Текст книги "Секс без любви"
Автор книги: Ви Киланд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
После ужина обе мои сестры и мать столпились перед окном, чтобы посмотреть, как Хантер на подъездной дорожке играет в баскетбол с Иззи. Я сидела в кресле в глубине комнаты и делала вид, что совершенно не интересуюсь этим зрелищем.
– Божечки, каждый раз, когда он прыгает, рубашка задирается. Надеюсь, он обыграет эту дурочку Иззи, – сказала Аллегра.
– Никогда не видела таких кубиков, как… думаю, вообще не видела таких лично, – казалось, еще чуть-чуть, и Николь упадет в обморок.
Мама определенно заняла сторону Хантера.
– Он привлекательный мужчина. Но я пригласила его на ужин, ни разу не повидавшись. Это о чем-то говорит. Он так же красив внутри, как снаружи.
Я потерла виски.
– Как долго ты с ним трепалась?
– Достаточно, чтобы узнать, что у него была одна серьезная связь, что мама умерла, когда ему было семнадцать, и что у него был брат, который скончался несколько лет назад. И что у него есть хобби: подводное плавание, серфинг и скалолазание.
У меня отвисла челюсть.
– Брат, которого уже нет в живых? Скалолазание?
– Да. Его брата звали Джейс. И еще он католик. Но уже несколько лет не посещал церковь. Ты должна это исправить. Просить у Господа прощения всегда полезно для души.
Каким образом этот мужчина оказался у порога дома моей матери?! Любой другой на его месте сбежал бы сразу без оглядки. Вместо этого он не только пережил мамочкины допросы с пристрастием – а она в силу своего жизненного опыта очень подозрительна к мужчинам, – но и, подозреваю, немного влюбил ее в себя.
Встав с кресла, я подошла к окну, в которое она все еще таращилась. Встав за спиной мамули, я положила руку ей на плечо.
– Звучит здорово, мам.
– Конечно.
– Даю вам свое благословение.
– Отлично. Подожди. Что?!
– Даю благословение на ваши отношения. Знаю, что он чуть моложе, чем ты, но вы составите отличную пару.
За спиной захихикали сестренки.
– Он меня не интересует как мужчина, – зарделась мама. – Я имела в виду тебя!
– Угу.
Спрятав улыбку, я сделала лицо, которое ясно говорило: ну конечно.
– Наталья Валентина Росси. Тебе пора опять ходить на свидания. А этот человек пролетел через всю страну, только чтобы узнать тебя получше.
– У него здесь работа, мамочка. Он много ездит по делам, а сейчас они в Нью-Йорке.
– Он не случайно оказался в Нью-Йорке. Специально взял проект, чтобы быть ближе к тебе.
Я была ошеломлена.
– Он сам тебе об этом сказал?
– Он лучше, чем мой тренер, – выпалила Иззи прямо от входной двери.
Что это у нее на лице? Улыбка? Да этот парень не просто чаровник. Он настоящий волшебник!
– Он ведь не так хорош, как я?
Хантер вошел вслед за моей дочкой и закрыл входную дверь. Он был мокрым от пота, восхитительно мокрым.
– Ты играешь?
– Когда она делает свободный бросок, одна нога задирается совсем как у Мэрилин Монро, – фыркнула Иззи. – А пару недель назад она вообще забила гол.
– Она играет в футбол? – удивился Хантер.
– Нет, просто когда она каким-то чудом попала в корзину, начала скакать как полоумная и кричать, что забила гол.
– Я была в восторге.
Иззи покачала головой, но улыбаться не перестала.
– Я пригласила Хантера на свою игру во вторник. Он посмотрит, а потом скажет, где я облажалась. Как папа делал.
– О, правда? – посмотрела я на Хантера.
– Не возражаешь? – спросил он с самым чистосердечным видом.
Иззи была в таком восторге, что я не могла сказать нет. По крайней мере, именно эту причину я себе и назвала.
– Конечно. Очень мило с твоей стороны. У меня планы на этот день, но я их отложу, чтобы дождаться результатов.
