Текст книги "Джакс (ЛП)"
Автор книги: Вивиен Лакс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)
Девушки. Везде. И я их не знаю. Но, очевидно, что они знают Джакса.
Я видела красноту от злости.
– Могу я принести тебя что-нибудь выпить, Джакси? – одна из них просюсюкала. Сейчас гребаные десять утра, и ему ещё не было двадцати одного года, но смотря на неё, её главным приоритетом является споить Джакса.
Она улыбнулся ей.
– Я люблю Джека с Колой.
– Ты любишь? – крикнула я из холла. Я хотела, чтобы это прозвучало саркастично, но получилось больше, как невменяемый визг. Каждый в комнате обернулся и посмотрел на меня. Я могла увидеть себя в отражении зеркальной стенки в прихожей. Покрасневшее от злости лицо, а волосы запутались в крысиное гнездо, окружающее мою голову. Я выглядела как сумасшедшая. Одна из девушек нервно захихикала.
– Эй, Бит, – обыденно произнес Джакс. – Выглядишь, будто у тебя выдалась тяжёлая ночка.
Девушки засмеялись громче. Я проигнорировала их.
– Ты любишь с Джека с Колой. Случаем не так же, как ты любишь меня?
– О чем, чёрт подери, ты говоришь?
– Интервью? – мой голос поднялся до стратосферы. – Никого особенного?
Головы всех девушек повернулись, чтобы посмотреть на него.
Его руки, лежащие на коленях, пока он наклонился и слушал, он завел за голову. Он небрежно скрестил пальцы и смотрел на меня с самодовольной ухмылочкой, отчего моя кровь бурлила сильнее.
– Бит, почему бы тебе не сходить в душ, принарядится и вернуться? И прихвати с собой чашечку кофе. Это не имеет никакого смысла.
Я медленно покачала головой. Между моих ног всё ещё была боль с прошлой ночи, когда я потеряла… когда он забрал…
– Ты не имел в виду ни единого слова, – прошептала я.
Его дерзкая улыбка дрогнула, и он быстро осмотрел наших зрителей.
– Ты заблуждаешься.
– Ты наглый засранец, – ответила.
Он откинулся и кивнул.
– Так точно, детка.
Чувствовать боль от просмотра интервью, когда он публично отверг меня – это одно. Но стоят здесь, пока он позировал и выпендривался перед всей женской аудиторией, оживляя свои жалкие рок-фантазии тем утром когда, он сказал что любил меня…
Вот чего я никогда не смогу простить. Независимо от того, как его желало моё тело, всегда присутствовала неоспоримая истина: он был наглым ублюдком, и он в очередной раз разобьёт моё сердце, если я впущу его в свою жизнь.
Ну, конечно была небольшая проблемка, потому что сейчас он застрял в моей жизни навсегда.
Я подошла к прилавку.
– Привет, я… – мой голос дрогнул и я прижала пальцы к сияющему белому дереву. Платиновая блондинка за прилавком подняла бровь. – Извините, что просто пытаюсь сказать слова погромче. Я впервые говорю их незнакомцу. Можно, я начну сначала, окей? – я сглотнула. – Вы должны были сделать подборку платьев для меня на свадьбу на этой неделе? Я Лилиана Несбит. Будущая падчерица Энни Блу? – я прочистила горло. – Будущая сводная сестра Джаксона Блу?
Глава 30.
Джакс.
– Помедленнее, Джакс! – Бэш весь вспотел.
– Я и так медленно, – притормозил я и переместил дерево на другое плечо. Это был последний кусок из грузовика. – Осторожнее, здесь грязь.
– Где здесь? – Бэш наступил прямо туда, куда я указывал. – О, да ну нахер! – закричал он, когда его ноги подкосились.
Ругательство его не спасло. Тяжелый кусок дерева упал на землю и покатился к обрыву.
– Схвати его! – крикнул я Диггсу, который кивнул и начал бежать. Бэш погнался за ним, и я решил последовать их примеру, когда чей-то визгливый голос раздался с другого конца газона.
– Джаксон, какого черта ты делаешь?
Я тяжело вздохнул и обернулся. Мама махала снизу лужайки.
– Я таскаю дерево, мам. А на что это похоже?
– Похоже, что ты выебываешься, – насупилась она.
Мило. Она уже была пьяна, хотя ещё даже не полдень.
