Текст книги "Хранительница (СИ)"

Автор книги: Яна Тать

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 25 страниц)

Глава 24.

Сказали бы мне год назад, что я буду на костюмированном балу одета как цветочек «аленький», покрутила бы пальцем у виска и послала шутника по всем известному адресу. Заикнулись бы, о другом мире, посоветовала выйти из астрала, стать приземлённее и провериться у психиатра. Однако против фактов не попрёшь. Сейчас я на балу на «подружке планете» пытаюсь понять тягучую мелодию, чередующуюся с дробным стуком. Смотрю на плавные переходы пар, нарушаемые прыжками. Не хватает хлопков в ладоши и криков «Ха» на выдох под стук бубна. Но не судите и не судимы будете. Поэтому смотрим, слушаем и понимаем, что без учителя танцев здесь не обойдётся.

Время шло, пары кружились под музыку, а мы оставались на месте. Соединив руки с сестрой, незаметно общались. От розочек иногда приходили волны счастья. Родители не выдержали и после наших уверений, что с места не сдвинемся, решили всё же повеселиться.

–Маша, кажется, они идут к нам, – обронила сестра, глядя на кого-то.

Повернув голову, я увидела интересную картину. Двое блондинистых молодчиков, стараясь не сорваться на бег, направляются в нашу сторону, пытаясь достичь финиша раньше, при этом, явно не показывая своё желание.

– Охота началась, – шепнула с усмешкой Даше.

Она недоумённо приподняла брови, показывая непонимание происходящего.

– Сегодня ты дичь, – ухмыльнулась я, поблагодарив мысленно своё негативное отношение к белым платьям. – Новенькая светлая среди всего изученного, – мечтательно протянула. – Не пугайся, – заметив в глазах сестры проблеск страха. – Пусть стараются понравиться, хоть ковриками расстилаются, конечный выбор за нами. Посмотри, у «палача» волосы лучше, чем у меня, а о такой завивке я мечтала с детства.

– А почему «палач»?

– А кто? Чёрные штаны, заправленные в ботфорты. Красная рубаха навыпуск, кожаный ремень, чёрная маска. Не хватает только топора, и кудри немного не вписываются в образ. Ему бы ангелочка изображать с такими-то волосами.

Дашуня начала тихонько хихикать, её немного отпустило.

Второй, брюнет, был весь в зелёном и его оттенках. И напоминал мне дровосека, если бы не камни, разбросанные по всему наряду и массивные украшения. Странно, у блондина украшений мало. Бедственное материальное положение, или другое что?

Между тем, они подошли и стали заливаться соловьями, ориентируясь на сестру, оттеснив меня в сторонку. Сначала мальчики выражали восхищение сестрёнке, и я тихо стояла, стараясь не мешать. Ей опыт общения с противоположным полом необходим, а то первый встречный сказочник покажется романтическим принцем. Но когда они, не приняв отказа, начали настаивать, напирая с обеих сторон, не выдержала.

– Молодые люди, вы понимаете по-Имперски? Или может у вас проблемы со слухом? – сделав шаг вперёд, протиснулась полубоком между сестрой и «егерем».

– Да как вы смеете! Это оскорбление! У нас нет никаких проблем! Мы абсолютно здоровы! И обучались у лучших! – перебивая друг друга, выпятив грудь вперёд, пытались они выставить себя в лучшем свете.

– Тогда вы понимаете слово: «Нет». И уже сейчас, на стадии знакомства относитесь к пожеланиям моей сестры наплевательски, полностью игнорируя их? – продолжала давить на желторотых птенцов. – Вы нам не подходите! Гуляйте мальчики!

Дашуня прыснула, прикрыв рот ладошкой.

– Подождите, как не подходите? Вы нас совсем не знаете! – оторопело пробормотал зелёненький.

– Вот именно! Даже не представились! А ещё светлые. Где ваши манеры!

– Но это же бал-маскарад, и весь смысл в загадке, – пытались оправдаться они.

– Всё, – подняла я руку. – К концу бала приносите полную автобиографию, мы ознакомимся и выберем, кому подарить танец, – отправила их «туда не знаю куда, принести то, не знаю что».

– Простите, а что такое автобиография, – решился прослыть болваном, но узнать новое для себя слово «красненький».

Жаль, думала так уйдут.

