Текст книги "Корректор. Назад в СССР. Часть 2 (СИ)"

Автор книги: Влад Радин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

Мы дошли до остановки, дождались автобуса и поехали, каждый по своим делам. Я вылез возле автовокзала, чтобы затем проследовать к себе домой в Лучанск, а Алена поехала на занятия в институт.

Глава 7

Приехав домой и пользуясь тем,что мои родители были на работе я первым делом спрятал в тайниках деньги, золотые монеты и бриллианты. Денег всего я привез из Краснознаменска тридцать две тысячи рублей. Остальную наличность я рассчитывал перевезти в Лучанск в несколько приемов в самое ближайшее время.

Завершив свои дела по сокрытию честно награбленного, я решил посвятить оставшееся время чтению. Я подошел было к книжной полке, чтобы выбрать книгу по интереснее, как вдруг меня словно током ударило. Я застыл возле книжной полки с протянутой рукой потому, что вдруг вспомнил, что меньше чем через неделю в семье моего старинного (еще со школы) друга Олега Николаева случиться трагедия. Погибнет его младшая сестра Нина, которая сейчас учиться то ли в девятом, то ли в десятом классе давностью лет, я уже не помнил точно).

Нина погибнет нелепо и страшно. После уроков она будет в сопровождении подруг возвращаться домой и на перекрестке возле мебельного магазина ее собьет грузовик, за рулем которого находился пьяный в дымину шофер. Удар грузовика будет так силен, что девушка отлетит на большое расстояние и в довершение ко всем травмам полученным непосредственно при столкновении, при падении на землю ударится головой о бордюр. Собственно этот удар и станет смертельным, оборвавшим ее жизнь.

Я вспомнил что гибель Нины стала большим горем для моего друга, очень любившим свою младшую сестренку.

– Черт! Вот как я мог забыть это! И ведь почти забыл! Хороший же ты попаданец! Ну ладно хоть вспомнил почти в самый последний момент. Так, что мы имеем? Знаем место, раз. Знаем время, среда шестнадцатого февраля, приблизительно в четырнадцать часов. Это два. Следовательно, что надо делать? Надо дождаться где-то вблизи этого проклятого перекрестка появления Нины с подругами и постараться задержать ее на пару минут под любым предлогом. Пока машина с пьяным водилой не проедет мимо. И все. Нина останется живой и здоровой. Не такая уж сложная задача. Спасти от рук неизвестного убийцы несравненную Викторию Львовну Потоцкую было куда сложнее. Так, что думаю, что сумею решить эту задачу. Надо просто оказаться в нужное время и в нужном месте. И все!

Я сел на диван, подумал еще не много и в моей голове наметился предварительный план действий. Я хмыкнул довольный собой. Подумав еще немного я решил сходить на место будущего происшествия, чтобы осмотреться на месте.

Сказано, сделано. Я быстро оделся и направился к злополучному перекрестку, благо он находился сравнительно недалеко от моего дома.

Дойдя на место, я осмотрелся, увидел широкую тропинку по которой обычно шли после уроков школьники ( сама школа находилась совсем близко и была отлично видна мне), еще раз хмыкнул и решил для себе, что вот именно здесь. На этой тропинке, в среду, на следующей неделе я встречу сестру своего школьного друга и постараюсь задержать ее под каким ни будь благовидным предлогом, совсем не надолго, пока машина ведомая шофером– убийцей не промчится мимо. Действительно задача представлялась не сложной. Для ее решения мне требовалась ни самодельная дубинка из обрезка водопроводной трубы, ни кастет, ни какое другое вооружение.

Походив еще немного, возле тропинки и перекрестка я направился обратно к себе домой.

Назавтра я рано утром, выехал одним из первых автобусов в Краснознаменск. Сев на сиденье я привалился к окну и продремал всю дорогу, проснувшись лишь, когда ЛАЗ урча подъехал к зданию автовокзала. Заскочив в общежитие и забросив в свою комнату кое-какие привезенные из дома вещи я направил свои стопы в институт, куда успел прибыть к началу второй пары.

