Текст книги "Пленница жестокого дракона (СИ)"
Автор книги: Ярина Серебровская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)
Эдиль
Я думала, что встречу Эдиля счастливой. Что он вернулся, что мы поженимся, что у нас родится маленький голубоглазый мальчик. Представляла себе, как буду бежать с холма, задыхаясь, как упаду ему в руки, как он будет меня целовать, а потом мы будем сидеть на победном миру рядом и переглядываться, а его отец с матерью будут смеяться и намекать, что мы не дождемся свадьбы.
И мы правда ее не дождемся, став близки в ту же ночь его возвращения и победы. А наутро он подарит мне лучшее ожерелье, что захватил в своих походах и объявит своей женой. Потом будет и свадьба, и угощения, и гости…
Потом я хоронила его.
Ходила в лес и думала, как буду жить теперь, когда все мертвы. Когда мертва моя мать, мой жених и отец моего жениха. Приходилось все равно жить хоть как-то.
Если бы я успела подумать, как мне встретить Эдиля в качестве невесты дракона…
Я бы хотела встретить его, нарядившись в самое богатое платье. Такое тяжелое от драгоценностей, чтобы было сложно идти. Чтобы на голове у меня была диадема из цельного рубина. А лицо укрывала вуаль с вплетенными бриллиантами. Чтобы за мной шли черные драконы с обнаженными мечами и несли лучшие яства, которые могут приготовить.
Чтобы сгрузили их у шатра Эдиля и я вошла бы в него как королева.
И сказала бы, что я – та женщина, которую получает победитель.
Если он не смог победить, победил другой.
Только так я смогла бы пробудить в нем ярость, с которой он сверг бы Даррака!
В этот момент я испугалась. Потому что не хотела, чтобы Дарр пострадал. И чтобы Эдиль пострадал не хотела тоже. Я запуталась окончательно!
Но я шла к Эдилю в одном покрывале, босая, с распущенными волосами и весь замок провожал меня взглядами. Не знаю, что они думали обо мне. Потому что меня волновало, как я взгляну в глаза тому, кому обещала хранить верность.
Он меня ждал.
В шатре больше никого не было, посередине стоял огромный стол, где были разложены исчерканные карты, за ним на полу была устроена постель.
Сам Эдиль стоял с бутылкой в руке и бокалом. Он наливал в него вино и тут же залпом выпивал. С каждым шагом, что я делала к нему от входа. Я вглядывалась в его лицо, пытаясь понять, чего он от меня ждет.
Мой золотокудрый Эдиль потускнел и истерся как монета. Светлые волосы припорошила унылая серая седина, стройный стан согнулся, кожа помертвела и взгляд стал недобрым.
Левой рукой он двигал неловко, должно быть, был ранен. И в целом за пять лет он из смешливого энергичного парня превратился только что не в старика.
– Эдиль… – сказала я, остановившись в пяти шагах от него. Просто испугалась идти дальше.
– Ларишия.
Я опустила голову. Это имя было как обвинение. Любое слово было бы сейчас обвинением, потому что я чувствовала себя виноватой. И мой бывший жених не собирался упрощать мне жизнь.
– Ты жив.
– Да. А мой отец нет. Но рад видеть, что и ты пережила тяжелые времена.
В голосе прорезалась насмешка, ударившая меня словно кнутом.
– Моя мама тоже умерла, – сказала я, чтобы что-то сказать.
– И как это тебя оправдывает? – Скривился он.
– В чем мне нужно оправдаться?
– Ты сдала наш замок врагу!!! – Заорал он во всю глотку и метнул бутылку в стол. Она разлетелась на осколки, которые порезали ему щеку. Капля алой крови поползла по лицу Эдиля, но он словно не заметил.
– Я не сдавала, – едва держась, сказала я. – Они завоевали нас. Мы никак не могли бы…
– Если бы захотели…
– Десятки женщин и детей, Эдиль. А они воины. И… драконы.
– Драконы…
Он отвернулся. Допил из бокала оставшееся там вино.
Я смотрела в его спину и не знала, что сказать.
