Текст книги "Джакс (ЛП)"
Автор книги: Вивиен Лакс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)
Всё то время, пока он говорил, он параллельно нажимал и потирал своей ладонью между моих ног. Он даже не потрудился снять с меня трусики, но я могу почувствовать, как оргазм нарастает. Тепло медленно покидало мои конечности, пока не остались только напряженные нервы, сфокусированные на ощущениях.
– Больше, Джакс, – сказала я ему. Я хотела, чтобы это прозвучало сексуально, но вышло больше как мольба. – Дай мне больше.
– Черт возьми, ты слышишь, как ты потрясающе звучишь? – он сдёрнул мои трусики прежде, чем я могла попросить его, да я бы и не смогла, когда его рот оказался на мне. – Я хочу, чтобы ты…, его слова растворились в невнятном бормотании, еле слышимых «мммм» от экстаза, когда он зажал мой клитор между своих губ и начал посасывать. Скользнув своим толстым пальцем в меня, я почувствовала, как отчаянно я сжалась. Попеременно между толчками и посасыванием, он подводил меня всё ближе и ближе к краю здравомыслия. Я потянулась в поисках поддержки, чтобы ухватится и удержаться от падения, сильного падения в пропасть.
Я оказалась на краю стола, когда мой мир раскололся. Из глубины моего живота, ноющий шарик покатился наружу и медленно поглотил всё, пока внезапно не лопнул.
– Чеееерт! – я кричала, пока дрожала так сильно, что стол шатался подо мной, и меня даже не волновало, если вдруг кто услышит, или увидит, если бы кто-нибудь знал, как дико было для меня поверить, что это ничего не значит.
Потому что краем глаза я видела, как он смотрит на меня. Он был сфокусирован полностью на мне, его губы раскрыты, глаза широко раскрыты.
– Боже, Бит, ты сдерживалась при мне раньше.
– Не-а, – протестовала я слабо.
– Да. Сдерживалась, – он ухмыльнулся, его губы блестели, покрытые мной. – И теперь, когда я знаю реальное положение вещей… – его голос снова затих, пока он поднялся и снял свою футболку через голову.
… это ничего не значит.
Чем больше я держалась за эту мысль, тем быстрее она ускользала. Я потянулась за ней, адски стараясь помнить, что это было не более чем последним развлечением перед свадьбой, но, когда рот Джакса снова накрыл мой, все мысли просто улетучились, включая и эту. Вместо этого, мою голову заполнили мысли о нём: как он чувствовался под моими руками, его кожа была такой тёплой, почти обжигающей. Как билось его сердце под моими пальцами, пока я прокладывала дорожку из поцелуев посередине его груди. Как обе наши руки опустились к пряжке его ремня, и он отпустил меня с нетерпеливым мычанием. Как я пыталась взять его в рот сразу, когда он освободился от своих боксеров, но он заключил мое лицо в обе свои ладони и снова поцеловал меня, и внезапно между нами не было никаких барьеров. Я прижалась к нему, стремясь почувствовать каждый дюйм его тела своей кожей.
Помните, я сказала, что вечно опаздываю?
Я никак не ожидала, что усну. Но мой внезапный порыв ясности был всем, что нужно, чтобы наконец-то закрыть глаза и уснуть после моего прилета и сбитого суточного ритма.
Когда я проснулась, я была отдохнувшей и посвежевшей. И реально, чёрт возьми, опаздывала на концерт Джакса.
Я вызывала такси, пока надевала наряд максимально приближенный к дресс-коду клуба – мягкая трикотажная футболка, поверх накинутая яркая фиолетовая неоновая безрукавка вместе с парой джинсов с блестяшками на заднице. Моя версия клубного наряда. Я обдумывала, надеть ли мне каблуки или нет, но я взяла только одну пару туфель, в которых планировала идти на свадьбу, и, зная моё везение, я бы сломала их до этого. Пары балеток будет достаточно.
Кроме того, Джакс обожал, когда я была маленькой. Я ухмыльнулась своему отражению, когда представила, как он будет выражать свою признательность.
Это ничего не значит.
Когда таксист довёз меня, я думала, что он перепутал адрес. Джакс сказал «клуб», так что я ожидала чего-то маленького и уютного. Чего-то, где я могла посидеть и попить вино, пока он поёт мне.