На большой перемене я вкратце рассказал Алене о своих успехах в деле сокрытия честно награбленного и одновременно упомянул о своем плане спасения младшей сестры своего одноклассника от гибели.

– Ой, а это не опасно?– взволнованно спросила меня Алена,– может быть мне с тобой поехать и помочь тебе?

– Да не опасно это нисколько,– успокоил я ее,-я же не собираюсь вытаскивать Нину из под колес грузовика или не дай Бог, нападать на водилу. Все значительно проще. Встречу ее на тропинке, заговорю, отвлеку внимание, а за это время грузовик и проедет. Дел-то. Ничего сложного. Так, что ты мне там вообще будешь без надобности. И кстати в субботу надо будет перевезти в Лучанск еще одну порцию денег. Так, что приготовь все как надо.

– Ой не знаю, как там получится в субботу. Понимаешь, мама хотела пригласить тебя в воскресение к нам на семейный обед. Если ты сможешь конечно.

– На обед говоришь? Да-а процесс изучения потенциального зятя набирает обороты. Ну, что же, обед конечно важнее. Думаю с деньгами за это время ничего не случится. Тем более считай половину я уже перевез.

– Я вам не помешаю?– спросила нас подошедшая Вика Потоцкая.

– О! Привет Вероника!– улыбнулся ей я,– сто лет тебя не видел! Ты говорят на Урал ездила? Ну и как он? Край металлургов и золотодобытчиков. Стоит? Как славный город Златоуст

– Стоит край металлургов и золотодобытчиков, стоит. И никуда он не денется,– ответила мне она.

– Слушай Вероника, я конечно все понимаю, но может быть ты все-таки подумаешь, подумаешь и на время уедешь в Златоуст? Злодей хотевший тебя убить целых два раза так ведь и не пойман. Ради своей безопасности тебе все -таки наверное пока лучше на время уехать из Краснознаменска. И тебе и нам и твоим родителям все спокойнее будет. Ну прояви ты благоразумие наконец!

Потоцкая сжав губы отрицательно замотала головой.

– Нет. Никуда я не поеду. Я не собираюсь бегать от этого придурка. А если его вообще не поймают? Что же мне так и придется до самой пенсии от него под корягой прятаться? Нет уж не выйдет. Пусть мой дорогой родитель приложит все свои усилия и поймает этого мерзавца!

– Зря ты так, – сказала Алена,– два раза тебе несказанно повезло и ты отделалась в общем всего лишь испугом. Но в третий раз все может сложиться иначе.

– А меня и в третий раз Витя спасет,– ответила ей Вика и улыбнувшись, -или вы вдвоем сразу. Правда Витя?

– Вот какая баба упрямая,– подумал я,– ее бы упрямство, да на благие цели употребить,– а вслух сказал:

– Не знаю Вероника, по моему ты идешь на совершенно не нужный риск. Это не кино в конце концов и не приключенческий роман. Тут всякое может случиться. А кстати как поживает твой жених славный лейтенант Дружинин?

Костя? А-а-а. Он после разговора с тобой меня почему-то за версту обходит. Я его видела как то раз, хотела подойти поздороваться, только он как припустил от меня бежать, только я его и видела. Какой-то странный он, честное слово.

– Он не странный, он просто безответно влюблен в тебя,– сказала Алена,– вон как он в защищал тебе от Вити! Ты присмотрись к нему повнимательнее Вероника! Может быть в его лице ты сможешь обрести верного рыцаря– защитника!

– Да, как же я присмотрюсь-то к нему, если он увидев меня, сразу куда-то убегает?– ответила на это Потоцкая,– по моему рыцари ведут себя как-то иначе. Более смело, что-ли. Да и вообще рыцарь в милицейской форме это как-то необычно. И кроме того рыцари сейчас в большом дефиците. Вот был один, да и того лучшая подруга увела. Правда Витя?

