Текст книги "Княжна медвежьего края (СИ)"

Автор книги: Виктория Хорошилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 2. Подготовка к побегу

В тот же день приехали родители жениха. Как же – правящая чета у них дома, а их самих нет. Мне «повезло» встретить их у входа в замок, и меня приняли за прислугу. Только когда я не приняла их плащи, они обратили на меня внимание.

– Ты кто такая? Почему не выполняешь свои обязанности?

В этот момент подлетели слуги и подняли плащи, лежавшие у моих ног.

– Я Анна, невеста вашего сына.

– Не переломилась бы взять плащи, – фыркнула мать Рихарда.

Я промолчала, решив не спорить. Семейство, скинув плащи на слуг, удалилось в свои комнаты. А я всё же вышла прогуляться в сад. Мая, как тень, следовала за мной.

– Не плачьте, госпожа. Всё образуется, – сказала она тихо.

– Я не плачу. Просто не понимаю, как всё может наладиться…

Была осень, и я куталась в лёгкий плащ. Мы с Майей немного посидели в тишине. Она понимала, когда мне нужно помолчать, и не донимала разговорами.

Спустя полчаса нас нашёл Рихард. Мая отошла, оставив нас почти одних.

– Ты ещё не замёрзла? – я покачала головой. – Знаю, ты встретила моих родителей. Пошли в замок, тебе стоит переодеться к обеду.

Он проводил меня в мои покои и достал из-за пазухи бархатную коробочку. Внутри было изящное колье с прозрачными камнями.

– Я хотел попросить прощения за свой опрометчивый и эмоциональный поступок. Впервые наказал невиновного. Вижу, ты на меня обижена. Прошу – прости меня.

– А если меня снова оклевещут, ты опять поверишь чужим словам?

– Нет. Я спрошу у тебя, – ответ прозвучал слишком самоуверенно. Хотелось верить, но полностью не получалось.

Я просто кивнула, принимая его слова. Он улыбнулся так, словно я его простила.

– Надень это колье к обеду.

Он вышел, оставив меня с Майей.

– Вы простили господина? – спросила она.

– Не полностью, – честно призналась я. – Что-то мешает поверить ему до конца. Поможешь переодеться?

– Да, госпожа.

Я надела платье цвета морской волны – с длинными рукавами и модным вырезом, слегка оголяющим плечи. Оно идеально подходило к подарку Рихарда. Я надеялась, что он зайдёт за мной, и мы пойдём вместе. Но нет – пришлось идти самой, почти бегом, чтобы успеть. Всё равно пришла последней.

– Ты заставляешь себя ждать, дорогая, – сказала моя матушка с ядовитой интонацией. – Неудивительно, что жених тебя кнутом воспитывает.

От её слов я пошатнулась и с трудом устояла на ногах. А Рихард даже не подумал возразить или помочь мне сесть – не проявил ни капли галантности. За это получил тычок от своего отца.

– Мальчик мой, ты растерял все свои манеры. Не ухаживаешь за невестой. Стул должен был отодвинуть ты, а не лакей.

Аппетит у меня пропал ещё после слов княгини. Я вяло ковырялась в тарелке, делая вид, что ем. К счастью, в разговоры высокие гости меня не втягивали.

– Манеры хотя бы на уровне, – сказала в конце вечера будущая свекровь. – Не стыдно с тобой за одним столом сидеть.

Я чудом удержала лицо. Ещё одним неприятным моментом было то, что меня откровенно рассматривал брат Рихарда – Дамиан.

После обеда мужчины удалились в кабинет – обсуждать свои дела. Матушки ушли в гостиную пить чай. Сестра Рихарда и Дамиана – девочка двенадцати лет – ушла к себе, под присмотром няни.

Жених зашёл ко мне вечером, после ужина. Я пришла заранее и не ждала чудес.

– Анна, ты уже два месяца в замке. Может, хочешь съездить в город? Он в часе езды на карете. Сможешь погулять по магазинам, купить себе какие-нибудь безделушки.

Он заметил, что его предложение меня заинтересовало.

– Я выделю тебе охрану и выдам денег. Служанку обязательно бери с собой.

– Спасибо.

Он просиял.

– Рихард, можно мне научиться ездить верхом?

– Конечно! Пусть Мая пригласит портного – тебе пошьют костюм для верховой езды. И если захочешь пошить что-то ещё – я не против.

