сообщить о нарушении
Текущая страница: 34 (всего у книги 50 страниц)
Ответ последовал, но чтобы его расслышать, пришлось хорошенько прислушиваться, прислонившись к двери. Многого ей не сказали — лишь то, что человек внутри прикован наручниками и заперт. Когда Мира ответила, что вызовет полицию, была вдруг остановлена. Разумеется, Соре хотелось освободиться и проучить Джея, но она помнила, как жёстко относятся в этом городе к нарушению прав других людей. Парня наверняка могли засадить в тюрьму, чего она ему не желала — всё же Кимура была у него в долгу.
Мира не стала вдаваться в подробности и наверняка ушла бы, но голос Соры она узнала. Припомнила тот факт, что она живёт с каким-то другим пареньком, и тогда частично поняла её мотивации. Кидать же знакомого человека не хотелось, потому она попросила подождать и спустилась обратно вниз. Послала Акио в ближайший строительный магазин за мотком проволоки, а сама достала блокнотик и ручку, после чего стала что-то писать.
По прошествии сорока минут Сора совершенно потеряла надежду на то, что её не кинули. Наверное, стоило объяснить всё подробнее, но кричать с кухни было очень сложно. Она успела пожалеть, что не согласилась на вызов полиции, когда в окно прилетел вначале моток оловянной проволоки, а потом блокнот.
«Здравствуй, Сора, я Мира — бывший секретарь Кейджи, если ты помнишь. Мы с Акио прочитали твой запрос о помощи, и я могла бы заставить его слазить до твоего окна и отпаять решётку, но там, к сожалению, нет розетки, а ещё он наверняка навернётся. А теперь к делу.
С помощью проволоки ты можешь попытаться открыть наручники. Сначала сделай из неё г-образную отмычку. Просунь её над зубчиками между подвижной и неподвижной частью наручников с целью отжимания защёлки изнутри. Делай это враскачку. Надо резко защёлкнуть на зубчик или два и тут же рвануть на открытие.
Мы вернёмся вечером. Если у тебя не получится — вызовем полицию».
При их первой встрече Кимура успела невзлюбить секретутку, как она её мысленно обозвала, но сейчас Мира взошла на пьедестал лучшей подруги. Теперь Сора освободится. Даже если не получится открыть наручники — в этом случае помощь прибудет вечером. От неё теперь зависит не столько собственная судьба, столько судьба Джея, и даже возникло желание не очень стараться. Оно как-то забылось, как только Кимура стала следовать инструкции и пытаться открыть замок. Наручники, судя по всему, были непрофессиональными, поскольку в них отсутствовал предохранитель, что сильно упрощало задачу. Пришлось долго покопаться, но в конечном итоге замок был открыт.
Первым делом Сора подумала о том, что будет, когда вернётся Джей. Надо его не пустить — наверное, это лучший вариант. Засунуть в замок проволоку и держать её, чтобы он не смог пробиться ключом. Причём лучше это делать с обыкновенным замком, а не с тем, который поставил Сайер — тогда он откроет свой, и впоследствии она сможет выбраться. Только нужно будет оперативно засунуть и в него проволоку, чтобы не смог закрыть.
Не успела девушка порадоваться гениальности своего плана, как в дверь громко забарабанили. Сердце ёкнуло, замерло и забилось быстрее. Кимура сразу поняла, что это не Джей — зачем ему стучаться? Подумав, что снова полиция пришла с проверкой, девушка прошла в коридор и осторожно посмотрела в глазок, но он был прикрыт. Это стало плохим знаком. Не подавая голоса и стараясь даже не дышать, Сора спиной прошагала обратно на кухню. Это точно не полиция — они, во-первых, громко извещают о своём приходе, а во-вторых, не стали бы прикрывать глазок. Рука непроизвольно взяла кухонный нож со стола и сжала рукоятку. Вдруг это грабители? Они, конечно, наверняка не смогут проникнуть внутрь, но девушка привыкла учитывать все вероятности. А ещё вновь вспомнился погибший мальчик...
Судя по всему, не зря. В следующий момент послышался глухой выстрел, щелчок и звук открытия двери. Скрипнув зубами и широко раскрыв глаза, Сора шмыгнула за высокий кухонный пенал, сжав своё оружие в обеих руках. Ноги подкашивались, тело дрожало, но Кимура глубоко вздохнула и заставила себя успокоиться. Она уже не раз была на волоске от смерти, чего сейчас-то бояться?
