Текст книги "Учитель Особого Назначения. Том 10 (СИ)"

Автор книги: Виктор Молотов

Соавторы: Илья Савич
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)

Так что этому графёнышу придётся издалека наблюдать, как его любимый второй «Д» катится ко всем чертям.

А что эти мелкие ублюдки без своего такого «крутого» классрука пойдут по наклонной, Соломон даже не сомневался. Ну, разве что он чуть-чуть придаст им ускорение.

Так, вот оно!

НАЧАЛОСЬ!!!

Сердце забилось чаще, когда из-за угла здания через дорогу показались монстрята Ставрова. И что среди них были Белов и Игнатов – вообще не важно. Если по шапке перепадёт ещё и дорогому племянничку, будет даже лучше. Мелкий засранец ещё пожалеет, что переметнулся и позабыл про своего истинного благодетеля!

Как по часам, с противоположного угла выглянули ещё шестеро участников турнира. Польские детишки. Соломон сразу почуял в них потенциал, ведь он хорошо разбирался в людях, особенно в подростках. Поэтому знал, что поляки быстро найдут, из-за чего поссориться с выродками Ставрова. И сыграл эту карту в первый же день, хоть и не совсем удачно. Но зато посеял зерно раздора между ними, и сейчас оно даст очень плодовитый росток.

Конечно, сегодня пришлось действовать быстро. Изначально Соломон хотел стравить их в столовой, на виду у всех. Но монстрята не явились, снова подлив масла в огонь.

Затем Соломон узнал, что они решили устроить поход по шаурмичным. Выяснить их маршрут было легче лёгкого, так что он тут же скоординировал поляков и отправил их на перехват.

После третьей шаурмичной даже проглоты Ставрова потеряют бдительность и набьют животы так, что и двигаться не смогут нормально. А поляки…

Какие же они наивные!

Ради информации о следующем испытании они быстро согласились на грязную работёнку. Хотя по их лицам и так было видно, что они и задаром смогли бы устроить настоящую драку. Им только дай волю, и полгорода снесут!

Соломон пододвинулся поближе к ограждению, чтобы был вид получше. Представление вот-вот начнётся. Задача была поставлена до жути простая, даже причина конфликта объяснена на пальцах. Так что оставалось лишь наслаждаться прекрасным кофе, солнечным свежим утром и наблюдать за представлением.

– Соломон Адамович, здравствуйте, – раздался над головой басовитый голос.

О, как вовремя!

Сегодня точно всё складывается как нельзя лучше.

Соломон подскочил с места и подобострастно поклонился.

– Николай Ильич, рад вас видеть. Алина Леонидовна, вы как всегда прелестны…

Он потянулся, чтобы поприветствовать Прохорову как настоящую леди, но эта дрянь просто проигнорировала его!

Прохорова скривилась и уселась за столик с противоположной стороны. Дубенский лишь пожал плечами и слегка улыбнулся, как бы извиняясь, и тоже уселся.

– Соломон Адамович, зачем вы нас позвали? – недовольным голосом проскрипела Прохорова. – Надеюсь, не просто так, потому что мы очень заняты подготовкой к грядущему этапу турнира.

– Алина Леонидовна, – успокаивающим тоном произнёс Николай Ильич, – уверен, господин Вельцин не стал бы отвлекать нас по пустякам.

– Нет-нет, что вы! – воскликнул Соломон, продолжая держать доброжелательное лицо. – Конечно, у меня к вам… Ой, посмотрите-ка! – ахнул он и повернулся в сторону дороги. – Разве это не наши участники⁈

━─━────༺༻────━─━

В это же время…

Первым остановился Аристарх. Остальные тоже почувствовали угрозу и последовали его примеру. Почему именно Белов среагировал быстрее всех, Данила не знал, но сейчас об этом раздумывать было не к месту.

– Вот и встретились, – обречённо вздохнул Саня.

Напротив них, с другой стороны от двери в шаурмичную, также замерли шестеро польских участников.

Рожи – само коварство и злорадство. Глаза прямо-таки пожирают, словно долгая охота наконец-то принесла свои плоды и дичь загнана в угол.

– Оу, вы побоялись встретиться с нами в столовке и решили позавтракать в городе, да? – ухмыльнулся Стефан.

