Текст книги "Хранительница (СИ)"

Автор книги: Яна Тать

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 25 страниц)

Глава 33.

Через пару недель были готовы платья, а ещё через неделю настало время бала. Элеонора приняла во внимание мою любовь к зелёному, и заказала наряд нежно-салатового оттенка. Причём лиф – идеально белый, как и приспущенные рукава, а юбка шла переходом от белого к светло-зелёному, заканчиваясь вышивкой. Глядя в зеркало и сравнивая себя с бледной молью, скривилась. Сестрёнка радостно курсировала по комнате в лавандовом. Уговаривая себя, что бывает и похуже, и хорошо, что не розовый, смирилась.

– Нам ни в коем случае нельзя убирать волосы с лица, собирая их в причёску на затылке, – вспомнила, что Дара и Мара видели многие, и ещё одна пара идентичных близнецов вызовет подозрение. – Давай девушками носить всегда кудряшки, обрамляющие лицо, чтобы овал немного замаскировать. И краситься.

– Мама не разрешит. Мы ещё маленькие.

– Какие маленькие? На бал дебютанток идём, значит уже взрослые.

– Вот бы там Эльнора встретить, – вздохнула с придыханием она.

– Встретишь, куда он денется. Не дурак же, от светлой отказываться.

– Я хочу, чтобы и он полюбил меня.

– Полюбит, – приободрила сестру. Пусть только не полюбит, пожалеет, что мужиком родился.

– Но у нас и косметики нет, чем краситься? И на бал уже скоро отправляться.

– У матери есть. Не может не быть, – бросилась я к двери.

– У неё же для замужних женщин цвета. Нам такие нельзя носить.

– Побежали к отцу, пока время ещё есть, из баула вытащим, – схватила её за руку.

Через четверть часа мы готовые стояли в холле, в ожидании родителей. Мандража не было. Желание увидеть Маркуса гнало меня вперёд. Он точно будет там.

– Элеонора эр Карнелл с мужем Ротмиром фон Гербер и детьми, – объявил церемонемейстер, едва мы зашли в огромную залу.

Как прирождённые аристократы, глядя прямо перед собой, проследовали к тронам. Толпа шушукалась, а мы невозмутимо шествовали по золотой дорожке. Отработанными движениями, синхронно присели в реверансе. Отец же поклонился гораздо глубже, чем обычно. Этикет, будь он неладен. Присели и ждём отмашку императора.

– Так-так-так, чета «эр Карнелл», – донеслось до нас. – Давненько о вас ничего не было слышно. Поднимайтесь, а то придворные подумают, что вы в немилости, – продолжил говорить император. – И кто же из вас наследница Карнеллов? – вопросительно посмотрел он на мать, показательно не замечая отца.

Мы же с сестрой, немного опустив голову, наблюдали за всем из под ресниц. Шоком для меня было сразу увидеть Маркуса, стоящего по правую сторону от трона. Весь в чёрном, он выглядел как тёмный кардинал. Знала же, что он не отходит от Императора, но всё равно сердечко забилось вдвое быстрее, и я непроизвольно задышала глубже. Неожиданностью стало отсутствие ожогов на лице, ведь, насколько я помнила, в последний раз, когда мы встречались с семейством фон Льёрн, они были. Нашёл хорошего целителя и свёл? И стоило мне так париться, ночами не спать, думая, что кроме меня и лечить то здесь некому?

Мама очнулась и, указав на Дашу, произнесла: «Ваше Величество, позвольте представить вам, мою дочь и наследницу земель Дарину эр Карнелл».

Даша, ещё раз, быстро присела в реверансе. А я мысленно застонала. Теперь на неё будет объявлена охота, а учитывая нашу смешанную семью, многие будут пытаться понравиться. Вот же подстава.

А император всё продолжал общаться, не отпуская нас.

– Вы планируете наведаться в имение, объехать земли, познакомиться с родственниками? – обратился он к сестре.

– В ближайшее время, нет Ваше Величество, – последовал её ответ.

– Насколько ближайшее? – улыбнулся монарх.

– Лет десять, пятнадцать.

У него аж брови  подскочили.

– Почему?

– Нет желания. Может, вообще не поеду, мне и без вероятного наследства всё устраивает.

