Текст книги "Замковый кризис-менеджер (СИ)"

Автор книги: Виктория Крафт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

– В нём вы похожи на покойника, – отрезала Анна. – Господин, я семь месяцев приводила замок в порядок. Элара две недели возилась с садом. Замок теперь похож на дворец, сад – на райский уголок. А вы выглядите так, будто собираетесь на собственные похороны. Это неправильно.

– Я некромант, – сухо напомнил старик. – Работа с мёртвыми не располагает к ярким нарядам.

– Я не прошу вас надеть жёлтый камзол с золотыми пуговицами. Но хотя бы серый. Или тёмно-синий. И волосы распустите, вы же не на допросе.

Некромант долго молчал. Потом вдруг издал свой каркающий смешок – уже знакомый Анне, – и покачал головой.

– Ты первая за триста лет, кто осмелился указывать мне, во что одеваться.

– Значит, давно пора, – невозмутимо ответила Анна.

И он уступил. Не сразу, конечно. Анне пришлось трижды заходить в его кабинет, дважды приводить в пример Марту («Она же как-то сменила деревенский сарафан на приличное платье!») и один раз – пригрозить, что она сама выберет ему гардероб, если он не сделает это добровольно. В конце концов некромант сдался и разрешил ей заказать для него несколько новых костюмов у портного в Мейнхолле.

Когда через две недели заказ был готов, Анна лично проследила, чтобы хозяин переоделся. Она выбрала для него тёмно-серый камзол с серебряной вышивкой и такого же цвета плащ – строгий, но благородный, без малейшего намёка на похоронную процессию. Волосы, которые он обычно стягивал в тугой хвост, Анна уговорила оставить распущенными, лишь зачесав назад.

Когда Элиас ван Дерр вышел из своей комнаты в новом облачении, Марта уронила половник. Элара, которая как раз зашла с очередным саженцем, замерла на пороге. Даже скелеты, казалось, уставились на хозяина с немым удивлением.

– Ну вот, – удовлетворённо сказала Анна. – Совсем другое дело. Теперь вы похожи на хозяина прекрасного замка, а не на привидение, которое здесь обитает по ошибке.

Некромант хмыкнул, но в его прозрачных глазах мелькнуло что-то похожее на удовольствие. Возможно, впервые за триста лет ему было приятно смотреть на своё отражение.

А замок действительно сиял. К концу седьмого месяца ремонт был полностью завершён. Все пять крыльев, бальная зала, трапезная, кухня, коридоры, лестницы, чердак, подвал и сад – всё было приведено в идеальный порядок. Анна стояла на верхней ступени главной лестницы и смотрела вниз, на отполированный пол, в котором отражалась хрустальная люстра, на стены, сияющие мягким светом, на высокие окна, сквозь которые лился закатный свет. В саду, за открытыми дверями, слышалось журчание фонтана и тихий смех Элары, разговаривавшей с розами. Из кухни доносился запах свежей выпечки – Марта готовила ужин. Ник, сидя в своей корзине в углу холла, колотил костяной погремушкой, которую ему смастерил Костик из собственного пальца. Вокруг суетились скелеты – они накрывали стол в трапезной, готовясь к скромному ужину в честь окончания ремонта.

Анна оглядела всё это и улыбнулась. Семь месяцев. Семь месяцев упорного труда – и вот результат. Замок, в который не стыдно пригласить гостей. Замок, в котором хочется жить. Замок, который стал домом.

– Хоть бал устраивай, – прошептала она.

– Что? – переспросила Марта, поднимавшаяся по лестнице с подносом.

– Говорю, – Анна обернулась к ней, и в глазах её заплясали озорные искорки, – хоть бал устраивай. Замок теперь не хуже, чем у любого аристократа. Может, устроим? Позовём гостей из города, пусть увидят, что замок ван Дерра – не мрачная гробница, а…

– Бал? – переспросила Марта, и лицо её медленно расплылось в улыбке. – В замке некроманта? Ох, девочка, ты не перестаёшь меня удивлять.

– Я ещё и не то могу, – сказала Анна и, подхватив сына на руки, пошла ужинать.

