Текст книги "Вот и лето прошло (СИ)"

Автор книги: Вячеслав Юшкин

Индия славится первым и самым масштабным серийным убийцей в истории человечества, душителем-тугом по имени Бехрам. Он родился в 1778 году недалеко от Дели. Среди своих сверстников он выделялся могучим телосложением, громадным ростом и неимоверной силой, поэтому уже в 12 лет успешно совершил свое первое «ритуальное» убийство.

Как и все остальные члены секты, Бехрам пользовался шелковым платком-удавкой традиционного желто-белого цвета. Для «удобства» в один конец платка было завязано несколько монет, и этот грузик позволял в мгновение ока обвить удавкой шею жертвы. Ловко подкрадываясь сзади, Бехрам накидывал удавку, лишал несчастного жизни и забирал его имущество, часть которого жертвовал своей «покровительнице».

Это невероятно, но за 50 лет Бехрам задушил 921 человека, что и было доказано на суде. Опасаясь того, что туги попытаются спасти того, кого они почитали почти за полубога, власти сразу же после суда отправили Бехрама на виселицу. Он официально занесен в Книгу рекордов Гиннесса как самый масштабный серийный убийца в истории человечества.

Эти массовые серийные убийцы хорошо прятались и опознать их можно было по нескольким приметам – орудие преступления и некоторые носили вот такие ожерелье или браслеты.

Спина у меняя похолодела. Здесь похоже было две группы тугов вышедших на свой промысел. Караван княжества был очень лакомой добычей. Когда я увидел, как командир охранников обнимается с тугами мне поплохело уже реально. Теперь вообще врагом – убийцей мог оказаться любой. Что бы успокоится я вытащил револьверы и стал их приводить в боевое состояние.

Из оружия у меня было еще два нарезных карабина, но, к сожалению, однозарядные таким образом я мог произвести четырнадцать выстрелов и затем только холодное оружие. Но с этими бесами – душителями могло и не выйти победить. Ещё раз внимательно осмотрел эти два обоза – в каждом по двадцать человек. Сука – за один раз я не смогу их всех перебить в одно лицо. Надо искать союзников. Наиболее заинтересован в доставке товара по идее глава каравана но он как и начальник охраны сидит сейчас у костра и мило общается с тугами. Хорошо зайдем с другой стороны – кто конкурент у нашего главного караванщика. Его заместитель. Пойдем поговорим.

Зам меня понял с полуслова и так же мгновенно просёк карьерные перспективы после разоблачения и гибели главного купца княжества на эту должность мог рассчитывать именно он. зам мог рассчитывать на своих родственников и теперь нас было почти десяток человек.

Когда один из окольцованных браслетами с черепами принес нам выпить эксклюзивного вина – мы решили напасть первыми. Сомнений уже не было.

Глава 7

Собственно, напали первыми эти самые туги. Наверное, расслабились парни и решили, то они здесь самые крутые. Пришлось покрутиться, способ нападения с лентами и последующим удушением хорошо работал с одурманенными жертвами. В нашем же случае ничего у этих тугов не вышло и бой шел на равных. У меня оказалось даже больше союзников чем ожидалось. Часть возчиков не будучи одурманенной отравой которая была в напитках смогла отразить атаку на обоз. Мы же с той частью охраны, которая осталась верной смогли добить и остальных нападавших. Вот только ни один из этих приверженцев богини Кали в плен не сдался. Поэтому я не стал развивать свою теорию, что это не простые разбойники, а идейные служители богини смерти.

Разбирательство нашего дела занимался местный кади – это судья назначенный императором Моголской империи и этот судья не подчиняется субадару руководителю местной области и ещё здесь же британский офицер Ост-Индийской компании. В этой мешанине служителей закона и начальников надо было донести до их понимания версию событий, которая устраивала всех. Поэтому и была выдана упрощенная версия событий – некие разбойники напали на купеческий обоз и были уничтожены охраной купеческого каравана. Потери понесли и охранники купеческого каравана. Наша версия была принята благосклонно, и мы продолжили свой путь.