– Да, я выебываюсь, мам. Как скажешь.
Она быстро кивнула, когда я подтвердил её подозрения.
– Вместо того, чтобы стоять там и ковыряться пальцем в заднице, мне нужно чтобы ты сделал кое-что для меня.
Я протёр лицо своей футболкой. Сегодня было офигенно жарко, и я был слишком уставшим для её дерьма.
– Да, мам. Что тебе нужно? – ребята там уже заколачивают беседку достаточно быстро, после долгих и совместных лет работы. Я глянул на них с тоской.
– Мне нужно, чтобы ты забрал платье тети Фионы из магазина и передал его Сальваторе.
Я уставился на неё. Она не могла передать ещё меньше смысла, если бы даже внезапно заговорила на-русском.
– Серьёзно, Энни? У тебя есть четыре персональных ассистента. Почему ты хочешь, чтобы именно я забрал платье Фифи?
И тогда я заметил. Дикий взгляд моей мамы, который пугал мужиков и поменьше. Не зря Наилс возился у алтаря. Его большая, грузная, бородатая и напускная бравада не ровня моей матери в её режиме Невестозавра.
– Потому что я прошу своего сына, который любит меня и благодарен за всё, что я сделала для него, помочь мне, – произнесла она невнятно.
Я снова вытер лицо.
– Господи, мам, можно чуть меньше лести? – я вздохнул. Мне не спастись от этого. – Я заберу идиотское платье. Только дай мне сначала в душ сходить.
Она отвернулась с удовлетворенной улыбкой, убедившись, что снова всё пойдет по её плану. И теперь мне надо отправиться в магазин платьев. Чудесно.
*****
Если я не узнал это место сразу, то они определенно точно узнали меня.
– Могу я вам помочь найти что-нибудь, мистер Блу? – высокая, стройная блондиночка стояла за прилавком, хлопая ресницами. – Что-нибудь для своей девушки… возможно?
– У меня нет девушки, – отрезал я слишком поспешно. Я покачал головой, пытаясь выкинуть картинку Бит, которая въелась прямо перед моим мысленным взором.
Губки снежной королевы соблазнительно изогнулись, и на секунду я увидела волчий голод в её глазах, прежде чем она отреагировала на флирт.
– Это хорошо, – проворковала она, облизывая свои вишнево-красные губы.
Я остановил её сразу.
– Я здесь забрать заказ.
И тогда я мысленно ударил себя по голове. Продавщица… явно фанатка… это был бы самый легкий перепихон на свете.
Но мне насрать на неё, или её флирт. Я просто был ошарашен её попыткой.
Её ухоженные брови сошлись на переносице.
– На чье имя? – спросила она: все тепло ушло из ее тона.
Мне было интересно, если бы она была из того типа сплетниц, кто продает неподтвержденные слухи таблоидам. И тогда я понял, что мне реально плевать на неё.
– Моей мамы, – сказал я, копаясь в телефоне.
– Сейчас принесу, – снежная королева обернулась и направилась в заднюю комнату. Она серьезно виляла своей задницей передо мной? Почему это было так забавно?
Я обернулся и пробежался рукой по стеллажам. Магазин был мягко освященным встроенными лампами. Дубовые светильники были присоединены к разбросанной мебели, которая, казалось бы, принадлежала комиссионке, но я был уверен, что всё это куплено за тысячи долларов.
Другими словами, это было женским раем.
Мои неприкаянные метания привели меня к задней части магазина. Впервые с прошлой недели, в моем мозгу было приятно пусто. После тяжелой физической работы в перетаскивании пиломатериалов, чувство легкости и удовлетворения. Не клубящейся неразберихи и постоянного сексуального неудовлетворения. Я ощущал небольшой душевный покой.
Весь покой улетучился в ту секунду, когда раздевалка открылась и оттуда вышла Бит.
Она замерла, прижав руки к платью, которое было слишком большим для её крошечного тела. У меня во рту пересохло. Она выглядела… чертовски аппетитно: босиком и с волосами, спутанными в беспорядке. Я упивался ею как бокалом мягкого Скотча, начиная с её лакированных ногтей на ногах и заканчивая её темным, разозленным лицом.
Вот. Дерьмо.
– Ты следишь за мной теперь? – фыркнула она, натягивая это дурацкое платье выше своей груди.