Это место было совершенно противоположным.
Доносившаяся из открывшихся дверей музыка была настолько громкой, что я замерла.
Он пел «Наглеца». Прямо сейчас.
Я немного притормозила, проведя пальцами по осыпающейся штукатурке. Имеет ли это дело ко мне? Была ли я расстроена? Было что-то ещё, маленький шарик боли в груди, что всё ещё болезненно кровоточил. Но мне надо двигаться дальше, не так ли?
Это ничего не значит.
Я просто подожду здесь, пока песня не закончится, и тогда войду внутрь. Джакс никогда не был разумным.
Слава богу, я не могла слышать слова песни, так что я могла свободно попрыгать на ногах под заразительный бит. Я почувствовала маленький всплеск гордости, пока смотрела, как две высокие блондиночки поспешили к входу, раздраженные что пропустили «нашу песню».
– Боже, он просто горяч, – пропела одна, когда вышибала сердито оглядел её паспорт.
– Ты можешь представить себя девушкой, которой он это написал?
– Она, скорее всего и понятия не имеет, как ей повезло.
– А ты можешь представить, насколько он великолепен в постели? – они захихикали вместе, прежде чем войти внутрь.
Да, я могу.
Я шагнула к вышибале, который был настолько же широким, как и высоким.
– Лилиана Несбит! – выкрикнула я. – Я должна быть в списке.
Он выгнул одну бровь.
– Вы в VIP-секторе, мисс, – прогремел он почтительно. – Пройдёмте со мной.
Я шла за ним в тёмную, дикую толпу в клубе. Нависающие балконы загораживали вид на сцену, но я хорошо разглядела тех двух блондинок, выкрикивающих имя Джакса.
Он провёл меня через лабиринты лестниц, пока внезапно не оказался в приватной комнате. Той, из которой идеальный вид на сцену ниже.
– Святое дерьмо, – выдохнула я, но мой голос потонул в грохоте аплодисментов, пока барабанщик отстукивал интро следующей песни.
В этот момент, мир будто сузился в маленькую точку, достаточную для меня, чтобы разглядеть его. Джакс передвигался по сцене плавно и опасно, как дикая кошка, прежде чем низко присесть и начать петь.
Я схватилась за перила, чтобы не свалиться с балкона. Он был просто поразительным, по влиянию природы. Он управлял толпой как инструментом, играя нашими эмоциями, также умело, как и гитарой. Мы двигались, когда он говорил нам двигаться, мы кричали, когда он говорил нам кричать, и когда всё закончилось, я наравне со всеми выкрикивала его имя, и я была бездыханной и отчаявшейся точно так же, как когда он прижимал меня к стене.
Последняя песня на бис всё ещё звучала в моих ушах, когда я кинулась обратно к лестничным пролётам и проталкивалась сквозь людей около дальней стены. Клаустрофобия сковала меня, пока я преодолевала путь рядом со стеной по направлению к переду клуба.
Джакс был там, присев на сцене, цепляясь за руки, которые тянулись к нему, хотели кусочек его, хотели всего, что он мог им дать и даже большего. Я толкалась так сильно, как могла, прокладывая себе путь через маленькие пространства, которые никто не заполнил, пока я не оказалась прямо у ворот.
– Джакс! – выкрикнула я.
Он развернулся на звук моего голоса. Я отчаянно замахала рукой. Он кивнул в сторону секьюрити, и я внезапно оказалась за преградой.
– Джакс! – позвала я снова.
– Спасибо вам и доброй ночи! – произнёс он в микрофон, затем указал в сторону кабинки. Свет в здании включили, и я могла, наконец, разглядеть его.
Когда он посмотрел на меня, я поняла, что означало быть пожираемой взглядом. От этого тёмного голода в его глазах моя кожа начала гореть, и я знала, что он видит то же самое в моих глазах. От одного вида его, выступающего на сцене, в моём животе пронеслась буря желания.
Я поёжилась. Мы были на обозрении у расходящейся толпы, секьюрити и его группы. Уверена, он не был настолько безрассудным…
– Ты была здесь всё время? – спросил он. Было какое-то напряжение в его голосе, которое говорило мне, что этот вопрос более важным, чем кажется.
