Текст книги "Магический детокс или новогодний сюрприз для ведьмы (СИ)"

Автор книги: Виктория Дениз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Глава 3

Глава 3

Ужин Виола пропустила.

Не потому, что не была голодна – после дороги желудок настойчиво напоминал о себе – а потому, что мысль о том, чтобы спуститься вниз, улыбаться незнакомым людям и делать вид, что все в порядке, казалась невыносимой.

Вместо этого девушка лежала на кровати, уставившись в потолок, и пыталась привыкнуть к пустоте там, где раньше была магия.

Это было похоже на внезапную глухоту. Не физическую – она прекрасно слышала, как за окном шумит ветер, как потрескивают половицы, как где-то внизу смеются люди. Но магическая часть мира просто исчезла. Невидимые потоки энергии, которые она чувствовала с детства, ощущение живой силы во всем окружающем – все это пропало, оставив только глухую пустоту.

Виола перевернулась на бок, обняв подушку.

Может быть, это действительно поможет. Может быть, Марибет права, и магия стала костылем, от которого нужно отучиться.

Или есть вероятность, что это самая ужасная идея в ее жизни, и она застрянет здесь на две недели, чувствуя себя инвалидом.

Слишком поздно думать об этом сейчас.

Виола заставила себя встать, переодеться в ночную рубашку и умыться. Ванная комната оказалась просторной, с большой медной ванной на изящных ножках, раковиной и зеркалом в резной раме. Полки для принадлежностей, мягкие полотенца, запах свежести и хвои.

Общая ванная. Значит, завтра здесь будет еще кто-то.

Виола поморщилась при мысли о соседстве с незнакомцем. Она привыкла жить одна, если не считать Мордехая, который был скорее соседом, чем питомцем. Идея делить пространство с кем-то, пусть даже частично, вызывала дискомфорт.

Ну что ж. Придется привыкать.

Она вернулась в спальню, забралась под одеяло и потянулась к прикроватной лампе.

Обычно она гасила свет взмахом руки.

Сейчас пришлось тянуться и поворачивать маленький ключик на основании лампы.

Такая мелочь. Такая глупая, незначительная мелочь.

Но слезы снова подступили к горлу.

Виола зажмурилась, заставляя их отступить. Не будет она плакать из-за чертовой лампы.

Тьма окутала комнату. За окном завывал ветер. Где-то далеко ухала сова.

Виола натянула одеяло до подбородка и попыталась заснуть.

Проснулась ведьмочка от яркого света.

Солнце било в окно, заливая комнату золотом. Виола застонала и натянула одеяло на голову, но было поздно – она уже проснулась окончательно.

Сколько времени?

Виола выглянула из-под одеяла и посмотрела на часы на прикроватной тумбочке. Половина десятого.

Она проспала завтрак.

– Отлично, – пробормотала она, садясь. – Начинаем день с голодовки.

Желудок подтвердил свое согласие с хозяйкой громким урчанием.

Виола потянулась, разминая затекшие мышцы. Спала она на удивление хорошо, наверное, сказалась усталость последних дней. Тело наконец получило возможность отдохнуть и воспользовалось ею сполна.

Магия все еще не чувствовалась. Пустота внутри никуда не делась.

Но в свете утреннего солнца это не казалось таким катастрофичным, как вчера вечером.

Виола встала, подошла к окну и распахнула его.

Холодный воздух ворвался в комнату, обжигающий и свежий. Девушка глубоко вдохнула, чувствуя, как легкие расправляются, а голова проясняется.

Вид за окном был сказочным.

Заснеженный лес, уходящий вдаль, горные пики на горизонте, ярко-синее небо без единого облачка. Снег искрился на солнце, слепил глаза. Тишина, нарушаемая только щебетом птиц и шумом ветра в ветвях.

Красиво.

Виола стояла у окна, пока не начала замерзать, потом закрыла его и отправилась в ванную.

Умылась холодной водой – горячую пришлось ждать, пока она пойдет из крана, непривычно долго. Причесалась, заплела волосы в косу. Натянула теплое шерстяное платье цвета спелой сливы и мягкие ботинки.

В зеркале на нее смотрела девушка с бледным лицом и темными кругами под глазами, но хотя бы не такая измученная, как несколько дней назад.

