Текст книги "Вот и лето прошло (СИ)"

Автор книги: Вячеслав Юшкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Гавиал является уникальным животным среди современных крокодилов. Хотя миллионы лет назад существовало несколько их видов, сегодня гангский гавиал – последний из оставшихся представителей этого древнего рода, и, возможно, второй вид семейства гавиаловых (другой – гавиаловый крокодил. Гавиалы питаются рыбой и живут в глубоких водоёмах с быстрым течением. Из всех крокодилов они проводят больше всего времени в воде, выходя на сушу только для того, чтобы погреться или отложить яйца.

Окраска спины у гавиала обычно тёмная, буро-зелёная, брюхо жёлто-зелёное. Встречаются также гавиалы с чёрной окраской, светло-зелёной, коричневой или светло-коричневой, а также цвета водорослей. Есть гавиалы почти белого цвета.

По мощи гавиал уступает практически всем настоящим крокодилам, так как у него нет в ней необходимости. Но другие животные нападают на взрослых гавиалов очень редко из-за их размеров.

У гавиала длинный и мощный хвост, на котором есть треугольные пластинчатые наросты.

Глаза у гавиалов маленькие и круглые, они расположены выше уровня морды. Они смотрят почти в противоположные стороны.

По земле гавиалы передвигаются всегда ползком, поскольку не могут приподнимать тело.

Из-за водного образа жизни и охоты гавиала у него появилась специальная защита – пластинки на брюхе прижаты друг к другу. Это защищает его от ранений во время трения об острые камни в воде.

Гавиал является одним из крупнейших современных крокодилов, немного отставая от гребнистого (Crocodylus porosus).

Самцы могут достигать 5—5,5-метровой длины, хотя обычно не крупнее 4—4,5 м. Самки в среднем достигают 3—3,5 метров, реже – крупнее. Измеренные взрослые особи весили 159 и 181 кг, гангский гавиал обладает более лёгким сложением относительно большинства настоящих крокодилов и аллигаторов. Самый большой известный гангский гавиал имел длину более 6 метров. Ранее гавиалы в среднем были несколько крупнее, но из-за обширного браконьерства на протяжении того времени, такие особи встречаются крайне редко на сегодняшний день, поскольку гавиалам требуется длительное время для достижения таких размеров.

экземпляру хватило времени, чтобы вырасти значительно крупнее. Мнение ученых видимо было нашему экземпляру по барабану.

Гавиалы являются самыми водными из всех крокодилов, они больше всего времени проводят в воде. На сушу они вылезают только чтобы погреться, или отложить яйца.

Большую часть рациона гангского гавиала составляет рыба. Маленькие гавиалы охотятся на беспозвоночных животных, к примеру, насекомых. Их челюсти неспособны убить и проглотить добычу больше. Когда гавиалы растут, растёт и размер их добычи. Самые крупные особи могут убить небольших млекопитающих. Не брезгуют падалью. Для людей не опасны, однако, нападения на людей известны. В одном случае 16 футовый гавиал стал причиной исчезновения буйвола. Также крупные гавиалы способны справляться с собаками и козами.

В месте, где на нас напал этот крокодил река делала изгиб и тела умерших собирались в заводи, вот этими телами и кормились местные крокодилы. Рыба видимо им уже не подходила. Размер нападавшего крокодила был явно больше десяти метров. Лошади этим тварям показалось мало, и мы увидели, что нас догоняют несколько этих тварей. Размеры впечатляли, и я машинально перекрестился, но заряжать оружие не бросил. Вот первый настигает и раскрыв пасть лезет на плот. Стреляю в открытую пасть и наблюдаю как крокодил в изумлении смотрит на меня затем глаза у крокодила мутнеют и крокодил в каком то неуклюжем рывке слетает с плота. Но для остальных тварей всё равно, что произошло с коллегой и они продолжают погоню и вот следующий крокодил размерами не уступающий первому лезет на плот. Мой выстрел поднял дух остальных и теперь не менее десяти пуль влетают в открытую пасть этого переростка.

Глава 9

Отбились от этих тварей с большим трудом. Такое впечатление, что у этих крокодилов есть разум. Пока одни атаковали со стороны берега, несколько крокодилов зашли с фарватера и стянули двух лошадей с плота. Пока бегали туда-сюда лошади уже были под водой. Но отбились и теперь часовой на вышке уже не глазел по сторонам у него у часового было теперь настроение – смотреть во все глаза. Прямо у нас на глазах из воды выпрыгнул крокодил и снес охранника в воду и утащил на ужин. Сомнительно, что бы пообщаться и отпустить. Так, что теперь к краю плотов никто не подходил, на вышке бдительно несли вахту и все ружья и пистолеты были заряжены и готовы к бою в любой момент.