– Да, – солгала я. Одна песня. Это так важно?
Он нуждался именно в этом ответе, чтобы пересечь пространство между нами в два прыжка. Я вздрогнула, когда он притянул меня к себе, и мы развернулись, прижимаясь к маленькой серой стене, ведущей под сцену.
Он вёл нас через ряды такелажей, пока мы не попали в бетонный коридор, который, должно быть, ведёт вдоль кулис. Я бывала в таких местах миллион раз раньше, но никогда не была таким образом. Никогда, с Джаксоном – таким отчаянным, диким и одержимым.
– Выметайтесь нахер отсюда, – он зарычал на людей в зелёной комнате. Жар вспыхнул румянцем на моих щеках, и я уставилась в пол, пока группа, не сказав ни слова, прошла мимо нас. Безрассудно или нет, но это дикий риск быть пойманными…
Он закрыл дверь за нами, и я была больше не способна думать.
– Я целый год ждал, чтобы спеть тебе, – он прислонился к дверному проёму и закинул голову назад. Всё его тело, кажется, расслабилось, но я не могла понять почему.
– Ты и впрямь был хорош, – сказала я ему.
– Тебе понравилось?
Его глаза были невероятно голубыми.
– Я влюбилась в это, – я улыбнулась ему.
– Вот чёрт, Бит, – он протянул свою руку и, поймав меня за запястье, притянул к себе. – Я так рад, – произнёс он, дотрагиваясь до моего лица и приподнимая его к своему. – Я так чертовски рад слышать это.
Теперь, когда мы были внутри этой маленькой комнатки, с несколькими разбросанными диванами, складным столиком, поставленным завхозом и запахом сигарет из прошлого, витавшим в воздухе, а те дорогие ароматы, что подтолкнули меня к нему, начали исчезать. Когда ты решаешь, лежа в кровати, что будешь использовать его ради секса – это одно. Но совсем другое, стоять перед ним, наблюдая за тенью желания на его лице, которое возникло после того, как он закрыл дверь.
– И я очень рад, что ты пришла, – сказал он томно.
Я чувствовала, будто не могу больше дышать. Крадущийся, дикий зверь со сцены загнал меня в угол и, похоже, хочет съесть меня всю.
– Я тоже, – мне удалось выдавить. Мой голос был дрожащим шепотом.
– Я скучал по тебе. Очень сильно, – он был прямо здесь, заполнял всю комнату. Казалось, его было намного больше, чем должно быть, но меня пугало отнюдь не это.
Я боялась того, как стремилась поверить ему.
– Я тоже скучала по тебе, – это была чистая правда.
– Чёрт.
И этого было достаточно, только ещё одно гортанное проклятие, но было так много отчаяния и тоски, связанных с этой фразой, что мои колени подогнулись. Он поймал меня, когда я начала оседать напротив него, и грубо обхватил мой затылок своими руками.
– Я хочу тебя и мне надо услышать, что я могу обладать тобой.
Мурашки пронеслись по моей спине.
– Ты можешь обладать мной, – сказала я, не подозревая, что он вёл нас, пока я не упёрлась спиной в складной столик.
– Скажи, как ты этого хочешь, Лилиана, – он подчёркивал каждое слово огненным поцелуем в шею, каждый раз спускаясь все ниже и ниже. – Ты хочешь этого нежно и ласково? Я могу быть нежным ради тебя, ты же знаешь. Если это то, чего ты хочешь.
Я сильно прикусила губу, чтобы сдержать стон, когда он поднял меня, посадил на стол и наклонил назад. Жёсткий металлический стол был холодным под моими ладонями и ещё холоднее, когда Джакс задрал мою футболку и скользнул языком вокруг моего пупка. Огонь, что загорелся, когда я наблюдала за ним на сцене, вспыхнул сильнее, сжигая остатки моего рационального мышления.
– Нет, – сказала я ему, захватывая в кулак его голубые волосы и притягивая его ближе к своим губам. – Я хочу тебя жёстко…
Он утвердительно прорычал в мою шею, опуская свои ладони вниз по моим рукам, переплетая свои пальцы с моими, прежде чем поднять обе мои руки над головой.