Но теперь мы шли с опаской и ждали неминуемого нападения. Почему мы опасались нового нападения. Мстительность служителей богини смерти была широко известна несмотря на то, что непосредственно о душителях информация была секретной. Но секретом скорее это было для британцев. Местные жители хоть и не знали подробностей на уровне слухов и сплетней имели представление о привычках и обычаях слуг богини смерти. Не добавляла оптимизма связка черепов на ожерелье нашего кади разбиравшего случай разбойного нападения на нас. Разбирательство было настолько поверхностным и быстрым, что странно, почему британский чиновник пропустил эти действия кади мимо своего внимания. Хотя британцам было выгодно уничтожить меня чужими руками и в случае вопросов от князя княжества Хунзы перевести все стрелки на разбойников. Теперь когда мой новый знакомый – поднялся по карьерной лестнице мы с этим индийцем проводили много времени в разговорах. Я узнал много парадоксальных фактов и о Индии, и о России. Теперь мне стало более понятно почему в Российской империи считали возможным присоединение к России индийских княжеств.

Эта информации была прямо сказать похожа на сказки но мои знания из будущего вполне совпадали с ней. Хотя когда я в будущем читал об этом – я в эту историю не поверил.

Вот как в будущем я читал о истории Индии и прошлом России.

Однако не только индийский эпос сохранил сведения и саму память о пребывании ариев в Индии. Сохранилась она и в русских песнях, в которых поётся о далёкой, сказочной и богатой стране, в которой живёт Индрик-зверь – мифический единорог:

 
А и где то бы, слышно, глупому жить,
Да глупому жить, неразумному?
А и где, слышно, есть Индей-земля,
Индей-земля, всё богатая?
Как и много там злата-серебра,
Да на больше того доброго земчуга.
Во Индей-земле степя дикие,
Степя дикие, леса тёмные.
Да во тех лесах живёт Индрик-зверь…
 

Песня «Индрик-зверь», 9–13 вв.

Сохранилась память об Индии и в русских былинах – тех, которые содержат в себе древнейшие сюжеты о так называемых «старых» богатырях – тех, кого считают героями былин так называемого «докиевского» цикла, хотя там и встречаются позднейшие вставки о Киеве и киевских князьях. Но и в данном случае нужно иметь в виду, что Киевов было несколько, например, Киев на Дунае, которому, как минимум, около 3 тысяч лет, и, что Киев на Днепре, а именно с ним связываются русские былины, – самый поздний.

Одним из таких древних былинных героев является Волх – чародей, кудесник и оборотень. В былине «Волх Всеславич» рассказывается о походе Волха в Индейское царство. Надо заметить, что эта былина известна в одиннадцати вариантах и только в двух из них идёт речь о походе против индийского царя (в более поздних и явно искажённых вариантах Волх идёт на турецкого султана в Турец-землю или Золотую Орду).

Чудесным было рождение этого былинного героя. Мать, гуляя по саду, соскочила с камня на змея, который обвился вокруг её ноги и вскоре появляется на свет мальчик, при рождении которого всё сотрясалось: дрожала сыра земля, колебалось синее море, рыба ушла в морскую глубину, птица – высоко в небеса, звери разбежались, кто куда. Тряслось и «славно царство Индейское». И дали ему имя Волх, что может означать волхв, волшебник, колдун, а также жрец в храме. Надо сказать, что бог Велес изображался и в виде змея.

Мальчик быстро развивается – и не по дням, по часам, а по минутам. Сразу после рождения он просит мать пеленать его в «латы булатные», положить ему в колыбель «злат шелом», «синцовую палицу в триста пуд». В семь лет его отдают учиться грамоте и письму, а в десяти годам он начинает постигать премудрости – как оборачиваться ясным соколом, серым волком, «гнедым туром – золотые рога». В 12 лет Волх набирает себе 7-тысячную дружину сверстников и в 15 лет и он, и дружина готова к воинским подвигам.

