Текст книги "Механический гений в мире Эйра (СИ)"

Автор книги: Вики Рисаби

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

– Нам нечего было противопоставить металлическим чудовищам, которые на земле рассыпаются на существ поменьше, способных выслеживать нас и забирать жизнь. И тогда Великая мать спрятала нас в воде. – продолжила добрая и оглянулась туда, где стояла статуя. – Она сделала для нас систему этих пещер, снабдила воздухом, водой, землей для выращивания растений. Каждый день наш дом перемещается, чтобы захватчики не могли нас найти. Великая мать хорошо скрывала нас многие века, но ее сила кончается…

– Захватчики стали находить нас все чаще, а воинов осталось совсем мало. – снова взяла слово суровая. – Никто из ныне живущих здесь эйринцев не знает, что такое жить в лесах, многие поколения родились и умерли здесь. И видимо, твоя судьба умереть вместе с нами.

Я обалдело смотрел на трех женщин, две из которых сидели и лишь одна стояла, никак не реагируя на нашу беседу. Да, ситуация, в которую попал совсем незавидная, но перспектива умирать вот так – была мне неприятна. Отчаянное желание жить пронзило мой мозг, и я даже задышал чаще от возбуждения.

– Но как же так? Неужели ничего нельзя сделать? – спросил я вскидывая руки.

– Мы не воины, старец, и нас слишком мало, чтобы дать отпор. Один раз мы вышли на великую битву и проиграли так много жизней, что эту пустоту до сих нечем восполнить… – грустно сказала добрая. – Единственное, что еще есть у нас, это магия, которая становится все слабее с каждым днем.

Я потер бороду и застучал ногой о пол, совсем уйдя в себя. Ситуация казалось совсем не веселой и даже наоборот. Обычный земледельческий народ попал в такую страшную историю…

– Что ты умеешь старец? – спросила суровая. – Если Великая мать привела тебя в Эйру, то ты можешь быть для нас полезен.

– Я? Я умею ловить рыбу, и чинить всякие предметы… Часы, технику, приборы. – я растерялся, потому что понял, что в действительности им мои навыки вряд ли смогут пригодиться.

– Бесполезен… – сказала добрая и закрыла лицо руками. – Может быть Великая мать услышит наши молитвы и расскажет о его сути?

– Может быть. – задумчиво ответила суровая. – А пока пусть поживет среди нас.

Суровая женщина посмотрела на молчащую, словно спрашивая у нее разрешения на свой вердикт. И та слегка кивнула, все еще не выражая ни единой эмоции, словно ее этот разговор не касался.

Я поежился, мне нужно было переварить полученную информацию и хоть как-то ее усвоить. Мало того, что в мой мир мне больше не попасть, так еще и здесь покоя на старость лет я себе не найду. И где я так согрешил?

– Ториан, войди. – сказала Элиса и в помещение вошел мой провожатый с молотком в руках. – Гостя разместить, накормить и дать отдых.

Ториан послушно обернулся ко мне, и я встал, не ожидая никаких указаний. Видимо эти ведьмы были тут чем-то вроде главной власти и особенно разговаривать у них было не принято. И мне придется жить по их правилам, потому что в любом другом случае меня ждала неминуемая гибель.

Я посмотрел на замерших женщин еще раз, и отвесив небольшой поклон, как это сделал Ториан, попрощался. Надо сказать, что они очень удивились, услышав простое и понятное «до свидания». Ну простите дамы, местным манерам я не обучен.

Голова от полученной информации и всего пережитого сильно пульсировала, отдавая каждый удар сердца глухим стуком в уши. Ториан молча занял свое место на платформе, которая должна была отвезти нас куда-то вниз.

– Так тебя Ториан зовут? – спросил я своего хмурого провожатого.

– Да, а как можно обращаться к тебе, старец? – спросил он, разглядывая мои белые волосы и бороду.

– Можешь звать меня Федя. – ответил я.

– Хорошо, Федя. – он криво произнес мое имя, но поправлять его я не стал. Пусть хоть петрушкой называют, какая теперь вообще разница.

