Текст книги "Хана, вызывайте некроманта (СИ)"

Автор книги: Виктория Рогозина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 4

Окси медленно приходила в себя, её тело отзывалось на боль, а в голове всё было как в тумане. Она чувствовала слабость, но всё равно изо всех сил пыталась собраться, сосредоточиться на том, что происходило вокруг. Стены вокруг были мрачными и безликими – ни окон, ни дверей. Тишина была оглушающей. Она висела в воздухе, её руки были скованы магической цепью, и ноги едва касались холодного пола.

Всё плыло перед глазами, как в кошмаре, но одна мысль не давала ей покоя: Я хочу жить. Это было её единственное желание. В мире, полном боли и отчаяния, она не могла позволить себе просто сдаться.

Постепенно очертания становились чётче. Сначала размазанные пятна, потом контуры. Она начала различать фигуру перед собой. Некромант. Он сидел на стуле, молча наблюдая за ней, словно ожидал чего-то. Его глаза, темные и холодные, не отвлекались от неё. Взгляд был слишком внимательным, почти изучающим.

Окси, пытаясь выровнять дыхание, обратила внимание на его спокойствие. Он был готов к чему-то. Но что? Что он хотел от неё?

– Ты пришла в себя, – произнёс он наконец, его голос звучал спокойно, без малейшего напряжения. – Как ты себя чувствуешь?

Её горло было сухим, но она стиснула зубы и постаралась не показывать слабости. Тело всё ещё дрожало от боли, но её глаза загорелись решимостью.

– Ты не можешь меня убить, – сказала она, несмотря на связывающую её цепь и тяжесть в теле. Это был её единственный ответ, её способ напомнить себе, что она не сдалась.

Некромант слегка наклонил голову, его взгляд не изменился, но в нем появилась нотка заинтересованности.

– Ты хочешь верить в это? Или это всё ещё твой способ сопротивляться? – его слова были мягкими, но в них скрывался некий глубокий смысл.

Окси почувствовала, как её сердце забилось быстрее, но она не отступила. Она хотела жить. И в этот момент, несмотря на её связки и положение, она начала осознавать: возможно, эта борьба была её шансом.

Окси подняла голову, её глаза затуманены, но в них горел тот же огонь, что когда-то горел в её сердце. Она внимательно посмотрела на некроманта, пытаясь понять его намерения, и на мгновение её губы дрогнули.

– Ты узнал меня? – её голос был тихим, но уверенным, словно она не сомневалась в том, что он должен был её помнить.

Амрэй, не отрывая взгляда, медленно покачал головой.

– Я не могу помнить дамнаций, – произнёс он спокойно, его лицо оставалось беспристрастным. – Наши встречи всегда бывают первыми и последними. Я уничтожаю их.

Окси прищурилась, на её губах появилась тонкая, почти незаметная усмешка.

– Ты солгал, – сказала она, её слова прозвучали как приговор.

Амрэй молчал, его взгляд не изменился, но в его глазах мелькнуло нечто, что Окси успела заметить. Она знала, что она не ошиблась.

– Ты и твой напарник Кай, – продолжила она, её голос становился все более уверенным. – Мы встретились несколько лет назад, когда вы с ним сопровождали избранную. Ты, – она посмотрела на него с улыбкой, которая была одновременно и горькой, и издевающейся, – помнишь меня?

Амрэй ничего не сказал. Его глаза оставались холодными и внимательными, но на его лице не было ни признаков удивления, ни сожаления. Он просто смотрел на неё, как будто пытаясь оценить, что она пытается добиться этими словами.

Она ждала, но ничего не произошло. Он продолжал молчать.

Тогда, молча, Амрэй встал с места. Он подошёл к двери, не взглянув на Окси в последний раз. Его движения были спокойными и уверенными, без малейшей напряженности.

Когда он достиг двери, он резко повернулся к замку и, не говоря ни слова, захлопнул дверь с таким звуком, что комната наполнилась звоном. Окси осталась одна, вися в тишине, её дыхание становилось всё более тяжелым, но в глазах горел тот же огонь.

Её разум был полон воспоминаний о том, что произошло несколько лет назад, но теперь, когда Амрэй исчез, всё казалось неопределённым. Неясным. Что он знал? Кем она была тогда и сейчас для него?

