Текст книги "Университет собирающих магию (СИ)"

Автор книги: Янина Дубровина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 4

– Тори, просыпайся! – услышала девушка настойчивый голос. Она почти сразу определила, что он принадлежал Риоко. Последняя безуспешно пыталась растормошить подругу на первый урок.

После бала прошло два дня. С той ночи Тори и Хидеки не разговаривали. Более того они не смотрели друг на друга, хотя прекрасно помнили и понимали, что произошло.

– Ну, ты поднимаешься? У нас урок у профессора Франсуа! – прокричала Риоко. – Давай уже! Поесть мы не успеем точно. Если мы к ней опоздаем, она заставит нас писать сочинение на несколько листов. Не знаю, как ты, но я не горю желанием сидеть в библиотеки до ее закрытия. Боже, почему эти дурацкие часы не сработали?

Профессор Айна Франсуа – француженка, тридцати девяти лет, преподает правила прыжков. Каждый прыжок имеет свои особенности, они зависят от той эпохи, куда собираешься. Нужна определенная подготовка. Сейчас, в основном, прыжки во времени совершают молодые люди от шестнадцати до тридцати. И каждый возраст имеет свои особенности: молодым прыгать проще, т. к. в них нет лишних сомнений. Молодые сомы не так часто раздумываем над тем, что что-то может пойти не так. Взрослые предпочитают продумать каждый шаг, каждую мелочь. Это и хорошо, и плохо. Всем этим нюансам обучает профессор Франсуа.

Тори поднялась с кровати и, если верить часам на стене, то до урока осталось полчаса. «Во всяком случае, успею одеться и причесаться», – устало подумала Тори. О Хидеки она старалась не думать. Девушка встала и подошла к зеркалу. Волосы напоминали больше воронье гнездо среди осенних деревьев, чем собственно волосы. Виктория с трудом подняла расческу и принялась приводить свою шевелюру в человеческий вид.

Расчесывалась девушка минут десять и, в конце концов, психанула, и просто завязала хвост. Осмотрев свое бледное лицо, она махнула рукой, надела форменное платье, кеды и, взяв пару тетрадей, направилась за подругой. Выходя из комнаты, рыжая с подругой столкнулись с Хидеки. Молодые люди посмотрели друг на друга. Парень хотел было что-то сказать, но его перебила Риоко.

– Нечего болтать! Времени нет! – и японка потянула подругу в сторону кабинета, где проходили занятия по правилам прыжков, за что Тори была благодарна Риоко.

Вообще сегодняшний день весь прошел как-то мимо Виктории. Айна Франсуа что-то там говорила про опасность неподготовленного прыжка, про особенную концентрацию во время прыжка. Потом было занятие профессора Оливера, который читал лекцию, подкрепляя ее своими примерами. Зоологию и артефактологию Виктория вообще не помнила. И вроде предметы нужные, но девушка никак не могла сконцентрироваться на учебе. В итоге она просто плюнула на это все и решила просто дождаться окончания учебного дня.

После уроков, когда вся компания собралась возле столовой, рыжая вдруг поняла, что ей жутко неудобно стоять сейчас рядом с друзьями. Что-то грызло ее. Решив не портить своим настроением друзьям обед, Тори сказала:

– Ребят, мне как-то нездоровится, я пойду, пожалуй.

– Куда ты? Все же хорошо, уроки кончились, свободное время. Потом свои уроки да лекции вызубришь, – весело сказал Дженсен, обнимая девушку за талию. – Сейчас пообедаем и пойдем к океану с тобой, погуляем.

– Руки убери, – прошипела Виктория.

– Чего? – переспросил парень.

– Руки, говорю, убрал! И иди вон распускай их с Октавией, – крикнула девушка так, что многие студенты обернулись, в надежде узнать, что же происходит.

– Ты чего? – с осторожностью спросил парень.

Риоко спешно потянула за собой своего брата, тот что-то шепнул Джону. Оливер и Рогнеда переглянулись. Ребята поняли, что здесь что-то сейчас произойдет и тактично ушли в зал, по дороге делая замечание тем, кто желал посмотреть на разборки.

– А ничего, Джен! Ты вообще ничего не понимаешь, да?