– Описание своей жизни. Я, такой-то, уроженец того-то, отец, мать, дом, земли, расписываем всё по порядку.

– Зачем Вам-то это понадобилось? – вспылил его друг.

– Хотим проверить, вдруг грамоте не обучены и писать не умеете. А на уме одни танцульки, – пошла на второй круг издевательств.

(Да когда же они отстанут?)

– Но здесь бал, где же мы бумагу возьмем и перо? – зелененький сделал ещё одну попытку меня образумить.

– Вы мужчины?

Они медленно кивнули, подозревая пакость.

– Добудьте. Придумайте что-нибудь. Как Вы собираетесь семью обеспечивать? Если с простой проблемой справиться не можете.

– Нам рано ещё думать о семье, – сболтнул «палач».

«Ну, это ты зря сказал», – губы сами изогнулись в предвкушающей улыбке.

– Как рано? – немного наигранно охнула в недоумении я. – А сестрёнка? Поиграть и выбросить? Разве так можно? А чувства? А разбитое сердце?

– Мы всего лишь пригласили вашу сестру на танец! – со злостью сквозь зубы выдавил «ангелочек».

(О, неужели довела?)

– Всего лишь? – включилась еврейка Сара. – Дорогая, – обернулась к сестре, – представляешь? – Ты, «всего лишь»!

– Мы не так сказали! Вы всё исковеркали! – вспылил мой противник.

(Детский сад «Ромашка». Ты ещё ножкой топни, доказывая свою правоту).

– Всё, мне надоело, – первый сдался в зелёном. – Позвольте откланяться, – поцеловал он ручку Даши и растворился в толпе.

– Слабенький какой-то он, нервный. Стояли себе, мило общались, и чего было психовать? – проводив его взглядом, обернулась на сестру. – Не знаешь?

Та уже не могла сдержать своего хохота и просто помотала головой в стороны, боясь рассмеяться громко, открыв рот.

– А Вы, молодой человек? – докопалась я до оставшегося. – Не замечали за своим другом ранее таких нервных срывов?

Он смотрел на меня, видимо не понимая, в натуре я такая дура или издеваюсь. Так ничего для себя, не решив и не ответив, на прямой вопрос, бросился следом.

Пожав плечами, повернулась к толпе. Что ж, досмотрим этот скучный фильм. Теперь я на своей шкуре прочувствовала, что такое средневековый бал. Возможно, если бы мы танцевали, флиртовали, познакомились с кем-то приятным, было бы веселее? Надо будет в следующий раз попробовать.

Слишком много людей. Я уже отвыкла от этого. Голова кружилась, в ушах звенело от гомона голосов, вперемешку с музыкой. Всё слилось в единый коктейль, который мне уже не хочется употреблять. Такое бывало и раньше, в прошлой жизни, когда подготовка и ожидание праздника вызывали гораздо ярче эмоции, чем он сам. Будто я своим нетерпением и воодушевлением  выплеснула все чувства заранее и сейчас нахожусь в каком-то вакууме и наблюдаю происходящее со стороны, оценивая с точки зрения историка двадцать первого века и сравнивая движения, жесты.  Прожив столько месяцев в этом мире, иногда, как сейчас, ко мне приходит иллюзия нереальности происходящего. Словно я нахожусь во сне, и всё закончится со звонком будильника.

Перед взором вдруг промелькнуло что-то знакомое. Проследив взглядом, поняла. Он здесь! Я прикрыла глаза, вспоминая нашу единственную встречу, губы непроизвольно изогнулись в счастливой улыбке. Хотелось сорваться на бег, дотянуться до него, впитать ауру мужественности, непоколебимости. Раствориться без остатка в мужчине.

Внутри меня боролись два желания: одно хотело поговорить, прикоснуться, убедиться, что случившееся месяцы назад не было сном, навеянным сознанием, второе запрещало приближаться к мужчине, раскрывать инкогнито.

Розочки поймали моё метание и заинтересовались. Маркус, а это был точно он, хоть и в маске на всё лицо, уверенно вёл в танце свою партнёршу. Помню этот разворот плеч, чёткие шаги и тёмную, завораживающую бездну, словно произошедшее между нами случилось лишь вчера. Вот он наклонился к девушке в розовом, та призывно улыбнулась, представив свои прелести на обозрение чуть ли не всем присутствующим. Из моего горла вырвалось тихое рычание. Даша обернулась, недоумённо подняв брови, проследила за моим взглядом.