Окси висела на магической цепи, её тело болело, а разум был охвачен отчаянием и воспоминаниями. Её дыхание было тяжёлым, а каждый вдох словно резал грудную клетку. Она помнила, как страдала, когда Инквизиция выкинула её тело на улицу, и как долго она не могла двигаться, валяясь в тёмном переулке, истекая кровью и страдая от боли. Время казалось растянутым, как кошмар, в котором невозможно было найти выхода. Но когда она наконец встала, её мир стал другим. Она не была тем человеком, каким была раньше. Она стала дамнацией, существом, на которое охотятся все, и с которой сражаются некроманты.

Окси научилась скрываться, она использовала морок, чтобы исчезать из поля зрения, но чем больше времени проходило, тем яснее становилось, что она теряет свою человечность. Она стала чужой как среди людей, так и среди других дамнаций. Для неё не было места ни в одном мире. Когда она встречала некромантов, её единственным желанием было убежать. Но с каждым новым днем становилось всё сложнее скрываться.

Теперь она висела в логове Амрэя, без возможности двигаться, и её мысли возвращались к единственному вопросу, который не давал покоя: почему он не убил её?

Амрэй был её мучителем, и он был профессионалом. Он уничтожал дамнаций, и её присутствие перед ним было не более чем фрагментом его работы. Но он не убил её. Что-то в его поведении было странным. Почему он оставил её в живых? Он был тем, кто должен был ликвидировать её, как любое другое зло. Но его действия говорили о чём-то большем. Может быть, он знал, что она была не такой, как другие дамнации?

Она закрыла глаза и попыталась сосредоточиться, но мысли всё равно ускользали. Время тянулось медленно, и чем дольше она висела на цепи, тем больше начинала чувствовать, как теряет свою цель. Её желание жить становилось единственной силой, что держала её на плаву. Необходимо было найти ответ, разобраться, почему она не была уничтожена, и что это значит для её дальнейшей судьбы.

Но ответы не приходили. И в тот момент, когда она уже почти потеряла надежду, вдруг в её сознании возникла мысль: «Может, это и есть его испытание? Может, он ждал, чтобы узнать, как далеко она готова зайти, чтобы выжить?»

С этим вопросом в голове Окси снова взглянула на дверь, через которую только что исчез Амрэй. Он оставил её в этом мракобесном месте, но не убил. И хотя она не знала, что будет дальше, это оставалось единственным шансом. И она была готова сражаться за свою жизнь, даже если это означало нечто большее, чем просто выжить.

Глава 5

Амрэй сидел за столом на кухне, потягивая чашку кофе. Он смотрел в пустую чашку, чувствуя, как его рука, на которой расползались серебристые всполохи магии, немного саднит. Его взгляд был сосредоточенным, но в глубине глаз скрывался лёгкий налёт беспокойства. Татуировка, магическое украшение, которое было не просто частью его тела, а символом особой связи, отреагировала на дамнацию. Он знал, что эта связь не может быть ошибочной. Он чувствовал её, он знал её силу.

Обручение с суженой – маги называли этот процесс впечатлением, и он был неизменным. Эти узы были нерушимы, они связывали два сердца, две души, и служили не только магическим договором, но и защитой. Связь должна была быть обоюдной, взаимной, иначе всё становилось бесполезным, а некромант мог стать уязвимым. Однако, когда Амрэй проверил, он не обнаружил этого отклика от дамнации. Она не отвечала на впечатление. Это означало одно: связь была неполной. Это ставило всё под угрозу.

Если его суженая погибнет, он тоже умрёт. И это было самым худшим вариантом. Вся жизнь Амрэя была построена на строгости, на контроле, на избавлении от угроз и сохранении баланса. И вот теперь у него был шанс потерять всё, потому что эта дамнация не могла принять его. Она не была готова, и он сам не знал, что с этим делать. Он не мог позволить, чтобы эта неясность нарушила его существование.

Амрэй тяжело вздохнул и взглянул на часы. Кай вот-вот должен был вернуться домой. Его напарник, его союзник, всегда был рядом. Они оба купили квартиру на двоих, и это было удобно. Нежить не могла проникнуть в их уединённое место, и это давало им возможность прикрывать друг друга, наблюдая за возможными угрозами. Однако сейчас его мысли были далеко от квартиры и коллеги. Он знал, что предстоящая встреча с дамнацией будет решающей.

