Текст книги "Хроники Менталиста 3 (СИ)"
Автор книги: Ярослав Чичерин
Соавторы: Сергей Орлов
Жанры:
Боевое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
– Видишь ли, я коллекционер редкостей. Антиквариат, предметы искусства, старинные артефакты. – Он сделал паузу. – И люди. Особенно Одарённые с необычными способностями.
Он бросил на меня оценивающий взгляд, словно мысленно прикидывая, на какую полку своей коллекции меня поставить.
– Ты – редкость. Менталист с могущественным амулетом, умеющий драться как тренированный боец спецподразделения. У тебя есть потенциал, какого я давно не видел.
Что-то в его тоне заставило меня насторожиться. Он говорил обо мне не как о человеке, а как об особенно ценном экспонате. Интересно, что случается с его коллекцией, когда экземпляры перестают его развлекать?
– И вы хотите… что? Чтобы я стал вашим бойцовым псом? – спросил я с вызовом.
Никонов рассмеялся, запрокинув голову.
– Нет, мой юный друг. Я хочу, чтобы ты стал моим партнёром. Моим… протеже. – Он снова стал серьёзным. – Я предлагаю тебе защиту от имперских агентов. Новую личность, о которой я уже позаботился. Профессиональное обучение для развития твоего дара – у меня есть связи с лучшими менталистами вне Академии.
Он говорил, а я слушал, понимая, что это предложение заманчивее, чем он сам думает. Всю жизнь я считал себя беспризорником, никем, сиротой без роду и племени. Только недавно я узнал о своём происхождении, о даре, о том, что во мне течёт кровь императоров. И до сих пор не знал, что делать с этой информацией. А теперь передо мной открывался путь к могуществу.
Я мог бы научиться использовать свой дар на полную мощность. Понять истинную силу амулета. Стать кем-то большим, чем просто мелкий воришка с улиц. Возможно, даже вернуть то, что принадлежало моей семье по праву.
– Влияние, ресурсы, связи – всё это будет в твоём распоряжении, – продолжал Никонов. – Взамен ты будешь работать на меня. Решать… деликатные проблемы. Быть моими глазами и ушами там, куда я сам не могу попасть.
– Какого рода проблемы? – уточнил я, хотя и так догадывался.
Никонов сделал неопределённый жест рукой.
– Разные. Иногда нужно просто добыть информацию. Иногда – убедить кого-то принять правильное решение. – Он посмотрел мне прямо в глаза. – А иногда… устранить препятствие. Твой дар идеально подходит для таких задач. Особенно когда амплифицирован родовым амулетом.
То есть, шпионаж, манипуляции и убийства. Прекрасное будущее для наследника императорского рода – стать наёмником криминального авторитета.
– А если я откажусь? – спросил я.
Никонов пожал плечами с наигранным безразличием.
– Тогда возьмёшь свой гонорар и уйдёшь. – Он сделал паузу. – Но долго ты не проживёшь. Корсаков не забыл, как ты унизил его в ресторане. А Вихрь… поверь, он найдёт способ отомстить. К тому же, в город прибыли имперские агенты. Они ищут беглых Одарённых. – Он встретился со мной взглядом. – И особенно их интересует один подросток со способностями Менталиста…
Я сжал кулаки под столом. Они знали о нас. Они были здесь. Проклятье. Как же быстро они нашли наш след? Может, Никонов прав, и нам с Кристи не выбраться из этого города самостоятельно?
– И что насчёт Кристи? – спросил я. – В вашем… предложении есть место для неё?
Никонов слегка наклонил голову, словно этот вопрос его удивил.
– Конечно. У меня достаточно просторный особняк. Ей найдётся комната. – Он сделал паузу. – Хотя должен предупредить: девочка может не одобрить твой выбор. У неё, как я понимаю, довольно… принципиальный характер.
Откуда он знает о характере Кристи? Сколько времени он за нами следил? И где она сейчас?
– Подумай хорошенько, – произнёс Никонов, видя моё замешательство. – Я даю тебе время до утра. Но знай: моё предложение – твой единственный шанс выжить в этом городе. И не просто выжить, а стать тем, кем ты должен быть по рождению. Сильным. Влиятельным. Уважаемым.
Он протянул руку, словно для рукопожатия, но остановился в нескольких сантиметрах от моей.
– Что скажешь, Матвей Северов? По рукам?
Глава 12
Цена выживания
Я смотрел на протянутую руку Никонова, чувствуя, как каждая мысль в моей голове кричит о ловушке. О цене, которую придётся заплатить. О том, что я собираюсь продать не просто свои услуги – а самого себя.