Девушка внимательно прислушивалась к шагам, надеясь выскользнуть из квартиры, если незваный гость пройдёт в одну из комнат, но он, как назло, проследовал именно на кухню. Теперь права на ошибку нет. Главное — точно рассчитать время.
Шаги были быстрыми, будто он что-то искал, так что, почувствовав его присутствие возле стола, Сора, полупригнувшись, выскользнула из укрытия и устремила лезвие ножа к животу.
Мгновенная реакция. Перехват. Кимура лишь горестно отметила, что в очередной раз облажалась, когда ей надавили на плечи, заставляя упасть на колени. Но сдаваться она не собиралась, нет. У неё отобрали нож и продолжали удерживать руки, и тогда Сора перекатилась на спину, после чего с чувством лягнула ногой. Попала она туда, куда и намеревалась — в пах, заставляя грабителя зашипеть и осесть. Только оказавшись с ним наравне, девушка рассмотрела его лицо, одновременно с ужасом и радостью замирая.
— Ке... — вякнула было Сора, но ей быстро зажали рот ладонью.
Вот почему так? Когда доводилось оказывать попытки сопротивления до этого, никогда не везло воспользоваться самым выигрышным приёмом против мужчин, а сейчас она сделала это против Широми, теперь с виноватым ужасом отмечая столь болезненное выражение лица, какое не видела со времён его пребывания в предсмертном состоянии. Впрочем, скоро оно пропало, и брюнет поднял голову, тут же показав знак молчать. Он быстро нашёл взглядом кинутые здесь ручку и блокнот с инструкцией Миры, после чего принялся там что-то строчить.
«К тебе приходила полиция, верно? Они могли оставить прослушивающие устройства. Есть место, где они не были?» — именно это прочитала Сора спустя десяток секунд и на мгновение задумалась.
Если вспомнить, они побывали везде, но было место, в котором они не задерживались и даже не проходили туда. Маленькая, абсолютно пустующая кладовка в прихожей, исключая разве что полочку с ячейками для обувных коробок. Помнится, Сора очень хотела снести эту дверцу, чтобы расширить прихожую — всё равно не было вещей, которые можно было туда складывать, но сейчас радовалась тому, что не успела это сделать. Оказавшись в тёмном помещении, девушка дождалась, когда Кей плотно закроет дверь, после чего они оказались в кромешной тьме.
— Прости. Я приняла тебя за грабителя, — наконец сказала она едва не сразу вырвавшиеся слова.
Потом вдруг сползла по стене, высвобождая успевший скопиться стресс. Подтянула колени, уткнувшись в них и вытирая об ткань лосин навернувшиеся слёзы. Слишком много потрясений за пару минут.
— Ты где был? Почему пришёл только сейчас? — тихо спросила девушка, уверенная, что ответов всё равно не получит.
В них Кимура, на самом деле, не особо-то нуждалась, ведь того, что Кейджи жив и сейчас здесь, ей более чем хватало. Но её слова не повисли в тишине.
— Была причина, — глухо, явно опасаясь быть услышанным и через дверь, отозвался он.
Сора усмехнулась. Такой ответ вполне в его духе — так она подумала, не имея в виду, конечно, то, что потом последовало. Она ничего не видела, но почувствовала, как Широми присел. Стоило поднять руку — и вот он. Куртка, которую Кей не успел снять, торчащая горловина свитера. Шея, почему-то напряжённая, лицо, волосы. Тёплое дыхание, которое Сора ощутила уже возле лица. Его запах, сигаретный, с лёгкой ноткой мускуса, сводил с ума. Она подалась с такой готовностью, какой впоследствии сама удивлялась. Льнула, прижимаясь к груди и сжимая ткань на спине. Отвечала так, будто вовсе не боялась потерять сознание из-за кислородной голодовки — потому что выносить даже полусантиметровое отдаление было куда как тяжелее.
Сжимаемая в стальных объятиях, Кимура даже не успевала удивляться напору. Поцелуй был не один и даже не десять — никто всё равно не считал. Возникало непреодолимое ощущение, что с каждым разом сметающий пыл брюнета не уменьшался, а только возрастал. Он не ограничивал себя нигде — целовал губы, щёки, скулы, шею, так голодно и отчаянно, словно в последний раз. И в свою очередь также не успевал удивляться, когда Сора принялась проделывать то же самое. Действия были настолько спонтанными, едиными, что ни один из них потом не помнил, кто именно снял мешающую куртку.
