Текст книги "Палач (СИ)"

Автор книги: Виктория Алекс

Соавторы: Юлия Захарова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 11.

Игнат Шапиро покинул кабинет через полчаса. Илья и Марина слышали его шаги по коридору, когда он прошел мимо их двери, и лебезящий, заискивающий голос Быкова, который проводил заместителя прокурора до самого выхода.

– Приготовились… – Илья выпрямился в кресле, поправил рубашку и со звуком выдохнул из легких весь воздух. – Сейчас получим по самое не хочу!

– Расслабься, – отмахнулась Марина. – Ну поорет немного. В конце концов, мы с ним на одной стороне играем.

Не успела она договорить, как дверь с грохотом распахнулась, и начальник появился на пороге. По лицу было видно, что он очень спешил к ним. Лицо раскраснелось, рубашка пестрила мокрыми пятнами и липла к телу, а в глазах читалось явное негодование, если не сказать больше.

– Вы обалдели что ли оба?! – Быков прошел внутрь и закрыл за собой дверь. – Совсем страх потеряли? Что вы там устроили за допрос с пристрастием? Нашли с кем шутки шутить!

– Чаю хотите, Борис Евгеньевич? – спросила Марина, тут же встала, подошла к подоконнику, где примостился старенький электрический чайник, и щелкнула кнопку нагрева воды.

– Не хочу, – рявкнул Быков и заметался по кабинету. – Вы хоть понимаете, сколько мне пришлось извиняться перед этим Шапиро, чтобы замять инцидент? Специально это делаете? Нравится меня доводить?

Чайник зашумел и отключился. Марина бросила в кружку, густо покрытую изнутри темным налетом, чайный пакетик, залила кипятком и поставила дымящийся напиток на стол.

– С бергамотом, как вы любите, – сообщила она и села рядом с Ильей.

Борис Евгеньевич вытер пот со лба, махнул рукой, сел напротив них и пододвинул к себе кружку.

– Ну вот скажите, что на вас нашло? – он отхлебнул горячий чай, поморщился и вспотел еще сильнее.

– Вы ведь знаете, что Шапиро тесно дружил с убитым Нефедовым? – спросил Илья, немного расслабившись, когда пелена гнева спала с начальника.

– Естественно, – развел руками Быков. – А что, разве дружба – мотив для убийства? Вы его буквально обвинили!

– Дружба не является мотивом, – покачала головой Марина. – А вот шантаж, вполне себе.

– Шантаж? – напрягся Борис Евгеньевич. – Вы о той самой папке, что прислал Нефедову убийца?

– И о ней тоже, – подтвердила Марина. – Нефедов со своими приятелями промышляли грязными финансовыми махинациями.

– Ага… Отмывали деньги через мясокомбинат, мошенничали с налогами и госзакупками. Коррупция, подкупы, откаты и прочее, прочее, прочее… – вклинился в разговор Илья.

– Это ваши предположения или имеются доказательства таким серьезным обвинениям? – нахмурил брови Быков.

– Имеются. И весьма весомые! – Марина включила видео на планшете и протянула начальнику. Из динамика послышались голоса Бармина, Нефедова и Клюева, а затем к ним присоединился и Шапиро.

– Где вы это взяли? – Борис Евгеньевич потер переносицу, было видно, что его мозг работает в лихорадочном режиме.

– В кабинете убитого. Нашли во время обыска, – объяснил Илья. – Но, когда поняли, что люди Шапиро изъяли ноутбук и наверняка подчистили, решили не приобщать записи к делу.

– Это правильно… Правильно… – Быков вскочил и заметался по комнате. – Думаете, они узнали, что он их пишет и убили?

– Мы думаем, про эти записи они не знали, иначе уже изъяли бы их, – покачала головой Марина. – А вот про папку, вполне могли… Кто-то из них выкрал ее и пригласил Нефедова выяснить отношения. Он пришел и поплатился жизнью.

– За предательство, – добавил Илья.

– И как считаете, что именно было в той папке? – начальник снова устало опустился на стул. Цвет его лица менялся с завидной быстротой. Оно то бледнело, то снова заливалось краской.

– Мы не знаем, – развела руками Марина. – Документы, фотографии. Что-то, что представляло угрозу для убийцы, что могло его потопить.

– Вы это кому-то еще показывали? – спросил Быков.

