Текст книги "Пленница жестокого дракона (СИ)"

Автор книги: Ярина Серебровская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

Попытка побега

Ужин длится бесконечно. Я замерзшая сижу под потолком, цепляясь за балки окаменевшими пальцами и слушаю, как урчит мой живот, завязываясь узлом от восхитительных запахов еды, доносящихся снизу. Там пируют драконы. Исходящее паром мясо поливают кровавыми соусами, расчленяют белоснежную рыбу, вгрызаются в сочные фрукты и овощи и подбирают подливу мягким ноздреватым хлебом. Я только сглатываю, глядя на это.

А потом отворачиваюсь, потому что помимо торжества желудка, там происходит другое торжество плоти. Те девушки, которых отобрал Даррак, сидят за его столом и спокойно едят. Кроме той, что у него на коленях. Она испуганно сжимается каждый раз, когда он шевелится и норовит прикрыться, но он с рыком убирает ее руки, заставляя сидеть с обнаженной грудью. Его огромная темная ладонь сжимает ее бедро, когда другой рукой он обгрызает зажаренные ребра или откусывает какой-нибудь сочный фрукт. Больше он с ней ничего не делает.

В отличие от его друзей.

Другие драконы больше времени уделяли не еде, а оставшимся в зале девушкам. Некоторые из них ушли, когда Даррак отпустил, но других слишком привлек горячий ужин. Мы так давно не видели хорошего мяса, вкусного хлеба, свежих овощей, что я их понимаю. Они многим рискуют, оставаясь тут, но удержаться нет никакой возможности. Не уверена, что я сама ушла бы, если бы могла дотянуться до виноградной кисти, пылающей фиолетовым и розовым, что манила меня на краю стола Даррака даже больше, чем мясо.

И пока девушки быстро, обжигаясь, ели, засовывая в рот огромные куски темного мяса, к ним медленно подбирались хищники. Мужчины в черной коже сжимали кольцо, нависали над ними и захватывали в плен. Стоило кому-нибудь зазеваться – она уже оказывалась на коленях какого-нибудь здоровяка с темными волосами и страшными глазами. Он усаживался на лавку и пока девушка продолжала поглощать вкусную еду, его ладони уже шарили у нее под юбкой.

Кто бы пять лет назад сказал нам, что красавица Эдна, стройная и статная леди, чей муж храбрец и красавец погиб одним из первых, мы даже успели об этом услышать, будет позволять чужому мужчине расшнуровывать свой корсет?

Но она была слишком гордой. Никогда не позволяла себе лишней еды, не отнимала ее у слуг, не бегала в лес за ягодами. Она слишком мало ела, так что ее красота даже потускнела. Наверное, она не очень хотела жить после смерти супруга. Но не успела умереть.

И теперь задиристый дракон с копной медных волос скалит ослепительно белые зубы, выуживая ее грудь из низкого декольте. Пока она обгладывает куриную ножку, он впивается губами в ее яркие соски.

Кажется, она не обращает внимания. Инстинкты выживания сильнее гордости. Наверное.

Я никогда бы не оказалась на ее месте, как мне кажется. Потому что это унизительно.

Но я и не была на ее месте.

И когда белозубый дракон задирает ее пышные юбки, я могу только зажмуриться, чтобы не видеть падения леди Эдны ради куриной ножки.

Тут и там в зале слышатся уже вскрики и вздохи. Я могу не смотреть, могу заткнуть уши, но они все равно пробиваются сквозь нехитрую защиту. Там внизу происходит свальный грех среди остатков пиршества. Прямо на лавках, прямо на столах среди разлитого вина и давленого винограда захватчики берут свою добычу.

Даррак смотрит на это с потрясающим равнодушием. Девушка на его коленях нервно ерзает, но он даже не трогает ее обнаженную грудь. Наверное, он видел это зрелище не раз.

Его время придет позже и тогда…

Я содрогаюсь. Если все остальное правда, то слухи о том, что после ночи с ним наложницы не выживают тоже может оказаться правдой. А значит все, кто сидит сейчас с ним за столом и ест, избавленные от внимания других драконов – обречены.

Сжимаюсь в маленький комочек, понимая, что впереди только неизвестность, опасность и смерть. Никакого избавления от страха. Я уже не дождусь своего Эдиля с войны, потому что вместо него пришли эти жестокие твари. Нелюди. Потому что только нелюди могут вот так брать женщин, пользуясь их голодом и страхом.