– Куда ты меня ведешь? И что будет с моей лодкой? – спросил я, потому что моя «Мария», одиноко стоящая где-то там в пещере, не давала мне покоя.

– Зачем она так нужна тебе? – ответил вопросом он.

– Ну, понимаешь… Теперь она единственное, что у меня осталось… – видимо пока я не произнес эти слова, я даже сам не осознавал этот факт.

Ничего больше у меня нет. Нет уютного домика с мастерской, нет возможности ловить рыбу, нет причала, на котором толпится народ и ждет свежего улова. Соседки, с которой можно перемолвится парой слов и позавтракать – нет, и даже ее орущих котов… Огромная тоска, размером с большую гору навалилась на мои плечи, заставляя сбиться дыхание.

Я никогда ничего этого больше не увижу. Моя жизнь не станет прежней…

От горечи осознания я замер, пока Ториан сошел со спустившейся платформы вперед на несколько шагов не заметив этого. Я согнулся пополам, уперев руки в колени, стараясь привести дыхание в норму. Больно закололо сердце и разогнуться стало практически невозможно.

– Что с тобой? – спросил Ториан, быстро вернувшись и подхватывая меня под руку.

– Сейчас, погоди немного, – запыхавшись ответил я – сердце шалит…

Не говоря лишних слов, он протянул руки к моей спине и приложил ладони в области сердца, только сзади.

– Я помогу. – напряженно сказал он. – Сейчас станет легче.

От его руки горячим теплом разливался жар по каждой жилке моего тела и принося облегчение. Мне сразу стало легче дышать и сердце перестало колоть. Через минуту я почувствовал себя совершенно нормально, словно ничего и не было со мной только что.

Ториан убрал от меня ладони и заглянул в лицо.

– Все в порядке, Федя? – его большие раскосые глаза искренне беспокоились за меня.

– Да, кажется я жив-здоров. – ответил я, выпрямляясь. – Что ты только что сделал?

– У меня есть дар к целительству. Я просканировал тебя и нашел причину боли, а потом устранил. – он пожал плечами. – Маги твоего мира лечат по-другому?

Я улыбнулся, если бы ты только знал, что делают с нами наши «маги», ты бы обалдел, дорогой инопланетянин.

– Да уж, по-другому. Но у нас магии нет совсем. – сказал я.

– Как это? – Ториан даже замедлил шаг и оторопело замотал красными волосами.

– Ну вот так. – ответил я, пожимая плечами. – Есть врачи, есть техника, врачи диагностируют болезни, а потом выписывают лечение: таблетки там, или уколы, или еще что-то. Я не силен в этом, за всю жизнь всего раза три обращался.

– Таблетки, уколы… что это? – спросил мой провожатый.

И тут до меня действительно дошло, ведь он – человек из другого мира и совершенно ничего не знает о том, как мы там живем… Что едим, чем лечимся, как учимся, даже как рождаемся и умираем… А я ему тут про таблетки и уколы.

– Ну это препараты, различные химические составы, которые помогают организму бороться с болезными. – ответил я. – А впрочем, какое это теперь имеет значение? Не забивай себе голову.

– Хорошо, но мне очень интересно. Мне нравится узнавать новое о других мирах. Если повезет, когда-нибудь я смогу в них отправиться и увидеть сам. – он мечтательно протянул последнюю фразу.

А я подумал, что приятного в таком путешествии совсем мало. Из уюта мира, в котором ты ко всему привык, все знаешь и понимаешь тебя выдергивает в неизвестность.

– Мне кажется, тебе не понравилось бы жить в мире без магии. – с улыбкой сказал я, поставив себя на его место. – Хотя, мне понятно твое желание, ведь ваш мир у…

Я схватился за горло не в силах произнести ни звука, закашлялся. Ничего не понял и попробовал сказать снова.

– Ваш мир скоро у… – и снова горло словно перехватило стальной рукой, я не смог произнести ни единого звука. Да что происходит?