– Спасибо!

Когда осталась одна с Майей, сказала ей:

– Можно я тебе кое-что скажу? Только хочу быть уверенной, что ты никому не расскажешь.

– Клянусь, госпожа.

– У меня всё время ощущение, что я ненадолго в этом доме.

– Но госпожа…

– Я не про смерть, если что, – улыбнулась я. – Просто чувствую, что меня скоро выставят. Вижу, ты не понимаешь, с чего я это взяла, – она кивнула. – Я, если честно, тоже не понимаю. Но если меня через год или два выгонят – лучше быть готовой.

– А если вы ошибаетесь?

– Лучше ошибиться, и мои приготовления окажутся ненужными, чем оказаться на улице в одном платье.

– Вы правы, госпожа.

– Раз нам дали добро поехать в город, будем понемногу покупать нужные мелочи. Но сначала пригласи портного – у меня есть идеи.

К приходу портного я нарисовала сумку-рюкзак. В этом мире были сумки, даже что-то похожее на рюкзаки, но молний пока не существовало. Я также сделала наброски женских брюк – они мало чем отличались от мужских. Рисовала просто, чтобы было проще объяснить, чего я хочу.

Портной оказался другим человеком, не тем, кто шил мне платья. Я бы сказала – проще, ближе к народу. Мая, как будто знала, кого пригласить – за что я ей была благодарна.

На мою просьбу о пошиве простой, но качественной одежды он отреагировал спокойно. Мол, мало ли какие причуды у богатых. Даже на сумку почти в мой рост он отреагировал без удивления.

– В сумке сделаю два вида ручек: длинные – чтобы носить на спине, и короткие – для переноски на небольшое расстояние. Сама сумка будет очень прочной, чтобы выдерживать большой вес.

– Спасибо! Пошьёте ещё несколько поменьше, чтобы носить через плечо.

– Всё это будет нести один человек?

– Да.

– Хм... хорошо.

– И ещё понадобится вот это, – я показала рисунок нательной сумки, которую можно носить под рубахой и хранить в ней деньги.

– Задумка хорошая, но такие сумки лучше не открывать при людях.

– А если нужно перевезти крупную сумму, не привлекая внимания?

– Подумаю, как это реализовать. Могу в тех рубахах и платьях, что вы заказали, сделать потайные карманы – для денег и документов.

– Вы гений! – воскликнула я, вскочив со стула и пройдясь по комнате. – А у вас случайно нет мастера по обуви?

– Мой сын, – с пониманием ответил портной.

– Обувь нужна на мою ногу. Внешне простая, но такая, чтобы сносу ей не было.

– Сделаем, госпожа.

В комнату зашёл Рихард. Увидел, что Мая рядом, и кивнул.

– Мне сказали, у тебя портной. Передай, сколько обойдутся обновки – я дам слуге деньги. И хотел узнать, когда ты поедешь в город?

– Завтра.

– Чуть позже принесу тебе кошель и покажу, кто поедет с тобой из охраны.

Когда он вышел, портной тихо спросил:

– Для чего вам такие одежды?

– Лечу свою паранойю и реализую навязчивые мысли.

Он уже собирался уходить, как вдруг резко распахнулась дверь – вошёл Дамиан, брат Рихарда.

– О, милая! – начал он, но, заметив портного, замер. – Новые наряды заказываешь?

– Да, мы ещё не всё обсудили.

Портной понял мой посыл и сделал вид, что ищет образцы.

– Где же они запропастились, госпожа... Сейчас всё найду.

– Не буду вас отвлекать, – раздражённо бросил Дамиан и вышел.

Я тихо выдохнула.

– На примерку смогу приехать через неделю. Если будете в городе, заходите ко мне через три дня – заодно и обувь примерите.

– Отлично. Оставьте адрес и сумму, которую я вам должна.

Мы распрощались. Когда остались с Майей, я спросила:

– Ты раньше видела Дамиана?

Мая кивнула.

– Какой он?

Девушка грустно вздохнула.

– Любит портить служанок. К счастью, я не в его вкусе. А вот вы, госпожа, наоборот. С виду кроткая, миниатюрная – как он любит. К счастью, у меня грудь слишком маленькая, иначе он бы и меня принудил к близости.