Плана побега у меня нет, я только знаю, что мне нужно раздобыть теплых одеял и одежды и украсть еды. Чтобы выжить в лесу хотя бы первое время, пока я пойму, что делать.

Мне удалось немного подремать, хотя резь в желудке от голода и отвращение от звуков, доносящихся снизу не помогали. Но в следующий раз мне может вообще не придется ночевать даже в таком относительном тепле.

К счастью, Даррак сам устал от этой оргии и просто поднялся, не спуская с колен свою добычу. Он перекинул девушку через плечо и махнул другим.

Его воины не обратили внимания на то, что их предводитель уходит, а он прошествовал к дверям и направился, должно быть, в свои покои. Не знаю, где он собирается держать свой гарем в нашем замке, потому что у него всего три комнаты. Но это не мое дело.

Постепенно вслед за ним стали расходиться и другие драконы, некоторые из которых забирали своих наложниц с собой. А кое-кто так и бросал в зале.

Я видела, как кто-то из девчонок рыдал в уголке, но их тоже подбирали рано или поздно. Постепенно тухли свечи и когда темнота сгустилась в зале, я решилась выбраться. Мой план был таков – я прокрадываюсь в зал, собираю в узелок мясо и хлеб, поднимаюсь в свою комнату и беру там одеяла.

А потом спускаюсь в подвал замка, откуда идет подземный ход. Никто, кроме мужчин, не знал о его существовании. Только я нашла его когда-то в детстве и перед началом войны таскала через него еду дракону со сломанными ногами.

Я очень смутно помнила эту историю, потому что очень быстро пришла война, а сразу после того, как он улетел, я тяжело заболела и месяц лежала в лихорадке.

Иногда мне казалось, что все это мне привиделось в бреду.

Может, так и было.

Но вряд ли кому-то из драконов известно о подземном ходе и землянке, которая находится недалеко от него. Это все равно небезопасно, но чтобы выбраться и одну ночь переночевать сойдет.

Я с трудом разогнулась и размяла сведенные ноги, сделала несколько упражнений, чтобы не споткнуться от судороги.

А потом начала аккуратно и очень тихо спускаться по лестнице.

От моего тайного хода к главному залу вел очень узкий коридор для слуг, по которому я бежала на цыпочках пока со всего размаху не врезалась в кого-то очень высокого и горячего. Мои ладони уперлись в мужскую грудь, я подняла голову – и не удержала вскрика. На меня смотрел своими страшными черными глазами сам Даррак.

Попалась

Я все еще была в своих обносках и старой шали. В темноте коридора нельзя было рассмотреть моего лица. Надо было сгорбиться, чтобы страшный захватчик точно не признал во мне молодую девушку. Все эти мысли пришли мне в голову уже потом, когда я смогда думать. А в ту секунду, встретившись взглядом с его кошмарно черными глазами, я почувствовала, как меня затягивает в их бездонную глубину. Словно самые темные страхи и самые глубокие пещеры позвали меня из черноты его зрачков.

Даррак перехватил мою руку и больно, до синяков, сжал запястье. Не вырваться. Даже не выжить. Он застыл на месте, не двигаясь. И если было понятно, почему стою, как примороженная я, очень уж страшно, то почему это делает он

Тем временем захватчик-дракон медленно потянул меня за руку к себе, так что пришлось сделать несколько шагов и оказаться вплотную к нему. Он поднял мое запястье к лицу и глубоко вдохнул его запах. А потом… дотронулся губами до нежной кожи на внутренней стороне.

– Кто это у нас тут? – Голос дракона был низкий и нотками хрипотцы. – Ты выглядишь, как старуха, но пахнешь… совсем иначе. И у старух не бывает такой кожи!

Он дернул с меня шаль, бесцеремонно и нагло, отбросил ее в сторону и в неверном свете редких светильников в коридоре придирчиво всмотрелся в лицо.

– Сколько тебе лет?

Жесткая рука вновь перехватила мое запястье и подтащила меня ближе к нему. Я чувствовала запах кожи и гари, исходящий от него. А еще – железа и чего-то пряного и острого, словно его собственного. И трав. Горьковатых летних трав, разомлевших на солнце ближе к вечеру.

Короче, поймала себя на мысли, что и я нюхаю его не менее нагло, чем он меня.

Дракон же не стал церемониться, а просто нагло крутнул меня вокруг своей оси, сжал ладонью грудь и на лице его отразилось удивление.

– И не девчонка! – Сказал он обвиняюще. – Совсем не девчонка! Но тебя точно не было сегодня вечером в зале! Кто ты такая? А?