– Ты что-то хотел сказать, старец? Что с нашим миром? – спросил меня Ториан.

– Видимо, ничего. Бред какой-то.

Неужели эти три ведьмы рассказали мне лишнего и решили так заблокировать утечку информации? Представляю, как бы это могло быть удобно в моем мире. Вот тогда был бы секрет, так секрет…

– Мы пришли, – сказал мой провожатый, остановившись у сферической заслонки на третьем этаже снизу. – это твоя комната. Я настрою ее и войти сюда сможешь только ты, или тот, кого ты пригласишь по имени.

– Спасибо. – сказал я.

Мне очень хотелось побыть одному и передумать все свои думы, а лучше просто поспать. От эмоционального напряжения все тело свело в большой комок нервов. Но в остальном, самочувствие мое можно было бы назвать нормальным после того, как Ториан приложил ко мне свою руку. Сейчас же он стоял и что-то шептал, невесомо касаясь ладонями сферы, очевидно как-то кодируя ее, на мою личность.

Когда дело было закончено он жестом пригласил меня войти. И я, не раздумывая прошел вперед, сквозь молочную преграду. Внутри было довольно просторно: комната метров двадцать, односпальная кровать, стол с двумя стульями и даже небольшой комод, вот только что мне туда складывать? Вещей у меня с собой нет, лишь жалкие крохи инструментов, лежащие в лодке.

Небольшой источник света висел под высоким потоком пещеры, создавая комфортный теплый фон для глаз.

Но больше всего меня удивило круглое окно, словно прорубленное в камне. Оно было совсем небольшое, но я отчетливо слышал звук, которой из-за него доносится: звук текущей воды. Я быстро подошел и выглянул наружу: большая полноводная река стекала куда-то под наклоном. Свежие брызги обрадовали меня словно я оказался близок к родной стихии.

Я обернулся, но Ториана не увидел, неужели он остался снаружи? Я быстро пошел обратно к сфере и нашел его молчаливо скучающим возле входа.

– Ториант, ты почему не заходишь? – спросил я изумившись.

– Я же сказал, что войти можешь только ты, а другие – по именному приглашению. – сказал он скучающе.

– Проходи, Ториан. – ответил я, немного пораздумав.

Мы вошли вместе, и он тоже осмотрелся.

– Это стандартные апартаменты. У нас все живут в похожих. – сказал он.

– И река у всех за окном? – спросил я изумляясь. – Куда она течет и как это возможно?

– Великая мать срезала прядь своих волос, и превратила ее в источник, который берет начало у жриц, где мы сегодня были и идет по всей территории дома Эйра. Это единственный пресный источник воды в нашем жилище.

Я слушал его, открыв рот, опять магия. Сколько же ее тут? И он продолжил.

– Если ты хочешь напиться воды, достаточно сделать так, – он подошел к столу, на котором, как я только что заметил, стояла какая-то посуда и взял чашу, выполненную из чего-то очень похожего на железо, а потом подошел к окну. – Великая мать, дай воды.

Я смотрел, как в чашу тонкой струйкой из реки потянулся ручеек и наполнил стакан до краев. Моему изумлению не было предела. Ториан наполнил посуду и поставил чашу обратно на стол.

– Здесь есть туалет и помывочная. – он указал на незаметную дверь справа и взявшись за ручку оттолкнул дверь.

Я почесал затылок.

– И тут тоже все работает от магии? – спросил все еще не веря своим глазам. – А что вы вообще делаете руками?

Он странно на меня посмотрел, словно не понял моего вопроса. И я подумал, что для него, привыкшего к тому, что все делается по взмаху пальца это действительно было бы удивительно: принести воду в ведре, или например, приготовить пищу на огне… Ведь он просто не знал, что так можно, да и зачем ему это нужно, если магия решает сразу все вопросы.

Да, здесь придется учиться жить совершенно по-другому и это пугает.