– Кто это? Ты их знаешь?

– Нет. Немного, – поправилась, осознавая, что являюсь для сестры раскрытой книгой, и мои эмоции она может улавливать на расстоянии, как и я её. Поэтому явную ложь она вычислит на раз.

– И? – ждала продолжения Дарина.

– Его зовут Маркус и они любовники, – со вздохом, выдавила из себя ещё несколько фраз. – Больше я ничего не знаю.

– Да, не много, а почему такая реакция? – начала она копать дальше.

– Нравится он мне, – сквозь зубы пришлось признаться.

– Правда? – восхищенно охнула сестра, посмотрев в мои глаза.

– Да, – сморщилась я, словно съела лимон. – Просто рассказывать не хотелось. Давай это оставим между нами и не будем больше сегодня о нём говорить, – с надеждой в голосе закончила.

– Хорошо, – беспечно отозвалась сестра. – Посмотри, а та девушка в розовом, пока её партнёр не видит, поглядывает на других, – ошеломила меня своей наблюдательностью Дашуня.

Конечно, я ведь на Маркуса больше смотрела, а она ничего особенного не увидев в мужчине, переключилась на партнёршу.

– Интересно, почему эти молодые люди выбрали себе одинаковые маски, – продолжала рассматривать кого-то сестрёнка.

– Какие? – не поняла о ком идёт речь.

– Ну, те, на которых отвлекается подружка. Да и сама вся такая воздушно розовая и вдруг лаконично белая маска. Я бы ещё поняла, если вышивка присутствовала на ней, но нет. Странно. Не хватило розового кружева? Ни за что не поверю, – рассуждала она вслух. – О, а вон ещё один такой же. И ещё.

Теперь уже и я оторвалась от предмета своих мечтаний и обратила внимание на странные сходства в предметах одежды. Ведь так не бывает, если костюм весь зелёный, а маска вдруг белая. Ладно, со светлыми, внатяжку кое-как можно, но с тёмными цветами, это уже перебор. Хотя у меня тоже зелёное с красным, стою же и не краснею. (Ха-ха-ха. Каламбур). Главное правильно обосновать. Может и у них есть какая-то причина, а я тут со своей паранойей уже и заговор придумала. Ещё и это тело в розовом рядом с Маркусом отирается. Помнится, что в прошлый раз души я там так и не обнаружила.

Музыка закончилась и подошли родители довольные и счастливые, странности отошли на второй план. Мало ли у кого какие тараканы в голове.

– Как у вас дела, никто не докучал вниманием? – весело пропела мама.

– Подходила парочка смельчаков, но быстро испарилась.

– А что так?

– Не выдержали моего искромётного юмора, – устало отчиталась я.

Элеонора хихикнула.

«Похоже они подходили к напиткам», – пришло от Даши.

«Читаешь мои мысли сестрёнка».

Дарина, на это, улыбнулась во все тридцать два, поворачиваясь ко мне, но вдруг её улыбка завяла.

«Что случилось?»

«К нам опять идут».

«Где?» – повернув свою голову налево, увидела незабываемое зрелище.

Двое: инь и янь, чёрный и белый, продвигались, в нашем направлении, синхронно, как ледокол, рассекая толпу на две части. Некоторые дамы, со стороны блондина даже пытались присесть в реверансе, показать, так сказать товар лицом (читай бюстом).

«Это, то о чём я думаю?» – со страхом пришло от сестры.

«Похоже сам Император. Но Маркус? Что он рядом с ним делает?»

Наше молчание наконец заметили родители и проследили за взглядами. Ротмир тихо выругался. Как я его понимаю.

– Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь, – процитировала фразу из прошлого.

– Мы не умеем танцевать, – пискнула Дашуня, обозначая размер дерьма, в которое можем вляпаться, отказав сейчас этим двоим.

– А Властитель нацелился на тебя, как пить дать, – подлила и я масла в огонь.

Ротмир не смог сдержаться и опять перешел на исконный Имперский.

– Что делать? – Элеонора не скрывала своей паники.