– Никому, – синхронно закачали головами Марина и Илья.

– Вот и правильно, – Борис Евгеньевич выглядел то ли испуганным, то ли озабоченным. – В конце концов финансовыми махинациями ОБЭП должен заниматься, а наше дело убийцу найти. Тут такие люди, сами понимаете… Мотив, конечно, крепкий, но доказательств никаких.

– Мы понимаем. Поэтому пока ничего и не предпринимаем, – согласилась Марина. – Нам нужно, чтобы вы санкционировали нам слежку за всеми троими.

– Санкционировал, – заворчал Быков. Его руки нервно теребили кончик галстука. – Я подумаю…

– Спасибо, Борис Евгеньевич, – расплылся в улыбке Илья, будто шеф уже дал согласие провести обыски у каждого из них.

– А что с другими подозреваемыми? – Быков встал, подошел к доске и уставился на фото распиленного пополам трупа Нефедова. – Еще рабочие версии у вас имеются?

– Имеются, – Марина подошла, встала рядом. – Проверим сотрудников завода. Как нынешних, так и уволенных за последнее время.

– Ага, – вклинился в разговор Илья. – Вдруг у кого-то из них была кровная обида на него.

– И поднимем старое дело с отравлением в детском саду, – отрапортовала Марина. – Там все-таки было три смерти. Нефедов хоть и вышел сухим из воды, но кто-то из пострадавших мог с этим не согласится.

– Признаюсь честно, эти версии мне нравятся больше, – выдохнул Быков. Пот струйками стекал по его вискам и капал на погоны. – Вот не хочется мне связываться ни с одним из этой троицы. Если мы вдруг ошибемся… Понимаете, чьи головы полетят?

– У нас есть, чем их прижать, – Марина многозначительно постучала пальцем по планшету. – Даже если это не они убили своего подельника, за те дела, что они натворили, им всем светит реальный срок.

– Марина, Марина, Марина… – покачал головой Борис Евгеньевич. – Это такая прослойка людей… Они обладают особым даром, который я называю – неприкосновенность. Им каким-то образом всегда удается выходить сухими из воды, даже когда кажется, что ты их к ногтю прижал.

Он обреченно махнул рукой и пошел к выходу, но у самой двери обернулся.

– С ними лучше не ссорится, – добавил он и вышел.

В кабинете повисла гнетущая тишина. Марина и Илья боялись смотреть друг на друга, потому что понимали, что шеф был прав. Не в том, что эти люди могут, прикрываясь властью, творить беззаконие, а в том, что у них самих в этом деле не было права на ошибку. В случае чего, она им слишком дорого обойдется.

Глава 12.

Пока Илья разбирал в архиве папки по тому скандальному делу с массовым отравлением в детском саду продукцией, поставленной с мясокомбината, принадлежащего погибшему Нефедову, Марина работала со списками сотрудников этого самого мясокомбината. Надо отдать должное отделу кадров – информацию предоставили оперативно и во вполне потребном виде. Списки были разделены по отделам, с указанием даты принятия на работу, краткой характеристикой личности, семейным положением, обладанием профессиональными навыками и выжимками из должностных инструкций. Под каждой фамилией кадровик Галина Сергеевна Скорая, женщина предпенсионного возраста, проработавшая на заводе с самого его основания, шариковой ручкой сделала от себя приписки – кто из сотрудников с кем дружил, с кем конфликтовал, у кого были проблемы с руководством.

– Нам бы эту Галину Сергеевну в секретари – цены бы ей не было! – похвалила кропотливую работу кадровика Марина, закончив отбирать кандидатов в подозреваемые.

– Что там? – спросил Илья, втаскивая пару тяжелых коробок с материалами дела в кабинет.

– Да вот, – Марина кивнула на стопки документов. – Говорю, такой талант пропадает! Просто поразительно! Вот что значит, по-настоящему любить свою работу.

– Мне кажется, это какое-то психическое отклонение, – Илья подошел со спины, заглянул через плечо, пробежал глазами по спискам. – Вот так маниакально следить за жизнью ста пятидесяти человек, чтобы знать подноготную каждого.

– Я видела эту женщину. Выглядит вполне безобидно, – парировала Марина. – И держу пари, она очень одинока и помимо работы других интересов у нее в жизни нет.