Торжество Хантера продолжилось во время десерта. По окончании ужина я глянула на экран телефона, чтобы узнать время. Ничего себе – уже почти десять. Обычно мы выметались отсюда около восьми, ведь поезд шел больше часа, а Иззи рано утром в школу.
– Уже очень поздно. Нам нужно собираться, Иззи.
Девчонка нахмурилась. Вдруг ее осенила идея.
– На каком поезде ты приехал, Хантер?
– Я на машине. Но я живу на Манхэттене, так что могу подвезти вас, леди.
– Нет, спасибо, – произнесла я.
– Как здорово! – одновременно заорала Иззи.
Оба, надувшись, посмотрели на меня.
– Ладно, – закатила я глаза. – В любом случае движение сейчас посвободнее.
Поездка прошла на удивление тихо. Иззи надела наушники и через десять минут уже мирно посапывала на заднем сиденье, утомленная долгой игрой с Хантером. Тот, казалось, погрузился в свои мысли, а я, глядя в окно, в свои. Точнее, думала о том, что завязать отношения с этим мужчиной весьма заманчиво. Но я совсем не готова к этому. Надо было сосредоточиться на действительно важных вещах: собственной карьере и воспитании падчерицы.
Когда мы пересекли мост на Манхэттен, Хантер нарушил уютное молчание.
– У тебя замечательная семья.
Слова Хантера проникли мне в самое сердце, ведь я знала, что его матери и брата уже нет на свете. Вдруг я оценила то, что обычно раздражало до чертиков.
– Ага, ничего. Только не говори им, что я это сказала.
Хантер улыбнулся и тихо сказал:
– Надеюсь, ты не против, если я приду во вторник на игру. В колледже я тоже играл в баскетбол. Она потрясная девчонка, как я мог отказать?
– Нет, вовсе нет. Очень мило с твоей стороны.
Несколько минут спустя он продолжил:
– Те планы после игры связаны с парнем по имени Маркус, о котором Иззи упомянула за ужином?
– С ним самым, – кивнула я.
– Первое свидание?
– Второе.
Он опять замолчал. И вдруг высказался:
– Несчастный ублюдок.
Мои брови поползли вверх.
– Что?! Кто?
– Маркус. Как я понимаю, первое свидание прошло неплохо. Вряд ли он поймет, почему ты так отдалилась на втором и не согласишься на третье. Будет думать, что сделал что-то не так.
– О чем ты?
– На втором свидании ты будешь думать обо мне, – пожал плечами Хантер. – Бедный придурок так и не узнает, почему ты его отфутболила.
– Не слишком ли ты высокого мнения о себе?
И хотя Иззи спала в наушниках на заднем сиденье, Хантер наклонился поближе и прошептал:
– Может быть. Но скоро и ты будешь обо мне весьма высокого мнения.
Глава 12
Наталья
Я потратила прилично времени на подготовку, так что для свидания после сегодняшней игры выглядела неплохо. Разумеется, все это не имело ни малейшего отношения к мужчине, который присутствовал на игре. Повторюсь: ни малейшего отношения к Хантеру Делусиа.
Маркус был отличным парнем. Хорошая работа – веб-разработчик известной на местном уровне коммунальной компании. Вежливый – открыл передо мной дверь автомобиля и пододвинул стул в ресторане во время первого свидания. Неплохо выглядел – среднего роста, среднего сложения, ну, может, не мешало бы сбросить фунтов двадцать. Но у кого нет лишних двадцати фунтов при приближении к тридцатнику?
Я тут же возненавидела ответ, зримо вставший в моем услужливом сознании. У Хантера – вот у кого не было лишних двадцати фунтов веса.
Я бросила последний взгляд в зеркало. Красная юбка была самой красной из всех существующих. Не слишком короткая и не слишком облегающая, она выглядела чертовски сексуально, подчеркивая все изгибы моего тела. Я дополнила ее черной блузкой на пуговицах, с женственными рукавами и парой босоножек на каблуках, вполне, однако, подходящих для присутствия на школьном баскетбольном матче прямо перед свиданием.