Он сказал сам.
– Мы впервые увидели, как сражаются драконы слишком поздно. Когда уже нельзя было повернуть назад. Мы набрали огромную армию с тех земель, по которым шли. Подкупом, шантажом, славными речами. Мы собрали всех, кого смогли и были уверены, что победим. Мы и побеждали первое время. Драконы выставляли нам навстречу отряды добровольцев из захваченных деревень. Зачем они шли сражаться за драконов? Не знаю.
Он допил вино и выронил кубок на землю шатра. Я сделала маленький шаг к нему, вдруг подумав, что еще есть надежда что-то исправить.
– А потом они вышли нам навстречу. В образе людей. Они сражались как демоны ада! Они убивали по сотне наших, прежде, чем хоть один из них умирал! А потом они… обратились в драконов…
Эдиль стиснул кулак и затрясся мелкой дрожью. Я его понимала.
– Я допускал, что ты меня не дождешься, Ларишия. Ты всегда была слишком мечтательной для хорошей жены. И тот случай с мальчишкой-драконом, которого мы почти захватили. Но все-таки я до последнего во что-то верил, иначе не вернулся бы в этот замок с остатками армии. Я готов тут погибнуть.
– Тут твоя мать, – напомнила я. – Кроме меня, еще есть она.
– Ей осталось недолго. Только ты держала меня в живых. Когда я думал, что вернусь к тебе и все исправится само собой.
Я опустила глаза в пол.
– Скажи мне, Риш… – его голос был мягок, но я не обманывалась этой мягкостью, потому что знала жестокость Эдиля, когда он зол. – Скажи мне, Риш… Ты уже ложилась в постель с Дарраком? Он уже сорвал твой цветок? Ты уже….
Он проглотил последние слова, словно хотел сказать что-то недопустимое.
Или просто не смог договорить.
– Да.
Я уронила с уст всего одно слово.
Эдиль стремительно обернулся и его ладонь хлестнула меня по лицу с такой силой, что я не удержалась на ногах и покатилась по земле.
Безумие
В глазах все померкло. Навсегда, навеки.
Я и не подозревала, что глубоко внутри я все-таки считала себя человеческой женщиной и надеялась на то, что все вернется на круги своя. Мы победим драконов, они уйдут, и мир возродится. И я снова стану счастливой невестой Эдиля.
Но когда его ладонь коснулась моей щеки – мир померк.
Тьма ударила меня хлестко, холодно, так сильно, что показалось, что весь мой череп разлетается на куски. Но это лишь разлетались мои иллюзии.
Я еще нашла в себе силы поднять голову от земли и увидеть яростный, полный ненависти взгляд Эдиля. И его губы, выговаривающие слова, которых я не слышала из-за звона в ушах. Но я и так понимала, что он говорит.
Драконья шлюха.
Кожа горела огнем и в первую секунду мне показалось, что этот огонь вырвался у меня из-под кожи и охватил разом весь шатер. Уродливое испуганное выражение на лице Эдиля – последнее, что я увидела.
Потому что легкий шатер разлетелся пеплом, открывая нас небесам.
Меня, лежащую на земляном полу с наливающимся красным синяком на лице.
И Эдиля, который стоял надо мной с самдовольной усмешкой.
А потом он превратился в живой факел.
Всполох огня высветил ночь, будто вдруг настал день. Прокатился по всему лагерю людей – и поджег моего бывшего жениха.
Он и не думал утихать. Пламя все лилось и лилось, пока Эдиль корчился в нем, превращаясь в головешку.
Обугленные останки рухнули на землю и меня затошнило от запаха.
А потом я почувствовала, как огромные крылья разгоняют вонь, от их взмахов разлетаются в стороны бумага, ткань, занавеси – все разлетается и передо мной на одно колено падает Даррак, обратившийся в человека прямо в воздухе.
Его волосы развеваются, словно пляшущий черный огонь, его глаза сверкают таким чистым бешенством, что можно умереть от ужаса, только взглянув в них. Но его руки невероятно нежны, когда он поднимает меня, прижимает к своему сердцу, которое бьется громко-громко… и он распахивает крылья, обращаясь в дракона прямо со мной на руках, прямо на земле.