Сора потом очень боялась. Боялась этой темноты и того, что с её исчезновением исчезнет и Кейджи, который ей попросту привиделся. В то же время, она никогда бы в это не поверила — все эти ощущения не были иллюзией, они реальны. Но она поделилась своим страхом, и далеко не одним. Рассказала, как боялась больше его не увидеть; как раз за разом пугалась услышать в новостях известие о нём, найденным мёртвым.
— Что бы я тогда делала? — протянула она беспомощным голосом ребёнка, которого собираются бросить родители.
Почувствовала большую тёплую ладонь на своей щеке и прижалась к ней.
— Дурочка. Я никогда тебя не брошу.
========== Глава 26. Чёрно-белая радуга ==========
Комментарий к Глава 26. Чёрно-белая радуга
Некоторые придерживаются мнения, что жизнь - это череда чёрных и белых полос. Все события и действия можно разделить на две части, например, в правую стопку определить хорошее, а в левую – плохое. Такая вот чёрно-белая радуга получается.
— Надо рассказать Юки, — заключил Акио.
— Не надо, — отозвалась Мира.
— Тогда Синджи.
Блондинка остановилась.
— Слушай, угомонись. В таких делах лишние свидетели не нужны, — отрезала она, взглянув на медика взглядом Медузы Горгоны, который заставлял не то, что окаменеть, а вовсе рассыпаться прахом.
— Ты же боишься девушек.
Акио замолчал, не отрицая этого факта, а потом стал бубнить, что Кейджи будет расстроен.
Его поиски их маленькой странной группой велись второй день, но пока безрезультатно. Точнее, медик так считал, целью же Миры с самого начала являлось не это — она понимала, что обнаружить Кейджи таким образом невозможно. Зато она много нового почерпнула, пока таскала паренька под предлогом поисков Широми. Узнала, что Акио, оказывается, тоже был в спецназе тридцать второго сектора, где и познакомился с ним. Крайне удивилась тому, что именно он пересадил иммунитет Соры в Кея, тем самым спася его. Впрочем, медик по-прежнему был зашуганным, каким она его и помнила, да теперь ещё и с острой боязнью девушек. Это забавляло и заставляло чувствовать собственную вину одновременно, но по Мире можно было сказать только первое. Всё выглядело так, словно Акио — мальчик на побегушках.
— Какой сегодня день недели? — спросила блондинка, после чего сама же себе и ответила. — Пятница. А ну-ка пошли туда, — она кивнула на бар неподалёку.
Паренёк покосился на заведение с большим сомнением.
— Господина Кейджи там точно не будет, — сказал он.
— Ну чего же? Как раз, напротив — в таких местах его и нужно искать. Там плохое освещение, имеется возможность затеряться в толпе, а для такого, как он, ещё и узнать что-нибудь полезное для себя, — привела девушка массу аргументов, которым медик наивно поверил.
Через десять минут Мира вовсю распивала сомнительную жидкость зелёного цвета, которую очень хотелось обозвать кислотой, но это был всего лишь ликёр «Мидори». Притонник оказался не баром, а клубом с громкой музыкой и орущим столпотворением, но это многого не меняло. Акио в любом случае не нравились подобные места, и он активно штудировал толпу, чтобы быстрее убедиться в отсутствии в ней Кея.
Когда он удостоверился в этом, вернулся к барной стойке, но Мира была уже не одна.
— Любишь ликёр, красавица? А как относишься к коктейлям? — спрашивал незнакомый хахаль, сидящий с ней по соседству.
— У нас отличные взаимоотношения! Я люблю коктейли, а коктейли любят меня. Гармония и понимание, — она улыбнулась и привычно тряхнула светлыми волосами, правда, уже несколько нескоординировано.
— В таком случае, позволь предоставить тебе ещё одного любимца, — мужчина заказал знаменитую «Кровавую Мэри», которую в обычное время Мира ни за что не стала бы пить, потому как не переносит томатный сок, но сейчас заглотнула разом.
Они разговорились. Хахаль рассказывал откровенные небылицы о своей опасной трудной жизни — что до вступления в IGR, что после. Вот сегодня, например, ему сказали проследить за одним человеком, который оказался хитрожопым перцем и вырубил его со спины. Чудо, что Пи-360 не спёр. Теперь же у него висит ещё одно задание — похитить какую-то бабу и доставить куда надо, вот только фотографию он посеял. Мира, в своём уже не совсем адекватном состоянии, с готовностью верила во всё и искренне удивлялась. Разозлившись на «белобрысую легкомысленную дуру», Акио развернулся и хотел уйти из ужасного места, как случилось непредвиденное. Какой-то танцор со стаканом сильно спиртного напитка неосторожно навернулся на ровном месте и опрокинул его содержимое прямо на собеседника Миры. Поспешно извиняясь заплетающимся языком, он затерялся в толпе, прежде чем получил по щам.
