со мной?
– Меня казнят? – предприняла еще одну попытку заговорить я.
Меня вновь проигнорировали.
Больше всего в жизни я ненавидела, когда меня игнорируют. И это вызывало во мне злость, которую я отказывалась подавлять. Я стиснула зубы, готовясь к словесной атаке.
– Что-то не сильно похоже на то, чтобы ты исполнял последнюю волю моего покойного папеньки, – ехидно поддела я Чурбана. – Как там было? «Для обеспечения безопасности и благополучия его дочери, Фреи Корбин, я, Дариан Грейфилд, должен взять ее в жены». Как это интересно ты собрался обеспечивать мои безопасность и благополучие в тюрьме?
В глазах мужчины мелькнул дикий, звериный блеск. Его зрачки сузились, превратившись в вертикальные щели. Зрачки хищника. Дыхание перехватило от ужаса.
«Кто ты, черт возьми, такой?» – задалась я мысленным вопросом.
«Он – дракон,» – вздрогнула Фрея внутри меня, и от этого знания меня пронзила дрожь. Нет, этого не может быть. Но его глаза…
Я осталась сидеть ровно и даже близко не собиралась показывать, что меня до жути испугала эта новость, его вертикальные зрачки и то, что от него зависит моя дальнейшая жизнь. Нужно было сохранять спокойствие. Иначе этот дракон сожрет меня живьем.
– На твоем месте, – начал он, но договорить не успел, потому что на что-то отвлекся и смачно выругавшись, кинулся на меня сверху, а дальше прогремел оглушительный взрыв, после которого мир померк.
Глава 4
Фрея
Мир вернулся рывком, словно кто-то включил свет после долгой темноты. В ушах звенело, в голове гудело, а на грудь что-то тяжело давило. Я попыталась пошевелиться, но не смогла. Сверху на мне что-то лежало. Тяжелое, горячее… Дариан.
Резко распахнув глаза, я увидела его лицо. Он навис надо мной, закрывая собой от чего-то. Его глаза были закрыты, на виске алела тонкая струйка крови. Страх пронзил меня, как ледяной кинжал.
– Дариан! – прохрипела я, пытаясь растолкать его. – Дариан, очнись!
Он не реагировал. Мои руки дрожали, когда я пыталась сдвинуть его с себя. Наконец, собравшись с силами, я смогла перекатить его на бок. Он тяжело дышал, но оставался без сознания.
Поднявшись на дрожащие ноги, я огляделась. Вокруг царил хаос. Экипаж разнесло в щепки, земля была усыпана обломками дерева и металла. Деревья вокруг почернели от огня. В голове всплыло слово «взрыв». Нас взорвали.
Ощупав себя, я поняла, что, на удивление, цела. Лишь несколько царапин и ссадин. Но внутри все тряслось от пережитого ужаса. Дариан… он спас меня. Закрыл собой от взрыва, рискуя собственной жизнью. Но зачем?
Вокруг был лес. Темный, зловещий, молчаливый. Обломки экипажа дымились, и запах гари разъедал горло. Где мы? Куда бежать?
Я снова посмотрела на Дариана. Нужно было помочь ему. Или не нужно было? Вообще-то он вез меня в тюрьму, чтобы там меня без суда и следствия казнили. С чего бы вдруг я должна ему помогать?
«Может все-таки поможем?» – возникла Фрея в моей голове.
– Знаешь, – проговорила я вслух, оглядываясь по сторонам. – Я никогда не страдала жертвенным спасательством. Ну, почти. И если бы у тебя была хотя бы капелька гордости, ты бы тоже этого не делала. Поэтому нет, помогать ему мы не будем. Максимум, что я могу сделать – это приложить к нему подорожник.
«Подорожник?» – удивленно переспросила Фрея.
– Ага, – кивнула я. – Трава такая, от всех болезней помогает. У вас разве в мире ее нет?