Мама не выдержала  такой откровенной грубости от всегда доброй Даши, даже глянула на нас, с подозрением. Убедившись, что это всё же Даша показывает зубки, решила немного сгладить ситуацию.

– Ваше Величество! Когда бы Дарина не решила познакомиться с имением Карнеллов, её во всём поддержит сестра Марина эр Карнелл, – указав императору на меня, решила этим убить двух зайцев: представить меня и отвлечь от Даши.

Присев в реверансе, я не заставила себя долго ждать. И, глянув в глаза императору, произнесла: «Конечно, маменька, вдвоём мы поднимем с колен твоё родовое гнездо».

У мужчин глаза стали по пять копеек. Ещё бы, ведь все видят во мне имперскую кровь. Женщина, сидящая с ним рядом, на моём спиче немного улыбнулась, но затем, заглянув в мои глаза, погрустнела. Ещё бы. У неё серые, а у меня и императора – зелёные. Значит, что? Правильно. Нагулял и подбросил Карнеллам, чтобы вырастили. Тем более, что у них, как все знают, никого до сих пор нет.

«Да, занятный будет вечерок».

– Как интересно, понизил голос император, немного наклонив голову вправо. И откуда? – заинтересовался мужчина.

– Наследие предков, – не выдержала я.

– Даже так? – расплылся в улыбке властитель. – Тогда оставьте за мной второй танец. –  Первый порекомендую отдать моему начальнику службы безопасности – Маркусу фон Льёрн.

– Воля Вашего Величества – закон, – присев в реверансе, соглашаясь.

А в голове было тесно от переполнявших меня мыслей.

«Отвлекла, так отвлекла». «Бедная императрица». «А-а-а. Я влипла! Он в два счёта нас выведет на чистую воду, тем более, что парнями уже заинтересовался. Нужно срочно менять стратегию поведения, наши характеры и привычки. А если император решит нас свести, то всё, прохода не будет. Я проколюсь однозначно. Куда мне свой язык засунуть?». «Бездна! Предстоят нелёгкие времена. Только и будем от ухажёров отбиваться».

Нас наконец-таки отпустили, но внимание императора не прошло даром. Все зашушукались в два раза активнее.

Через некоторое время подошли Маркус и Эльнор. Мы не успели даже ничего обсудить из случившегося, а они тут как тут.

– Приятного вечера, господа, – последовал поклон, – дамы. Моё имя Маркус фон Льёрн, также позвольте представить моего племянника Эльнора фон Льёрн, – второй поклон.

Выполнив все необходимые этикету приветствия мы наконец подошли к причине их появления.

– Позвольте пригласить вашу дочь, Марину эр Карнелл, на танец, – обратился Маркус к отцу.

Тот кивнул: «Позволяю».

– Позвольте пригласить вашу дочь, Дарину эр Карнелл, на танец, – вторил ему Эльнор.

– Позволяю, – благосклонно ответил Ротмир.

Мужчины кивнули, каждый своей паре. Протянули руки, приглашая. Мы присели в реверансе, принимая. И прошествовали на свои места. Интересно, они их распределяют, что ли? Ведь ни разу никто не столкнулся и лихорадочно не искал другое, застыв на полпути. Но сейчас мне этого не узнать. Разве что, спросить у партнёра? Нет. Нужно быть кроткой овечкой, а ещё лучше прикинуться дурочкой. Точно. Хлопать глазками, заикаться и краснеть. Тело на автоматизме танцует, а в голове сформировывается план. Молчим, глазки не подымаем. А ещё лучше, вызвать дрожь страха. Он же большой и страшный дядька. Не улыбаться, я сказала! Вспоминай ужасы, мистические фильмы, чтобы от страха в пот кинуло, и ладошки вспотели от волнения. А какие руки, какое тело! М-м-м. Мозг, выдал картинку нашей первой встречи, и меня бросило в жар. Я учащенно задышала, так хотелось прикоснуться и погладить, даже пальцы закололо. Только отвернувшись в сторону, и рассматривая соседние пары, смогла взять себя в руки. Кстати, мы были в первом круге от императора, мать с отцом – во втором, а сестра с партнёром в третьем.

Маркус.