– Не понимаю, что ты имеешь в виду, старец… – Ториан все еще был задумчив. – Отдыхай, тебе сегодня сильно досталось. Захочешь есть, скажи Великая мать…

– Дай еды. – некультурно перебил его я. Он изумленно поднял брови.

– Откуда ты знаешь? – его недоверчивые глаза смотрели с восхищением.

– Догадался. – ответил я сурово.

Он вышел из моей комнаты, и я наконец смог остаться наедине со своими мыслями. Все здесь было странно. У меня возникло ощущение, что местные жители опирались только на свою великую мать и ни капли на себя. Надеялись на ее защиту, кров, оберег, еду, воду… Но ведь так жить скучно, неужели никто из них не хотел или не мог сам о себе позаботиться?

Они словно неприспособленные ни к чему котята, которые целиком зависят от своей богини.

Я сел на кровать, продавливая матрац своим весом. Он оказался мягким и приятным, а меня ужасно клонило ко сну. Даже не знаю, сколько времени обходился без нормального человеческого отдыха на данный момент.

Но для начала хорошо было бы смыть с себя морскую соль…

Глава 7. Сам ты киса, Федор Иванович

Я не сразу понял, что проснулся, мне все казалось, что я где-то плыву на своей «Марии» в теплом, от июльской жары летнем море. Но чувства стали возвращаться постепенно, сначала шелестом воды, а потом непонятным мне цоканьем маленьких коготков по полу.

Резко вспомнив, где я и что со мной случилось – я в ужасе вздрогнул и сел, схватившись за поясницу, которая отозвалась сильной болью от такого резкого маневра.

Большая кошка размером с добрую собаку сидела на полу моих пещерных апартаментов в доме Эйра. Ее синие глаза светились в полумраке комнаты мистическим синим светом. Она внимательно смотрела на меня застыв статуэткой и сложив хвост на мощные лапы.

– Ничего себе киса… – пробормотал я и закачал головой из стороны в сторону, стараясь отогнать это видение от себя подальше.

– Сам ты киса, Федор Иванович. – отчетливо сказала кошка, открыв свой усатый рот.

Надо сказать, что рот открыла не только она. Моя челюсть, если бы не была настолько крепко приделана к голове – уже валялась бы на полу. Я даже замычал от удивления. Кошка же медленно встала и направилась ближе ко мне, грациозно передвигая огромное тело.

– Я хотела прийти к тебе в привычном для тебя виде. – проговорила она, сев у моих ног. – Нашла в твоих воспоминаниях это существо, как вы его называете? Кошка?

– Да, кошка. – сказал я хрипло, чувствуя, как горло сковала сухость. – Вот только они у нас намного меньше и разговаривать не умеют…

– Некогда было вдаваться в подробности. – сказала она, перемявшись с лапы на лапу. – Мне нужна твоя помощь, Федор Иванович. Догадаешься кто я?

Я посмотрел на существо и попытался прикинуть: чем я могу быть полезен огромной кошке? Ловить больших мышей? Смотать клубок ниток? Открыть дверь? Я даже хохотнул внутри себя от такой перспективы. Однако, это было очень странно.

Кошка во время моих раздумий не отрывала от меня морды, внимательно изучая и разглядывая, а потом почти по-человечески вздохнув, сказала:

– Как тебе уже рассказали мои жрицы, мой мир гибнет. – она сверкнула глазами и продолжила. – Мои леса умирают из-за вторженцев, мои дети погибают от их рук, мои последние силы в этом рубеже…

Она обвела взглядом пространство моих апартаментов, и я впервые видел, как в кошачьих глазах сверкнули самые настоящие слезы. Мне стало так жаль ее, что я уже хотел было протянуть к ней руку и погладить. Но вдруг меня настигло страшное осознание – передо мной сидит богиня этого мира. Та самая Великая мать…

У меня даже дыхание сперло от неожиданной мысли. Зачем она пришла ко мне, да еще и пытается быть для меня привычной… Это чем же я заслужил такое отношение к своей скромной персоне?

– Я могу как-то помочь? – спросил я, сразу же осознавая свою никчемность.