– Серьёзно? – я старался не смеяться, но уже поздно. – Боже, расслабься.
– Ну, тогда какого черта ты здесь делаешь? – она разговаривала довольно громко.
– Я здесь по той же причине, что и ты – достать платье, – и сейчас, потому что я привык постоянно её бесить, я схватил обтягивающее красное платье со стойки и прижал к груди. – Что, думаешь цвет не мой?
Её рот только что дёрнулся? Да, но она ни за что не признает, что я заставил её улыбаться.
– Ты ничего не знаешь о выборе платьев, – протестовала она.
– Я знаю достаточно, чтобы сказать, что это платье просто отвратительно на тебе.
– Что?! – Боже, она такая шумная. Если снежная королева не позвонила таблоидам раньше, я чертовски уверен, что она уже набирает их номер. Бит выглядела, словно собирается убить меня, ну, или взорваться при попытке.
– Ты можешь заткнуться? – огрызнулся я, толкая её в примерочную и закрывая за нами дверь. – Ты устраиваешь сцену.
Она стояла, пыхтела и дёргала платье, словно это был спасательный круг. Комната была больше, чем я ожидал, со стулом в викторианском стиле, стоящим в углу, на котором было кучу платьев. Зеркала с трёх сторон отражали яростное лицо Бит, с опущенными глазами и мое недоуменное выражение лица.
– Что с тобой, чёрт подери, не так? – прошипел я.
Она фыркнула в ответ.
– Почему ты такой злой?
В её глазах стояли слезы, и мои кулаки сжались от того, что я вижу ее боль, даже если причиной этой боли являюсь я.
– Проклятье, Бит, – крикнул я. – Нам надо разобраться с этим дерьмом.
– Здесь?
– Да. Здесь, – я встал перед дверью, перекрывая ей путь. Она пыталась нырнуть под мою руку, но я поймал её и сжал так мягко, насколько это возможно. Её безмолвная борьба стихла через секунду. – Спасибо, – прошептал я, остро ощущая едва ли удерживающееся на ней платье. Всё, что мне нужно это слегка толкнуть ее плечо на дюйм левее…
– Ты такой мудак, – заскулила она.
– Почему у меня такое ощущение, что ты говоришь о прошлом годе? – выдохнул я ей в шею.
– Это неважно.
– Да. Важно, – я положил руки на ее талию, стаскивая собравшуюся там ткань. – Сними эту хрень с себя. Оно выглядит на тебе как простыня.
Она открыла глаза, и в них вспыхнул тот самый огонек, который я так сильно любил.
– У вас какие-либо пожелания, Джаксон Диор?
Я оглядел комнату.
– Вот это, – я указал на крошечное ажурное голубое платье. Оно было простым, почти незамысловатым, единственным украшением кроме изящного кружева была обычная лента, скрещивающаяся вверх по спине. Ничего демонстративного. Ничего ошеломительного или невероятного: естественная красота.
– Закрой глаза.
– Ни за что.
– Тогда хотя бы отвернись?
– О, так ты хочешь, чтобы я притворился, что не видел всего этого?
– Да, – яростно прошипела она.
Я повернулся спиной.
– И не говори потом что я не джентльмен.
– Ты не джентльмен, – прошептала она, я мог слышать шуршание ткани по её коже, и я старался изо всех сил не обернуться и не наблюдать за этим. Представляя, как голубоватый шёлк стекает по её обнаженной спине, было трудно сфокусироваться на нашем споре.
– Вот, так лучше?
Когда я обёрнулся, моя челюсть отвисла.
– Чёрт, да, намного лучше.
Глава 31.
Лилиана.
Все обещания, которые я дала себе, вылетели в окно в ту же секунду, когда я увидела его. Пятнадцать минут назад я зализывала рана, вспоминая в ярчайших деталях, как он разбил мне сердце. И затем он появился из ниоткуда. И я пыталась удержать эту обиду, но она улетучилась, как только он прикоснулся ко мне.
– Вот это платье, – голос Джакса сдержанный и хриплый. Не разрывая зрительного контакта, он скользнул рукой под юбку и сознательно положил ее на бедро.
И стал ждать.
Он ожидал, что я прикажу ему остановиться. Скажу ему убираться. Он ожидал, что я закричу, и буду вести себя как гарпия, в которую потихоньку превращаюсь. Джаксон оценивал, восприму ли я это действие нормально.