Мы кружились в танце, и она ни разу не взглянула на меня. Не может быть, что это не она. Зеленоглазых не так много. В столице только четверо. Императрица – мать, сам император, мальчишка Мар и она. Но создается ощущение, что она боится меня. Дрожит, взволнованно дышит. Куда подевалась язва, встреченная мною на бале в честь Перехода года? Ощущение, что девушка грохнется в обморок во время танца. Да, на неокрепшую девичью психику, я оказываю неизгладимое впечатление. Но я всё же надеялся, что она смелей. Когда эта девица около тронов полыхнула глазами, я обрадовался, что, наконец, нашёл свою пропажу. Сколько было в том взгляде невысказанных чувств и желания, но сейчас опять терзают сомнения. С другой стороны, моя пропажа – лекарь, а «эры» вообще не развивают свой дар. Стоп, у Маши глаза были зелёные, значит она тоже светлая. Может ещё одна девушка есть, о которой я не знаю? Маша, Машенька и Марина. Как узнать её домашнее имя? Ведь Марина точно не Маша, хотя чего на свете не бывает? О смешанных браках тоже никто не думал. А сейчас сам Император приказал светлой танцевать с тёмным. Дворцовых сплетников растревожил он этим знатно. Быстро не успокоятся.

Мария.

Наконец, музыка смолкла, и мы последовали обратно. Сдал отцу, поклонился и отошел. Вернулась сестра с родителями. Схватив Дашу за ладошку, я вывалила на неё все свои проблемы и метания. Только закончила мысленную исповедь, как подошел император с Маркусом, я даже не успела узнать про её танец с Эльнором. И понеслось всё по новой, с одним лишь различием. Император не стал утруждать себя разговорами и просьбами. Лишь удостоил меня кивком – приглашением к танцу. Я присела в реверансе, и мы последовали в центр. Да, хорошая у нас сегодня реклама. Сразу фурор. Боюсь, до следующего бала дебютанток не продержимся, захомутают. Хотя с Маркусом готова идти к алтарю хоть сейчас. Мелькнула мысль. Или не готова? Тяжко вздохнула. Нет, нужно сначала узнать его поближе. Второй вздох не заставил себя ждать.

– Что с вами, – раздалось от партнёра. – Неужели вам так неприятно со мной танцевать?

Подняв с недоумением голову вверх, увидела в его глазах смешинки. Веселится, значит.

Ослепительно улыбнувшись, похлопала ресничками: «Что вы Ваше Величество, вы великолепны. И я польщена вашему вниманию, очень», – медово пропела.

– И всё же, вас что-то беспокоит, – утверждал мужчина.

– Самая малость, двадцать – тридцать женихов, которые после нашего общения будут добиваться моего внимания. Что совершенно не входит в мои планы.

– А чем бы Вы хотели заниматься? Ведь предназначение женщины, любить мужчину и дарить ему детей, – застал меня врасплох император, своими патриархальными наклонностями. Я то думала, он свободных взглядов, раз обучать принялся и девушек и тёмных .

– Ну-у-у, не знаю. Учиться…– начала импровизировать я. – Но точно не бегать от женихов. И уж тем более не рожать ежегодно отпрысков, – немного резко закончила свою мысль.

– Ха-ха-ха, – расхохотался непринуждённо собеседник. – Хотите, дорогая моя Марина, я попрошу всех сильно не досаждать вам, – вкрадчиво предложил он.

Меня как холодной водой окатило.

– Вы что? Не надо. Что о нас подумают! Меня итак уже записали в Ваши внебрачные дочери, – зачастила я. – И ещё большее внимание с Вашей стороны, только уверит сплетников в этом.

Император улыбнулся и, наклонившись, прошептал: «Хорошо, я подумаю над Вашей просьбой».

Какая просьба? У меня только одно желание, слиться со стенкой!!!

Маркус.

Вторая девица Карнелл была копией первой, это я знал и так. Отличие лишь в наряде. Но жесты, мимика, аура страха в отношении меня идентичны, что стало неожиданностью. И что они до сих пор меня боятся, и шрамов уже нет, а отношение девушек ко мне не изменилось. Что Аарону неймётся? Повезло мне, что допускается лишь один танец с дебютанткой, а то я бы не удивился, если бы император заставил меня весь вечер танцевать с сестрами по очереди. И говорил же, что танцы – не моё. Не люблю я пугливых ланей, которые при виде меня начинают отводить глаза и заикаться.

