Текст книги "Развод с драконом. Я сведу тебя с ума! (СИ)"
Автор книги: Юлианна Винсент
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
Глава 41
Двенадцать лет назад
Заведующая родильным отделением номер три Галина Ивановна Ярош, чье спокойствие сейчас казалось неестественным, вернулась в свой кабинет, плотно притворив за собой дверь. За ее спиной остались растерянные медсестры, страдающая от внутренней боли потери роженица Даша Савельева и тишина родильного отделения, в которое она больше никогда не вернется.
А впереди… даже думать не хотелось, что ждало ее впереди.
Она пересекла комнату, направляясь к напольному зеркалу, стоявшему в углу кабинета.
В тусклом свете лампы ее отражение казалось обычным: усталая женщина средних лет в белом халате. Но стоило ей прикоснуться к холодной поверхности, как стекло замерцало, словно вода, искажая и вытягивая изображение.
– Прости меня, Даша! – прошептала Галина Ивановна и шагнула вперед, исчезая в глубине отражения.
С другой стороны, на мраморный пол огромного, но мрачного зала замка Итана Хорта, ступила уже не она.
Это была высокая, стройная женщина с копной темно-рыжих волос, заплетенных в сложную косу и пронзительными, цвета осенней листвы, глазами.
На ее шее висели костяные бусы, а белый халат сменился на темное платье из грубой ткани, украшенное вышивкой, напоминающей древние символы. Женщина склонила голову в поклоне, даже не подняв взгляда на восседающего на троне мужчину.
Итан Хорт, могущественный и безжалостный темный дракон, чьи глаза цвета расплавленного золота едва заметно светились в полумраке, лениво откинулся на спинку трона. Его тонкие губы изогнулись в кривой усмешке.
– Ты прекрасно справилась, Ядви, – пророкотал он голосом, в котором слышались стальные нотки. – Как и ожидалось. Ты всегда была более исполнительная, чем Лора.
Женщина молчала, ее взгляд был прикован к полу, но каждая ее клеточка ощущала его высокомерную жестокость. Упоминание имени сестры царапнуло ее сердце виной и грустью, но она уже давно научилась скрывать свои истинные эмоции, поэтому лишь больно прикусила губу, чтобы не высказать этому подонку все, что она о нем думала. Сейчас были вещи поважнее ее самовыражения.
Дракон встал с трона и направился к ней обманчиво расслабленной походкой.
– Ты прекрасно знаешь свое место, Ядвига, – продолжил Хорт, указательным пальцем руки поднимая за подбородок лицо женщины. Его тон стал чуть более угрожающим и не сулил ничего хорошего. – И знаешь, какова будет цена, если ты посмеешь ослушаться меня.
На долю секунды она засмотрелась в его, когда-то так любимые ею, глаза и тут же поплатилась за это.
Его рука взметнулась в воздухе и прежде чем Ядвига успела среагировать, звонкая пощечина опалила ее щеку. Голова резко дернулась в сторону, но она даже не вскрикнула, лишь сильнее сжала губы.
– Запомни, – жестко прошипел он, подойдя к ней вплотную. Его пальцы грубо схватили ее за подбородок, вынуждая поднять голову. – Никогда. Слышишь? Никогда даже не думай о том, чтобы пойти против моей воли.
Он рывком притянул ее к себе, впиваясь в губы жестким, мертвым поцелуем, лишенным всякой нежности. Это был поцелуй собственника, демонстрирующего свою власть. Через мгновение он оттолкнул ее с такой силой, что Ядвига едва удержалась на ногах.
– А теперь иди, – приказал он, с отвращением отворачиваясь. – Займись этим. Он ревет уже битый час. Раздражает.
Ядвига лишь молча кивнула, в ее глазах, скрытых от взора Хорта, полыхала чистая, неразбавленная ненависть. Она развернулась и поспешила прочь из зала, направляясь в детские покои.