На следующий день мы благополучно выбрались в город. Рихард не поскупился – выдал кошель с золотом. Мы с Майей сразу поняли, что это очень много. Я взяла всего десять монет – с огромным запасом. Остальные спрятала в лиф платья, оставив в кошельке лишь две.

– Что вы хотите купить? – спросила Мая.

– Для начала просто пройтись, посмотреть. Одежда, сумка и обувь у меня уже будут. Давай представим, что мы обсуждаем книгу, где героиня готовится к переезду в самостоятельную жизнь. Что ей может понадобиться, кроме одежды и обуви?

– Если девушка выходит замуж, ей могут дать приданое – хотя бы перину. Или материалы, чтобы сделать спальное место. В селе можно набить матрас соломой, но нужна крепкая ткань. Я могу купить такую или заказать мастеру основу на односпальную кровать. А если девушка из богатой семьи – лучше сразу четыре. Вдруг с мужем будет большая кровать – тогда две основы можно сшить вместе, а ещё две оставить в запас.

– Закажешь? Я оплачу.

Мая кивнула.

– Ещё нужно мыло – для тела и волос.

– Я знаю лавку, где есть разные мыла.

– Отлично. Даже Рихарду можно показать – решит, что это мои причуды.

– Там ещё крема продают – я ими ваши руки восстанавливала.

– Крем точно лишним не будет, – улыбнулась я.

Мы закупили хороший запас: мыло – кусковое и мягкое, несколько новых мочалок, мягкие отрезы ткани, заменяющие полотенца. На третий день заехали в мастерскую портного. Здание было добротное, каменное. Дочка мастера сразу повела меня на примерку, чтобы понять, где нужно подогнать.

Естественно, она заметила шрамы.

– Ох, госпожа... Кто это с вами?! Совсем свежие шрамы!

– Предпочту не отвечать, – спокойно сказала я.

Девушка ещё немного поохала, но помогла всё примерить и отметила, где ушить. Платья были добротные, крепкие – такие, что носят обычные люди. Мне пошили четыре тёплых и шесть лёгких. Как я просила – четыре пары штанов, которые можно носить и под платье, и с рубахой и жилеткой. Были тёплые рубахи, удлинённая куртка вместо плаща, два плаща – один с мехом, другой плотный, оба защищают от непогоды.

Мая по моей просьбе заказала чехлы для матрасов – чтобы потом набить их чем придётся. После примерки одежды я примерила обувь – её забрали на доработку. Рихард выдал деньги отдельно, и я сразу расплатилась с семьёй мастера. Костюм для верховой езды тоже шили они – он был более сложным, не таким простым, как остальной заказ.

В мастерскую зашёл Рихард с братом.

– О, дорогая, ты ещё здесь?

– Я же говорил – бабы любят наряды. Ты её отсюда ещё долго не вытащишь.

Я поморщилась. Это заметил только портной.

– Анна, сколько тебе ещё нужно времени?

– Не знаю. Мы с Майей хотели сами погулять.

– Хорошо, гуляйте. Только следите за временем. Дома гости, ужин будет совместный.

Когда мужчины вышли, я с облегчением выдохнула. Заказала ещё сотню мешочков для заготовки трав и большой моток бечёвки. Договорилась, что заказ привезут вместе с одеждой и обувью, и сразу за него расплатилась.

После этого разговор перешёл к травам.

– Не важно, кто мои кровные родители. Я росла в деревне и была травницей.

Я заметила, как люди в мастерской расслабились. Они попросили совета, и я охотно рассказала, какие травы от чего помогают и как их правильно заваривать. Узнала, где находится местная лавка с травами – решила купить немного впрок.

Сегодня мне повезло: я нашла алхимические весы с набором. Стоили они два золотых – раньше это было бы непозволительно дорого, но теперь платит, по сути, жених, а не я и он этих расходов даже не заметит. Купила также алхимическую горелку с почти годовым запасом сухого топлива – оно компактное, удобно брать сразу на долгое время.

Приобрела алхимический котелок для зелий, набор особо прочных колб и мензурок, а также ещё один небольшой котелок с крышкой – в нём можно готовить еду на двоих. К нему шла тренога.