– Ты отобрала только мужчин? – Илья взял в руки верхний лист из крайней стопки.

– Нефедов был довольно крупным. Даже в обездвиженном виде женщине проделать такое было бы довольно сложно. Да и я отбирала даже не по половому признаку, а по профессиональным качествам. Забойщики, которые имели доступ к препаратам. Те, кто умеет обращаться с пилой, – она кивнула на вторую стопку. – Ну и охрана. Записи-то кто-то подчистил. Здесь нужны определенные навыки.

– Ну подчистить, чисто теоретически, и женщина могла, – развел руками Илья и ухмыльнулся.

– Нет у них в штате женщин, обладающих нужными нам навыками, – отмахнулась Марина. – По крайней мере Галине Сергеевне об этом ничего не известно. А ты что нашел?

Она кивнула головой на коробки, которые Илья притулил у дальней стены.

– Кое-что выяснил, но немного, честно говоря, – он почесал затылок, подтащил одну из коробок к столу, открыл и достал верхнюю папку. – Я все принес, на всякий случай. Вдруг что-то пропустил, или ты сама захочешь покопаться в этом деле. Но я бы сосредоточился на тех трех семьях, в которых погибли дети. Ну и еще прощупал бы родственников тех, на кого повесили всю вину.

– Неплохая версия, – похвалила напарника Марина. – Там же посадили директора детского сада и заведующую столовой, если я не ошибаюсь?

– Не ошибаешься, – кивнул Илья, подсаживаясь поближе. – И знаешь, что оказалось? Обе они погибли в тюрьме.

– Ничего себе! – Марина уставилась на него, словно не поверила собственным ушам. – Рассказывай!

– Вот… – Илья раскрыл папку, переложил несколько листов и достал заключения о смерти обеих женщин. – Тамара Львовна Яицкая, директриса… Умерла спустя всего два месяца после вынесения приговора от обширного инфаркта. Возраст, плюс не выдержала свалившегося на нее позора. Заслуженный педагог, она двадцать лет управляла этим детским садом, награды профессиональные имела. А тут такое… Убийство троих детей.

– Непредумышленное…

– Не суть. Обвинили-то все равно ее, – пожал плечами Илья.

– А заведующая столовой?

– Ирина Алексеевна Зудина, тридцать пять лет. С той вообще странная история вышла. Она отсидела полгода. Работала в тюрьме в местной столовой. Собирала документы на УДО. И вдруг – несчастный случай. Поскользнулась на мокром полу в душе, упала, ударилась головой. И все. Мгновенная смерть.

– Родственники? – Марина задумчиво постучала карандашом по корочке своей записной книжки.

– У Яицкой взрослый сын был. Жена, дети, все, как полагается. Только он сразу после суда собрал семью и из города переехал. Мать ни разу не навещал.

– Может это ее и подкосило, что родной сын отвернулся? – спросила Марина.

– Может, – согласился Илья. – Ей и так не просто, а тут еще осталась совсем без поддержки. Думаю, вряд ли он стал бы мстить… Даже семью на похороны не привез.

– Не знаю… А может спустя год его совесть замучила, что с матерью так обошелся? Проверь его. Где он был в ночь убийства Нефедова?

– Уже отправил запрос, – кивнул Илья. – У Зудиной остался муж и двое детей подростков. Живут до сих пор в городе. Он автослесарь, работает на СТО. Пока больше ничего не знаю.

– Ладно. Его тоже проверим, – Марина сделала пометку в блокноте. – А что там по родителям погибших малышей?

– Так… – Илья нагнулся, достал три тоненьких папки-скоросшивателя, открыл первую. – Все трое умерли в больнице от сильного пищевого отравления. Вика Краузе. Девочка всегда была слабенькой, болезненной. Страдала сахарным диабетом. Первая жертва. Отец у нее наполовину немец. После смерти дочери семья переехала на ПМЖ в Германию. В Россию с тех пор не возвращались.

– Ага… – Марина снова черканула что-то в блокноте. – Дальше…

– Дальше, Ярослав Маменко. Рос в неполной семье, единственный ребенок, мать-одиночка. Работала уборщицей в школе. Переехала в город несколько лет назад за лучшей жизнью, но…

– Не срослось… Дай угадаю, переехала обратно в провинцию?