За дверью, обшитой толстым бархатом, крики младенца и правда звучали оглушительно. Внутри, в резной люльке, лежал крошечный сверток, надрывающийся от плача.
Ядвига подошла ближе и ее смягчившееся лицо тронула легкая улыбка. В отличие от Хорта, она не чувствовала к этому дитя ни раздражения, ни отвращения. Лишь странную смесь вины и решимости.
– Тише, мой хороший, тише, – прошептала она, осторожно беря малыша на руки. Его крохотные кулачки молотили воздух, а личико было красным от напряжения. – Я рядом. Все хорошо. Прости, что забрала тебя от мамы. Так надо было. Иначе бы он убил вас обоих.
Она ласково покачала его, прижимая к себе. Малыш постепенно успокаивался, его плач сменился всхлипыванием, а затем и вовсе стих. Он открыл глаза, и Ядвига увидела в них нечто, что заставило ее сердце сжаться.
– Я назову тебя Элариан, – прошептала она, крепче прижимая к себе малыша. – Освещающий путь. И однажды ты осветишь путь, который приведет тебя к счастью.
Мальчик посмотрел на Ядвигу так, словно понял все, что она ему сказала и его беззубый рот растянулся в подобии улыбки. После чего закрыл свои драконьи глазенки и сладко засопел.
– Я не отдам тебя, – тихо проговорила она, глядя на спящего на ее руках ребенка. – Не дам тебя в обиду. Клянусь, этот черт чешуйчатый тебя никогда не получит!
По ее щеке скатилась одинокая слеза, но в ее взгляде не было слабости, лишь стальная решимость. Ведьма закрыла глаза и сделала глубокий вдох, собирая весь свой оставшийся магический ресурс для последнего рывка.
Комнату окутал вихрь изумрудных искорок и Ядвига с ребенком на руках растворилась в воздухе, словно ее никогда и не было здесь.
В тот же миг дверь распахнулась с такой силой, что слетела с петель. В проеме стоял Хорт, его лицо исказила звериная ярость. Он увидел пустую люльку, ощутил остатки чужой магии.
– Я найду тебя, подлая змея! – взревел он, его голос сотрясал стены замка. – Я вырву твое сердце из груди и брошу псам! Я найду тебя, Ядвига, чего бы мне это ни стоило!
Тем временем, магические огоньки потухли и Ядвига оказалась посреди густого, древнего леса. Перед ней стояло огромное здание из серого камня, похожее скорее на старинный монастырь.
Ворота были распахнуты и между ними пролегала еле заметная ниточка из магических огоньков, которая тянулась от спящего малыша. Их приглашали. Она поспешила внутрь, крепче прижимая к себе Элариана.
Как только они оказались внутри двора, массивные деревянные ворота со скрипом закрылись, отрезая их от внешнего мира.
Ядвига шумно выдохнула, словно только сейчас смогла дышать полной грудью.
– Теперь ты в безопасности, малыш, – прошептала она, целуя его в макушку. – Я сделаю все, чтобы тебя защитить. Все.
Глава 42
Фрея
Ноги сами несли меня по коридору в комнату к Элариану. Конечно, уверенности в том, что он и есть мой похищенный сын, у меня не было, но почему-то меня неумолимо тянуло к нему, словно невидимая нить тянулась от моего сердца к его маленькому, но уже такому сильному, существу. Каждый шаг отдавался глухим стуком в груди, предчувствием чего-то неизбежного и судьбоносного.
Я почти добежала до двери, когда передо мной, словно из ниоткуда, возникла бабушка Ядвига. Ее лицо, обычно непроницаемое, сейчас выглядело усталым, а глаза, скрытые за очками, блестели каким-то странным, приглушенным светом. Она мягко, но настойчиво перегородила мне путь.
– Даша, – ее голос был спокойным, но я почувствовала в нем едва уловимую дрожь. – Может, пойдем выпьем чаю? Нам нужно поговорить.