Он был не самым крупным среди поляков и даже не самым грозным на вид. Но теперь Данила отлично знал, что именно он лидер у шайки малолетних лехитов.

– А вы, я смотрю, всё пузо своё отъедаете, – хмуро хмыкнула Анжела. – Тебе бы, здоровяк, на диету сесть, а то скоро турнирную форму перешивать придётся.

Это она бросила Богдану, и здоровяк тут же нахмурился, оскалился и даже что-то глухо рыкнул себе под нос. Ему явно не понравилось замечание. Видимо, и правда сильно парится по поводу своего веса.

– Мы первые пришли, – с ледяным холодом в голосе заявил Стефан. – После нас очередь займёте, не обломитесь.

И потянул руку к дверце…

– Ага, хрен там! – вскипел вдруг Саня и шустро перехватил инициативу, схватившись за ручку первым. – Это вы в хвосте подождёте. Вы же позавтракали, верно? А мы заботимся о здоровье наших соперников! Если ваш хряк слишком отожрётся, это ж никакого соревновательного азарта не останется!

Ох, бедный Богдан. Все шишки ему… Но что поделать, судя по роли в команде, такова его доля – принимать на себя основной урон. Как физический, так и моральный.

Даня усмехнулся этой мысли, а вместе с этим активировал ауру. Как, впрочем, и все остальные. Вокруг дюжины юных магов вдруг заволновалось марево. А прохожие, почуяв неладное, застопорились и начали обходить ребят как можно подальше. Кто-то набирал номер, видно, полиции.

А у самих ребят в головах была одна и та же мысль, которую, кстати, озвучил Стефан:

– Здесь камер нет, безымянные. Но времени у нас мало…

– Так что мы вас быстро уделаем! – выступил вперёд здоровяк Богдан.

Он был особенно рассержен, хмуро глядел исподлобья (причём почему-то на Данилу, хотя тот ему ничего не говорил) и стукнул кулаком в широченную ладонь.

Макс, который шустрила, чуть выступил у него за спиной и с коварной ухмылкой полез в карман рюкзака за спиной…

━─━────༺༻────━─━

– Десять минут, тридцать две секунды! – объявила Лена. – Если кто-то и проходил здесь все лавки по кругу, то это явно рекорд!

Мы сидели с набитыми животами и счастливыми мордами на скамейке возле шоколадного фонтана. Он, кстати, завершал нашу круговую полосу вкусных испытаний.

– Это ты погоди! – заявил я. – Ща передохнём, и новый рекорд поставим!

– Э, не, – помотала головой Лена. – В меня уже не влезет, Серёж.

Я тяжело вздохнул, посмотрел ей прямо в глаза, взял за руки и после недолгой, но очень драматичной паузы произнёс:

– Я буду сражаться за нас обоих, любимая!

Лена засмеялась, да и я тоже. Мы поцеловались, но недолго, а потом снова откинулись на спинки скамейки. Живот действительно тяготился. Но это быстро пройдёт, я уверен.

– Пять минут, и можно заходить на второй… – я вытянул перед собой руку с часами, но тут вдруг зазвонил телефон.

Я мигом посерьёзнел и принял вызов.

– Слушаю…

Глава 15

Красноярск, ул. Высотная, терраса ресторана «Лазурь» на втором этаже.

Соломон едва сдерживался от радости и даже злорадства. Они втроём – и Горынин, и Прохорова, и сам Соломон – сейчас стояли, прислонившись к перилам террасы и наблюдали животрепещущую картину, которая разворачивалась прямо через дорогу.

Ему очень хотелось перелезть через треклятые ограждения и рвануть туда, чтобы как можно ближе наблюдать за тем, как рушится дело Ставрова руками (точнее, кулаками) его же учеников.

– Вот видите? Видите⁈ А я же вам говорил!!! – начал лепетать Соломон, подготавливая директора и его завуча к правильным выводам. – Они неуправляемы! Видели, как тот мальчишка агрессивно перегородил путь юному герцогу Вронскому!

Тут Соломон чуть поумерил пыл, взял себя в руки. Не нужно вызывать лишних подозрений, поэтому он предложил:

– Быть может, нам стоит их остановить? – и зыркнул в сторону Прохоровой.

– Нет, – нахмурилась Алина Леонидовна. – Мы не можем вмешиваться в дела участников до того момента, как это действительно перейдёт границы.