Я в ответ лишь как-то неопределенно пожал плечами, а затем сказал:

– Ладно подружки, кончай языки чесать. Вон пан Козлевич по коридору чешет. Так, что марш все на семинар!

На семинаре Козловский как на грех взял и спросил меня. Причем самым первым. Честно говоря тему разбираемую сейчас я знал весьма смутно, а подготовиться к занятию не успел в связи с тем, что все последнее время был загружен в основном делами весьма далеко отстоящими от моего учебного процесса.

Я мучительно пытался вспомнить обрывки знаний которые еще остались в моей голове и честное слово это было весьма нелегко, учитывая то обстоятельство, что за прошедшие с момента окончания исторического факультета, сорок лет, курс истории Средних веков был позабыт мною весьма основательно. Конечно я понимал, что мне надо как-то по интенсивнее взяться за учебу и я постоянно давал себе слово, что вот с завтрашнего дня я непременно засяду за учебники, буду дневать и ночевать в библиотеке, но наступал новый день и это обещание сразу же забывалось мною.

Я мекад и бекал, старательно морщил лоб, пытаясь ответить на дополнительные вопросы которые задавал мне Козловский и честно говоря мне самому было стыдно, за мой такой, можно сказать нелепый ответ.

Козловский слушая мой лепет, брезгливо морщил лицо и в конце концов не дослушав меня усадил меня на место заметив при этом ворчливым тоном:

– Так, Анохин, ставлю вам удовлетворительно и то только в качестве большого аванса. Беру вас на заметку. Учтите если вы будете готовится к практическим занятиям и дальше так же, как подготовились сегодня, то я обещаю вам очень большие проблемы при сдаче летней экзаменационной сессии. Вам все понятно?

– Все понятно. Такое больше не повторится. Даю честное слово!– ответил я,– и облегченно выдохнув, уселся на место.

– Хорошо. Поверю вам на слово. Так, а следующий вопрос практического занятия нам осветит, Потоцкая!

Слушая бойкий ответ Вероники, которая чесала буквально, как из пулемета, я думал, что необходимо как-то собраться и напрячься и наконец-то заняться как следует учебой, а то действительно летом у меня могли возникнуть большие проблемы, причем не только у Козловского. Надо было все таки хотя бы попытаться перестроить свои мозги.

После семинара Алена подошла ко мне и сморщив носик сказала недовольным тоном:

– Фу, Анохин, разве можно было так бездарно отвечать Козлевичу. Еще один такой ответ и он действительно может занести тебя в свой черный список! И у тебя в самом деле возникнут большие проблемы! Надо, что-то делать с этим! Хватит бить баклуши! Пора браться за учебу как следует!

– А давай Алена, я возьму над ним шефство!– предложила подошедшая Потоцкая,-буду самым тщательным образом проверять у него выполнение домашних заданий. Тетрадь специальную заведу, буду записывать в нее замечания, а потом тебе показывать. А ты в наказание будешь лишать его сладкого. По моему хорошее предложение. Соглашайся Анохин! Заодно поработаешь моим телохранителем. Кто знает быть можешь ты спасешь мою жизнь и в третий раз! Так и пробьешься в отличники. И кстати Ален, ты можешь не беспокоится насчет того,что я таким образом уведу у тебя твоего жениха. Вон какими влюбленными глазами он на тебя смотрит!

– Вам бы лучше принять участие в конкурсе язв. Кто кого пере язвит. Раньше я думал, что у Сомовой на этом поприще нет и не может быть конкурентов, но сейчас вижу, что крупно ошибался. Похоже Вероника Львовна моей невесте, кое в чем фору даст.

В ответ естественно раздались смешки и фырканье. Потом Алена сказала:

– А что? По моему очень хорошее предложение! Без сладкого Анохин точно долго не протянет. Уж это я знаю точно!

Мне ничего не оставалось как только махнуть рукой.

Когда мы стояли на остановке в ожидании автобуса, Алена обратилась ко мне:

– Витенька ты зайдешь сегодня ко мне?