Когда Волх узнаёт, что «индейский царь» собирается идти на Киев, то решает его опередить и отправляется с дружиной в поход на «Индейское царство». По пути туда он заботится о своей дружине – «Дружина спит, так Волх не спит». Волх поил-кормил и обувал-одевал свою дружину, для чего оборачивался серым волком и ясным соколом и охотился на зверей и птиц. Он единственный из всей дружины, кто мог отправиться на разведку в палаты к индейскому царю. Обернувшись туром-золотые рога, он быстро добирается до крепости индейского царя, а обернувшись ясным соколом, прилетает к нему в палаты и подслушивает его разговор с царицей. Индейский царь действительно собирается напасть на Русь. Волх оборачивается горностаем и спускается в подвал, перекусывает тетиву у луков, приводит в негодность вражеское оружие и закапывает его в землю. Снова оборачивается ясным соколом, прилетает к своей дружине и ведёт её на неприступную крепость индейского царя. Для того, чтобы проникнуть внутрь, он превращает свою дружину в муравьёв, они незаметно проникают в крепость и громят войско индейского царя. Волх убивает царя, берёт в жёны царицу, своих воинов женит на семи тысячах местных девиц и остаётся править в Индейской земле.

Версий, о чём же именно повествует эта былина, и куда именно ходил былинный богатырь существует несколько. Некоторые исследователи полагают, что «Индейское царство» – это никакая не Индия, а прибалтийские земли. Ещё есть версия, что главный герой былины действительно ходил в Индию, но сражался там с Тамерланом – великим и ужасным татаро-монголом, согласно традиционной версии, который действительно её захватил в 1398–1399 гг. Но эта версия оказывается несостоятельна, если учесть тот факт, что Тамерлан вовсе не был «татаро-монголом», а «Императором Моголов и Тартар» (empereur des Mogols Tartares), то есть правителем Великой Тартарии, а средневековые гравюры изображают его европеоидом, то завоевания Индии монголо-татарами в 14 веке не было. Как и не было никакого монголо-татарского ига на Руси. Так что Волху, как богатырю Киевской Руси, Индию спасать от «страшных татар» не нужно было абсолютно.

Есть несколько средневековых гравюр, изображающих Тамерлана. Гравюра «Тамерлан Великий. Император Тартарии, 1398» (Tamerlanes. Magnus. Imperator Tartarorum, 1398), Amsterdam, Cloppenburch, 1621 из датской книги «Государства, империи и княжества мира» («Wereld Spiegel, waer in vertoontword de Beschryvinge der Rijken Staten, ende vorstendommen des gantsen Aerdbodems»). Автор – Pierre Davity. Издатель и гравёр – Nicolaes de Clerck; Тамерлан правитель Тартарии властелин гнева Божия и ужаса Земного именуемый умер в 1402 году (Tamerlanes tartarorum imperator potentiss ira dei et terror orbis appellatus obiit anno 1402) из книги Ричарда Кноллерса (Richard Knolles) Общая история турков (The Generall Historie of the Turkes), Лондон, Адам Ислип (Adam Islip) 1603 г. Тамерлан император восточный, Тартарии властитель мира (Tamberlanes imp. Orientis tartaror terror); Картина флорентийского художника Cristofano dell’Altissimo (1525–1605); Картина Рембрандта Хаарменса ван Рейна (Rembrandt Harmensz. van Rijn) Польский всадник (Тамерлан, преследующий Баязида до Стамбула) (The Polish Rider (Tamerlan Bajesid prosecuted before Istanbul)), 1655 год; Картина Тамерлан Великий (Tamerlanus magnus). Музей Бонапарта, Осон, Франция (Auxonne, musee Bonaparte).