Чем я, самый простой человек – могу помочь богине умирающего мира? Ну умею я чинить и проектировать, но это явно не спасет ее, как и ловля рыбы на моем суденышке, которое, я надеюсь все еще стоит где-то внизу.

– Я могу только сохранять надежду, что ты можешь помочь мне, сын другого бога. – тяжело вздохнув кошка одним мощным рывком оказалась на моей кровати и села рядом. – Ты последний из иномирян на кого мне хватило сил для призыва.

Пространство передо мной посветлело, словно открывая большой округлый экран, на котором начали проступать силуэты существ, которые были мне уже знакомы. А кошка продолжала.

– Жизнь во мне зародилась не сразу. Миллионы лет я лежала на дне большой воды, в которой сейчас находится этот дом. Я созерцала себя и этот мир, говорила со вселенной, другими богами, которые были еще живы… Но мне стало скучно, и я решила выйти из водных пучин, чтобы найти свой собственный путь.

На экране передо мной разворачивалась картина, от которой в жилах стыла кровь. Здесь богиня показала себя в настоящем облике. Я видел, как из пенистого, почти черного моря на свет трех светил выходила гигантских размеров женщина с синими глазами и длинными волосами, которые волочились за ней. Она медленно шла к лесу, деревья которого мне были не знакомы, но очень похожи на лианы и пальмы.

Женщина прошла немного дальше и склонилась к двум красным цветкам, что росли вместе. Очевидно, цветы заворожили ее своей красотой. Они напоминали лилии насыщенного алого цвета, и богиня, не стесняясь сорвала их и поднесла к носу, чтобы вдохнуть запах цветочной пыльцы.

Зажмурив веки, она вдохнула чудесный аромат и от красоты не смогла сдержать слезы, которые с хрустальным звоном упали прямо на растения. И растения стали оживать в ее руках… Я смотрел, как цветы начали исчезать, а вместо них на огромной ладони богини появились два силуэта длинноногих и тонких фигур: мужчины и женщины, с красными волосами.

Богиня на мерцающем экране, увидев, что сотворили ее слезы улыбнулась и поцеловала свои творения. Люди, если их можно так назвать, мирно спали в ее ладони. Она полюбовалась ими еще немного, а потом взяла свободной рукой большой лист местного лопуха и бережно переложила их в него. Люди даже не проснулись, успокоенные теплом материнской руки.

Сама богиня пошла глубже в лес и прикоснулась к старому, поваленному дереву, и оно ожило, затряслось и превратилось в большого грациозного оленя с тремя головами. Маленький камень, который она подобрала со своем пути превратился от ее прикосновения в существо, напоминающее большую, но очень ушастую мышь. Лист, сорванный ей с верхушки пальмы стал птицей с четырьмя крыльями и крючковатым клювом.

Она все шла и шла, вдыхая жизнь в пространство, которое видела перед собой. И лес задышал, словно новые краски заиграли в каждой клеточке, каждого растения и камешка, к которому она прикасалась.

А за ней, в тех местах, где ноги богини соприкасались с землей колосились растения очень похожие на нашу пшеницу и овес…

– Так был создан прекрасный мир Эйра, в котором хватало жизни самых разнообразных форм. Я не думала о том, что делаю. Я прошла до края леса и только тогда поняла, что практически иссякла…

Я видел на экране словно в быстрой перемотке, как лицо богини меняется. Улыбка, которая украшала его в самом начале пути больше не освещала собой вселенную, которую она собственноручно создала. Шаги стали неуверенными и уставшими. Да и сама она словно вся поникла и уменьшилась в размере настолько, что, когда вернулась к месту начала своего шествия и подошла ко все еще спящим первым эйринцам – была ничуть не больше их по росту.

Она прошептала своим первым творениям что-то и поспешила скрыться в водной пучине.

– Я так увлекалась созданием жизни, что не заметила, как мои силы покинули меня. Но птицы летали над моей головой, животные показывались то тут, то там и это давало мне силы. Силы вернуться в родную водную стихию и уйти на покой, надеясь, что мои дети смогут выжить в сотворенном мной мире.