«Не знаю», – прошептала Фрея.
– Господи, что за мир то такой? – взмолилась я, параллельно с этим изучая пути отхода. – Даже подорожника нет.
Страх и злость клубились внутри меня, переплетаясь в один отвратительный узел. Он вез меня на смерть! И что, теперь я должна оплакивать его бесчувственное тело? Нет уж.
– Нам терять нечего, – прошептала я Фрее.
Она молчала, словно растворилась в моей голове, испугавшись моего внезапного решения. Я сделала несколько решительных шагов вперед, оглядываясь на Дариана в последний раз. Он по-прежнему лежал неподвижно, и только хриплое дыхание выдавало в нем жизнь. Сердце на мгновение сжалось, но я тут же одернула себя. Жалость – роскошь, которую я не могла себе сейчас позволить.
Развернувшись, я побежала в лес. Не разбирая дороги, спотыкаясь о корни деревьев и продираясь сквозь колючие кусты. Мне нужно было бежать, как можно дальше от этого места, от Дариана, от воспоминаний обо всем том ужасе, что случился со мной с того момента, как я очнулась в этом мире.
Лес встретил меня мрачной тишиной. Солнце почти скрылось за горизонтом, и тени становились все длиннее и зловещее.
Я бежала, пока в легких не кончился воздух, пока ноги не стали подкашиваться от усталости. Остановившись, я прислонилась к шершавому стволу дерева, пытаясь отдышаться. Кругом была непроглядная тьма, и только редкие лучи лунного света пробивались сквозь густую листву.
Я понятия не имела, куда иду. Да и не важно. Главное – подальше от Дариана и его желания упечь меня в тюрьму. Меня предали, оболгали, приговорили к смерти… У меня ничего не осталось. Ни дома, ни семьи, ни будущего. Только этот темный лес и туманная надежда на то, что где-то впереди меня ждет хоть какой-то шанс на спасение.
Продираясь сквозь заросли, я шла наугад, полагаясь лишь на инстинкт. Наконец, сквозь деревья промелькнул слабый свет. Прибавив шагу, я вышла на небольшую поляну и замерла, пораженная открывшейся картиной.
В центре поляны стояло старинное здание, сложенное из серого камня. Оно напоминало заброшенный монастырь. Высокие стены, узкие окна, остроконечная крыша… Все говорило о том, что этому месту не одна сотня лет. Свет исходил лишь из нескольких окон, остальные зияли черными провалами.
В душе затеплилась слабая надежда. Может быть, здесь я найду приют? Может быть, здесь мне помогут? Хотя, после всего, что со мной произошло, я уже почти разучилась верить в доброту. Но терять мне было нечего.
Поэтому я подошла ближе к массивной двери, встала на цыпочки, чтобы дотянуться до кольца и ухватившись за него, постучала.
Глава 5
Фрея
Деревянные массивные ворота бесшумно отворились, словно приглашая меня внутрь. Ни скрипа, ни щелчка – только плавное, мистическое движение. Тревога нарастала с каждым мгновением, а внутри все сжималось от предчувствия чего-то неизведанного.
– Чудеса какие-то, – удивилась я себе под нос. Этот мир продолжал поражать меня своей странностью, и я никак не могла понять, как ко всему этому относиться. Осторожно сделала шаг вперед и, пересилив дрожь в голосе, шепотом спросила: – Есть кто?
Ответом мне была лишь звенящая тишина, которая давила на уши, словно вата. Шагнув еще, уже чуть смелее, я выглянула из-за массивной створки двери. Внутри было темно, но слабый свет луны, проникавший сквозь облака, позволил мне разглядеть очертания двора.
«Может, нам не стоит туда ходить?» – подала голос Фрея в моей голове. Я чувствовала, как ее страх передается и мне, но отступать было поздно.