А Марина с императором ведёт себя по-другому. Разговаривает, улыбается, мило краснеет, прижимается непозволительно близко. Тьма. Он не теряет времени. Точно, что-то задумал.

Мария.

После шептания на ушко, император прекратил свои расспросы, и окончание танца прошло под молчание и сверлящий взгляд партнёра. Ощущение, что всё, чего он добивался, свершилось. Но что это, не пойму. Подняв на него глаза, начала разглядывать, благо танец позволял, не надо было делать замысловатых пируэтов и откидывания головы. Правильные черты лица, брутальный подбородок, чётко очерченные скулы, пухлые губы, лукавый взгляд, великолепные волосы, заплетенные в сложную косу. Одно слово – порода. Император не удивися моего откровенного изучения его персоны, а с удовольствием занялся тем же. Это меня вполне устраивало, даже ничуть не смутило. Молчит и ладно. Едва отзвучали последние аккорды музыки, мужчина повёл меня к отцу, и уже там, ошеломил всех, кто был в зоне слышимости.

– Надеюсь, я увижу вашу интересную семью на будущих вечерах и мероприятиях, – обратился он к родителям. – Советую ничего не пропускать, а то спрятали свои сокровища и довольны. Мы тоже хотим любоваться вами. Да и пора подыскивать девушкам пары.

«Мне поплохело. Нами решили заняться всерьёз. И не абы кто».

– Пусть приглядятся к женихам, познакомятся, может понравится кто, – между тем продолжал он, не выпуская мою руку со своего сгиба.

Рядом стоял Маркус с Дашей в той же позе. Отец уже начинал злиться и, скорее всего, винил меня, что подбила всех на переезд. Мать тоже не убирала свою руку, неосознанно успокаивая отца поглаживаниями.

– И да, я обдумал твою просьбу Марина, – повернулся он ко мне. – Мой ответ, нет, – ехидно улыбнулся. – Надеюсь, к следующему балу дебютанток вы будете хотя бы засватаны, иначе я сам назову имена женихов.

Поцеловав мне пальчики, император удалился, а мы остались стоять и обтекать от такой новости. Маркус тоже исчез, я и не заметила как.

«Вот жжешь, один год нам свободы. И всё. Или скрыться, или просватанными стать».

Никто к нам не подходил и не приглашал на танец. Возможно, потому что отец задвинул нас за спину, скрестил руки на груди, всем своим видом показывая, что убьет любого,  кто подойдёт ближе. Хотя всеобщее веселье продолжалось дальше.

Маркус.

Едва мы дошли до тронов, я не выдержал.

– Ваше величество, что это было? Зачем так давить на девчонок? У них есть ещё три года, чтобы выбрать себе женихов.

– Что, жалко? Так спаси одну из них от слащавых охотников за приданным.

– Ваше величество, я не планировал обращать внимание ни на одну из сестёр.

– А ты обрати. Одна не планировала, другой не планировал, – оборвал меня император. – Это приказ. Нечего ходить одиночкой, и ужасным настроением распугивать придворных. Поверь, семья – это не плохо, а сёстры – твой шанс. Ведь, они росли с тёмным. А всем известно, что девочки подбирают себе женихов, похожих на отца.

– Никто и не взглянет в мою сторону, – пытался донести до Аарона свою позицию.

– Я не хочу слушать твоих бессмысленных возражений. Покажи им себя, раскрой душу, поухаживай, наконец, вспомни молодость, – начал закипать он. – Императрица, общается с тобой и ничего, а какая-то пигалица будет нос воротить? Не завоюешь сам, женишься, на кого укажу. И молчи. Не порть мне настроение окончательно.

Мария.

– А о какой просьбе говорил император? – вспомнила Даша.

– Я просила не слишком сильно уделять нам внимания, а то женихов много набежит, – разочарованно покаялась я. – Простите, только хуже сделала.

– Не расстраивайтесь девочки. Всё же год у нас есть. Может, кто и понравится из женихов, – стала успокаивать нас мать.

А плечи отца напряглись. Я положила ладонь на спину и погладила, утешая.

– А если нет, сбежим. Нам не впервой. И пускай поищут, – весело закончила я фразу Элеоноры. Хотя у самой на душе было неспокойно.