За окнами замка сгущались сумерки. Впервые за семьсот лет старые стены светились не магией смерти, а магией уюта. И где-то в кабинете наверху старый некромант в новом сером камзоле смотрел на эту картину через хрустальный шар и впервые за долгое время не чувствовал себя одиноким.

Глава 6.

Анна сидела в своей комнате, укачивая засыпающего Ника, и смотрела на стену, покрытую её собственной лунной краской. Мягкое серебристое свечение мягко пульсировало в такт дыханию сына – она специально настроила состав так, чтобы он реагировал на присутствие ребёнка. За семь месяцев она многому научилась. И продолжала учиться каждый день.

Но теперь, когда ремонт был завершён, когда замок сиял, сад цвёл, скелеты работали без сбоев, а хозяин наконец-то перестал походить на оживший труп, Анна столкнулась с неожиданной проблемой. Ей стало… спокойно. Слишком спокойно. И в этой тишине, впервые за долгое время, она смогла остановиться и подумать о будущем.

Контракт с господином ван Дерром был заключён на год. Прошло семь месяцев. Через пять месяцев она должна была принять решение: вернуться в свой мир или остаться здесь. И чем дольше Анна жила в замке, тем яснее понимала – возвращаться ей некуда. Там, в её родном городе, не осталось ничего, кроме пепелища на месте отцовского дома, равнодушных подруг и мужчины, который бросил её, едва узнав о беременности. Там её никто не ждал.

А здесь у неё появилось дело. Дом. Друзья – пусть один из них был поварихой из другого мира, другая – лесной дриадой, а третьи – и вовсе ходячими скелетами. Но они были её. И сын – её Николас, её Ник – рос в этом мире, среди магии и чудес, и уже учился ходить, держась за костяной палец Костика.

Она не вернётся.

Решение пришло не сразу – оно вызревало постепенно, месяц за месяцем, как вызревает яблоко в саду Элары. Но однажды вечером, сидя с Мартой на кухне и помешивая травяной отвар, Анна просто сказала:

– Я остаюсь.

Марта подняла глаза от кастрюли и улыбнулась – тепло, понимающе.

– Я знала, что ты это скажешь. Ещё в первый день поняла. Такие, как мы, не возвращаются.

– Но оставаться в замке навсегда я не хочу, – продолжила Анна. – Это хорошее место, и я благодарна господину за всё, что он для нас сделал. Но это его дом, не мой. А я хочу свой.

Марта кивнула, помешивая варево.

– Это правильно. У каждого должно быть что-то своё. Я вот своё нашла здесь, на этой кухне. А ты, стало быть, хочешь дом?

– Дом, – подтвердила Анна. – И не только. Я хочу учиться.

Марта отложила ложку и уставилась на неё.

– Учиться? Где? Чему?

– В Академии. На факультете бытовой магии. Линнет говорила, что там есть специальный курс – «Магическая артефакторика для строительства и ремонта». Всего год обучения. Там учат тому, чем я уже занимаюсь, но на профессиональном уровне. С дипломом Академии я смогу открыть своё дело. Не просто работать служанкой или подмастерьем, а стать мастером. Брать заказы. Строить. И зарабатывать достаточно, чтобы Ник ни в чём не нуждался.

Марта присвистнула.

– Амбициозно. И сколько стоит эта учёба?

– Вот это я и собираюсь выяснить, – Анна поднялась и отставила кружку. – Завтра же поеду в Мейнхолл. Поговорю с Линнет, зайду в Академию, узнаю цены. Заодно посмотрю, сколько стоят дома. Если я собираюсь остаться, нужно понимать, на что копить.

На следующее утро, оставив Ника на попечение Марты и строго-настрого приказав скелетам не устраивать концерты без неё, Анна спустилась в город. Мейнхолл встретил её привычной суетой: по улицам сновали студенты в мантиях, ламии торговались у прилавков, гномы таскали ящики с инструментами, а над всем этим великолепием парили магические вывески. Анна уже не глазела по сторонам, как в первый раз, а шла целенаправленно, кивая знакомым торговцам.