– Если выбирать между тюрьмой и неизвестностью, – недовольно прошептала я в ответ, скрестив руки на груди. – Я выбираю – неизвестность. Тут хотя бы возможных вариантов исхода больше, а в тюрьме только один.
Я сделала глубокий вдох и решительно перешагнула порог. То, что я увидела изнутри, было больше похоже на что-то вроде школы магии из первых фильмов про Гарри Поттера.
Огромный двор, окруженный высокими каменными стенами, уходил вдаль, теряясь в полумраке. Вдоль стен располагались колонны, увитые плющом, а между ними виднелись арки, ведущие вглубь здания.
В центре двора возвышался старинный фонтан, заросший мхом, а вокруг него располагались скамейки, словно приглашающие путников отдохнуть. В воздухе витал запах сырой земли и старых книг, смешанный с легким ароматом каких-то незнакомых цветов.
Все это создавало ощущение заброшенности и таинственности, одновременно пугающее и манящее. Я прошла вперед, зачарованная открывшейся картиной, и почувствовала, как по спине пробегают мурашки. Ноги сами понесли меня к одной из скамеек, словно меня кто-то тянул туда, как марионетку. И только когда я уселась на нее и обернулась, увидела, что ворота уже были закрыты обратно.
В это же мгновение на меня накатила какая-то дичайшая усталость, руки и ноги налились тяжестью, а веки свинцом и их стало очень сложно открывать. Я боролась с этим, но силы покидали меня с каждой секундой.
«Нет, пожалуйста, не засыпай!» – в панике простонала Фрея, но я уже почти ее не слышала, только чувствовала, как меня клонит лечь на скамейку, сложить руки под щеку и забыть обо всех проблемах, что свалились на меня за последнее время в обоих мирах. И я поддалась.
* * *
– Это моя мама, – возмущался детский голос где-то на задворках моего сознания, словно сквозь толщу воды.
– Нет! Моя! – возражал другой.
– Нет! Моя! – не уступал первый. – Она на мой зов пришла.
Я уже было хотела возмутиться, почему Маринка оставила своих отпрысков орать рядом со спящей мной, как открыла глаза и встретилась с вертикальными зрачками голубых глаз, с нездоровым интересом, рассматривающими меня.
Мальчишка на вид лет десяти-двенадцати стоял совсем близко, и я отчетливо видела каждую ресничку, каждую веснушку на его бледном лице. Волосы, цвета вороньего крыла, небрежно падали на лоб, обрамляя заостренное лицо.
Он был одет в белую рубашку и черные брюки, но даже эта простая одежда не могла скрыть его внутреннюю силу и статность.
Память тут же вернулась, и я поняла, что все, что произошло со мной, не было страшным сном, а являлось вполне себе страшной реальностью.
Я с трудом вернула себе вертикальное положение, тело затекло и не особо желало слушаться. Передо мной, собравшись у лавочки, на которой я изволила спать, стояла толпа детей и сейчас с огромным любопытством во взглядах наблюдала за моими действиями.
– Эй, Риан, ты, конечно, мог себе маму и почище призвать, – подшутил один из мальчишек над тем, что стоял ближе всех ко мне.
– Заткнись, придурок! – сразу же насупился тот, кого назвали Рианом, но быстро взял себя в руки и обратившись ко мне, спросил, протягивая ладонь для рукопожатия: – Я – Элариан, а тебя как зовут?
– Я Д… – начала я, но тут же поправила саму себя. – Фрея.
Пожала его руку и меня словно пробило разрядом тока, от чего его и без того взъерошенные волосы встали дыбом еще больше, а на дне голубых глаз с вертикальным зрачком вспыхнул самый настоящий огонь. Лицо мальчика выражало смятение и испуг одновременно, поэтому я решила, что не стану отдергивать руку, чтобы не сделать его предметом насмешек для товарищей.
Я нашла в себе силы улыбнуться и сказала:
– Приятно познакомиться, молодой человек! Не расскажите ли вы мне, где я нахожусь?