– Ничего, – сказала она своему отражению. – Прорвемся.

Отражение выглядело не слишком уверенным, но Виола решила не обращать на это внимания.

Она вышла из ванной – и замерла.

В гостиной кто-то был.

Точнее, кто-то возился с камином, стоя к ней спиной. Широкие плечи, густые темные волосы. Высокий, с хорошей выправкой – военной или около того.

Но одет в… пижаму.

Ярко-розовую пижаму.

С единорогами!

Виола моргнула, не веря своим глазам. Маленькие белые единороги с радужными гривами скакали по розовой ткани, окруженные звездочками и сердечками.

Сосед.

Он приехал, пока она спала.

Виола прикусила губу, пытаясь сдержать смех.

А потом мужчина выругался – негромко, но с чувством – и обернулся, потирая ушибленный палец.

И Виола почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Рейнар.

Это был Рейнар.

Ее бывший жених. Человек, с которым она рассталась три года назад после ужасной ссоры. Человек, о котором пыталась не думать все это время, но это получалось не слишком успешно.

Рейнар, стоящий в ее – их – гостиной, с растерянным выражением лица, которое в точности отражало ее собственные чувства. В пижаме с единорогами.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга в абсолютном молчании.

Он почти не изменился. Те же темно-серые глаза, тот же прямой нос, те же резкие черты лица. Может быть, несколько новых морщинок у глаз, может быть, плечи стали чуть шире. Но в целом – тот же самый Рейнар, которого она помнила.

Которого она любила.

От которого сбежала.

– Виола? – его голос прозвучал хрипло, неуверенно.

Она открыла рот. Закрыла. Попыталась снова.

– Рейнар.

Это было все, что она смогла выдавить. Виола сначала ощутила панику, но спустя несколько мгновений почувствовала, как неудержимый смех подступает к горлу.

– Виола?

Она открыла рот. Закрыла. Попыталась снова.

– Рейнар.

Это было все, что она смогла выдавить, прежде чем фыркнула.

Мужчина посмотрел на нее непонимающе, потом вниз на себя – и его лицо залилось краской.

– Это не… я не… – он запнулся, явно пытаясь найти объяснение. – Подарок. От племянницы. На прошлый Новый год. Она настаивала, чтобы я носил эту пижаму как можно чаще. Я не думал, что кто-то увидит!

– Единороги, – Виола прыснула в ладонь. – единороги, мать твою!

– Виола, это не смешно, – он попытался изобразить достоинство, что было совершенно невозможно в этой пижаме.

– О, поверь мне, – она уже откровенно смеялась, – это очень смешно. Великий боевой маг Рейнар, гроза врагов, в пижаме с единорогами и сердечками!

– Я забыл упаковать нормальную! – он выглядел таким смущенным и возмущенным одновременно, что это было очаровательно. – Собирался впопыхах!

– Конечно, конечно, – Виола вытирала слезы, не в силах остановиться. – Случайно. Из всех вещей в шкафу.

– Виола…

– Единороги, Рейнар! – она задыхалась от смеха. – У тебя на заднице большой единорог с радужным хвостом!

Он инстинктивно обернулся, пытаясь посмотреть, что только усилило ее смех.

– Я пойду переоденусь, – процедил он сквозь зубы, красный как свекла, и направился ко второй спальне.

– Подожди! А что ты вообще здесь делаешь?

– Я… Я здесь живу. То есть, остановился. На две недели. А ты?

– Я тоже, – хрипло пробормотала Виола, обнаружив, что голос не слушается.

Сразу стало не до смеха. Повисла неловкая пауза.

– Ты же шутишь, – наконец произнесла ведьма.

– Хотел бы я.

Еще одна пауза, более длинная и неловкая.

– Значит, ты… – она показала на дверь, ведущую во вторую спальню.

– Да. – Рейнар провел рукой по волосам, жест, который она помнила слишком хорошо. Он всегда так делал, когда нервничал. – Я приехал сегодня утром. Мне сказали, что это двухкомнатные покои, но не сказали, что там уже кто-то…

– Мне тоже не сказали, – перебила Виола. – Точнее, сказали, что будет сосед, но не сказали кто.

