Текст книги "Прими с любовью... (СИ)"

Автор книги: Виолетта Иванова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

Глава 6

Глория отъехала от отряда Герберта, раздумывая, как ей быть дальше. Добиться встречи с кем-нибудь еще из командиров? А захотят ли они слушать ее? На знакомой развилке она повернула в сторону своей Лесной глуши. К своему селению она подъехала в сумерках, остановилась, прислушалась. В селении царила напряженная тишина, вновь мужчины отправились воевать с врагами, в домах остались женщины и дети. Стараясь никому не попадаться на глаза, Глория объехала селение и направилась к своему дому. Он по-прежнему был зачарован от чужих глаз. Она достала свой амулет, сжала в руке и проехала через невидимую преграду. Звездочка тихо заржала, когда почувствовала родной дом.

В доме было тихо и пустынно. Глория прошла к широкой скамье у обеденного стола, села, кинул вещи рядом с собой. Хотелось плакать. Она сложила руки и опустила на них голову, впервые за последнее время разрешила себе побыть слабой.

***

Четыре долгих, наполненных тревожным ожиданием дня, Глория прислушивалась к звукам, доносящимся до ее дома со стороны границы. Армии королевства удалось остановить врага, шли тяжелые бои. Иногда Глория слышала страшные взрывы, словно кто-то хотел обрушить небо на землю. Это маги уничтожали врагов. Защиту со своего дома она не снимала и старалась из дома лишний раз не выходить, так как слишком часто стали бродить вокруг него исчадия Темных земель. Двоих измененных тьмой волков, которым как-то удалось преодолеть защиту и подойти к самому крыльцу, Глория убила своим заговоренным кинжалом. Трупы потом оттащила подальше в лес.

На утро пятого дня она проснулась словно от толчка, резко поднялась на своей постели, прислушалась к утренней тишине. Небо только-только начинало светлеть, лесные звери затихли перед рассветом. Глория поднялась, быстро умылась, оделась в свою удобную одежду, собрала заплечный мешок и вышла из дому. Немного подумав, она зашла в сараюшку, запрягла Звездочку и направилась в сторону границы. Звуков битвы не было слышно, в лесу царила какая-то напряженная зловещая тишина, но словно что-то тянуло девушку к месту сражений.

Она отъехала от дома довольно далеко, проснулись птицы, подняли свой обычный утренний шум. Со стороны Белых гор раздались звуки труб, зовущих в бой, новые взрывы. Глория пришпорила свою Звездочку, но вдруг лошадь прошла пару шагов и остановилась. Девушка соскочила с нее и прошла вперед. Впереди была небольшая речка, которую называли «Чайной», так как вода в ней всегда была темно-коричневой, и которую можно было перейти в брод. А в этом году из-за жаркого лета воды стало еще меньше, местами оголилось каменистое дно.

Еще издалека сквозь плотный кустарник она заметила на берегу какое-то белое пятно, которое шевелилось. Она осторожно раздвинула ветки и увидела, что возле самой кромки воды на коленях сидит мужчина, опираясь одной рукой о землю, второй пытается смыть с лица кровь. Его когда-то белая рубашка разорвана и свисает с плеч, на спине множественные раны, на которых запеклась кровь. Он не заметил ее приближения, какими-то неуверенными движениями продолжал смывать с лица кровь. Потом он качнулся вперед и упал лицом прямо в воду, замер. Глория вскрикнула от неожиданности, подбежала к мужчине, быстро подняла его за плечи и опрокинула на бок, оттащив немного от воды. Раненый был без создания. На поясе перепачканных землей и кровью военных брюк видели ножны, самого оружия Глория не нашла. Не было также коня, на котором он мог сюда добраться.

Девушка быстро осмотрела мужчину, еще немного оттащила его от воды, подложила по его спину тряпицу, чтобы в раны не попала грязь, смазала их, потом перевернула на спину, обработала раны на груди. Его длинные темные волосы слиплись от крови, закрывали лицо, перепачканное порохом и грязью. Она убрала их и увидела на лбу ссадину с содранной кожей, словно он на скаку ударился головой о ветку. Такие раны Глории уже приходилось видеть. Большая рана была на правом боку выглядела очень плохо, из нее продолжала сочится кровь. Глория кое-как смогла закрыть ее повязкой. Мужчина оставался без сознания.