– Пойдем в парк и там поговорим, – попытался усмирить парень Тори, посматривая на свидетелей.

– Нет, иначе я ничего не осмелюсь сказать, лучше давай туда, – девушка вздохнула и оттянула друга от входа в зал в пустой класс. – Во-первых, я тебя прождала перед балом минут десять. Все уже разошлись по парам, а я все жду. Я думала, что парень должен девушку ждать, но ничего, я подождала, не скисла. Ты же в аналогичной ситуации постоянно на меня ругаешься. Помнишь, как я опоздала на пять минут на свидание возле русалки? Ты мне, что тогда сказал? «Я не собираюсь постоянно ждать тебя». Во-вторых, ты там танцевал со всеми, но не со мной!

– А медленный танец? – попытался возразить Дженсен.

– Серьезно? – Тори скрестила руки. – А то, что ты сразу после танца отпустил меня и стал танцевать с Октавией? Это нормально? Ты даже не потрудился меня найти. Да что найти, ты не посмотрел на меня. Такие, казалось бы, мелкие, незначительные моменты могут испортить все раз и навсегда. Это не нормально, Джен. Я думала, что мы с тобой встречаемся, но что же это за отношения такие?

Парень не нашел что сказать на это. Да Виктория и не хотела что-то слышать. Она развернулась и ушла в свою комнату. По дороге девушка старалась думать обо всем, кроме ссоры с другом и своего скорого прыжка.

Зайдя в свою комнату, Тори сняла надоевшее ей за день форменное платье, и переоделась в привычные джинсы и черную футболку. После этого она плюхнулась на кровать, выпустив в воздух черных бабочек, на случай, если придет Риоко. Дурной день, да и начался он так же по-дурному. Девушка перевела взгляд на календарь. Третье ноября. До ее прыжка осталось тринадцать дней, а она даже не заказала вещи для того периода. Виктория вздохнула, поднялась с кровати, и подошла к шкафу.

Она провела рукой по резной двери и дернула ее. Дверка скрипнула, и девушка зашла в свой шкаф, расширенный с помощью магии. Тори стала осматривать свои полки, в поисках нужных вещей. Разумеется, ни платьев в пол со шлейфом или с бахрамой, ни красивых шляп у девушки не оказалось. Виктория вздохнула и повернулась к выходу и заметила, валяющееся в углу платье с бала. В груди девушки что-то защемило, руки задрожали. Она подняла платье и повесила его на вешалку.

Виктория вышла из шкафа сама не своя. То, что произошло в той комнате, она никому не рассказала, даже Риоко, хотя девочки делились друг с другом всем. Тори мотнула головой и вышла из шкафа. Думать об этом ей уж точно не хотелось, хватит. То Хидеки лезет в голову, то Дженсен. В конце концов, она скоро отправляется в путешествие во времени – вот что должно занимать все ее мысли. Улыбнувшись новой идее, девушка закрыла дверцу шкафа и подошла к своей полке. Проведя пальцами по корешкам книг, Тори вытянула из ряда книг дневник Гари Гудинни, залезла на свою кровать с ногами и открыла место, где закончила читать в прошлый раз.

«На исходе февраля в мою труппу пришла неизвестная черноволосая девушка. На вид ей было около шестнадцати лет. Странно одета, раскрашенная как портовая шл… (фраза была зачеркнута) как девушка легкого поведения. Она слезно просила принять ее на работу, да только кем. Она клялась и божилась, что готова выполнять даже самую черновую работу, рассказала, что ее семья вся погибла, а она шла, куда глаза глядят. Но вряд ли это так, наряд был из дорогих тканей, простая оборванка не могла такой купить, а я-то знаю толк в тканях.

Я взял ее при одном условии: она сменит свой наряд. Пришлось выдать ей простое, черное платье-футляр. Переодевшись, я сам провел ей экскурсию. Все это время она с меня не спускала глаз. Уж не влюбилась ли эта девчонка? Я познакомил ее со всей труппой, с женой, которая приехала ко мне. Девчонка была очень рада, когда я ей показал ее спальное место – вместе с Риной. Наверное, она обрадовалась, что больше не придется спать на улице или в каком хлеву. Как мне рассказала потом Бесс, с ножами девчонка ловко справляется. Значит определим ее все к той же Рине, которая подготовит девчонку к выступлению.