Первым делом она заглянула к Линнет. Молодая ведьма как раз смешивала в ступке какой-то светящийся порошок, но, увидев Анну, отложила работу и радостно всплеснула руками.

– Анна! Я как раз думала о тебе. У меня есть новый пигмент – из пыльцы ночных лилий. Даёт удивительное жемчужное свечение. Хочешь попробовать?

– Обязательно попробую, но позже, – Анна присела на стул у прилавка. – Линнет, мне нужен совет. Ты говорила, что в Академии есть курс бытовой магии. Годичный. Это правда?

– Правда, – Линнет оживилась. – Факультет прикладной артефакторики. Там как раз учат тому, чем ты занимаешься: магические покрытия, ремонтные составы, бытовая алхимия. Курс длится один учебный год. Принимают всех, у кого есть хотя бы зачатки магического дара. У тебя есть дар?

– Кажется, да, – Анна вспомнила лунную краску, которую она активировала без всяких заклинаний, просто прикасаясь к стене. – Слабый, но есть.

– Тогда поступишь без проблем. Экзамены несложные: нужно показать базовое владение магией и знание основ артефакторики. Ты со своими знаниями легко пройдёшь.

– А сколько стоит обучение?

Линнет задумалась.

– За год – около пятидесяти золотых. Плюс материалы, учебники, форма. Ещё золотых десять-пятнадцать на всё про всё. Но есть стипендия для талантливых студентов. Если хорошо сдашь вступительные, можешь претендовать на скидку.

Анна быстро подсчитала в уме. За семь месяцев работы у некроманта она скопила семьдесят золотых – жалованье ей платили исправно, а тратила она немного. Если учёба стоит пятьдесят, а материалы – ещё пятнадцать, то на жизнь остаётся всего ничего. А ведь ей нужен дом – или хотя бы съёмное жильё на время учёбы. И еда. И одежда для растущего Ника. И няня.

Няня. Это была ещё одна проблема, о которой она думала всё чаще. Сейчас с Ником помогала Марта, но Марта работала на кухне и не могла присматривать за малышом постоянно. Элара помогала, когда бывала в замке, но у неё были свои дела в саду. А если Анна уйдёт учиться, кто будет сидеть с ребёнком?

– Линнет, – спросила она, – а в городе есть няни? Те, кто присматривает за детьми, пока родители работают?

– Конечно. У нас в Мейнхолле есть целая гильдия воспитателей. В основном это женщины из семей студентов, которые хотят подзаработать. Цены разные, но приличная няня обойдётся золотых в пять-семь в месяц. Если с проживанием – то больше.

Анна вздохнула. Расходы росли, как снежный ком. Учёба – пятьдесят золотых. Материалы – пятнадцать. Няня на год – ещё шестьдесят. Итого сто двадцать пять золотых. А у неё пока только семьдесят. И это не считая жилья.

Она поблагодарила Линнет и отправилась дальше – в городскую управу, где, как ей сказали, можно было узнать цены на недвижимость. Пожилой гном в запылённом сюртуке долго перебирал бумаги, прежде чем найти нужные записи.

– Дома в Мейнхолле, – сообщил он, водя пальцем по странице, – от ста золотых за маленький домик на окраине до пятисот за особняк в центре. Если хочешь что-то среднее – рассчитывай на полтораста-двести. Есть ещё вариант взять дом в рассрочку, но тогда нужен поручитель.

Полтораста-двести золотых. Анна мысленно прибавила эту сумму к расходам на учёбу и няню и едва не застонала. Ей нужно было не меньше трёхсот золотых, чтобы спокойно прожить год, пока она будет учиться, а потом ещё осталось на дом. Триста золотых. А у неё – семьдесят.

Она вышла из управы и медленно побрела к фонтану. Мысли кружились в голове, как осенние листья. Она привыкла рассчитывать только на себя. Привыкла, что всё, чего она достигает, – это её заслуга. Но сейчас она впервые столкнулась с тем, что одних её усилий недостаточно. Нужны деньги. Много денег. И нужен кто-то, кто поможет – хотя бы на время.