–Чёрненького могу взять на себя, – придумывая удобоваримый выход. – Дашу может увести якобы танцевать Ротмир. А маме достаётся Император. Можно и потанцевать и повосхищаться великолепием дворца. Включить недалёкую блондинку, которая без ума от бала, – крутились шестерёнки в моей голове, лихорадочно ища выход. – Но не будет ли это слишком нагло, сбежать из-под его носа? И как это сделать гладко?

– Я не смогу болтать и играть с Императором, – горестно, со слезами на глазах, застонала Элеонора.

– Дорогая, может попробуешь? – попытался уговорить её отец. – У тебя же больше опыта общения со светлыми, а Дашуня вообще со страха в обморок упадёт.

– А это идея. Только не обморок, а травма, вывих лодыжки, – возбуждённо повернулась к сестре. – Принимаешь приглашение, премило краснеешь, и во время продвижения к центру зала, охаешь и заваливаешься прямо на него. Поняла?

Дарина закивала, предвкушая маленькое приключение.

– А вдруг лекаря вызовут, и он определит ложь, – испугалась мама.

– А сестричка специально неправильно ножку поставит, и немножко потерпит ради спокойствия семьи.

– Всё, поняла, они уже близко, улыбаемся, а то лица у вас, словно что-то замышляете, – тихонько прошептала Дашенька и рассмеялась.

– Светлого вечера, – поздоровались подошедшие.

Язык чесался ляпнуть: «И вам не хворать», – но сдержалась.

– Тихой ночи, – пробасил Ротмир.

(Что это за приветствие такое, первый раз слышу. На шифровку похоже. Сколько я ещё не знаю тонкостей?)

– Разрешите пригласить самый прекрасный цветок в зале на следующий танец, – взял слово блондин.

(Это он сказал зря! Захотелось пошалить). Видимо отец подумал о том же и наши фразы прозвучали одновременно.

– Дорогая, – повернув голову к матери, предлагая принять приглашение. – Я тебя отпускаю насладиться танцем, – с лукавой улыбкой закончил.

– Я согласна, – выпятив грудь, сделала я шаг вперёд.

Эти глаза надо было видеть, мешанина из недоумения, шока, сомнения. И последовавшее  замешательство с отвисшей челюстью монарха.

Молчание затягивалось. Дашуня спряталась за мной. Элеонора не спешила принимать приглашение.

– Вы хотите сказать, что не я самый прекрасный цветок этого вечера? – наклонясь к мужчинам, томно прошептала я. – Да я единственный цветочек в зале! – продолжала фарс.

– Простите, но приглашение на танец касалось не Вас, – тактично произнёс отошедший от шока мужчина.

– Жаль. А то мы бы расшевелили это болото. Может, передумаете? – сложив ладошки вместе, с мольбою в глазах, сделала последнюю попытку.

– Прекратите балаган, – влез Маркус. – Имелась в виду девица в белом.

– Фи, какой грубиян, – легонько хлопнув его по предплечью, отошла в сторонку. – Сестрёнка, эти Господа опять к тебе.

– Разрешите пригласить Вас на танец, – поклонился блондин, ещё раз повторяя свою просьбу.

Даша, глянула на отца, тот кивнул, и она присела в реверансе.

(Ух, ты ж, я так не изображу. Хотя, под юбкой, не видно расположение ног…)

Довольный Император увёл выстраданную партнёршу, не осознавая, какой сюрприз его ожидает. Родители тоже последовали за ними, а я осталась стоять со злым брюнетом.

– Зачем Вы устроили этот фарс? – не выдержал молчания мужчина.

Проигнорировав его вопрос, следила за удаляющейся парой. Мимо мелькнула белая маска, затем ещё одна. Насторожившись, лихорадочно начала искать глазами остальные. Они решили танцевать именно сейчас? Все? Не верю в такие совпадения!

– Это ваши люди? – решив успокоить разбушевавшееся воображение, спросила у рядом стоящего.

– О чём вы?

– Мужчины, в белых масках, окружающую мою сестру и вашего Императора, его охрана? Приближённые придворные? – нервно и резко разжевала очевидное. – Если с сестры хоть волосок упадёт, живьём закопаю, – предчувствуя беду, закончила я.

И тут произошли события, слившиеся в сплошной хаос.

Маркус наконец увидел угрозу и ничего не сказав, направился к парам.

Сестра якобы подвернула ногу, и завалилась на своего партнёра, который, не ожидав такой подставы, не удержал равновесие и вместе с ней рухнул на пол.