Так что никакие татары или монголы, или гибридные монголо-татары Индию не завоёвывали. Туда приходили арийцы (в древней ведической литературе Северная Индия называется Арьяварта, что значит «страна ариев»), а позже скифы, сарматы и тартары (или ТархТары) – люди белой расы.

Есть и другая древняя былина, которая упоминает «Индейское царство». Это былина о Дюке Степановиче, которая существует в 70 записях. Содержание её таково. Дюк Степанович, богатырь из города Галича, приезжает в Киев

 
Из славного города из Галича,
Из Волынь-земли богатые,
Да из той Карелы из упрямые,
Да из той Сарачины из широкие,
Из той Индеи богатые…
 

Приехав в Киев, Дюк вступает в спор с князем Владимиром и его дружиной. Он хвастает своим конём, удивляется бедности Киева и хвастает богатством своей родины – Индии, где няньки да калчницы ходят в шелках и золоте. Хвастовство продолжается и на пиру, причем Дюк находит невкусными и вино, и княжеские калачи, которые «пахнут сосной» и хвастает своей одеждой и несчётной казной. Один из дружинников Владимира, Чурила Пленкович, вызывает Дюка на состязание в щегольстве. Победу одержал Дюк. Чтобы проверить хвастовство Дюка, Владимир отправляет посольство к матери Дюка. Посольство признаёт, что если продать Киев и Чернигов да купить бумаги для описи Дюкова богатства, то не хватит бумаги.

Но нас, собственно интересует здесь не сам сюжет, а очень широкая география былины – Галич, Волынь-Земля (город Юмна-Волин в устье Одера), Сарачины (Сорочинские горы, иначе Кавказ), Карелия и Индия. Вот какова была территоря древней Руси, которая раньше называлась Сарматией, а ещё ранее Великой Скифией – «Русским полем». Вот, что пишет по этому поводу Ю. Д. Петухов (1951–2009) – русский писатель и историк:

«В качестве 'места жительства» Дюка названы все те земли, которые обычно выступают как периферия, крайние пределы «Русского поля». Не следует отождествлять «город Галич» из былины с известным Галичем в Прикарпатье, столицей Галицко-Волынского княжества. Этот Галич возвысился только в XII в., а былина намного древнее. И былинная «Волынь» тоже была расположена гораздо дальше; это древний город Волин-Юмна-Венета в устье Одера. География былины сводится к такому очертанию: от земли германских русов-варягов (Волин-Волынь) – до Крайнего Севера Восточно-Европейской равнины (Карела) – до Кавказа (Сорочинские горы) – и до Индии. Это и есть границы античной «Сарматии».

Имя героя былины понятно по-французски: «дюк» – это «герцог», правитель крупной области. Видимо, оно стало известно на Руси из кельтских источников, по линии связи с варяжской «Волынью». Однако Дюк прибывает не с кельтского запада, но с востока; в некоторых вариантах родиной Дюка названа Индия.…

Былина о Дюке не содержит мистики, она реалистична. Богатырь прибывает на Русь не из какой-то неведомой страны, а из соседней, хорошо знакомой Индии, которая, напомним, ещё во II-IV в. н. э. находилась в сфере влияния Скифии-Сарматии. Дюк – представитель арийской элиты Индии («солнце-рожденных» династий раджпутов и маратхов, ведших родословную от «шакьев»-скифов), прибывающий на «историческую родину» после длительного разрыва связей в период Великого переселения народов.

Может быть, «город ГАЛИЧ», вотчина Дюка, это город ГАЛИУР в Северо-Западной Индии; именно этот регион испытал сильное влияние «шакья» (скифов) в период кушанской империи (I-IV вв. н. э.), при последнем взаимодействии Великой Скифии и Индии.

Таким образом, у Российской империи были основания считать, что индийские князья вполне могут перейти под защиту России.