Она села возле него и стала думать, что делать дальше. Кто он – свой или чужой? Глория под слоем грязи и крови смогла разглядеть его тонкие аристократические черты лица, широкие темные брови, прямой нос, аккуратно подстриженные усы и борода. Добротная одежда и богато украшенные ножны выдавали в нем богатого человека. Родовых колец на нем не было. Везти его к месту боев? Но там и она сама может погибнуть, да и смогут ли оказать ему там помощь? Глория поднялась, подошла к своей Звездочке, подвела ее к раненому.

– Звездочка, я тебя очень прошу. Надо отвезти его к нам домой, там я смогу помочь ему. Ну же, ложись на землю, родная, а я положу его к тебе на спину.

Умная лошадка легла рядом с мужчиной. Глории с трудом удалось поднять его в седло, потом, придерживая его, направилась к дому. Несколько раз он чуть не соскользнул с лошади. Глории с трудом удалось удержать его. Подъезжая к дому, Глория решила отвести мужчину сначала в баню, где отмоет его от грязи и крови, которые уже успели подсохнуть плотной коркой. Кое-как ей удалось на своей спине перенести мужчину в баню, положить на скамью. Потом она быстро затопила печь, поставила в большом чане кипятить воду. Пока она грелась, стала осторожно снимать с него одежду, которая уже успела прилипнуть к телу. От рубашки почти ничего не осталось. Брюки тоже были порваны и починить их будет невозможно. Когда она раздела мужчину, стала смывать с него грязь и кровь. С трудом удалось промыть его красивые волнистые каштановые волосы. Не сразу, но вдруг она поняла, что просто любуется его стройным красивым сильным телом, было заметно, что он умеет воевать, руки умеют держать оружие. Почти все тело было в ранах, на спине остались следы когтей, словно с него хотели содрать кожу. Она вновь обработала их мазями, перевязала самые большие, заметив, как рана на боку начала заживать.

Больше часа она возилась с раненым, вливая в него свою ведовскую магию, наконец устало опустилась рядом с ним. Он дышал тяжело, рвано, но опасность уже миновала. Глория рассматривала его лицо. Мужчине было не больше двадцати пяти лет. Его золотистая кожа из-за потери крови выглядела сероватой, щеки впали, под глазами пролегли темные круги, но все равно он был изысканно красив. Таких обычно любят все женщины.

Глория сходила в дом, нашла одежду отца, вернулась в баню, одела мужчину. Потом также взвалила его себе на спину и отнесла в дом, уложила в комнате родителей. Девушка радовалась, что у нее достаточно для этого сил, ведь она росла в лесу, часто тренировалась с отцом драться, чтобы уметь себя защищать от диких зверей и врагов. Они часто делали дальние обходы леса, а для этого нельзя быть слабой.

Она долго прислушивалась к его дыханию, которое становилось все ровнее. Глория приготовила необходимые зелья и настойку, в которую влила частичку своей ведовской силы, поставила чашку на столик рядом с постелью мужчины, занялась домашними делами. Надо было что-нибудь приготовить, чтобы накормить раненого, когда он придет в себя. Глория вышла из дома, проверила силки, которые поставила недалеко от дома. Ей повезло. В одних силках билась довольно большая куропатка, во вторых был заяц.

Мужчина пришел в себя поздно ночью. Глория уже лежала в своей постели, стараясь заснуть, когда услышала, как он начал шевелиться, словно старается подняться. Она быстро встала и поспешила к нему. Светильник, который она оставила в комнате на столе, почти не давал света. Она взяла в кухне еще один и внесла в комнату. Мужчина лежал с открытыми глазами и осматривался.

– Где я? Как я сюда попал? – хрипло спросил он.

– Ты в моем доме. Я нашла тебя раненым возле реки. Ты потерял сознание. Я сейчас дам тебе настойку, ты должен ее выпить, если хочешь быстрее поправиться.