Никогда я не думал, что так страшно когда из воды лезут эти длинномордые чудовища. Спали очень плохо, ждали нового посещения этих зубатых. Но дождались не тех, кого ждали. На реке тоже были разбойники и как эти отчаянные люди не боялись вплавь атаковать наши плоты. Сигнал тревоги – удары в металлический обрубок и все на ногах. В воде тела, но они гораздо короче вчерашних, и мы яростно стреляем в эти смуглые тела. Разбойники смогли добраться до плотов и даже выбрались наверх из воды. Как только нападавшие выбрались на плоты и стали на ноги тут же раздались радостные крики – это просто бандиты. Люди испытали нешуточное облегчение увидев, что это не вчерашние чудовищные твари, а просто обычные бандиты. С каким-то утробным воем караванщики бросились на разбойников и практически за несколько минут порубили всех атакующих на куски. Из разбойников не выжил никто и когда стали скидывать с плотов порубленные тела то с ужасом увидели, как в воде замелькали вытянутые тела крокодилов. Для нас ничего не кончилось. Закусив телами убитых разбойников, крокодилы спокойно сопровождали караван плотов. Ученые, изучавшие этих крокодилов, утверждают – эти твари питаются рыбой. Наши же крокодилы плевали на мнения этих ученых и полностью игнорировали рыбу им явно нравилось жрать людей.

Караванщики сбивались к середине плотов и не выпускали из рук оружие. Все воодушевление вызванное быстрой победой над разбойниками испарилось и людьми овладела депрессия и уныние. Но сдаваться никто не собирался.

Ко мне подошел наш караванщик и спросил – что теперь будем делать. раньше такого никогда не было. Крокодилы не нападали на плоты и лодки. Ели рыбу и падаль. Почему сейчас крокодилы стали такими агрессивными.

– Надо было не кидать мертвых в реку. Для крокодилов что туша сдохшего быка или коровы. Что тела умерших людей. Приучили крокодилов к бесплатному мясо и теперь удивляетесь– ответил я.

– Теперь только глушить этих тварей взрывчаткой. Жаль нет у нас ничего такого что бы сделать бомбу. /я/.

– Что такое бомба. Что значит взрывать. /к/

– Взрывать – это примерно, как пороховая мина. Только должна быть мощнее. /я/.

– У нас есть гремучее серебро. Сможет ли это гремучее серебро убить этих чудовищ./к/.

– Неси свое гремучее серебро посмотрим, что можно сделать. /я/

Караванщик принес кувшин с какой вязкой массой. Это была смесь нитроглицерина с каким то загустителем. Откуда здесь в Индии прообраз динамита. Нобель ещё не изобрел динамит. У меня перед глазами практически настоящий динамит. В принципе– -Нобель только запатентовал формулу и способ производства динамита. Гремучее серебро известно с 1797 года. Дальше только улучшения и принципиально ничего нового. Этих кувшинов у нас пять. Для пробы пускаем один кувшин по течению. Достаю револьвер прицеливаюсь и тут один из крокодилов заинтересовался кувшином и подплыл к нему и решил попробовать на вкус. Открытие пасти крокодила и мой выстрел совпали по времени и месту. Оглушительный взрыв и от крокодила остались какие-то бурые ошметки. часть ударной волны ушла в воду, и ближайший крокодил к нашему любопытному чудовищу переворачивается на спину и выставляет на обозрение свое брюхо. начинает всплывать рыба и мы видим, как крокодилы разворачиваются и начинают отступление. Крики радости сменили депрессию и уныние. Мы победили – чудовища уходят.

Караванщик молчит как партизан на допросе в гестапо. Такого чуда как взрыв динамита он никогда не видел и теперь не желает помогать европейцу в познании такого ужасного и мощного оружия. Явно думает, как это оружие использовать против британцев. Для меня это оружие не тайна и не чудо. Динамит обыкновенный только сделан в Индии и Нобель здесь не стоял. Видимо секрет изготовления взрывчатки как это часто бывает был украден или открыт повторно. Патент же получен Нобелем, и вся слава первооткрывателя досталась ему. Надо ли мне вмешиваться в этот процесс. Наверное, не надо. Россия всё равно не потянет выпуск динамита нет ни технологической основы, ни производственной базы. Так, что не будем отнимать у Нобеля его патент пусть идет как идет.