– Тогда ты это получишь, Бит, – он с легкостью зафиксировал мои руки одной своей сильной рукой. Оставив поцелуй на моих губах, он опустил вторую руку и дёрнул мою футболку, обнажая живот. Его глаза скользили по моей коже, фокусируясь на моих грудях.
– Они всегда были моими любимыми, – прохрипел он, ловко пробираясь под одежду. – Думаю, мне надо начать с них.
Я выгнулась к нему навстречу, позволяя ему стащить с меня одежду через голову, прежде чем прижаться ко мне.
– Да, – я просила его, пока он прокладывал дорожку засосов от левой ключицы к моей груди. Я знала, что он оставит следы на мне, но было как-то пофиг. Я хотела, чтобы это было реально и немного больно. Я хотела, чтобы следы укусов остались на моей коже, когда я буду уходить отсюда с осознанием того, что всё это на самом деле произошло.
Джакс бормотал в мою кожу: грязные ругательства вперемешку с обещаниями большего.
– … чертовски прекрасна, ты в курсе? – его язык кружил над моим соском, прикусывая зубами чувствительную кожу. – … лучше бы тебе знать это. Ещё лучше, ммм, восхищайся этим телом в зеркале каждый чёртов день. – Я снова выгнулась, чувствуя, как огонь собрался в нижней части позвоночника. – … Чёрт, даа, правильно, я хочу слышать тебя… – я прикусила губу, – … и даже не вздумай сдерживаться со мной. Говори же. Скажи, как хорошо это чувствуется.
Он спустил свою руку вниз по моему животу и расстегнул джинсы. Когда его рука скользнула к холмику между моих ног, стон вырвался из моего горла.
– … снова, Лили. Святое дерьмо, как бы я хотел видеть твоё лицо сейчас. Я бы, блять, даже фото сделал, если бы не боялся, что кто-то другой может увидеть тебя такой. Я не поделюсь таким, чёрт подери. Я собираюсь попробовать тебя, готова? Я хочу, чтобы ты кончила на моём лице. Я хочу почувствовать, как ты выходишь из-под контроля вокруг моих пальцев, прежде чем затрахать тебя до беспамятства. Хорошо ли это звучит для моей Бит?
Всё то время, пока он говорил, он параллельно нажимал и потирал своей ладонью между моих ног. Он даже не потрудился снять с меня трусики, но я могу почувствовать, как оргазм нарастает. Тепло медленно покидало мои конечности, пока не остались только напряженные нервы, сфокусированные на ощущениях.
– Больше, Джакс, – сказала я ему. Я хотела, чтобы это прозвучало сексуально, но вышло больше как мольба. – Дай мне больше.
– Черт возьми, ты слышишь, как ты потрясающе звучишь? – он сдёрнул мои трусики прежде, чем я могла попросить его, да я бы и не смогла, когда его рот оказался на мне. – Я хочу, чтобы ты…, его слова растворились в невнятном бормотании, еле слышимых «мммм» от экстаза, когда он зажал мой клитор между своих губ и начал посасывать. Скользнув своим толстым пальцем в меня, я почувствовала, как отчаянно я сжалась. Попеременно между толчками и посасыванием, он подводил меня всё ближе и ближе к краю здравомыслия. Я потянулась в поисках поддержки, чтобы ухватится и удержаться от падения, сильного падения в пропасть.
Я оказалась на краю стола, когда мой мир раскололся. Из глубины моего живота, ноющий шарик покатился наружу и медленно поглотил всё, пока внезапно не лопнул.
– Чеееерт! – я кричала, пока дрожала так сильно, что стол шатался подо мной, и меня даже не волновало, если вдруг кто услышит, или увидит, если бы кто-нибудь знал, как дико было для меня поверить, что это ничего не значит.
Потому что краем глаза я видела, как он смотрит на меня. Он был сфокусирован полностью на мне, его губы раскрыты, глаза широко раскрыты.
– Боже, Бит, ты сдерживалась при мне раньше.
– Не-а, – протестовала я слабо.
– Да. Сдерживалась, – он ухмыльнулся, его губы блестели, покрытые мной. – И теперь, когда я знаю реальное положение вещей… – его голос снова затих, пока он поднялся и снял свою футболку через голову.
… это ничего не значит.