После того, как она устроилась, я позвал всех актеров на общий ужин уже после выступления, и представил нашу новую подругу. Имя у нее была странное…»

Тори пришлось отвлечься от чтения – в дверь настойчиво постучали. Девушка вздохнула и, закрыв дневник иллюзиониста, поднялась и открыла. На пороге стоял Ратмир.

– Привет, не хочешь прогуляться? – спросил парень с лучезарной улыбкой.

– Привет, я как бы занята, готовлюсь к прыжку, – попыталась отказаться Виктория, но в конце коридора она заметила Дженсена, который заметив ее и Ратмира просто отвернулся и пошел в противоположную сторону. И в итоге, как в самых банальных романах, Тори разумеется, согласилась.

Тори попросила пару минут, чтобы собраться. Девушка закрыла дверь и глубоко вздохнула. Она подумала, что может быть, именно это то, что нужно, чтобы разобраться в своих чувствах. Виктория быстро распушила хвост, выпустила пару прядей, переодеваться она не стала, это ведь не свидание. Посмотрев в свое зеркало, девушка улыбнулась и вышла, не забыв надеть теплое пальто.

– Ну что, куда пойдем? – спросила она, не смотря на шедшего в дали Дженсена.

– Пойдем в парк, а там решим, – предложил Ратмир.

Виктория и Ратмир направились в сторону парка. На дворе стоял ноябрь, который погодой явно не баловал. Снега еще не было, но голые деревья уже вызывали только одно желание – забраться под теплый и мягкий плед, взять чашечку горячего шоколада и книжечку, и сидеть возле теплого камина на мягком, пушистом ковре, как в той комнате с Хи… Тори поспешно махнула головой, отгоняя эти мысли.

– О чем ты все время думаешь? – участливо спросил Ратмир.

– Да так, думаю о скором прыжке. Всё-таки это большая ответственность, – девушка улыбнулась. – Я мечтала об этом с детства. Мечтала, как буду приносить пользу нашему сообществу.

Ратмир улыбнулся, а Тори поежилась. Всё-таки ноябрьский ветер стал продувать даже теплое, кашемировое пальто девушки. Молодой человек это заметил и снял со своей шеи длинный зелено-серый шарф и завязал его на шее девушки.

– Спасибо, – пробормотала смущенная Виктория. Конечно она часто носила шарфы или кофты Дженсена, но сейчас это выглядело как-то по-другому, по-особенному. Его-то Тори знала с детства и привыкла. А вот с Ратмиром она знакома пару месяцев, а молодой человек проявляет к ней симпатию? Или как это можно назвать. Тори снова задумалась, а Ратмир решил ей не мешать, просто улыбнувшись. На минуту он остановился и задумался о чем-то.

– Ратмир, ты чего? – спросила Тори, тронув парня за предплечье.

Ратмир мотнул головой и посмотрел на спутницу, улыбнувшись какой-то другой улыбкой. Молодые люди шли по дорожке, среди мрачных деревьев парка. По краю вымощенной дорожки парили шарики, которые освещали путь. На дворе сгущались сумерки. За тучами виднелась растущая луна.

– Через пару дней полнолуние, – Тори даже не заметила, как произнесла это вслух.

– А что такого? – не понял Ратмир.

– У нас правило, в первый день полнолуния никто не должен выходить за двери замка. Говорят, что именно в первый день выходят все духи, божки, нежить на пир. Особенно здесь, на нашем острове. Этот остров сосредоточение магии, по легендам здесь жили сами боги, но заключили договор с Иноком, нашим основателем, и подарили этот остров ему. Ну как подарили, они конечно установили этот купол для нашей защиты, но при этом этот купол отбирает у нового студента что-то.

– А мы прошли спокойно, – задумавшись, сказал Ратмир.