Я опешила. Чай? В такой момент? Мой взгляд заметался между ней и дверью, за которой, я чувствовала, находился мой ребенок. Но что-то в ее взгляде, в этой необычной серьезности, заставило меня подчиниться.
Ядвига не ждала ответа, она просто развернулась и пошла к лестнице, ведущей на кухню. Я последовала за ней, сгорая от нетерпения и тревоги.
Ядвига поставила на стол чайник и две чашки. Ее руки слегка дрожали, когда она наливала горячий напиток. Почему-то Яга избегала смотреть мне в глаза, ее взгляд скользил по поверхности стола, по стенам, по всему, кроме меня. Я чувствовала, как нарастает напряжение.
– Я… мне очень жаль, Даша, – начала она, наконец подняв на меня глаза. В них читались боль и глубокое раскаяние, которые удивили меня до глубины души. Эта женщина, которую я знала как вечно ворчащую и недовольную бабулю, казалась совершенно потерянной. – Мне сложно в этом признаться. Но… это я украла твоего ребенка.
Мой мир взорвался. Слово «украла» эхом отозвалось в голове, глуша все остальные звуки. Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица, руки онемели.
– Вы… что? – прошептала я, едва выдавливая слова. Сердце заколотилось, заглушая разум.
– Элариан… он твой сын, Даша. Мой внучатый племянник. У меня не было выбора, поверь мне, – ее голос дрожал, она сделала глубокий вдох, словно собираясь с силами. – Иначе бы Итан Хорт убил бы вас обоих.
"Хорт? Убил бы нас? – мозг лихорадочно пытался связать обрывки информации. – Эта женщина была связана с тем монстром, что преследовал моих предков?'
– Я… я родная сестра Велории, – продолжила Ядвига и тут я ахнула.
– Вы… – запнулась я, не зная, как высказать желаемое.
Она сделала паузу, словно ей было физически больно продолжать.
– Когда Лора сбежала от Итана с ребенком… он пришел в ярость. Не просто в ярость, а в безумие. Он искал ее долгие годы. Когда, наконец, нашел… он убил ее. Зверски. И заставил меня на это смотреть. Она не дала мне вмешаться, послав видение о том, куда отправила своего ребенка.
– Какая же он тварь! – мое дыхание перехватило от злости, боли и осознания того, что им пришлось пережить.
Мир поплыл перед глазами, горло сдавило спазмом, я еле сдержала крик.
– Я… я любила Итана, Даша, – призналась Ядвига и это прозвучало так горько, так искренне, что я на мгновение забыла о своей боли. – Поэтому он и не трогал меня, не убил, когда я была рядом. Он… он искал способ найти своего ребенка. Долго искал. Однажды один могущественный колдун сказал ему, что ребенок находится в другом мире. Но драконы не могут попасть в другой мир. Для них это верная, медленная и мучительная смерть. Это их слабость.
Она тяжело вздохнула, взгляд ее был полон невыносимой тоски.
– Поэтому, когда я узнала, что ты беременна мальчиком… – продолжала Ядвига, видя, что я вряд ли ей что-то отвечу, – и что он, скорее всего, родится драконом, я поняла – мне нужно забрать его из другого мира обратно, иначе он умрет. Это был его единственный шанс выжить.
Она замолчала, давая мне время осознать причины своего поступка. А я лишь молча смотрела в одну точку, понимая, что оказалась в таком водовороте событий, что с ума сойти.
– На свой страх и риск, я рассказала обо всем Хорту, – тяжело вздохнула баба Яга. – Он… он помог мне его забрать, прежде избив за то, что я все это время знала о том, где находится ребенок и молчала.
Я вздрогнула от этого признания. Мое сердце все больше наполнялось яростью и желанием разорвать урода на чешую.
– Он думал, что я принесу ему его наследника. Конечно же, для его мерзких целей.