Кай мог бы помочь, но Амрэй не был уверен, что он готов рассказать ему о своих сомнениях. Окси, эта странная дамнация, смогла напомнить ему о том, что магия, которую они использовали, – не такая простая. Она таила в себе столько неизвестного, и с каждым моментом Амрэй ощущал, как его мир начинает крошиться.

Дверь тихо хлопнула, и через пару мгновений на пороге кухни появился Кай. Его светло-каштановые волосы слегка растрепались от ветра, а лицо выражало лёгкую усталость, перемешанную с неизменной насмешливостью.

– Ты выглядишь не слишком счастливым после встречи с суженой, – усмехнулся Кай, облокотившись на дверной косяк и скрестив руки на груди.

Амрэй бросил на него краткий взгляд и, хмыкнув, поставил пустую чашку на стол.

– Возникли... непредвиденные трудности, – сухо отозвался он.

Кай поднял бровь, пристально разглядывая напарника.

– Суженая – это тебе не разовая встреча. Ты, кажется, только что подписал себе пожизненный контракт, а уже с трудностями? Что за напасть?

Амрэй встал, кивнул Каю и коротко бросил:

– Пойдём. Сам увидишь.

Кай молча последовал за ним, напряжённость в воздухе постепенно нарастала. Они прошли по узкому коридору, пока не оказались перед камерой с прозрачной стеной. За ней, всё ещё вися на магических цепях, находилась девушка. Её белые волосы были слегка растрёпаны, а глаза закрыты. Она казалась хрупкой и уязвимой, но в её ауре чувствовалось что-то необычное – скрытая сила, которую невозможно было не заметить.

Кай удивлённо поднял брови, его глаза сузились, словно он пытался что-то вспомнить.

– Она... кажется, похожа на... – Он замолчал, не договаривая.

– Окси, – коротко подтвердил Амрэй, голос которого прозвучал мрачно.

Повисла гнетущая тишина. Кай перевёл взгляд с девушки на Амрэя.

– Ты хочешь сказать, что твоя суженая – та самая Окси? Избранная, которую забрала Инквизиция для великой цели? Она должна была слиться с Абсолютным Разумом.

Амрэй не ответил сразу, только скрестил руки на груди, продолжая смотреть на пленницу через прозрачную стену. Его лицо оставалось непроницаемым.

– Не просто избранная. Она дамнация. Но связь с ней... – Он замолчал, явно подбирая слова. – Она не обоюдна.

Кай выругался вполголоса, затем тихо спросил:

– И что ты собираешься с этим делать? Уничтожить её ты не можешь – иначе умрёшь сам. Оставить её жить тоже нельзя, ведь она представляет угрозу.

Девушка пошевелилась, открывая глаза. Её взгляд, наполненный болью и усталостью, остановился на двух некромантах за стеклом. Она прищурилась, но ничего не сказала, только чуть приподняла голову, будто пытаясь удержать остатки гордости.

Кай покачал головой.

– Она слишком много знает, Амрэй. И слишком похожа на живого человека, чтобы просто счесть её чудовищем.

Амрэй тяжело вздохнул, чувствуя, как внутри него борются противоречивые чувства. Некоторое время они молча стояли, смотря на девушку. Амрэй мрачно нахмурился, размышляя о той запутанной ситуации, в которой оказался. Кай, наконец, тряхнул головой, нарушив тишину.

– Как избранная для Абсолютного Разума могла стать дамнацией? – спросил он, очевидно, задавая вопрос, который крутился в голове у обоих.

Амрэй скользнул взглядом по девушке, висящей на магических цепях, её дыхание было медленным, но стабильным. Его челюсти сжались, пока он молчал.

– Ответа у нас нет, – наконец выдавил он. – Возможно, Абсолютный Разум её отверг. Или что-то пошло не так во время ритуала. Но то, что она жива… и в таком состоянии… – Он не закончил, бросив короткий взгляд на Кая.

Кай покачал головой, его лицо оставалось серьёзным, но глаза выдавали неуверенность.

– Такое ещё никогда не происходило, Амрэй. Ты же знаешь. Слияние с Абсолютным Разумом – это нечто безошибочное. Оно либо завершается успехом, либо приводит к смерти избранного.

Они снова посмотрели на Окси. Девушка медленно приоткрыла глаза, её взгляд затуманен, словно она балансировала на грани сознания. Но даже в таком состоянии в её глазах виднелась слабая искра сопротивления, почти неощутимая, но всё же живая.