В это время один из масочников что-то кинул в него, но пролетев мимо уже лежащей пары, это врезалось в других. Раздался взрыв. Закричали люди.

Выматерившись сквозь зубы, я подхватила юбки и, накинув на себя щит, максимально растянув его, бросилась к сестре, ища глазами родителей.

«Даша, на вас напали! Осторожнее! Белые маски предатели!» – кричала я мысленно, надеясь, что она услышит. Розочки завозились, напоминая о себе. Точно! Как же я забыла. «Найти родителей, охранять, белые маски ослабить, вывести из строя. Основные цели, те, у кого в руках бомба и кто замахивается перед броском».

Раздавала команды питомцам на бегу, замечая, что Маркуса оттесняют от Императора четверо. Монарх поднялся и тоже вступил в бой, защищая Дашуню. Женщины кричали. Люди хаотично бегали. Розочки растворились в толпе, выполняя приказ.

В отдалении громыхнуло, я ускорилась, работая уже локтями. Чертова паника.

Наконец, добралась до эпицентра происходящего. Помогла малышка-змейка, не захотевшая оставлять меня одну. Да, без своих питомцев, сама атаковать не могу, земли и растений нет. И что они в парке засаду не устроили?

Обнявшись с сестрой, чуть не расплакалась. Теперь нам магические взрывы не страшны.

– Даша, может ты у парочки экземпляров попробуешь хотя бы руки поотрывать? – глядя на отбивающегося Маркуса, тихонько прошептала я. – Немного нашим помочь.

– Не знаю, смогу ли. Вдруг задену кого.

– Давай вон того попробуй, меняющего свою позицию, – кивнула на одного, отошедшего от монарха. – Только помни, микровзрыв.

Дарина стала настраиваться, а я заметила недалеко родителей, но до них щит мой не достигал. Хорошо заговорщики (а что это были именно они, не оставляло сомнений) женщин не трогали, пока.

Оглядевшись по сторонам, поняла – мы в меньшинстве. Половина мужчин позорно бежали. Сестра уже одного вывела из строя, когда раздался ещё взрыв и крики. Чёрт. Приняв нелёгкое решение, и выждав перерыв в атаке, схватила Дашу за руку, подбежала к Императору со спины, а его за сюртук, легонько потянув. Розочка страховала. Всё-таки нападающие поняли, что от них одни неприятности и старались не подпускать моих питомцев близко.

– Нам нужно продвигаться к отцу, я щит, но мечами нас достать можно, там моя мать, и папа Вам поможет, обязательно, – стараясь перекричать шум схватки, сумбурно пыталась донести необходимость объединения.

Слава Всевышнему, меня поняли и начали потихоньку, шаг вперёд, два назад, но пятиться. У Властителя уже были пару порезов, и великолепный костюм грозил превратиться в половую тряпку. Мы выглядели получше, но когда речь идёт о жизни и смерти, не до красоты. Маркуса из поля зрения я потеряла, остаётся надеяться на его мастерство и везучесть. Всё-таки он как-то дожил до своих лет, наверняка сумеет отбиться. Ротмир, увидев наше медленное шествие, стал целенаправленно расчищать дорогу. Змейки помогали, как могли. С разных сторон начали подтягиваться к нам оставшиеся мужчины, и будущее казалось уже не таким безнадёжным. Но беломасочники почему–то не кончались, хотя чего это я, Император только и успевал отбиваться, сам никого не отправив на тот свет, другие, я думаю, были не в лучшем положении. Нападающие точно знали, кто останется, и организовали численный перевес.

– Где охрана? Что за беззаботность, ходить на массовые мероприятия без защиты? – громко бухтела я, чтобы тот, кому это предназначалось, точно услышал. – Надоело жить? Спрыгните с крыши, меньше проблем людям доставите.

Молчание было мне ответом.

Наконец наша семья воссоединилась. Наобнимавшись с матерью, я предложила сестре не останавливаться с экспериментами и лишать лишних конечностей особо ретивых. Мой щит прекрасно выполнял свою функцию, у некоторых тоже имелась защита от магических атак. Уже радует.

Прозвучал очередной взрыв, и в тело словно вонзились тысячи ледяных копий, разрывая его на мелкие части. Вскрикнув, я рухнула на пол, не понимая, что творится, уплывая в океане боли.

Глава 25.

Аарон эр Оберон.

