Текст книги "Неудобный наследник (СИ)"

Автор книги: Владислав Добрый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

И обнаружил, что ректор стоит за креслом. Спинка кресла была толстая, деревянная, сплошная. Вполне могла сгодиться как щит. Ректор слегка пригнулся, сохраняя достоинство, но тем не менее вполне надежно прикрывая себя. А Фарид, без всякого стеснения, укрылся за столом и выглядывает оттуда. Охрана ректора не постеснялась спуститься вниз, скрывшись на лестнице. Я запоздало вскочил и тоже укрылся за столом.

Каас рванул рычаг и хитрая конструкция из шестеренок сдвинула вместе две медные зубчатые заслонки, зажимая руку у самого раструба. Насколько я мог видеть, они буквально сплющили конечность в месте своего соединения – но та не утратила подвижность. Разве что теперь стала ощупывать капкан, в которые попала. И делать такие движения, как будто пытаясь себя вытянуть.

– Нет! – крикнул Каас, накинул на рычаг стопор, подхватил с земли то, что выглядело как метла, только вот прутья были зеленые, и начал хлестать этим по руке. Рука покраснела и раздулась в размерах. А потом погрозила Каасу кулаком.

– Возьми камень! И брось! Как я показывал! – закричал Каас. – Вон, рядом с тобой!

И действительно, рядом с устройством лежало несколько булыжников. Рука нащупала один, размером с мою голову, и легко подняла его в воздух. Я пригнулся. Впрочем, не я один – Фарид рядом со мной буквально распластался на полу и вытянул вперед руку. Каас тоже предусмотрительно переместился за свой агрегат. Рука некоторое время, словно в раздумье, подержала камень. И потом метнула его. С неожиданной силой – я услышал, как булыжник аж свистнул, улетая вдаль.

Но уже довольно быстро он потерял скорость и полетел по дуге вниз. Камень эта странная конечность метнула в сторону от нас. Прямо во двор Университета. Пролетев через весь двор, булыжник ударился в угол противоположной башни, разлетевшись на куски и засыпав весь двор осколками. Снизу послышались удивленные крики.

– На место, на место, – закричал Каас, схватил с земли цепь, и приоткрыл рычагом заслонки. Рука немедленно втянулась внутрь агрегата. Еще несколько минут махинаций с палочками и Каас, гордо подбоченясь, подошел к столу. И был встречен овациями от Ректора и Фарида.

– Великолепно! – улыбался Ректор.

– Сразу видно работу мастера! – подкатился к Каасу Фарид и обнял его. – Вы не перестаете меня потрясать, мой друг!

– И что это было? – подал голос я.

– Вы что, не видели? – удивился Каас, даже забыв меня протилуровать. – Это мой камнеметатель. Я уверен, он сможет метать камни хоть весь день!

Это вызвало новую волну восхищения от двух остальных.

– Можете объяснить мне принцип его работы? – мне стало любопытно.

– Это очень сложно, боюсь вы не поймете, – отмахнулся Каас и припал к кружке с пивом. Не, ну хамло же. Вот не хватает мне умения отца накалять атмосферу. Полезное в жизни умение, оказывается. Мне на помощь внезапно пришел Фарид.

– А вы попробуйте. Заодно расскажите и нам. Я, разумеется имею предположения, но если сеньор Магн знает слово “принцип”, то и он не потерян.

– Я взял того злобного призрака, что вы сеньор Фро, пленили шесть лет назад, – начал было Каас.

– Я помню эту историю, – я с уважением посмотрел на Фро. Завелся километрах в пяти от Караэна призрак на перекрестке дорог. Про него все рассказывали страшные сказки. Призраки боятся дневного света и железа, поэтому он особо не мешал уважаемым людям. По ночам по дорогам и так никто обычно никто не ездил. Однако город большой. Движение оживленное. Вроде бы этот полтергейст сильно напугал несколько десятков человек из простых и нескольких даже убил. Его периодически развоплощали рыцари, но это помогало на пару недель. Магн мечтал, что вырастет и убьет это чудовище, но призрак вдруг перестал появляться. И куда он делся, никто не знал. Кроме, как выясняется, этих сверхнартуралистов-любителей.

– Я взял за основу Синий Котел Балдура, добавил туда немного золота и семян конопли, – начал Каас.