Самые страшные наши враги вроде бы ушли. Только расслабляться никто не стал. Костры и факелы ночью разгоняли темноту и можно было вести наблюдение как днем. Прошло несколько дней и прежние страхи отступили перед каждодневными заботами. Уже ночью жгли меньше костров и факелов, но оружие держали под рукой. Те кувшины с динамитом то же не убирали далеко. Ночь не предвещала ничего ужасного. Ужас пришел без предупреждения. Тревогу не успели объявить и бой начался уже на плоту. крокодила увидел я первым. Вышел на край плота облегчиться и уже в самом конце процесса увидел, как из речной глубины вверх к поверхности быстро поднимается туша крокодила. Я кувырком назад ушел с края плота к тому сараю, где проводил ночь. Крокодил щелкнул зубами полное впечатление от досады что добыча ускользнула и резво перебирая лапами двигался ко мне. Нашарив кувшин и взяв револьвер в другую руку, я бросил в направлении туши крокодила кувшин с динамитом и практически не целясь выстрелил в этот кувшин. Попадание пули в кувшин работало как детонатор.

Всё-таки крокодилы не были такими умными по крайней мере данный экземпляр. Он схватил кувшин зубами поймав импровизированную бомбу пастью ну и всё. Взрывом смело этого светоча разума с плота. Остальных глушили старым способом – кувшин в воду и выстрелом проводим детонацию. Хоть и взрывы были только частично в воде, но ударной волны хватило и большую часть этих мстительных тварей мы убили.

До утра все сидели и смотрели на воду и ждали последней атаки для нас последней взрывчатки больше не было. Стрелять в таких гигантов было не очень продуктивно. Но атаки не было и не было. Видимо особо мстительные экземпляры вышли в тираж – остальным рыба показалась вполне приемлемой по вкусу и нас они оставили в покое. Только до самого завершения нашего сплава по реке Ганг ночью мало кто спал. Ожидали очередного нападения этих речных чудовищ, но они ушли назад к своему родному перекату.

Рецепта приготовления взрывчатки не было и собственно специалиста что бы приготовить нитроглицерин тоже не было. Очень много технологических секретов в Европу пришло из якобы отсталых колоний. европейцы не зря культивировали веками мнение о том, что индийцы и китайцы отсталые расы которым надо показывать как жить и учить всему и вся. На самом деле многие европейские открытия это украденные из Индии и Китая технологии по производству и взрывчатки и ювелирного мастерства и оружия. Захват и уничтожение населения Индии первоначально были вызваны превосходством индийских ткачей в производстве тканей. Британия высокими налогами и голодом уничтожила миллионы индийцев, чтобы поддержать британского производителя сукна. Не зря говорят – война – это продолжение экономики, но другими средствами.

Разбойники в виде налоговых инспекторов нам оказались не так страшны как думалось. Часть постов мы проскочили ночью. Часть так впечатлялось несколькими сохраненными тушами крокодилов, что забывали о своих обязанностях.

На словах получается быстрее чем в действительности продлилось наше путешествие по реке. Так мы и шли по медленному течению Ганга, который нес к океану нас на плотах тела умерших людей и священных животных и прочее прочее. Вода становилось всё более грязной и всё менее пригодной для употребления. Но это было понятно только мне и приходилось на пинках гонять на стоянке за чистой водой и заставлять кипятить воду во время нахождения на плотах. Для всех это была блажь белого человека не понимающего, что святой Ганг не даст заболеть своим приверженцам. Только в конце путешествия что то стало доходить для тех кто свято верил – вода Ганга не может быть грязной и принести болезни тем кто пьет его священную воду без кипячения. Наглядный пример – отсутствия дизентерии на моем плоту, где все пили кипяченную воду и остальными плотами, где дизентерия свирепствовала.

Когда же все-таки стали воду кипятить и болезни отступили. Случился культурологический шок и воду стали кипятить повсеместно на всех наших плотах. Подозреваю, что потом индийцы несмотря на наглядный пример вернулись к старой практике.

Впереди нас ждала дельта Ганга и огромные мегаполисы по миллиону жителей и даже больше.

Почему река Ганг священна.