– Да уж, не сказали, – Рейнар выглядел так, будто хотел бы провалиться сквозь пол. – А если бы сказали, один из нас сбежал бы.

– Оба, – поправила Виола. – Сбежали бы оба.

Что-то мелькнуло в его глазах – боль? Согласие? – но он просто кивнул.

– Нужно поговорить с администратором. Переселить одного из нас.

– Да. Конечно. Сейчас же. А хотя нет, подожди, я все-таки переоденусь.

Через пару минут мужчина вышел из своей спальни. Теперь он был одет в темно-вишневую рубашку, подчеркивающую широкие плечи, и черные брюки.

Они двинулись к двери одновременно, столкнулись в дверном проеме, отпрянули друг от друга.

– Прости.

– Нет, я…

Еще одна неловкая пауза.

– Иди первая, – сказал Рейнар, отступая.

Виола прошла мимо него, старательно не касаясь, не глядя в его сторону. Ее сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно во всем здании.

Рейнар. Из всех людей в мире, из всех магов, которые могли оказаться ее соседом – именно Рейнар.

Вселенная определенно издевалась над ней.

По лестнице спускались молча. Виола шла впереди, явственно чувствуя его присутствие за спиной. Хотелось обернуться, посмотреть на него снова, убедиться, что это не галлюцинация.

Хотелось бежать куда глаза глядят.

В холле было несколько постояльцев. Пожилая пара в креслах у камина, молодая женщина с книгой, мужчина лет сорока, дремлющий на диване. Все они подняли головы, когда Виола и Рейнар вошли, и в их взглядах было любопытство.

Марибет стояла за стойкой администратора, что-то записывая в большой книге. Она подняла глаза и улыбнулась.

– Доброе утро! Как спалось в ваших…

Она замолчала, увидев их лица.

– Есть проблема? – ее улыбка стала профессионально-озабоченной.

– Да, – воскликнули Виола и Рейнар одновременно.

– Нас нужно переселить, – продолжила Виола.

– Немедленно, – добавил Рейнар.

Марибет перевела взгляд с одного на другого.

– Я вижу, вы уже познакомились.

– Мы знакомы, – сухо ответил Рейнар. – Давно. И, поверьте, последнее, что нам обоим нужно – делить покои.

– Понимаю, – Марибет кивнула с сочувствием. – К сожалению, переселить вас некуда.

– Как это «некуда»? – Виола почувствовала, как начинает закипать. – Найдите другой номер!

– Все номера заняты. – Марибет развела руками. – Новогодний сезон, самое популярное время. Я говорила вам вчера, мисс Виола. Все полностью забронировано.

– Тогда дайте нам два однокомнатных отдельных номера!

– Все отдельные номера тоже заняты. – Марибет заглянула в свою книгу. – Ближайший выезд – только третьего января. Если хотите, могу поставить вас в лист ожидания…

– Третьего января⁈ – Виола едва не закричала. – Это через неделю с лишним!

– Девять дней, если точно.

– Это неприемлемо, – вмешался Рейнар, и в его голосе прозвучала сталь. – Найдите решение.

Марибет посмотрела на него с тем же спокойствием, с каким смотрела бы на капризного ребенка.

– Молодой человек, я понимаю ваше недовольство. Но у меня нет волшебной палочки, чтобы материализовать свободные номера из воздуха. – Она помолчала, потом добавила мягче: – Вы можете, конечно, покинуть центр. Но возврат средств возможен только после первой недели пребывания, и только частичный.

Виола и Рейнар переглянулись.

Уехать означало потерять деньги. Немалые деньги – путевки были дорогими. И, что важнее, упустить шанс на отдых и восстановление, которое им обоим было очень, очень нужно.

Но остаться означало провести девять дней в одних покоях с человеком, с которым они расстались в ужасной ссоре три года назад.

– Это невозможно, – пробормотала Виола.

– Согласен, – откликнулся Рейнар.

– Послушайте, – Марибет положила руки на стойку, и в голосе женщины появились успокаивающие нотки. – Я знаю, что это неудобно. Но покои достаточно большие. У каждого своя спальня, вы можете почти не пересекаться, если постараетесь. Девять дней – это не так долго.

– Это вечность, – пробормотал Рейнар.

Марибет проигнорировала комментарий.