– Что со мной и что за одежда на мне? – он хмурился, осматривая надетую на себя рубашку.

– У тебя было много ран, одна большая на правом боку. Я их всех обработала. Не волнуйся, я умею лечить раны, я ведунья, моя мама и бабушка были ведуньями. А твоя одежда вся порвалась. Я надела на тебя одежду своего отца. Она чистая, хотя не новая.

– А ты кто? Как тебя зовут?

– Я Глория. Мой отец был здесь егерем. Это наш дом. А как тебя зовут? Может, надо кому-то сообщить, что ты здесь?

– А…, – на миг мужчина запнулся, – Нарт. Нет, никому не надо сообщать. Я должен быстро подняться на ноги и вернуться в строй. Где мое оружие? Где мой конь?

– Оружия при тебе не было. И коня тоже не видела. И пока тебе рано подниматься, надо чтобы зажили раны. Ты потерял много крови. Утром я перевяжу тебя. А пока выпей настойку. Потом я немного покормлю тебя. Тебе нужны силы.

Мужчина закрыл глаза. Было видно, что разговор дается ему с трудом, на лбу выступил пот. Глория осторожно подняла ему голову, поднесла к губам чашку.

– Выпей, это важно.

Он пил, не открывая глаз. Потом откинулся на подушку.

– Спасибо, – тихо произнес он. – Я есть пока не хочу. Давай утром? А сейчас я хочу спать.

– Хорошо.

Глория вышла из комнаты, оставив ему один светильник. Лежа в своей кровати, она слышала, как его дыхание становится спокойнее и ровнее. Потом он уснул и что-то говорил во сне, словно продолжал командовать на поле боя.

К вечеру следующего дня Нарт чувствовал себя уже лучше, пытался подняться, но Глория удержала его.

– Подожди, пусть затянется рана на боку. А пока выпей зелья, и я еще раз обработаю рану.

– Глория, ты живешь одна?

– Да, – она поджала губы. Старая боль всколыхнулась в сердце. – Моих родителей несколько месяцев назад задрал медведь, который пришел из Темных земель.

– И ты не боишься? Вдруг медведь вернется.

– Не боюсь, – она покачала головой. – Того медведя я убила. И я умею убивать исчадий Темных земель, отец научил меня.

– Чему он тебя еще научил? – с интересом рассматривая девушку, спросил Нарт.

– Научил охотиться, защищаться, читать следы, выслеживать добычу. Я знаю все тропы в Белых горах, по которым исчадия Темных земель могут прийти к нам. Если завалить эти тропы, то они не сразу смогут пробраться на наши земли.

– И ты можешь мне их показать?

– Могу, – она улыбнулась. – Я уже предлагала герцогу…, – она сбилась, но потом продолжила, – одному командиру, показать эти тропы, но он отказался слушать меня.

– Я поднимусь, ты мне покажешь их, – потребовал мужчина.

– Ты не пройдешь с такими ранениями, ты слишком слаб. У моего отца есть карта, которую он составлял несколько лет. Я могу дать ее тебе. На ней указаны все потайные тропы. И еще. Исчадий Темных земель не убить стрелой или простым клинков. Их можно убить только заговоренным оружием – кинжалом или мечом, нанося удары в шею. Это их единственное слабое место. Надо стараться сразу перерубить хребет. Иначе все раны, которые причиняют им, сразу заживают. И еще они боятся огня, который зажечь на ветках священного дерева Тысячи жизней. Надо связать несколько веток и поджечь, нести перед собой. Тогда ни одно исчадие не подойдет к тебе близко. На карте отца указаны места, где растут эти деревья.

Мужчина с каким-то восхищением посмотрел на девушку.

– Знаешь, думаю, что ты послана мне нашим божественным Отцом.

На следующий день Нарт осторожно поднялся с постели, вышел в кухню, где Глория раскатывала тесто на пирог. Рукава своего платья она закатала, чтобы не испачкать. Нарт сел на скамейку у стола, смотрел, как она ловко управляется с тестом, потом нахмурился.