Соломон едва заметно усмехнулся – больше про себя. Видно было, как завуч мечется между протоколом и тем, что она действительно хотела сделать. А именно – прямо сейчас ворваться между двумя противоборствующими командами и предотвратить драку.

– Алина Леонидовна права, – спокойно, басовито произнёс Николай Ильич. – Пока что мы не можем ни в чём обвинять этих ребят. Если вмешаемся раньше времени, то они смогут сказать, мол, ничего такого и не замышляли.

– И к тому же мы должны будем установить зачинщиков, – добавила Прохорова, поджав губы.

– Ах, ну конечно же… Да-да, вы правы… Правы! – страдальчески закивал Соломон.

– Это же ученики академии, в которой вы работали, Соломон Адамович, – нахмурился Горынин. – Разве вы не должны им сопереживать?

От одной только мысли о подобном у Соломона глаз норовил дёрнуться.

Сопереживать… БЕСЯТАМ⁈

Нет уж! Никогда!

Но вслух он с тяжёлым вздохом произнёс:

– Вы верно говорите, Николай Ильич, именно так, – понурил он голову, чтобы скрыть улыбку. – Должен. Но также я должен исполнять свой долг инспектора, а это куда важнее! И я должен быть непредвзят. Никаких поблажек!.. Ах! – вспыхнул он вдруг. – Смотрите, я её знаю! Девчонка, что вышла вперёд. Это Елизарова, та ещё оторва… Ох ты ж! Да она ведь сейчас!..

━─━────༺༻────━─━

В то же время…

Наверное, обе команды охренели, когда вперёд остальных бесят выступила Анжела. И встала так уверенно, даже надменно, будто щит, закрывающий пятерых пацанов позади неё.

– Елизарова, – прорычал Данила. – Ты что удумала…

– Тихо, мальчики, – хмыкнула Анжела, не оборачиваясь. – Чур, я первая.

Тут от поляков вперёд вышел Стефан. По лицу его пробежали холодок и бесячая надменная ухмылка.

Он был герцогом. Лехитским аристократом, титул которого был почти равен княжескому. И вёл себя соответствующе.

– Что, безымянные, собираетесь прятаться за юбкой? – улыбнулся он, будто снизошёл до них. – Впрочем, иного я от вас не ожидал.

– Слышь, ты… – попытался вырваться вперёд Саня, но и его остановила Анжела.

– Савельев, цыц! – гаркнула она. – Не всё вам с Ермаковым воду баламутить. Дайте и другим повеселиться!

Гордей хмыкнул. Саня в непонятках обернулся к нему, задавая немой вопрос «какого хера ты с ней согласен?» Но Гордей оставался безмолвным.

Данила же огляделся. Время поджимало, а народ вокруг них начал собираться, почуяв грядущее развлекалово. Зевак становилось всё больше и больше. Как и камер телефонов, которыми они всё снимали.

– Зараза, – пробурчал Даня. – Кажется, мы попали. Надо бы сворачиваться…

Он хотел было потянуться к Елизаровой, но та вдруг дёрнулась вперёд.

«Опоздал!» – пронеслось в голове Данилы.

Стефан дёрнулся ей навстречу почти одновременно. Вспыхнули блеклым светом ауры магии.

Осознав, что пути назад нет, Данила в то же мгновение завёл Источник, чуть пригнулся, чтобы сделать рывок…

И вдруг Макс Ветров выхватил из рюкзака колонку и врубил её на полную громкость!

БУМС! БУМС! БУМС!

Анжела подхватила ритм, развела руки в полёте, словно грёбаный лебедь, приземлилась на мысок, грациозно развернулась, сделала шаг вперёд, шаг назад, ещё один идеальный разворот, который перетёк в акробатический кульбит.

А затем и вовсе херакнула шпагат!

– Раунд! – заявила она.

– Ч-чё… – только и успел выдавить из себя Даня.

А Стефан уже забил пятками пыль в бешеной пляске, завертел руками и в конце концов завершил всё сальто назад.

– Раунд! – процедил он.

Музыка из колонки притихла.

– Чё за х!.. – ахнул Саня в воцарившейся тишине, но его возглас заглушили взорвавшиеся овации зрителей.

А их, в свою очередь, перекрыл торжествующий крик Вельцина:

– ВОТ ОНИ!