Тщательно разработанная операция по выявлению заговорщиков, дала сбой. Впрочем, как и всегда. Где, тьма побери, гвардейцы? Я еще никогда не был так близок к гибели. И девицы эти. Чего не убежали, пока была такая возможность, хотя собой они создают неплохой щит, не осознавая даже. Конечно, никто из светлых сознательно не убьет светлую, которая может принести детей и улучшить положение в обществе. Силы стремительно таяли.

Всё-таки трое на одного, это всего лишь вопрос времени, когда именно меня измотают, – уклоняясь от сыплющихся ударов, скрипел зубами от злости на самого себя.

– Нам нужно продвигаться к отцу, я щит, но мечами нас достать можно, там моя мать, и папа Вам поможет, обязательно, – донеслось сзади.

Вот и одна загадка прояснилась, девчонка боится оставлять своего отца без защиты.

Хоть где-то мне повезло. Да что ж она не заткнётся. Бубнит и бубнит. Неужели не понимает, что отвлекает?

Добрались! Стало немного полегче. Сюда ещё бы Маркуса, (где его носит?) и можно присесть отдохнуть.

–Мама, сестрёнке плохо, – раздалось жалобно сзади.

Обернувшись на мгновение, увидел, что девушка в зеленом выгнулась на полу в неестественной позе. Подоспел командующий гвардией. Махнув ему занимать моё место, сделал шаг назад, оказавшись в узком круге из моих самых верных подданных.

«Да, не густо».

Перейдя на магическое зрение, не смог сдержаться, сфера, окружавшая нас со всех сторон, исчезла, и сейчас мы оказались беззащитны. Много ли личный амулет выдержит? Девчонка между тем стонала, её сестра сидела рядом, и, не зная, что делать, плакала. Надо приводить её в чувство, пока нападающие не заметили отсутствие щита.

– Маша, Машенька, – гладила по голове одна сестра другую, – очнись. Щит спал, у нас нет защиты, вспомни, мы так и не купили амулеты.

– Что случилось? В неё попали? Задели? – став на колено, и осматривая, начал задавать вопросы.

– Нет, просто вскрикнула и упала, – прошептала моя партнёрша по несостоявшемуся танцу, вытирая слезы и глядя на меня с мольбой.

– Её реакция очень похожа на боль извне. Твоя сестра связана?

– Нет. С кем? Не понимаю.

– Щи-и-ит, – застонала упавшая девушка, не открывая глаза.

Взмахнула рукой, рисуя купол, и он появился. Вовремя, однако. Еще немного промедления и потери были бы неизбежны.

– Сестрёнка, что с тобой? Скажи, – заплакала светлая. – Я постараюсь помочь. С кем ты связана?

– Бо-о-ольно-о-о. Ро-о-озо-о-очки-и-и.

– Что за Розочки? – начал пытать соседку. – Она долго не протянет, боль может затянуть. Организм сам отключится.

– Цветы её, – сумбурно ответила девушка, ничего этим не поясняя. – Да вон они, – указав в сторону на извивающихся зеленых змей. – Странно, а с ними что произошло? У них приказ защищать.

– Теперь понятно, что-то случилось с ними, а боль идет и на неё.

– Можно блокировать? – загорелись глаза у красотки.

– Можно, если ты менталист и выставишь блоки, – иронично ответил я, понимая, что это не реально, а рядом не наблюдается ни Эрнеста, ни другого какого-нибудь захудалого менталиста.

Девушка, меж тем, обхватила голову сестры и закрыла глаза. Что она пытается сделать? Неужели хочет попробовать?

Не прошло и пары сетан, как лежащая открыла глаза.

– Что со мной произошло? Что я пропустила? Мы победили? – вертя головой как заведённая, подскочила она на ноги. – Блин, да когда же этот бал закончится?

Мария

«Не разрывай рук, я поставила в твоём сознании стену, без неё, ты чувствуешь боль своих питомцев», – пришло от Дашуни.

– Где они? – нервно оглядываясь по сторонам, заметила любимчиков, корчившихся на полу. – Как?

«Не знаю».

– Не вовремя это, нужно было раньше попробовать самим разрубить одну. Но жалко же. Сто пудово эти гады взорвали нескольких. Ведь боль была адская, словно меня разорвало на куски, каждая клеточка болела. Спасибо, сестричка, – кинулась я обнимать Дашу.