– Подождите! Сушеные или пророщенные? – перебил его Фарид.

– Это же контур Симеона? Я правильно понимаю? А потом дали медный отвод для… А что у вас катализатор? – перебил его Ректор.

– И да и нет. Сложность в контуре Симеона в том, что он закупоривает полностью, просто так отвод не сделать. И тогда я… – повернулся к Ректору Каас.

– А он видит, куда он бросает камни? – спросил я.

– Что? Нет конечно, я же не даю ему высунуть башку! – ответил мне Каас и повернулся обратно к Ректору, недовольный что его отвлекли от действительно важного вопроса.

– Тогда ваш камнемет бесполезен, – сказал я.

– Что? – повернулся ко мне Каас. И побагровел, как молодой крестьянин, понявший, что над ним смеются. Но смеются те, которым нельзя дать в морду, потому как у них мечи и право на убийство. Оказывается, Магн имел и такой опыт социального взаимодействия. Каас раздраженно махнул рукой на агрегат за спиной: – Вы ослепли? Он метнул камень весом в пуд почти на сто шагов!

Каас сильно преувеличивал.

– Самое сильное оружие бесполезно, если оно не попадает в цель, – сказал я.

Каас раскрыл рот. Закрыл его. Снова раскрыл.

– Послушайте, а то что он вылазит, это не опасно. Он может схватить вас? – продолжил я.

– Меня? Может. Но сильно об этом пожалеет, – процедил Каас. Ну да. Скорее всего какие-то личные умения. Или амулеты.

– А им может управлять кто-то другой? – снова спросил я.

– Магистр Фро, думаю справится, – нахмурился Каас. – К чему эти вопросы? Вы что не видите, я пытаюсь спасти вас. Я создал оружие, которое заставит ваших, именно ваших, врагов держаться подальше от стен нашего Университета!

– И оно, несомненно, впечатляет, – осторожно ответил я. – Но требует доработки.

Каас фыркнул. Улыбнулся, и посмотрел по сторонам, ища поддержки у Фарида и Ректора. Те одобрительно ему кивнули. Каас сел и сказал, смотря мне в глаза:

– Думаете, что тут подошел бы больше не Синий котел Балдура, а… Например, Железный пояс Ибн Хальдуна?! – и Каас хихикнул. Ректор улыбнулся. Хмыкнул и Фарид. Шутки для посвященных – последнее прибежище для тех, кто не может ответить по существу.

– Я думаю, что даже если вы сделали нечто легендарное, – ответил я. – Но еще не закончили свою работу.

К чести Кааса надо сказать, что он не стал мне доказывать обратное. Повернувшись и придирчиво осмотрев свой агрегат, он повернулся обратно и сказал:

– Возможно, в чем-то вы правы.

– Да, над точностью надо поработать. Может изъять глаз? Но как? – неожиданно поддержал меня Фарид. Он говорил с набитым ртом. Перебранка за столом не испортила ему аппетит.

– Направляющие. Как ложе арбалета, – подсказал я. – И надо спрятать чудовище так, чтобы оно не могло дотянуться до того, кто будет управлять. Пусть оно крутит лебедку, которая натягивает мощный арбалет, но делает это внутри.

– Зачем нам арбалет? Мне кажется вы не дооценили убойную мощь камнеметателя Старонота. Кстати, отличное название, – неожиданно выступил в защиту Кааса Ректор.

– Нет, юноша в чем-то прав, – неожиданно сказал Каас. – Мне надо подумать…

С этими словами он вскочил и ушел вниз. Охрана едва успела отскочить с дороги.

– Раненых нет, – доложил один из охранников, заметив что Ректор смотрит в их сторону.

– Что? А, да.. Хорошо. – задумчиво ответил Ректор. – Магистр Старонот опять ничего не съел. Кто нибудь, возьмите еды и отнесите ему в лабораторию. А вы, сеньор Магн, умеете расстраивать людей, да?

– Зачем вы меня привели сюда? – ответило я вопросом на вопрос.

– Хотел вас обнадежить, – ответил Ректор. – Показать, что мы готовы вас защитить. А еще, рассказать о том, что ваш брат сегодня утром пришел в городской совет. Заявил, что освободил город от тирании и тому подобное. Он говорил долго и, как передали мне, весьма проникновенно. Ответом ему было молчание.