– Это из-за артефакта Зарницы, – произнесла Тори. – Это последовательница Инока. Этот артефакт помогает перемещаться через наш барьер без потерь, но только два раза в год. Наверное, Распутин одолжил его у полиции. Они-то к нам наведываются. Точнее к мантикоре, скормить преступников. Хотя моим родителям они отказали в допуске к этому артефакту. Интересно, из-за чего.

Ратмир звучно сглотнул. Он не был трусом, только о мантикоре на острове ходили разнообразные слухи. Говорили, что она размером с дом, что ее слюна похожа на кислоту, что добавляет мучений жертве, говорили, что она часто играет со своей пищей, позволяя убежать на приличное расстояние и подумать, что рядом безопасное место. Тори посмотрела на испуганное лицо собеседника и посмеялась.

– Не верь ты всем слухам, – будто прочитав мысли, ответила девушка. – Она по размерам больше льва в полтора раза. И слюна у нее не кислотная. Я ее кормила с руки.

– Прости, ты что? Кормила?

– Да, еще в первый день учебного года, мы с ребятами сидели на берегу океана, и пришла она. Пришлось дать ей мяса. Это существо безобидно, если ты не представляешь ей серьезной угрозы, или не разозлишь ее, или ты не привезенная ей еда. Преступников же чем-то опаивают перед кормежкой.

– Ты так спокойно об этом говоришь, – удивленно ответил Ратмир. – Почему такая красивая девушка так спокойно говорит про скармливание людей животному?

Тори просто пожала плечами. Она знала это все только потому, что ее родители были директорами и частенько рассказывали дочери про некоторые тонкости их мира, в частности они, рассказали и про мантикору.

Ребята прошли до конца парка. Тори жутко не хотелось возвращаться в замок, поэтому с молчаливого согласия Ратмира, девушка ступила на протоптанную дорожку леса. Парень пошел за ней. В лесу было тихо, почти тихо. То здесь, то там слышался хруст веток, видимо от лап животных. В глубине леса ухала сова. Было жутковато, но Тори не боялась, в конце концов, она обладает магией.

– Слушай, а говорят, тут где-то пещера есть, в которой несметные богатства, – вдруг произнес Ратмир.

– Ну да, я помню, как мы с ребятами на первом курсе пытались туда пролезть, но нас не пустило заклинание защиты, – Тори посмеялась, вспомнив этот случай. – Как нам потом досталось. Мы год помогали Раде на кухне.

– Жаль, а я хотел разбогатеть, – парень усмехнулся.

– Мы можем до нее дойти, но посмотреть издали, – девушка улыбнулась и коснулась руки Ратмира.

Молодой человек посмотрел на нее со смесью радости и отвращения. Тори сразу же убрала руку, но Ратмир поспешил сам взять ее за руку и сжать ее в своей.

– Так безопаснее, – произнес он.

Виктория улыбнулась, сердечко в груди бешено забилось. Девушка пошла вперед по вытоптанной дороге. Местами были лужи грязи, все же дожди делали свое дело. Поэтому в таких местах Ратмир поднимал и переносил девушку, как пушинку. Ребята разговорились. Тори рассказывала ему о многих предметах, которые они проходили в УСОМе, а Ратмир о своих предметах. Особенно, Викторию заинтересовало целительство, которое велось в школе Распутина отдельно от зельеделия, в отличие от университета.

Ребята вышли на береговую полосу. Здесь было еще холоднее от ветра с океана. Он пробирал аж до костей. Тори поежилась, Ратмир только вздрогнул.

– Погоди минуту, – парень остановился и стал настойчиво тереть свои предплечья. Виктория готова была поклясться, что увидела искры и была права. От молодого человека стали отлетать искры, как от костра. Ратмир проделал тоже самое и с Викторией. Девушке стало вдруг так тепло, что хотелось стянуть шарф с горла, но Ратмир остановил ее.

– Не надо, иначе продует тебя. Тепло теплом, а вот ветер противный, залетит за шиворот, и будешь страдать потом от ангины.

– Прям такой заботливый, – пробурчала Виктория, но снимать шарф не стала.

Они шли по берегу около десяти минут. Постепенно перед ними стала появляться высокая скала.

– Мы уже близко, – крикнула Тори.