Она села на край фонтана и стала думать. Заработать триста золотых за пять месяцев – нереально. Взять в долг? У кого? У господина ван Дерра? Он, конечно, мог бы дать, но Анна не хотела быть обязанной. Слишком долго она зависела от других – от отца, от Олега, от подруг. Теперь она хотела всего добиться сама.

И тут ей в голову пришла идея.

Бал.

Она думала о нём ещё месяц назад, когда закончила ремонт, но тогда это казалось просто красивой мечтой. Теперь же, сидя у фонтана и глядя на шпили Академии, Анна поняла: бал – это не просто развлечение. Это возможность. Если она покажет всему Мейнхоллу, что замок ван Дерра – не мрачная гробница, а прекрасное, сияющее место, если гости увидят новый облик старого некроманта, если они попробуют угощение Марты и прогуляются по саду Элары – тогда, возможно, люди перестанут бояться. Перестанут шарахаться от одного имени Элиаса ван Дерра. И тогда – тогда, может быть, кто-то захочет наняться к нему на службу. Повара, горничные, садовники – живые люди, а не скелеты. Те, кто сможет заменить её, когда она уйдёт.

Анна вскочила с фонтана. План складывался прямо на ходу. Она вернётся в замок, поговорит с господином, а потом – с Мартой и Эларой. Бал должен быть грандиозным. Таким, чтобы о нём говорили годами. Таким, чтобы все увидели: замок ван Дерра – это не проклятое место, а дом, в который хочется вернуться.

Она почти бегом добралась до замка. Вихрем пронеслась мимо удивлённого Костика, который как раз пытался вытереть пыль с перил и почему-то делал это задом наперёд. Взбежала по лестнице, на ходу поправляя растрепавшиеся волосы, и без стука ворвалась в кабинет некроманта.

Элиас ван Дерр сидел за столом, просматривая какие-то свитки. В новом сером камзоле он действительно выглядел иначе – благороднее, что ли. Даже его крючковатый нос теперь казался не зловещим, а просто… характерным.

– Господин, – выпалила Анна с порога, – нам нужно устроить бал.

Некромант медленно поднял глаза от свитка. Его прозрачные глаза уставились на Анну с выражением, которое она не смогла расшифровать.

– Бал, – повторил он ровным голосом. – Ты предлагаешь устроить бал. В замке некроманта.

– Именно. Посмотрите на замок – он сияет. Посмотрите на сад – он цветёт. Посмотрите на себя – вы выглядите как благородный лорд, а не как могильный сторож. Пришло время показать это людям. Пусть они увидят, что замок ван Дерра – не страшное место. Пусть придут, потанцуют, попробуют угощение Марты. И тогда, возможно, они перестанут вас бояться. И тогда кто-нибудь захочет у вас работать.

– У меня есть работники, – сухо заметил некромант. – Скелеты.

– Скелеты не могут готовить, – отрезала Анна. – Марта не вечна. Я тоже не останусь здесь навсегда. Вам нужны живые слуги, господин. Люди, которые будут вести хозяйство, когда нас не станет. А чтобы они пришли, нужно показать, что здесь не страшно.

Некромант долго смотрел на неё. Потом откинулся в кресле и сложил руки на груди.

– Ты говоришь так, будто уже решила уйти.

Анна замерла. Вот оно. Она не хотела говорить об этом сейчас, но отступать было некуда.

– Я не уйду прямо сейчас, – сказала она осторожно. – Мой контракт ещё не закончен. Но когда он закончится – да, я хочу уйти. Не потому что мне здесь плохо. А потому что я хочу построить свою жизнь. Свой дом. Своё дело.

– И что ты планируешь делать?

– Учиться. Поступить в Академию на факультет бытовой магии. Получить диплом мастера-артефактора. Открыть своё дело – магический ремонт и отделку. Купить дом. Вырастить сына.

Некромант помолчал. Потом издал свой обычный сухой смешок.

– Амбициозно. И сколько тебе нужно денег на всё это?

Анна вздохнула. Скрывать было бессмысленно.

– Много. Учёба, няня, жильё на время учёбы, потом дом… Я подсчитала – нужно около трёхсот золотых. У меня пока семьдесят.

– Негусто, – прокомментировал некромант.