Кроме Маркуса, я никого рассматривать не хотела, но паутина лжи, которую я сплела, грозила серьёзными последствиями. Как бы самой не запутаться в ней. И будет ли благосклонен ко мне Маркус, когда узнает, что его водили за нос? Ужасная ситуация, и выхода не вижу.

Музыка играла, пары кружились. Эльнор не пропускал ни одного танца, в то время, как Маркус, после наших, остался стоять близ императора. Я незаметно следила за обоими иногда отвлекаясь на танцующих. Пока не встретилась с темными глазами. Он тоже смотрел в нашу сторону, конкретно на меня. Вот он что-то говорит величеству и, глядя на меня, идёт в нашу сторону. Наверное, на моём лице отразился испуг, на что мужчина раздражённо поморщился и его перекосило. Я не смогла скрыть улыбку, на что Маркус поднял недоумённо бровь. Да, его гримасы не располагают к улыбкам, но я представила, как поблизости, в это время упала в обморок очередная чувствительная барышня. Он такой идёт, бесится, а девушки штабелями ложатся к его ногам. Не в силах сдержаться, отвернулась.

Даша, почувствовав моё настроение, оторвалась от созерцания танцующих и повернулась ко мне.

– Что ... – не успела договорить она, как увидела приближающегося мужчину. Шок отразился на её лице, а меня опять улыбнуло. Наконец, мужчина дошёл до нас. И не побоялся же грозного вида отца.

– Позвольте украсть вашу дочь, Марину, на некоторое время, – изъявил он своё желание.

Отец и бровью не повёл.

– Молодой человек, вы понимаете, что, приглашая нашу дочь, второй раз на танец, компрометируете её? – как прирождённый дипломат, мама пыталась сгладить ситуацию.

– О танце никто и не говорит. Мы пойдём, прогуляемся по залу, – объяснил он. – Не хотите ли освежиться? – это уже мне.

Глянула на отца и мать, на Маркуса, сестру, которая облизывала губы. «Не помешало бы».

– Я вам тоже чего-нибудь принесу.

– Тебя ещё никто не отпускал, – отмер Ротмир.

– Ну, папочка, пожалуйста! – жалобно проблеяла я.

Он уже не так зло посмотрел на Маркуса.

– Только из зала не выходить, и быть на виду, – дал последние наставления отец.

Маркус кивнул, согнул руку в локте, приглашая мне зацепиться. Я просияла. Хоть ноги разомну. Стоять на одном месте, та ещё пытка. В это время музыка смолкла, и мы беспрепятственно взяли курс на столик с напитками.

– Вы не проголодались? Повара, во дворце, знают своё дело, – начал мужчина.

А я поняла, что да, перекусила бы чего-нибудь. Нервозность столько калорий сожгла, необходимо срочно восполнить.

– Спасибо, за заботу, я бы не отказалась от закусок.

Он немного изменил траекторию движения, и мы выходили на столы с малюсенькими бутербродиками. Божечки, и сколько таких съесть, чтобы в глаза не бросилось, что я обжора. Заметила неподалёку стоящую женщину в бледно-голубом платье, держащую тарелочку, на которой всего три маленьких капкейка. Выпить бы чего-нибудь покрепче и закусить. Вот что мне сейчас хочется.

– А когда будет позволительно покинуть этот великолепный вечер? – глянула я снизу вверх на мужчину.

– Вам не нравится? Устали?

– Не люблю сборища незнакомцев, которые пялятся на меня с откровенным интересом, – не сдержалась я.

– Только после ухода императора, а сегодня он может задержаться, – задумчиво проговорил мужчина.

– Почему? – вырвалось у меня.

– Ваш танец поднял ему настроение.

Меня перекосило. Благо добрались до столиков, и можно было не продолжать дружеское общение. Маркус метнулся за тарелочкой и начал накладывать еду на свой вкус. А я и не стала останавливать. Пускай старается, если хочет. Стала опять разглядывать присутствующих. Заиграла музыка, закружились пары. Никак, не могла найти среди танцующих Эльнора. Неужели пропустил? Заморился бедолага всех очаровывать и облизывать. Глянула с тоской на столик с напитками и замерла. Он там. С Дашей и протягивает ей бокал, что-то чирикает. Включил очаровашку. А сестра стоит, глазками хлопает, неуверенно улыбается, краснеет. Что за чёрт. Этот мутный тип клеился к ней.