– Ага, мальчика там похоронили, – Илья убрал обратно в коробку две папки и раскрыл третью. – Денис Измайлов. Семья юристов. Собственная практика. Они до последнего бились, чтобы Нефедова привлекли к ответственности. Но так ничего и не добились. И что интересно, сразу после суда у них начались проблемы, контору их лишили лицензии. Кто-то подсуетился. Но после этого пыл у них резко поуменьшился.

– А вот это интересно, – у Марины в глазах появился такой знакомый Илье азартный блеск. – Где они сейчас?

– Живут загородом в собственном доме, – он полистал страницы. – Закрылись от мира, чем занимались весь этот год – неизвестно. Может готовили изощренную месть?

– Дай-ка посмотреть, – Марина протянула руку, забрала у Ильи папку, бегло прошлась по строчкам. – Кляр?

Она подняла глаза на Илью и быстро заморгала.

– Какой кляр? – не понял напарник и заглянул через ее руку в текст.

– Вот здесь, – Марина ткнула пальцем. – Кляр Ольга Борисовна, мать Дениса Измайлова. Ее фамилия Кляр?

– Ну Кляр, – развел руками Илья. – Сейчас многие оставляют девичью фамилию, выходя замуж. Тем более, они вели адвокатскую практику. А фамилия яркая, запоминающаяся. Почему ты за нее зацепилась?

Марина уже судорожно перебирала списки, присланные ей Галиной Сергеевной Скорой.

– Вот, смотри! – она ткнула пальцем в центр листа.

– Кляр Дмитрий Борисович, – прочитал Илья и потер подбородок. – Оператор механической пилы. Бывший военный медик. Думаешь, брат?

– Похоже на то… Отчество совпадает. Пришел на мясокомбинат восемь месяцев назад, – у Марины от возбуждения даже задрожали руки.

– Спустя полгода после гибели племянника! – подытожил Илья. – А вот это уже зацепка, Марин!

– Еще какая! – она потерла руки, вскочила и заметалась по комнате, складывая в сумочку все необходимое. – И с пилой обращаться умеет, и с препаратами. Еще и мотив есть!

– На завод или к родителям Дениса Измайлова? – спросил Илья, мельком бросив взгляд на окно, за которым все еще лил дождь.

– Давай сначала в загородный дом.

Илья кивнул и выскочил вслед за Мариной, на ходу застегивая кобуру.

Глава 13.

Когда они въехали в загородный поселок, где в собственном доме проживали родители Дениса Измайлова, дождь почти закончился. На отмытое от городской пыли стекло лишь изредка падали последние крупные капли. Из-за низких туч пробивались лучики солнца, подвесив над домами разноцветное радужное коромысло.

– Нам сюда, – указал на перекрестке налево Илья, сверившись с навигатором. – Крайним дом по этой улице.

Марина кивнула, направила внедорожник в указанном направлении и через несколько минут остановила машину у глухих металлических ворот с кованными узорами по периметру. На калитке висел домофон с видеонаблюдением.

– Ну что? Идем? – Илья взялся за ручку двери.

– Да, сейчас, – Марина сидела, крепко вцепившись в руль и смотрела перед собой. – Одну минутку.

Илья кивнул, но комментировать не стал. Он понимал, что разговор будет тяжелым. Встреча с родителями, потерявшими ребенка – это всегда испытание не для слабонервных. У Ильи детей не было, ему было проще, а Марина, он знал, уже проецировала ситуацию на себя и своего сына.

– Все, – она выключила зажигание и выдохнула. – Я готова.

Они вышли из машины, брелок пискнул, закрывая замки. Илья прошел к калитке первым, нажал на кнопку вызова. Гудки тянулись бесконечно долго – второй, третий… пятый… седьмой… Сбросили. Никто не снял трубку. Видимо, здесь не слишком рады были незваным гостям.

– Нам не откроют, – покачала головой Марина.

– Значит нам придется вернуться с ордером! – разозлился Илья и забарабанил кулаком по металлу.

– Тихо, – подняла указательный палец вверх Марина. – Кажется там кто-то есть.

Илья перестал стучать, прислушался, а затем припал к щели между забором и калиткой, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь внутри. Послышались тяжелые шаркающие шаги, а затем скрежет отодвигаемого засова.