Чем больше я держалась за эту мысль, тем быстрее она ускользала. Я потянулась за ней, адски стараясь помнить, что это было не более чем последним развлечением перед свадьбой, но, когда рот Джакса снова накрыл мой, все мысли просто улетучились, включая и эту. Вместо этого, мою голову заполнили мысли о нём: как он чувствовался под моими руками, его кожа была такой тёплой, почти обжигающей. Как билось его сердце под моими пальцами, пока я прокладывала дорожку из поцелуев посередине его груди. Как обе наши руки опустились к пряжке его ремня, и он отпустил меня с нетерпеливым мычанием. Как я пыталась взять его в рот сразу, когда он освободился от своих боксеров, но он заключил мое лицо в обе свои ладони и снова поцеловал меня, и внезапно между нами не было никаких барьеров. Я прижалась к нему, стремясь почувствовать каждый дюйм его тела своей кожей.
Глава 22.
Джакс.
Рай – это когда Лили рассыпается на кусочки подо мной.
Облегчение, наполнившее моё тело, было почти таким же сильным, как и удовольствие. Она услышала меня. Она ответила моими же словами, и я знал, я знал, что был прощен.
«Ты наглый засранец». «Так точно детка». Это были слова, что мы сказали тем утром, когда она обнаружила меня распластавшимся между двумя блондинками, которые обе были намного старше меня, я был пьян в стельку от виски и от собственного нарциссизма. Эти слова так долго отдавались эхом в моей голове, что я вписал их в песню, созданную для Лил.
Я ожидал от неё хоть какой-то реакции, может, сказала бы мне, что это значит, для неё или что она думает о песне. Ходить вокруг да около – этого было совершенно не похоже на Лили. Но когда она подколола меня этими словами, я знал, что она наконец-то услышала меня. Она услышала мои извинения в песне и теперь все между нами будет так, как и должно…
С широко раскрытыми глазами, сфокусированными на мне, пока я наблюдал, как она рассыпается подо мной.
Я видел все. Я не смогу забыть этого всю гребаную вечность. То, как расширились её глаза, прежде чем она их неожиданно закрыла, будто этого всего было слишком много, чтобы выдержать. Мне бы хотелось попасть ещё глубже. Я хотел дать ей больше, намного больше, чем давал. И она, чёрт возьми, заслужила всё это и даже больше. Так что я толкал её сильнее, выше, до пределов моей выносливости, и наградой мне послужило её крошечное тело, сжимающее меня и её идеальные губы, выкрикивающие моё имя снова и снова. Я чувствовал, как мой собственный оргазм накатил на меня, раскаленный и обжигающий, но я не хотел останавливаться. Я продолжал двигаться как одержимый.
Я был одержим.
Звенящая тишина стояла в ушах, пока я медленно возвращался в реальность. Лили пялилась на меня с широко раскрытыми глазами. Её прекрасное тело было гладким и блестящим. Я наклонился губами к её шее и попробовал соль на коже.
– Ты в порядке? – спросил я. Мне надо было знать.
Она сжала мою спину своими неровными, обкусанными ногтями.
– Я в норме, – произнесла она, уткнувшись в мою шею. Затем слегка дернулась. Я отстранился и увидел, что Лил смеётся.
– В этом есть что-то забавное, Бит? – проворчал я, дразня её.
– Я не… – она вытерла свои глаза. – Я в порядке.
– Прозвучало как-то расстроено.
– Так и есть. Я только что трахнулась со своим сводным братом на складном столике. Думаю, это все объясняет.
Ледяное напряжение защемило сердце.
– Пока не, – буркнул я. Быть вдали от неё самое трудное, что я когда-либо делал. Я боялся того, что случится, и я не смогу больше прикасаться к ней. – У нас есть…
– Целых девять дней, – ответила она. В ее голосе прозвучала печаль? Я не мог сказать точно.
– Технически, пока десять, – подправил я ее, смотря на настенные часы.
– Да, но завтра…
– Так давай оттянем наступление завтрашнего дня.
– Как это вообще сработает?
Я натянул джинсы и повернулся к полке с зеркалами, хватая бумажное полотенце. Она с благодарностью его приняла, проводя по своему бедру.
– Умойся и пошли со мной.
Она взметнула голову вверх.
– С тобой? – её глаза чуть не вывалились из орбит.