– Вряд ли,-ответил ей я,– самая знаешь у нас завтра семинар по праву. А Ковальский уже давно на меня волком смотрит. Так, что сегодня свидание точно отменяется.

– Так в чем дело? Приходи будем готовиться к семинару вместе! Вместе всегда лучше.

– Это, что начало опеки и шефства над нерадивым студентом Виктором Анохиным?

– Да ладно тебе! Не слушай ты Вику! Вечно она всякую ерунду несет. А вообще классная у меня подружка? Вот нисколько на меня не обижается! Приходи. Я по тебе очень соскучилась!

– А твои родители против не будут?

– Ну это смотря зачем ты придешь. Если для совместной подготовки к занятиям, то точно не будут. Тебе необходимо срочно реабилитировать в их глазах. Особенно в глазах моей мамы. А совместная подготовка к семинару по праву отличный способ такой реабилитации. Так, что приходи. Заодно я тебя покормлю как следует. А то я знаю, чем вы там в общаге своей питаетесь. Одна сухомятка поди! А перекус и сухомятка это верный путь к гастриту и язве. Так говорит моя мама. А она врач. Ее надо слушать!

– Ладно приду. Ожидай. Только мне сначала в общагу заехать обязательно надо. Идет?

Глава 8

Первым кого я увидел войдя в свою комнату была Филатова, лежавшая на кровати Дениса и державшая в руках книгу. Сам Денис, равно как и Серега с Юриком отсутствовали.

– Привет Лидия,– поздоровался я с гостьей,– а где все? Где твой ненаглядный Денис?

– Где все я не знаю, а ненаглядный Денис, побежал в буфет и в магазин за продуктами. Видишь ли мы хотели с ним чаю попить и как обычно у вас из продуктов, только шаром покати. Вот, что вы за люди мужчины? Если за вами не следить как следует, то вы наверное с голода все перемрете.

– Люди, как люди,– ответил ей я,– и с голода пока умирать не собираемся, уж поверь мне. А если ты так беспокоишься о жизни и здоровье своего Дениса, то могла бы кое-что и из дома принести, а не гонять парня по такой погоде по магазинам.

В ответ Филатова лишь недовольно фыркнула. Я же не обращая на нее никакого внимания, подошел к своей тумбочке, сел перед ней на корточки и стал выкладывать из нее тетрадки и книги.

Филатова пристально смотрела на меня, а затем спросила:

– А куда это ты собираешься, дорогой Витя? Наверное учиться, учиться и учиться?

– Да, ты угадала. Именно учиться. Договорился с Аленой, пойду к ней домой. Будем вместе готовиться к завтрашнему семинару по праву. Право мне требуется срочно подтянуть!

– О! Узнаю отличников! Вместо того, чтобы заниматься куда более приятными для мужчины и женщинами делами, они будут готовится к семинару. Класс! Видимо отличники считают, что и дети у них будут рождаться, как плод этих их неустанных занятий.

Я поднялся с корточек и пристально посмотрел на Филатову.

– Слушай Лидия, чем занимаемся с Аленой, и в результате чего у нас с ней могут появится дети, тебя не касается ни в малейшей степени. Пудри мозги своему Денису. Усекла?

– Усекла, усекла. Не сердись. Хотя когда сердишься ты становишься ужасно милым. Повезло твоей Аленке. Она видимо и не догадывается какое сокровище ей досталось!

От болтовни Филатовой у меня начинало буквально сводить челюсти. Я чувствовал, что еще немного и чего доброго я потеряю контроль над собой и не смогу пожалуй, справится с возникшим у меня жгучим желанием, схватить ее за уши и пару раз, как следует, приложить головой об стену. Где то я начинал понимать того быдлана, который посредством ножа прервал многогрешную жизнь Лидии в номере гостиницы «Центральная». Пожалуй она полностью заслуживала такой своей участи. Одного не мог понять я сейчас. Как и каким образом сорок лет назад я сумел спутаться с этой мерзкой и порочной бабой. Да, что там спутаться! Я ведь всерьез хотел жениться на ней! Дважды ей предложение делал! Как хорошо, что Филатова оба раза отказала мне!