Британцы весьма завидовали местным князьям и когда речь заходила о местных индийцах всегда называли их дикарями. Как же все это напоминало мое будущее, из которого меня бросило сюда.

Посол английского короля Джеймса I (1566–1625) сэр Томас Ро (Sir Thomas Roe) в своих записках о посещении двора Великого Могола Джехангира (Journal of Sir Thomas Roe, Ambassador from King James I, to Shah Jehanguiro, Mogul Emperor of Hindoostan) изливал бумаге душу, что чувствовал он себя при дворе шаха среди его вельмож, как последнее… «несколько смущённым», поскольку могольские одеяния затмевали его скромный европейский костюмчик. Причина же была в том, что он получал жалование в 60 фунтов стерлингов в год, а «варварские» могольские придворные имели десятки и сотни тысяч. По его мнению, это было «несправедливо».

Естественно, «просвещённые» европейцы не могли спокойно смотреть на такую роскошь, принадлежащую не им. Им надо было восстановить эту самую их справедливость, прибрав всё к своим загребущим рукам, чего они, в конечном итоге и добились, разрушив страну, ввергнув в нищету население и развернув там массовое производство наркотиков, чтобы разрушить и обогатиться за счёт ещё одной страны – Китая. При этом они с удивительным высокомерием и пренебрежением относились к «варварской» культуре покоряемого государства и его правителям. Дворец падишаха, несмотря на его богатство, был, по их мению, безвкусным. То же Ро отмечал, что в одной из комнат дворца было «много всяких вещей, которые не подходят друг к другу, и напоминают ему работу, сделанную на скорую руку…» и комната больше напоминала комнату леди, которая для демонстрации пышного убранства размещала пару своих вышитых домашних тапочек на буфете вместе с серебром и фарфором.

С показным презрением европейцы относились к образу жизни падишаха, описывая его как алкоголика, чревоугодника и распутника. По их мнению, правитель слишком много пил, ел, спал и слишком часто посещал свой гарем, а больше ничем и не занимался. Хотя сами они были не прочь переквалифицироваться в «варвары» и столько же есть, пить и использовать другие радости «восточной сказки», например, участвовать в пышной королевской охоте или в выезде правителя в город, оформленый с «варварской» роскошью – большое количество слонов, украшенных медью, золотом и серебром, в красивых попонах из бархата и парчи, шёлковые знамёна с королевским гербом, музыкальное сопровождение множества колокольчиков, большое количество богато одетой и вооружённой охраны.

Удивительно, но факт, стиль поведения и методика западных «просветителей и демократов», взращёных на паразитической идеологии и морали, не изменилась за сотни лет. Так они поступали в Индии и Китае в 16–18 веке, так же они поступают и в моем будущем – оболгать жертву, демократически отбомбить и затем разграбить. История повторяется.

Как же со временем будет извращена история и будет уничтожена память. И только очень немногие честные историки будут напоминать о прошлом. Сейчас в 1850 году в Индии помнят о связях с Россией. Но буквально через десятилетие британцы уничтожат практически все свидетельства о этой связи. Мало того, чтобы устранить любую возможность сопротивления британским колонизаторам – устроят голод и пять миллионов индийцев умрет в мучениях. Британская власть никогда не останавливалась ни перед какими варварскими методами для достижения своих целей

Глава 8

Будут ли на нас нападения – так вопрос не стоял. Нападения будут и это будут не только просто разбойники, но и разбойники на религиозной основе – туги. Эти самые туги не захотят остаться побежденными и в обязательном порядке нападут. Зная то, что нападение будет и будет исподтишка с обязательным отравлением и затем мучительная смерть что бы этих самых тугов – простила богиня Кали, нам надо было выработать тактику и стратегию похода нашего купеческого каравана.