– Да, Бит, – ответил небрежно. Я знал, о чём она думает. В то время, когда мы были вместе, мы всегда прятались. Мы были осторожны, и никто не видел нас как пару. Но сейчас, после такого? Я нуждался в этом. Мне надо взять её, и представить её своей. Это было тупо и безрассудно, и возможно повлечет за собой ужасные последствия, но сейчас я уже привык к этому. – Там афтепати. Пойдем со мной. Будь моей девушкой.
Я всегда любил, какой незамысловатой была Лили. Она не могла врать – она была открытой книгой, а все её мысли были написаны на лице. Именно это делало её особенной в моём мире, и поэтому я всегда дорожил её реакцией. Но сейчас, я мог бы сказать, что она стала менее предсказуемой.
Её рот открывался и закрывался, затем она вздрогнула моментально от кончиков босых ног до плеч. Беспокойство, ужас и нечто, что я не мог определить, промелькнуло на её лице. И тогда она внезапно… закрылась.
– Да, конечно! – сказала она радостно, но это ложь. Все не так.
– Отлично, – я улыбнулся, но это ощущалось, словно я натянул очередную маску. Что за чертовщина только что произошла? Сначала она смотрела на меня с вселенским доверием, а через секунду полностью отстранилась. Я сжал кулаки и впервые, после того момента как увидел её в зале, отвернулся от неё.
Я неправильно её прочитал? Может она волновалась, что нас увидят вместе из-за новой родственной связи. Нет, вряд ли. С уверенностью могу сказать. Она не парилась, когда я попросил её пойти со мной. Она испугалась, когда я попросил её быть моей девушкой.
Ей было стыдно находиться рядом со мной?
Лёд в моих венах внезапно заменила раскаленная ярость. Одно дело, если бы это было еще год назад, и я был по-прежнему тупым, самоуверенным пацаном, полагающимся на родственные связи, чтобы выйти в свет, но она только что видела меня на сцене. Я делал нечто собственное, отдельно от всего дерьма, связанного с моей матерью. Я был, блять сам по себе, музыкантом по собственному праву и она сама в этом убедилась.
И кого вообще ебет это сводное родство? Мы не были связаны, не по крови уж точно, и мы, чёрт возьми, взрослые. Женитьба наших родителей ничего не значит, если хорошенько подумать. И я думал. Постоянно.
Так что, какое ей дело?
Я поцеловал её, пока она собиралась, помог найти потерявшуюся туфлю, пригладил её спутанные волосы за неё, но пока я это делал, ощущал себя роботом. Я пытался вытолкнуть ярость и насладиться ощущениями, когда она прижалась ко мне на заднем сиденье Битера, пока мы ехали в ночи. Но её нерешительное молчание витало в воздухе, словно барьер, который, как я думал, уже упал.
Дом на скале принадлежал Кайле, богатенькой подружке детства Бэнкса, хотя эти двое не могли быть более разными. Должно быть, она следила за нами, потому что она открыла входную дверь, как только мы подъехали, пританцовывая босыми ногами под музыку в своей голове.
– Эй, ребята, – пропела она. – Вечеринка переместилась на пляж.
– Ты готова? – спросил я Лили. Сейчас мы впервые заговорили с тех самых пор, как я попросил её быть моей девушкой.
– Конечно, – сказала она. – Веди, рок-звезда.
Глава 23.
Лилиана.
Я следовала за его широкой спиной, пока мы аккуратно спускались по деревянной лестнице, прикрученной к скале. Лунный свет отражался от спокойной воды, освещающий весь пляж потусторонним голубоватым свечением. Всё, казалось, сравнялось, тени и блики отсутствовали, и моё восприятие глубины исказилось.
За два шага до конца, я зацепилась пяткой за ступеньку и с воплем упала вперед, врезаясь в Джакса.
Он обернулся и поймал меня, прежде чем я бы успела распластаться на земле.
– Ты в порядке? – спросил он, аккуратно выравнивая меня.
Его руки задержались на моих плечах. Мы были одно роста, когда стояли вот так на ступеньках, и луна освещала его затылок так, что его глаза были двумя глубокими омутами.
– Я в норме, – выдохнула я. И дыхание у меня перехватило отнюдь не от падения.
