Текст книги "Развратный муж (СИ)"
Автор книги: Янита Безликая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)
Глава 3
– Хватит так на меня смотреть, – буркнул Глеб, сидя за столом напротив меня.
О да, мы спустились вниз вести миролюбивые разговоры. Причем, это была его идея, я хотела только крови. Его крови.
Сидим, я в полотенце, он в трусах. Испепеляю его взглядом, мысленно расчленяю, а этот впервые от моего взгляда чувствует себя не в своей тарелке. Приятно.
– София, я подумал, что это было приглашение, – не помню в какой раз он мне это повторяет.
Приподнимаю бровь.
– Сама виновата, разделась передо мной, заигрывала. Я, нормальный мужик, подумал, что ты хочешь переспать, – разозлился.
– С тобой? Я? – изумилась.
– А кто сиськами сверкал?
– Я тебе пресс показывала! – возмутилась.
– А я видел только сиськи.
– Извращенец!
– Недальновидная!
– Это почему это?
– Потому что нужно думать о последствиях своих поступков, у меня до сих пор стоит.
– Не мои проблемы!
– Ты моя жена. Значит, твои.
– Фиктивная жена!
– Но жена. Как же супружеский долг?
– Слушай, Глебушка, ты сейчас получишь сковородкой по наглой физиономии.
– Хорошо, не хочешь по-хорошему… – процедил, отправляясь мимо гостиной в свой кабинет.
С интересом ждала продолжения спектакля. Муж вернулся через минут десять, довольный и с каким-то листком. Смущенно заметила, что возбуждение до сих пор не спало. Вот ведь…
– Это – сиськи, – показал мне листок, где этот ненормальный распечатал одну из моих фото из инсты.
– Это я в платье, – возмутилась.
– Вырез видела? – указал на мое декольте
– И? – сжала губы, подумаешь, немного откровенно, сосем чуть-чуть.
У меня красивая грудь, что теперь, я её прятать должна? У некоторых её вообще нет, а у меня есть! Причем, раньше я очень сильно комплексовала, считала её слишком большой. Но сейчас понимаю, она у меня идеальная.
– Не хочешь решать проблему вместе, я решу её сам, но ты в этом тоже поучаствуешь, – ехидно улыбнулся, направляясь наверх.
– Что?! – бросилась за ним, как этот успел в спальне закрыться в ванной комнате. – Не вздумай дрочить на мою фотографию! – завизжала, не забыв топнуть ногой.
– О да! – раздалось из ванной.
Что да? Он же это не сделает?
Судя по учащённому дыханию, уже делает.
Меня аж колбасит от злости.
– Да чтоб ты не кончил, говнюк! – крикнула на эмоциях, утопав на первый этаж.
Когда Глебушка спустился на первый, сверкал, как бриллиант.
– Твоё пожелание не сбылось, – широко улыбнулся.
Моё лицо исказилось, даже не хочу думать об этом. Я уже удалила ту фотку из инстаграма. Переоделась во все закрытое, мне только паранджи не хватает.
– Если ты уже прочистил свою головку, и она больше не мешает тебе думать, будь добр, расскажи про частного детектива, – сделала вид, что мне всё равно, чем он там занимался.
– Что тебя интересует? – спросил, играя мышцами груди, и включил кофемашину.
Мог для приличия футболку напялить. Нет, я совсем не засматриваюсь, там даже нормальных кубиков нет, так, жалкое подобие. Фыркнув, отвернулась, потом вспомнила, что он меня спрашивал, и неохотно посмотрела в его сторону. Тот же, наоборот, во мне дыры прожигал.
– Меня интересует все. С чего отцу нанимать частного детектива?
– Нашим отцам, – поправил Глеб.
– Так с чего? Они вроде думают, что мы счастливы, – скривилась.
– Они хотят общего наследника, а тебя всё нет дома, старики засомневались, что мы действительно счастливы. Ещё некоторая информация про меня всплыла, одна дура решила пошантажировать, и к ним попали пикантные фотографии.