И всё же…
Имперские агенты… Корсаков, жаждущий мести… Вихрь, которого я унизил на глазах у всего высшего общества… Деньги, которые рано или поздно закончатся. А потом… что потом?
Вечное бегство. Постоянный страх. Взгляды через плечо, ночи без сна, заколоченные окна и запасные выходы. Сколько раз нам с Кристи приходилось бросать всё и исчезать в ночи, едва завидев патруль Серых? Сколько раз мы теряли последнее, чтобы сохранить жизнь? И каждый раз след из пепла и крови оставался за нами, указывая путь нашим преследователям. Ни один из побегов не был окончательным. Ни одно убежище – по-настоящему безопасным.
Сколько мы еще продержимся без защиты? Месяц? Два? Ни у меня, ни у Кристи не было иллюзий насчёт того, насколько быстро Империя находит тех, кого действительно хочет найти. Особенно Одарённых. Особенно последнего из Белозерских.
А здесь – шанс. Хрупкий, опасный, с привкусом сделки с дьяволом. Но всё же шанс. Не просто выжить, а жить. Полноценно, с документами, именем, возможностями. С деньгами. С силой. С властью, которую мой род по праву носил в крови.
Конечно, Никонов не предлагает мне всё это из доброты душевной. Он видит во мне инструмент. Может быть, даже оружие. И чем острее и смертоноснее я окажусь, тем больше ему понравлюсь. Чем полезнее буду – тем дольше проживу. И тем больше власти получу.
Неопределённость будущего, пугающая раньше, теперь обретала форму. Жёсткую, зловещую, но осязаемую. Договор с Никоновым – это прежде всего структура. Чёткие правила игры, пусть и порой смертельной. А правила всегда можно использовать. Всегда можно найти лазейки, слабые места, точки, где можно надавить. Выиграть время. Набраться сил. Обрасти связями и ресурсами.
А когда я стану достаточно сильным, когда обрету вес и влияние… тогда можно будет думать о большем. О Ростовском княжестве, например. Гаррет говорил, что там ещё сильны позиции сторонников Белозерских. Что там меня могли бы поддержать. Но не как оборванца с туманными правами на престол, а как могущественного Одарённого со своими людьми, деньгами и репутацией. Того, кто сам стал силой, а не просто унаследовал её.
Это не бегство, а отступление на заранее подготовленные позиции. Не сдача, а временная капитуляция, чтобы потом нанести удар. В конце концов, разве не этому учила меня сама жизнь? Выживать, адаптироваться, ждать подходящего момента?
Мысль о Кристи укололась под сердцем. Что скажет она, когда узнает? Поймёт ли моё решение? Или увидит в нём предательство всего, во что мы верили вместе?
Кристи всегда была идеалисткой, даже в самые тёмные дни. Верила, что мы сможем преодолеть всё сами, что нам не нужны покровители, не нужна ничья помощь. «Мы справимся, Макс», – говорила она, – «мы всегда справляемся». И обычно она оказывалась права.
Но этот раз был другим. Слишком высокие ставки. Слишком могущественные враги. Слишком много глаз следило за каждым нашим шагом. Имперские агенты, местные воротилы, наёмники – все они сужали круг, не оставляя путей для отступления.
И да, я соглашался на сделку с дьяволом. Но прежде всего – ради неё. Чтобы она могла жить без страха быть схваченной и убитой только за то, что была рядом со мной. Я готов был продать душу, если это означало её безопасность. Пусть она этого не поймёт сейчас, но потом, когда пройдёт время… Когда первая боль и разочарование утихнут… Может, тогда она увидит, что у меня просто не было выбора.
Точнее, выбор был – жить или умереть. И ради неё я должен был выбрать жизнь. Даже если ей этот выбор ей не понравится.
– По рукам, – я сжал ладонь Никонова.
Пальцы промышленника были неожиданно твёрдыми и сухими, как будто высеченными из камня. Его рукопожатие – крепким, но не агрессивным. Он не пытался показать превосходство или запугать, как делали многие в мире, где я вырос. В его жесте чувствовалась уверенность человека, привыкшего получать то, что хочет.
– Отличное решение, – в глазах Никонова промелькнуло удовлетворение. Затем он отпустил мою руку и откинулся на спинку кресла. – И поверь мне, ты не пожалеешь.
– Что теперь? – спросил я, стараясь звучать деловито.
Никонов коротко усмехнулся, как будто оценив моё нетерпение. Он нажал на скрытую кнопку под столешницей, и через несколько секунд в кабинет вошёл Лёва с небольшой папкой в руках.
– Благодарю, – кивнул Никонов, принимая бумаги. – Можешь идти.