– Глория, скажи, что это за рисунок? – он указал на знак Селении, который сейчас был слабо виден на ее руке.

С каждым днем, после того как герцог отрекся от нее, знак светился все слабее и слабее. Сейчас он уже не светился, были просто тонкие белые линии, еще немного и совсем исчезнет.

Она отругала себя, быстро опустила рукав.

– Ничего, просто рисунок.

– Нет, погоди, – он перехватил ее руку, поднес к своему лицу, внимательно рассматривая рисунок. – Я видел такой же у герцога Дорнована. Почему у тебя такой же рисунок?

Глория не знала, что ответить Нарту, долго кусала губы.

– Расскажи, – попросил мужчина.

– А что сказал герцог?

– Ничего. Он отказался говорить об этом. Но я прошу тебя – расскажи. Я знаю предание о нареченных рода Дорнован. И я слышал, что…

– Да, – она не дала ему договорить. Лучше она сама расскажет правду, чем слушать то, что этому мужчине наговорили какие-то посторонние люди, – да, я нареченная герцога Герберта Дорнована. Почти два месяца назад у меня появился этот рисунок – знак Лунной богини. Меня привезли в замок Дорн, чтобы мы с Гербертом поженились. Но оказалось, что у него есть любимая девушка, которую уже все считали его будущей женой.

– Почему ты не стала бороться за свое счастье?

– Счастье? – она села на скамью, грустно усмехнулась, погладила пальцами рисунок, который истончался с каждым часом. – Счастье – это когда ты нужен другому человеку, когда тебя принимают таким, какой ты есть, когда тебя уважают или хотя бы стараются поговорить, чтобы узнать друг друга получше, а не избегают и не проводят все время со своей любовницей, не смотрят, как на что-то недостойное для себя, не стыдятся.

– Разве старый герцог не мог поговорить с сыном?

– Он говорил, – она опустила глаза, чтобы Нарт не увидел в них слезы, – но насильно мил не будешь. Господин Лартен был единственным, кто относится ко мне с теплотой.

– И ты решила уехать, – тихо проговорил Нарт.

– Да. Когда умер господин Лартон, я уехала, не хотела быть лишней и ненужной.

Глория не стала рассказывать этому малознакомому человеку истинную причину, почему она сбежала из замка.

– А что с вашим знаком? – он кивнул на руку.

– После того, как Герберт оказался от брака со мной, знак стал исчезать.

Больше к этому разговору они не возвращались.

С каждым днем Нарту становилось лучше. Он уже передвигался по дому и участку возле дома самостоятельно, помогал Глории по хозяйству, хотя она каждый раз ругала его. Нарт с удивлением рассматривал защиту дома, сам несколько раз проверял ее надежность. Он выходил за контур, отходил на двадцать шагов от невидимой черты, потом поворачивался и со смехом пытался найти дом. Глория стояла на крыльце и с улыбкой наблюдала, как мужчина пытается найти дом. Она сделала ему амулет, который помогал ему увидеть дом, чтобы в ее отсутствие он мог ходить в лес. Нарт пытался пойти с ней на охоту, но девушка категорически отказывалась его брать с собой. «Ты еще очень слаб, только помешаешь охоте, где надо быть тихим и быстрым. Не сердись, я с самого детства хожу на охоту», – с улыбкой отвечала Глория.

Война продолжалась, до дома часто доносился шум боев. Глория видела, как Нарт выходит на крыльцо и напряженно вслушивается в далекий шум, сжимая кулаки.

– Я должен вернуться, – сказал он на шестой день. – Благодаря твоим зельям я уже чувствую себя хорошо, готов к бою. Вот только где взять оружие?

Глория провела Нарта на чердак, где отец хранил свое оружие. Здесь были боевой арбалет, колчан со стрелами, меч в простых ножнах, метательные ножи с перевязью для них, кожаный доспех, одежда и крепкие сапоги, сшитые из кожи исчадий, которая была прочнее любого стального доспеха.