От того, что мне показала богиня я немного обалдел и еще раз поймал себя на мысли, что, наверное, сошел с ума. Все это было очень похоже на нашу веру: и райские сады, мужчина и женщина, произошедшие от высшего существа…

– Пролежав в водной глубине больше пяти тысяч лет я восстановилась достаточно для того, чтобы выйти к созданным мной детям. Я все это время следила за ними сквозь воду и видела, как они росли и изменялись.

Экран снова начал показывать картину, как исполинская Великая мать выходит из воды, но в этот раз ее встречают прямо на берегу тысячи эйринцев с красными волосами, низко опустив головы.

Великая мать удовлетворенно посмотрела на свой народ. Ее дети стали совсем другими, теперь они были сильные, ловкие, укутанные в какие-то странные одежды, которые скрывали их загорелые тела. Среди них были дети постарше и совсем маленькие, прижатые к груди матерей.

Она окинула их любящим и всепрощающим взглядом. Те двое, которых она породила из цветков и собственной слезы давно умерли, ведь продолжительность их жизни была небольшой, только единицы доживали до тридцати лет, остальные умирали намного раньше. И боль утраты кольнула ее материнское сердце.

Три немолодые женщины позволили себе встать из почетного поклона и двинулись к Великой матери. С уважением и почтением они подошли ближе и поклонились ей в ноги.

– Мы ждали тебя, Великая мать. Мы надеялись. – сказала та, что стояла в центре.

– Где мои первые дети? – спросила богиня с высоты своего роста.

– Мирика и Сатек оставили наш мир много веков назад, но мы почитаем их останки и бережно храним. – ответила та же женщина.

– Проводите меня. – попросила богиня.

Три женщины молча развернулись и пошли в глубь леса, стараясь поспешить, так как шаги богини были очень большими в сравнении с их поступью. По протоптанной тропе, уводящей путника вправо, они вышли к участку леса, где стояли небольшие постройки.

Вид у них скорее напоминал вигвам, чем полноценный дом. Они явно были созданы из ветвей деревьев, которые очень напоминали пальмы и небольших камней, в избытке валявшихся на берегу большой воды. Прямо у входа, закрытого шкурой какого-то животного висели многочисленные бусы и сухие цветы.

Остановившись у первого домика, который располагался по центру кладбища женщины замерли, покорно склонив головы, как и все люди, шедшие за ними по пятам. Замерла и Великая мать.

Чтобы пройти внутрь богине пришлось уменьшиться в размерах до человеческого роста, и лишь тогда она переступила порог хижины. Внутри лежали мумифицированные останки мужчины и женщины, которые первыми пришли в этот мир. Лица ее мумий были высушены, но на них без труда угадывались улыбки. Они лежали вместе, ладонь в ладони, словно и в рождении, и в смерти не могли друг без друга.

Великая мать долго оплакивала своих детей и лишь попрощавшись с ними вышла из дома смерти, на котором теперь, от пролитых ей слез колосились цветы, высоко уходя в небо. Ее взгляд метнулся вдаль, а ветер растрепал длинные волосы. Множество таких же склепов стояло вокруг и от всех веяло смертью.

Великая мать склонила голову и прошептала, не изменяя обличия:

– Когда я создавала вас, могла ли я подумать, что ваша жизнь будет так ничтожно мала? Нет, мне и в голову не пришло думать про это. А теперь я вижу, что мои дети не успевают родиться, как им уже приходится умирать…

Эйринцы на экране стояли вокруг богини, и вдруг в каком-то едином порыве они обступили ее со всех сторон и подошли ближе. Те, кто стоял впереди – прикоснулись к самой Великой матери, робко протянув руки, те кто стояли следующими – положили руки на плечи тех, кто был впереди. И так происходило до тех пор, пока все они не стали одной большой цепочкой вокруг своей покровительницы.