Забрели в ряды с оружием. Я попросила охрану купить охотничий кинжал с заточкой и несколько мотков верёвки. Благо, никто не спрашивал, зачем мне это. Кинжал был с чехлом. Прикупила ещё несколько добротных ножей и маленький кинжал.

– Кажется, пора уходить, пока вы ещё чего не купили, – усмехнулся охранник, поправляя бороду.

После ужина я испытала свой алхимический набор и приготовила зелье для глубокого и спокойного сна. Мая сидела рядом, чуть ли не с открытым ртом, наблюдая за мной. Когда зашёл Рихард, я показала ему свои полезные покупки. Он был приятно удивлён.

– Рад, что ты получаешь удовольствие. Мой брат тебя не трогал?

– Нет, мы почти не пересекались.

– Если будет приставать – сразу говори мне.

– Хорошо.

– Завтра мы едем на охоту. Поедешь с нами?

– Я ещё не начала учиться ездить верхом. И костюм пока шьют.

– Понял, – добродушно улыбнулся он.

Утром я вышла проводить охотников. В доме остались только я и София – ей по возрасту ещё рано участвовать в таких мероприятиях. Я собиралась порисовать, но спустя час в мою комнату вошёл Дамиан. На Маю он не обратил внимания – схватил меня за руку и резко дёрнул.

– Что вы делаете?! – испуганно пискнула я.

Он довольно улыбался и потянул меня в спальню. Я сразу поняла, зачем он пришёл, и закричала. За это получила удар кулаком по лицу. Меня швырнули на кровать. Он задрал юбку платья и стал стягивать с себя штаны. Я успела укусить его за руку, а когда он отшатнулся – полоснула ногтями по его холёной роже.

– Ах ты, сука! – выругался он, схватил меня за волосы и потащил из покоев, прямо из замка.

Сколько бы я ни упиралась – для него это было как комариный писк. Он притащил меня к позорному столбу, крепко связал руки и подвесил.

– Будешь знать, как поднимать на меня руку, – прорычал он и отдал команду: – Начать. Сто ударов.

Я думала, что в этот раз точно умру.

– Когда плеть закончит – оставить её висеть. Пусть мой брат полюбуется на шалаву.

Мая прибежала к солдатам, когда молодой господин ушёл, и пересказала, что произошло. Солдаты сквозь зубы выругались. У них сжимались кулаки от злости.

– Второй раз девка может и не пережить, – сказал старый солдат.

Они ослушались приказа и по-тихому отнесли меня в спальню, вызвали целителя. Он поохал, увидев побои, и сказал, что не понимает, как жизнь ещё теплится в моём теле.

Рихард был в ярости. Не слушая родителей, он погнался за братом с плетью и избил его так, что тому тоже понадобился целитель.

– Если бы она не сопротивлялась – получила бы удовольствие, – нагло заявил Дамиан при родителях. – Какая разница, от кого она понесёт?

– Он прав, – поддержала сына мать.

– Что?! – в шоке спросил Рихард. – Пап, ты тоже так считаешь?

– Конечно, – сказала мать. – У мужчин есть потребности, а жена не всегда может их удовлетворить. Вот твой брат по служанкам и лазит, а у твоего отца есть официальная любовница.

– Так может, он и не мой отец? А может, он не отец Дамиана?

– Нет, – прогудел отец. – Вы оба мои сыновья, в этом я уверен. И, дорогая, ты не права. То, что у меня любовница – мы обсудили это заранее, и ты дала согласие. А вот Дамиан ведёт себя как повеса. Не удивлюсь, если у него уже полно байстрюков, а мы и не знаем.

– Анна правильно сделала, что дала отпор. И ты, Дамиан, извинишься перед ней. Она тебе не служанка, а княжеская дочь. Князь не погладит тебя по голове за то, что ты без причины выпорол его дочь.

– А как Рихард по навету высек – и ничего, – обиженно сказал Дамиан.

– Тебе только кажется, что ничего. Князь был очень недоволен. Просто не всё говорят женщинам и таким соплякам, как ты. И я уже не уверен, что ты достоин графского титула.

В этот раз я с трудом пережила побои. Приходила в себя дольше, чем в прошлый. Мая выхаживала меня вместе с целителем. Раны заживали, но сознание не желало задерживаться в теле. Я уже две недели лежала пластом, не могла встать. Меня раз в сутки относили в ванну, купали, и несколько раз помогали добраться до туалета.