– К тому же, – продолжила она, – возможно, это знак.

– Знак чего? – спросила Виола подозрительно.

– Того, что вам нужно разобраться с тем, что между вами. – Марибет хитро улыбнулась. – Часто выгорание связано не только с магией, но и с нерешенными эмоциональными проблемами. Старые раны, старые обиды, недосказанности. Может быть, судьба дает вам шанс закрыть эту главу. Или открыть новую.

Виола уставилась на нее.

– Вы сейчас серьезно?

– Вполне.

– Мы не нуждаемся в психотерапии, – холодно сказал Рейнар. – Нам нужны другие номера.

– Которых у меня нет. – Марибет сложила руки на груди. – Так что, боюсь, у вас два варианта. Остаться в текущих покоях или покинуть центр. Решать вам.

Она смотрела на них с невозмутимым спокойствием человека, который знает, что у него все козыри.

Виола почувствовала, как гнев полыхает в груди. Хотелось наколдовать что-нибудь неприятное – превратить администраторшу в жабу, например, или наслать еще какое-то пакостное проклятие. Ведьма она или кто? Но магия не работала. Оставалось только стоять и беспомощно злиться.

– Прекрасно, – процедила она сквозь зубы. – Мы останемся. Но только потому, что у нас нет выбора.

– Я ценю ваше понимание, – Марибет улыбнулась, как будто они согласились на что-то приятное. – Уверена, вы найдете способ ужиться. А если возникнут сложности, обращайтесь, постараюсь помочь.

Она вернулась к своим записям, давая понять, что разговор окончен.

Виола развернулась и направилась к лестнице, не глядя, следует ли за ней Рейнар. Гнев и разочарование клокотали в груди, смешиваясь с паникой.

Девять дней. Девять дней в одних покоях с бывшим.

Как она выживет?

Они поднялись обратно в номер молча. Виола шла впереди, стараясь не обращать внимания на его присутствие. В гостиной она остановилась посреди комнаты и скрестила руки на груди.

– Правила, – сказала она, не оборачиваясь.

– Что?

– Нам нужны правила. – Виола повернулась к нему. – Если мы застряли здесь вместе, нам нужно установить границы.

Рейнар смотрел на нее, и в его глазах было что-то неразличимое. Усталость? Сожаление?

– Хорошо, – сказал он наконец. – Какие правила?

Виола задумалась на секунду.

– Первое: мы избегаем друг друга, насколько возможно. У каждого свой график. Один идет в столовую – другой ждет. Один пользуется ванной – другой не входит.

– Согласен.

– Второе: никаких разговоров о прошлом.

Что-то дрогнуло в его лице, но он кивнул.

– Согласен.

– Третье: никаких… – она запнулась, подбирая слова, – личных вопросов. Мы просто соседи по несчастливому стечению обстоятельств.

– Прекрасно.

– И четвертое, – Виола подняла подбородок, – если ты будешь невыносим, я прокляну тебя. Магия не работает, но я найду способ.

Уголок его губ дернулся – почти улыбка, но не совсем.

– Ты всегда была изобретательна в угрозах.

– Это не угроза. Это обещание.

Они смотрели друг на друга, и напряжение в воздухе можно было резать ножом.

– Итак, мы договорились? – спросила Виола.

– Договорились, – ответил Рейнар.

Он протянул руку для рукопожатия – формальный, деловой жест.

Виола посмотрела на его руку, потом на его лицо. Потянулась и пожала руку быстро, отпуская почти сразу.

Но даже этого короткого касания было достаточно, чтобы ее кожа вспыхнула. Его ладонь была теплой, немного грубой – от меча? от тренировок? – и до боли знакомой.

Она отдернула руку, как от ожога.

– Хорошо. Тогда я… пойду позавтракаю. Или пообедаю. Который час?

– Почти одиннадцать, – Рейнар убрал руку в карман. – Я уже ел.

– Отлично. Тогда иду я.

Она схватила ключ и выскочила из номера, закрыв дверь за собой чуть громче, чем нужно.

В коридоре Виола прислонилась к стене и глубоко вдохнула.

Это невозможно. Это какой-то кошмар.

Но она не спала. Это была реальность.

И ближайшие дни придется как-то с этим жить.