– Она не должна была выжить, – тихо добавил Кай. – Но она не просто выжила. Она вернулась... и стала этим.

Амрэй молча продолжал смотреть на неё, его мысли путались. Легче всего было бы уничтожить её сразу, но впечатление и нерушимая связь усложняли ситуацию. Её существование было противоестественным, но он чувствовал, что за этим стоит нечто большее.

– Если она действительно была избранной для Абсолютного Разума, – задумчиво проговорил Амрэй, – то её превращение в дамнацию может быть ключом к чему-то… неизведанному.

Кай скептически хмыкнул, но промолчал. Они оба знали, что ответов у них не было, и пока оставалось только наблюдать. Окси закрыла глаза, её голова бессильно опустилась, но её пальцы едва заметно дрогнули, как будто она пыталась вырваться из магической цепи, даже в таком ослабленном состоянии.

– Что бы это ни было, – негромко произнёс Кай, – оно выше нашего понимания.

Глава 6

Окси устало запрокинула голову, её дыхание было прерывистым. Она чувствовала, как тело слабеет, каждая клетка будто кричала от усталости и боли. Хотелось есть. Хотелось пить. Хотелось... жить.

Запястья саднили, а холод магических цепей обжигал кожу. Ноги едва касались пола, но даже это вызывало слабую надежду, что она сможет удержаться. Единственное, что её утешало – она не знала, какое сейчас время суток. Этот неясный момент, странным образом, давал ей передышку от страха.

Ночь всегда была для неё худшим временем. Окси боялась её больше всего. Ночью она становилась уязвимой, лёгкой добычей для других дамнаций, которые всегда чувствовали её слабость. Именно поэтому она привыкла прятаться в людных местах, стараясь раствориться в толпе. Ночами она скиталась, а днём отсыпалась где придётся.

Она тихо застонала, отдавшись боли. В этот момент её затуманенное сознание уловило новый звук. Хлопнула дверь. Громкие, уверенные шаги нарушили гнетущую тишину комнаты.

Окси чуть подняла голову, но силы сопротивляться или говорить не было. Звук шагов приближался, вызывая в её сердце смешанные чувства – страх и странное облегчение от того, что одиночество больше не давит на неё своим грузом.

Скоро она увидела фигуру некроманта. Амрэй остановился в нескольких шагах от неё, его лицо было всё таким же непроницаемым. Он посмотрел на неё сверху вниз, как будто что-то решал. Затем заговорил, и его голос был холодным, почти лишённым эмоций:

– Ты должна быть благодарна, что осталась жива.

Окси не ответила. Она лишь выпрямила спину насколько могла, собрав остатки сил, чтобы не выглядеть сломленной. Её взгляд был усталым, но всё ещё горящим.

– Да пошел ты! – бросила она с ядом, её голос прозвучал хрипло, но уверенно.

Амрэй слегка склонил голову набок, разглядывая её. Что-то в этой девушке выбивалось из привычного порядка вещей. Она не была похожа на других дамнаций. Необычная смесь человеческой уязвимости и того неуловимого мрака, который всегда окружал тех, кого он уничтожал.

Он подошел ближе, почти касаясь носом её шеи. Аромат ударил в нос – тонкий, нежный, с едва уловимыми нотками корицы. Корица. Этот запах всегда сопровождал дамнаций, но сейчас он был... другим.

Окси не шелохнулась. Она висела на цепях, её тело было натянуто, как струна, но она упрямо не позволяла себе показать слабость.

Амрэй усмехнулся, отстраняясь:

– Знаешь, мне нравятся покорные девушки.

Её глаза вспыхнули яростью, но она не закричала, не бросилась с оскорблениями. Вместо этого, с ледяной язвительностью, она произнесла:

– Только слабак будет издеваться над слабой и беззащитной.

Его усмешка стала шире, но вместо раздражения в глазах промелькнул интерес. Он щелкнул пальцами. Раздался металлический звук, и цепи на её запястьях слегка ослабли, удлинившись.

Окси не сразу поняла, что произошло, но, почувствовав, как её ноги коснулись пола, она осторожно села, почти рухнув на холодный бетон. Её дыхание сбивалось, а запястья горели от боли, но это было куда удобнее, чем висеть без движения.

– Так-то лучше, – сказал Амрэй, скрестив руки на груди и разглядывая её сверху вниз. – Теперь мы можем поговорить.