– И сколько у меня времени, прежде чем совет велит вам меня выдать? – уточнил я.

– Вы не поняли. Они промолчали, – ответил Ректор. – Как давно слуга, в ответ на ваш прямой вопрос, молчал? Такое вообще когда нибудь было?

Я задумался. Нет. Никогда. Если не считать горца у Военных ворот, Магн вообще никогда не сталкивался с грубостью от простолюдинов. Все старались угодить. И обмануть. Но угодливо.

– Иногда, чтобы промолчать, нужно храбрости больше, чем броситься с мечом на врага, – глубокомысленно изрек Фарид.

– Значит, будет штурм. И у нас были большие планы на камнеметатель Старонота, который вы так безжалостно раскритиковали, – продолжил Ректор.

– Безжалостно? Я даже не успел сказать, что эта штука больше опасна для своих, чем чужих, – искренне удивился я.

– Ну, не будем об этом. В общем, мы созываем студентов и преподавателей и закрываем ворота. Запасов у нас недели на полторы. Вас, сеньор Магн, я попрошу оставаться у себя в комнате, – как вежливо он меня поставил в известность, о заключении под стражу. – Доедайте. Вечером я буду занят, поэтому ужин вам принесут туда. Думаю, в ближайшие пару дней все решится.

Ректор встал. И сказал.

– Назад я вас провожать не буду. Возраст, уж простите.

Ректор ушел, но охрана осталась.

– Вы слишком честны, мой юный сеньор, – сказал Фарид с набитым ртом. – В вашем положении, терять друзей непозволительная роскошь. Что вам стоило немного подыграть Каасу? Или, хотя бы, не указывать на очевидное после того, как магистр Фро уже высказал свое одобрение? Думаете, мы настолько глупы, что сами не понимаем насколько его проект сырой? Мы бы намекнули на это Каасу, чуть позже. Когда он вполне насладится заслуженным триумфом. А теперь он впадет в черную меланхолию. Да и есть же элементарная вежливость, в конце концов.

Я посмотрел на Фарида. И ответил:

– Я подумаю над вашими словами.

Фарид хмыкнул.

– У вас теперь для этого будет много времени. Как минимум пара дней. Или меньше, если ваш брат посчитает, что у него уже достаточно сил для нападения на Университет. Лично я ставлю на следующую ночь. Не бойтесь, мы дадим ему бой. Он сразу поймет, что лезть на Университет, это не резать родных во сне… – Фарид смущенно замолчал. – Простите, просто доходят всякие слухи. Это правда, что ваш брат изрубил вашего отца так, что из него вывалились внутренности?

– Не знаю, не видел, – ответил я. Аппетит окончательно пропал. Я встал. – Я устал и хочу к себе.

– Я вас провожу, – тепло улыбнулся Фарид. И сделал жест рукой. Как бы приглашая меня идти вперед, но мы оба понимали, что это намек. Намек на то, что ему достаточно вот так взмахнуть рукой, и я стану беспомощным пленником. Впрочем, по сути, ничего не изменится.

Остаток дня я посвятил тренировкам. Гвену из соседней камеры увели, пока меня не было. Ну да ладно. Мне о себе надо думать.

Я развлекал себя построением планов побега. Практически единственный способ был уговорить охрану открыть дверь. Вечером я услышал шаги. Я подобрался, но все мои заготовки пошли прахом – в дверном замке заскрежетал ключ и дверь открылась. Фигура в дверях поднесла палец к губам, призывая меня к молчанию. Я подчинился, и молча выхватил из ножен меч. Фигура подсветила себе лицо свечей. В первый момент мне показалось, что это мой знакомый северянин. Из-за повязки на голове. Но потом я разглядел лицо посетителя.

– Сперат? – все же нарушил я молчание. Получилось громко. И радостно.

– Тише, наверху куча хмырей с железом! – прошептал Сперат. Убедившись, что я не буду визжать от радости, он подмигнул мне и сказал. – И я рад видеть вас ,мой сеньор. Как насчет того, чтобы покинуть эти гостеприимные стены?