– Что вам нужно? – калитка распахнулась, в проеме появился хозяин дома Федор Измайлов.

Молодой еще мужчина выглядел гораздо старше своих лет. Заросшее щетиной лицо, обрюзгшее тело, старые растянутые трико с мелкими дырочками на вытянутых коленях, мятая потная футболка. Под глазами пролегли темные тени, в уголках рта прорезались глубокие, не по возрасту, морщины. Марина даже отпрянула, увидев бывшего адвоката. По сравнению с фотографией из личного дела, сделанной чуть больше года назад, стоящий перед ними человек походил на дряхлого старика.

– Уголовный розыск, – Илья сунул хозяину в лицо удостоверение. – Нам необходимо поговорить с вами и вашей женой.

– Что? Неужели наше дело снова открыли? – губы Федора тронула едва заметная улыбка. – Они все там замешаны! Все! Особенно Нефедов! Мразь конченная! Надеюсь, он сдохнет в тюрьме!

– Сергея Нефедова убили несколько дней назад, – сообщила Марина, не отрывая взгляда от через чур возбудившегося мужчины. Было видно, что эта тема все еще причиняла ему сильную боль.

– Что? – Измайлова будто окатило ледяной водой. – Вы это серьезно?

– Это во всех новостях было, – развел руками Илья. Было видно, что он испытывает жалость к этому человеку, который имел все, и в одночасье все потерял.

– Мы давно перестали смотреть телевизор, – махнул рукой он. – Там одна сплошная ложь! Нас заставляют верить в то, во что им выгодно, чтобы мы верили. Не могу смотреть на эти лживые гнусные рожи!

– Это вы о ком? – поинтересовалась Марина.

– Да обо всех, – снова отмахнулся Федор Измайлов. – Так, о чем вы хотели поговорить?

– Об убийстве Нефедова, – честно призналась Марина.

– Подождите… – до хозяина дома начало доходить. – Вы же не думаете, что я к этому как-то причастен?

– Где вы находились в ночь с пятницы на субботу? – вклинился в разговор Илья.

– Здесь. Дома, – Измайлов попятился назад. – Я был дома. Со своей женой. Она может подтвердить. Мы вообще почти не выходим из дома в последнее время!

– Федор, успокойтесь. Мы вас ни в чем не обвиняем! – Марина старалась, чтобы ее голос звучал ровно, но от вида этого сломленного человека противно защипала в носу.

– Пока, – добавил Илья. Он хотел сказать еще что-то, но поймал упреждающий взгляд Марины и замолчал.

– Мы даже не знали, что он умер! Клянусь! – у Измайлова затряслись руки. – Клянусь…

– Мы вас ни в чем не обвиняем, – повторила Марина. – Можем мы пройти в дом и поговорить? Мы ищем убийцу, и возможно, ваши показания могли бы нам помочь. У Нефедова ведь были враги?

– Уверен, что целая армия, – усмехнулся Измайлов. – Я же говорю, гнусный человек! Был… Ладно. Проходите.

Он потянул на себя калитку и отступил назад, впуская Илью и Марину во двор.

– Оля отдыхает. Я ее разбужу.

Федор проводил следователей в дом, а сам поднялся по лестнице на второй этаж. Марина осмотрелась. Дом был чистым и, видимо, когда-то довольно уютным. На стенах среди выцветших обоев выделялось несколько более ярких прямоугольников. Видимо, там висели когда-то картины. Кое-где будто не хватало мебели. В пустой угол явно просилось кресло. И Марина решила, что когда-то оно там и стояло, но ушло к какому-нибудь антиквару вслед за картинами.

Скорее всего хозяин не врал. После гибели ребенка и разрушения бизнеса, пара, видимо, действительно вела отшельнический образ жизни, проедая нажитое имущество.

– Вот… Это следователи. Хотят с нами побеседовать, – услышала Марина голос хозяина с лестницы, и обернулась.

Федор, обнимая за плечи, помогал спустится по ступенькам хрупкой женщине. Ольга выглядела разбитой, истонченной, постаревшей. Как и мужа, события годовалой давности сильно ее подкосили. Супруги прошли в гостиную, сели на диван напротив следователей.

– Меня зовут Марина Скворцова. Это мой напарник, Илья Селиванов. Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.

– Он правда умер? – подняла на нее большие безжизненные глаза Ольга.