Огромные когти держат меня крепко, но аккуратно, когда могучий зверь набирает высоту.
Я вижу, что подо мной остается чистое пламя – все человеческое войско пылает, охваченное драконьим огнем. Не остается ничего. Ни шатра, ни человека, ни коня. Все разлетается легким пеплом и уходит в небо искрами.
Мы-то думали, что можем их победить, а они просто так ни разу и не разозлились как следует! До сегодняшнего дня.
До момента, когда Эдиль ударил меня.
Мы приземлились на балконе спальни. Двери были закрыты, но Даррак вынес их одним разворотом крыла и вновь обратился человеком, чтобы занести меня внутрь.
Покрывала на мне больше не было, и он отнес меня на кровать обнаженную.
Я лежала, закрыв левую сторону лица ладонью и внутри меня была тьма и безысходность. Что-то слишком важное умирало во мне в этот момент. Возможно, человечность. Принадлежность в виду, в котором я родилась.
Даррак забрался на кровать вслед за мной, сел рядом и осторожно прикоснулся, пытаясь отнять руку от щеки. У него получалось плохо, я сопротивлялась.
Но он старался уговаривать.
– Риш, маленькая моя, хорошая, ну дай я посмотрю, я буду нежным, я не сделаю тебе больно, поверь мне, Риш, ну пожалуйста, ну все хорошо, все хорошо, давай вот так…
Бормотание было бессвязным и перемежалось словами на драконьем языке, которых я не понимала. Зато вдруг поняла, что и сама что-то бормочу.
– Драконья шлюха… Драконья шлюха…
Я позволила убрать руку от щеки. Мне казалось, что с нее содрана кожа. Она горела в огне, она обуглилась, она превратилась в сплошную рану.
Но видно этого не было.
– Принесите льда! – Гаркнул Даррак так, что его услышали и за дверями спальни.
Вместе со льдом принесли и пахнущие травами мази, которыми он осторожно принялся умащать мою кожу.
– Я драконья шлюха, – сказала я Дарраку.
– Ты моя любимая женщина, – ответил он убежденно.
Но в тот момент в моей голове все кружилось и горело, горький пепел забивал глаза, рот и мысли, и я не поняла, что он сказал. Тогда не поняла.
– Я драконья шлюха, – убежденно сказала я. – Засунь в меня свой драконий член.
– Тихо, моя хорошая, – Даррак принудил меня опуститься на подушки и накрыл одеялом.
Но я сбросила его, широко развела ноги и сказала ему:
– Засунь в меня свой драконий член! Порви меня! Уничтожь меня! Я драконья шлюха и во мне должен быть член дракона!
– Снотворного принесите, – негромко бросил в сторону дверей Даррак, и через несколько минут уже поил меня горьким зельем из чаши.
Я не отнекивалась, но каждый раз, как он давал мне свободу, я порывалась развязать тесемки его кожаных штанов и добраться до члена.
– Я хочу его! – Убеждала я Даррака, горя безумием. – Хочу пососать твой член! Хочу заглотить его до самого горла! Хочу, чтобы ты залил меня своим семенем дракон и разорвал в клочки, когда будешь выплескиваться! Я драконья шлюхи и рождена для этого!
– Все пройдет… – говорил Даррак нежно, укачивая меня на руках. – Все пройдет. Наступит утро и тебе станет легче. Я был таким дураком, Риш. Я не должен был тебя туда отправлять. Ты так больно меня задела и я подумал, что ошибся…
Мне казалось, что его щеки мокры, но это могли быть просто отблески рассвета, который однажды все-таки пришел и принес с собой глубокий нездоровый сон, охвативший меня.
Свадьба
Это была самая странная свадьба в мире.
Может быть, потому что мир изменился и больше никогда не будет прежним.
Мой мир точно.