Напасть могли на стоянке и на переходе. Местный обычай здесь простой – купеческие караваны сбиваются в один, так легче отбиваться от разбойников и туги влившись в караван травят людей и затем уже грабят и убивают. Либо в местном караван-сарае опять применяют отраву или сонный порошок и уже сонных убивают и грабят. Просто так в лоб они не атакуют. Нам надо исключить присоединение к нашему каравану других обозов и не останавливаться в местных гостиницах. Просто сказать – сложно сделать. Если отказывать другим купцам в присоединение к нашему каравану в обязательном порядке возникнут разного рода домыслы о характере нашего груза и нас обязательно станут останавливать на каждом посту и проверять груз. не останавливаться в местных постоялых дворах и не заходить в селения, тоже не вариант и людям отдохнуть надо и кузницы только в поселениях встречаются. Коней время от времени надо подковывать – теряют кони подковы. Кроме того, в нескольких местах у нас промежуточные места разгрузки. Груз надо выгрузить и забрать другой товар в оплату привезенного груза.

Всё это мы обсуждали с новым начальником охраны и начальником нашего каравана. Он пока и сам не знал какую должность ему лучше исполнять и потому работал за двоих. Так проще лично свой груз везти в княжеском караване.

Дорога в Индии – это прежде всего пыль и мошкара. От мошкары можно спрятаться в местный накомарник, от пыли нет. Поэтому я всегда выбирал себе место в голове колонны. И пыли меньше и воздух более свежий и в лошадиное и верблюжье г…о меньше залезаешь. Ничего мы не смогли придумать к моменту появления небольшого купеческого обоза. Десяток пустых телег и два десятка людей. Вид откровенно бандитский и взгляды на груз нашего каравана откровенно подсчитывающий навар с нападения на нас. Эти люди вели себя нагло и откровенно напрашивались на неприятности. мы просто усилили охрану и ждали нападения извне и последующего удара изнутри в спину от этого присоединившегося обоза.

Так, собственно, и вышло. караван подошел к какой-то местной реке которую надо было форсировать в брод. Глубина воды была по ступицу колеса нашим телегам и чуть ниже колена людям. Но высокие берега создавали отличное место для засады. Охрана каравана зарядила ружья и сбила караван плотнее. Атака началась уже когда караван полностью втянулся в это импровизированное ущелье. Хвост был за пределами речной долины, и голова колонны ушла за пределы береговых холмов. Колонна растянулась и на нас выскочили, дико крича и размахивая пиками и копьями какие-то всадники. Одеты они были своеобразно в какие-то лохмотья и вооружены пиками, копьями и саблями огнестрела у них не было. Они атаковали нас в момент пересечения реки. Особого урона они не смогли причинить. Охранники после победы над страшным и безжалостным и ранее совершенно непобедимым противником /тугами/ были просто в великолепной боевой форме и боевой дух был настолько высок, что никто даже не помышлял о бегстве. Это сразу дало великолепный результат. Всего двух залпов охраны хватило для уничтожения этой легкой конницы. Точность стрельбы была обусловлена тем, что стреляли практически в упор и у нападавших не было огнестрела. Всё протекало стремительно. Вот дико кричащие всадники с копьями наперевес летят на наш караван и вот буквально сразу /хватило двух залпов/ нет никого только хрипящие кони потерявшие своих всадников.

Дальше мы встали перед выбором куда наносить следующий удар. Одновременно с серединой колонны были атакованы и хвост, и голова каравана. Вновь присоединившиеся к каравану шли в конце колонны и теперь там было наиболее жестокая схватка. Собрав ударную группу из охраны каравана, я рванул в хвост колонны. Так и есть там напали с двух сторон. От джунглей атаковала одна группа и эта группа отвлекла внимание охраны каравана и поэтому удар с тыла они прозевали и туги своими лентами уже душили наших бойцов.

Здесь я убедился булат действительно рубит шелк. Один из подарков от княжества Хунзы был клинок изготовленный из розового булата. Вот этот клинок рассекал шелк будто воздух. Собственно, так же легко он рассекал и руки, и головы разбойников. Клинок был изумительный. Мне в голову пришло – клинок надо беречь и надо поменять ножны на самые простые из дерева и ткани. Чем меньше внимание будет привлекать тем целее будет.