Я отступила в тень, но это не помогло.

Он стал надвигаться на меня, пока мои лопатки не уперлись в стену позади. А руки Даррака легли по обеим сторонам от моей головы и он качнулся вперед, приближая свое лицо к моему. Он провел носом по моей щеке, вдыхая мой запах, а потом одно из рук легла на мое бедро, шустро подсобирая юбку, чтобы обнажить бедро.

– Я просто… девушка, господин, – я придала своему голосу как можно более детские интонации. – А вы звали женщин взрослых!

– Врешь! – Сказал он уверенно. – Я чувствую твой запах, и он не детский. А здесь…

Его рука скользнула по моему голому бедру прямо под нижнюю юбку, туда, где нельзя было трогать до сих пор никому. Но уверенные и наглые пальцы Даррака накрыли мое междуножие, а один раздвинул там лепестки плоти и погрузился во влагу.

Я тихо ахнула, а он сразу напрягся всем телом.

– И здесь ты совсем не ребенок… – сиплым полушепотом сказал он.

– Господин, не надо! – Распластанная по стене, я зажмурилась и изо всех сил только терпела его прикосновения, хотя хотелось рыдать.

Как же я так попалась! Хоть не у всех на глазах.

– Как тебя зовут?

– Маленка, господин! Я просто выгляжу старшей, а так я несовершеннолетняя!

– Хватит вррррррать! – Рявкнул он.

Даже в полутьме я видела, как раздуваются его ноздри и каким темным огнем разгораются глаза.

Как же сбежать от него? Как же, как же, как же...

– Отпустите, пожалуйста, мне еще на кухне посуду мыть! – Попробовала я последнее средство.

– Обойдутся без тебя на кухне. Ты сегодня остаешься в моей спальне.

– Нет!

– Хочешь, чтобы я взял тебя прямо тут? – Рыкнул он.

Ох…

Нет, надо использовать все шансы на побег.

– Хорошо, – опустила я глаза. – Как скажет господин.

– Все бы захваченные бабы были такие как ты, послушные… – кривая ухмылка изуродовала его лицо до неузнаваемости. – И придумай хорошую причину, по которой я не видел тебя сегодня в общем зале. Иначе я тебя накажу за неповиновение. Дарис!

Это уже было не мне. В соседнем коридоре мелькнул свет и оттуда высунулся один из темноволосых драконов.

– Отведи эту девку в мою спальню. А ту, что там – к остальным. Хочу сегодня трахнуть эту!

В спальню

Как быстро и бесславно закончилась моя попытка к бегству!

Я едва перебираю ногами, но тому, кто тащит меня за локоть с равнодушным видом, абсолютно все равно. Он даже не оглядывается на меня. Его жеские пальцы до боли сдавливают мою кожу, и он точно знает, куда он идет. Я тоже знаю. Этот замок – мой дом. И сейчас в этом доме я не хозяйка, а пленница.

Пленница жестокого генерала драконов.

Не так уж быстро идет этот Дарис, чтобы я за ним не поспевала. Шаль спадает с плеч, юбки путаются в ногах, но я все равно могу идти вровень с ним. Просто у меня подгибаются колени. Мне всего двадцать лет. Каких-то двадцать лет, четверть из которых идет война.

Лучшую четверть моей жизни я терплю голод и живу в страхе.

Те годы, которые должна веселиться, любить и заигрывать с парнями. Еще вчера мне это казалось ужасной несправедливостью.

Тогда я еще не знала, что эта несправедливость – большое счастье. Потому что сейчас меня ведут на казнь.

Все, что я слышала о Дарраке Черном, Дарраке Безжалостном, самом молодом и сильном генерале драконов уже оказалось правдой.

Значит окажется правдой и то, что ночь с ним не пережила пока ни одна девушка.

Каждая ступенька вверх по лестнице, в башню, по коридору, снова по лестнице, в лучшую спальню замках, переделанную для захватчиков – это шаги на эшафот.

В коридоре, который вел к последней маленькой лесенке перед входом в хозяйскую спальню, я решила, что терять мне нечего.

Замедлила, насколько сумела, шаг и начала грузно оседать на пол, делая вид, что теряю сознание. Сначала дракон, который меня волок, не понял, что происходит, но спустя несколько шагов, когда ему пришлось волочь мое безжизненное тело, он остановился.

Задумался. И не нашел иного решения, кроме как подхватить меня на руки.

Вот тут я на него и набросилась!