К низкому хмурому небу тянулись с выжженной равнины струйки дыма – все, что осталось от армии людей. Драконы были безжалостны. Это был один из самых их безжалостных рейдов. Обычно, как я узнала позже, Даррак не убивал тех, кто сдался в плен, не убивал тех, кто после окончания битвы оставался в живых и вообще старался поменьше убивать.
Но в тот день он и его драконы выжгли всех, кто оставался, последнее человеческое сопротивление. Это была последняя битва. Драконы победили.
Очень немногие знали, что в этой победе я сыграла такую большую роль.
Можно даже сказать, что только мы с Дарраком.
Может быть, догадывался кто-то из его прочих генералов и правитель драконов.
Но только догадывались, исходя из того, что Даррак когда-то отправился на войну, чтобы найти меня и завоевать. И того моего шествия к шатру Эдиля. Умному достаточно, чтобы сложить события в непротиворечивую картину, близкую к реальности.
К счастью, умных не так уж много.
Но самое главное, что знала об этом я.
Самый жестокий и могущественный генерал драконов – Даррак Темнокрылый – стал таким, потому что ему очень надо было найти одну человеческую девушку. Отомстить, жениться и еще раз отомстить. И война между людьми и драконами закончилась в тот момент, когда один из лидеров последних сопротивляющихся лордов – Эдиль – ударил меня, и Даррак этого не стерпел.
Мы с Дарраком знали еще и третью точку этой войны. Маленького дракона со сломанными ногами, который был одной из причин, почему люди выступили в эту безнадежную битву.
Все вертелось вокруг нас.
В воздухе стоял чудовищный запах гари и мертвой плоти. Весенние небеса висели над миром как опущенные знамена, испачканные пеплом.
То тут, то там слышны были рыдания девушек.
Вот в такой день я выходила замуж за генерала драконов.
Мое платье сияло золотом. Даже в такой тусклый день, когда солнце забыло нас почтить, я сияла почти как само солнце. Юбка стояла колоколом от украшающих ее камней. Она была практически целиком из золота. Тонкая вуаль, корона с алмазами…
Те, кто насмехался надо мной, опускали глаза, когда я шла по опущенному мосту к своему жениху, одетому во все черное. Даррак надел рубиновую корону своего рода и ждал меня, протягивая руку.
Драконы в своем истинном обличье слетелись на выжженную равнину и составили из своих огромных, пышущих жаром тел высокую пирамиду, по которой мы взошли рука об руку и вознеслись высоко-высоко.
На спине самого большого из черных драконов нас ждал священник.
Обычный священник из деревни, с которым еще Эдиль договаривался о проведении свадьбы. Он явно трясся от страха на такой высоте и благоговел перед драконами, и не знал, что будет дальше, но он очень мужественно провел церемонию так, словно она проходила в обычной церкви.
– Да, я беру тебя в мужья, Даррак Темнокрылый, обещаю тебе свое прошлое, настоящее и будущее и отдаю в твою власть свои мысли, свое тело и все, что мне принадлежит, – я произнесла древнюю формулу обряда и в этот момент грянули вопли и крики с земли.
Кто-то объявил людям и драконам, что войне пришел конец.
Нашим браком Даррак объединял земли драконов и людей и клялся больше не причинять разорения, потому что теперь он был полноправным правителем и тех, и других.
Я плакала, когда держала его за руку. Плакала, когда он поднял вуаль, чтобы поцеловать меня.
Плакала, когда мы спускались в зал замка, чтобы принять участие в богатом пире. Не было нужды больше экономить продукты. Война закончилась, зима закончилась, нужда закончилась.
В зал пригласили музыкантов из деревни и даже устроили ложе для старой леди, которая когда-то должна была стать моей свекровью, а теперь пережила своего сына.
Но она почти не открывала глаз. Вот и хорошо. Не надо ей знать, что Эдиля больше нет.
Я не знала, как вести себя за столом, изображать ли мне драконью правительницу или вновь налаживать отношения с подругами. Но чем дольше, чем дальше, тем яснее я понимала, что этот радостный и торжественный день одновременнно еще и самый печальный.