Наверное, вся ярость отразилась на моём лице, раз от Маркуса последовал взволнованный вопрос: «Что случилось?» И, проследив за мной взглядом, выдал: «А-а-а».

– Ему придётся сильно постараться, чтобы добраться до Дарины, – со злостью выдала я. – И не дай бездна разбить ей сердце, – прошипела.

– Вы что-то сказали? – отозвался сосед.

– Ой, так душно, голова закружилась, – помахав рукой перед своим лицом, включила дурочку. – Не могли бы мы, наконец, проследовать к напиткам, – задрав голову, жалобно проблеяла я.

– Конечно, облокотитесь на меня, пожалуйста, сейчас освежимся.

Двумя руками уцепившись за предложенную руку и бесконечно вздыхая, я старательно играла роль полуобморочной барышни. Подойдя к воркующей парочке, я нацепила улыбку, которая больше походила на оскал.

– Сестрёнка, тебя отпустили родители? Прекрасно!

Даша захлопала глазами в непонимании. Блин, спалит всю контору. Выручил младший Льёрн.

– Позвольте предложить вам великолепное красное вино из имперских кладовых, его изумительный букет…..

Мальчик распинается, а я смотрю на Дарину, она поникла. Неужели ревнует? Да быть этого не может.

– Спасибо большое, – взяла бокал у паренька.

– Мальчики, девочкам нужно пообщаться, – взглянув на Маркуса, протянула руку к тарелке. – Не могли бы вы оставить нас наедине, – попросила я.

– Нет, – расстроил он меня, отводя руку с закуской в сторону.

Это ещё что за игра. Вопросительно глянула на него, опять попыталась забрать всю еду. Не вышло.

– Почему?

– Мы, за Вас несём ответственность перед родителями и одних не оставим, – объяснил Маркус.

В расстроенных чувствах, убедившись в отсутствии добавок в бокале, отвернулась к столикам и залпом выпила его. Едва успела поставить пустой в сторону и развернуться, как подошли родители. Видимо тоже решили прогуляться. Караулить то уже некого.

– Не более одного бокала, девочки, – не удержался отец.

– Конечно папенька, – синхронно ответили мы, как примерные.

Едва он ушел, я взяла себе ещё один, а Даша допила свой. Мужчины смотрели на нас изучающе.

– Что? Я пить сильно хотела. Кстати, не плохое вино. А вы будете? – протянула я свой бокал Маркусу. Тот взял его, но не пригубил, буравя меня взглядом.

Я же, пользуясь ситуацией, схватила один бутербродик и стала закусывать. Мужчина заметил мой маневр и предложил еду сестре. Она отказываться не стала и правильно сделала. Расправившись в два укуса с закуской и, взяв ещё бокал, она спросила:

«О чём ты хотела поговорить?»

– О просьбе-приказе императора.

Она скривилась и отпила из бокала, я повторила её действие.

– Хочешь, не хочешь, а присматриваться надо, – продолжила я. – Ты кого-нибудь сегодня приглядела? Может, кто понравился, прям «Ах!» – издевалась я.

– Я только с фон Льёрнами и знакома. Не думала, что можно самой выбирать, – наклонилась ко мне сестра.

– Ты что! Самой и надо. Как тебе вон тот, светленький с оригинальным плетением. Фигурка хороша, а как двигается!

– Какой, не вижу.

– Сам в белом, партнёрша – в желтом.

– Не очень, – отозвалась сестра.

– Это известный ловелас, – вставил Маркус.

Я, глянув на него, схватила ещё закуску и, отправив её в рот, пожала плечами.

– Здесь большинство ловеласы, и что? – не сдержалась я.

Мой оппонент промолчал.

– А ангелочек в синем, что танцует с дамой в бордо? Смотри, какие кудряшки, а как подпрыгивают, – веселилась я. – Представь, какие красивые будут детки, просто ангелы, – прыснула от смеха я.

Допила бокал, поставила ближе к Маркусу и повернулась к нему за закуской. Он был хмур.

– Что? Он и вправду мил.

– У него за душой нет ни серебрушки, и единственное, что его сейчас волнует, как покрыть долги.

– У каждого свои недостатки, – парировала я.