Почему Ганг – священная река Река считается символом богини Ганга – дочери царя гор Химевата. Как утверждается в пуранах, богиня пребывала на небесах. Царь Бхагиратхи попросил ее спуститься на землю, чтобы омыть прах его предков.

Священная для всех индусов река Ганг (в Индии ее, кстати, называют женским именем Ганга) является одной из самых загрязненных рек в мире. Начинаясь как кристально чистая река в горах Гималаев, она собирает на всём своем пути человеческие отходы, а также промышленные стоки, превращаясь в токсичный водоем.

Дельта Ганга – самая крупная дельта в мире, расположена в историческом

регионе Бенгалия. Состоит из более чем 240 рек и образуется в результате

слияния основных рек Ганга и Брахмапутры.

Дельта Ганга имеет форму треугольника и покрывает площадь в 105 640 км², или вдвое больше дельты Миссисипи. Бассейн рек, впадающих в Индийский океан в дельте Ганга, охватывает Индию, Китай, исторические области Бутан, Непал и Бангладеш. Дельта Ганга делится на восточную (активную), западную (менее активную) часть. Она состоит из лабиринта русел, болот, озёр и заливных островов. Область Сундарбан, в котором расположен самый большой мангровый лес в мире, является частью дельты Ганга.

Несмотря на риски наводнений и циклонов, в дельте Ганга проживают сотни миллионов человек.

И наконец Калькутта.

Kolkata – город в дельте Ганга на востоке Индии, столица Западной Бенгалии, второй по площади город в Индии после Мумбаи и четвёртый по населению город в Индии после Мумбаи, Дели и Бангалора.

Близлежащие к Калькутте территории были заселены более 2 тысячелетий назад. Тем не менее, современное заселение началось лишь в 1690 году, с приходом Британской Ост-Индской компании, которая занималась торговлей с Бенгалией. Традиционно основателем Калькутты считается служащий компании Джоб Чарнок. Существуют и другие точки зрения, согласно которым город существовал до прибытия британцев.

На территории современной Калькутты в конце XVII столетия располагалось 3 деревни – Каликата, Гобиндапур и Сутанати. Каликата представляла собой рыбацкую деревушку, в Гобиндапуре жили преимущественно ткачи. Эта территория была частью империи Великих Моголов, которой управляли заминдары (землевладельцы) из семьи Сабарна Рой Чоудхари[en]. 10 ноября 1698 года права на управление этой областью было передано англичанам.

В 1712 году англичане заканчивают строительство форта Уильям на берегу одного из притоков ГангаХугли. Из-за частых вооружённых стычек с французскими войсками, в 1756 году британцы провели ряд фортификационных работ по укреплению форта. В то же время наваб БенгалииСирадж уд-Даула осудил милитаризацию и уклонение от налогов со стороны Британской Ост-Индской компании. Его недовольство было проигнорировано, после чего были начаты военные действия. Форт был захвачен, большая часть защитников уничтожена. Данный инцидент вошёл в историю под названием калькуттской чёрной ямы. Силами наёмных солдат Британской Ост-Индской компании (сипаев) и регулярных войск под командованием Роберта Клайва в следующем году англичане вновь захватили Калькутту. Согласно Аллахабадскому мирному договору, подписанному после поражения сил падишаха империи Великих Моголов, навабов Бенгалии и Аудапри Буксаре, за Ост-Индской компанией было закреплено право на управление и взимание налогов с населения Бенгалии, Бихара и Ориссы. За Великими Моголами сохранялась номинальная власть над данными территориями. В 1772 году Калькутта становится столицей британских владений в Индии. В 1793 году навабы окончательно теряют даже формальную власть над Бенгалией. Англичане проводят комплекс работ по осушению болот вокруг Калькутты. Особенно много для развития города и его архитектуры сделал генерал-губернатор Ричард Уэлсли. Также Калькутта становится центром торговли опием.

Происхождение капиталов – тема до сих пор болезненная для многих наследников многомиллионных состояний, даже если миллионы были заработаны вполне законным для своего времени путем. Считается, например, что крупнейшим наркоторговцем в XIX веке, а возможно, и во все времена была… британская королева Виктория. На поставках опиума в Китай сделали состояния основатели династий Асторов, Форбсов и других не менее известных американских семейств. Особенно отличился в наркоторговле с Китаем дед Франклина Делано Рузвельта, о котором самый известный американский президент предпочитал не вспоминать.