Было на самом деле жутковато от того, что ее окружало. Океан, холодный и шумный, и скала, скаты которой в лунном свете напоминали непонятных существ, стоящих в куче. Запах морской соли забивал нос, водоросли, прибитые к берегу, разлагались. Ребята подошли к скале, никакого барьера Виктория не почувствовала, хотя тогда, давно, барьер стоял за десять метров до скалы, а теперь они приблизились к пещере на расстоянии трех.

– Дальше не пойдем, вон пещера! – прокричала Тори своему спутнику и указала пальцем на темный вход.

– Пойдем, не переживай, я тебя защищу, если что! – крикнул в ответ Ратмир.

– Нет! Поздно уже! Пойдем, завтра уроки!

Виктория повернулась к молодому человеку спиной, собираясь пойти в сторону замка, и вдруг темнота. Перед тем, как отключиться она только и заметила чьи-то кроваво-красные глаза.

Тори очнулась от запаха гари. Девушка открыла глаза и попыталась встать, голова болела адски. Она потрогала затылок рукой и почувствовала что-то мокрое. Попытавшись немного сконцентрироваться, Тори создала слабо светящийся шарик, на подобии тех, которые парили вдоль парковой дорожки. Шарик дрожал от недостатка магии, но девушке хватило, чтобы рассмотреть свою руку и кровь на ней. Виктория вздрогнула, шарик погас. Темнота вновь наполнила место, где она находилась. Тори напряглась и прислушалась. Где-то шумел ветер, значит улица где-то рядом, что-то капает с потолка.

– Боже, я в этой пещере, – прошептала Тори. – Что же делать?

Девушку охватила дикая паника. Что за черт, где Ратмир, почему она здесь. Где-то справа, вдруг упал камень. Из глаз Тори полились слезы, она не могла понять, как быть. Воспользоваться магией, но Хазани говорил, если маг находится в состоянии паники, то неизвестно, как себя поведут любые заклинания, даже самые слабые. Виктория поджала ноги и обняла коленки. Сколько она просидела в такой позе, неизвестно. Где-то в глубине пещеры послышался волчий вой. Девушка закрыла глаза и молилась всем известным богам, чтобы они помогли выбраться отсюда. И на кой, спрашивается, она послушала Ратмира и пошла с ним в это треклятое место.

Спустя, может быть час, Тори поняла, что просто сидеть нельзя – она умрет или от жажды и голода, или от жителей этой пещеры. Девушка тяжело вздохнула и аккуратно поднялась на ноги. Голова гудела, пришлось постоять на месте, чтобы хоть немного привыкнуть к боли.

– Мёнгата, – прошептала девушка и вытянула руку ладонью вверх. Из ладони стал расти еще один световой шарик, очень похожий на маленькую луну. Этот шар был уже четче первого.

– Сумама-ка-са-акин, – шарик пришел в движение, чтобы проверить сработала ли формула, девушка сделала шаг, а шарик полетел за ней.

Тори первым делом осмотрела место, где она проснулась. Практически рядом с ней был тлеющий костер. Очевидно, что тот, кто принес ее сюда, зажег его, чтобы не замерзнуть. Но где этот человек? Виктория понимала, что надо, что-то сделать, чтобы в случае чего вернуться хотя бы сюда. Девушка поправила волосы и случайно дотронулась до шарфа. Ее осенило. Она сделает, как Тесей. Улыбнувшись своей мысли. Тори сняла шарф и нашла место, где легко распускается шарф.

– Надеюсь, Ратмир меня простит, – произнесла девушка. – Все лучше, чем просто блудить здесь. А шарф я ему куплю.

Виктория двинулась в единственный проход, а шарик плыл рядом. Жуткое место. Что за красные глаза, которые она видела, кто ее вырубил. Она никак не могла вспомнить и понять, что произошло. Девушка двигалась вперед по каменному проходу. Под ногами валуны мешали идти быстро, приходилось их перелазить. Еще и нитка шарфа постоянно рвалась, приходилось постоянно перевязывать. Но Виктория упорно шла вперед. У нее болели ноги, хорошо, что кровь из головы уже не шла.

– Надеюсь, я никакой заразы тут не подцеплю, – брезгливо произнесла она.