Когда я появилась в спортзале, игра еще не началась, но Хантер уже торчал на трибуне. При моем приближении он встал и притянул меня для невиннейшего поцелуя в щечку.
Надо признаться, что мои чувства рядом с этим человеком были весьма далеки от невинности.
– Выглядишь потрясно.
– Благодарю.
– Бедный ублюдок, – как бы про себя проворчал Хантер.
Я отшутилась, и мы уселись как раз в тот момент, когда девочки выбежали из раздевалки. Иззи шла третьей в ряду.
– Она – единственная второкурсница в школьной команде, а уже одна из самых высоких.
– Родители были высокими?
– Отец – шесть футов два дюйма, мать, наверное, была около пяти футов десяти дюймов.
– Была?
– Умерла несколько лет назад.
– Ничего себе. Жестко. Отец в тюрьме, мать в могиле. Счастье, что у нее есть ты.
– Обычно она так не думает.
– Ей пятнадцать. Видит, что хочет видеть. Надо же ей как-то оправдать, что ее грузит. Ситуация у нее не из легких, но подростки всегда найдут чем загрузиться, даже если для этого нет ни малейшего повода.
– Звучит, будто вспоминаешь собственный опыт.
– После смерти матери я жил у дяди Джоя и его жены Элизабет. Он был моложе мамы, так что, подрастая, я ощущал его скорее кузеном, чем дядей. Мы отлично ладили, но он и его дочурка – это две разные истории. Кара в возрасте Иззи была еще той занозой в заднице. Жила она просто прекрасно. У родителей счастливый брак. Отец – врач, мать занималась ее воспитанием. Девочка уродилась умной и красивой – взяла лучшее от своих родителей. И все-таки каждый день находила повод бурчать на них. Никогда не понимал, какого дьявола она так злилась. Я бы отдал все на свете, чтобы оказаться в ее положении. Сейчас ей двадцать четыре, она переросла все это, и мы вместе смеемся над прошлым.
– Не уверена, что мы когда-нибудь дорастем до того, чтобы смеяться, оглядываясь на прожитые годы. Но понимаю, что ты хотел этим сказать.
– Как долго ее отец пробудет в местах не столь отдаленных?
– Еще несколько месяцев. Он заключил какую-то нелепую сделку, дав показания против федерального регулятора, которого подкупил. Получил в итоге тридцать месяцев, а не тридцать лет, которые на самом деле заслужил.
– Что будет, когда он выйдет? Иззи уйдет жить к нему?
– Не знаю. Думаю, да, но мы еще не говорили об этом. Живем сейчас одним днем.
Стали объявлять имена игроков. Когда прозвучало имя Иззи, мы с Хантером вскочили и стали аплодировать. Она посмотрела на трибуны, сначала было улыбнулась нам, но потом взгляд переместился на несколько рядов выше, и слабая, обращенная к нам улыбка мгновенно превратилась в солнечное сияние. Иззи помахала кому-то. Мы с Хантером проследили за ее взглядом и увидели высокого, похожего на индуса юношу, который одиноко сидел в верхнем ряду.
– Кто это? – спросил Хантер, когда мы отвернулись, кивнув в сторону верхней трибуны.
Он видел Иззи всего один раз, но в голосе уже появились покровительственные нотки.
– Должно быть, Якшит, – вздохнула я.
– Пардон? – поднял брови Хантер.
– Парень, в которого она влюблена. Его зовут Якшит.
Хантер покачал головой и проворчал:
– Еще один бедный ублюдок.
* * *
– Ты забила 60 процентов свободных бросков, – сказал Хантер Иззи. – У тебя отличный выстрел. Но ты определенно можешь больше. Во время броска ты щелкаешь мяч большим пальцем ведущей руки, и это заставляет его лететь влево.
– Тренер то же самое говорит.
– Ты в состоянии попытаться сжимать вместе большой и указательный пальцы ведущей руки?
– Пытаюсь, но все время забываю об этом во время игры.