XVIII век в истории Китая принято называть золотым. Экономика процветала, население утроилось и перевалило за 300 млн человек. Страна была настолько богата, что могла позволить себе диктовать условия торговли заморским партнерам. Как объясняет синолог Джеймс Брэдли в книге «Императорский круиз: Тайная история империи и войны», Китай продавал западным странам очень много чая, фарфора и шелков, но отказывался покупать западные товары.

«У нас есть все, – объяснил император Хунли (Цяньлун) в 1793 году лорду Маккартни, посланнику английского короля Георга III, прибывшего в императорский дворец с богатыми подарками. – Нам не нужны ваши странные товары».

К счастью для Британской империи, первый генерал-губернатор Индии Уоррен Гастингс нашел решение проблемы. Речь идет об опиуме, который

получали из мака, выращиваемого в Бенгалии. (Ост-Индская компания унаследовала контроль над производством опиума от империи Великих Моголов, где он был важным источником государственных доходов.)

Гастингс оказался прав: от этого товара китайцы отказаться не смогли. Торговля опиумом создала один из самых масштабных торговых дефицитов в истории человечества. Она высасывала из Китая до 11% драгоценного серебра в монетах и слитках и уже в начале XIX века стала самой прибыльной в мире.

Опиум приносил Британской империи 15–20% всех доходов. К середине XIX века число наркоманов в империи Цин перевалило за 2 млн. Опиум курили даже в императорском дворце.

Китайцы называли его «опиумом Иисуса», а корабли, с которых наркотик продавали белые контрабандисты в дельте Жемчужной реки под покровом темноты,– «дьявольскими кораблями».

Сейчас Калькутта фактически делится на 2 отдельные части: английскую (известный также как Белый город) с центром в области района Чоуринги, и площади Делхауси и индийскую (Чёрный город) на севере мегаполиса. Сейчас идет отмечался рост города, особенно текстильной и джутовой промышленности. Британские компании построили телеграф и железнодорожный вокзал. Слияние английской и индийской культур привело к появлению нового класса индусов бабу, который представляют люди из высших каст, они ведут городской образ жизни, занимают высокооплачиваемые должности и преимущественно являются англофилами.

Глава 10

Дошли мы до Калькутты и выгрузились, не доходя до города. По многим причинам посещать таможню мы не собирались. Здесь наши пути с караваном расходились, но мне решили все-таки помочь в отъезде в Европу. Искать меня разведка Ост-Индийской компании не прекратит, ОИК совсем не надо в Индии Российского присутствия и что бы пресечь русские действия в княжестве Хунза проще ещё на ранних этапах зачистить эмиссаров и прекратить переговоры.

Кроме ОИК мы все наступили на хвост, наверное, самой могущественной корпорации убийц в Индии и представители корпорации душителей совсем не в восторге от разоблачения. Веками они грабили и убивали купцов теперь же у них были проблемы. Ажиотаж отсутствовал, но знание о душителях появилось и теперь только время отделяло тугов от мировой известности. ост-Индийская компания не собиралась делиться своими доходами с местными убийцами хотя бы и серийными. Британцы сами могли поспорить о том, кто занимается преступным бизнесом. Огромный наркокартель по продаже опиума в Китай и индийская пусть и крупная преступная группировка. Исход противостояния был предрешен заранее. Против британской преступной системы индийцы устоять не могли. Не тот размах и кадры.

Товары у нас забрали можно сказать мелким оптом и когда наши тюки ушли по назначению. Я с парой охранников из каравана и начальником охраны отправились в Черный город, где в подавляющем большинстве жили индийцы. Черный город это было заваленное мусором переплетение узеньких улочек, и застройка была больше похожа на бразильские фавелы. Домишки, построенные из мусора и подручных средств. Именно здесь в одном из местных притонов по недоразумению именуемом гостиницей и был снят номер для меня, и я там оставил часть своих вещей. Клопы и тараканы и множество мышей и крыс как здесь живут люди. Меня успокоили змеи съедают большинство мышей и крыс. Такая информация спокойствия не принесла. Змей я не любил ещё больше. Багаж, оставляемый в гостинице, расположенной в Черном городе, был уловкой, которая должна была отвлечь шпионов и ОИК и тугов. За багажом я не собирался возвращаться это был мой подарок Индии жертва что бы сбить с толку шпионов и преследователей.