– Да ты издеваешься! Ты что, не мог трахаться без палева, обязательно мне рога отращивать в глазах папы?! – разозлилась.
– Я и так долго держался, уж извини, ты там тоже не вела монашеский образ жизни, – скривился.
– Следил за мной? – меня заколотило.
– Ты моя жена в глазах общественности, мне не хотелось позора, – важно заметил.
– А меня, значит, можно позорить?! – взорвалась, бросившись через стол к муженьку.
Задушу!
Глебушка только сел за стол, хорошо, что без кофе, иначе бы обожглись. В общем, у меня как красная пелена перед глазами, ну я его и давай душить, упали на пол. Глеб, матерясь, пытался отцепить мои руки от своей шеи, психанул, скрутил, подмял под себя и поцеловал.
А я ответила…
Всю свою злость в этот поцелуй вложила, может, от этого и полностью крышу снесло.
Не знаю, до чего дошло бы все, я уже начала ему спину царапать, а этот мою грудь мацать, если бы не прозвенел домофон.
– Кто это? – спросила, преодолевая помутнение рассудка.
– Не знаю, – ответил хрипло, рассматривая меня.
Ох, этот взгляд обжигал и обещал что-то большее. Слишком жарко стало, слишком далеко все зашло.
– Хватит пялиться! И вообще, слезь с меня, – буркнула.
Глебушка глазки закатил, но слез, позволив мне вдохнуть полной грудью, вот же кабанище.
Пока муж пошел к домофону, я выбирала сковородку помощней, на всякий случай, если там его любовница. Почему-то меня это злит, хотя сама вообще замуж собралась за другого. Черт, совсем про это забываю, целуюсь с собственным мужем, кошмар.
Пока меня выворачивало изнутри чувство вины перед Павлом, Глебушка сказал:
– Рыжая, у нас проблемы.
– Что за проблемы?
Что может быть хуже произошедшего, я же была готова отдаться там, на полу, позабыв про Пашу.
Черт.
Подошла к домофону, и у меня сердце от испуга рвануло вниз.
Мой папка и свекор стояли возле ворот, нетерпеливо ожидая, пока мы откроем.
– Что делать? – запаниковала.
– Так, иди перенеси свои вещи в мою спальню, на всякий случай, пока я их встречаю, а там прорвемся.
Ещё раз посмотрела на недоброго папулю. Да-а-а, мне бы его уверенность.
Но лучшего варианта предложить не могла, поэтому быстренько перенесла сумку в спальню Глеба, раскидала свои вещи, так, для вида, и быстренько спустилась, как раз, когда они втроем заходили в дом.
– Папуличка, – обняла крепко своего рыжего хмурого отца.
Всё-таки я скучала.
– Боже мой, София, что на тебе надето?! – возмутился отец, отстраняясь.
Сжимаю губы от обиды, снова даже не поздоровался, сразу начал отчитывать. Ещё своими глазищами меня подавляет, уже уменьшил до размеров букашки, только до конца раздавить осталось.
– Здравствуй, София, – поздоровался свекор, ну хоть кто-то здесь вежливый.
Хотя…
Посмотрела на точную копию Глебушки, только в более пожилом возрасте, и отчетливо поняла, свекор вызывает настороженность ещё похлеще муженька. Этот старше, хитрее. Жуть.
– Что вам не нравится? – неожиданно влез Глебушка, обнимая меня за плечи.
– А что здесь может нравиться? Безвкусица, – отец поморщился, а свекор ему только поддакивает.
Боже мой, да, я напялила свой закрытый комбез для рисования, чтобы у Глебушки на меня больше не встал. Безвкусица, тоже мне.
– Моя жена выглядит прекрасно, на этом советую закончить разговор касательно одежды, – отрезал Глеб.
Да что с ним? Чего он зубы скалит? Да ещё и на папку? Я чего-то не знаю? Или Глебушка вес какой-то стал иметь в их тусовке? Ведь папуля только хмыкнул довольно и мимо меня прошел. Даже не добил морально, а он это любит.