– Поэтому я и хочу устроить бал, – Анна подалась вперёд. – Если всё получится, если люди увидят замок и перестанут бояться, сюда придут работать. У вас появятся слуги. А я смогу уйти спокойно, зная, что оставляю замок в хороших руках. И – да, я оставлю инструкции. Подробные. Для каждого скелета, для каждой комнаты, для сада. Чтобы никто ничего не перепутал.

Некромант молчал так долго, что Анна начала нервничать. Она уже решила, что он откажет, когда старик вдруг заговорил:

– Ты первая за триста лет, кто отнёсся к этому замку как к дому, а не как к склепу. Ты заставила меня переодеться. Ты нашла садовника. Ты превратила моих скелетов в бригаду отделочников. И теперь ты хочешь устроить бал, чтобы найти мне нормальных слуг, потому что беспокоишься о том, что будет, когда ты уйдёшь. – Он замолчал, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на тепло. – Знаешь, Анна, за триста лет у меня было много слуг. Но ни один из них не беспокоился о том, что будет со мной после их ухода.

Анна не знала, что на это ответить. Она просто стояла и смотрела на него. Некромант поднялся из-за стола, подошёл к окну и какое-то время смотрел на цветущий сад.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Устраивай свой бал. И не беспокойся об учёбе.

– Что вы имеете в виду? – насторожилась Анна.

– Я не бедный человек, – некромант обернулся, и на его лице появилось то самое выражение, которое Анна уже научилась распознавать: смесь сухого юмора и неожиданной доброты. – Семьсот лет некромантии – это не только скелеты и проклятия. Это ещё и весьма прибыльное дело. Я оплачу твою учёбу. И няню. И жильё на время обучения. Это меньшее, что я могу сделать для человека, который превратил мою гробницу в дом.

Анна открыла рот. Закрыла. Снова открыла.

– Я… я не просила…

– Знаю, – перебил он. – Именно поэтому я предлагаю. Ты не просила – ты работала. Ты не жаловалась – ты меняла всё вокруг. Ты относилась к моему дому как к своему. Теперь моя очередь помочь тебе построить твой.

У Анны защипало в глазах. Она часто заморгала, пытаясь справиться с подступающими слезами. За семь месяцев она ни разу не плакала при хозяине – и не собиралась начинать сейчас.

– Спасибо, – сказала она глухо. – Я… спасибо.

– Не благодари раньше времени, – некромант вернулся к столу. – У тебя впереди бал. А это, я полагаю, задача не из лёгких.

Анна выпрямилась, и в её глазах загорелся знакомый огонёк.

– Я справлюсь. У меня теперь есть опыт организации масштабных проектов. Семь месяцев ремонта – это вам не шутка.

– Тогда иди, – махнул рукой некромант. – И пришли ко мне Костика. Кажется, он опять потерял ногу где-то в западном крыле.

Анна вышла из кабинета с лёгким сердцем. Впервые за долгое время будущее не казалось ей тёмным и страшным. У неё была цель. У неё был план. И у неё был неожиданный союзник – старый некромант, который, кажется, стал ей почти другом.

Она спустилась на кухню, где Марта как раз кормила Ника яблочным пюре, и торжественно объявила:

– Мы устраиваем бал!

Марта едва не выронила ложку. Ник радостно загулил и стукнул ладошкой по столу.

– Бал? – переспросила повариха. – Когда?

– Через месяц. Нужно успеть подготовиться. Приглашения, меню, украшения, музыка. И конечно, наряды. Господин должен выглядеть безупречно. Ты, кстати, тоже.

Марта посмотрела на свой передник, на перепачканные мукой руки и вдруг улыбнулась – широко, молодо, словно сбросила двадцать лет.

– Значит, бал, – повторила она. – Что ж, я всегда мечтала приготовить что-то грандиозное.

– Вот и приготовишь, – Анна подхватила Ника на руки и закружила его по кухне. Малыш залился смехом. – Мы покажем им всем, что замок ван Дерра – лучшее место в долине Туманов. И что старый некромант – вовсе не страшный.

– А кто же он? – со смехом спросила Марта.