— Вот дела. Помоги-ка мне отмыться, — произнёс он, вставая и направляясь в сторону туалетов.
Мира закивала, выражаясь нецензурной лексикой на кривоногих танцоришек. Когда они оказались внутри, мужчина подошёл к умывальнику и открыл воду, но вымывать одежду не стал. Едва Мира подошла, он крепко схватил её за запястья и прижал к стене.
В этот же момент входная дверь отворилась, и в туалет влетел Акио.
— Не трожь её, горилла! — выкрикнул он максимально обидное ругательство, на которое был способен, после чего подбежал и с силой долбанул его в лоб биноклем.
Для этого пришлось подпрыгнуть, и медик немного скосил, из-за чего удар получился недостаточно сильным. У хахаля пошла кровь и кожа в том месте побагровела, но он остался в сознании.
— Ах, ты сучёнок, — он оскалился, заставив парня отступить с ужасным пониманием того, что план не сработал.
Увидев это, он ухмыльнулся, грузной скалой зашагав на него. Позади Акио была дверь, через которую он мог прямо сейчас убежать, но тогда Мира осталась бы здесь. Сжав зубы и кулаки, он уставился на мужчину исподлобья, а когда тот оказался рядом, вновь принялся колотить своим биноклем. Эти попытки защититься казались врагу жалкими, и он решил поглумиться тем, что открыто не проявлял сопротивления. Когда же ему это надоело, лёгким движением выбил у медика его временное оружие и отшвырнул на плитку. Замахнулся для удара, но Акио ловко увернулся — уж в этом он приобрёл некоторый опыт за всю свою жизнь. Однако от второго удара не ушёл. Он пришёлся прямо на левый глаз, заставляя кожу в том месте мгновенно налиться синевой и вспухнуть. Оглушённый мощным ударом, медик упал, едва оставаясь в сознании. Сам он об этом пожалел, когда в следующий момент мужчина замахнулся уже ногой, попросту не желая тратить на Акио чуть больше своего времени.
Вот сейчас будет больно. Интересно, он вообще жив останется? Вдруг череп треснет? А всё из-за грёбанной блондинки, которая вечно была его геморроем. Вот был бы он столь же силён, как Кейджи, смог бы постоять если не за себя, то за других. Эта мысль впервые заставила пожалеть о своей слабости в такой мере. До обиды. До презрения к себе.
Акио зажмурился. Секунды шли, а он всё ещё находился в сознании, о чём свидетельствовала тупая боль в глазнице. Через некоторое время он понял, что что-то не так, и открыл здоровый глаз. Мужчина валялся перед ним без сознания, а Мира деловито убирала в сумочку электрошокер.
— Какого... — только и смог выразиться медик. — Ты же в стельку пьяна! И понимаешь, что происходит?
Это заявление заставило девушку фыркнуть.
— Я пьяна? Пф, смешная шутка. Дорогой мой Акио, нужно как минимум несколько ящиков этих дешёвых ликёров, чтобы я опьянела.
— Тогда какого хрена ты попёрлась с ним??? Ещё секунда, и он бы меня убил, — слова девушки так возмутили парня, что он вскочил на ноги и едва не упал.
Мира вовремя его придержала.
— А такого, что этот тип — один из разыскиваемых наёмников в этом городе. И очень опасный, ты сам видел. Я его сразу узнала, — спокойно пояснила она, после чего стала вызывать полицию.
Сопя и откровенно не понимая, зачем ей понадобилось геройствовать, а главное — почему он полез геройствовать! — Акио выдернул локоть и поплёлся к стенке. Парень уже заприметил, что случилось с биноклем — он непоправимо разломался на две части, и оставалось разве что вырыть ему могилку и поплакать.
— Тебе, конечно, необязательно было вмешиваться. Но знаешь, не каждый осмелился бы выйти против гораздо сильного противника. Ты стал мужественным, Акио, и бинокли тебе теперь не нужны, — закончив короткий разговор с полицией, Мира с уважением улыбнулась. — Так и быть, подброшу тебя до дома.
* * *