Джакс не кивнул в ответ и не продолжил двигаться. Прижав ладонь к моей щеке, он стоял, а его глаза метались из стороны в сторону, будто он пытался прочитать непонятную книгу.
– Хорошо, – произнёс он и взял меня за руку, ведя по мягкому песку к группе людей, сидевших вокруг костра на берегу. Мелодичные звуки гитары, бренчание пары аккордов и ленивых арпеджио повеяло в ночи, как и запах древесного дыма, от чего я всегда ностальгирую по детству, которого у меня не было. Я сильнее сжала ладонь Джакса.
Он обернулся без слов, но, кажется, понял, что меня нужно успокоить. Поэтому подождав, пока я подойду ближе к нему, Джаксон притянул меня к себе.
– Их совершенно не ебет кто я, или кто мы такие. У них и своего дерьма полно. Не отстраняйся от меня, Бит, – он остановился. – Но если ты начнешь нервничать, просто дай мне знать и мы уберёмся отсюда. Я просто хочу провести с тобой хотя бы минуту… где никто не наблюдает.
Он снова начал идти, но я стояла как вкопанная от его нежных слов. Я не ожидала этого. Тот момент в коридоре был весёлым, безрассудным и бессмысленным. Джакс, прижимающий меня к стене… был тем самым высокомерным придурком. Тот, кого я старалась презирать. Джакс, которого я хотела ненавидеть, трахнуть и забыть.
Этот Джакс, который обхватывает моё лицо и смотрит мне в глаза, который успокаивает меня вместо ругани… Кто он, чёрт возьми?
Я поёжилась.
– Ты замёрзла, Бит? – спросил Джакс. Не дожидаясь моего ответа, он снял свою кожаную куртку с плеч и обернул вокруг меня. Он отступил, утопая в песке и ухмыляясь мне.
– Я не знал, чего ожидал здесь. Ты выглядишь, будто надела плащ.
Я сильнее обернула крутку вокруг себя.
– Или спальный мешок, – я была окружена его запахом. – Но разве тебе не холодно?
– Ага. Вот почему тебе нужно держаться ближе ко мне. Согревать меня, – он шлепнулся на одно из бревен около огня и притянул меня к себе на колени. – Сюда. Так намного лучше.
Я прижалась спиной к его груди, каждый нерв в моём теле был в боевой готовности. Но Джакс был прав. Несколько человек повернулись в нашу сторону, но наградили нас всего лишь невыразительной, дружелюбной улыбкой, прежде чем вернуться обратно к своей беседе. Я расслабилась в руках Джакса. Он прижался губами к моей шее и затем положил подбородок на плечо.
Костёр на пляже. Это было так… по-обыденному, что я почувствовала печаль от того, что у меня этого никогда не было. Нормальные подростки тусуются на пляже с друзьями, в объятиях любящего, обычного парня.
Джакс поцеловал изгиб моей шеи снова, и внезапная ярость вспыхнула в груди.
– Стоп, – сказала я, смещаясь с его колен.
Он сконфуженно посмотрел на меня. Да я и сама была удивлена. Разрастающаяся паника пробежалась по моему позвоночнику.
– Что ты делаешь? – потребовала ответа я.
– Ну, насколько я могу сказать, я целовал твою шею, – ответил он.
– Ага, но почему?
Я могу заметить, как он хмурится в свете костра.
– Ну, в основном, потому что я люблю твою шею.
Я раздраженно махнула ему.
– Ты помнишь тот последний раз, когда мы были на пляже вместе?
Джакс прищурился.
– Конечно помню, – сказал он угрюмо. – Что за вопрос вообще?
Я не знаю. Мне нужно снова ощутить боль. Давлю на больное, вместо того чтобы залечить раны.
– Ты был пьян в стельку. Сказал мне…
– Я сказал тебе, что я чувствую к тебе. Да, – перебил он.
Я прикусила губу, гнев немного поутих. Воспоминания всколыхнули всё внутри меня, что я очень сильно старалась сдержать в узде.
– Да, – сказала я осторожно. – Ты определенно был пьян, и я подумала…
Он встал на ноги.
– Я имел это в виду, Бит. Всё, – он пробежался пальцами по волосам, пока они не спадали кудрями, которые я хотела пригладить. – Блять, я всё ещё имею это в виду. И никогда не переставал, – он указал мне пальцем в грудь. – Позволь напомнить – это ты сбежала от меня, а не наоборот.