Кошка, замершая рядом со мной и смотревшая в экран, произнесла:

– Я не выдержала, старец. Мне так хотелось спасти их всех, помочь, показать, как сильна моя любовь… – она печально взглянула на меня и утерла глаза пушистой лапой. – Я отдала им еще одну часть себя…

На экране, прямо внутри человеческого сплетения произошла яркая вспышка, ровно в середине того места, где находилась Великая мать. От вспышки люди стали падать словно домино, выставленное в ряд и получившее толчок от чьей-то умелой руки.

Люди сыпались, оседали на землю и не подавали никаких признаков жизни. Мужчины, женщины, дети, матери с младенцами на руках – все поголовно лежали на земле вокруг богини.

Я невольно вздрогнул от того, что увидел, но поспешил себя успокоить – если бы она их всех убила, то не было бы этих пещер и не было бы людей.

Кошка продолжала:

– Я наделила их своей энергией, дала свою магию, чтобы они могли жить дольше и лечить недуги. Их тела от такого потока обмякли и сознание их покинуло, все они крепко уснули. Я потеряла почти все свои силы. – произнесла кошка усатым ртом.

Богиня на экране встала пошатываясь, словно пьяная. Она ходила среди тел, лежащих на земле, словно из последних сил выискивая кого-то важного. И она нашла. Тех самых трех женщин, что встретили ее на берегу и осмелились с ней говорить.

Она прикоснулась ко лбу одной спящей женщины рукой, и красные волосы стали превращаться в седые пепельные пряди. То же самое она сделала и с двумя другими.

– Вы будете моими глазами, моим сердцем и моим голосом навсегда. – произнесла богиня и засветилась синим светом, на миг став яркой вспышкой.

Шатаясь и падая, она вновь уходила в водные глубины, чтобы набраться сил.

– Так появились мои жрицы: Акванара, Элиса и Немая Зура.

– С ними я уже познакомился. – сказал я, после небольшой паузы. – Очень приятные женщины.

Кошка посмотрела на меня сверкнув глазами, словно совершенно не понимая, о чем я говорю. А я осекся, потому что понял, что сказал совершенно лишнюю глупость.

– Через три тысячи лет я вернулась в мир Эйра снова, чтобы увидеть, как мои дети смогли научиться использовать магию.

Экран снова замерцал, и я ощутил дежавю – из воды выходила богиня, все такая же огромная и обнаженная с копной длинных волос, тянущихся за ней. В этот раз ее встречало намного больше людей. Часть леса была вырублена, и линия побережья была полностью усыпала красноголовыми эйринцами.

На фоне этой красноты выделялись только три женщины, головы которых словно светились белым светом, а волосы были пепельного оттенка. Сейчас я видел их настолько близко, что казалось мог бы рассмотреть каждую морщинку, если бы таковые имелись.

Люди склонялись на колени по мере приближения богини, оседали на землю и не смели даже поднять на нее взгляд. Она подошла достаточно близко, но все еще оставалась в воде.

– Дети мои. – казалось, что слова шли из самого сердца богини, потому что она не открывала рот, чтобы говорить. – Посмотрите на меня.

Люди стали один за другим поднимать головы и устремлять взоры на божество. Когда последний из них, преодолев священный страх посмотрел на нее – она продолжила.

– Дети мои. Я – ваша Великая мать. Я создала вас из цветка и собственных слез, чтобы вы никогда не знали горя. Я отдала вам часть своей души, наделив возможностью использовать магию в жизни и в быту. – она внимательно всматривалась в глаза. – Вы живете и процветаете и больше мне не о чем желать.

Из глаз людей текли священные слезы, а руки словно сами собой складывались на груди в молитвенном жесте. Они трепетали и радовались одновременно.

– Я всегда буду с вами. Я никогда не оставлю вас. Ваши жизни дороже мне, чем собственная. – продолжила речь Великая мать. – Будьте счастливы.

Сказав последние слова, она провела рукой над взволнованной толпой эйринцев и что-то тихонько прошептала. Прямо с неба, на каждого из людей опустились семена в маленьких мешочках, созданных из листьев.