Вот чего туги не ожидали так нашего удара с тыла. Но надо отдать должное они не побежали, они отложили свои шелковые ритуальные ленты и взялись за настоящее оружие. Сабли у них были только качество этих сабель было не сравнить с розовым булатом. Поэтому я приготовил револьверы и стал отстреливать этих религиозных фанатиков. С последними пришлось повозиться – они оказались в броне и у меня вышли патроны. Пришлось рубить – булат прорезал броню и тело, и второй раз броню. После того как я просто разрубил двоих бойцов -просто разрубил на две части. Булат просто рассекал саблю противника и затем все, что попадало под удар – было ли это тело противника или его доспех. Туги попытались бежать но никто из них уйти не смог. Убили всех и потом каждому ещё и отрубили голову. Индийские обычай, наверное.

Закончив с тугами и добавив в свою группу ещё бойцов из охраны арьергарда каравана, мы рванули теперь спасать головной дозор. Там шел бой. Головной дозор шел с пустыми телегами и в момент нападения смог построить оборонительный круг и успешно отражал атаки разбойников. С атакой на головной дозор всё прошло довольно просто. Разбойники не смогли прорваться в оборонительный круг и мы просто напав на фланг атакующих – одного за другим перебили всех. Подавляющее наше превосходство против крайнего разбойника в цепи позволило нам перебить нападающих быстро и без потерь.

Нападение мы отбили, но понесли значительный ущерб в лошадях и верблюдах. Опять надо было искать и покупать новых лошадей и верблюдов. Трофеи были мизерные и не покрывали расходов на восстановление конского состава каравана.

Пеший маршрут мне не нравился совсем. Подвергаясь атакам разбойников, мы в конце концов потеряем всех лошадей и нам придётся бросить часть груза или продать груз по очень низкой цене. Это ещё не считая, того, что часть груза надо было обязательно доставить на побережье. Город нашего назначения – это Калькутта там и порт, в котором и я могу купить место на корабле и, собственно, на этот город у меня и дорожные документы. Куда ведет русло этой реки, где мы приняли бой. Спрашиваю у моего нового друга – начальника нашего каравана по совместительству. Русло этого ручья выходит к Гангу. Я вспоминаю – Ганг ведь проходит через половину Индии и на его берегу стоит множество городов и Калькутта в том числе.

Предлагаю выйти к Гангу и водой уйти к Калькутте. Скорость будет невысокой, но и не ниже, чем идти сушей. Только напасть на нас будет сложнее, и наши кони будут целее. Это было одним из главных доводов, которые сломали упрямство нашего начальника каравана.

Нас если и ждали, то наш финт с речным способом передвижения сбил с толку погоню.

Что я знал о Ганге.

– Это не только одна из крупнейших рек Южной Азии и третья по полноводности река планеты, но также священная река в представлении индуистов. Они считают Ганг божественной небесной рекой, которая сошла с небес. Отчасти это объясняется значением Ганга в жизни народов Индии. Бассейн Ганга – один из самых густонаселённых районов Земли, и воды реки обеспечивают проживание сотням миллионов людей.

Ганг течёт по территории Индии, а в районе дельты – по территории Бангладеш. Его началом считается место слияния Бгахиратхи и Алаканда. Обе реки образуются в ледниках Гималаев. Быстро преодолевая горные ущелья, Ганг всего в сотне километров от истока выходит на равнинную территорию Индо-Гангской низменности. Отсюда и до самого впадения в Бенгальский залив священная река имеет низкие берега. В среднем течении Ганг пополняют воды многочисленных притоков, образующих местами заболоченную сеть природных каналов, а сам Ганг постоянно распадается на длинные протоки и рукава. Некогда здесь, во влажном тропическом климате, произрастали непроходимые джунгли с огромным видовым изобилием животного и растительного мира. Сейчас же большую часть этой территории занимают многолюдные города и сельскохозяйственные угодья. Участки нетронутой природы ничтожно малы. Лишь в дельте, образованной при впадении в Ганг Брахмапутры, сохранились мангровые леса Сундарбан.