Глава 21. Экскурсия

“Лоза” в моей руке удивленно опустилась. Я зря иронизировал и обзывал свою меч “Юрой” – эта полоса железа, изящная, красивая красотой чистой функциональности – буквально часть меня. Без этой привычной тяжести на бедре, без возможности в любой момент опереться рукой на гарду, я чувствую себя очень неуютно. Постыдно беспомощным. Как если бы в моем мире я оказался голым на важном мероприятии. Нет, это только эмоциональное ощущение. На самом деле меч куда больше, чем психологическая подпорка. Это ещё важный, нужный инструмент, без которого я чувствую себя откровенно не готовым к превратностям, которые подкидывает мир.

Вот и сейчас я осторожно, крест накрест, взмахнул перед лицом Сперата – старый как мир способ сбросить морок. Он это знал и поэтому хоть и вздрогнул, но не отшатнулся от лезвия.

Только после этого я шагнул вперед и обнял его. И, вдруг почувствовал, что по щекам текут слезы. Вот прям неожиданно было. Я, главное, еще недавно удивлялся, что это я такой отрешенный. А тут вдруг… Прям как-то нахлынуло. Идиотская штука эти эмоции. Если подумать, то даже немного страшная. Как может не пугать что-то в тебе, что ты не можешь контролировать? Я отвернулся и вытер рукавом глаза.

– Сеньор Магн? – настороженно спросил Сперат.

– Сейчас, возьму оружие, – буркнул я, стараясь контролировать голос. Взял руки длинный меч Хуго, намереваясь вручить его Сперату.

– О! Это же арбалет! – восхитился Сперат и кинулся к вышеназванному предмету мимо меня. – Можно я его возьму?

– У меня арбалетных болтов нет. Один только, – ответил я растерянно.

– У меня есть. Парочка, – почему-то шепотом ответил Сперат. Залез рукой за пазуху и достал две короткие стрелки с широкими лепестками на остриях. От моего охотничьего арбалета. – Арбалет у меня отняли, мой сеньор! Эти идиоты вообще не хотели меня отпускать из поместья. И вы должны назначить двадцать палок этой дуре экономке!

– Как ты сюда попал? – спросил я. То что экономка не задушила Сперата пока он валялся в отключке за то, что он "поговорил" с её дочкой, уже делает ей честь. Или она до сих пор не знает? – Ты не сильно ранен?

– Мне все время очень больно, мой сеньор. Из-за моей глупости. Я повернулся спиной к этому выблядку старого мужелосца, и он врезал мне по башке кочергой. Честно, я не знаю как себя оправдать… – заговорил Сперат. Впрочем, за болтовней он не забывал и о деле. Взяв в руки арбалет, он выглянул в коридор. На его спине обнаружилась лютня в массивном, обтянутом кожей футляре. Не долго думаю, я прицепил к футляру и шлем, зацепив его за подбородочный ремень. Сперат не протестовал – он, тем временем, выглядывал в коридор и прислушивался. Убедившись, что охраны нет, Сперат поманил меня за собой. Я вышел в коридор, скудно освещенный двумя факелами и настороженно осмотрелся. В конце коридора, шагах в двадцати, стоял стул и стол. Пустые. Сперат запер мою дверь. И повесил ключ от неё на аккуратный деревянный крючок рядом на стене. Действительно, это явно не тюрьма. При этом Сперат не переставал рассказывать.

Когда он пришел в себя, ему уже вызвали лекаря. Он, и еще несколько раненых в ночном нападении были укрыты у той самой экономки. Она жила в отдельном домике рядом с поместьем. Едва Сперат очухался, то тут же начал порываться отправиться убивать врагов и спасать меня. Его удержали. За что я бы выписал экономке премию, а не палок. В конце концов, он немного отлежался и смог улизнуть. К тому времени уже выяснилось, что я нахожусь в Университете.

– И вот я здесь, – закончил Сперат.

– И как ты пробрался мимо охраны? – просил я.

– Никак. Я и есть ваша охрана. Я спер у вашей экономки кувшин отличного пива. Принес его парням, что стоят на лестнице. А потом они вспомнили о бедолаге, который сидит тут и пялится на ваши двери. Я спустился и сказал, что пиво скоро выпьют без него. И предложил его подменить, пока он не пропустит кружку-другую. Он поднялся наверх, я спустился вниз. Времени у нас не много, так что давайте быстрее.