* * *

– ВОТ ОНИ! ДОИГРАЛИ… – Соломон вылетел из толпы, но тут же замер и закончил уже куда менее торжественно: – л-ли-ись…

Он будто оцепенел с указательным пальцем, направленным на ребят, бешеными округлившимися глазами и каким-то не очень нормальным свихнувшимся оскалом.

А следом за ним из толпы показались Николай Ильич и Алина Леонидовна.

– Что здесь происходит⁈ – строгим высоким голосом произнесла Прохорова.

– Ну как что? – пожал плечами Макс Ветров, делая колонку ещё тише. – Танцевальная битва, конечно!

– Че… ч… ч… Чего?!! – взвизгнул охрипшим голосом Соломон. – Какой ещё к чертям танцевальный…

БУМС! БУМС! БУМС! БУМС!

Снова загремела колонка, и Елизарова мигом принялась танцевать второй раунд.

* * *

Анжела закрутила брейк-дансовую вертушку снизу, затем медленно начала подниматься, и стиль танца плавно переходил в русскую народную пляску с прыжками, пируэтами и прочими штуками, названия которых Данила не знал.

Но он вдруг поймал себя на мысли, что заворожён движениями девушки. Она действительно круто танцевала. Даже поляки приоткрыли рты, глядя на неё.

Анжела завершила танец крутым четверным пируэтом в высоком прыжке, во время которого попутно окружала себя закрученными потоками льда. Они подхватили её в самой высокой точке прыжка и, кружа девчонку вокруг своей оси, опустили её на землю, словно какую-нибудь Снежную Барыню.

Музыка затихла, будто тоже преклонялась перед ней…

– Чем ответишь, поляк? – хмыкнула Анжела надменно, всё ещё оставаясь в поддержке собственной магии льда.

Молчание…

Тишина…

…

– ВАУ-У-У!! КЛА-А-АСС!!! КАК КРУТО-О-О-О!!! – взорвались овациями все вокруг.

Зрители окончательно поняли, что происходит, и вместо настороженности вовсю радовались, свистели, а затем кто-то выкрикнул уже Стефану:

– Давай, пацан! Покажи, покажи!

– Пока что она тебя уделывает, парень! – добавил кто-то другой.

Стефан невольно цыкнул, с вызовом глянул на свою соперницу и наконец приступил к ответному танцу.

БУМС! БУМС! БУМС! БУМС!

Данила смотрел на это всё с раскрытым ртом и слегка вытянутой вперёд рукой, между пальцами которой до сих пор держалось напряжение для мгновенной выдачи электричества.

Тут его ткнули локтем по рёбрам.

– Слышь, братан, – тихим растерянным голосом произнёс Саня. – А что происходит ваще?

– Как что? – сглотнул Данила. – Т-танцевальный батл… Не видишь, что ли?

– А-а-а… Ну тогда всё поня-я-ятно… – всё так же тихо и растерянно протянул Саня. – Спасибо, что уточнил.

– Да без проблем, – кивнул Даня. – Обращайся.

По глазам ребят было видно, что ни Саня, ни остальные ни хрена не понимали, что происходит.

Гордей, как и сам Даня, стоял в похожей позе. Но при этом морда лица у него была искривлённо-удивлённая. Парень вообще не вдуплял, какого хрена творится. Марк глазел на танцующего Стефана с дёргающимся глазом. Хотя, возможно, это ещё эффект от выступления Анжелы до сих пор не прошёл.

Да что уж там, даже Аристарх и Марк стояли с раскрытыми ртами! Хотя в их позах читалось, что они вот-вот кинутся в бой.

Тем временем Стефан закончил свой раунд эффектным шпагатом в прыжке и позаимствовал у Анжелы идею с магическими спецэффектами. Вот только у Елизаровой, кажется, это была уже подготовленная заранее форма. Причём отрепетированная, потому что слишком уж безупречно она изображала из себя Снежную Барыню. А вот Стефан явно импровизировал, выбрасывая огненные искры в ярком огненном шоу. Получилось эффектно, конечно. Даже контраст «горячего» Стефана с холодным спокойствием «ледяной» Анжелы сыграл свою роль…

А Данила поймал себя на мысли, что он реально оценивает танцы этих двух негодяев!