Хотела Глебушку поблагодарить, всё-таки вступился, как этот мне на ухо прошептал:
– Я же говорил, что глаза кровоточат.
Ах ты ж, грубиян.
– Ты знала, что красивая, когда злишься? – сказал, улыбнувшись.
Я как рот открыла высказать ему что-нибудь едкое, так сразу же закрыла.
Глазками хлоп-хлоп.
Чего? Я красивая?
Кажется, кто-то сейчас покраснеет.
– И долго мы вас ждать будем?! – крикнул свёкор.
Глебушка сразу же поспешил к папкам, а я продолжала стоять на месте, переваривать.
Это что сейчас было?
Меня моим же приемом? Вот ведь нахал.
Ну ничего, сейчас отыграюсь.
С улыбкой, как ни в чем не бывало, зашла в зал, где мужчины и расположились, и села всей своей тушкой на Глебушку, поерзав, стараясь всё ему там отдавить. Обняла за шею, впиваясь ногтями в кожу, и даже в щечку поцеловала. Я такая зая, ага.
Поймала взгляд отца, снова осуждающий. Интересно, папа бывает в этой жизни хотя бы чем-то доволен?
– Так что за неожиданный визит? Мы не ждали гостей, слишком сильно соскучились друг по другу, – сказал Глебушка, пожирая меня взглядом.
Переигрывает.
– Мы что, теперь должны предупреждать вас, когда захотим навестить? – возмутился свекор.
Какие-то старики подозрительные, смотрят так внимательно.
– Можно позвонить, чтобы дать нам время хотя бы одеться, не торопясь, – выдал Глеб.
Что несет? Да они же сейчас подумают… Да они уже подумали. По крайней мере, свекор хмыкнул и даже извинился, а вот папка все хмурится, по сторонам смотрит.
– София, а ты точно здесь живешь? – спросил отец, поймав меня своим ледяным взглядом.
Очень плохо, я врать ему не могу. Ну, как не могу, могу, но очень плохо.
– Живу, – прозвучало очень неубедительно.
– Правда? – спросил насмешливо, раскусив меня.
Ой-ё-ёй.
– Да, – уже более уверенно.
Давай, Софа, ты взрослая, сильная. Папка не страшный зверь, он всего лишь монстр. Узнает всё, сразу же убьёт или, скорее, запрет дома под охраной. А уж когда разбор полетов начнется, он ведь мне и в другом городе жить не позволит, там быстренько везде кислород перекроет. Отец жесток, и у него слишком много связей. Поэтому хотела с Глебом по-тихому развестись, потом с Пашей пожениться и уже перед фактом ставить, в надежде, что пронесет.
– София?
Сглотнула.
– Пап, я часто в командировках, – призналась.
Очень часто.
– Часто или всегда?
Черт возьми, Глебушка, что ты молчишь? Говори что-нибудь, спасай!
– Папа, часто, но не всегда, – улыбнулась.
– Здесь даже не пахнет твоим присутствием. Где твои картины? Где хаос, который вечно тебя окружает?
Он прав, на мою квартиру страшно посмотреть чистюле: все как попало, в творческом беспорядке. А здесь сам интерьер холодный, серый, как у холостого мужика, у которого постоянно убирается домработница.
– Картины в спальне, мне нравится смотреть, как она рисует, – сказал Глеб.
– Поверить на слово? – отец снова насмешлив, но вот взгляд холодный, и Глебушку мысленно убил несколько раз точно.
Вай, так он реально на него зол.
– Могу показать, – усмехнулся муж, держа зрительный удар.
Мужик.
– У нас складывается впечатление, что вы нас держите за дураков, – процедил свекор.
Вот, ещё один монстр проснулся.
Куда я попала? Может, я выйду, они тут один на один поговорят, без моих ранимых ушек?
– Это я не понимаю, почему вы приезжаете без предупреждения, мешаете нам побыть наедине, начинаете допрос и пытаетесь хрен знает в чем обвинить! – разошелся Глебушка.