Анна остановилась, прижала сына к себе и, подумав, ответила:

– Просто одинокий старик, которому нужен был кто-то, кто напомнит ему, что жизнь – это не только смерть.

И, глядя на сияющую кухню, на довольную Марту, на Ника, который тянул ручки к заглянувшему в окно Костику, Анна знала: она справится. С балом, с учёбой, с новой жизнью. Она справится со всем.

Потому что теперь у неё было нечто большее, чем просто работа и крыша над головой. У неё была семья

Глава 7.

Слухи о бале в замке ван Дерра поползли по Мейнхоллу за две недели до назначенного дня. Анна лично разослала приглашения – на плотной кремовой бумаге с золотым тиснением в виде дракона, свернувшегося кольцом (такой же красовался на её монетах). Каждое приглашение она подписывала сама, выводя имена гостей аккуратным, чуть угловатым почерком, и вкладывала в конверт засушенный лепесток розы из сада Элары – маленький, но красноречивый намёк на то, что в замке некроманта теперь цветут сады. Приглашения были отправлены самым уважаемым семьям города, преподавателям Академии, главам ремесленных гильдий и даже кое-кому из студентов – Линнет, разумеется, получила своё и тут же раззвонила об этом на весь ведьминский курс. Весть разлетелась, как искры от костра: в пекарнях, в лавках, в очередях за зельями только и разговоров было, что о предстоящем событии.

Город гудел.

– Бал у некроманта? Того самого, что на холме? Да вы шутите! – восклицала ламия-ювелирша, разглядывая приглашение так, будто оно могло укусить её за палец.

– Говорят, у него теперь целая армия скелетов в ливреях, и они танцуют вальс, – шептались студентки в очереди за пирожками, прижимая к груди учебники по зельеварению.

– А сам-то он, говорят, помолодел лет на сто. И одевается теперь как лорд, а не как пугало, – добавлял трактирщик, который сам ничего не видел, но очень любил порассуждать, протирая кружки с видом знатока.

– Вздор! – фыркал старый маг-алхимик, но и он не удержался и заглянул в приглашение, которое ему передали через гильдию.

Кое-кто отказывался идти из суеверного страха – в конце концов, некромантия всё ещё оставалась тёмным искусством, и многие помнили истории о пропавших в долине Туманов путниках. Но большинство любопытство пересилило. В конце концов, приглашение от самого загадочного мага долины – это не то, что можно просто так проигнорировать. И когда назначенный вечер настал, дорога, ведущая от городских ворот к замку на холме, осветилась десятками магических фонарей, которые Анна вместе с Эларой развесила вдоль всего пути. Каждый фонарь представлял собой шар из сплетённых ветвей, внутри которого парил тёплый золотистый огонёк – дриада вложила в них частицу своей магии, и теперь они не просто светили, но и распространяли тонкий аромат лесных фиалок.

Первые кареты начали подъезжать к воротам замка, когда солнце только начинало клониться к закату, окрашивая небо в оттенки розового и лилового. И каждая карета, каждый экипаж, каждый всадник, миновав арку главных ворот, замирали в изумлении. Возницы придерживали лошадей, пассажиры высовывались из окон, а некоторые и вовсе выходили, чтобы убедиться, что им не мерещится.

Замок сиял.

Анна постаралась на славу. Фасад, ещё недавно серый и мрачный, покрытый вековой копотью и пятнами сырости, теперь мягко светился – она покрыла камень тончайшим слоем люминесцентной глазури, которую изобрела сама, смешав лунную пыль с эльфийским перламутром. Глазурь впитывала дневной свет, а с наступлением темноты начинала испускать тёплое золотистое сияние, которое пульсировало, словно живое. Окна были распахнуты, и из них лился свет сотен свечей, которые зажгли самые расторопные скелеты – Костик лично проверил каждый подсвечник, отсчитывая их по пальцам (своим и чужим), и ни один не уронил. На башнях развевались штандарты с гербом ван Дерров – серебряный дракон на чёрном поле, – и лёгкий ветерок колыхал их, заставляя драконов словно парить в воздухе, готовых вот-вот сорваться и улететь в темнеющее небо.