Поэтому я не стал вступать в дискуссию с Лидией по поводу моих с Аленой отношений и продолжил с сосредоточенным видом ковыряться в тумбочке.

Филатова помолчала, помолчала и убедившись, что я не расположен разговаривать с ней решила зайти с другого бока.

– Вот ты Виктор говоришь Денис. А, что Денис? Денис к сожалению еще очень глупый и наивный мальчик. Представляешь он на полном серьезе, кажется влюбился в меня! Еще чего доброго сделает мне предложение! А зачем он мне нужен? Я люблю мужчин самостоятельных, как говорят с твердым плечом. На которое можно было бы опереться в трудный момент. А Денис, он не такой. Я вообще не уверена, что он хоть когда ни будь станет таким. Так. Обычный маменькин сыночек. Не то, что ты. В тебе сразу виден настоящий мужик. За таким бы как ты, я бы и на край света пошла. Завидую твоей Алене! По настоящему завидую.

Я мог только усмехнуться про себя выслушивая все эти дифирамбы, которые сейчас произносила в мой адрес Лидия. В прошлой жизни я наслушался их достаточно и знал их, что называется наизусть. Как и знал то, что очень скоро эти речи сменятся совсем другими.

– Ну похоже твоими стараниями Денис уже перестал быть мальчиком,– ответил ей я,– или я ошибаюсь?

– А,– махнула рукой Филатова,– разве это главное в жизни? Таких Денисов пруд пруди. С ними не интересно. И положится на них ни в чем нельзя.

А что? Что для тебя важно? Взяла растлила невинного мальчика. Получила сильные эмоции и теперь он тебе оказался не нужным? Положиться видите ли на него нельзя! А то ты с самого начала не видела с кем связываешься! Теперь ты хочешь получить новые сильные эмоции, пытаясь влезть в мои с Аленой отношения. Ведь так? Чтобы если получиться увести меня от нее. Для этого ты и произносишь сейчас все эти свои прочувствованные речи о «твердом мужском плече» и прочем. Чтобы если у тебя выгорит это дельце через некоторое время начать петь уже совсем по другому. О том, что ты ошиблась во мне и, что мое плечо не такое твердое и прочее. И затем пуститься в поиски новой жертвы, нового олуха. Ты еще о любви мне, что -ни будь скажи! Такие как ты вообще любить неспособны. Органа у тебя такого нет. Поняла Филатова?

Лидия села на кровати, громко шмыгнула носом и произнесла дрожащим голосом:

– Возможно, что ты прав. Да я не могу любить. Но почему ты лишаешь меня единственного шанса, узнать, что такое настоящая любовь? Попробовать научиться ей!

Тут я уже не выдержал и громко расхохотался. Лидия с недоуменным видом продолжала смотреть на меня.

– Слушай, Филатова, хреновая из тебя актриса! Вот честное слово! В Щукинское училище тебя бы точно не приняли. Возможно все эти твои речи и действуют на мальчиков вроде Дениса, но у меня они, как видишь вызывают только смех. Так, что советую тебе тренироваться на ком– ни будь другом. На мне не советую. Результат все равно будет равен нулю.

Лидия гневно сверкнула глазами и видимо хотела сказать мне в ответ, что то резкое, но тут дверь в комнату распахнулась и в нее вбежал Денис, державший в своих руках какой то сверток. Оглядев нас он направился к своей кровати, сел возле Филатовой и за ворковал ей на ухо нежным голосом:

– Вот Лидочка, я купил эклеров к чаю. Такие какие ты как раз любишь. Правда долго в очереди стоять пришлось. Ты тут не соскучилась без меня?

– Уйди! Уйди от меня со своими эклерами! Я их ненавижу! Мне за фигурой следить надо! Ты хочешь, чтобы я стала такой же жирной, как и ты? Для этого ты приволок мне эти чертовы эклеры? Жри их сам!– и Филатова поднялась с кровати, пересекла комнату и громко хлопнув дверью вышла в коридор.