Император, слава Создателю, вернулся в строй и на него сразу кинулись рядом стоящие, что дало защищающимся преимущество. И пока они отвлеклись на монарха, быстро расправились с зеваками.

«Дашунь, можешь ещё парочку вывести из строя? Я хочу добраться до питомцев. Раз император уже под защитой. Правда, что делать со щитом не знаю».

– Могу. Давай подождём немного, и не будем никуда уходить? Должна же охрана какая-нибудь подоспеть, – вернула меня на землю сестра. И, правда, что это я, ради Розочек хочу пожертвовать жизнями людей? Что со мной происходит? Неужели становлюсь эльфом и черствею по отношению к человеку. Нет! Я буду бороться. Не хватает через пару столетий превратиться в надменного нарцисса.

– Б-р-р, – передернула я плечами. – Чур, меня.

Пока я занималась самоанализом, битва между добром и злом продолжалась. И глядя на происходящее, сложилась уверенность, что осталось совсем немного, ибо наши уже не пассивно защищались, а активно нападали. Отец с ещё одним здоровым мужчиной, став спина к спине слаженно отделились от нашей кучки, и пошли прореживать противника. Видимо, правильно оценив обстановку, поняли, что здесь беломасочников на всех не хватит. Взрывы прекратились, и я решила не париться и не бежать за ним. Негоже закрывать мужика своей юбкой.

«Хи-хи-хи», – прозвучало в голове.

«Опять подслушиваешь мои мысли?»

«Ты слишком громко и интересно думаешь», – с весельем в голосе подмигнула она мне.

«И что тебя рассмешило на этот раз? Я вроде ничего такого не говорила».

«Ты закрываешь не одного мужика, а многих, ха-ха-ха».

«А-а-а. Да, смешно. Я ж щит. Но всё равно не пойду».

Через некоторое время с нападающими было покончено. Раненых отводили в угол, где их караулили активисты. Вернулся довольный Ротмир, кое где заляпанный бурыми пятнами, зазвучали команды, о нашей семье забыли.

– Па, мне нужно найти всех змеек, с ними случилась беда. А без Даши, я буду так же корячиться, как они, пока не решу возникшую проблему, – наобнимавшись, решилась попросить помощи. – И меня не покидает уверенность, что пора смываться, если не хотим, чтобы нас раскрыли. Ведь это уже не просто увеселительное мероприятие получилась, а покушение на Императора.

– Дорогая ты не расстроишься, если мы покинем этот «прекрасный» бал? – обратился он с шальной улыбкой к Элеоноре. – Сейчас быстренько соберём Машины цветочки и откланяемся.

– Конечно, Мир, я немного утомилась таким насыщенным вечером, – включилась в игру мама.

Даша хихикнула, я растянула губы в улыбке. Это хорошо, что они не потеряли чувство юмора, после сегодняшних событий. Ведь что ни говори, вечерок выдался ещё тот.

Быстренько отыскав своих четверых питомцев, никак не могли найти пятую. Причём, во время этого, обнаружилось интереснейшее свойство. Как только я беру на руки свою змейку, она сразу же затихает. Будто Дашина ментальная защита действует через меня на них. Оглядываясь в недоумении, каждая, однако, занимала своё прежнее место на моей голове. Нам следовало ускориться, так как везение не может длиться вечно, и внимание Императора не за горами. А последней нигде нет.

– Может я дальше сама, «невидимку» накину и прочешу каждый уголок? Ведь где-то она должна быть? А вы домой отправитесь, а то ходим толпой тут, – заикнулась я, решив разделиться. Слишком заметны. На нас уже стали обращать внимание.

– Ага, без меня вам будет больно. Или забыла, почему мы за руки держимся? – осадила меня сестра.

– Что же делать? – расстроено пробормотала, глядя на родных.

– Так. Из зала выходим все вместе, вы первые, мы следом, – принял решение Ротмир.

Мы понуро поплелись с сестрой на выход, понимая, что больше такого шанса поискать не будет.

«Мы как трусы, своего бойца бросили на поле битвы», – бухтела я мысленно. Уже придумывая как возвратиться домой, переодеться и уговорить Дашуню сбежать вместе обратно.

«Я с тобой, не волнуйся».