Виола выпрямилась, пригладила волосы и направилась вниз.

Найдет еду. Съест что-нибудь. Еда всегда поднимает настроение. Придумает план.

Все будет в порядке.

Должно быть.

Столовая оказалась в противоположном крыле первого этажа. Просторная комната с длинным столом, уставленным едой: свежий хлеб, масло, джемы, сыры, холодное мясо, фрукты, кувшины с соком и молоком. Пахло корицей и свежей выпечкой.

Судя по всему, не только она опоздала сегодня на утренний прием пищи, и персонал любезно продлил время завтрака. В столовой было еще трое постояльцев, мирно беседующих о чем-то своем.

Виола села за дальний конец стола, подальше от других, и накрыла себе тарелку.

Есть не хотелось, аппетит пропал. Желудок сжался в узел, и мысль о еде вызывала тошноту.

Но она заставила себя есть механически. Хлеб с маслом. Яблоко. Чай.

Все это время мысли в голове метались без остановки.

Рейнар здесь. Рейнар, с которым она не виделась три года. Рейнар, которого она любила. Который разбил ей сердце. Который…

Нет.

Виола покачала головой, отгоняя воспоминания.

Никаких мыслей о прошлом. Это правило номер два, и оно распространяется и на ее собственные мысли.

Она справится. Девять дней – это не так долго. Она просто будет держаться подальше, соблюдать правила, пережить это время.

А потом вернется домой, и все будет так, как прежде.

Виола допила чай и поднялась из-за стола.

План был прост: провести остаток дня где угодно, только не в номере. Библиотека, баня, прогулка по территории – что угодно.

Вернется только поздно вечером, когда Рейнар уже уснет.

Идеальный план избегания.

Глава 4

Глава 4

Идеальный план рухнул примерно через три часа.

Виола провела время после обеда в библиотеке – уютной комнате на втором этаже, уставленной полками с книгами от пола до потолка. Камин, мягкие кресла, тишина, нарушаемая только тиканьем часов на стене и шелестом страниц.

Она взяла первую попавшуюся книгу – оказалось, травник, описание лекарственных растений горных регионов – и устроилась в кресле у окна.

Читалось плохо. Слова скользили мимо сознания, не задерживаясь. Мысли возвращались к Рейнару, снова и снова, как язык к больному зубу.

Он почти не изменился. Те же глаза, тот же голос. Но было что-то новое – усталость в его взгляде, напряжение в плечах. Он выглядел… измотанным.

Что случилось с ним за эти три года?

Виола покачала головой, сердито захлопывая книгу. Не ее дело. Она не должна интересоваться. Она не будет интересоваться.

Правило третье: никаких личных вопросов.

Девушка вернула книгу на полку и решила прогуляться по территории центра.

На улице было морозно, но солнечно. Виола закуталась в плащ и пошла по расчищенным дорожкам, петляющим между деревьями. Снег скрипел под ногами. Воздух обжигал легкие, но это было приятно – острое, живое ощущение.

Территория оказалась больше, чем выглядела с первого взгляда. Парк с аккуратными аллеями, беседка с видом на горы, небольшой пруд, затянутый льдом. Скамейки, фонари, скульптуры, почти занесенные снегом.

Она брела, не разбирая дороги, просто шла, пока не замерзла окончательно. Потом вернулась в здание и обнаружила баню.

Жаркий, влажный воздух, запах трав и дерева. Виола разделась, завернулась в полотенце и устроилась на полке, чувствуя, как тепло проникает в мышцы, расслабляя их.

Хорошо. Здесь очень хорошо.

Может быть, эти две недели не будут полным кошмаром, и она действительно сможет отдохнуть, восстановиться.

Если только бывший не будет мешать.

Виола провела в бане почти час, пока не почувствовала, что вот-вот растает. Потом приняла холодный душ – обжигающе-освежающий – оделась и отправилась на обед.

К номеру девушка вернулась около семи вечера, довольная и уставшая. Ужин можно пропустить – после плотного обеда она все еще не была голодна. Сейчас главное – незаметно проскользнуть в свою спальню, не столкнувшись с Рейнаром.

Она открыла дверь и осторожно заглянула внутрь.

Гостиная была пуста.