И это было нормально.
И даже больше чем просто нормально. Напряжение, скопившееся во мне в тот момент, когда он прикоснулся ко мне… Мне было намного, намного больше чем просто нормально.
Неожиданно я резко вдохнула, втягивая его запах.
Это неповторимое тепло было настолько насыщенным, что я буквально могла ощутить его на языке.
Будто копируя меня, Джакс втянул воздух, сдвинул ладонь с моего бедра и схватил за задницу. Когда я не отстранилась, он прижал меня к себе, его бедра напротив моих.
Я оказалась лицом к его ключице, наблюдая, как его грудь вздымается и опадает в коротких, контролируемых вздохах. Пульс на его шее бился слегка ускоренно, как и мой собственный. Казалось, что сердце билось в ушах.
Он пропутешествовал руками от моей задницы вверх к талии, обхватывая ее, прижимаясь ко мне всем телом. Я закрыла глаза.
– О чем ты думаешь? – прошептал он.
– Не знаю, – ответила я. Джакс небрежно провел пальцем по моему соску, отчего он немедленно затвердел. Ненависть и отвращение вспыхнули внутри меня, только чтобы вылиться в поток похоти. – Я пытаюсь выяснить.
Он скользнул руками вверх, пока не заключил в обе ладони мое лицо. И наклонил мою голову к своей.
– И это поможет? – прошептал он.
Мое тело знало. Будь проклято это предательское тело. Оно точно знало, как ощущаются поцелуи Джаксона, и страстное желание, которое он разжигает никогда не исчезает. Оно просто дремало до сих пор. Момент, когда его губы соединились с моими, просто разрушил все шансы, чтобы дожить до конца этого визита без каких-либо проблем.
Последние остатки разума и рациональных мышлений пытались пробиться наружу.
– Джакс, ты будешь моим братом, – я наполовину простонала, наполовину проворчала. – Мы не можем сделать этого.
– А как насчет этого. Могу ли я сделать это? – он скользнул рукой вниз, обхватывая пальцам бедра, резко раздвигая мои ноги.
– Ты не должен, – прохныкала я.
– Но это не «нет».
Джакс скользнул пальцем внутрь меня.
– Да, – простонала я.
– Святой Боже, Лили, ты уже мокрая, – он вытащил палец, и я застонала, выгибаясь напротив него протестующе. Он поместил мокрый палец в рот и молча сосал несколько секунд. – Блять, теперь я и вправду голоден, – произнес он, облизывая пальцы дочиста. – Ты прятала от меня эту сладкую киску несколько дней, и я нагулял аппетит.
Он потянулся и с диким рывком сорвал с меня трусики. Когда он опустился на колени и прижал меня спиной к стене, я поймала уголком глаза свое отражение в зеркале, и едва ли узнала женщину, которую увидела. Я выглядела одичало, с рваным дыханием и абсолютно вышедшая из-под контроля. Его бицепсы напряглись, когда он схватил мои ягодицы и поместил обе ноги на свои плечи.
Я отвела взгляд, пораженная своим отражением, но потом посмотрела снова, желая большего.
– Я мог бы делать это вечно, – промурлыкал он, зарываясь своей голубоволосой головой между моих бедер. – Мог бы жить только ради этой киски.
С его слов было трудно поверить, что это все бессмысленно.
– Прекрати разговаривать, – прошипела я, прижимаясь к его лицу.
Он замер.
Плотный бутон, что расцвел в моей груди, исчез, когда Джакс отстранился и вытер рот. Он выпрямился и скрестил руки, качая головой.
– Святое дерьмо. Я только что понял, – он покачал головой, слегка касаясь своей рукой мою вздымающуюся грудь. – Ты просто хотела, чтобы я тебя удовлетворил. И это все. Ты просто хотела тереться об меня, словно я твой шестифутовый вибратор.
– Это просто…, – вздохнула я. – Это не должно ничего значить.
Я словно видела обвал в замедленной съемке. Его лицо скривилось, словно я ударила его, и его широкие плечи опали. Мое сердце екнуло, и я начала что-то лепетать:
– Мы же просто веселились, вот и все. Просто секс, да называй, как хочешь. Вот и все, Джаксон. Это все не реально.
– Вот только не надо, Лил. Я не играюсь. Это реально для меня.
Я замерла.