Едва мы открыли двери, как отец тихонько шепнул: «Мы ждём вас за углом, на улице, не задерживайтесь дольше необходимого».

И уже мне: «Даша под твою ответственность».

Радость и надежда вспыхнули ярким светом. И, накинув полог, мы проскользнули обратно, в галантно придержанную для нас дверь. Поиски продолжились. Сразу,  попросив сестру сделать маленькую дырочку в ментальном куполе, я попыталась проанализировать свои ощущения, чтобы по боли, различить направление. Цветочки на голове зашевелились первыми, это то и понятно, ведь связь я установила со старшей, а волны боли идут от другой. То есть ко мне попадают через «третьи руки».

Первый кусок обнаружили за троном, второй – в углу, третий с цветком – под фуршетным столом. Разброс не хилый. Бедненькие вы мои. Прижав остатки к себе, двинулись к родителям.

Неужели моя теория насчёт деления черенкованием не верна? Вливая магию в ярко красный бутон, легонько поглаживая лепестки, размышляла я.

Только после возвращения домой, за закрытыми дверями своей спальни, я выдохнула и дала волю слезам. Сестра так и не отходила, боясь. А на меня навалилась усталость. Скоро рассвет, а мы ещё не ложились. Да и как это сделать? Не представляю. Сидя повреди комнаты в бальных платьях, сорвав только маски, я поглаживала разорванные кусочки некогда прекрасного и гибкого тельца. Солёная влага скатывалась по щекам, падая вниз. Сестрёнка, прислонившись и обхватив за плечи, как могла, жалела, молча поддерживая меня. Я же обхватив все три оставшихся отростка вливала силу, не жалея, молясь чтобы сработало и они восстановились, выпустив новые бутоны. Ведь, если есть боль, значит, сохранилась жизнь.

В себя пришла от затёкшего тела, одеревенело всё, не чувствовались ни руки, ни ноги. Было до того неудобно, будто я не эльфийка, а четырёхсотлетний человек. Поохав, попыталась повернуться и принять более естественное, для сна, положение. Открывать глаза отказалась наотрез. Кое-как перевернувшись, услышала шелест, а сквозь закрытые веки пробивались лучи солнца. Прокрутив в уме вчерашний день, вспомнила, что он закончился на полу, даже платья не сняли, а там корсеты с металлическими штырями. Гадство. То ещё орудие пыток. Китовым усом посоветовать, что ли их заменить? Не-е-ет. Сразу же отмела эту идею. Жалко. Начнут охотиться без меры.

Придётся вставать и снимать бедную тряпочку, ещё вчера бывшим бальным платьем.

Прищурившись от слепящего света, бившего в расштореное окно, оглянулась. Дашуня лежала рядом. Красотки. Я поняла, если бы мы напились и повеселились, но ведь этого не было, а наш видок говорит об обратном. Поднявшись на ноги и подойдя к зеркалу, увидела то, что и ожидала. На меня смотрело взьерошенное, лохматое чучело в мятом и рваном платье. Автоматически очистив и выгладив одежду, привела в порядок волосы. Всё-таки магия это вещь. И как хорошо, что я очнулась именно в этом мире и молодом теле. Сколько бытовых проблем удалось избежать с этим. Не представляю,  как бы я выживала, очутись среди мамонтов в какой-нибудь палеозойской эре.

Я предавалась размышлениям, а на грани сознания билась мысль, что чего-то упустила. Развернувшись, посмотрела на сестру, спит как ангелочек, подложив обе ладошки под щёчку, улыбаясь. Вот оно что!!! Руки. В мозг ворвалось последнее воспоминание, как я плача, укачиваю и вливаю магию в разорванную змейку. Лихорадочно обвожу комнату глазами, ища их, ведь и букет на голове куда-то исчез. Успокаивает только одно, боли нет. Значит, мне удалось. Узнать бы ещё что? Ведь вчера я и срастить пыталась их на манер оторванных конечностей, и отдельно каждую восстановить. Не обнаружив никого в комнате, быстренько переоделась в удобные брючки, набросав записку сестре, чтоб не волновалась и если что искала меня в саду, прошмыгнула в дверь. Не заботясь о том, что нахожусь в неподобающем для леди виде. Кому какая разница? Тем более, что постоянные работники дали клятву о не разглашении личной жизни, а у мастеров-ремонтников три цикла выходных, полагающиеся в честь Перехода года.