Боль вспыхнула заново.
– Сбежала? Так вот что ты думаешь, я сделала?
– А как бы ты, чёрт побери, это назвала по-другому?
– Двигаться вперёд? – ответила я. Я дёрнула его крутку на плечах и утонула в ней, и поняла, какую ошибку совершила. Всё пахло им. Я дёрнула плечами, скидывая её на песок. Я моментально замёрзла, но я не хотела давать ему повод думать, что нуждаюсь в нём.
– В конце концов, ты двигаешься вперёд сам по себе.
Его рот сначала открылся, затем закрылся, и свет, полыхающий в его глазах с концерта, внезапно погас. Я и не осознавала, что он есть, пока он не исчез.
– И как же ты двигаешься вперед, мм? – спросил он. – Ты всё ещё здесь. Мы всё ещё… – он опустил руку между моих ног, и я оттолкнула его: горячая ярость снова бурлила в венах.
– Я здесь, потому что наши родители женятся, дебил!
Он сжал меня сильнее.
– Нет. Вот здесь, – он махнул рукой в направлении костра, темного океана и песка под ногами. – Ты здесь. Со мной. Ты не продвинулась дальше, как и я. Мы не можем уйти от того, что у нас есть, Лилиана. Ты и есть всё для меня, черт подери.
Я не осознавала, что качаю головой, пока не выплюнула слова в ответ.
– Херня! – я была готова заплакать в любую минуту, и это злило меня. – Как много девушек ты трахал после моего ухода, а? А раньше? Ты знаешь, со сколькими я была? С одним, – я ткнула ему пальцем в грудь. – Поэтому, как ты собираешься сказать что я «всё»?
Я снова толкнула его, но он прихлопнул меня как муху.
– Ты всегда была, – сказал он печально. И затем повернулся обратно к огню.
Глава 24.
Джакс.
Она ушла, судя по звукам. Я слышал, как она поздоровалась с Кайлой и Харлоу, спросила, что они пьют. Стоять здесь у огня, с руками, засунутыми в карманы, сдерживаясь от того, чтоб не ударить что-нибудь, пока я притворяюсь, что не хочу броситься за ней и узнать, что за хуйня произошла: всё это сводит меня с ума.
– Я всё видел, чувак, – я всё ещё старался расслышать, что говорила Лили, поэтому, когда Каспер возник около меня словно бледный призрак, каким он и был, у меня чуть душа в пятки не ушла.
– Блядь! Урод, я скоро заставлю тебя носить колокольчик.
Он ухмыльнулся.
– Я мог взять усилитель и исполнить соло восьмидесятых, и ты всё равно, чёрт подери, не заметил бы, – его улыбка исчезла. – Я никогда не видел раньше, чтобы ты так выворачивался ради цыпочки.
– Я не выворачивался, – я скривился, убирая руку, прежде чем он попытается меня погладить или ещё что-нибудь сделать. – Она чокнутая. Они все чокнутые.
Каспер провёл рукой по своей лысой голове.
– Я тоже так думал, пока не встретил Харлоу, – он посмотрел на нее влюбленными глазами, и я проследил за его взглядом
Это была ошибка. Лили стояла рядом с ней, её голова откинута назад, пока она дико хохотала. Харлоу что-то произнесла ей на ухо, от чего она выплюнула свою выпивку и отсалютовала, подняв свой бокал. Кайла начала крутить бедрами и Лили прыгала на цыпочках, когда незнакомый гитарист поднял акустическую гитару и начал наигрывать знакомую мелодию.
– Эта милашка прямо здесь, – произнес Каспер. Он поднял баночку пива в направлении Харлоу, и она в ответ послала ему воздушный поцелуй. Лили глянула на неё и затем на нас. Сморщив нос, она осушила ещё одну стопку, прежде чем повернуться ко мне спиной и начать танцевать в кругу, двигая своим маленьким телом в странных волнообразных движениях.
– О, вижу, почему она тебе нравится, – хохотнул Каспер.
– Отъебись, – проворчал я. Мне не нравилось, что он видел её такой. Я хотел, чтобы никто не видел эту версию Лили – дикую, сумасбродную версию, которая, как я думал, предназначалась только для меня.