– Тебе нужен ремешок для бросков. Вернемся к основам. J‑образный ремень и пятьдесят дополнительных бросков в день после тренировки. Через несколько недель ты автоматически сможешь все делать без ремня. Могу захватить тебе один.
– Отлично. Что еще?
В это время я посмотрела на телефон. Почти полвосьмого. После игры мы зашли в кафе, чтобы Хантер смог изложить Иззи свои соображения. Но игра закончилась поздно, перешла в дополнительное время, а Хантер в кафе, извинившись, отвлекся на деловой звонок и протрепался без малого полчаса. В итоге до свидания у меня оставалось полчаса. Еле-еле хватит, чтобы отвезти Иззи и доехать до места встречи с Маркусом.
Хантер заметил мой взгляд на телефон и усмехнулся. Не удивлюсь, если он просидел на улице полчаса просто так, без всякого делового звонка.
– Простите, выйду на минутку. Надо сделать один звонок.
На улице я, извинившись, перенесла свидание с Маркусом на полчаса. Это укоротит свидание – мне не нравилось оставлять Иззи одну на ночь, поэтому я всегда старалась возвращаться домой не позднее десяти. Могла бы и отложить встречу, но не хотела давать Хантеру повод для радости.
Когда я вернулась к столику, Хантер встал.
– Мы отвлекли тебя от свидания?
– Вовсе нет. Перенесла на полчасика, – сладко улыбнулась я.
Я села, и Хантер с Иззи вернулись к своим баскетбольным разборкам.
– Когда бросаешь с большого расстояния, из трехочковой зоны, ты должна опускать локоть, чтобы придать больше силы полету мяча.
– Думала, я опускаю.
– Недостаточно. К тому же при броске наклоняешься вперед. Дай-ка покажу тебе.
Хантер встал и протянул мне руку.
– Наталья?
Неохотно я протянула руку. Он помог мне выйти из-за столика и развернул спиной к себе. Схватил меня за бедро и стал поднимать мою руку. Словно я кукла какая-то.
– Вот здесь ты отпускаешь.
Он задержал мою руку над головой.
Я автоматически наклонилась вперед, следуя за собственной рукой. Хантер провел пальцами по моему боку, очерчивая ими фигуру. Меня охватила дрожь.
– Видишь, как естественно она наклонилась? А теперь посмотри на позу, если бы она отпустила раньше.
Хантер снова сымитировал с помощью моей руки бросок мяча, но остановил ее ниже, чем в прошлый раз. И снова пробежался пальцами по моему боку, как по роялю. Только сейчас медленней. Увлеченная уроком Иззи не видела больше ничего вокруг, но, боже, что творилось со мной!
– Видишь? Никакого изгиба.
После этих слов он коснулся моего бедра.
Мы сели обратно за столик, и Хантер спросил:
– Когда следующая игра?
– В четверг вечером.
– Извини, не смогу… А следующая?
– В субботу утром. Но это выездная игра в Вестчестере.
– Поработай над тем, о чем мы говорили. Я буду там.
Иззи просияла.
– Отлично.
К тому времени, когда был оплачен счет (тренер Делусиа запретил мне смотреть в него), я опять опаздывала на свидание.
Как только мы вышли на улицу, Иззи стала строчить сообщения.
Я повернулась к Хантеру.
– Как я понимаю, увидимся в субботу?
– Захвачу вас. Поедем вместе.
Я согласилась только потому, что не любила проезжать через мосты. Разумеется, только поэтому.
– Иззи, попрощайся с Хантером и поблагодари его.
Оторвавшись на две секунды от переписки, она одарила своего тренера искренней улыбкой.
– Спасибо и спокойной ночи, Хантер.
– Не за что, Иззи.
Девчонка тут же снова уткнулась в телефон.
– Спокойной ночи, Наталья.
Я оставила попытки поправлять его и говорить, чтобы меня звали Нат. Но почему его манера произносить мое имя звучит так по-декадентски?
Я откашлялась.
– Доброй ночи, Хантер.
Он дотронулся до моего бедра и наклонился, чтобы поцеловать в щеку. Потом наклонил голову поближе к уху и произнес:
– Не спи сегодня с этим ублюдком, чтобы выбросить меня из головы. Не сработает.