– А как ты попал в Университет? Кто тебя впустил? Почему он тебе поверил? Оставить тебя, моего пажа, охранять меня? – посыпались из меня вопросы. Мы тем временем прошли ряд дверей, очень похожих на мою, и углубились внутрь подземелья. Сперат вынул из крепления один из факелов и вел меня вперед довольно уверенно.

– Так я же вольный слушатель! – удивленно вскинул брови Сперат. – Тоже, вроде как, студент. Ваш отец платит за меня не маленькую сумму каждые полгода. Платил… Меня тут все знают. Но не знают, что я ваш паж. Уж простите, в Универе таким не хвастаются.

Я себя едва по лбу не хлопнул. Только сейчас я “вспомнил”, что Сперат, вроде как, студент. Это было даже поводом для шуток в компании Магна. Но он так редко посещал занятия, что Магн об этом со временем начал забывать.

– Я боялся, что меня не пустят. Оказалось, что там в воротах такой бардак… Я бы мог провести с собой пару горных коз и маркитантку, – говорил тем временем Сперат. – Но не достаточный, чтобы выйти тем же путем с одним благородным сеньором. Поэтому у меня другой план. Держитесь меня мой сеньор, я знаю запасной выход…

– Эй, кто там? – пропел женский голосок из-за последней двери. Сперат аж подскочил от неожиданности.

– Что то? – спросил он у меня. – Женщина? Тут?

– Да-да, я не должна быть тут. Откройте дверь и выпустите меня отсюда, – тут же отозвался голосок капризно. А потом, добавил, с бархатной интонацией. – Я так испугана! И буду тааак благодарна своим спасителям!

– Это Гвена, – вздохнул я. – Воровка, которую поймали в библиотеке университета.

– А. Тогда ладно, – ответил Сперат и двинулся дальше. – Возможно вам будет интересно, что напали не только на нас.

И он начал перечислять имения родственников Магна. Нападения произошли еще в четырех местах. У отца, кроме брата были еще две сестры. Они жили вместе в одном из богатых домов на соседней улице. На свадьбу приехали с детьми. Что там произошло ночью, никто не знает. Еще наведались к моему двоюродному дяде, троюродному брату отца, и моей двоюродной тете.

– Пожалуйста, не бросайте меня! – крикнула Гвена.

– Это которая? – спросил я. Честно говоря, даже с подсказками от Магна в этих родственниках я заблудился.

– Тётя Бьянка! – возмущенно сказал Сперат. Даже остановился, повернулся ко мне и показал руками, как будто держит перед грудью колесо. Смысл его пантомимы остался бы для меня неясным, если бы я сам не вспомнил пышногрудую веселую вдову, что сидела недалеко от меня на свадьбе.

– Я буду орать и подниму охрану! – снова крикнула из-за двери Гвена.

– Ааа, тетя Бьянка, – грустно сказал я. Она мне нравилась. – Жаль её

– Отбилась, прыгнула на коня и сбежала через Портовые ворота, – сказал Сперат, явно уловив, что мне стало грустно от этих разговоров. – Говорят, что с ней было три любовника, которые и помогли… Хотя, это уже врут наверно. Вообще, пока не ясно, кто жив, а кто нет. Тела вашего отца, Пера и Пса они бросили на площади перед фонтаном. С ними еще человек семь. Я не ходил смотреть сам, сначала было не до того, потом услышал, что Университет призывает всех студентов чтобы охранять вас…

– Ну пожалуйста, выпустите меня! – отчаянно крикнула Гвена.

– Да врут, – отмахнулся я и развернулся назад. – Она же вдова. Постоянно всех, кто рядом, ей в любовники записывают. Даже горничных.

– Куда вы, мой сеньор? Нам надо дальше по коридору, – вдогонку спросил у меня Сперат.

Я приложил палец к губам и поманил. Мы вернулись обратно к двери, из-за которой нас звала Гвена. Оттуда доносились только сдавленные всхлипы. Гвена, похоже, потеряла всякую надежду. Но не орала. Эти всхлипы меня окончательно растрогали. Я снял со стены ключ и отпер дверь. Сперат с любопытством шагнул вперед, подсвечивая факелом – он всегда живо интересовался женским полом. И оказался прямо перед дверным проемом. Гвена с визгом выпрыгнула из своей камеры и вцепилась в Сперата. Он сделала два неуклюжих шага и упал на спину. От неожиданности я выронил меч Хуго. Не стал его поднимать, а выхватил “Лозу”. Впрочем, моего вмешательства не требовалось. Гвена покрывала лицо Сперата поцелуями и шептала скороговоркой “Спасибо-спасибо-спасибо!”