– Это оружие и одежда моего отца. Он был воином и был ранен на последней войне. Моя мама нашла его в лесу, выходила. Потом они поженились. Он остался здесь, стал егерем. Отец многому меня научил, в том числе стрелять и биться с мечом. Возьми все, что посчитаешь нужным. Обязательно возьми этот меч – он заговоренный от исчадий. И возьми мою Звездочку, пусть она послужит тебе. Она очень умная и знает все лесные дороги, сможет довести тебя туда, где ты нужен. Если все будет хорошо, просто потом отпусти ее, и она сама вернется домой.

На следующий день Нарт стал собираться. Глория понимала, что его не удержать дома, стала собрать ему в дорогу зелья, которые могли бы помочь при ранении. Мужчина облачился в кожаный доспех, который оказался ему чуть великоватым. Глория помогла затянуть ремни, подгоняя доспех по фигуре, любуясь его статью, силой. Ей так хотелось, чтобы он остался с ней навсегда, чтобы вечерами сидеть у печи и смотреть в огонь, чтобы он обнимал ее с нежностью, а она бы целовала его глаза, красивые губы. У них бы родились детишки, которых они бы воспитывали вместе. Но он за все эти дни ни разу не сказал, что она нравится ему, хотя часто замечала его задумчивые взгляды на себе. Поэтому все свои мечты она убирала так далеко, чтобы случайно не найти и не жить пустыми надеждами. Он из богатой семьи, а она дочь егеря и ведуньи, всю жизнь прожила в лесу, не умеет носить платья и кокетничать, но все равно робкая надежа жила в ее сердечке. Но мужчина собирался на войну.

– Я верю, что вы победите врагов, – сказала она на прощание, когда вышла провожать Нарта.

Звездочка, готовая к походу, терпеливо ждала своего нового седока. Нарт подошел к Глории, взял ее за плечи, посмотрел в глаза.

– Скажи, если мы еще раз встретимся, ты будешь рада видеть меня?

– Да, – она просто кивнула ему, не отводя взгляда от его синих, как небо глаз.

– И еще скажи, если герцог Дорнован найдет тебя и предложит стать его женой, ты согласишься?

– Нет, – ее голос был тверд. – Я не хочу быть женой человека, которому я не была нужна даже тогда, когда боги свели нас. А сейчас у меня даже не осталось знака, что когда-то мы были нареченными, – она подняла рукав своей рубашки, показывая чистую руку. От знака богини не осталось и следа. – И есть кое-что еще, почему я никогда не перешагну порог замка Дорн.

Нарт наклонился и осторожно поцеловал ее в губы.

– Дождись меня, – тихо сказал он.

– Я не могу дать тебе такого обещания, – ответила Глория. – Чувствую, что мне скоро придется уехать отсюда.

– Почему?

– Я не могу тебе об этом рассказать. Это тайна семьи Дорнован.

– Я услышал тебя. Спасибо за все. Но надеюсь, что мы еще обязательно встретимся.

Нарт подошел к Звездочке, погладил ее по морде, потом сел в седло.

– Я буду молить Лунную богиню, чтобы она хранила тебя, – сказала Глория. – Поезжай, не стоит задерживаться.

Нарт тронул поводья, и умная Звездочка направилась в сторону границы, где продолжалась война с варгарийцами. А Глория долго стояла на месте и смотрела им вслед. Потом она вернулась во вновь опустевший дом, села за кухонный стол, размышляя, когда ей следует уехать отсюда.

Девушка не стала рассказывать Нарту о том, что госпожа Миола убила своего мужа, а потом хотела убить ее только чтобы женить своего сына на Вереоре. Не рассказала, что в эту ночь ей приснилась Лунная богиня.

«Селения, почему ты не отвечала мне?» – спросила у нее Глория, когда богиня появилась перед ней.

«Я не могла вмешиваться в ваши отношения. Вы сами должны были решить свою судьбу. Мы – боги, только помогаем найти нареченных».

«Ты больше не будешь помогать мне»?