Глава 13
Наталья
– Прости, что ты сказал?
Боже, проклятый Хантер, я была готова убить его. Это он во всем виноват.
Маркус сдвинул брови. Мы сидели вдвоем за уютным столиком в глубине приятного ресторана, и к тому же дорогого. Но я все еще не могла как следует сосредоточиться.
– Спросил, не хочешь ли в воскресенье днем пойти на открытие галереи.
– О, извини. Сегодня был тяжелый рабочий день, в голове все еще пациент, – солгала я. – Эм-м‑м… звучит прекрасно.
К сожалению, мне вовсе не хотелось тащиться в воскресенье на открытие галереи. Согласилась только потому, что нуждалась в какой-то защите от Хантера. Маркус как раз и был таким препятствием на пути к этому человеку.
Маркус – прекрасный парень, и я очень хотела испытывать к нему хоть какое-то влечение, но увы… Час назад Хантер ощутимо напомнил, что такое настоящее притяжение мужчины и женщины. Нельзя заставить химию появиться на пустом месте, так же как невозможно уничтожить ее. Но на одной химии долго не продержишься. Она может соединить людей, но в одиночку не способна надолго удержать их вместе. Отношения держатся на доверии, уважении и психологической совместимости. Именно этот клей скрепляет пару.
С бывшим мужем меня соединила вся химия мира, но этого самого клея не было, в итоге мы и разошлись.
Маркус перегнулся через стол и взял меня за руку.
– Не нужно так волноваться насчет этого открытия, – пошутил он.
– Прости. Просто был тяжелый день. Ты ни при чем. Правда.
Он переплел наши пальцы.
– Как прошла игра твоей падчерицы?
– Они выиграли в овертайме.
– Очень мило со стороны тренера сделать разбор после игры. Должно быть, он очень предан своему делу.
Я упомянула, что освобожусь поздно, потому что Иззи нужно получить пару советов от тренера.
– О, это не ее тренер. Это был Хантер – друг моей подруги.
– Тот парень из Калифорнии?
Мои брови сами собой опустились.
– Ага. Он здесь по делам. Как ты узнал, что он из Калифорнии?
– Ты упомянула об этом на первом свидании.
– Я?
– Несколько раз, – кивнул он. – Когда мы разговаривали о твоей поездке.
– Надо же.
Я почувствовала необходимость объясниться.
– В колледже он играл в баскетбол, пришел на игру и дал ей несколько советов.
До конца свидания я предпринимала неимоверные усилия, чтобы не отвлекаться на свои мысли. Невнимания Маркус не заслужил.
После ужина Маркус любезно настоял, чтобы проводить меня.
– Понимаю, тебе нужно идти домой к Иззи. Но, может, в воскресенье после арт-галереи я смогу приготовить тебе ужин у себя дома?
Третье свидание. Да, я была сексуально озабочена. Собственно, и затеяла-то все эти свидания, чтобы поправить дело. Но к сексу с Маркусом я определенно не готова.
– В воскресенье вечером еду на ужин к маме. Соберутся все сестры.
Улыбка Маркуса увяла.
– Может, в следующий раз.
– Конечно.
Маркус наклонился и поцеловал меня. Во время сего действа я сосредоточилась на его технической стороне. Как будто мне нужно размышлять, что делать с языком, губами, даже с руками. Полная противоположность поцелую Хантера. С ним я была не способна думать. Голая страсть и полное отсутствие контроля. Поцелуй Маркуса оказался… приятным. Милым.
Когда мы прекратили целоваться, у меня даже не нарушилось дыхание.
– Так я увижу тебя в воскресенье?
– Да, в воскресенье.
Боже, как же все это получилось неловко. Я не знала, как побыстрей скрыться в подъезде.
– Еще раз благодарю за ужин.
Постучала в дверь живущей напротив миссис Викман, чтобы дать ей знать, что я дома. Иззи уже пятнадцать, время, когда ей нужна нянька, прошло. Но все же я просила соседку присматривать за девочкой во время моего отсутствия.