Вцепилась ногтями в широкие кожаные ремни на плечах, укусила в щеку, стиснув зубы изо всех сил!

Хотела откусить нос, но он не очень вовремя повернулся.

Он взвыл! Завертелся на месте, пытаясь меня сбросить с себя. Этого мне и нужно было. Я расслабила руки, и он откинул меня так далеко, что я кубарем полетела вниз по лестнице.

Еще немного – и свобода! Вниз, в подвалы, а там подземный ход! Переживу без одежды и еды, мне бы только на свободу! Лучше умереть от холода, чем в постели проклятого дракона!

Но я жестоко переоценила свои силы и недооценила одного из драконов.

Не успела я даже сделать и шагу вниз по лестнице, как меня подхватили под живот с холодным жестоким смешком. Вывернувшись в огромных сильных руках, я увидела, что Дарис смотрит на меня с упреком, а верчусь я в руках у Даррака.

– Почему-то так и думал, что ты не справишься с этой хитрой бестией, – посетовал генерал драконов. – Иди уж, занимайся своими делами. Сам разберусь.

И черный дракон просто перекинул меня через плечо.

До хозяйской спальни он дошел буквально за несколько секунд. Отпер дверь, распахнул ее и крикнул внутрь:

– Эй, ты, девка! Свободна! Можешь бежать!

Я приподняла голову, все еще продолжая висеть у него на плече и увидела стоящую на коленях у кровати девушку в длинной ночной рубашке. Ее волосы были собраны в две длинные косы и увиты лентами. Постель была расстелена и манила белизной простыней. Все это походило не на насилие над пленницей, а на первую брачную ночь лорда и леди.

Растерянность на лице у девушки тоже меня удивила. Она будто бы ждала дракона, а не боялась его. Но на предостерегающий рык, отдавшийся вибрацией во всем теле того, кто держал меня на плече, подскочила и опрометью бросилась прочь.

Даррак тяжело прошел по мягким коврам, устилавшим гранитные полы спальни и остановился у постели. Словно бы в сомнениях. Хотя я его понимала – пока я ждала на балках под потолком, я изрядно измазалась в пыли, и сейчас безжалостно испачкала бы простыни.

– Ладно, – сказал генерал драконов и развернулся в противоположную сторону. – Сначала вымоешься. А я пока закончу свои дела.

Он большими шагами прошел к нише, в которой располагалась медная ванна, от которой исходил пар. Видимо, ее приготовили для захватчика. Я собиралась упереться и остаться в своей одежде, но он не дал мне ни малейшего шанса, просто сбросив меня в эту ванну прямо так, как я была! Намочив и платье, и шаль!

Его хохот все еще звучал у меня в ушах вслед за грохотом захлопнувшейся двери.

И запереть он ее тоже не забыл.

Знакомство

Пять лет хозяйская спальня пустовала, покрываясь пылью. С тех пор, как лорд собрал свою дружину и ушел на войну, леди, мать моего жениха Эдиля переселилась в отдельную спальню.

Я не знаю, насколько это было необходимостью, потому что ту спальню было легче отапливать. А насколько – ее болью от его отсутствия в супружеской постели.

Но до появления в нашем замке захватчиков-драконов никто в эту комнату не заходил.

Однако когда Даррак потребовал, ключи быстро нашлись. И за время, что прошло до ужина, из спальни добропорядочных супругов сделали покои для настоящего тирана и захватчика. Роскошные покои для дракона.

Я всего лишь несколько раз была в этой комнате, обычно все-таки в такие места не пускали посторонних, а я была всего лишь невестой Эдиля, даже не женой. Но мне запомнилось это место, как очень стильное, очень спокойное и умиротворенное.

Кровать под балдахином, резные столбики, мягкие кушетки в ногах и по бокам, скамейка у окна, глубокая ванная в нише, которую легко наполнять горячей водой, если использовать специальный подъемник, скрытый за ставнями в той же нише. Зеркало для госпожи, хотя в ее собственной спальне оно было больше, и туалетный столик богаче, она все равно больше любила это.

Мягкие ковры, в которых ноги утопали по щиколотку, теплые деревянные полы и занавеси из тяжелой ткани. Все цвета сдержанные, даже скучноватые, зато вышивка на ткани на редкость богатая и подробная. За внешней скромностью тут скрывалось настоящее богатство. Потому что узоры и сценки, вышитые на занавесях, гобеленах, покрывалась и балдахине ни разу не повторялись. Мастерицы не один год сидели над украшением этой ткани.