Он кивнул.
– Ага. Скажи мне, что это что-то значит для тебя. Потому что я зашел за грань обычного траха. Черт, да я уже давно за гранью этого. Если ты думаешь, что это ничего не значит…
Джакс согнулся почти вдвое на мгновение и затем снова выпрямился.
– Пока, Лили.
Глава 32.
Джакс.
Это была самая трудная вещь в моей жизни, которую я когда-либо делал.
Каждый шаг был словно вечность, пока я медленно шагал к двери.
– Мистер Блу? Ваше платье! – крикнула девушка за стойкой.
Я повернулся как в тумане и молча взял пакет с одеждой. Когда я перекидывал его через плечо, я мог заметить Бит краем глаза. Она стояла в проеме примерочной, ее губы бесшумно двигаются. Она раскачивалась вперед и назад на своих босых ступнях, будто пыталась подойти ко мне, но внезапно приросла к месту.
Просто скажи что-нибудь, мысленно просил я ее. Что угодно. Накричи на меня, если хочешь. Только не дай мне выйти отсюда.
– Джакс…
Она реально сказала это или мне только померещилось где-то в голове? Я в последний раз посмотрел на Лил и взялся за дверную ручку. Ее собственная рука взметнулась вверх… но затем опустила обратно.
Тогда ладно. Все кончено.
Я ехал домой в тишине, абсолютно бездумно. Когда я прошел сквозь входные двери, бросил пакет с платьем на пол, затем развернулся и пошел вверх по лестнице.
Теперь моя очередь прятаться за закрытой дверью.
Мой телефон провибрировал один, два, три раза. Но я не посмотрел. У меня репетиция сегодня, время в студии на завтра. Но оба этих действия будут значить, что мне придется оставить свою святая святых.
Был ли я киской, избегая ее? Определенно. Но, по крайней мере, я был осознающей киской. Я знал что видеть ее, даже мимоходом, было бы большущим риском для своего рассудка.
Затем я начал писать.
Тот альбом, над которым я застрял из-за того, что слова просто отказывались, мать их, складываться в песню, сейчас вдруг стал реальным. Через три дня, после того, как Лили признала, что использовала меня, я вышел из комнаты с целыми четырнадцатью песнями в демо-записи.
И это было золотом. Я был уверенней в этом больше, чем в чем-либо еще в моей жизни. Я поднял телефон и, откинув массу оповещений, стал звонить.
– Ну, привет тебе, блудный клиент, – ого, Бев не звучала разозленной. Или я просто убеждал себя в этом, чтобы чувствовать себя лучше.
– Эй, красотка, скучала по мне?
– Не особо, но вот студия, конечно, скучала. Бронь стоит очень много денег, Джакс.
Я тяжело вздохнул и мельком заметил себя в огромном зеркале перед кроватью. Когда я решил повесить его здесь, это было специальная просьба, чтобы я мог видеть себя, когда трахаюсь… когда это, конечно, случалось. Это и вправду не имело значения, пока я мог видеть себя. Но то, что я видел сейчас, заставило меня внутренне содрогнуться.
– Да, Бев, слушай. У меня тут случилось кое-какое дерьмо, и я должен был позвонить. Но у меня есть хорошие новости.
– Скажи мне, что это законченный альбом.
Я усмехнулся.
– Это законченный альбом.
– Тебе бы лучше не шутить надо мной, Блу.
– Конечно, нет. Мне нужна студия и парни, завтра – постой, нет. Дерьмо, в этот день моя мать выходит замуж… Как насчет понедельника? Могут ли они втиснуть меня в понедельник. Пожалуйста?
Бев молчала так долго, что я подумал, что сбросил звонок. Я отвел телефон от уха и проверил, и она уже говорила, когда я снова прислонил телефон.
– … впервые в жизни слышу, чтобы ты говорил «пожалуйста», Джаксон.
– Да, ну, не привыкай к этому.
Она рассмеялась.
– Окей. Я подергаю за ниточки, поглажу по шерстке кого надо и все такое прочее. Будет лучше, если это и вправду будет стоить моего времени.
– Я всегда стою твоего времени, дорогуша.
– Свинья, – фыркнула она, но когда она отключалась, я отчетливо слышал ее смех. И я тоже смеялся. Свободным, маниакальным смехом, будто что-то упало с груди. Я распахнул дверь, намереваясь спуститься вниз и налить себе победный стаканчик.