Во дает! Нас сейчас же по стенке размажут.
– Не понимаешь, значит, – нехорошо усмехнулся папка.
– Оставим это, пусть всё останется, как есть, – остановил свекор отца от тирады.
А у меня глаза бегали от лица сверка к отцу. О чем они молча разговаривают? Что должно остаться, как есть?
Ну, нельзя же так, я ногти готова грызть от любопытства.
– Хорошо, – с чем-то согласился Папа.
Глеб заметно напрягся, как и я.
– Вы нам ничего не хотите рассказать? – не выдерживаю мучительной тишины.
– Нет, доченька, ничего, а ты? – улыбнулся папка ехидно.
– А что мне рассказывать? – раскрыла глаза широко-широко.
– Не знаю, подумай.
У меня начался зуд на руках, так всегда, когда я слишком перенервничаю.
– Раз вам не о чем поговорить, то я бы хотел рассказать о наших планах, мы, собственно, поэтому и приехали, – включился свекор.
Отец покачал головой и перестал на меня смотреть.
Почему у меня четкое ощущение, что он разочарован?
– Каких? – расслабился Глеб, целуя меня в шею.
Кожа покрылась мурашками, увидев это, Глеб довольно хмыкнул. Тоже мне, фыркнула, позабыв о нашей игре. Это не осталось без внимания отца.
– Мы решили не праздновать мой день рождения, как обычно, – начал отец.
Заинтересовано посмотрела на стариков.
– Решили отдохнуть две недели на острове всей семьёй. Не зря же я его себе купил, пора обживать, – усмехнулся папка.
А у меня брови приподнялись от удивления. Эти акулы бизнеса решили отдохнуть? Две недели? Да они шутят.
– Так что собирайте вещи, завтра утром вылетаете. Раз хотите побыть вдвоем, мешать не будем. Мы полетим сегодня ночью, – сказал отец.
– Отец, у нас важный проект, – напрягся Глебушка.
Ух ты, как запел, брови к переносице свел, губы поджал. Недовольный Глебушка. Хотела позлорадствовать, пока не дошло, что я лечу на две недели на необитаемый остров с мужем и всей нашей чокнутой семейкой. Любвеобильная теща, помешанная на одежде мама, ещё старшая сестра Глеба с мужем, двумя близнецами и годовалым ребенком. Надеюсь, папочке хватит ума не брать всех тетушек с собой.
Бли-и-ин. Паша. Работа.
Что же делать, я брала только три выходных, в надежде вернуться обратно завтра ночью.
– Твой проект возьмет Стас, – Глебу ответил папа.
– Да какого черта? Я ради этого столько пахал! – какой эмоциональный стал муженек, раньше он был тише воды, с отцами не спорил.
– Это не обсуждается, мы летим отдыхать всей семьей, – отрезал свекор.
– Папа, я не могу, у меня работа, – заикнулась.
Три пары недовольных глаз прожигали насквозь.
– Ты не можешь содержать мою дочь?! Почему она вообще работает?! – сорвался отец.
– А чем ей заниматься, пока я торчу круглые сутки на работе? Моя жена делает то, что хочет. Если захочет сидеть дома, то я смогу обеспечить любой её каприз, – резко ответил муж, и так заведённый от новости про свой проект, ещё и моя работа. Кому приятно такое слушать?
– А кем она работает? – отец не сводил тяжелый взгляд с Глеба. – Ты постоянно избегаешь этот вопрос. Возможно, не знаешь ответ?
– Думаю, что нам всем стоить остыть. Поехали, Михаил, у нас ещё дела, – сказал свекор, спасая нас.
Я даже не представляю, что бы ответила, ведь не говорить же правду, что работаю смотрителем в музее и учу деток рисовать. Отец бы прибил на месте. Срочно нужно придумать легенду, как мы ещё за два года не спалились. Рука-лицо, просто.