Одновременно с гостиничным номером в Черном городе для меня снимали гостиничный номер в гостинице «Корона» в Белом городе. Туда я приехал жить перед отъездом из Калькутты. Если в город Калькутта в Черный город въезжал Российский подданный, то в Белом городе Калькутты в гостинице «Корона» появился подданный австрийской монархии Курт Шмелинг. Откуда у моих помощников документы Курта Шмелинга. Этот самый Курт Шмелинг появился в княжестве Хунза по пути на Тибет, где этот самый Курт собирался поступить в буддийский монастырь. Документы были чистыми и подлинными и имели все необходимые отметки о пересечении границ. Кроме того, приметы, прописанные в паспорте Курта Шмелинга, совпадали с моими приметами. Немецкий язык я знал и с этой стороны ко мне тоже нельзя было подкопаться.

Необходимые вещи и одежду пришлось заказать в местных магазинах, но эти действия не должны были привлечь внимания. очень многие путешественники меняли гардероб при возвращении к цивилизации из индийских путешествий. Горячая вода и ванна привели меня в полный восторг. Бороду я сбрил и оставил усы. Теперь мои приметы полностью совпадали с приметами в паспорте Курта Шмелинга и я мог приобретать билеты для возвращения в Европу.

Для возвращения имелось несколько маршрутов мною был выбран водный путь. Можно было взять билет и плыть на парусном корабле, но это было и долго, и хлопотно.

При гостинице был офис новой компании, которая предлагала путешествие в Европу не на парусном корабле, а на винтовом паровом корабле. Пароходы это было новейшее достижение британского технического гения.

В 1848 году британский предприниматель и судовладелец Джеймс Лэминг основал Судоходную компанию паровых винтовых судов (General Screw Steam Shipping Company). До этого Лэминг около тридцати лет владел несколькими парусниками, совершавшими регулярные рейсы между Англией и Нидерландами. Для 1848 года идея заменить парусники винтовыми пароходами была если не революционной, то вполне новаторской.

В середине XIX века информация перемещалась по миру со скоростью парусного корабля и содержалась в обычной бумажной переписке. Деловых и личных бумаг циркулировало настолько много, что ими можно было загружать трюмы кораблей, а доставка документов была важным и выгодным делом. Появление пароходов увеличивало надёжность и скорость доставки почты, а при неэкономичности первых паровых машин только дорогие почтовые перевозки могли обеспечить пароходным компаниям хорошую прибыль.

В конце 1849 года на маршрут Ливерпуль – Гибралтар – Мальта – Константинополь вышел первый 500-тонный железный винтовой пароход «Босфор». Вскоре к нему присоединились однотипные «Геллеспонт», «Пропонтида» и «Предвестник». Годом позже компания Лэминга получила контракт на почтовые перевозки между Плимутом и Кейптауном с условиями оплаты в 30 тысяч фунтов стерлингов ежегодно. Бизнес процветал и потребовал расширения. Судостроителю Чарльзу Мэйру из Блэквелла (пригород Лондона), построившему первые четыре парохода, компания заказала ещё более крупные и мощные суда: «Королева Юга», «Леди Джоселин», «Индиана», «Калькутта», «Маврикий» и «Гидасп».

В 1850 году новые пароходы стали на почтовые маршруты между Англией, Мадрасом и Калькуттой, став индиаменами – кораблями, совершающими плавания в Индию. В 1853 году ещё одно новое судно компании («Арго») начало осуществлять почтовые рейсы между Англией и Австралией. Фактически это был первый пароходный маршрут между метрополией и её самыми отдалёнными колониями.

В 1854 году и без того немалый флот Лэминга пополнили винтовые клиперы «Золотое руно» (Golden Fleece), «Ясон» (Jason), «Принц» (Prince) и «Крез» (Croesus). В среднем каждый из почтовых маршрутов приносил компании от 10 000 до 30 000 фунтов стерлингов в год (без учёта сопутствующих грузов и пассажиров), а средняя стоимость постройки одного судна на все той же судоверфи в Блэквелле составила 90 000 фунтов стерлингов.

Билеты я купил на новый пароход «Калькутта» водоизмещением в 2261 т, вместимость – до 100 пассажиров при полной загрузке трюмов.

Купил себе каюту первого класса и теперь ждал даты отправки парохода. в Калькутте мне осталось провести три дня и всё из Индии я отправлялся в Дублин. Из Дублина можно было уже не особо прячась купить билет на корабль до Антверпена и уже из Нидерландов спокойно добраться в Санкт– -Петербург и просить аудиенцию для доклада.