– А ну слезь! – страшно зарычал Сперат и отшвырну от себя девушку. Умудрившись даже ногами добавить ей ускорения. Гвена отлетела в сторону, обиженно вскрикнув. Сперат секунду неуклюже размахивал руками лежа на спине – массивный чехол на его спине был как панцирь у черепахи. Но он быстро справился, перевернулся на бок. Вскочил, снял чехол, положил его рядом с валяющимся факелом.

– Ты чего нервный такой, – в круге света появилась Гвена, потирая ушибленный локоть. – Чуть руку мне не сломал…

– Заткнись! – заорал Сперат, брызгая слюной. В такой ярости я его последний раз видел… Никогда. Он расстегнул пряжки и распахнул чехол. Внутри лежала лютня. Массивная штука, дальний предок гитары. Сперат пробежался по ней пальцами, осторожно вынул и осмотрел со всех сторон. И облегченно выдохнул:

– Целая.

– Он дурачок, да? – спросила меня Гвена, прижавшись к моей руке. Я вежливо, но твердо отстранил её.

– Сперат? – позвал я. – Все нормально?

– Да, да. Просто мне я почувствовал как что-то хрустнуло. Но это наверно в футляре дощечка сломалась. А инструмент цел, все хорошо.

– Тогда пошли. Нам надо торопиться, – мягко сказал я.

– Да, сейчас, – кивнул Сперат и снова начал прятать лютню. Магн редко видел, чтобы он играл. И никогда не видел с этой. Играл иногда на чужих, но лютня штука дорогая и поэтому редко кто давал её в чужие руки. Что еще Магн пропустил про своих близких?

– А куда мы идем? – снова прижалась ко мне Гвена. Сделала большие глаза и заглянула мне в лицо. От неё пахло сыростью, старым потом и, немного, мочой. Не сказать, чтобы прям как от бомжа, но в метро у ней бы было пара свободных мест рядом. Зато волосы были тщательно расчесаны и даже, кажется, на ней была косметика. Хотя чего уж там – она была броско и ярко накрашена, раз даже я заметил это в пляшущем от сквозняка пламени факела.

– Нам надо дальше. Там будет подземный ход, который ведет к пивнушке на углу Военной и Обходной. Выберемся там а дальше посмотрим, – запоздало объяснил Сперат, поднимаясь и накидывая на спину свой футляр. Я отметил, что шлем Хуго по прежнему на месте.

– Ненавижу подземелья, – поделился я.

– Да тут недалеко, мой сеньор – ответил Сперат и двинулся вперед. – Не беспокойтесь, я тут раз пять уже ходил. Сейчас, главное, нужный поворот не пропустить, а дальше и пьяным не заблудишься! Нам сюда!

И он юркнул в неприметный отнорок закончившийся проломом в полу. На нижний уровень вела короткая деревянная лестница. Мы по очереди спустились вниз. Последней была Гвена, которая громко попросила не подглядывать ей под юбку. Сперат фыркнул и отошел подальше, подняв факел.

– Что это за место? – вырвалось у меня.

– От Древней Империи осталось, – ответил Сперат таким тоном, как будто это все объясняло. Впрочем, отчасти так и было. Развалины древней, более развитой цивилизации. Можно было восхищаться мастерством древних строителей, но пытаться постичь их мотивы было бесполезно. Люди Регентства просто жили на этих руинах, воспринимая их как данность.

Помещение было затоплено. По моим ощущения – примерно на две трети. Арочный свод ничем не украшен, словно бетонный ангар. Вокруг была темная вода. Запах был, но не такой сильный, какой следовало бы ожидать от стоячей воды. К тому же то и дело слышался тихий плеск. Похоже, тут есть течение. Вдоль стены были проложены деревянный мостки, по которым мы и двинулись вперед. Сперат шел впереди, разгоняя пламенем факела крыс. Гвена притихла и шла сзади молча. Я держал в руках меч Хуго так, чтобы сразу пустить его в дело. Хотя, если подумать, именно подземелья в этом мире до сих пор были для меня самым безопасным местом.