Внутренний двор, который гости видели, проезжая к главному входу, напоминал райский сад. Элара превзошла саму себя: розы цвели, несмотря на осень, увивая колонны ажурной арки; их лепестки переливались в свете фонарей от нежно-розового до глубокого алого, и каждый цветок источал тонкий аромат, который, казалось, проникал прямо в сердце. Фонтан струился светящейся водой, и струи его складывались в причудливые фигуры – то в танцующую нимфу, то в парящую птицу, то в распускающийся цветок. Вдоль дорожек покачивались цветы, которые раскрывали бутоны при приближении гостей и закрывали их за их спинами, создавая ощущение, что сам сад приветствует каждого входящего. Скелеты-садовники – да, Элара всё-таки приручила нескольких, облачив их в зелёные передники поверх ливрей, – чинно подстригали кусты, делая вид, что так и надо. Один, правда, стриг уже пятый раз одно и то же место, превратив шарообразный куст в нечто, напоминающее грустного ёжика, но это заметила только Анна, и то лишь потому, что знала каждый куст в лицо.

Главный вход украшала гирлянда из живых огоньков – Линнет одолжила заклинание из ведьминского арсенала, – которые складывались в слова «Добро пожаловать» на трёх языках: общем, эльфийском и драконьем. У дверей гостей встречали скелеты в ливреях.

Вот тут Анна постаралась особенно. Она заказала для костяных слуг особую униформу в лучшей портновской мастерской Мейнхолла: тёмно-синие камзолы с серебряными галунами, белые перчатки (чтобы не смущать гостей видом голых костей) и высокие цилиндры с крошечными магическими огоньками на полях. Выглядели они одновременно нелепо и величественно, словно почётный караул какого-то потустороннего королевства. Каждый скелет получил строжайшую инструкцию: «Улыбаться, кланяться, принимать плащи, не ронять, не скрипеть, не пугать». Инструкцию зачитывала Анна лично, трижды, и потом ещё Марта повторила для особо забывчивых. Костик, назначенный старшим лакеем, выучил свою роль назубок и теперь стоял у doors, вытянувшись по стойке смирно и сверкая пустыми глазницами с таким достоинством, что ему позавидовал бы любой королевский мажордом.

Гости входили в холл и замирали. От былой мрачности не осталось и следа. Свет сотен свечей отражался в начищенных полах, и казалось, что под ногами у гостей расстилается жидкое золото. Хрустальная люстра переливалась радужными искрами, отбрасывая крошечные зайчики на стены. Стены сияли мягким лунным светом – та самая краска, которую Анна впервые опробовала в своей комнате над колыбелью сына, теперь покрывала весь холл, создавая ощущение, что гости идут по лунной дорожке. Вдоль лестницы, ведущей в бальную залу, стояли скелеты-музыканты – настоящий оркестр из двенадцати костяков, которые по команде начинали играть. Анна не была уверена, что они умеют играть, но Линнет помогла встроить в их пальцы простенькие магические артефакты, и теперь скелеты извлекали из скрипок и флейт вполне сносную мелодию. Для надёжности за ними присматривал один живой музыкант, нанятый в городе, который дирижировал и подсказывал такт.

– Это невероятно, – прошептала госпожа Тремейн, жена главы гильдии ткачей, оглядывая холл широко распахнутыми глазами. Она была женщиной немолодой, многое повидавшей, но такого великолепия не ожидала. – Я ожидала увидеть склеп, паутину и запах тлена, а тут…

– … дворец, – закончила за неё Линнет, которая пришла одной из первых, чтобы поддержать подругу. На ней было ярко-фиолетовое платье, а в волосах запуталась пара светлячков – то ли часть образа, то ли результат очередного эксперимента. – Я же говорила. Анна – чудо.

– И кто такая эта Анна? – тут же заинтересовалась другая гостья, эльфийка в струящемся серебристом платье, которое, казалось, было соткано из лунного света. Она склонила голову к плечу, и её удлинённые уши чуть дрогнули. – Новая хозяйка замка? Родственница лорда ван Дерра?

– Служанка, – с удовольствием сообщила Линнет, наслаждаясь произведённым эффектом. – Просто служанка.