Ядвига замолчала, сжав руки в кулаки до побелевших костяшек. Ее взгляд встретился с моим и в нем я увидела не просто раскаяние, но и невероятную решимость.
– Но я не могла. Я просто не могла отдать ему ребенка. Твоего сына. Это было бы повторением того, что случилось с Лорой. Я…я призвала на помощь все свои силы. Все, что у меня было. И исчезла с ним. Спряталась здесь, в школе, которую Лора когда-то создала для тех, кто в беде. Для таких, как мы.
Я сидела неподвижно, слова Ядвиги проникали в меня, как осколки льда, замораживая и одновременно пронзая до самой глубины души. Мой сын… его похищение… любовь Ядвиги к Хорту… ее предательство и спасение… Это было слишком много.
Я чувствовала гнев, жгучую обиду, но сквозь них просачивалось странное, мучительное понимание. Она сделала это, чтобы спасти моего сына. Моего сына. От его собственного прадеда.
Трагичность ситуации окутала меня плотным покрывалом. Я смотрела на Ядвигу, на ее морщинистое лицо, на слезы, бесшумно скользящие по ее щекам и видела в ней не только похитительницу моего ребенка, но и женщину, загнанную в угол, вынужденную делать немыслимые вещи ради выживания. Сколько же боли она пережила?
Я не знала, что сказать. Слова застряли в горле. Мое сердце разрывалось от противоречивых чувств. Мне хотелось кричать, требовать ответов, но я также чувствовала необъяснимое сострадание к этой измученной душе.
Не выдержав, я встала, подошла к бабушке Яге и крепко обняла ее за плечи. Винила ли я ее за то, что она сделала? Нет. Свою цену за содеянное она заплатила и не мне было ее винить за это. Благодаря ей была жива я и Элик.
– Прости меня, если сможешь, – тихо проговорила Ядвига. – За все. За то, что сразу не рассказала. Я не была уверена, что ты та самая Даша. А давать Элариану ложную надежду не хотела. Он твой сын и мой внук. Я люблю его. И не позволю причинить ему боль.
В этот момент дверь распахнулась. Из-за нее с радостными криками:
– Я знал, что это правда! – выбежал взъерошенный мальчик, его глаза сияли, а на лице играла самая счастливая улыбка, которую я когда-либо видела. Он бросился к нам и крепко нас обнял. – Я больше не один! У меня есть семья!
Глава 43
Фрея
Следующие несколько дней пролетели вихрем, наполненные теплом и долгожданной близостью. Мы наверстывали упущенные двенадцать лет, жадно впитывая истории, эмоции, каждое мгновение. Школа, некогда казавшаяся мне лишь убежищем, теперь ощущалась настоящим домом, полным жизни и скрытой магии. Я больше не чувствовала себя чужой в этом мире.
Кухня стала нашим любимым местом, где за чашками ароматного травяного чая мы сидели часами.
– Однажды этот неугомонный ребенок пытался «починить» метлу, потому что ему не давало покоя то, что она не летает, – Яга, улыбаясь, покачала головой, вспоминая. – Ему было всего пять, а он уже разобрал ее на прутики и пытался приделать крылья из какой-то старой перьевой подушки. Весь был в перьях!
Я представила эту картину и расхохоталась.
– Ох, Элик, ты всегда был изобретателем, значит? – я обняла сына, который смущенно прятал лицо в моей руке, но глаза его сияли.
– Зато я тогда понял, как работает распределение магической энергии по длине! – гордо заявил он, а Ядвига только вздохнула:
– И еще раз доказал, что моя метла не нуждается в улучшении, пока ею управляет ее хозяйка, а не маленький гений.
Мне даже показалось, что она помолодела на пару лет, после того, как разделила тяжесть своего поступка, которая столько лет давила на ее хрупкие плечи.
Элариан делился своими успехами в артефакторике. Он водил меня по своей импровизированной мастерской, где повсюду валялись странные шестеренки, мерцающие кристаллы и недоделанные механизмы.