Лили опустила свою руку и подняла бутылку, вытягивая ее перед собой, словно предложение мира.
– Приветик, – сказала она тихо. – Перемирие?
Глава 33.
Лилиана.
Все кончено.
Он окончил это.
Я должна быть рада.
…
Почему я чувствую себя так, словно мое сердце разрывается?
Из-за того, как он согнулся пополам. Будто мои слова ударили его прямо в живот. Тогда, и только тогда, я осознала кое-что очень досадное.
В этой ситуации я была плохим парнем. Не он. Я.
Я пялилась на его закрытую дверь и возвращалась на две недели назад. Мы спорили, ругались, но тем, кто действительно был жестоким, была я. Все время я убеждала себя, что это я была пострадавшей стороной, когда во всем была виновата я.
И это очень хреновое чувство.
Я привыкла к такому чувству как сожаление, когда дело касалось Джаксона Блу. Но не к такому. Я пожалела, что была такой бесчувственной и использовала его. Я пожалела, что упорно не желала припомнить те миллиард раз, когда он извинялся. Я пожалела, что слушала, как он открывал мне свое сердце, когда мое было заперто на замок.
Я пожалела, что дала ему выйти из той двери, потому что сейчас я скучала по нему. Не мое тело. Я. Я скучала по нашим спорам и по тому, как он смешил меня. Я скучала по его шуткам и его саркастичным комментариям. Я скучала, так как он был единственным, кто понимал мой странный образ жизни, потому что он сам так жил. Мой напарник.
Мой лучший друг.
Вау. Я реально облажалась.
Он пропустил репетиционный ужин, но все были слишком пьяны, чтобы париться из-за этого. Как только выдался шанс, я взяла бутылочку Джека из мини-бара и пробралась наверх. Я могла слышать его внутри, говорящего по телефону.
– Я всегда стою твоего времени, дорогуша, – ворковал он своим наглым голоском, который использовал с женщинами, и на секунду, мое сердце дрогнуло от ревности.
Нет. У тебя нет права чувствовать это. Это предложение мира. Тебе придется видеть его остаток жизни, так долго, пока папа с Энни вместе. Рождества, дни рождения… он в твоей жизни надолго теперь. Вы могли бы попытаться видеться, будь вы друзьями.
Я быстро сделала глоток виски и расправила плечи, готовая постучать, когда он распахнул дверь.
Его великолепное лицо, которое было радостным всего минуту назад, стало безэмоциональным. Я почувствовала, как мой живот провалился в ноги, и внезапно я поняла, как он чувствовал себя тогда в магазине. То, как слово – нет, лишь взгляд, – может ударить в живот.
Вместо того, чтоб согнуться, я вытянула бутылку.
– Перемирие? – спросила я.
Рот Джакса открылся на секунду, и я была уверена, что он скажет мне нет. Он провел рукой по своему лицу, оттягивая вниз уголки губ, прежде чем пробежаться пальцами сквозь волосы.
– Да, Бит. Входи.
Глава 34.
Джакс.
Она смотрела на меня, будто боялась, что я могу ее укусить. И я был зол, что мне до сих пор было больно, больше чем мне бы этого хотелось.
Ее босые ступни утонули в ковре около моей кровати, когда она оглядывалась вокруг, и потом печально вздохнула.
– Это первый раз, когда я захожу к тебе в спальню. Я была здесь две недели, и даже ногой сюда не ступала.
Я впихнул руки в карманы, чтобы хоть чем-то их занять.
– Да? И что ты думаешь?
Она огляделась, словно она и вправду была заинтересована, осматривая кровать из темного дерева, разбросанные гири, коллекцию использованных гитар, гигантское зеркало на стене.
– Она имеет смысл…, – наконец, произнесла она.
Я хотел рассмеяться.
– Смысл?
– Она подходит тебе.
– Даже боюсь спросить.
Она немного лихорадочно помахала руками.
– Тут слегка разбросанно, там чуть беспорядок. Но она обжитая. И ощущается как дом.
Ее слова повисли в воздухе на секунду, и я позволил себе промолчать. Позволил тишине тянуться так долго, пока она не начнет нервничать, впиваясь каждым пальцем в ковер. Затем я ждал еще чуть дольше.
– Я скучала по тебе, – выпалила она.