Потому что столько людей не вернулось с войны, столько погибло…
Но и статус мой как жены Даррака был лишь временным. Потому что он самый могущественный из драконов и однажды ему понадобятся наследники. Которых я ему принести не смогу. И тогда он возьмет себе жену из дракониц.
В разгар пира, когда Даррак ушел к друзьям говорить тосты и пить вино, я постаралась как могла тихо выскользнуть из зала. В тяжелом красивом платье это было тяжело, но все-таки я старалась изо всех сил, пока бежала по ступеням вверх на башню. На самую вершину, где холодный ветер растрепал мою прическу и небо оказалось так близко, что можно было дотронуться до него пальцами.
Я стояла на ветру, глядя с вершины башни на расстилающиеся передо мной земли и думала, как странно должна закончиться моя жизнь.
Жертвой, но не ради людей, а ради драконов.
Ради… любимого.
– Что ты делаешь здесь? – Спросил хриплый голос, и я обернулась.
Брачная ночь
Я повернулась к своему мужу и сказала ему:
– Сними с меня это платье.
Он долго медлил, словно не услышав, но в конце концов сделал несколько шагов и развернул меня к себе спиной.
Тяжелое платье крепилось как доспехи – было застегнуто на замки, но освободиться от него было легче, чем от обычного платья с корсетом. И скоро тяжелый металл соскользнул с меня, оставив в одной еле заметной полупрозрачной сорочке, одетой для того, чтобы тяжелое платье не натирало кожу.
Холодный ветер рвал мои волосы, мою тонкую ткань сорочки и мое сердце. Я смотрела в черные глаза Даррака… Даррена… Дарра… И понимала, что этот ветер добавляет мне ясности, прочищает все в голове, делая ясным и откровенным.
Черные небеса над замком, которому не суждено было стать моим, словно насмехались надо мной, наивной девчонкой, все так распланировавшей в своей жизни, что совсем забыла о власти судьбы.
– Я полюбила тебя тогда, в той землянке в лесу…
Вот что я сказала едва слышно, но поняла, что Дарраку не нужно повторять. Его глаза вспыхнули неверием, надеждой, яростью и чем-то еще, мне пока незнакомым.
– Как это получилось? – Спросил он спокойно.
– Ты знаешь, у нас есть сказка… – тихо сказала я. – Мне ее рассказывала мать. О том, как одна девочка пошла гулять в лес и встретила там огромного огнедышащего дракона с черной чешуей…
Грудь Даррака вздымалась и опадала все чаще. Он стоял передо мной, словно не чувствуя ледяного ветра и никогда еще в жизни ни один человек не слушал меня так внимательно. Он понимал, он чувствовал, что сегодня я рассказываю ему самое главное, что произошло со мной и с ним в нашей жизни.
– Дракон попросил девочку найти его амулет, без которого он не сможет обратиться обратно в человека.
– Наоборот, – вдруг хрипло и громко сказал Даррак. – На самом деле наоборот.
– А в сказке так, – упрямо продолжила я. – Слушай! Девочка нашла его амулет и принесла, но не стала отдавать, потому что пока она его искала, в деревне ей рассказали, что драконы жестоки и кровожадны. Зачем ей отдавать такому существу амулет? Но дракон поведал девочке, что на самом деле это люди придумали про драконов, чтобы оправдать свою жестокость. Он предложил девочке дружить, чтобы он мог доказать, что он хороший, и она согласилась.
– Дракона убили? – Спросил Даррак.
– Нет.
– Он убил девочку?
– Нет, – снова возразила я. – Это сказка. Однажды девочку выследили люди из деревни и пришли на полянку, где она встречалась с драконом, чтобы убить его. Но девочка закричала и заслонила его собой, как смогла. Она доказывала самым сильным воинам, что дракон хороший и добрый и с ним можно дружить. И так была убедительна, что им пришлось поверить. Этот дракон стал жить в деревне и слухи о нем ходили по всему миру. Так другие драконы тоже решили дружить с людьми. Их становилось все больше и однажды оказалось, что между людьми и драконами больше нет вражды.