«Тебе буду. В тебе нет вины в том, что твой нареченный отказался от тебя. Но я больше никогда не буду слушать мольбы Герберта, он выбрал свой путь. А его мать заслуживает самой жестокой кары. Но я не буду вмешиваться в отношения семьи Дорнованов. Теперь они сами будут нести ответственность за свои решения и поступки. Рано или поздно каждый из них получит по заслугам».

«Но ты же могла предупредить господина Лартона, что его убьют, предотвратить это!»

«Нет, не могла, – богиня печально покачала головой. – У него впереди была долгая жизнь, он бы увидел своих внуков, если бы вы с Гербертом поженились. Моя сестра богиня Вечной тьмы не собиралась забирать его душу».

«Скажи, что мне делать»?

«Тебе придется уехать отсюда. Скоро Миола пошлет за тобой убийц, чтобы ты не вернулась больше в их семью. Она боится тебя».

«Скажи, а Нарт не погибнет в этой войне»?

«Нарт? – богиня словно удивилась. – Странно. Я думала, у него другое имя. Но раз он назвал это, то пусть будет Нарт. Нет, он не погибнет. Благодаря твоей помощи, он сможет разбить врагов».

«Селения, скажи, куда мне уехать»?

«Ты должна решить сама. Человек сам выбирает свой путь. Я могу только быть рядом и предупредить тебя о смертельной опасности. А сейчас мне пора», – и богиня словно растаяла, как серебристый туман.

Глория долго думала над этим сном. Уезжать из дома не хотелось, но если ей грозит опасность, то она последует совету богини. Потом ее мысли перешли к Нарту. Почему богиня удивилась его имени? Спросить об этом у мужчины? Все утром Глория смотрела на него, как он ест, потом как собирается, но так и не решилась. Он для нее останется Нартом. Если им судьба встретиться вновь, то она будет только рада.

Глория стала собирать свои вещи. Теперь ей придется уехать надолго, возможно навсегда. Лишнего она решила не брать, у нее есть деньги, которые скопили ее родители. Оставлять их в потайных местах она не будет. Этого должно хватить на первое время, а потом она найдет себе тихий уголок, решит, как будет зарабатывать на жизнь. На третий день домой вернулась Звездочка. Когда лошадь подошла к дому и тихо заржала, сообщая хозяйке, что вернулась, сердце Глории замерло от страха. Она успела подумать о самом страшном, но когда вышла во двор, увидела, что к седлу Звездочки привязан небольшой кожаный мешочек, в котором оказалось короткое письмо Нарта и двадцать золотых монет. Он писал, что добрался до своего отряда, благодарил Глорию за все. Она отвела Звездочку в сараюшку, вернулась в дом, долго всматривалась в клочок сероватой бумаги, на котором рукой Нарта были написаны эти слова красивым твердым почерком.

А в вечерних сумерках Глория услышала, как кто-то ходит вокруг ее дома. Охранное заклинание надежно закрывало дом от чужих людей. Глория тихо вышла из дома, вслушиваясь в слова мужчин, которые крутились возле дома и ругались. Она увидела трех мужчин самого разбойного вида. Она могла бы убить их из своего охотничьего арбалета, но Миола пришлет других. Поэтому Глория решила выждать, узнать, что они собираются делать.

– Я говорю, что дом должен быть где-то здесь, нам местные прямо указали это место.

– Но ты же видишь – дома нет. Где он?

– Думаешь, нас обманули?

– Не знаю. Но та тетка клялась, что эта девчонка живет здесь. Она же нам даже нарисовала, как найти дом.

– Что будем делать? Я, знаешь ли, не собираюсь мотаться по всему лесу и искать ее.

– А если мы герцогине скажем, что ее убили? Задрали дикие звери или убили враги. Ведь живет в лесу одна. Тем более, что рядом идут бои. Всякое с ней могло случиться.

– Согласен. Я тоже не собираюсь искать ее. Нам уже заплатили часть денег. Если герцогиня откажется платить оставшуюся часть, не буду спорить.

Они еще порыскали возле дома, а потом уехали. Глория вернулась в дом, еще раз проверила все свои вещи, дождалась утра, потом оседлала свою Звездочку, закрыла дом и отправилась подальше от этих мест.