Сегодня зашёл Рихард. Присел на край кровати, осторожно провёл рукой по моему лицу. Я смогла открыть глаза. Он улыбнулся.

– Привет, – сказал ласково. – Как ты?

– Слабость очень сильная…

– Я сильно побил брата, когда узнал, что он сделал. Знаю, он не извинится, поэтому прошу прощения за то, что допустил это. Прости, что не уследил за ним. Я приставил к тебе, кроме Маи, ещё двух стражников на постоянной основе. Я лично их проинструктировал – у них есть разрешение от меня и от моего отца силой вытаскивать Дамиана из твоей комнаты, если он сунется. К сожалению, я не знаю, как это недоразумение исправить. Возможно, только могила способна это исправить.

– Спасибо. Мне будет спокойнее.

Он взял мои руки в свои и поцеловал пальцы.

– Ты мне не безразлична. Выздоравливай, родная.

После этих слов мне и правда стало легче, и я пошла на поправку. Рихард подарил несколько наборов украшений. Я попросила целителя проколоть мне уши – у меня уже было много серёжек, и хотелось их носить. Целитель, услышав мою просьбу, сказал:

– Вы явно идёте на поправку, госпожа.

– Мне полегчало после приятной новости.

– Вы про стражу?

Я кивнула.

Через неделю я окончательно поправилась, и целитель разрешил мне учиться верховой езде. Пока я лежала, приезжал портной с помощниками и привёз мой заказ. Мая всё аккуратно спрятала в гардеробной – за платьями, что мне отдали после сестры.

Когда я поправилась, начали шить свадебное платье. Материалы и фасон выбирала мать Рихарда, от меня требовалось только присутствовать на примерках и молчать.

– И нужно на время праздника убрать шрамы, – заявила свекровь. – Я знаю, что навсегда это невозможно, но временную иллюзию можно сделать. Даже на ощупь кожа будет гладкой.

Вот только никто не уточнил, что это болезненная процедура. Об этом мне сказала магиня Айрис, приехавшая за неделю до свадьбы. Пришлось терпеть, стиснув зубы, пока она колдовала над моей спиной.

– Больно будет только сегодня. В следующие дни я буду лишь поддерживать иллюзию, вливая в неё силу.

Хорошо хоть не спрашивала, кто и за что меня так изуродовал.

Сколько я живу в этом доме, моя жизнь похожа на сон. Местами – на кошмар или просто неприятный сон. И всё время ощущение, что я не там, где должна быть. Может, поэтому мне кажется, что скоро уйду отсюда?

С Рихардом у нас сложились ровные, спокойные отношения. Я просто приняла, что он станет моим мужем. Любви к нему так и не появилось. И не вижу, чтобы у него были ко мне чувства. А ощущение, что моё время в этом доме подходит к концу, никуда не исчезло.

Поэтому я понемногу готовлю вещи, с которыми придётся уйти. Одежда, обувь, даже спальный текстиль уже сложены в новую, очень большую сумку. Туда же убраны алхимические наборы, котелки, горелка, запас горючего. Мыло, сухой шампунь, средства для уборки. Отдельно – запасы тканей на разные случаи и артефакт, который может сшивать или распарывать ткань. Кинжалы, ножи, ножницы, швейный набор с нитками и иголками. Мешочки для зелий, бечёвка и хорошая верёвка.

– Госпожа, вы уверены, что сможете всё это поднять? – спросила Мая.

– Мая, если бы тебе сказали, что уйдёшь с тем, что унесёшь – ты бы подняла?

– Да, – без раздумий ответила она.

– Вот и я подниму. Буду тащить столько, сколько нужно. В дополнительную сумку нужно собрать запас круп, соли, туда же положить огниво и пару фляг с водой.

– Я буду приносить понемногу, чтобы не вызывать подозрений.

– Хорошо. А потом ещё прогуляемся в город – может, что-то докупим.

До свадьбы мы успели собрать хороший продуктовый набор, который может долго храниться. Там были только крупы и соль – мясо имеет запах и быстро портится. Когда будет понятен день ухода, я соберу ещё одну сумку с готовой едой – туда уже положу и мясо.

– Как думаешь, после свадьбы мне придётся переезжать в другую комнату?

– Нет, ваша комната и так рядом с покоями господина.