– Что это она? Что случилось то? Все же нормально было! Что это на нее нашло?– с недоумением и обидой в голосе спросил меня Денис.

Я покачал головой.

– Привыкай друг Денис. У женщин, вроде твоей Лидии, очень часто, без видимой причины может измениться настроение. Так, что привыкай.

– А у твоей Алены тоже так бывает?

– Моя Алена относится к несколько другой категории женщин.

– А к какой категории относится Лидия?

– Скоро узнаешь. Как только снимешь свои розовые очки.

– А я правда очень жирный?

– Нет, не правда. И вообще мой тебе совет. Поменьше обращай, что тебе говорят о твоей внешности женщины типа Филатовой, особенно когда они находятся в дурном расположении духа. Понял?

– Понял. Но, что же все таки произошло? Когда я уходил все же нормально было. Ничего не пойму,– продолжал растерянно бормотать Денис.

Алена открыла мне дверь, без слов схватила меня за воротник куртки и рывком втащила в прихожую.

– Ну -ка раздевайся мигом и марш в ко мне в комнату! И думай возражать мне Анохин!– сказала она и грозно притопнула ножкой.

Я недоуменно пожал плечами, снял куртку и шапку, подошел к зеркалу и полез в карман за расческой.

Через пару секунд я почувствовал как в мой свитер вцепилась рука. Послышался недовольный голос Сомовой.

– Я же сказала тебе, марш ко мне в комнату! А ты, что делаешь? Шевелюру свою приглаживаешь? Ты и мне такой сойдешь, – и Алена потащила меня за собой.

Когда я оказался в комнате Алены (заметив, что диван уже застелен свежим постельным бельем) то спросил ее:

– Что с тобой случилось Сомова? Что ты кидаешься на меня как разъяренная тигрица? Я, что -то ничего не пойму!

– Я сейчас объясню тебе, что случилось,– ответила мне она,-скоро предки с работы придут, а он понимаешь задает дурацкие вопросы. Давай раздевайся быстрее!

– Что -то я не пойму все-таки, что с тобой. Еще недавно ты обличала меня в эротомании, а сейчас сама кидаешься на меня, как голодный на колбасу!

– Прекрати свою демагогию Анохин! И раздевайся! Времени у нас всего ничего. Ну Витечка, что я могу поделать с собой, если постоянно хочу тебя!– жалобным тоном произнесла Алена и сбросила с себя халат одетый как выяснилось на голое тело.

После, когда мы уже угомонились и Алена спокойно лежала рядом, положив свою голову мне на грудь я сказал ей:

– Ишь ты! А я и не знал, что ты такая Марья-искусница. Надо же! Вчера еще была девочкой, а сегодня уже такое вытворяешь!

– Девочкой я была последний раз сорок лет назад. А тебе, что-то не понравилось?

– Нет, нет. Все понравилось! У тебя со мной наверное как в той песенке– «Кто у нас не первый тот у нас второй»?

– Фу, Анохин! Оказывается ты слушал эту пошлятину? Я все таки была лучшего мнения о тебе!

– Как же не услышишь, эту как ты говоришь пошлятину, если она одно время практически из каждого утюга доносилась!

Я обернулся и посмотрел в глаза, лежащей на моей груди Алены. И меня вдруг захлестнула прямо таки волна небывалой нежности к этой юной и прекрасной женщине. Я обхватил ладонями ее лицо и начал покрывать его поцелуями.

– Аленка, милая, как же я люблю тебя!

– И я очень люблю тебя Витенька! – тихим голосом ответила мне она,– Очень, очень люблю. Ты даже не представляешь как!

– Дураки мы были тогда, сорок лет назад.

– Дураки. Согласна. А на главного дурака не будем указывать пальцем.

Мы полежали еще немного и Алена начала резво собираться.