– Вот смотри, мама! Это мой новый проект, – с энтузиазмом рассказывал он, указывая на причудливое устройство, похожее на небольшой телескоп с множеством линз. – Я хочу создать устройство, которое сможет не просто переводить мысли в текст, но и проецировать их в виде картинок! Представляешь, сколько времени мы сэкономим на объяснениях?
Я слушала, завороженная. Мой сын был настоящим талантом.
– Это потрясающе, Элик! А для чего эти маленькие кристаллы? – я осторожно прикоснулась к одному из них и он слабо запульсировал синим светом.
– Это стабилизаторы. Натаниэль сказал, что без них конструкция будет… нестабильной, – он наморщил лоб, воспроизводя, должно быть, интонации наставника.
А потом, с гордостью истинного мастера, он представил мне своих «подмастерьев» – нескольких ребят из школы, которые с благоговением следили за каждым его движением. Им было лет по семь. Он учил их основам, а они смотрели на него, как на волшебника.
Мой сын. Мой удивительный сын. Я смеялась и шутила с ними, помогая собирать рассыпавшиеся детали и чувствовала, как в моей груди расцветает что-то теплое и неведомое – чувство семьи, которое я так давно искала.
Я помогала Яге по хозяйству, училась варить ее особенные травяные сборы.
– Вот, Даша, а этот сбор от бессонницы. Главное – не переборщить с кореньями, иначе спать будешь неделю, – наставляла Яга и мы обе смеялись.
Я даже несколько раз читала сказки младшим детям, укладывая их спать. А потом мы с Эликом гуляли по территории школы, он расспрашивал меня о том мире, в котором я жила и восхищался изобретениями с Земли. Жизнь, наконец, обрела смысл и наполнилась светом.
Дариан тоже не покидал мои мысли. Его образ периодически всплывал в моей памяти, оттесняя на время безмятежное счастье.
Они с Аластором уехали решать свои «важные взрослые мужские дела», как он сказал, отмахнувшись от моих вопросов.
Конечно же, они не посвятили меня в подробности. Но я не могла винить его, ведь сейчас, рядом с Эларианом, это казалось таким незначительным.
В ту ночь перед отъездом, Дариан зашел ко мне. С порога прижал к себе, поцеловал страстно, до дрожи в коленях и уткнулся носом мне в волосы. Я прижалась к его груди и слушала, как бьется его горячее, неугомонное сердце.
Хотелось, чтобы этот миг не заканчивался никогда. Хотелось, забрать Элика и уехать жить втроем в какую-нибудь глухую деревню, чтобы никто нас там не нашел.
Хотя кого я обманываю? Меня нашли в другом мире. Надеяться на то, что не найдут в этом – было бы крайне глупо.
– Я все решу! Не переживай ни о чем, – прошептал дракон мне на ухо, почувствовав, как я внутренне напряглась. Его большая теплая ладонь успокаивающе поглаживала меня по спине.
Я тогда кивнула, стараясь поверить, но легкое беспокойство, похожее на назойливый шепот ветра за окном, все равно осталось. Его уверенность была непоколебимой, но я знала, что проблемы, которые он взялся решать, были огромны.
И от этого обещания, полного любви и защиты, мне стало еще тревожнее. А что, если ситуация окажется куда более сложной, чем мы думаем?
Во всем остальном, кроме моего беспокойства за Дариана, все было тихо. В один из таких спокойных, безмятежных вечеров, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрашивая небо в нежные персиковые оттенки, мы снова сидели на кухне.
Я, Ядвига и Элариан, как самая настоящая семья, пили вкусный чай, который Яга приготовила с мятой и лесными ягодами.
Элик взахлеб рассказывал про новую идею для артефакта – «машины для создания леденцов», – а Яга посмеивалась, поглаживая его по голове.