– Хм… Никогда об этом не думала. А ты не знаешь, как принято: муж приходит к жене или жена к мужу?

– Не знаю, госпожа.

Осторожно задала этот вопрос Рихарду. Он улыбнулся и обнял меня чуть смелее, чем обычно, во время прогулки по парку.

– По-разному. В первую ночь заберу тебя к себе. А дальше договоримся – будем ходить друг к другу или ты будешь ночевать у меня. Как тебе захочется, милая.

Мне наконец-то достался поцелуй в щёку. Первый за всё время пребывания в замке. Даже не верится – я тут уже полгода. Наверное, это не очень правильно, но дальше своих комнат и парка возле замка я никуда не ходила, если не считать общей столовой.

– Рихард, а ты мог бы показать мне немного замок? – спросила я робко, осознавая свою оплошность.

– Рад, что ты попросила об этом до свадьбы.

– Было непростое время…

– Да, ты права, – он помрачнел, вспоминая, как мне досталось от него и его брата.

Глава 3. Свадьба

Замок оказался поистине огромным. Рихард показал мне бальный зал, библиотеку и свой кабинет. Где находится кухня, я поняла, когда мы заходили с улицы – он махнул в ту сторону и сказал, что она там.

– А что мне можно и нужно делать после свадьбы? Как я могу быть полезной?

– Хм… – он довольно улыбнулся. – Родители после нашей свадьбы уедут в столицу, – на этом его улыбка увяла. – Отец передал управление землями полностью мне. Он лишил брата права наследовать титул графа, и теперь титул перейдёт мне и моему сыну. Я покажу тебе книги, в которых домоправитель ведёт записи. Можешь начать с проверки его работы – у меня просто не доходят руки. Потом расскажешь, что обнаружила.

Я кивнула. Придётся во многом разобраться.

На собственной свадьбе я чувствовала себя не счастливой невестой, а манекеном, предметом интерьера, которого вертят, переставляют, не спрашивая ни мнения, ни желания. Сначала – ранний подъём, одевание, укладка и минимальный макияж. После укладки голова дико болела – неудивительно, с тем, как меня дёргали за волосы, пока завивали и заплетали. Казалось, что мастерица сгоняет на мне свою злость. Сказать ей ничего не могла – рядом стояла мать жениха, с довольной миной, и периодически произносила:

– Терпи, все через это проходят.

Корсет затянули так туго, что я начала терять сознание. Ей пришлось дать распоряжение ослабить его.

– Смотри-ка, какая неженка. Потерпеть денёк не может.

Я промолчала. Что бы я ни сказала – сделают вид, что не услышали.

Венчание проходило в часовне при замке. Была зима, снег лежал повсюду. Дорожки, правда, вычищены идеально. Но на ногах у меня были тканевые туфельки, а на плечах и голове – лишь тонкая вуаль. К часовне меня вёл отец. Надо отдать должное – он был в парадном мундире, но хотя бы в сапогах.

– Это традиция.

– Заморозить насмерть? – прошептала я.

– Терпи.

– Я сегодня только и делаю, что терплю. Все словно сговорились сделать как можно больнее…

Говорила я едва слышно, голос почти исчез. Благо, в часовне было уже не так холодно. Радовало, что на руках были перчатки чуть выше локтя – не было видно, как они посинели от холода.

На самой церемонии я окончательно окоченела. С трудом смогла сказать «да». А из часовни муж вынес меня на руках. Судя по взглядам родни и гостей – это было не по правилам. Но он ворчал:

– Надо побыстрее занести тебя в дом, пока ты от переохлаждения не умерла. Не собираюсь становиться вдовцом.

– Услышь это твоя мать – она бы сказала, что нужно потерпеть.

– Вот пусть сама и терпит.

В замке было гораздо теплее. Но впереди – церемония поздравлений. Мы три часа стояли, как истуканы, принимая разной степени фальшивые пожелания. Хорошо, что я учила танцы – смогла потанцевать с мужем целый час.

А потом нас отправили «делать наследника». Его матушка и тут отличилась – прямо перед гостями заявила, что пора молодым «работать над внуком». Мы с Рихардом едва не сгорели от стыда, а все вокруг приняли это как забавную шутку.

Мы пошли в его спальню. Надо отдать должное – он сразу освободил меня от орудия пыток под названием корсет. Я вздохнула с облегчением.