Я сжал руки в кулаки.
– Да? И почему же ты скучала?
– Я не об этом, – протестовала она. Я приподнял бровь. – Ну, да, и поэтому тоже. Но я скучала по тебе. Ты прятался от меня.
– Учился у лучших.
Она посмотрела внизу.
– Достаточно честно. Но я, вроде как, хочу остановиться сейчас.
– Вот так?
– Вот так. Да.
Я позволил тишине повисеть чуть дольше, зная, что она не сможет сдержаться. Она должна был заполнить тишину.
– Просто… Я поняла кое-что. Мы не сможет избегать друг друга, Джакс. Наши родители женятся. Завтра, – она приподняла бровь. – К слову, ты пропустил репетицию.
– Вести маму вниз к алтарю. Что тут репетировать?
– Она была зла.
– Как долго?
Бит рассмеялась.
– До третьего бокала бурбона. Когда я ушла с вечеринки, она была на коленях моего отца и пела “Кокаиновые Поцелуи” (прим. пер. – песня Randy Class – Cocaine Kisses)
– Ненавижу эту песню.
– Я тоже, – Лили опустилась вниз, плюхаясь на мою кровать без разрешения и я старался смириться с тем, как правильно она смотрелась здесь. – Мне просто нужно знать, что мы можем стать друзьями, по меньшей мере. Все и так очень трудно и без нас, создающих дополнительные проблемы друг другу, – она посмотрела на меня. – Подожди, стой, не злись, Джакс. Слушай, я была полной задницей. Я признаю. Я обращалась с тобой, как с дерьмом, и сожалею об этом.
– Да?
– Да, – ее рот еще двигался, будто она хотела еще кое-что сказать, но не стала. Вместо этого она потрясла бутылкой. – Так что, да. Наши родители женятся и это странно, и все это хреново, и да… Выпьешь со мной?
Я сел на кровать рядом с ней. Какого хера я должен делать? Я был бессильным, когда она пришла сюда. Если бы это реально было кончено, я не был бы таким.
– Отличная идея, – сказал я ей. И я имел это в виду. – За что пьем?
– Я точно не знаю. Ты первый.
Я подумал некоторое время.
– За второй шанс?
Ее голос был тихим.
– За второй шанс.
Мы осушили стаканы, и Бит скривила нос. Это было настолько чертовски мило, что мое сердце почти остановилось. Я забрал бутылку из ее рук.
– И за третий и четвертый, тоже, – объявил я, быстро наливая еще в два стакана.
Она засмеялась.
– Стоп, окей, у меня есть один. Тост, – она подняла стакан, ее глаза сияют. – Этот за наших родителей, за то, что они запороли нам любую надежду, чтобы быть нормальными!
Глава 35.
Лилиана.
Я осушила стакан и затем кашлянула в руку.
Голубые глаза Джакса блеснули.
– Полегче, Бит. Ты, наверное, втрое меньше меня. Даже не пытайся угнаться за мной.
– Фигня, – огрызнулась я. – Я смогу перепить тебя, ублюдок.
– Я уверен, что можешь, до тех пор, пока я напиваюсь с тобой.
Я снова закашляла.
– Просто не можешь сдержаться, не так ли?
– Не-а. Не с тобой. Это проклятие.
– Попытаюсь принять это за комплимент.
– Я так и подразумевал.
– Если мы напьемся, будет ли это плохо для этой... чем бы это ни было...?
– Разрядки?
– Отличное слово, Джакс.
– Я тоже писатель, ты же знаешь.
– Оу... Я знаю.
– Ты разозлилась внезапно. Что за херню я теперь сделал?
– Ничего. Просто ты знаешь, что сказать.
– Ты продолжаешь говорить мне такое дерьмо и я должен признаться, что не имею ни малейшего понятия, о чем ты говоришь.
Я изумленно уставилась на него.
– Ты действительно сейчас говоришь правду?
– Честное слово. Ты постоянно бросаешь эти мелкие загадочные комментарии и затем сбегаешь, вместо того, чтобы объяснить. Закрываешь двери, да что угодно. Ты хочешь быть друзьями? Друзья не выливают такой бесполезной агрессивной херни. Друзья всегда говорят, что у них на уме. Ты зла на меня и злишься уже около года. Почему?
Мои слова вылетели так быстро, что я чуть было не подавилась ими.