Иззи уже практически заснула на диване под включенный телевизор. Не стала будить ее, просто укрыла одеялом. Ноутбук работал, а когда подошла закрыть его, заставка исчезла и на экране высветились последние данные. Это были результаты поиска в Гугле имени ее отца.
После его ареста я несколько раз заставала Иззи за этим занятием. В то время я полагала вполне естественным, что девочку интересуют причины его ареста. Но это было больше двух лет назад.
Вероятно, присутствие Хантера на сегодняшней игре заставило ее скучать по отцу. Как бы тот ни обманывал меня, для Иззи он был хорошим отцом. Никогда не пропускал игру, они часто вместе сражались друг с другом в баскетбол.
Вздохнув, я закрыла ноутбук, потом выключила телевизор. Ну почему мужчины в моей жизни такие трудные?
* * *
Звонок затрезвонил на полчаса раньше. Я прибежала домой поздно и только что вышла из душа. Надеялась, что соседка из квартиры 4Д снова забыла ключи.
– Говорите.
– Доброе утро, душистый горошек.
Сквозь динамик голос звучал еще более сексуально. Соски тут же напряглись как по команде.
Посмотрев вниз, я сказала им:
– И что мне с вами делать, ребята? Разве не знаете? Начинаешь надеяться слишком быстро, а потом горькое разочарование.
Нажала на кнопку громкоговорителя.
– Четвертый этаж.
И открыла дверь.
Через несколько минут Хантер вышел из лифта и неторопливо направился ко мне по коридору. Естественная, слегка развязная манера делала его походку еще более сексуальной. Не говоря уже о том, что этот парень опять надел рабочие ботинки. По какой-то неизвестной причине эти вещи по-настоящему сводили меня с ума. Неподвижно стоя у входной двери, я не могла не восхищаться и всем остальным. К сожалению, соски от этого прыгнули еще выше.
Хантер опустил глаза, конечно же, все заметил и с триумфальной улыбкой посмотрел на меня. Подняв глаза к небу, я посторонилась и впустила его внутрь.
Разумеется, он остановился в дверях, так что мы оказались практически прижатыми друг к другу.
Наклонившись, чмокнул меня в щеку, потом нагнулся еще ниже. Казалось, чтобы, как обычно, произнести несколько словечек, от которых в сочетании с невинным поцелуем волосы у меня на шее вставали дыбом.
Только на этот раз Хантер не произнес ни слова. Вместо этого он сделал отчетливый глубокий вдох и застонал. Я тут же почувствовала, как это дыхание с грохотом понеслось к кончикам пальцев на ногах, делая по пути остановки в самых интересных местах.
Серьезно? Нат, ты раскисаешь от одного гребаного вдоха? Потребовалось не меньше тридцати секунд, чтобы прийти в себя, и я отправилась вслед за Хантером вглубь квартиры.
– Раненько ты.
Хантер поднял вверх пакет, который я прежде не заметила.
– Принес завтрак.
– «Джамба Джус»? – прочитала я название.
– Овсянка с бананами, измельченным кокосовым орехом и коричневым сахаром.
Глаза у меня полезли из орбит.
– Это же мой самый любимый завтрак в мире.
– Знаю. Белла сказала мне.
– Ты звонил моей матери узнать, какой завтрак я люблю?
– Нет. Она сама позвонила мне вчера вечером, чтобы пригласить на ужин в воскресенье. Ну а я упомянул, что мы собираемся на игру Иззи. Она предположила, что я захвачу завтрак по дороге, и сказала, какой ты предпочитаешь.
– Ну разумеется, она это сделала, – проворчала я себе под нос.
– Давай поедим, – улыбнулся Хантер, – а то остынет.
Глупо было бы лишиться самого прекрасного в мире завтрака в знак протеста против новоиспеченной дружбы моей мамы и Хантера. Так что я уселась и погрузилась в это наслаждение.
Молчание длилось все то время, пока я набивала рот овсянкой. Вдруг заметила, как дергаются губы Хантера, когда он смотрит на меня.