Почему негодяев? Да потому, что Анжела точно всё знала! Как и Стефан, как и остальные поляки, которые сейчас с насмешками наблюдали за их реакцией.

Данила встретился взглядом с Максом Ветровым и опасно сузил глаза.

А со всех сторон раздались ликования зрителей в сторону лехита. Судя по всему, в такой же мере, как были они у Анжелы.

– Что ж… – горделиво вскинула подбородок Анжела, – полагаю, мы сойдёмся на ничье.

– Думаю, так, – кивнул Стефан.

Затем он махнул рукой и сделал шаг назад, пропуская вперёд здоровяка Богдана.

– Ермаков, твой выход! – вдруг заявила Анжела и чуть ли не выпихнула Данилу перед собой.

– Ч-чего⁈ – опомнился Даня, уже стоя перед крепышом-поляком. – К-какой ещё выход?!!

– Танец, конечно, – с ехидной ухмылкой стрельнула по нему взглядом треклятая Елизарова. – Ты же не хочешь сказать, что поляки уделают нас в танце, а?

– Ну давай, мелкий! – довольно прорычал Богдан, а затем топнул ногой. Да так, что, казалось, земля немного заходила ходуном. – Ты первый!

━─━────༺༻────━─━

Соломон не верил своим глазам. Казалось, всё происходящее сейчас – лишь сон.

Кошмарный сон.

Вроде того, как в детстве снилось, что ты оказался в классе без штанов. Только сейчас всё было намного хуже.

Намного!

Он бы предпочёл остаться без штанов в реальном мире, чем созерцать вот это. И дело даже не в кривом, неуклюжем танце Данилы Ермакова, от которого возникал резкий испанский стыд.

КАТАСТРОФА!

То, что происходило сейчас, было полнейшей катастрофой.

Соломон очень хотел, чтобы всё это обернулось обычным кошмаром. Чтобы он просто сейчас проснулся в поту в своей постели и с облегчением выдохнул. Вот только сон никак не уходил.

И ещё раз, речь совсем не про ужасный, неуклюжий недотанец Ермакова. Хотя его странные кривляния и потуги как раз были очень похожи на тот бред, который обычно происходит во снах.

И ещё этот смех зевак вокруг… В глубине души, где-то в сознании, Соломон понимал, что смеются не над ним. Но сейчас казалось, что все взоры устремлены именно в его сторону.

Соломон очень хотел ущипнуть себя за что-нибудь помягче да побольнее, чтобы проснуться. Но не мог пошевелиться. Однако из ступора его вывела тяжёлая ладонь, которая рухнула прямо на плечо.

– Господин Вельцин, – содрогающим душу низким басом произнёс Николай Ильич. – Кажется, ваши подозрения не оправдались. Так, может, вернёмся и обсудим тот очень важный вопрос, который вы хотели обсудить изначально?

– Да-да, кстати, – рядом встала Алина Леонидовна, которая почему-то с усмешкой наблюдала за тем, как уже здоровяк Богдан Ковальский вчистую уделывает Ермакова дикой смесью одиночного вальса и польки под содрогание окон шаурмичной и восторг публики. – Вы так и не рассказали, что за важный вопрос хотели обсудить. Надеюсь, он действительно важный, иначе у меня возникнут серьёзные вопросы к вашим компетенциям, господин Вельцин.

Соломон медленно повернулся лицом к Прохоровой и понял…

Она знает!

И он, директор Горынин, тоже знает.

Они оба знают, что Вельцин хотел подставить Ставровских бесят!!!

Глоть!

Соломон понял, что в глотке пересохло и он даже не может вымолвить ни звука. Пришлось побороть себя, через силу выпрямиться и встать ровно. Голова лихорадочно пыталась сообразить, что же придумать, что же ответить этой грымзе, однако вслух получались беспорядочные:

– Эм… ну… как бы… м-м-м… знаете… я вот…

– Думается мне… – задумчиво произнёс Николай Ильич, заведя руки за спину и улыбнувшись в сторону второй попытки Данилы Ермакова завоевать любовь толпы. Неудачные попытки, судя по всему. – Думается мне, Соломон Адамович, что я буду вынужден направить в Канцелярию Министерства обращение по поводу некоторых своих опасений насчёт вас. Уж извините, таков мой долг как главного организатора турнира.

Николай Ильич развернулся, взглянул будто сквозь Вельцина, а затем пошагал прочь.