Но все осталось в прошлом. Всю ткань, собравшую пыль многих лет войны, просто сняли.

Тяжелые занавеси, закрывавшие вход на балкон, сдернули и вместо них повесили легкий тюль, сквозь который было видно прозрачные стекла – а за ними багровые тучи над горами.

Балдахинов тоже больше не было, как и ковров, и вышитых покрывал.

Из всего убранства осталась только медная ванна да кровать с резными столбиками. Кровать была застелена белоснежными простынями, а вместо покрывал в ногах были свалены горы выделанного меха. Эти драконы – настоящие варвары!

Небольшой стол, раньше накрытый скатерью, теперь сиял выскобленным до белизны деревом, а на полу не было ничего, должно быть, драконы не чувствительны к холоду.

Из-за этого я ощущала прохладу и свежий воздух, хотя балкон был закрыт.

Я прошла к ванне, коснулась воды рукой и отдернула. Вода была практически кипятком. Наверное, ее заменили после того, как искупалась первоначальная наложница Даррака. Или драконы вообще любят кипящую лаву вместо воды.

Я прошлась по комнате, нервно ломая пальцы и думая, что же мне делать.

По всему выходило, что близится мой последний час.

Только поэтому я решилась скинуть с себя теплую шаль и изрядно грязное платье.

Подумав, что если умирать, то хотя бы чистой.

В воду я заходила с опаской, постепенно, едва касаясь ее сначала кончиками пальцев, потом всем остальным. Наконец погрузившись в горячую ванну, я блаженно выдохнула. Изрядно я намерзлась под крышей зала.

Но потом очнулась и принялась соскребать с себя грязь и кожный жир, промывать волосы и обливаться теплой водой. Так хотелось почувствовать тепло!

Когда я закончила, я вдруг поняла, что забыла одну важную вещь.

Переодеться мне было не во что.

В панике я оглянулась по сторонам, ища хоть одно покрывало. Но вокруг не было ничего подходящего. Не медвежьей же шкурой оборачиваться? Они хоть и были хорошо выделаны, но звериный дух от них все еще шел.

Я стояла босиком на холодном полу и понимала, что единственный вариант, который мне оставил жестокий дракон – это нырнуть в постель на чистые простыни, под одеяла, подать ему себя готовую к его извращенным утехам. Я не могла с этим смириться!

Подбежав к балкону, я рванула полупрозрачную красноватую занавесь, что повесили там вместо штор и закуталась в нее с ног до головы. Это было странновато, но кому теперь надо мной смеяться? Буду делать так, как делала всегда – не оглядываться на то, что подумают люди. С кровати я взяла медвежье покрывало и бросило его на пол у стола. Села, выпрямив спину и погрузив ступни в теплый мех.

Вот так я чувствовала себя сильной и независимой. И почти перестала бояться.

Пока не услышала шаги за дверью и скрип ключа в замке.

Двери медленно распахнулись, и в спальню вошел Даррак.

Темноволосый и высокий. Статный, страшный, стройный.

Его взгляд быстро обежал комнату, отмечая все мелочи в виде остывшей ванны, груды моей грязной одежды на полу, пустой постели и отсутствия занавесок.

И наконец остановился на мне. Мрачный черный огонь пылал в его глазницах, когда он оглядывал меня, завернутую в легкую полупрозрачную ткань.

Он запер дверь спальни за собой и сделал несколько медленных тяжелых шагов.

Я удержалась на месте, хотя очень хотелось вскочить и с визгом броситься прятаться.

Просто я знала, что это бесполезно. С запоздалым сожалением я подумала только о балконе, выходящем на скалы. Может быть, пора?

Даррак подошел еще ближе, навис надо мной, а я дерзко задрала голову, встречая его взгляд. Он расплавлял меня, превращая в кипящую жижу, но я стойко продолжала смотреть в черноту его глаз.

– Ты знаешь, что сквозь ткань твое тело видно, как на ладони? – Спросил он низким хриплым голосом и потянулся к моему плечу, на котором была завязана занавеска, чтобы лучше держалась. – Встань.

Дрожь охватила все мое тело, но все такие я поднялась.

Даррак дернул узел на плече, и полупрозрачный тюль скользнул по моему телу к ногам, оставляя меня обнаженной.

– Как тебя зовут? – Спросил он, глядя мне в глаза, словно не замечая обнаженности. Я мелко дрожала от холода и страха.

Но задрала голову еще выше и проговорила:

– Риш. Ларишия для тебя.

И плюнула ему в лицо.