– Посадите эти семена и никогда вы не будете знать нужды в пропитании. – сказала она и уже развернулась, чтобы уйти.

Но небо над ними прорезало синей стрелой.

Глава 8. Огромная молния разделила небо на две половины

Со стоном и рокотом, потрясающим все небесное пространство, огромная молния разделила небо на две половины. Кроваво-красным светом застелились в небе три светила, которые будто ничему не удивляясь спокойно оставались на своей высоте.

Дети зарыдали первыми, словно почувствовав исходившую сверху угрозу. Плач разнёсся по побережью заставляя кровь взрослых застывать в жилах. Матери прижали испугано вращающих глазами детей к себе, также не на шутку испугавшись.

Через мгновение крик ужаса тысяч людей потряс вселенную, и богиня замерла, развернувшись и направив взгляд синих глаз в небо. Никто из присутствующих здесь не был готов увидеть подобное. Тихая и размеренная жизнь, в которой не было ни войн, ни сражений четко отразилась в глазах детей Великой матери.

А в небесном разломе происходило странное.

Из него появилась маленькая точка, которая приближалась к людям с невероятной скоростью. Но траектория ее полета не была похожа на метеоритную, она не падала, приближаясь к земле. А словно сканировала местность, замерев высоко в небе и приближаясь обдуманно, постепенно.

Я наклонился ближе к экрану, чтобы внимательнее рассмотреть точку, которая теперь была значительно ближе. Ее очертания изменились, и я понял, что это птица, как та, что я видел, когда только прибыл на Эйру.

– Поведение этого летающего существа удивило меня, – проговорила кошка медленно, словно находясь глубоко в своих мыслях. – ее действия показались мне разумными и осмысленными. Я решила просканировать птицу, понять, какое у нее сердце и какие намерения.

Я видел то, о чем она говорит на экране. Исполинская богиня подняла вверх правую руку и развернув ее ладонью к существу, словно стараясь до него дотянуться. А существо приближалось, но в отличии от реальной птицы не взмахивало крыльями, а планировало, словно наши самолеты. Что именно приводило ее в движение – я не понимал.

Птица с шумом приближалась, этот звук был похож на гул тысячи вращающихся вентиляторов. Я вспомнил, что уже слышал это…

– В существе не было ни единого признака жизни: ни биения сердца, ни поглощения воздуха. Ничего. Словно я сканировала перед собой пустоту.

Между тем птица подлетела очень близко и замерла над головами ничего не понимающих и сильно испуганных людей. И я наконец смог рассмотреть, что она из себя представляла.

В том, что существо это механического характера у меня больше не было ни малейшего сомнения. Оно было выстроено из металла, который расплывался на солнце бензиновым пятном, переливаясь всеми цветами радуги.

У птицы не было глаз, лап и даже колес. Вся она словно была сделана из конструктора. Мне показалось что существо состоит из отдельных, совершенно автономно работающих деталей.

Зависнув в воздухе на несколько мгновений, птица издала звук, похожий на громкий писк сигнализации, как у обыкновенных человеческих машин. Люди испуганно озирались и хватались за уши, стараясь хоть немного притупить громкий звук.

А из разлома, который все еще продолжал алеть посреди голубого неба, стали появляться десятки таких же темных точек и приближаться к месту скопления людей. Первое существо поднялось чуть выше, словно дожидаясь своих братьев.

Я насчитал 120 птиц, когда они зависли в небе, рассредоточившись по всему видимому небесному пространству. Кто-то попытался бежать, но Великая мать остановила панику жестом руки, хотя на ее беспристрастном лице сейчас читалось такое же недоумение, что и у всех остальных.

Шесть птиц отделились от остальных и стали медленно опускаться на землю, по три с одной стороны столпотворения на берегу, и три с другой.

В четырех метрах над землей они с ревом зависли в воздухе и словно по команде рассыпались вниз непонятными существами. Из каждой птицы появилось десять других существ, по размеру напоминающих человека, но совершенно не похожие на нас.