Прежде чем отцы уехали, свекор провел Глебу полную инструкцию, как добраться до острова, кто нас будет встречать и все остальные подробности.
– Мы в полной жопе, Рыжая, – сказал Глеб, вытаскивая пиво из холодильника.
– В полной, – согласилась, сев за стол.
– Ничего, разберемся, не в первый раз они пытаются на нас надавить, – Глеб сел рядом и, неожиданно для меня, сжал мою руку.
Подняв глаза, замерла от желания, так явно отображающегося в его глазах.
– Не стоит, – остановила, когда он наклонился, чтобы поцеловать.
– Секс отменяется? – спросил насмешливо.
– Он и не планировался, – поджала губы.
– Если бы нам не помешали, ты бы сейчас изгибалась подо мной, жена, – прошептал на ухо, обжигая горячим дыхание кожу.
– Я никогда под тебя не лягу, муж, – усмехнулась, отстранившись.
– Продолжай себя успокаивать, – сказал, делая глоток пива.
– Хватит. Лучше скажи, что мы будем делать?
– Полетим, дальше будем импровизировать. Согласись, отказаться у нас не получится. Чувствую, эта дура не только фотографии передала, но и сама лично с ними встретилась. Они много знают, но у них нет доказательств. Поэтому нам нужно убедить их, что мы по-настоящему счастливы. Остров – наш шанс.
– Почему я должна разгребать после твоих похождений?
– Ревнуешь? – спросил насмешливо.
– Размечтался, – встала из-за стола.
Все, не могу быть с ним рядом.
– Соф, ты подумай, что будет с нами, если всё всплывет? Что будет с твоим очкариком? – меня остановили его вопросы, когда я поднималась по лестнице.
Повернувшись, хотела ответить, как Глеб сократил между нами расстояние. Быстро поднявшись по лестнице, он остановился непозволительно близко, гипнотизируя потемневшим взглядом.
– Думала, я не знаю про него? – процедил.
Если бы у нас был настоящий брак, я бы подумала, что Глебушка поймал меня на измене. Захотелось нервно хихикнуть и смыться, пока злющий муж рвет и мечет. Но я ему ничего не должна, как и он мне.
– Мне все равно, знал ты или нет. Я приехала сюда, чтобы развестись с тобой. Паша сделал мне предложение, и я хочу стать его женой. Предлагаю после острова подать заявление в ЗАГС и развестись без огласки, потом я всю вину возьму на себя, и ты чистым выйдешь из воды. Получишь свободу.
Вся запланированная речь испорчена. Выпалила всё, как попало, заметно нервничая.
– Развестись? – переспросил, Глебушка, словно был в шоке.
– Да, развестись, – сказала твердо.
Я это сказала, я умничка. Вот сейчас он поразмыслит, согласится, и по прилету с острова мы разведемся, о-ля-ля.
Уже мысленно выбирала белое платье, танцевала танец жениха и невесты, представляла брачную ночь.
– Нет, – его ответ резанул по ушам, спуская с неба на землю.
– Что? Почему нет? – возмутилась.
– Потому что ты моя, – сказал вкрадчиво, – жена.
– Фиктивная, – поправила, уничтожая его взглядом.
– Это можно исправить, – усмехнулся.
Глеб спустился с лестницы, направляясь в прихожую.
– В смысле? – пустилась вдогонку.
Муженек вытащил из шкафа толстовку, натянул её, забрал ключи и вышел из дома, громко хлопнув дверью.
Да что, черт возьми, происходит?
– Глеб! – закричала, открыв дверь.
Ноль внимания. Открыл ворота, сел в машину и выехал так, словно за ним черти гнались.
Глава 4
Моему возмущению не было предела. Глебушка, гад, ошарашил и умотал в неизвестном направлении. А мне теперь сиди и гадай, что он имел ввиду под своим “нет”.
В голове не укладывается, как он мог отказаться от такого выгодного предложения. Где я просчиталась? Что не учла?
Вопросов было столько, что мозг не успевал их обрабатывать, голова начала болеть, настроение портиться.