– Глупая сказка.
– Очень, – легко согласилась я. – Мне рассказывали много разных сказок про драконов. И всегда они были очень сильными, мудрыми и волшебными. Так что я росла, уверенная, что драконы лучше людей. Даже самые злые и кровожадные. Поэтому когда я тебя нашла…
– Что случилось? – Жадно спросил Даррак.
– Я начала думать, что мне очень повезло. Но ты был обыкновенным мальчишкой со сломанными ногами. И как-то так получилось, что уважение к драконам и жалость к тебе наложились друг на друга и создали нечто новое.
Я помолчала.
– Когда Эдиль сказал, что женится на мне, я рассмеялась, – призналась я. – Ведь у меня уже был дракон, который обещал отвезти меня к морю. Даже если бы ко мне посватался император, я бы все равно считала, что прогадала. Потому что драконы – чудо, а император просто человек.
– Но ты все равно не ждала меня, – вдруг жестко сказал Даррак. – Ты рассказываешь эти сказки, но ты не верила, что я вернусь и не ждала меня.
Его голос на холодном ветру словно рвал мою сорочку еще более жестоко, чем сам этот ветер.
– Не ждала, – призналась я честно. – Но все-таки я досталась тебе. Ты взял меня. Мою кровь, мою плоть, мою страсть, мое наслаждение и мой стыд. Ты взял меня всю, Даррак. Что тебе еще надо?!
Он шагнул ко мне, наклонился и вдруг тяжелой рукой сжал мою грудь под тонкой тканью. Стиснул больно и жестко, но при этом так сладко, что мой вскрик перешел в стон. А Даррак поймал этот стон своим ртом и захватил им мой рот.
Его язык ворвался в меня захватчиком, пленил мой язык и толкнулся вглубь, показывая свое право владеть мной.
Даррак отстранился, а потом взялся обеими руками за тонкую ткань и рванул ее в разные стороны, обнажая меня и подставляя мое тело ветру.
Кожа мгновенно покрылась мурашками и заледенела. Но моему дракону нравилось смотреть, как холодный ветер ласкает меня.
– Я ненавижу тебя, – сказал Даррак. – Ненавижу за то, что ты ждала не меня. Что ты меня не ждала.
Его руки вновь грубо и жадно прошлись по моему телу, стиснув грудь, вывернув сосок, сграбастав мой зад и напоследок он провел двумя пальцами и уменя между ног, поднес их к носу и глубоко вдохнул мой запах.
– Но я хочу тебя до безумия. Тебя хочет мое сердце, мой член и мой разум, Риш. Ты моя! Сама судьба свела нас.
Он обвил меня за талию и быстро притиснул к себе, вновь накрывая мои губы жестоким ртом и прикусывая нижнюю губу до крови. Я почувствовала солоноватый привкус, а потом его язык, зализавший рану.
– Ты ошибаешься… – задыхаясь, сказала я. – Я полюбила тебя мальчишкой и ненавидела, когда ты стал мужчиной. А потом ты присвоил меня, нанизал на себя, порвал, испачкавшись в моей крови. Но потом… ты показал мне другой мир. Ты раскрыл меня, научил наслаждению порока и бесстыдству рядом с тобой. Ты – тот, кто должен был ненавидеть. А тот, кто хотел любить – ударил меня. Вот и вся разница. Никакой судьбы.
– Я буду жесток с тобой, – сказал Даррак, сжимая и выламывая меня своими сильными руками. Но мое тело тянулось за ними, как мягкая глина, послушно изгибаясь так, чтобы ему было удобнее, интереснее, слаще.
– Не будешь, – уверенно сказала я заледеневшими губами. – Я приму от тебя все, как любовь. Я и не знала, что любовь может быть такой. Словно я обречена.
– На что, любимая?
Даррак склонился ко мне, собирая губами выступившие на глазах слезы.
– На смерть, – спокойно сказала я. И добавила: – Люби меня, Даррак.