Справа кто-то завозился. Девушка замерла и прикрыла руками шарик со светом.

– Тори! – девушка услышала жутко знакомый голос.

– Ратмир! Я здесь! – Виктория была жутко рада, что парень оказался жив.

– Иди на мой голос!

Девушка повернула в правый коридор, откуда доносился голос ее спутника. Шла она не долго, продолжая распускать шарф. Приближаясь к помещению, девушка заметила, что там светло. Тори уже бегом передвигалась по каменному коридору, но остановилась прямо перед входом в большой пещерный зал. Перед ней открылась поистине невероятная картина: весь зал был забит сокровищами. Они блестели от лунного света, пробивавшегося сквозь отверстие в потолке, да к тому же на стенах висели факелы с огнем. Стояли сундуки, открытые и заполненные монетами и самоцветами.

– Что за черт? Почему все оказалось так просто? – проговорила она.

– Потому что защита эта только название, – Ратмир появился рядом с девушкой неожиданно. Его бровь была рассечена. – Ее на самом деле нет. Точнее ее нет именно за день до полнолуния. Этот остров действительно самый волшебный во всем магическом мире.

Тори пропустила слова, которые сказал Ратмир, она бросилась ему на плечи и, не отдавая себе отчет, поцеловала его. Парень немного приобнял ее за талию.

– Я так рада, что ты жив! Где ты был? Почему сразу не пришел? – руки девушки дрожали.

– Ну как тебе сказать? – Ратмир улыбнулся и отстранился. – Я хотел найти вот это все, а ты хотела уйти. Пришлось применять план «б».

Тори не могла поверить его словам. Значит те красные глаза, это его глаза? Но ведь все было так хорошо.

– Ты вырубил меня и притащил сюда?

– Ну мне пришлось, я не хочу, чтобы боги меня прокляли, за черную жемчужину. Она вон в том ящичке, достань ее для меня.

Ратмир махнул рукой в сторону выступа. Тори обернулась и увидела каменную полку, на которой стоял маленький деревянный ящик. Он выглядел ужасно – потрепанная крышка, на которой росли грибы, стенки ящичка были пропитанные водой, набухшие. РогнедаРо

– И ты серьезно думаешь, что я пойду и открою ее? – девушка усмехнулась. – Ты ненормальный.

Тори повернулась в сторону выхода и собралась уйти. Но как только она подошла к каменной арке, из земли прорвались корни и заплели выход.

– Я тебя не выпущу, пока ты не откроешь для меня этот ящик, – спокойно произнес Ратмир.

– Ну серьезно, зачем тебе эта жемчужина? – Тори решила попробовать заболтать парня, пока ищет выход. Хотя бы глазами.

– В этой жемчужине заточена великая сила. С ее помощью Распутин сможет изменить время, магия вернется к нам навсегда. И больше не придется прыгать в прошлое, чтобы выкачать капельку магии. И вообще, это так несправедливо. У людей прошлого магии так много, а вы забираете так мало. Распутин считает, что нужно выкачивать всю магию, всю до последней капли, даже, если это убьет человека.

– Он ненормальный, – проговорила Виктория. – Я не буду открывать этот ящик.

– Ты меня достала! – Ратмир подлетел к девушке и ударил ее. Тори упала на пол и закашляла, металлический привкус крови во рту мешал ей думать, девушка сплюнула.

– Какого черта ты творишь? Тебя скормят мантикоре за нападение на родственника членов Совета старейшин! – крикнула она, впервые пользуясь такой формулировкой.

В ответ на это Ратмир засмеялся. Его смех пронесся эхом по всему залу. Он вытащил ножи и полоснул Виктории предплечье, девушка закричала, а ее пальто на месте раны стало краснеть

– Еще одно лишнее слово и будет еще один порез.

Девушка посмотрела в глаза студенту Распутина. Они стали кроваво красными, именно такими, какие она видела перед тем, как отключиться. Решив, что на сегодня увечий хватит, Тори пошла в сторону убогого ящичка. Подойдя к нему, она на минуту задумалась, что же будет. Ратмир, словно прочитав ее мысли, сказал.