– Ненавижу корсеты, – сказала я. – Я едва могла дышать.

– Не представляю, как ты вообще в этом двигалась, – сказал он, кладя тяжёлое платье на стул.

На мне остались только кружевные панталоны и чулки. Взгляд мужа стал голодным. В комнате были закуски и напитки. Пока он спешно раздевался, я успела проглотить три маленьких бутерброда.

– Я целый день ничего не ела, – сказала виновато.

Для храбрости я выпила бокал игристого вина. Но долго расслабляться не дали – мягко, но решительно увели в спальню. Рихард старался быть нежным, ласковым, внимательным. И всё же мой первый добровольный опыт близости оказался далёк от мечтаний. Боль, неловкость, внутреннее напряжение – всё это мешало расслабиться. В голове проскользнуло сравнение с тем, что было в деревне. Тогда – насилие. Сейчас – согласие. Приятней от этого не стало.

Наутро нас ждал второй акт свадебных торжеств. И сразу – шок. Мать Рихарда, сияя, поздравила сына с тем, что невеста оказалась невинной. Я покраснела от стыда, а Рихард – от ярости.

– Хватит меня позорить, мама! – рявкнул он. – Я никому не позволю обсуждать мою интимную жизнь.

– Но, сынок…

– Я сказал – хватит! – голос стал угрожающим.

– Дорогая, хватит, – мягко вмешался отец.

Праздник продолжился. Был завтрак, танцы, гуляния. Но на улицу Рихард меня не пустил.

– Хватит тебе там мёрзнуть, – сказал он, обнимая меня у окна. – Скажи, я тебе очень больно сделал?

– Угу, – только и смогла выдавить, прижавшись к нему.

– Прости. Я не хотел. Просто… я не умею пока.

– Что я слышу? Брат признался, что был девственником, – раздался голос Дамиана у нас за спинами. – Придётся тебе рассказать пару секретов, меньшой.

Я напряглась, но, поняв, о чём речь, едва сдержала улыбку.

– Пойду к себе, – сказала, отступая.

– Пошли в мои комнаты, – неожиданно серьёзно предложил Дамиан. – Не стоит такие разговоры вести в коридоре.

В гостиной Рихарда разговор стал откровенным.

– Ты её хоть приласкал прежде чем… – начал Дамиан.

– Целовал, гладил… – ответил Рихард, краснея.

– Эм… Некоторым и поцелуев достаточно. Но она у тебя зажата. Скажи честно: было мокро, как будто тряпку надо подложить, или так сухо, что хотелось… ну, ты понял.

Рихард молчал, лицо его выдало всё.

– М-да, не повезло, братишка. Ты её маленько травмировал.

– Я догадался по крови.

– Так она была невинной?

– Нет. Один мерзавец… Я его казнил.

– Мне ещё повезло – ты меня просто избил, – усмехнулся Дамиан. – Ладно. Ближайшую неделю – ни-ни. Пока она сама не скажет, что готова. А потом – ласкай. Некоторые женщины любят, когда их ласкают языком.

– Где?

– Ты как ребёнок. Там, конечно. Ты что, анатомию женскую не учил?

– В глаза не видел.

– Пошли. Отец мне в своё время дал книгу. Там всё нарисовано: что где, как, зачем. Даже позы.

С этой книгой братья едва не опоздали на танцы. Отец, поняв, чем они занимались, одобрительно кивнул. А я, глядя на мужа, видела лицо нашкодившего подростка.

– Где вы были? – спросила тихо.

– Брат дал книгу. Я всё делал неправильно… Исправлюсь. Обещаю.

Я просто кивнула.

Гости разъехались утром. Я тоже хотела поехать в город – к травнице. Облегчить состояние. Узнав причину, Рихард снова покаялся, дал кошель с деньгами и напомнил про охрану.

Прошла неделя. Мы снова легли в постель. Он и правда старался – нежно, терпеливо, с вниманием к каждому моему вздоху. Мне было приятно, но внутри всё ещё было напряжение.

– Рихард, – позвала я.

– А? Я опять не так делаю?

– Всё так, – сказала, краснея. – Просто… мне кажется, это со мной что-то не так.

– Не выдумывай. Ты просто всё ещё напряжена.

Он хотел продолжить ласки, но я остановила его.