– Стоп! – приказала себе мысленно.
Хватит себя изводить, позже всё выясню, а сейчас поем и спать, завтра ещё один многочасовой полет, нужно хорошенько отдохнуть.
Наконец-то голос разума пробился через истерию вопросов, и я со спокойной душенькой доела пиццу, приняла ванну и легла спать, не забыв закрыть дверь в спальню. Нежданные гости мне не нужны, особенно, когда я обожаю спать обнаженной. Хотела ещё тумбочкой дверь подпереть, но она оказалась слишком тяжелой. Пришлось положиться на дверной замок. Главное, чтобы одному умнику не пришло в голову проверять его на прочность.
Уже засыпая, вспомнила про Пашу. Громко чертыхнувшись, дотянулась до телефона на тумбочке и набрала сообщение, где скомкано объяснила, что задержусь ещё на две недели у отца. Сразу же отключила телефон, зная, что Паша начнет названивать, а я сейчас не готова с ним разговаривать. Возможно, чувствую вину за свое поведение.
Ну вот, снова скисла, это всё мужики виноваты, из-за них страдает моя головушка, мысли всякие покоя не дают.
Ворочаясь в постели, услышала, как кто-то накатался и вернулся домой. За окном была темень, можно сказать, глубокая ночь, и я могла сделать вид, что сплю, но нет, набросила халат и пошла вниз. В голове пронеслось, что Глебушка может быть не один. Вдруг заявится с девицей, а я сейчас спущусь и…
Прибью! Чтобы меня так унижали, да это ни в какие ворота не лезет!
Спустилась с боевым настроем и никак не ожидала увидеть Глебушку в обнимку с бутылкой.
– Ты что, в таком состоянии за рулем сидел?! – разозлилась.
Вот дурак!
– Женушка, – протянул, усмехнувшись.
Сделал шаг, и его тушка была готова встретиться с полом, если бы не моё хрупкое плечо.
– Нажрался, как свинья, – сморщила нос.
Кстати, на удивление, от него пахло только духами, никакого лишнего запаха алкоголя не наблюдалось.
– Плюша, – уткнулся носом мне в шею.
– Я тебя сейчас скину с лестницы, если ещё раз назовешь меня Плюшей, – процедила сквозь зубы, пытаясь забраться с пьяным Глебушкой на второй этаж.
– Плюша.
– Нарываешься? – остановилась, пытаясь заглянуть ему в глаза.
В темноте ничего не вижу, нужно было свет включить.
– Ты моя Плюша, – пробормотал, чмокнув в губы.
– Не твоя, – буркнула, закатив глаза, и продолжила путь, нужно быстрее от любвеобильного муженька избавиться.
Когда мы дошли до спальни, тот уже мне всю шею облизал и искусал. И, черт возьми, стыдно признаваться самой себе, но я возбудилась. Особенно, когда его язычок касался чувствительного места за ухом, уф..
– Всё, приехали, – собиралась сбросить муженька на постель, как тот вцепился в меня и утянул за собой.
– Да чтоб тебя! – ругалась, пытаясь не задохнуться под тяжестью мужского тела.
Как умудрился под себя подмять в таком состоянии?
Когда я думала, что всё, так и умру под собственным мужем, тот приподнялся на локтях.
«О да, я могу дышать», – пронеслось в голове.
– Попалась, Рыжая, – раздался насмешливый голос мужа.
Что???
Не успела ничего сказать, как мои губы подверглись страстному поцелую. Сопротивляться не было сил, тело предательски задрожало, губы приоткрылись, позволяя языку Глебушки проникнуть в меня. Его стон отдался сладким покалыванием внизу живота. Его напор подчинял.
Только моя вредная натура не позволила размякнуть перед ним, смириться с ролью ведомой. Зарывшись пальцами в волосы Глебушки, сжала их и вступила в схватку за лидерство. Языки сплелись в сражение, не готовые уступать друг другу. В результате – искусанные губы, стоны, рыки и переплетенные тела, возбужденные до предела.