– Почему? Почему? Ты реально не знаешь? Ты написал эту долбаную песню о нашей ссоре... в то утро, после нашего первого... мы наконец-то... Черт, ты знаешь, о чем я говорю. Ты просто взял худший момент моей жизни и написал песню об этом. И теперь она везде. Издеваешься надо мной. Насмехаешься над этим. Тем, что у нас было. Тем, что я отдала тебе, – теперь я рыдала. Мне было интересно, может ли он вообще понять слова, которые я пыталась ему сказать.
Он сжал губы вместе в тонкую линию и ждал, пока мои рыдания поутихнут, прежде чем медленно проговорил:
– Лилиана. Ты вообще слушала песню?
– Конечно, придурок.
– Всю?
– Я поняла суть.
Его глаза гневно сверкнули.
– Что на счет шоу? Ты ведь услышала там всю песню?
Он поймал меня. И у меня не было сил лгать.
– Я опоздала, Джакс. Я пропустила ее.
Его рот скривился и голова опустилась, и на секунду мне так сильно захотелось соврать.
– Тебя не было, – повторил он. Он произнес эти слова на выдохе, таком сильном, что могло показаться, что он сдувался.
Он выглядел таким расстроенным, и я мгновенно начала защищаться:
– Я пропустила только «Наглеца»! Я видела все остальное. И я не хочу слышать ее, честно. Я слышала ее миллион раз. Ее включают на радио раз в три минуты или около того.
– Нет, – он встал и подошел к шкафу, подняв свою старенькую акустическую гитару к груди. – Просто послушай. Прямо сейчас.
Нежное бренчание нисколько не походило на то басистое интро. Оно было легким, почти жалобным. Он положил свою голову на гитару, прижимая ее к своему телу, пока он перебирал струны, и каждый издаваемый звук был пропитан грустью. Теперь я плакала даже сильнее, мелодия такая знакомая, но в то же время такая чужая. Затем он открыл рот, посмотрел на меня и запел:
You got it right… babe. (Так точно детка)
We spent the night… babe (мы провели ночь, детка)
And I'm just a Lil Bit cocky, yes, it's true (и я немного наглый, это правда)
Я поморщилась. Его губы изогнулись в фирменную улыбку, прежде чем он перешел к той части, которую я никогда не слышала.
Now we're young and so in love, (сейчас мы молоды и влюблены)
Body fits mine like a glove (твое тело подходит моему как перчатка)
And I never should have let you go (я никогда не должен был отпустить тебя)
I'm so sorry, I was wrong, (мне так жаль, я был не прав)
And I've loved you all along. (Я любил тебя всегда)
Now I'm trying to let you know (и сейчас пытаюсь дать тебе понять)
Он выдержал ноту, отчетливо и идеально со звоном струн...
You got it right… babe (так точно, детка)
You're always right, babe (ты всегда права, детка)
I'm more than a Lil Bit sorry, yes, it's true. (Мне больше, чем немного жаль, да, правда)
I never thought… babe (я никогда не думал, детка)
We could have fought… babe (мы могли бы побороться, детка)
I want my Lil Bit back inside my arms. (Я хочу свою Лил Бит назад в свои объятия)
You should know… babe (ты должна знать, детка)
I'll never go… babe (я никогда не уйду, детка)
You're the only one I want, yes, it's true (ты так единственная, что мне нужна, да, это правда)
Высока, пронзительная нота... Голос его угрожающе перехватило, и он отвел глаза. Слезы быстро и свободно стекали по моим щекам...
Can we go right back in time? (Можем ли мы вернуться во времени?)
Can we turn right on a dime? (Можем ли мы все резко изменить?)
I promise I will always be true. (Обещаю, я всегда буду верен)
Can you listen to my song? (Можешь ли ты послушать мою песню?)
Tryin' to tell you I was wrong. (Я пытаюсь сказать тебе, что я был не прав)
And I'm telling you that I love you. (И я говорю тебе, что я люблю тебя)
Я чувствовала себя опустошенной. То место, где находился мой гнев, сейчас было просто пустым местом. Вакуум должен был заполнен. И его заполнила любовь, которая таилась всё то потраченное время.
– Джаксон.
– Да, Лили, – его голос слегка дрогнул и я увидела, как его кадык дернулся вверх-вниз, когда он сглотнул.