– Хмпф! – фыркнула Алина Леонидовна и последовала за директором.

Соломон беспомощно продолжал пялиться перед собой. В кои-то веки монстрята Ставрова разгромно проигрывали своим соперникам, но это его почему-то нисколько не радовало.

━─━────༺༻────━─━

– Я вас понял, Дариуш Войкович, – произнёс я с лёгкой улыбкой. – Благодарю. И да, я помню о наших договорённостях. По возвращении встретимся и всё обсудим, – я чуть было не нажал на сброс вызова, но тут же опомнился. – Ах да, господин Жижневский! Ещё один вопрос. Очень важный… Запись имеется?

Лена уставилась на меня выжидающим взглядом. Через несколько секунд я расплылся в улыбке и кивнул ей, и Лена тут же озарилась от радости.

– Благодарю, Дариуш Войкович. Очень буду ждать вашего сообщения. До свидания.

Я сунул телефон в карман, обнял Лену и покрепче прижал её к себе.

– Ну что, получилось? Получилось же, да⁈ – захлопала она радостными глазами.

– Конечно, всё получилось, – чуть ли не промурлыкал я, словно кот, объевшийся сметаны.

Тут телефон пиликнул сообщением.

– О, пришло!

– Ну-ка, ну-ка! – оживилась Лена.

Я снова достал телефон. Не думал, что Жижневский так скоро пришлёт видео.

– Хе-хе-хе, – осклабился я коварно. – Ну, сейчас поглядим, как там наши бесята станцевали. А после пойду на второй круг по ярмарке! У меня на радостях аж голод снова проснулся.

– Знаешь… – задумчиво хмыкнула Лена, чуть оторвавшись от меня, – наверное, я всё же присоединюсь.

Люблю эту женщину!

━─━────༺༻────━─━

[Предупреждение! О чём, вы и сами понимаете, хех))]

…

….

[Вы же понимаете, да? Ну так, на всякий случай… Там вкушать будут. Энту самую шаварму!]

Несколько позже, в четвёртой шаурмичной из маршрута бесят (третью им пока пришлось пропустить)…

– Так, Елизарова! – запыхтел краснющий Саня.

Краснющий, потому что он тоже оказался паршивым танцором и продул Максу Ветрову оба раунда. Но Даниилу его выступление даже успокоило. Как минимум он теперь не худший из бесят по части танцевальных дрыганий.

– Да, Савельев? – усмехнулась Анжела. – Что ты хотел спросить?

– Какого ляда это было, Анжелка?!! – прорычал Саня. – И почему эти недолехиты были в курсе, ты была в курсе, а вот мы ни сном ни духом?!!!

– Вот это ты у Сергея Викторовича уточнишь, – пожала девушка плечами.

– А на хрена это всё надо-то было? – вставил своё слово Данила.

– А мне понравилось, – хмыкнул Гордей.

– Конечно, тебе понравилось, – пробурчал Саня. – Ты-то нормально выступил.

Да, Краснов оказался тем ещё танцором. Как и Марк с Аристархом. У этих высокородных засранцев обучение бальным танцам входило в базовый набор воспитательных мероприятий юного аристократа. Они даже смогли выиграть несколько раундов, однако поляки были готовы заранее и потому имели преимущество. Радовало одно – бесята проиграли не «всухую».

Анжела всё-таки станцевала со Стефаном в ничью. А Аристарх так и вовсе сумел обойти Томаша, смазливого паренька с идеальной русоволосой причёской. Причём оба раунда были бесспорны.

Но командный зачёт всё равно получился в пользу лехитов, так что в третью шурмичную бесята заглянут потом.

– Говори-говори! – кивнул Марк в сторону Анжелы. – На хрена?

– Короче! – выдохнула наконец Анжела.

Видно было, как ей не терпелось растрепать наконец-то ребятам свою тайну.

– В общем, вы же знаете, что Вельцин под нас копает, – ребята закивали. – Так вот, Сергей Викторович придумал план. По-моему, офигенный! Он договорился с поляками…

– С поляками⁈ – ахнул Саня, будто позабыл про танцевальную катастрофу. – С этими грёбаными…

– Да-да, именно с ними, – перебил его Анжела. – И в общем, ребята устроили сценку. Подкараулили нас, выставили всё так, что мы вот-вот начнём драться, а затем – пожалуйста – танцевальная битва. По-моему, круто получилось! – Анжела откинулась назад с таким видом, будто только что сбросила с души огромный груз.