– Никто не знает, что именно будет, если откроешь ее. Одни источники говорят о том, что там проклятие, другие, что там великое благословение богов, живших здесь. Факт остается фактом, я рисковать собой не хочу, а тебя не жалко.

Именно Тори в этот момент думала, что лучше бы она отказалась от прогулки. «Самое время об этом думать, ввязалась, расхлебывай», – подбодрила себя девушка. Она медлила, она боялась, что может произойти что-то ужасное.

– Я теряю терпение! Давай быстрее уже! Открывай, – проревел парень.

Виктория протянула дрожащую руку. Будь, что будет, решила она и резко открыла шкатулку. Ничего не произошло, в зале стояла тишина, а из коридоров так же доносились звуки падающих капель. Девушка заглянула внутрь, на пожелтевшей от времени подушечке лежала бусина. Это была даже не бусина, и тем более не жемчужина. Это был шарик размером со стандартный шарик для перемещения во времени, который выдают сомам, только черного цвета.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросил Ратмир, но не дождался ответа и подошел сам. – Почему она пустая? Где жемчужина?

Тори не понимала, о чем он. Но внезапно голос в ее голове сказал, что все будет хорошо, что этот шарик поможет ей в самый несчастный момент в жизни.

Ратмир взревел и схватил девушку за раненую им же руку. Тори закричала, а парень бросил ее со всей силой на пол. Девушка больно ударилась спиной и вскрикнула. Боль была адская, из ее глаз хлынули слезы. Она не могла ничего сделать, она была безоружна. Ратмир бешено улыбаясь, подлетел к лежащей на земле Виктории.

– Что мне с тобой такого сделать, а? – Он провел ножом по горлу девушки. – Слишком просто будет тебе просто перерезать горло и скормить мантикоре, не поверят. Но помучить я тебя смогу, а потом изменю память.

Ратмир стащил с Тори ее пальто и отбросил в угол пещеры. Перед ним сидела дрожащая девушка, кровь из пореза все еще шла. Парень склонил на бок голову и резко полоснул Викторию по плечу другой руки – хлынула кровь, девушка закричала, и неожиданно пнула ногой своего мучителя. Его глаза блеснули дикой злостью.

– Ах ты, – прокричал он и, схватив ее за горло, поднял на расстоянии вытянутой руки. Тори, не чувствуя под собой землю, брыкалась и пыталась вырваться. Нет, умереть она не может, только не так! Неожиданно в голове возник совет от Токугавы, надавить на глаза. Почему глаза, если Тори не могла до них дотянуться. При этом она так сильно размахивала ногами, что попала носком Ратмиру в область солнечного сплетения и тот, резко согнувшись, отпустил девушки. Тори упала и пыталась откашляться, при этом судорожно вспоминая хоть какие-то заклинания.

Но, как бывает, в панике сложно что-то придумать. Ратмир оправился от боли, поднялся на ноги, но очевидно, что ему было дискомфортно. Он осмотрелся в поисках своего ножа.

– Хватит уже этого цирка, убью тебя и дело с концом, скажу, что сама напоролась на что-то острое.

Тори попыталась сконцентрировать, чтобы найти хоть что-то, при этом девушка стала отползать назад от Ратмира, и в этот момент ее рука наткнулась на что-то холодное. Нож. Для Виктории все происходило как в замедленной сьемке: парень двигается к ней, с горящими глазами, почти хватает ее снова за горло. Тори, не думая больше ни минуты, втыкает нож прямо в сердце своего мучителя. На секунду тот замер, изо рта потекла кровь, он захрипел и упал рядом с девушкой. Виктория же держала в своей руке окровавленный нож и стеклянными и опухшими от слез глазами смотрела на недавнего собеседника, осознавая, что она сделала.

Девушка бросила нож и стала тормошить Ратмира.

– Вставай, прекрати притворятся! Прошу тебя, вставай! – кричала она, ударяя парня по щекам, но он не реагировал.

Девушка пронзительно закричала. Ее крик пронесся по всем коридорам пещеры. Тори посмотрела наверх, луны уже не было, небо приобрело оранжевый оттенок. Рассвет. Вновь темнота.

***

«Очнись!», – услышала девушка в своей голове. Тори резко поднялась. Голова жутко болела, порезы уже не кровоточили, но почернели. Она осмотрелась.