Главными притоками Ганга являются Джамна, Гхагхра, Гомити и Брахмапутра, превышающая Ганг по длине. Дельта Ганга – самая большая на планете.

Кроме непосредственно хозяйственного значения (орошение, судоходство до Канпура), Ганг олицетворяет собой сложную систему религиозных воззрений народов Северной Индии. Индуисты совершают паломничества к реке, осуществляют ритуальные омовения, совершают кремации, в воде рассеивают прах умерших. На Ганге расположено три священных города – Аллахабад, Варанаси, Харидвар. Однако практически на всём протяжении реки сосредоточено бесчисленное количество индуистских культовых сооружений. Даже истоки реки Бхагиратхи на высоте 3700 метров – крупный центр паломничества.

Вышли мы к месту впадения нашей речушки в Ганг и быстро изготовили из деревьев плоты. Оказалось, хоть и живут мои спутник в горах, но и с деревом управляются на зависть умело. плоты были изготовлены и быстро, и качественно. На плотах были шалаши для проживания. И даже на одном из плотов соорудили небольшую вышку для наблюдения. Волнений на Ганге не бывает, скорость течения небольшая. Берега низкие и нападающих с вышки можно легко обнаружить заранее и приготовится к отпору.

Первый день на воде было странно. Неторопливое течение несло наши плоты по реке и собственно большей части людей делать было нечего. Но порядок был соблюден и личный состав разбили на дежурства и люди по очереди несли караул или смотрели за животными.

Так мы и передвигались по спокойной реке и не опасаясь нападений разбойников. Мы были оптимистами. Неделя спокойной жизни полностью убила бдительность охраны каравана. Не буду врать и я тоже впал в блаженство спокойной жизни и больше размышлял о философских категориях, чем о жизненных реалиях.

Ганг имеет множество притоков и рукавов к берегу мы приставали для пополнения запасов пресной воды. О проблеме пресной воды мои спутники узнали от меня и считали это пустой блажью. Но все равно время от времени мы приставали к берегу и пополняли запас дров и заодно наполняли пару бочек пресной водой из ручьев и притоков реки. Почему я не хотел пить воду из священной реки Ганг – это совсем просто. полное отсутствие очистных сооружений и один из способов похорон. Тела умерших просто скидывали в Ганг и эти тела медленно дрейфовали с течением в сторону Индийского океана. Я всегда думал, что в Индии умерших сжигают на костре. Оказалось, устроить погребальный костер не так просто и стоимость этого религиозного обряда довольно высока и не все могут себе позволить ритуальный погребальный костер. Просто не по карману. И тогда тело умершего отдают священному Гангу, и река несет тела умерших в сторону океана. Тела по дороге становятся пищей для раков и рыб.

И как я выяснил не только раки и рыбы питаются умершими. О том, что в Ганге имеются крокодилы для меня, оказалось весьма неприятной новостью. Сначала я не подозревал о наличии крокодилов в реке. Плеск и плеск мало ли крупная рыба играет.

Шоком стало когда одна из этих так называемых крупных рыб полезла на плот и схватив лошадь за ногу потащила в воду. Лошадь этот крокодил утащил безнаказанно мы все не знали, что делать.

Только увидев этого крокодила я вспомнил, что в свое время читал о крокодилах в Индии.

Га́нгский гавиал (лат. Gavialis gangeticus) – вид крупных пресмыкающихся из отряда крокодилов, единственный вид в роде гавиалов (Gavialis). Название происходит от искажённого хиндиघड़ियाल (Ghaṛiyāl), что означает просто «крокодил».