Мы добрались до пролома в стене. Сперат забрался туда, потом подал мне руку. Я помог влезть Гвене. За проломом обнаружился характерный лаз, похожий на тот, через который я сбежал от Гонората и его псов. Только этот был еще уже. Зато заметно чище – им явно часто пользовались.

– Что это такое?! – напряженно пискнула Гвена позади – пробираться мы могли только один за одним.

– Потерянный Пивной Путь, – отозвался Сперат. – Так его называют студенты. Деканы постоянно лютуют. То запрещают пиво в Универе, то заставляют всех сидеть неделями в аудиториях и переписывать всякую нудятину. Вообще это большой секрет. Не каждый студент даже со старших курсов знает про Потерянный Пивной Путь. Говорят, его сделал легендарный Первый Студент. Он всегда знал все ответы, хотя никогда не учился. А только пил и веселился. А остальные студенты смотрели на него и тоже начинали пить и веселиться. И тогда деканы придумали Изоляторы, чтобы он и его друзья больше не могли пить и веселиться. Тогда Первый студент нашел способ выбраться и сделал этот ход. И каждый раз, когда деканы его запирали в Изолятор, он ночью пробирался в город, чтобы…

– Пить и веселиться, – закончила Гвена. И капризно добавила. – Это же бред какой-то! Ты нас за дураков держишь?

– Да ну тебя… – огрызнулся Сперат и добавил местный аналог мата. Примитивный, в основном про половый акты с животными. Без души они тут ругаются, невыразительно. Гвена ответила в той же манере. Ладно, насчет "невыразительно" я поторопился.

– Тихо! – гаркнул я командным голосом. – А ну ка без оскорблений! Потом подеретесь. Когда я разрешу. А сейчас буду по морде бить за оскорбления членов команды!

– Членов, – сдавленно хихикнула Гвена, но больше ничего не сказала.

К счастью, тоннель оказался небольшим – от передвижения на полусогнутых я начал уже уставать. Мы выбрались к уже знакомому мне коридору. Не тому же самому, но похожему – каменная колея посередине, квадратное сечение, большие и плотно пригнанные каменные блоки. Вылезли мы через дыру под потолком. Можно было пройти мимо и не заметить.

Сперат отряхнулся и уверенно отправился в одну из сторон. Идти было скучно. А Сперат не выносил скуку и тишину. И он любил свой голос. Поэтому уже шагов через двадцать он заговорил умным тоном:

– Караэн стоит на месте большого города. Который даже был столицей Древней Империи. Какое-то время. Поэтому земля тут источена ходами и помещениями…

– А для чего они? Ходы ладно, а зачем там такой большой подземный зал? Который затоплен? – спросила Гвена. Даже немного прибавила шаг, чтобы приблизиться к Сперату. Я увидел, как она с живым любопытством вертит по сторонам головкой.

– Храм наверно. Я не знаю, – пожал плечами Сперат.

– О, – проворковала Гвена и осторожно коснулась плеча Сперата. – Только по настоящему сильный мужчина может признаться в бессилии. И только умный, в незнании.

Сперат оглянулся на Гвену и замедлил шаг. По его лицу начала расплываться глупая улыбка.

– Потом, потом, все потом, – подтолкнул я обоих в спину. – Мне больше интересно, почему тут сверху ничего нету. В смысле, нет зданий оставшихся от Империи выше уровня земли.

– Есть. Даже я знаю. Великий Фонтан, – игриво обернулась ко мне Гвена.

Да. Знаменитый источник чистой воды Караэна. По слухам вода из него обладает лечебными свойствами – Магн лично видел, как в соседние городки каждое утро отправляются водовозы с бочками на повозках, запряженных быками.

– Мало. Должны быть руины. А то и целые дворцы и кварталы. Как в Таэне, – ответил я.

– Я не была еще в Таэне, – вздохнула Гвена.

– Да разобрали всё, – ответил мне Сперат. – Вы, мой сеньор, в домах простых людей редко бываете. А у бедного ткача, может случиться что дом только снаружи из серого камня. Внутри полы из лазуритовой плитки и стены белым камнем выложены.