– Так. Сейчас я должна накормить своего голодного мужчину. Ты ведь голоден Анохин? Ничего не говори мне. Я сама знаю, что после хорошего секса мужчины бывают очень голодны. А я сегодня постаралась на славу. Так, что собирайся и прямым ходом на кухню. И прибери здесь все! Учти к приходу моих предков с работы, никаких следов нашей бурной оргии остаться не должно! Мы должны будем сидеть и грызть монолит советского права. Понял эротоман несчастный? Я пошла!

– Одень хоть, что – ни будь под халат, а то опять пуговицы забудешь застегнуть и выйдет как в тот раз. Зачем лишний раз травмировать твоих родителей!– ленивым голосом подколол я ее.

Алена в ответ рассмеялась и махнула рукой.

Позже уже сидя за столом на кухне я рассказал ей о состоявшемся у меня сегодня разговоре с Филатовой.

– Ты все -таки думаешь, что она как и мы попаданка?– озабоченным тоном спросила меня Алена.

– Не знаю. Но думаю, что все – таки нет. Просто она что-то чувствует. А может правда к гадалке ходила. И та ей действительно, что-то там наворожила. Черт его знает. Но думаю, что после сегодняшнего разговора она наконец -то от меня отстанет окончательно. Вот только Дениса жалко. Лучше бы ему действительно, было завалить экзамен у Мышкиной и вылететь из нашей богадельни, чем попасть в лапы этой порочной стерве. Да, не повезло парню! Первая любовь и к кому. Такие Лидочки способны на раз, два, из нормального парня сделать серийного убийцу.

– Да Дениса. Действительно очень жалко. Очень милый мальчик. Не повезло ему конечно. Но, что делать? Ты же не можешь вставить ему свои мозги. Ничего страшного. Не он один такой. Глядишь пострадает, пострадает и извлечет из этого пользу для себя. А насчет гадалки… Знаешь в девяностые я познакомилась с одной. Я скажу тебе это действительно была очень серьезная женщина. И она безусловно, что-то умела и знала. Думаю даже очень многое.

– Сомова ты ходила по гадалкам? Вот чего, чего, а этого я совсем не ожидал от тебя!

– В девяностые у меня, милый Витя, бывали такие обстоятельства, что я готова была, черту свечки ставить, а не только к гадалке пойти. Но эта была не особенно известна в широком кругу. Она не относилась к многочисленным потомственным ведьмам о которых ты можешь узнать из объявлений в любой желтой газетенке. Принимала клиентов очень не охотно и только по личной рекомендации. Да иному и рекомендации не помогали. Любовь Ильинична могла посмотреть на человека один только раз и сразу же отказывалась говорить с ним. Деньги кстати за сеансы гадания брала чисто символические. Гадала на обычных игральных картах, но у меня сложилось впечатление, что они ей нужны были только так, для антуража. А человека пришедшего к ней она просто читала как открытую книгу. Я была у нее всего два раза. Она не только гадала, но и давала такие не навязчивые советы. И знаешь они очень помогли мне, выпутаться из той трудной ситуации в которой я тогда оказалась.

– А где эта гадалка жила?

– В Петровской засеке. Почти на самой окраине. Улица Трудовая кажется. Причем жила в простом домике, безо всяких удобств, с печным отоплением. Жила одна. Лет ей было где-то под семьдесят.

– Ну если она жила там тогда, то наверное живет там и сейчас. А ты сможешь найти ее дом

– Не знаю. Я в том районе наверное уже сто лет не была. Глушь. А тебе то зачем?

– Да черт его знает. Что -то не нравится мне все это. Филатова эта. Судя по всему если она к кому то и ходила, то скорее всего к этой самой Любви Ильиничне. Вряд ли в славном городе Краснознаменске есть вторая такая ворожея. Может правда попробовать отыскать ее да порасспросить?

– Давай мы не будем делать резких движений. А насчет визита к гадалке я подумаю. Может быть и вспомню точно где она проживает. Хорошо?

Мы закончили трапезу и Сомова погнала меня обратно в свою комнату готовится к семинару. Она ехидно заметила, что хороший секс и хорошая еда должны не обыкновенно обострить мои умственные способности и поэтому она ждет от меня необычайных интеллектуальных подвигов на ниве постижения премудростей советского права.