Окси усмехнулась, её губы дрогнули.

– Ты говоришь, как будто это мне нужно.

– Поверь, Окси, тебе ещё многое нужно будет мне объяснить, – холодно ответил он, его взгляд стал тяжёлым, как тень надвигающейся бури.

Амрэй долго смотрел на девушку, его взгляд был тяжелым, как свинец, и изучающим, будто он пытался разгадать тайну, скрытую в её глазах. Окси вытерпела этот взгляд, но внутри все кипело.

– Так что же всё-таки произошло, Окси? – наконец спросил он, его голос звучал спокойно, но в нём угадывался ледяной стержень. – Почему от тебя веет дамнацией?

Девушка демонстративно фыркнула, словно этот вопрос её забавлял, и отвернулась, сделав вид, что её это не касается.

– О, ты не собираешься мне рассказывать? – проговорил Амрэй с усмешкой, скрестив руки на груди. – Знаешь, это твоё молчание выглядит куда подозрительнее, чем любая правда, которую ты могла бы мне сказать.

Окси пожала плечами, не поворачиваясь к нему.

– Подозревай, сколько хочешь. Это не моя проблема.

– Не твоя? – повторил он, и его усмешка стала ещё шире. – Девушка, ты висишь на цепях в логове некроманта, и у тебя всё ещё хватает духа играть в гордость?

Её губы дрогнули, и она с усилием подняла голову, обжигая его взглядом.

– Может, это ты хочешь знать, почему твоё магическое чутье выбрало меня, а не кого-то более… подходящего? – произнесла она ядовито.

Амрэй на мгновение замер, но быстро справился с собой, вернув на лицо безразличное выражение.

– Возможно. Но у меня есть время. А у тебя?

Он наклонился ближе, его холодный голос был почти шёпотом:

– Ты можешь молчать хоть вечность, но тогда тебе придётся терпеть меня до конца своих дней.

Окси снова отвернулась, но теперь её лицо было напряжено, а руки чуть дрожали от усталости.

Амрэй щелкнул пальцами, и цепи вновь натянулись, заставляя Окси подняться на цыпочки, едва касаясь пола. Она застонала от боли, но не произнесла ни слова, лишь бросила на него взгляд, полный ненависти и усталости.

Некромант медленно подошёл ближе, его взгляд был холодным и сосредоточенным. Он наклонился к её шее, снова вдыхая её запах. Корица смешивалась с чем-то неуловимо мягким, почти успокаивающим.

«Она дамнация… или только её часть,» – пронеслось в его голове, но он тут же отмёл эту мысль. Такого быть не могло.

Окси покраснела, ощутив его близость, и смущённо отвернулась, хотя её тело напряглось, будто готовое защищаться.

Амрэй быстро схватил её за подбородок, заставляя смотреть прямо на него. Его пальцы были прохладными, но хватка – твёрдой, как железо.

– Смотри на меня, – сказал он тихо, почти угрожающе.

Окси не успела ответить. В следующее мгновение он резко притянул её ближе и поцеловал.

Его губы были настойчивыми, уверенными, полными той же холодной магии, что переполняла его самого. Он ожидал сопротивления, крика, попытки вырваться. Но вместо этого она ответила на поцелуй.

Это было нечто, чего он не ожидал. Её губы дрогнули в ответ, сначала неуверенно, потом с той же яростью, которая была в её взгляде. В её поцелуе была смесь вызова и слабости, будто она знала, что не сможет победить его, но и не собиралась сдаваться без боя.

Амрэй отстранился, удивление мелькнуло в его глазах, но он тут же спрятал его за маской равнодушия.

– Интересно, – произнёс он, отпуская её подбородок. – Ты даже тут не перестаёшь удивлять.

Окси молчала, глядя на него с каким-то странным, почти непроницаемым выражением. Её щеки пылали, но она не отвернулась.

Глава 7

Амрэй стоял под горячими струями воды, стараясь смыть с себя не только усталость, но и спутанные мысли. Ему казалось, что Окси не просто ворвалась в его жизнь, а перевернула её вверх дном. Он раздражённо выдохнул, выключил воду и обернулся полотенцем. На кухне его ждала очередная обязанность – сегодня была его очередь готовить.