– Что такое?
– Я правильно понимаю, что тебе действительно нравится эта бурда?
– Больше, чем секс, – проговорила я с набитым ртом.
– Тогда тебя просто не трахали по-настоящему.
Я подавилась, не успев проглотить овсянку, задыхаясь и брызгая слюной.
Хантер уронил ложку. Казалось, он готов прыгнуть через весь стол, чтобы реанимировать меня.
Подняв руку, чтобы остановить его, я с трудом выговорила:
– Все в порядке. Воды.
Хантер схватил стакан, наполнил его, а я в это время старалась отдышаться. Потом пыталась залить водой горящее горло.
– Уверена, что в порядке?
– Ага, – похлопав себя по груди, чтобы убедиться, что там все опять идет своим чередом, сказала я.
Хантер уселся на место.
– Нельзя болтать, пока не проглотишь.
– Это ты не должен говорить неподобающие вещи.
– Ты первая начала. Открываешь дверь со своими торчащими сосками, чертовски завлекательно пахнешь, заводишь разговор про секс. Думаю, среди здесь сидящих неподобающим образом ведешь себя именно ты.
Я выпучила глаза.
– Сам явился на полчаса раньше. Я только-только приняла душ, поэтому соски и торчали. Тебе понравился запах? Это называется мыло. И я вовсе не заводила речь о сексе. Просто употребила метафору, чтобы показать, как мне нравится овсянка.
Хантер зачерпнул из контейнера полную ложку овсянки и, прежде чем отправить ее в рот, произнес:
– Единственное, что я услышал во всем объяснении, – это соски и секс.
* * *
– Как прошло свидание вчера вечером?
Прежде чем вернуться на дорогу, Хантер скользнул по мне взглядом. По пути на игру мы застряли в пробке на мосту.
– Чудесно.
Он усмехнулся.
– Что?
– Ты маленькая врунишка
– О чем это ты? Я не врунишка.
– Ты снимаешь воображаемую ворсинку с одежды, когда врешь. И ты только что сделала это. Как раз когда говорила, что свидание было клевым.
– Рехнулся?
Хантер пожал плечами.
– Как знаешь…
Прошло несколько минут неловкого молчания, прежде чем он заговорил снова.
– Ты вернулась домой?
– А вот это реально не твое дело.
– Хочешь знать, что я думаю?
– Нет.
– Думаю, вы поцеловались вчера вечером. Но ты сравнила тот поцелуй с нашим и осознала, что всего лишь хочешь хотеть того парня, а не получается.
Я сощурилась.
– У нас был секс, во время которого мне было не до мыслей о тебе.
– Правда? – Хантер мельком взглянул на меня.
– Правда.
С этими словами я отвернула разгоряченное лицо к окошку.
Хантер наклонился совсем близко ко мне.
– Что это ты делаешь левой рукой прямо сейчас?
По спине пробежал мороз. Я снимала воображаемую ворсинку с джинсов. Будучи пойманной на лжи и не зная, что сказать, я просто-напросто отвернулась.
Но злорадную ухмылку поймать успела.
Через несколько минут он вздохнул.
– Позволь пригласить тебя на ужин сегодня вечером?
Я гордо проигнорировала приглашение.
– Ты не брала подвязку, которую я поймал на свадьбе Дерека и Анны? Не могу найти ее с тех пор, как покинул гостиничный номер.
– Еще чего. Конечно, не видела.
– Черт. Я ведь хотел сохранить ее.
И тут Хантер сменил тему. По ходу, его ум действует реально в одном направлении.
– Ну так… что скажешь? Позволишь отвести тебя на ужин сегодня?
– Нет.
– Ты ужинала с несчастным ублюдком, тебе с ним даже не нравится целоваться, а мне отказываешь?
– Именно, – кивнула я.
– Меня влечет к тебе. А тебя ко мне. Не понимаю, в чем дело.
Я решила быть честной и ничего не скрывать от Хантера.