Воздух искрил от страсти, одежда казалось лишней, хотелось прикоснуться к коже, вдохнуть одурманивающий запах тела.
«Я сошла с ума», – пронеслось в голове, когда стягивала толстовку с Глеба.
Сошла с ума, когда закатывала глаза от цепочки влажных поцелуев от шеи к груди. Хватала ртом воздух от покусывания сосков. Потеряла стыд и способность рационально мыслить.
Поцелуи тем временем спускались всё ниже, напряжение внизу живота росло, пальчики на ногах сжимались от предвкушения.
– Как же ты пахнешь, – хриплый шепот, и взрыв мозга от самого откровенного поцелуя в моей жизни.
Как же хорошо, как же… ох-х…
Выгнулась, сжимая покрывало, застонала.
– Тебе нравится? – самый тупой вопрос, который можно представить в этой ситуации.
Нет, блин, не нравится, я просто так здесь постанываю.
– Нет, – фыркнула, волшебство момента начало рассеиваться.
Глебушка либо смекнул, что тупанул, либо поверил и стал стараться усерднее.
Волшебство вернулось и поглотило меня с головой. Настолько поглотило, что мои руки уже без какого либо стеснения прижимали голову мужа ближе..
– Ещё! – бесстыдно требовала, как оголодавшая кошка, изгибаясь от наслаждения, заполнившего каждую частицу моего тела.
Напряжение росло, как и ощущение того, что я сейчас познаю что-то необыкновенное.
Одно касание языка, и бесконечный полёт в космос.
Ка-а-айф…
Пока я была не в себе, муженек снял штаны, а поцелуи медленно стали подниматься от живота к груди. С каждым поцелуем приходила осознанность. Мозг, освободившийся от тумана похоти, подавал сигналы бедствия, которое вот-вот случится.
– Знаешь, милый, у меня голова что-то разболелась, – пробормотала, сползая с постели.
– Что? – во второй раз за день на лице муженька отразился шок.
Пока тот не пришел в себя, схватила халат и бегом к себе. Как назло, комната находилась в другом конце коридора. Не успела добежать даже до середины, нервно похихикивая, как очнулся муж.
– А ну, стоять! – рявкнул на весь дом.
Оглянувшись, увидела, как тот бежит следом, злющий, с болтающимся членом между ног. Расхохотавшись, забежала в комнату и закрылась, прижавшись спиной к двери.
– Открывай! – рычал с другой стороны, дергая ручку.
– Не-а, – покачала головой.
– Гадина рыжая!
* * *
– Сам ты гад! – обиделась.
– Обломщица!
Фыркнула. Тоже мне…
– Открой дверь, Софа, так нельзя, – тихо попросил.
– Нельзя притворяться пьяным, а потом самым наглым образом меня соблазнять, – гордо заявила.
– Ты что-то не сильно сопротивлялась, – язвительно заметил муж.
Промолчала, потому что крыть было не чем. Он прав, не сопротивлялась.
– Тебе же хорошо было, что не так? – не успокаивался Глебушка.
– У меня есть молодой человек, я и так поступила некрасиво, – призналась, закрыв глаза.
Удар по двери не на шутку напугал.
– У тебя есть муж, Плюша, запомни это, а остальных очень скоро не будет! – четко и довольно дерзко заявил Глеб.
Спорить не хотелось, чревато злить неудовлетворенного мужика. Молча ждала, пока отчалит восвояси. Муженек немного потоптался возле двери и ушел к себе, так и не дождавшись ответа. Облегчению не было предела, на дрожащих ногах добралась до постели. Укрывшись одеялом, долго лежала и размышляла над своими чувствами и желаниями.
Почему, целуясь с Пашей, я не чувствую этот сумасшедший ураган эмоций и удовольствия, как когда меня целует Глеб?
Почему у меня ни разу не сносило крышу так, что я готова была отдаться Паше в туже секунду?
Почему я хотела продолжения с Глебом?