Пароход у нас был парусно-винтовой и был скорее каботажный, чем океанский лайнер. Идти мы должны были короткими переходами через Индийский океан затем Кейптаун и далее вдоль Африканского побережья до Ирландии. Всего в пути 50 дней если ничего не случиться. Но мне особо спешить некуда, и я был доволен. Парусное судно на том же маршруте могло и три, и четыре месяца идти. Достаточно было встречного ветра и тогда длительность плавания становилось непредсказуемым. В случае штиля вообще начиналась трагедия. Запасы продовольствия на корабле могли и кончиться в таком случае и тогда становилось совсем худо.

В нашем случае паруса подключались при попутном ветре и в случае встречного ветра или штиля включалась паровая машина и пароход шел уже не под парусами – пароход двигала паровая машина, передавая усилия на винт. Это было самое утро пароходов. Расцвет был впереди. Сейчас же не все доверяют углю и пару и передвигаются по старинке под парусами.

Первый практически использовавшийся пароход создал Роберт Фултон в 1807 году. Пароход «Клермонт» (изначально назывался «North River Steamboat»), приводимый в движение гребным колесом, совершал рейсы по реке Гудзон от Нью-Йорка до Олбани со скоростью около 5 узлов (9 км/ч). Оценивая результаты этой поездки, Фултон писал своему приятелю: «Я опережал все лодки и шхуны, и казалось, что все они стоят на якоре. Теперь полностью доказана пригодность силы пара для приведения в движение кораблей. В этот день, когда я выехал из Нью-Йорка, вряд ли 30 человек поверили бы, что мой пароход пройдёт хотя бы одну милю в час. Когда мы отошли от пристани, где собралось много любопытных зрителей, я слыхал довольно саркастические замечания. Так всегда приветствуют несознательные люди тех, кого они зовут „философами“ и „прожектёрами“». После некоторых улучшений в конструкции Фултон организовал постоянные рейсы на этом речном пути.

В 1819 году американское судно с гребными колёсами «Саванна» впервые пересекло Атлантический океан. Однако бо́льшую часть пути корабль миновал под парусами, каковые ввиду экономии угля ещё много десятилетий использовались на пароходах при наличии попутного ветра. Лишь в 1838 году английский пароход «Сириус» впервые пересёк Атлантический океан не задействуя паруса.

В середине XIX века началась массовая переделка парусников в паровые суда. Модернизация парусников в винтовые корабли, в отличие от тех же в колёсные, оказалась значительно более простой. Деревянный корпус разреза́ли примерно пополам и делали деревянную же вставку с механической установкой, мощность которой для крупных фрегатов составляла 400—800 л. с. При этом весовая нагрузка только улучшалась: тяжёлые котлы и машины располагались в основном под ватерлинией, и исчезала необходимость в приёме балласта, количество которого на парусниках иногда достигало сотен тонн. Винт размещали в специальном колодце в корме и снабжали его подъёмным механизмом, поскольку при ходе под парусами он только мешал движению, создавая дополнительное сопротивление. Аналогично поступали и с дымовой трубой: чтобы она не мешала манипуляциям с парусами, её делали телескопической складной – по типу подзорной трубы. Проблем с вооружением при этом (в отличие от колёсных) практически не возникало: оно оставалось на своём месте.

Первый винтовой пароход «Архимед» был построен в 1838 году английским фермером Френсисом Смитом. С переходом от гребных колёс к гребным винтам ходовые качества пароходов сильно улучшились. Это привело к тому, что к концу XIX века такие суда практически полностью вытеснили на море парусники и своих колёсных собратьев.

Эпоху океанского пароходостроения открыли британские колесные пароходы Sirius и Great Western, которые в 1838 году впервые совершили рейсы через Атлантический океан без использования парусов. Это опровергло существовавшую до этого точку зрения о невозможности рентабельных грузоперевозок пароходами на большие расстояния, после чего началось постепенное вытеснение парусников с основных торговых путей. В 1843 году был построен пароход Great Britain, открывший эпоху океанских паровых винтовых судов с железным корпусом. В 1859 году был построен самый большой железный колесно-винтовой пароход XIX века Great Eastern. Он предназначался для грузоперевозок между Великобританией и Австралией, но низкая эффективность использования топлива сделала его малорентабельным для этой задачи.