И словно только этого и ждал, он подхватил меня, закружил, держа за талию и отрывая ноги от земли и одноврменно целуя. Горячая кровь моя забурлила так, что холода больше не оставалось. Я была в его руках, распаленная и горячая, а он мог делать со мной все, что захочет.
Он не торопился. Он целовал меня, кружил, его ладони оглаживали мою кожу и он снова целовал меня. Но я точно знала, чего хочу.
Поэтому вырвалась из его рук, оттолкнула их и прежде, чем черный дракон успел рассердиться, рухнула перед ним на колени.
Мои замерзшие пальцы удивительно ловко нащупали шнурки на паховой шнуровке и развязали их споро и быстро. Огромный напряженный член Даррака с алой головкой с готовностью выскользнул из ширинки кожаных штанов мне в ладонь.
Я сжала его упругий пульс, почувствовала бурлящую внутри жизнь и силу и совершенно больше не думая о том, что это унижение, приоткрыла губы и натянула их на гладкую глянцево блестящую головку.
Почувствовала солоноватый привкус и особый запах моего мужчины. С наслаждением застонала и ощутила, как грубые пальцы зарываются в мои волосы. И в тот момент, когда Даррак только слегка нажал мне на затылок, я набрала в рот слюны и сама наделась своим горлом на его огромный пульсирующий ствол. Он заткнул мне глотку, мешая дышать, но он скользнул внутрь до упора, так что нос мне защекотали жесткие поросли волос на его лобке.
Тяжелый мужской рык разнесся над миром, охватывая небеса и землю. Рука Даррака вдавила мое лицо в его пах, а я все медлила, не вырываясь, потому что мне нравилось держать его целиком в себе.
И только когда воздуха перестало хватать и мое тело принялось само содрогаться, я двинулась обратно, поливая слезами выходящий из моих губ обильно смоченный слюной член.
Закашлялась, не вынеся все-таки такого жесткого воздействия, но мягкие пальцы моего мужа вновь зарылись мне в волосы, и я сразу же успокоилась.
Мне хотелось попробовать его языком. Всего целиком. От толстой головки с выделяющимся краем до плотно поджатых яичек, которые я брала губами и обсасывала как конфеты.
Член черного дракона оказался лучшим лакомством на свете.
Даррак стонал, тяжело дышал, рычал, тянул меня за волосы и сходил с ума от того, что я делала. Но я это делала не для него, а для себя. Я хотела полностью насладиться его плотью прежде чем воплощу свой окончательный план. Я хотела, чтобы член его звенел от переполняющей его крови и был готов взорваться в любое мгновение. Чтобы в глазах Даррака была только похотливая пелена и муть и ни единая трезвая мысль не могла к нему пробиться. Хотела, чтобы он жаждал меня, жаждал нанизать на себя, натянуть, заполнить целиком, туго войти и глубоко толкаться и не думал бы ни о чем больше.
И я была близка к этому.
Мой муж, распаленный моими развратными ласками в один момент просто не вытерпел моего танцующего по его плоти острого язычка, намотал мои волосы на кулак и с силой поднял меня. Разгоряченную на холодном ветру. Беззащитную и голую перед ним.
Его тоже возбуждала эта картина, я видела.
Поэтому я сама провела пальцами у себя между ног, почувствовав влагу, а потом слизнула ее.
Вот в этот момент Даррак Темнокрылый, хладнокровный и расчетливый генерал драконов, который в бою славился тем, что никогда не терял головы и мгновенно продумывал любые планы, просто сошел с ума.
С рычанием он схватил меня поперек живота, впился зубами в мой напряженный сосок и стиснул его до боли, а потом развернул к себе спиной и поставил на четвереньки, широко разведя мои бедра.
Я знала, что и без того эта поза смотрится развратно и непристойно, но мне нужно было, чтобы он был абсолютно невменяемым, поэтому я выгнула поясницу, прижимаясь животом к каменной кладке террасы, прижалась грудью к ней и высоко задрала свой зад, подставляя его самому великолепному дракону из всех, что знал мир.
И он не успел даже подумать – как уже пронзил меня своим копьем.