– Правда, – кивнула Марина. – Его убили в ночь с пятницы на субботу. На мясокомбинате.

– Я надеюсь, что он страдал, – женщина смотрела перед собой ненавидящим взглядом. – Надеюсь, что страдал… Он заслужил.

В комнате повисла неловкая тишина.

– Ольга, – Марина сглотнула подкативший к горлу ком. – Я понимаю ваше горе. Потерять ребенка…

– Ни черта вы не понимаете!!! – закричала женщина и подскочила со своего места. – Ваш ребенок тоже умер?

Лицо Ольги исказила гримаса боли, она ткнула Марине пальцем в грудь, так, что та была вынуждена отшатнуться.

– Успокойся, дорогая! – Федор осторожно обхватил жену за плечи и усадил обратно. Женщину била крупная дрожь, по щекам потекли крупные слезы.

– Они лишили нас всего! – всхлипнула Ольга. – Когда мы попытались добиться справедливости, они подставили нас. Заставили замолчать! Они заслужили смерти! Все они!

Марина и Илья переглянулись.

– Кто они? – осторожно спросил Илья.

– Они! – выкрикнула Ольга. – Нефедов со своими дружками! Это они! Это все они! Они заслужили смерть!

– Милая… – Федор метнулся на кухню, вынес пузырек с жидкой валерьянкой и рюмку, накапал, заставил жену выпить, но та уже буквально билась истерике. – Простите…

Илья и Марина понимающе кивнули, поняв, что вряд ли смогут добиться от Ольги еще хоть что-то. Федор помог жене подняться, увел по лестнице наверх. До них доносилось его приглушенно бормотание. Измайлов пытался успокоить жену, но та в ответ только еще громче всхлипывала.

– Они ненавидят Нефедова, – заключил Илья. – Но они его не убивали.

– Не убивали, – согласилась Марина.

Минут через десять в гостиную снова спустился Федор. Он выглядел совершенно вымотанным и разбитым.

– Простите, что вам пришлось это увидеть, – извинился он перед следователями. – Смерть Дениса ее сильно подкосила. И все остальное, что за этим последовало.

– Понимаем, – кивнул Илья. – У нас к вам остался только один вопрос…

– Слушаю, – Измайлов устало опустился обратно на свое место.

– Кляр Дмитрий Борисович приходится родственником вашей супруге? – спросила Марина.

– Родной брат, – коротко ответил Федор.

– Вы знали, что он восемь месяцев назад устроился работать на мясокомбинат Нефедова? – Марина решила не юлить, а задать прямой вопрос.

Федор перевел растерянный взгляд с Марины на Илью и обратно, а потом помотал головой.

– Не знал, – ответил он. – Правда не знал. Мы не общаемся много лет.

– Почему? – вклинился в разговор Илья.

– Не сошлись характерами, – ушел от ответа Измайлов. – Как-то сразу не заладилось.

– Что он за человек, ваш шурин?

– Вы хотите узнать, мог ли он убить человека? – уточнил Измайлов.

– Если хотите, можно и так поставить вопрос, – кивнула Марина. – Мог он отомстить за смерть племянника.

– Не знаю… – покачал головой Федор. – Он и на похороны Дениса не соизволил прийти. Мы почти не знались с ним. Старая история. Зачем ему убивать? Он и не видел его ни разу.

Сверху послышался шум. В спальне будто что-то упало с грохотом, раздался звон разбитого стекла.

– Простите, – пробормотал Федор. – Вам лучше сейчас уйти. Мне нужно к ней, понимаете?

– Да-да, конечно, – Марина поспешно встала, нашла в кармане визитную карточку, протянула Федору. – Если вдруг вспомните что-то, что могло бы нам помочь найти убийцу, позвоните.

– Хорошо, – карточка исчезла в кармане трико. – Мне правда надо.

Марина и Илья вышли из дома. Говорить не хотелось. В душе обоих разливалась гнетущая тяжесть. Они молча добрались до машины, Марина завела мотор, но еще несколько минут просидела в работающей машине не в силах сдвинуться с места. Что же за человек был Сергей Нефедов, что такое количество людей его так сильно ненавидело, а один даже решился на такое жестокое убийство? Интуиция подсказывала ей, что им предстоит достать еще не один скелет из шкафа, прежде чем они распутают это дело.