– Я тоже готовилась. Понимала, что могу не стать мокрой. Потому взяла кое-что.

Я достала с тумбочки флакон.

– Это масло. Прокипячено, почти без запаха. Целитель сказал: в начале семейной жизни, пока молодые привыкают друг к другу, лучше не пренебрегать. Тогда всё будет мягко, без травм. Со временем оно нам не понадобится.

Он кивнул, взял флакон, уложил меня на спину. Смазал меня, потом себя. Сегодня боли не было. Я даже почувствовала удовольствие. Он заметил это – и мы попробовали ещё раз. И ещё. Даже в разных позах. Уснули довольные друг другом.

Утром, выбравшись из кровати, я сказала:

– Пойду к себе, в ванну.

– Постой. У нас есть смежная дверь из моей гостиной в твою.

Он показал. Между нашими комнатами – узкий коридор.

– Это комната твоей служанки, – сказал с улыбкой, прижимая меня к стене.

На мне был его халат – на голое тело. Он развязал его, подхватил меня под ягодицы.

– Кажется, я начинаю понимать, насколько это приятно, – прошептал в губы. – И сейчас ты мокрая, как и должно быть.

Я обвила его ногами, неумело отвечая на поцелуи. Мы были в этом узком коридоре, и мысль, что нас могут увидеть, будоражила. Я впервые в жизни достигла пика. Он понял это по тому, как я вогнала ногти ему в спину и прижалась сильнее.

– Я могу собой гордиться, – сказал, целуя меня.

Я улыбнулась. Он бережно поставил меня на ноги, закутал в халат. Я ушла купаться.

Через несколько дней Мая спросила:

– Госпожа, вы всё ещё ощущаете, что вы здесь временно?

Я задумалась. Только вернулась от мужа после совместной ночи.

– Не так явно, как раньше. Но пока разбирать ту сумку не буду. Чувствую – не стоит.

Она просто кивнула.

Прошёл месяц после свадьбы, и я поняла – я беременна. Женские дни так и не пришли, а вместе с этим вернулось тревожное ощущение, будто моё время в этом замке подходит к концу. Сначала списала всё на страх перед беременностью и родами. Решила не торопиться с выводами.

Как и просил Рихард, я занялась делами замка. Начала с проверки домовых книг и расходов. Пересчитала запасы, сверила с записями – и обнаружила серьёзные несоответствия. Пришлось действовать жёстко: половину кухонных работников я приказала заключить в камеры, что находились прямо в замке.

Когда муж вернулся из поездки, я показала ему всё, что удалось выяснить. Он быстро разобрался, вернул украденное, а виновных приказал высечь и уволить.

Один человек продолжал вызывать у меня тревогу – поверенный супруга, Антонио. Он был неприятен, и я явно ему не нравилась. Он пытался это скрыть, но я видела всё в его взгляде, в тоне, в уклончивых ответах.

Родители Рихарда с дочерью и старшим сыном уехали в столицу сразу после свадьбы. А спустя полтора месяца ко мне приехал мой брат Генри. Его не было на свадьбе – служил на границе и только получил увольнительную. Я знала его лишь по портрету в семейной книге.

Мы сидели в моей гостиной, беседовали. Мая вышивала неподалёку. Вошёл Рихард, а за ним – Антонио.

– Вот, господин, она сама с непонятно кем, – процедил поверенный.

– Ты что себе позволяешь, червяк? – ледяным тоном произнёс Генри. – Голова на плечах тебе мешает?

Рихард поморщился.

– Антонио, ты явно умом повредился. Как ты мог не узнать родного брата моей жены?

– Прости, родственник, – сказал Генри, не сводя взгляда с поверенного. – Но твой слуга оскорбляет меня уже не в первый раз. Моё терпение лопнуло. Либо ты его увольняешь, либо я приказываю его казнить.

Я в шоке смотрела на брата.

– Ты думаешь, Анна, тебя тогда высекли просто так? – продолжил он. – По его словам твой жених поверил непонятно чему и отдал приказ.

У Рихарда словно пелена спала с глаз.

– Это правда? Ты оклеветал мою жену? – спросил он, доставая артефакт правды.

Глаза Антонио забегали. Я добавила:

– По-моему, воровство в замке происходило с его ведома. И недостача в казне – тоже его рук дело.