Виола выдохнула с облегчением и вошла, тихо закрывая за собой дверь.

Камин был зажжен – наконец-то! Комната выглядела уютной в танцующем свете пламени. Видимо, Рейнар разобрался, как его разжечь без магии. Или попросил кого-то из персонала.

Виола сняла плащ, повесила его на крючок и направилась к своей спальне.

И тут дверь ванной открылась.

Рейнар вышел, вытирая мокрые волосы полотенцем. На этот раз на нем не было пижамы с единорогами. Были только темные штаны. Без рубашки.

Виола замерла на полпути, уставившись.

Мужчина поднял глаза и тоже застыл.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Виола пыталась не замечать его обнаженного торса. Пыталась не замечать, что он стал еще более мускулистым, чем раньше. Пыталась не замечать шрамов – нескольких новых, бледных линий на груди и плече.

«От чего эти шрамы?»

«Блин, Виола, угомонись, не твое дело!»

– Прости, – сказал Рейнар, натягивая полотенце на плечи, словно это могло что-то скрыть. – Я думал, ты вернешься позже.

– Я тоже так думала, – выпалила Виола.

Неловкая пауза.

– Я… пойду оденусь, – Рейнар кивнул в сторону своей спальни.

– Да. Хорошо. Конечно.

Маг прошел мимо, и Виола почувствовала запах мыла и чего-то еще – его особенного запаха, который она помнила слишком хорошо. Кедр и что-то дымное.

Дверь его спальни закрылась.

Виола выдохнула и опустилась в кресло, чувствуя, как колотится сердце.

Это было нечестно. Совершенно нечестно.

Почему он должен выглядеть так… так… хорошо?

Виола зажмурилась, массируя виски. Нет. Она не будет об этом думать. Она просто устала, вот и все. Долгий день, баня, она расслабилась, и мозг отключил фильтры.

Завтра будет лучше. Они установили график, чтобы не пересекаться.

Да. Завтра все наладится.

Ночью Виола не могла уснуть.

Она лежала в темноте, глядя в потолок, и слушала тишину.

Слишком тихо. В городе всегда были звуки – голоса на улице, стук копыт, далекая музыка из таверны. Здесь была только тишина, нарушаемая скрипом дерева и завыванием ветра за окном.

И еще… другие звуки.

Рейнар ворочался в соседней комнате. Виола слышала, как скрипит его кровать. Слышала его шаги – он встал, прошелся по комнате, снова лег.

Он тоже не спал.

Интересно, думает ли он о ней?

Виола перевернулась на бок, сердито отгоняя эту мысль. Конечно нет. Почему бы ему думать о ней? Три года прошло. Он, наверное, давно забыл.

А она… она не забыла.

Как бы она ни старалась.

Виола закрыла глаза и попыталась заставить себя заснуть.

Не получилось.

Воспоминания нахлынули, яркие и болезненные.

Они познакомились на четвертом курсе Академии магических искусств. Ведьмовской факультет и факультет боевой магии традиционно недолюбливали друг друга – старое соперничество, уходящее корнями в века. Ведьмы считали боевых магов грубыми разрушителями. Боевые маги считали ведьм слабаками, занимающимися «бытовухой».

Виола никогда особо не участвовала в этом противостоянии. У нее были свои дела, своя учеба, свои друзья.

А потом состоялся межфакультетский турнир.

Командные соревнования, где студенты разных специализаций должны были работать вместе, решая магические задачи. Виолу определили в команду с тремя боевыми магами, одним артефактором и целителем.

Рейнар был капитаном команды.

Он тогда показался ей высокомерным, холодным, слишком уверенным в себе. Раздавал приказы, как будто это была настоящая битва, а не учебное задание. Не прислушивался к ее предложениям.

На третьем задании – нужно было обезвредить магическую ловушку – Виола не выдержала.

– Если ты снова попытаешься взорвать ее грубой силой, она убьет нас всех, – сказала девушка, скрестив руки на груди.

Рейнар повернулся к ней, подняв бровь.

– У тебя есть лучшая идея, ведьма?

– Да. Я могу деактивировать ее, если ты дашь мне три минуты.

– У нас нет трех минут. Таймер идет.

– У нас есть пять минут, – возразила Виола. – А твой метод занял бы десять и привел бы к взрыву.