Когда наконец пришли родители Алены мы сидели в ее комнате предаваясь с увлечением процессу подготовки к грядущему семинару. Первой пришла с работы Елена Михайловна. Она постучала в дверь и заглянула к нам в комнату.

– А,что это вы тут делаете?– спросила она.

– Мы, мамочка готовимся к семинару по праву. Он у нас завтра. Витю срочно надо подтянуть по праву. А то Ковальский уже начал на него сердится,– ответила ей Алена.

– Ну вы хотя бы поели, что – ни будь? Или занимаетесь так, на голодный желудок?

– Конечно поели мамочка! Я поела сама и покормила Витю. А то он в своей общаге вечно полуголодный ходит.

Елена Михайловна улыбнулась и закрыла дверь.

Мы занимались, занимались, грызли и грызли гранит советского права и в конце концов догрызли его. Я откинулся на спинку стула и с наслаждением до хруста в суставах потянулся.

– Фу. Устал сидеть. А ты Сомова молодец! С тобой заниматься одно удовольствие! Во– первых, ты классный педагог, а во– вторых, знатный правовед. Ты часом юристом не работала?

– Я Витя работала бизнесвумен. И знание наших отечественных законов сколь бы они не совершенны были, и сколь бы несовершенно было их применение и исполнение, было мне жизненно необходимо. А насчет моих педагогических способностей, то это не единственный мой талант. Придет время и ты быть может познакомишься и с другими.

– Ну один твой талант я уже точно постиг. И знаешь он мне очень нравится!

– Это какой?

– К сексу. А какой же еще? Сегодня я имел счастье убедится в наличии у тебя этого таланта.

– Фи. Кто о чем, а Анохин о сексе. Тебе не стыдно быть таким озабоченным?

– Ага. Чья бы корова мычала. Кто сегодня набросился на меня прямо в прихожей? А? Немедленно отвечай эротоманка несчастная!

Я посмотрел в окно за которым было уже темным темно. Затем на часы и присвистнул.

– Ого-го времени то сколько! Слушай Ален, пожалуй мне в общагу бежать уже пора.

– Сиди здесь. Не надо тебе никуда бежать. Во– первых, я не собираюсь отпускать тебя без ужина. А во– вторых, сегодня можешь остаться ночевать у меня. Я вот тебе и зубную щетку купила. И Алена положила на стол новую зубную щетку.

– Ого! Дело дошло уже до зубной щетки! Здорово! А ночевать я буду в соседней комнате, на диване?

– Вот еще! Ночевать ты будешь здесь. В этой постели, вместе со мной.

– А как же твои предки? Они не будут против?

– Не будут. Папе в общем то все равно. Он давно считает меня совершенно взрослой. И потом ты ему очень нравишься. А с мамой я имела беседу на днях, в результате которой она разрешила мне, иногда оставлять тебя ночевать со мной в одной постели. Главное, чтобы это не мешало учебному процессу, ну и, чтобы неукоснительно соблюдались правила контрацепции.

– Даже так?

– Да. Даже так. Кстати ты тоже нравишься моей маме. Она считает тебя очень надежным молодым человеком. И поэтому она благословила меня на добрачный секс. Понял какое оказано тебе доверие? Только посмей не оправдать его! И еще мама была очень удивлена моими познаниями в сфере контрацепции. Она даже выглядела совершенно смущенной и в конце разговора добавила, что мол умного учить только портить. Ладно Анохин, хорош трепаться! Я иду на кухню помогать маме готовить ужин. А ты сиди и повторяй пройденное. Завтра у Ковальского сам, добровольно вызовешься отвечать. И смотри будет тебе Содом с Гоморрой, если ты не получишь пятерку. Ну, что ты лыбишься? Я же ни разу не шучу!

Алена стукнула меня по макушке тетрадью с конспектами к семинару и поднявшись со стула, вышла из комнаты.