Время уже перевалило за полночь, а сна не было ни в одном глазу. Я смотрела на них и в душе разливалось такое счастье, такое умиротворение, что казалось, будто весь мир остановился, чтобы дать нам насладиться этим моментом.
Внезапно уютную тишину нарушил странный звук. Это было похоже на звук медленно нарастающей сирены, идущей откуда-то из глубины школы. Мое сердце подпрыгнуло.
– Что это? – спросила я, инстинктивно вздрогнув, и стала озираться в поисках источника.
Ядвига мгновенно изменилась в лице. Улыбка сползла, глаза сузились.
– Система оповещения, – тихо произнесла она, ее голос был напряженным. – Натаниэль разработал ее для нас. Она срабатывает, когда кто-то проходит в ворота. Кто-то, кто нуждается в помощи… или…
Она не договорила, но я поняла. Или кто-то, кто несет опасность. Атмосфера в комнате мгновенно сгустилась, превратившись из теплой и уютной в ледяную и тревожную.
– Но ведь «или» быть не должно, – заметила я, вспоминая, что эта школа создана, как безопасное пристанище и обнаружить ее может только тот, кто действительно оказался в беде.
– Всегда можно найти лазейку, если очень захотеть, – фыркнула Яга, вставая из-за стола.
– Останься здесь, Элариан, – приказала она, голосом не терпящим возражений.
Элик кивнул, его юношеское лицо стало серьезным, но в глазах мелькнула испуганная искорка.
– Я пойду с тобой, – сказала я, поднимаясь следом, нутром чувствуя неладное. Я не могла оставаться в стороне, когда надвигалось что-то неизвестное.
Мы вышли на улицу. Воздух был прохладным, ночь уже вступала в свои права, рисуя длинные тени. Тревожный сигнал продолжал звучать, указывая направление. Он вел нас к старому фонтану во дворе, тому самому, у которого когда-то обнаружилась и я.
Я ускорила шаг под бешено колотящееся в груди сердце.
Мы добрались до фонтана. Его вода еле слышно журчала, отражая тусклый свет луны. Возле одной из каменных лавочек, у самой кромки воды, лежала темная фигура.
– Он… он ранен, – прошептала я, чувствуя, как холодок пробегает по спине.
Ядвига кивнула, ее лицо было бледным. Мы подошли ближе. Это был мужчина, судя по всему, крупный и крепкий, но сейчас он выглядел изможденным, а на земле вокруг него расплывалось темное пятно. Кровь.
– Помоги мне его перевернуть, – осторожным шепотом попросила Яга.
Я склонилась, схватив его за плечо и почувствовала, словно моя сила потянулась к нему. Его тяжелое тело было неестественно горячим, даже обжигающим сквозь ткань.
Я заметила, как от меня к нему медленно потянулись еле заметные магические огоньки, такие, как когда я лечила Дариана. Но только в этот раз я не управляла ими.
Мы синхронно потянули и мужчина перевернулся на спину.
В тот же миг Ядвига в ужасе отшатнулась, ее глаза расширились, а из горла вырвался приглушенный стон, полный чистого, животного страха. Я замешкалась, глядя на ее реакцию и тут мужчина, лежащий у наших ног, закашлялся. Его веки дрогнули, и он медленно открыл глаза.
И в них, вместо зрачков, сверкнули два вертикальных золотистых огня. Драконьи глаза.
– Ну, здравствуй, Ядви, – прохрипел он и этот голос, полный ледяной злобы и торжества, я узнала бы из тысячи, не смотря на то, что никогда его не слышала. Он был полон смертельной опасности. – Я же обещал тебя найти.
Мое тело парализовало. Воздух вокруг стал вязким и тяжелым, наполненным ужасом. Ядвига стояла как вкопанная, ее лицо было белее мела, а взгляд приковал к нему, словно змея к своей жертве. Мое сознание пронзила одна мысль, острая, как кинжал – Хорт. Он нашел нас.