Они смотрели друг на друга, напряжение росло.

– Хорошо, – сказал наконец боевой маг. – Попробуй.

Ведьмочка подошла к ловушке – сложное плетение магических нитей, переплетенных так, чтобы любое грубое воздействие вызвало цепную реакцию – и начала работать.

Аккуратно. Точно. Находя ключевые узлы и распуская их один за другим.

Две минуты пятьдесят секунд.

Ловушка деактивировалась с тихим щелчком.

Команда выдохнула с облегчением.

– Неплохо для ведьмы, – сказал Рейнар, и в его голосе прозвучало уважение.

Виола повернулась к нему и улыбнулась.

– Неплохо для высокомерного боевого мага.

Что-то мелькнуло в его глазах – удивление? Интерес?

– Я не высокомерный.

– Конечно нет. Просто уверенный в себе до степени невыносимости.

– А ты просто колючая до степени оскорбительности.

– Только с теми, кто этого заслуживает.

Они смотрели друг на друга, и Виола внезапно осознала, что улыбается. И он тоже улыбается.

А потом парень протянул руку.

– Рейнар. Раз уж мы работаем вместе, может, стоит представиться нормально.

Виола пожала его руку.

– Виола.

Его ладонь была теплой и твердой.

И что-то щелкнуло внутри.

С того дня они начали… не дружить, нет. Соперничать по-новому. Он вызывал ее на интеллектуальные дуэли, она огрызалась. Они спорили обо всем – о теории магии, о методах обучения, о лучших тавернах в городе.

А потом, как-то незаметно, это превратилось во что-то большее.

Он начал ждать ее после лекций.

Она начала искать его в библиотеке.

Они проводили вместе все больше времени.

А потом был тот вечер в начале зимы, когда он поцеловал ее под падающим снегом, и ведьмочка поняла, что влюблена безнадежно.

Виола открыла глаза, глядя в темноту своей спальни.

Слезы жгли горло, но она не позволила им пролиться.

Прошлое – это прошлое. Они были молоды, глупы, наивны. Думали, что любви достаточно.

Оказалось, что нет.

Виола перевернулась на другой бок и зажмурилась.

«Спи. Просто спи».

Завтра новый день. И она будет держаться подальше от Рейнара, как договорились.

Все будет в порядке.

Утро началось с катастрофы.

Виола проспала – снова. Видимо, бессонная ночь дала о себе знать. Когда она открыла глаза, солнце уже стояло высоко, часы показывали половину десятого.

Она вскочила с кровати, быстро оделась и выскочила из спальни, даже не причесавшись толком.

В гостиной никого не было. Хорошо. Рейнар, видимо, уже ушел.

Виола направилась к ванной, но замерла, услышав шум воды.

Душ.

Он в душе.

Вот же ж…

Виола развернулась, собираясь вернуться в спальню и подождать, но в этот момент вода выключилась.

Поздно отступать. Если она сейчас сбежит, это будет выглядеть еще более неловко.

Ведьма замерла посреди гостиной, не зная, что делать.

Дверь ванной открылась.

Рейнар вышел в облаке пара, обернутый полотенцем на бедрах. Волосы мокрые, капли воды стекают по груди.

Виола почувствовала, как лицо вспыхивает.

– Извини, – сказал он, явно смущенный. – Я думал, ты еще спишь.

– Я тоже так думала, – ляпнула Виола. – То есть, я думала, что ты уже ушел. Не то чтобы я думала, что ты спишь. Хотя, может, ты спал. Не знаю. Я просто…

«Замолчи. Прямо сейчас. Замолчи».

– Я понял, – Рейнар выглядел так, будто сдерживал улыбку. – Я быстро оденусь и освобожу ванную.

– Да. Хорошо. Спасибо.

Он прошел мимо нее к своей спальне. Снова этот запах – мыло, кедр, дым.

Виола осталась стоять посреди гостиной, чувствуя, как горят щеки.

Это был второй раз за два дня, когда она видела его полуголым.

Это должно прекратиться.

Немедленно.

Дверь его спальни закрылась.

Виола сделала глубокий вдох, выдох. Еще один.

Ладно. Все в порядке. Неловкий момент, но он прошел.