Уже более суток она находилась в этой чертовой пещере и не могла использовать ни одно заклинание. Над пещерой вновь взошла луна.

– Может мою магию блокирует такое количество артефактов? – спросила сама у себя девушка, осматривая сундуки с сокровищами. Не исключено, что среди них есть такие мощные вещицы.

Если бы не вода с потолка, то Тори уже бы была не в себе от обезвоживания. Она посмотрела на Ратмира. Его тело лежало в том же состоянии, что и вчера ночью. Кровь уже не лилась, в сам он побелел. Виктория поднялась.

– Нельзя засиживаться на месте, – сказала она. Ей было холодно даже в пальто.

От того, что нечем было заняться, Тори подошла к сокровищам и стала их рассматривать. Руками, конечно, она не собиралась их трогать, а вот глазами за милую душу. Но ей быстро наскучило это дело. Надо как-то выбираться отсюда. Но как это сделать без магии? Токугава на одном из уроков что-то говорил про ментальный разговор с близким человеком. Чтобы это исполнить, магам нужен был хотя бы минимальный запас магии.

– Так, надо сесть поудобнее и, расслабившись, попытаться вникнуть в сознание человека.

Разумеется, выбирать она не стала. Она решила попросить о помощи свою маму. Девушка вздохнула, осмотрелась и села на плоский камень, руки с трудом положила на колени и закрыла глаза. С первого раза ничего не получилось, боль в голове, боль от порезов на руках делали свое дело. Но Тори не сдавалась.

– Так, попробуем еще раз. Боль уходит, вдох-выдох, погружаемся в свои мысли и ищем путь к маме, – Тори стала глубоко дышать. В один миг ее тело обмякло, разум перенесся.

Тори осмотрелась. Она узнала место, в котором оказалась. Это был кабинет зельеделия. Неужели Хазани? Неожиданно в кабинет зашла Хатиже и замерла.

– Тори? Ты что тут делаешь? – спросила девушка как можно непринуждённее, но при этом осмотрела девушку. Две раны на руках выглядели очень плохо, волосы запутанны, одежда грязная.

– Хатиже, у меня очень мало времени, прошу, скажи моим родителям, что я в пещере, в которой по легенде сокровища находятся.

– Серьезно? – Хатиже скрестила руки. – Это очень глупо звучит. И похоже на обычный сон из-за последних событий. Тебя ищут все.

– Прошу тебя, прямо сейчас, беги и скажи! Это не сон, Хатиже! У меня осталось мало сил. Проснись! – крикнула Тори.

Хатиже открыла глаза и замерла в ужасе. Викторию искали второй день, вся школа на ушах. Даже Распутин приехал, говоря о том, что его студент так же пропал. Директора места себе не находила. Хатиже посмотрела на часы, два ночи. Откладывать она не стала. Египтянка быстро поднялась, оделась и направилась в сторону директорского кабинета.

Хатиже бежала, а за углом она столкнулась с Ладой.

– Смотри, куда прешь, ненормальная, – прошипела та.

Хатиже решила не обращать внимания на нее и побежала дальше. Почему кабинет директора находился в башне, почему нельзя было его расположить где-то рядом с комнатами студентов? Египтянка прислонилась к стене, чтобы перевести дыхание. Раны на руке Виктории, которые Хатиже успела заметить, скорее всего загноились. Хоть бы у Хазани были нужные зелья. Но к нему потом, сначала родители Виктории.

Через несколько лестничных пролетов, девушка наконец-то добежала до комнаты директоров и громко постучала в дверь. За ней послышалась возня и недовольное бурчание. Дверь распахнулась, и перед ней показался сонный Виктор в домашнем халате.

– Хатиже? Что-то произошло? – спросил он недоумевая. – На часах почти три ночи! Вы в своем уме?!

– Я знаю, где Тори! – прокричала она.

– Что? – за спиной Виктора показалась Агата. Ее глаза были красными от слез, она не могла уснуть. Виктор завел глаза. Он только-только смог успокоить жену, сам старался избегать паники. Но и у него плохо получалось. Виктор был на грани.