– Тебе нравится? Сама и бери. Приказ императора обоих касается, – раздраженно проговорила сестра.

«Ты же знаешь, кто мне нравится! Зачем всё это говоришь», – якобы ненароком дотронулась до меня сестра.

«Подыграй мне, мужчины – завоеватели, если ты бросишься сразу ему на шею, он может воспользоваться, но добиваться уже будет других».

– Не-е-е. Кроме волос там смотреть не на что. Мне нравятся высокие, серьёзные, мускулистые. А это просто недоразумение какое-то, – вслух произнесла, прерывая затянувшееся молчание.

– Мне что-то никто здесь не нравится. Какие-то они ненастоящие, самоуверенные, напыщенные.

Вздохнув, обречённо оглядела зал. Так называемые «женихи» моего возраста, для меня – дети. И по-другому я их не воспринимала.

– Может ты и права. Я тоже никого не вижу рядом с тобой, – захотелось добавить, «кроме Маркуса», но сдержалась. – Это будет тяжёлый год, – вздохнула обречённо. – Но мы обязательно что-нибудь придумаем, – видя, как погрустнела сестра, постаралась её приободрить. – Может, кому не интересны балы, на других мероприятиях встретимся. – А господин фон Льёрн, нам про всех интересующих расскажет, – глянув на него, я улыбнулась. – Вы же не откажете в такой малости слабым и беспомощным девушкам.

– Маркус.

– Что? – не совсем поняла я.

– Зовите меня по имени, пожалуйста, и, да, я вам помогу.

Я расцвела в улыбке, подхватила третий бокал, стукнула его о сестринский: «За нас сестрёнка! Теперь всё точно получится! Ведь сам начальник службы безопасности нам благоволит».

А Маркус, тем временем, протягивает мне корзиночку с икрой. Какой молодец! Заботится. Лучезарно улыбнулась ему, поднимая голову. Его глаза светились. И тут меня пронзает мысль, от которой улыбка гаснет. Отстранённо замечая, что и глаза соседа потухли.

– Дарина, я знаешь что подумала? – подалась я к сестре, переходя на шепот.

– Нет, что? – недоумевала она, рассеяно меня слушая.

– Представляешь? Вот выйдешь ты замуж, допустим, по любви за светлого.

Она улыбнулась и я продолжила.

– И он весь такой хороший, и на руках тебя носит. И ребёночек скоро появится. Маленький голубоглазый ангелочек. А потом БАХ! И ты рожаешь чёрненького.

Сестра аж протрезвела от такого поворота. Мужчины, до этого, делавшие вид, что не прислушиваются, повернулись ко мне.

– Маркус, будь любезен, предложи Дарине закуски, а то она стесняется тебя попросить, – сменила тему я.

Даша взяла одну, не проверив на наличие добавок, отправила в рот. Какая беспечность. Где-то я это уже видела. Прожевав, она не выдержала и спросила: «Почему?»

– Это не главный вопрос. Важнее всего то, как ты будешь перед мужем оправдываться, что это от него, а не от конюха или садовника.

– Может, артефакт, какой есть, который покажет родство. Я, правда, не узнавала, – беспомощно перевела она взгляд на Эльнора. – Незачем было.

– Есть, – вставил молодой человек. – Только у императора. И возникающие вопросы решаются через официальные прошения.

– Вот. А как будет чувствовать себя твой муж, когда в его светлой семье родиться темный ребёнок. Это будет позор на всю Империю.

– Но это же будет наш ребёнок, – чуть ли не плача промолвила Даша, глядя растерянно на своего любимого, уже вжившись в роль и забыв, что Эльнор тёмный. – Зачем мне гулять, если я буду любить своего мужа.

– Это знаю я, родители и ещё пару человек, намекая на стоящих возле нас мужчин. Но ты не сможешь каждому доказывать, что не изменяла мужу. Люди будут шушукаться, строить предположения, чей это отпрыск, – обрисовывала безрадостное будущее.

Мужчины молчали.

– Или вы скажете, что такого не случится, – докопалась я до них. – И семья, рано или поздно, не развалится?

Эльнор потупился, наверное, не зная, что сказать. Маркус же, наоборот, решил вступить в спор.

– Почему вы думаете, что родится тёмный? Ведь в светлых семьях всегда рождаются светлые.