Накинув удобную домашнюю одежду, Амрэй спустился в кухню. Он не был мастером кулинарии, но старался – пусть и без особого энтузиазма. Через полчаса, когда на столе уже стояла кастрюля с дымящимся супом, появился Кай.

– Что делать будем? – спросил он тихо, опираясь на дверной косяк и разглядывая Амрэя.

Некромант на секунду замер, раздумывая, стоит ли быть откровенным. Но, взглянув на усталое лицо напарника, решил не юлить.

– Честно? Не знаю, – признался Амрэй, усаживаясь за стол. – Задание я выполнил: нашёл и уничтожил дамнацию. Даже одну лишнюю, как довесок к счастью.

– А Окси? – уточнил Кай, опускаясь напротив.

Амрэй пожал плечами.

– Она в задание не входила. Завтра мне нужно будет доложить о выполнении. А что с ней делать… – Он замолчал, глядя куда-то в сторону.

Кай нахмурился, но ничего не сказал. Через минуту он кивнул:

– Хорошо. Пока ты разбираешься с отчётами, я присмотрю за ней.

На его лице отразилась лёгкая усмешка, и он добавил:

– Знаешь, я много думал о ней.

Амрэй удивлённо поднял бровь:

– В каком смысле?

Кай откинулся на спинку стула, задумчиво глядя в потолок.

– Мы оба видели, что стало с Окси, когда её забрала Инквизиция. Тогда она была совсем другой: наивной, смелой, готовой к самопожертвованию. А теперь... – Он тяжело вздохнул. – Я не могу перестать думать, как она превратилась в дамнацию.

Амрэй лишь кивнул, задумчиво барабаня пальцами по столу. Кай потер пальцами переносицу, словно пытаясь отогнать неприятные воспоминания.

– Помню, как мы доставили её Инквизиции, – сказал он наконец, опустив взгляд. – Это было... тяжело. Морально. По факту она шла на верную смерть, но при этом так уверенно держалась, будто действительно верила в своё предназначение. Во имя Абсолютного Разума, как они это называют.

Амрэй скрестил руки на груди и слегка наклонился вперёд, облокотившись на стол.

– Да, было тяжело, – подтвердил он. – Но как ни крути, Окси всё равно бы погибла. Если не от рук Инквизиции, то от своей же жертвы ради этого Разума.

В его голосе звучала лёгкая язвительность, и он прищурился:

– А теперь, скажи мне, что мы вообще знаем о дамнациях? О том, как они появляются, что с ними происходит?

Кай медленно покачал головой, подтверждая очевидное.

– Ничего, – признал он. – Вся информация у Инквизиции. Даже мы, некроманты, знаем лишь крохи. Всё, что нам говорят, – дамнации опасны, их надо уничтожать. Всё.

Амрэй усмехнулся, но в его глазах не было радости.

– Вот именно. А значит, нам приходится действовать наугад.

Он ненадолго замолчал, уставившись на чашку кофе, оставшуюся на столе.

– Её превращение – это аномалия, Кай. Дамнации не бывают такими… человечными. От неё не несёт тьмой, как от других. И эта связь со мной...

Кай кивнул, соглашаясь, но в глазах читалась тревога.

– Это всё ещё больше усложняет ситуацию, Амрэй. Ты понимаешь, что они не будут долго разбираться? Если Окси окажется опасной или просто станет неудобной, её уничтожат, несмотря на всё остальное.

Амрэй помрачнел, стиснув зубы.

– Знаю, – буркнул он. – Завтра мне нужно доложить об операции. Посмотрим, что они скажут.

Кай наклонился ближе, понизив голос:

– А ты сам уверен, что хочешь её сдавать?

Амрэй не ответил сразу, лишь взглянул на него мрачным, выжидающим взглядом, будто сам искал ответ. Кай откинулся на стуле, скрестив руки на груди, и задумчиво посмотрел на Амрэя.

– Ты заметил? Её не связало с тобой тогда, в прошлом. Только сейчас, когда она стала дамнацией. Это же что-то да значит.

Амрэй кивнул, не отводя взгляда от сковородки, где шкворчало мясо.

– Да, я тоже об этом думал, – пробормотал он. – Это необычно. Всё тут не укладывается в привычные рамки.

Некромант замолчал, а затем вдруг добавил:

– Я попробую провести ритуал. Связать её с собой, завершить впечатление.

Кай выпрямился, нахмурившись:

– Ты серьёзно? Это рискованно. А что, если не получится?