По залу прокатился шепоток. Слухи о чудо-служанке, которая превратила логово некроманта в сияющий дворец, распространялись быстрее, чем магический огонь по сухой траве. Кто-то говорил, что она – могущественная волшебница, скрывающая свой дар под личиной простолюдинки. Кто-то – что она из другого мира, призванная самим некромантом. Кто-то даже утверждал, что она – потерянная наследница какого-то древнего рода, сосланная в услужение по трагической случайности. Анна, которая как раз спускалась по лестнице, чтобы проверить, всё ли в порядке, услышала обрывки этих сплетен и только хмыкнула. За семь месяцев она привыкла и не к такому.

Сама она сегодня была не в форме служанки. На ней было то самое платье, которое она купила когда-то в лавке полуфейри, – глубокого винного цвета, струящееся, с серебряной вышивкой по подолу, которая повторяла узор ветвей и листьев. Волосы она уложила в простую, но изящную причёску, закрепив их парой серебряных шпилек, а на шею надела тонкую цепочку с крошечным светящимся камнем – подарок Элары, который мягко пульсировал в такт её сердцебиению. Она выглядела как хозяйка бала, хотя сама себя таковой не считала. Для неё это был просто ещё один проект, который нужно довести до совершенства.

– Анна! – Линнет подбежала к ней и схватила за руку, её светлячки испуганно заметались. – Ты только посмотри! Даже те, кто боялся, теперь улыбаются. Скелеты-лакеи имеют бешеный успех. Госпожа Тремейн только что спросила, нельзя ли арендовать парочку для её званого ужина.

– Лишь бы не роняли подносы, – пробормотала Анна, но в душе ликовала. Она окинула взглядом зал: гости смеялись, пробовали закуски, восхищались убранством. Никто не выглядел испуганным. Никто не жался к стенам. Даже пожилой маг-теоретик из Академии, известный своим скептицизмом, с интересом разглядывал магическую глазурь на колонне, водя по ней пальцем и что-то бормоча себе под нос.

Гости прибывали. Зал наполнялся смехом, музыкой, шелестом платьев. Марта превзошла себя: столы ломились от угощений. Миниатюрные пирожки с мясом и травами, запечённые фазаны в медовой глазури, фрукты из сада Элары – яблоки, которые светились изнутри, и виноград, каждая ягода которого напоминала драгоценный камень, – горы сладостей, к которым было страшно притронуться, потому что они выглядели как произведения искусства, и, разумеется, огромный торт, который Марта соорудила при помощи магии и трёх скелетов-помощников. Торт представлял собой точную копию замка – с башенками, бойницами и крошечным сахарным драконом на вершине. Анна, увидев его, даже прослезилась. Один из скелетов, помогавших Марте, кажется, упал в крем, но это было уже не важно – его отправили отмываться, а торт всё равно получился великолепным. Напитки лились рекой – лёгкое эльфийское вино, мерцающее золотом, травяные настойки, от которых становилось тепло и уютно, и искристая вода из фонтана во дворе, которая, как утверждала Элара, прибавляла здоровья и хорошего настроения.

Но главное событие вечера случилось, когда часы на башне пробили девять.

С неба донёсся звук – низкий, рокочущий, похожий на отдалённый гром. Он прокатился по долине, заставив задрожать стёкла в окнах. Гости замерли. Кто-то испуганно вскрикнул, кто-то схватился за амулет. Анна, стоявшая у окна, подняла голову и увидела, как в темнеющем небе, на фоне закатных облаков, показались два силуэта. Огромные, величественные, они летели со стороны восточных гор, и взмахи их крыльев рождали ветер, который донёсся до замка ещё до того, как драконы стали видны отчётливо.

Драконы.

Они спускались к замку, и с каждым взмахом их очертания становились яснее. Один дракон был тёмно-изумрудный, с переливающейся чешуёй, которая отливала медью в лучах заката. Его гребень, тянувшийся от головы до кончика хвоста, светился приглушённым зелёным огнём. Второй – серебристо-голубой, словно сотканный из лунного света и тумана, с длинным изящным хвостом и рогами, напоминающими корону. Его шкура искрилась, как свежевыпавший снег под луной.