–Я вас умоляю. Рождаются разные. Просто тёмненьких, технично отдают папашам или мамашам, кому как повезёт. Я не верю, что молодая здоровая девушка, отданная по расчёту за какого-нибудь старикашку, будет хранить ему верность. Когда в её поместье полно красивых мужчин, готовых предложить любые услуги, – распиналась я. – А Вы, – глянула на безопасника. – Не задумывались, откуда в тёмных магия?

Тот отрицательно покачал головой.

– Хотите, расскажу? – улыбнулась я.

– Хочу.

– Всё просто. Они незаконнорожденные.

Маркус почернел, на его скулах заиграли желваки, а свободная рука судорожно сжалась. «Точно хочет меня придушить, а затем перегрызть горло».

– Я не говорю, что все рождённые вне брака. Может дед, или мать. Через кого-то магия появилась же у тёмных.

– А вам никто не говорил, что вы рассуждаете не как семнадцатилетняя невинная девушка, – прищурился с подозрением Маркус, но хоть молнии перестал метать.

– Постоянно, – отмахнулась от провокации. – Отец, мать, и ещё парочку, – начала показательно загибать пальцы. – Но уже почти смирились, или делают вид, – задумалась я.

– Что же нам делать? Ведь император через год сам укажет, – заламывая руки, со страданием в голосе, пролепетала сестра.

– Самим найти …. Тёмных, – прошептала я придвинувшись к Даше, расплываясь в улыбке, стреляя глазками в сторону наших кавалеров.

На её лице сменилась целая гамма эмоций, недоумение, вопрос, задумчивость и, наконец, искра озарения.

– Правда, ведь его величество не уточнял, кого выбирать в женихи, светлого или тёмного.

– Да, это единственный выход. И не будет никаких разборок.

Решив немного пошутить и сбросить напряжение, освободила руки, повернулась к Маркусу, схватив его за руку, начала своё выступление.

– Дорогой, посмотри, какая лапочка, а как он похож на своего папочку. Те же бровки, глазки, щёчки, прям один в один, – начала я сюсюкать, поднимая взгляд на мужчину.

И меня обжигает пламя страсти. Он, похоже, тоже всё красочно представил. Я краснею и медленно облизываю губы.

– Мы с Вами ранее не встречались? – огорошили меня вопросом.

– Что? – делая вид, что не понимаю его намёков.

Надо выпить. Похоже я спалилась. Язык мой – враг мой. Оглядываюсь на парочку, а они уже беспечно болтают о своём. Подхватываю бокал, собираясь пригубить, как его отнимают сильные руки соседа.

– Что-то я сегодня много болтаю, в горле пересохло, – глядя на мужчину, опять неосознанно смачиваю губы языком.

Он не отводит от меня своего горящего взгляда.

– Я жду.

– О чём Вы? – похлопала недоумённо глазками.

«Да что такое. Я не маленькая девочка, чтобы так реагировать не него. Соберись сейчас же, нечего растекаться лужицей и бросаться на шею с признаниями».

Прошептав слова исцеления от опьянения, через пару минут смотрела на происходящее вполне спокойно, с лёгкой грустью.

– Извините меня, – подошла я вплотную к сладкой парочке. – Мы ненадолго, подхватив её за локоток, развернулась спиной к мужчинам, послала импульс с заклинанием, очищая её организм от весёлых токсинов.

Даша пришла в себя и охнула: «Спасибо сестрёнка, спасла».

– Да ладно, сама такая. Забыла, где нахожусь. И это пожелание императора, будь оно не ладно, расстроило ужасно, смешав планы.

Протрезвев и поняв, насколько я сглупила, выпивая и болтая непринуждённо при Маркусе, оглянулась. Черт. Понимающий взгляд столкнулся с моим. Попытавшись сделать свой глуповато-недоумённым, похлопала ресничками. Ухмылка мужчины была мне ответом. Черт-черт-черт. Не зная, что делать дальше, последовала за сестрой обратно к Льёрнам.

– С вами всё в порядке? – нарушил молчание Эльнор.

– Да, – потупила глазки Дашуня.

– А какие дальше ожидаются увеселительные мероприятия во дворце? – вспомнила пожелание Императора видеть нас на всех и, решив таким образом увести разговор в другое русло.