Амрэй бросил на него короткий взгляд, полный скрытой иронии, и, ухмыльнувшись, ответил:

– Тогда Окси придётся оберегать. До тех пор, пока мы не найдём способ разорвать связь.

Кай покачал головой, словно не веря в услышанное.

– Ты осознаёшь, что говоришь? Оберегать дамнацию? Её же вся Инквизиция будет искать, как только узнает, что она жива.

Амрэй вернул взгляд к мясу, перевернул кусок на сковородке, а затем спокойно произнёс:

– А кто сказал, что это будет легко?

Кай выругался себе под нос, не зная, что сказать. Слова Амрэя прозвучали уверенно, но за ними ощущалась глубокая внутренняя борьба.

Амрэй открыл дверь в тайную комнату, где воздух был холодным и сыроватым. Свет от магических лампочек освещал фигуру Окси, которая висела на цепях, едва касаясь ногами пола. Её лицо выглядело утомлённым, кожа была бледной, а глаза закрыты, будто она пыталась уснуть, несмотря на боль и неудобство.

Некромант остановился у порога, несколько секунд молча глядя на неё. Жалость, которую он не хотел признавать, защемила сердце. Она выглядела слишком хрупкой и живой для того, чтобы быть дамнацией.

Он медленно подошёл ближе, каждое его движение было наполнено какой-то внутренней борьбой. Когда он оказался перед Окси, она приоткрыла глаза, устало глядя на него.

– Снова пришёл издеваться? – её голос был слабым, но в нём слышалась горькая ирония.

Амрэй не ответил. Вместо этого он неожиданно шагнул вплотную, обнял её за талию, притянул к себе и, не давая ей времени что-либо сказать, накрыл её губы своими.

Поцелуй был страстным, почти болезненным в своей интенсивности, как будто он пытался что-то доказать себе или ей. Окси сначала замерла, слишком ошеломлённая, чтобы реагировать. Но потом, робко и нерешительно, ответила на его порыв.

Её мягкость застала Амрэя врасплох. Он ожидал сопротивления, злости, но вместо этого ощутил в её ответе слабый отблеск доверия.

Поцелуй длился долго, пока оба не остались без воздуха. Амрэй отстранился, тяжело дыша, и заглянул ей в глаза.

– Почему ты... – начала она, но слова застряли в горле.

Амрэй ничего не сказал, лишь убрал прядь её волос с лица и коснулся её щеки, словно не мог поверить, что она настоящая. Затем, словно оправдываясь перед самим собой, холодно бросил:

– Я делаю это, чтобы понять, что ты из себя представляешь.

Но Окси не поверила. Она смотрела на него, пытаясь разгадать, что скрывается за его противоречивыми действиями.

Амрэй нахмурился, осматривая её руки, будто ожидая, что где-то могла появиться хоть малейшая отметка. Но ничего. Чистая кожа, никаких следов связи. Некромант стиснул зубы, чувствуя глухое разочарование и злость на самого себя.

Окси, тяжело дыша после поцелуя, подняла на него уставший взгляд.

– Что ты делаешь? – её голос прозвучал слабо, но в нём звучало подозрение и страх.

Амрэй провёл рукой по своим волосам, пытаясь успокоиться.

– Спасаю нас обоих, – хрипло ответил он.

Девушка устало усмехнулась.

– Спасаешь? – она бросила взгляд на цепи, которые всё ещё сковывали её. – Похоже, твой способ «спасения» мне не подходит.

Амрэй ничего не ответил. Он сделал шаг назад, пытаясь осмыслить провал ритуала. Почему её татуировка так и не проявилась? Почему связь была односторонней?

Он взглянул на Окси, которая казалась хрупкой и уязвимой, но её глаза продолжали гореть внутренним огнём.

– Тебе нужно отдохнуть, – глухо сказал он, не зная, зачем произносит это.

– На цепях? – съязвила Окси.

Её сарказм задел Амрэя, но он лишь щёлкнул пальцами, и цепи ослабли, позволив девушке опуститься на бетонный пол.

– Лучше так, чем мёртвой, – тихо бросил он, развернувшись к двери.

Окси смотрела ему вслед, пытаясь понять, что за странные игры он ведёт. Её сердце гулко билось, и она не могла объяснить самой себе, почему на мгновение почувствовала тепло, когда он её обнимал.