Бармен молча удалился, а Никонов открыл папку и просмотрел несколько страниц, затем удовлетворённо кивнул и протянул её мне.
– Твоё первое задание, – сказал он. – Ничего сложного для человека с твоими… талантами.
Я взял папку и начал просматривать содержимое. Внутри была карта порта с отмеченным на ней складом, несколько фотографий какого-то взрослого мужчины в деловом костюме и краткое досье.
– Это Сергей Волков, – пояснил Никонов, указывая на фотографию. – Владелец небольшой транспортной компании. Упрямый старик, который не понимает, что некоторые вещи неизбежны. – Он сделал паузу. – Уже третий месяц отказывается подписать передаточные документы на свой бизнес.
– И вы хотите, чтобы я… убедил его? – осторожно уточнил я.
– Именно, – кивнул Никонов. – Не нужно ничего… экстремального. Просто убеди его подписать бумаги. – Его голос стал чуть мягче. – Знаешь, иногда люди просто не понимают, что для них лучше. Они цепляются за старое, за привычное, даже если это тянет их на дно. Волков именно такой – сентиментальный старик, который не видит, что его время прошло.
Я молча просматривал бумаги. Волков, мужчина лет пятидесяти, седоволосый, с характерной родинкой у левого глаза и загрубевшими руками старого портовика. Судя по отметкам на карте, его держали на складе № 17 в восточной части порта.
– Он… пленник? – спросил я, заметив пометку о охране.
– Назовём это… гостеприимством с элементами принуждения, – улыбнулся Никонов. – Мои люди пригласили его обсудить детали, а он оказался несговорчивым. Сейчас ему просто дают время подумать. – Он сделал паузу. – Но время дорого, а твои способности могут значительно ускорить процесс.
Я закрыл папку, осознавая, что меня просят применить дар для принуждения человека против его воли. Не то чтобы я не делал этого раньше… но никогда это не было настолько… хладнокровно и преднамеренно.
– К утру мне нужны подписанные бумаги, – сказал Никонов, вставая. – Лёва отвезёт тебя на склад и даст все необходимые документы. – Он положил руку мне на плечо. – Это проверка, Сокол. Покажи мне, что я не ошибся, сделав на тебя ставку.
– А Кристи… – начал я.
– Займись сначала заданием, – отрезал Никонов. – Есть время до утра. А потом мы обсудим будущее твоей… подруги.
Мне не нравился его тон, но спорить сейчас было бессмысленно. Я кивнул и поднялся, забирая папку и конверт с деньгами.
– Не подведи меня, – произнёс Никонов, когда я уже был у двери. – Помни: теперь ты часть моей семьи. А я забочусь о своих.
Я кивнул, не оборачиваясь, и вышел из кабинета.
Ночной воздух был пропитан морской солью и запахом гниющих водорослей. Я брёл по пустынным улицам, гонорар от боя оттягивал карман, а мысли метались как загнанные звери. Конечно, я мог бы воспользоваться предложенной Никоновым машиной, но мне нужно было время подумать, поэтому я отказался, сказав, что сначала хочу заехать домой.
Улицы Ржавого Порта были пустынны в этот час. Редкие фонари бросали жёлтые пятна света на мокрую от недавнего дождя брусчатку. Где-то вдалеке завывала корабельная сирена – последний ночной состав готовился к отплытию.
Я думал о Кристи. О том, как объяснить ей своё решение. Она всегда верила в то, что мы сможем сами справиться с любыми трудностями. Что нам не нужны покровители, особенно такие, как Никонов. Что мы выкарабкаемся, как выкарабкивались всегда.
Но в этот раз всё было иначе.
Наше убежище встретило меня приглушённым светом и тишиной. Я тихо отпер дверь и вошёл, стараясь не шуметь – вдруг Кристи уже спит. Хотя, зная её, вряд ли она легла, не дождавшись моего возвращения.
И действительно – Кристи сидела за столом, уставившись в одну точку. Перед ней лежала раскрытая книга, но было видно, что она не читает. Заслышав мои шаги, она подняла голову, и её лицо на мгновение смягчилось, прежде чем снова стать напряжённым.
– Наконец-то, – сказала она, поднимаясь. – Я уже думала, что Никонов решил оставить тебя у себя насовсем.
– Так ты знала, что я пойду к нему? – я прошёл внутрь, прикрывая дверь.
– Я видела, как вы разговаривали после боя, – пожала плечами Кристи. – А потом эта его дочка… – она скривилась, словно откусила что-то кислое, – так на тебя смотрела, будто ты уже её собственность.
В её голосе звучала какая-то сдержанная злость – не на меня, а на ситуацию в целом.