– Во Сергей Викторович даёт! – почесал затылок Саня.

– Погодите-ка, – нахмурился Данила. – Договорился с поляками? А в обмен на что?

Взгляды всех ребят снова обратились в сторону Анжелы. Но на этот раз девушка сама призадумалась, нахмурилась и спустя небольшую паузу ответила:

– А я и сама не знаю. Сергей Викторович не рассказал…

Тут их размышления прервал официант. Молодой чернявый парень с густой щетиной и добродушной улыбкой подошёл к столу и раздал каждому по здоровенной шаварме и большому стаканчику с квасом.

– Приятного аппетита, ребята!

– Ого ж! – ахнул Марк. – А чё это они такие громадные?

– Что такое? – как-то излишне наигранно забеспокоился официант. – Вы не осилите? Мы переборщили? Не волнуйтесь, мы сейчас же…

– В смысле, не осилим?!! – возмутился Саня. – Конечно осилим! Правда, ребята?

Ребята закивали. Не сразу и не очень уверенно, правда. Особенно Анжела, которая, как воображал Даня, уже прикидывала, сколько ей придётся сидеть на диете, чтобы компенсировать последствия сегодняшнего похода.

Одно хорошо – у магов здоровенный метаболизм. И есть приходится куда больше, чем другим людям. Конечно, не настолько больше, чтобы пройти все примечательные шаурмичные города и это никак не отразилось на самочувствии.

Короче, глаза боятся, а зубы жуют!

Даня пошире развернул обёртку и вдохнул запах поджаренного на гриле лаваша и пряного соуса, которым был вымазан кончик шавармы.

Слюна выделялась сама собой, от предвкушения. Даже скулы сводило.

Первый кус – самый вкусный, в том числе благодаря этому самому соусу. И Даня всегда делал его самым большим, жадным. Так, чтобы даже жевать было нелегко, а щёки раздувались, как у хомяка.

ХРУМ!

И вместе с хрустом горячего поджаренного лаваша Даня почувствовал, как лопаются холодные соломинки огурчиков. Хотя нет, не просто огурчиков, а маринованных огурчиков! Их слегка сладковатый вкус быстро дал о себе знать.

Затем такие же холодные, свежие и хрустящие ломтики капусты и брызги сочных лопающихся маленьких помидоров черри. Слегка островатый и сладковатый аромат морковки по-корейски и, наконец – горячее, сочное мясо!

И всё это смешалось воедино благодаря идеально подобранному соусу – в меру сметанный, в меру томатный, в меру пряный и солёный. Он словно служил фундаментом, на котором строился весь вкус шавармы.

– М-м-м-м-м! – протянул Даня, всё ещё продолжая жевать первый кусман.

– Офивифевьво! – прорычал Саня с набитым ртом и тут же накинулся на шаварму снова, не успев дожевать предыдущую порцию.

Анжела, которая сделала преступно маленький первый кус, сглотнула быстро накопившуюся слюну, заворожённо посмотрела на начинку, завёрнутую в манящем лаваше…

Быстро что-то пробурчала и накинулась на шаварму.

Конкретные слова Даня разобрал не до конца, но уловил нечто похожее на «диета» и «на хрен».

Через пять минут шестёрка бесят сидели с тяжёлыми животами и довольными мордами, измазанными в соусе. Они откинулись на спинки стульев и переводили дух, допивая из больших бумажных стаканчиков квас. Шаварма и квас. Нет лучшего сочетания. По крайней мере, для шавармы.

Марка с Аристархом, кстати, все уже и так считали бесятами, по крайней мере на период турнира. Они тоже себя считали бесятами, хотя этого ещё не знали.

– Ну как, вам всё понравилось? – подошёл к ним всё тот же официант.

– Охренительно! – искренне воскликнул Саня и выставил кулак с оттопыренным вверх большим пальцем. – Просто охренительно!

– Благодарю за отзыв, ребята, – довольный собой кивнул официант.

Затем он немного замялся. Было видно, что хотел что-то сказать, и через несколько секунд наконец-то набрался духу.

– Слушайте, ребята, а это же вы полчаса назад танцевали на Высотной?