– Как-то, когда мне было двенадцать лет, я рано вернулась домой из школы. Нам освободили полдня под родительские собрания. На холодильнике висел календарь с расписанием и другими занятиями. Мама вела его – с четырьмя девчонками он был всегда заполнен. Но именно в тот день мама забыла записать, что у нас короткий день. Оба родителя работали, так что я была девочкой с ключом на шее, сама приходила домой и занимала себя. Из маминой комнаты доносился шум. Подумав, что она забыла выключить телевизор, как иногда бывало, я вошла туда и увидела, как отец занимается сексом с лучшей маминой подругой.
– Черт. Сочувствую.
– Отец умолял ничего не говорить маме, клялся, что это случилось один-единственный раз. Грозил, что если я скажу, то у мамы будет разбито сердце, а я разобью семью.
– Вот дерьмо. Твой отец должен был собраться и сам все ей рассказать. Не взваливать эту ношу на тебя.
– Точно. Теперь я это знаю.
– Ты рассказала ей?
– Только через несколько недель. Однажды вечером увидела, какими глазами отец смотрит на ту женщину. Не могла терпеть, чтобы маму так унижали. Хотя мне исполнилось всего лишь двенадцать, я поняла, что у них был вовсе не один-единственный раз. Когда наконец рассказала все маме, он признался, что влюблен в ее подругу. Отец ушел, а мама надолго погрузилась в депрессию.
– Иногда делать правильные вещи – полный отстой.
– Ага, – выдавила я из себя улыбку.
Некоторое время я смотрела в окно на проплывающие мимо деревья.
– Муж не изменял мне, но и не говорил, что деньги, на которые мы живем, он крал у ничего не подозревающих клиентов. Что годами занимался мошенничеством. Не упомянул также о том, что на пентхаус, в котором мы живем, наложено взыскание, а также о том, что набрал кредитов на мое имя. Через две недели после его ареста мне пришлось съехать, банковский счет был перерасходован, а кредитная история находилась в полном дерьме, потому что он направлял счета по кредитным картам в свой офис и не оплатил ни одного из них. К счастью, лучший друг моего мужа чудесным образом поддержал меня и был настолько мил, что нашел мне жилье. Правда, он считал, что в ответ на его любезность я должна заняться с ним сексом.
– Мужики в твоей жизни были полным дерьмом. Это я уже понял.
– Ну да, – вздохнула я. – У меня теперь дефицит доверия. Но это еще не все. Я не поехала в колледж, как хотела, потому что не решилась оставить маму одну. Мама никогда не просила меня об этом. Наоборот, изо всех сил настаивала, чтобы я уехала учиться. Когда мы поженились с Гарретом, он хотел, чтобы я стала женой-домохозяйкой. А ведь моя карьера тогда только начиналась. Но я оставила профессию ради него. А сейчас нахожусь на таком отрезке жизни, когда должна сосредоточиться на себе. Я люблю свою профессию. Да и Иззи нуждается в моем внимании. Не могу позволить себе раствориться в ком-то, даже если меня и тянет к этому человеку.
Хантер кивнул, но по его профилю я догадалась, что он разочарован.
– Не понимаю только одного.
– Чего именно?
– Зачем ты встречаешься с Маркусом?
– Не осудишь, если скажу правду?
– Ни в коем случае.
– Потому что он на самом деле приятный парень, а я боюсь не только раствориться в ком-то, но и воздержания тоже. Раствориться в нем мне не грозит. В этом есть смысл?
Мы приехали в школу на игру Иззи. Хантер поставил машину на парковку и повернулся ко мне.
– В этом есть большой смысл. Во всем этом. Я живу за три тысячи миль отсюда и определенно не ищу отношений. Точно так же, как у тебя есть свой багаж, у меня есть свой. В этом городе я всего на два месяца. Мы можем спасаться от воздержания вместе – секс и ничего больше, кроме удовольствия. До определенной черты. Это удержит тебя от общения с этим чертовым парнем, которого ты даже не хочешь, и мы сможем растворяться друг в друге только в постели.
Он смотрел мне прямо в глаза.
– Подумай об этом. Просто секс, не любовь.