– Я ушла оттуда, – она отвернулась к окну. – Не могла смотреть на всё это… представление. Фальшивые улыбки, деланный восторг. Выставка племенных бойцов для богатеньких господ.
Теперь понятно, почему я не нашёл её в толпе. Она видела начало боя, но потом предпочла не смотреть, как меня превращают в развлечение для местной элиты.
Кристи подошла ближе и осторожно коснулась моей рассечённой брови, где медик наложил швы.
– Выглядит паршиво, – заметила она. – Сильно болит?
– Пара трещин в рёбрах, но ничего серьёзного, – я попытался улыбнуться, но вышло криво.
Кристи внимательно изучала моё лицо, словно искала что-то, известное только ей. Затем кивнула каким-то своим мыслям и отступила.
– Я разогрела суп, – сказала она, указывая на стол, где стояла миска с дымящимся бульоном и лежал свежий хлеб. – Тебе нужно поесть после такого… испытания.
– Спасибо, – я опустился на стул, вдруг осознав, насколько устал и проголодался.
– Так что там произошло? – Кристи села напротив, подперев подбородок рукой. – После твоей победы?
– Я расскажу, – кивнул я, зачерпывая ложкой горячий суп. – Но это… долгий разговор.
Я начал рассказывать ей о бое, о том, как обнаружил трещину в блокираторе Вихря, как пробился через его защиту. С каждым словом её лицо становилось всё серьёзнее, а взгляд – всё внимательнее. Она слушала, почти не перебивая, только изредка задавая уточняющие вопросы.
Когда я замолчал, она некоторое время сидела молча, обхватив колени руками.
– А что было после? – наконец спросила она. – Никонов заплатил?
Момент истины. Я мог бы солгать, сказать, что просто получил гонорар и ушёл. Но врать Кристи… после всего, что мы прошли вместе я не мог.
– Он предложил мне работу, – сказал я, стараясь звучать спокойно. – Постоянную.
Кристи замерла. Её глаза расширились.
– И ты?..
– Я согласился.
Тишина, повисшая в комнате, была настолько плотной, что её, казалось, можно было резать ножом.
– Ты… что? – её голос дрогнул.
Я достал из кармана конверт с документами и положил на стол.
– Он дал нам новые личности. Документы, которые пройдут любую проверку. Имперские бумаги, Крис, понимаешь? С такими мы сможем жить нормально, не прячась.
Кристи медленно взяла конверт, открыла его и начала просматривать бумаги. Её пальцы слегка дрожали, когда она перелистывала страницы.
– Матвей Северов? – она подняла на меня взгляд. – И… Кристина Лавренева? Он уже и для меня всё подготовил?
– Он знает о нас больше, чем мы думали, – признал я.
– И ты просто… согласился на него работать? – Кристи отложила бумаги. – Стать его… кем? Наёмником? Убийцей?
– Решателем проблем, – я пожал плечами, стараясь казаться беззаботнее, чем чувствовал себя на самом деле. – Ничего такого, чего мы не делали раньше.
– И что за место ты получишь в его… организации? – Кристи сложила руки на груди. – Какую-то должность? Или просто будешь мальчиком на побегушках?
– Он называет меня своим протеже, – я провёл рукой по волосам. – Говорит, что видит во мне потенциал. Хочет… обучать меня, развивать мой дар.
– И ты веришь в это? – она покачала головой. – Макс, он бизнесмен. Криминальный авторитет. Он не занимается благотворительностью. Он будет использовать тебя, пока ты полезен, а потом…
– А потом я буду достаточно силён, чтобы выбирать самому, – перебил я её. – Никонов может дать мне то, чего у меня никогда не было – власть, возможности, связи. Я не собираюсь быть его марионеткой вечно, Крис. Это временная мера.
– Временная мера? – Кристи невесело рассмеялась. – Такие люди не отпускают тех, кто им служит, Макс. Либо ты с ними до конца, либо… конец наступает раньше, чем ты планировал.
Она была права, и я это знал. Но и я не стал ей говорить, что без сомнений разберусь с Никоновым, если он станет для нас угрозой.
– Чего он от тебя хочет? – её голос стал жёстче. – Какое первое задание?
Я помедлил. Скрывать дальше было бессмысленно.
– Есть человек, который не хочет подписывать какие-то документы. Никонов хочет, чтобы я… убедил его.
– Убедил? – она фыркнула. – Ты имеешь в виду – заставил? Применил дар против его воли?
– Ну да, – я не видел смысла отрицать очевидное. – Что в этом такого? Я и раньше так делал.