– Ну да, – с подозрением протянул Данила.

– Ох, классно, классно! – обрадовался официант. – Слушайте, а не хотите по бесплатной порции мороженого?

– Что надо сделать⁈ – тут же подскочил Саня.

– Кого убить⁈ – вторил ему Даня.

– Не-не, никого убивать не надо! – чуть нервно захихикал официант. – Просто, а вы… Ну, можете дать контакты тех ребят, с которыми вы станцевали? Очень уж они мне понравились!

Ребята переглянулись.

Наступила тишина, над столиком опустилось вязкое напряжение. Официант так и продолжал стоять и нервно переминаться с ноги на ногу.

Морожка или гордость?

Вот в чём вопрос…

Пять минут спустя…

Данила ковырял ложкой шарик шоколадного мороженого и думал о всяком. Во-первых, какова цена была сотрудничества с поляками? Вряд ли они просто так, по доброте душевной, решили помочь с подставой против плешивого.

И во-вторых, кстати, сам плешивый…

Он уже знатно надоел! Быть может, хотя бы на сегодняшний день его наконец-то остановят, а?

– Даня, – прервала его размышления Анжела.

– Чего? – отозвался парень.

– А не хочешь рассказать, с кем ты сегодня вернулся в общагу после тренировки? – и сверкнула ехидным взглядом, прямо как тогда, перед выходом.

Громыхание ложками по тарелкам резко прекратилось. Пять обмазанных морожкой морд тут же уставились на Данилу.

– Э-эм… ну-у… я…

Да как она узнала-то?!!

━─━────༺༻────━─━

Ночью того же дня. Мужское крыло общежития участников турнира.

Шарк-шарк…

Шарк-шарк…

Соломон двигался практически на автопилоте. В руке он сжимал наполовину допитую бутылку какого-то пойла. Какого именно, он даже сам не помнил. Ноги заплетались, а в голове крутился не только окружающий мир перед глазами, но и одна навязчивая мысль.

Шарк-шарк…

Шарк-шарк…

Он остановился. Поднёс горлышко к губам, запрокинул голову.

Глоть-глоть-глоть!

Жадно, много. Словно неделю скитался по пустыне, Соломон опустошил бутылку. Скривился от раздражения, когда понял, что пойло закончилось. Посмотрел на просвечивающееся мутное стекло в тусклых лучах ночных ламп, а затем просто отшвырнул бутылку.

Та громыхнула, будто гром среди ночи, но затем коридор снова погряз в тишине, будто ничего не случилось. И только…

Шарк-шарк…

Шарк-шарк…

Соломон плёлся зигзагами, но целенаправленно. Он отлично знал, куда идти.

Где его цель.

И знал, зачем он так упорно движется к ней.

– Ставр-р-ров…– рычал он тихо, так, что голос почти растворялся в тишине и гуле ламп. – Ставр-р-ров… Это всё ты… ты виноват! Тр-р-ры… Это всё ты…

Горынин исполнил своё обещание и направил запрос в Канцелярию Министерства. Официальный ответ пришёл быстро, но ещё быстрее неофициальное сообщение пришло самому Соломону от князя Астахова. Короткое эсэмэс:

«Ты низложен».

Шарк-шарк…

Шарк-шарк…

Соломон вдруг остановился. Вот они – комнаты бесят.

Шесть дверей. Ближайшая – с отметинами вырванных когда-то петель.

– Ставр-р-р-ров…– прорычал он снова.

Красные, пьяные глаза Соломона налились злостью с новой силой. Источник вспыхнул, магические потоки рвано, зло начали пробираться по каналам.

Алкоголь испарялся, по телу пробиралась дымка, но чтобы протрезветь, нужно ещё много времени.

Соломон никогда не был могучим боевым магом. Да и в развитии он не смог достигнуть значимых вершин.

Нет…

Он всего добивался хитростью и умом. Но сейчас… сейчас его сил вполне хватит, чтобы свершить задуманное.

Эти мелкие ублюдки не захотели убраться с его пути по-хорошему?

Что ж, теперь пускай пеняют сами на себя!

– Ставр-р-ро-о-о-ов! – снова прорычал Соломон, и яркое пламя вспыхнуло у него между пальцев. – ЭТО ТЫ ВО ВСЁМ ВИНОВАТ!!!