Она подождала еще минуту, потом постучала в дверь ванной на всякий случай. Никакого ответа. Хорошо.

Девушка юркнула внутрь и заперлась.

Ванная комната все еще была полна пара. Зеркало запотело. Пахло его мылом – тем самым запахом кедра, который преследовал ее.

Виола быстро умылась холодной водой, пытаясь охладить пылающее лицо. Причесалась, заплела косу. Посмотрела на свое отражение в запотевшем зеркале.

– Держись, – сказала она себе. – Просто держись.

Когда она вышла, Рейнар уже одевался – она слышала звуки из его спальни – и Виола быстро проскользнула в свою комнату, закрыв дверь.

Сердце колотилось.

Это невозможно. Абсолютно невозможно.

Как она проживет еще восемь дней?

К обеду Виола уже составила новый, более детальный план избегания.

Подъем в восемь утра – пока Рейнар спит. Ванная, одевание, выход к завтраку к девяти.

Весь день вне номера – библиотека, прогулки, баня, любые активности центра.

Возвращение в номер не раньше десяти вечера. Быстрый проход в спальню, никакого общения.

Идеально.

Она сидела в библиотеке, записывая план в маленький блокнот, когда дверь открылась.

Рейнар вошел, держа книгу.

Виола замерла.

Он увидел ее, тоже замер.

– Извини, – сказал он. – Не знал, что ты здесь. Я могу…

– Нет, нет, – Виола захлопнула блокнот. – Я как раз уходила.

Это была ложь – она только пришла – но альтернативой было находиться в одной комнате с ним, и это казалось невыносимым.

Ведьма встала, схватила свой плащ и направилась к выходу.

Проходя мимо Рейнара, она краем глаза увидела название книги, которую он держал: «Восстановление магических резервов после критического истощения».

Значит, у него тоже проблемы с магией. Серьезные, если он читает про критическое истощение.

Что же случилось?

«Не твое дело», – напомнила она себе. – «Никаких личных вопросов».

Виола вышла из библиотеки, закрыв за собой дверь. В коридоре прислонилась к стене и закрыла глаза.

Восемь дней. Восемь дней, и она сможет переселиться.

А потом еще несколько дней до конца поездки, но в отдельном номере будет легче.

Просто нужно продержаться эти дни.

Виола выпрямилась и направилась вниз.

Она найдет чем заняться. Найдет, где спрятаться.

И все будет в порядке.

К вечеру стало ясно, что даже новый план избегания дает трещины.

Виола обнаружила, что центр не настолько большой, чтобы полностью избежать встреч. Рейнар тоже, видимо, решил проводить время вне номера, и они постоянно сталкивались.

В столовой во время обеда – он сидел в дальнем конце стола, она в противоположном, оба делали вид, что не замечают друг друга.

В парке на прогулке – она шла по одной аллее, он по параллельной, их пути пересеклись у беседки. Неловкий кивок, быстрое расхождение в разные стороны.

В холле у камина – она читала книгу в кресле, он спустился по лестнице, их взгляды встретились. Виола уткнулась в книгу, делая вид, что поглощена чтением.

Это было смешно. И грустно. И невыносимо.

Они вели себя как дети, играющие в прятки.

Но альтернатива – поговорить, выяснить, попытаться наладить хоть какое-то нормальное соседство – казалась еще хуже.

Потому что если они заговорят, Виола не уверена, что сможет удержаться от вопросов.

'Почему ты здесь?

Что случилось с тобой?

Ты думал обо мне эти три года?

Ты когда-нибудь жалел о том, что случилось?'

Виола покачала головой, отгоняя мысли.

'Не думай об этом. Просто продолжай избегать.

Восемь дней – это не так долго'.

Вечером, когда Виола вернулась в номер – в десять, как планировала – там было темно и тихо.

Рейнар, видимо, уже спал.

Или тоже избегал бывшую возлюбленную, запершись в своей комнате.

Виола прошла на цыпочках к своей спальне, разделась в темноте и забралась под одеяло.

За стеной было тихо.

Она закрыла глаза и попыталась заснуть.

Но мысли не отпускали.

Завтра должно быть что-то – какая-то консультация с целителем, программа восстановления. Марибет упоминала об этом.