– Когда речь шла о выживании! – Кристи вскочила на ноги. – Когда у нас не было выбора! А сейчас… сейчас ты просто продаёшься!
– У нас и сейчас нет выбора! – я тоже поднялся, чувствуя, как внутри закипает раздражение. – Ты не понимаешь, что происходит? В городе имперские агенты! Они ищут таких, как я! Они знают о нас, Кристи!
– Именно поэтому мы должны бежать отсюда, а не связываться с криминальным боссом! – выкрикнула она. – У нас есть деньги с боя, мы можем купить билеты и уехать прямо сейчас!
– Куда? – я взмахнул руками. – Куда ты предлагаешь бежать? С фальшивыми документами, которые расколются при первой же серьёзной проверке?
Кристи отступила на шаг, её лицо исказилось от ярости и боли.
– Ты слушал этого… Никонова, – процедила она. – И решил, что он заботится о твоём благе? Ты действительно веришь, что ему есть до тебя дело? До нас?
– Нет, конечно! – я рассмеялся, но смех вышел горьким. – Я не идиот, Крис. Он хочет использовать меня. Но пока наши интересы совпадают…
– Интересы? – она перебила меня, и в её голосе звенела сталь. – Какие, чёрт возьми, интересы? Стать марионеткой в руках того, кто будет заставлять тебя ломать людей?
– Выжить! – рявкнул я. – Мой единственный интерес – это выжить! И твой, кстати, тоже! Или ты предпочитаешь героически сдохнуть от руки имперских агентов?
Мы стояли друг напротив друга, тяжело дыша. Это была наша первая настоящая ссора за долгие годы дружбы. Не просто размолвка, а глубокий, фундаментальный конфликт, в котором каждый считал, что прав именно он.
– Знаешь, что я вижу? – тихо спросила Кристи, и её тихий голос ударил сильнее крика. – Я вижу, как ты превращаешься в то, что всегда презирал. В марионетку, в наёмника, в убийцу без принципов.
– Я всегда был убийцей без принципов, – горько усмехнулся я. – Или ты забыла? Это ты у нас всегда была светлой и чистой, а я просто выживал, как мог.
– Нет, – она покачала головой. – Ты всегда был лучше, чем думал о себе. Всегда. Даже в самые тёмные времена ты сохранял… человечность. – Она сделала паузу. – А теперь ты просто… сдаёшься. Становишься тем, кого тебе навязывают.
– Я становлюсь тем, кем должен быть, чтобы выжить! – выкрикнул я. – И если ты не понимаешь этого, значит, ты просто… наивна! Живёшь в своём выдуманном мире, где добро побеждает зло, а принципы важнее жизни!
Кристи отшатнулась, словно я её ударил. В её глазах блеснули слёзы – редкое зрелище для девчонки, которая могла выдержать пытки, не проронив ни звука.
– Значит, вот как, – тихо сказала она. – Ты выбрал свой путь.
– А у меня был выбор? – горько спросил я.
– Всегда есть выбор, Макс, – ответила она. – Всегда.
Она смотрела на меня долгим, изучающим взглядом, словно видела впервые. Между нами словно разверзлась пропасть – такая глубокая, что её уже не перепрыгнуть. Мы оба это чувствовали.
– Я не могу на это смотреть, – медленно произнесла она. – Не могу видеть, как ты становишься… этим. Тем, кого мы всегда презирали.
Её слова били точно в цель. Часть меня хотела схватить её за плечи, встряхнуть, заставить понять. Другая часть – признать, что она права, что я действительно предаю всё, во что верил.
Я встал, чувствуя, что если сейчас же не уйду, мы наговорим друг другу слишком много такого, о чём потом пожалеем. Мы никогда раньше не ссорились по-настоящему. Никогда не были по разные стороны баррикад. Мы всегда были «мы против мира», а теперь…
– Мне нужно идти, – сказал я, направляясь к двери. – Поговорим утром, когда оба остынем.
– И что изменится утром? – спросила она. – Ты всё равно пойдёшь выполнять это задание, верно?
Я не ответил, просто взялся за ручку двери.
– Я буду ждать тебя, – сказала она тихо. – Но если ты сделаешь это… если применишь дар, чтобы сломать человека ради Никонова… что-то между нами изменится навсегда. Ты это понимаешь?
Я кивнул, не оборачиваясь. Понимал. Но выбора у меня не было. Или мне так казалось.
– Мне жаль, Крис, – сказал я. – Правда жаль.
Я вышел, тихо прикрыв за собой дверь, чувствуя, как внутри что-то обрывается. Словно я отсекал часть себя, оставляя её в этой комнате с Кристи.




