Я вспомнил семейную историю. Дед однажды купил у свинопасов каменное корыто для свиней. За шестьдесят сольдо. И продал это корыто тогдашнему Регенту за четыре сотни дукатов. Магну это рассказывали как анекдот, предполагалось, что самый большой дурак это Регент. Но вспоминая описание корыта, я заподозрил в нем нечто вроде ванны из розового мрамора. Или, даже, кварца. Магну была не знакома концепция ванны. Да, это мир после апокалипсиса.

– А что случилось с Империей? – вдруг спросил я. Не то, чтобы прям у Сперата с Гвеной, а скорее у себя. Просто задумался, а было тихо и я ляпнул вслух.

– Император покинул нас, – недоуменно озвуяил Сперат общепринятую версию. – Из-за того, что люди перестали его слушать и выполнять его приказы. И тогда повылазили всякие нелюди, нежить, а потом еще демоны испоганили лучшие земли, превратив их в Дикие…

– Да демонам вообще срать было. Это Архонты подняли восстание, убили Императора, а потом сотни лет грызлись между собой, призывая себе на помощь всяких тварей, – неожиданно горячо возразила Гвена.

– А за такие слова в Тараэне могут сжечь, – сказал Сперат. – И не только там. Мне то что, я студент, я в Универе и не такое слышал. Но вообще-то, скажи ты такое на площади, и я первый брошу в тебя гнилым персиком.

– Любишь по грязному? – тут же ответила Гвена.

Сперат резко остановился.

– Тут нечего стесняться. Хочешь, я… – тут же прижалась к нему Гвена. Сперат недовольно стряхнул её с плеча, прямо как я совсем недавно, и сказал:

– Мой сеньор, достаньте меч. Кажется, впереди что-то есть. Что-то опасное.

Глава 22. Недружелюбный теннис

– Дайте мне кинжал, – жарко зашептала Гвена. И в этот раз, когда в её голосе промелькнула настоящая страсть, у неё получилось по настоящему сексуально. Я заинтересованно посмотрел на неё и машинально цапнул пустые ножны там, где висел мой кинжал. Гвена же в мою сторону даже не смотрела. Вот сейчас, когда я заинтересовался её заигрываниями, ей стало некогда. Женщины.

– Нет у меня кинжала! – немного злобно сказал я.

Впрочем, прозвучало не зло, а скорее нервно. В висках стучал быстрый пульс, руки слегка подергивались от переизбытка адреналина. Сунув слишком неудобный меч Хуго в руки Сперату, я выхватил Лозу. И двинулся вперед.

– Ну чо Юра, поищем где тут край? – прошептал я и почувствовал, что улыбаюсь.

– Что ты там бормочешь? – окликнула меня Гвена.

– Не ори, дура. Не видишь, сеньор кураж поймал? – тихо сказал ей Сперат. Судя по свету факела он отстал от меня шагов на десять. И шел за мной, держа эту дистанцию и подняв факел, чтобы я видел что впереди. Кураж? Да, похоже. Веселая, яркая злость буквально заполнила меня, как шампанское бутылку. И пузырьки беспричинной яростной радости щекотали мозг и заставляли волосы встать дыбом.

Я тоже “почуял” впереди опасность. Холодный, тяжелый, липкий ужас. Как в детстве, когда ты вглядываешься в темноту и чувствуешь, что в ней что-то есть. Но то, как реагировало на этот ужас тело Магна…

Впрочем, судя по тому, чему его учили, это было нормально. И это было наследственное. Первые мои драки как-то на задались – но по рассказам родственников, получать удовольствие от кровавой работы, среди аристократов, было скорее нормой. Кураж… Красивое емкое слово из Королевства Фрей. Да психопаты они все. Ну, теперь и я.

В круге света появилась пачка рукописных листов в кожаной обложке. Самодельная тетрадь.

– Это же методичка декана Старонота! Такое просто так не роняют, – послышался сзади голос Сперата.

– Он и не ронял. До самого конца, – ответил я. Прошел чуть дальше. И подождал Сперата. В проходе лежало тело. Когда Сперат подошел ближе, я грубо толкнул бедолагу носком сапога. Кстати, очень здравое решение. Хрен его знает, что там с ним. Может в варенье весь, начнешь руками пульс щупать и сам весь измажешься. А если толкнуть, то сразу понятно, труп или нет. При некоторой практике, легко отличить. А щупать пульс – это для тепличных мирков, вроде моего родного.