– Твою ж… – застонала вслух, бросив подушку в дверь.
Чтобы хоть как-то отвлечься, решила включить телефон. Наверное, ожидала сообщения от Паши, либо оповещения о пропущенных вызовах, но ничего не было.
Хм…
Зашла в социальные сети, пролистала новостную ленту. Как же скучно. Ничего интересного не нашла, хотела убрать телефон, как мне пришло сообщение в директ.
«И что мне теперь с этим делать?» – написал Глеб, следом прислал фотку.
Покраснев, во все глаза смотрела на приличных размеров орган.
Какой большой! Как же он собирался в меня… этим??? Нет, я видела, что там его природа не обидела, но чтобы настолько.
«Схожу по тебе с ума, – строчил Глеб, – хочу сильно».
Бедняжка.
Шаловливо улыбнулась, закрыла грудь одеялом, приоткрыла сексуально губы и сфоткалась. Отправив фото Глебу, написала: «Распечатай и… (подмигивающий смайлик)».
«Стерва» – пришел ответ.
Странно, но мысль, что он самоудовлетворяется, смотря на мою фотографию, уже не так бесила.
«Спи уже, муженек» – написала и выключила телефон.
Что бы между нами ни происходило, лучше подумать об этом завтра. Взбив подушку, удобно устроилась, почти уснула, как моя дверь открылась. Крик застыл на губах.
– Ты охренел так пугать?! – разозлилась не на шутку.
– Ты думала, у меня ключей нет от комнат? – сердито спросил Глеб, забираясь на кровать.
– Потянешь ко мне свои наглые ручища и получишь в глаз, – предупредила, отодвигаясь.
– Расслабься, мы всего лишь будем спать, – сказал Глеб, прижимая меня к себе.
– Спать? – пискнула, ощутив до сих пор твердый член.
– Ты голая? – хрипло произнес.
– Я всегда сплю голая, – зачем-то ляпнула, притихнув в его объятьях.
– Какая хорошая привычка, – застонал муж.
– Глеб, иди к себе, – прошептала.
– Не могу, давай попробуем уснуть, – сказал на ухо.
– Иди к себе и спи, – начала заводиться и отнюдь не от желания.
– Я буду спать со своей женой! – гаркнул псих.
– Я фиктивная жена, – закатила глаза, боясь сдвинуться с места.
– Ты моя жена, – пробормотал муж, зарываясь носом в волосы.
– Глеб…
– Замолчи, кудрявая, и спи, иначе… – рука мужа опустилась на живот, и я замерла.
– Шантажист, – выдохнула.
– Спи, Плюша, – поцеловал в шею и затих.
Легко сказать «спи», это не к его попке прижимается член. Да и вообще, меня саму колбасит от возбуждения.
– Хватит ерзать, – хрипло прошептал.
– Хватит ко мне прижиматься, – поджала губы.
– Ты такая вредная, – засмеялся чисто по-мужски, приятно.
– А ты ангел? – спросила, повернувшись к мужу лицом.
– Совсем не ангел, – ответил с грустью, убрав с моего лица локон.
– Почему ты отказался?
– Давай спать, – прижал к себе.
– Ты мне не ответишь?
– Не-а.
– Ну, так не честно.
– Кудрявая, спи, – сжал попку.
– Хватит меня лапать, – развернулась, задев его эрекцию.
Мужской стон вызвал улыбку.
Черт с ним, пускай спит рядом, зевнула и закрыла глаза.
– И ты так просто уснешь?
Ой, не могу…
– Я уже сплю, отвали, Глебушка, – прошептала.
– Как мне уснуть? Ты бы хотяб оделась, – рыкнул.
– Спи молча, мешаешь. Или иди к себе в комнату, что лучше, – пробормотала, ох и устала я за день, столько эмоций, сил моих нет.
– Не дождешься, – ответил Глеб, отвернувшись от меня.
Спустя пару минут я уже дремала, как муженек развернулся и прижал меня к себе.
Неугомонный.
