Текст книги "Секс без любви"
Автор книги: Ви Киланд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)
Глава 26
Наталья
Когда я вошла в бар, Хантер и Дерек уже торчали там. Увидев меня, оба поднялись со своих мест. По пути к ним я поняла, что это наш первый с Хантером совместный выход в свет. Последние несколько недель мы старались проводить вместе столько времени, сколько возможно. Завтракали, если не получалось встретиться вечером, устроили праздничный ужин для дюжины подростков на шестнадцатилетие Иззи, болели за нее на баскетбольных матчах, ходили на дневные киносеансы в перерывах между моими консультациями. Однажды даже пообедали на крыше его рабочей площадки. А о том, сколько мы трахались, не стоит даже упоминать. Удивляюсь, как вообще могла ходить. Но все это время мы варились в своем соку. Не считая Иззи, мы всегда были один на один.
Поэтому, приближаясь к мужчинам, я не представляла, как нужно вести себя с Хантером. Но он разом прекратил все мои внутренние сомнения, как только я подошла к ним. Взяв за руку, вплотную притянул меня к себе, слегка дернул за волосы, так что голова откинулась назад, и с видом собственника поцеловал в губы.
Вполне удовлетворенная таким приветствием, я улыбнулась, выдохнула «привет» и обратила внимание на Дерека.
– Как поживает папочка моей сладкой крошки Каролины?
Улыбнувшись, Дерек наклонился, чтобы чмокнуть меня в щечку.
– В порядке. Как считаешь, буду выглядеть полным слабаком, если признаюсь, что скучаю по ее запаху?
Я выдохнула из самого сердца.
– Вовсе нет. Слова настоящего мужчины.
– Эй… а как насчет меня? – с упреком произнес Хантер.
– О‑о‑у… чувствуешь себя обделенным, потому что я сделала комплимент другому мужчине? Это мило, мое сердечко растаяло, когда услышала, что Дерек скучает по аромату малышки. Это самая романтичная вещь, которую я когда-либо слышала. Не уверена, что сможешь превзойти ее, красавчик.
Хантер обхватил меня за талию и притянул к себе.
– Тоже скучаю по твоему запаху.
– Это не романтика, а извращение, – подтолкнула я его локтем.
– В чем же разница?
Мы дружно рассмеялись, а Хантер пододвинул барный стул так, чтобы мы втроем образовали тесный кружок. Мы болтали о детских фотографиях, о новой страсти Анны к тому, чтобы все в доме имело природное происхождение, о последних успехах Каролины.
– Ой, почти забыл – ребята, Анна попросила позвонить ей, пока мы вместе. Дала специальную инструкцию заказать вам обоим по коктейлю «Мимоза» и выйти на связь.
Хантер уже успел заказать бокал вина для меня. Я поднесла его к губам.
– Можем обойтись и без «Мимозы». Скажу ей, что ты заказал, если спросит.
– Ну уж нетушки. Не представляешь, что творится с гормонами моей женушки. У меня нет выбора.
Дерек подозвал бармена, заказал три коктейля, потом набрал номер Анны.
– Привет, крошка! Ты на громкой связи.
– Ты заказал им «Мимозу»?
– Конечно. Себе тоже взял.
– После разговора пошли мне парочку фото вас всех с напитками.
Дерек поднял бровь, как бы говоря: ну что?
– Будет сделано.
– Привет, Нат! – воскликнула Анна.
– Салют!
– Привет, Хантер! Хорошо присматриваешь за моей девочкой?
– Стараюсь, – ответил тот, слегка сжимая мое колено.
– Как бы мне хотелось быть сейчас с вами, ребята! Но для Каролины слишком рано лететь в самолете, кишащем всеми этими микробами. Так что раз у Дерека на этой неделе все равно дела в городе, сделала все возможное, чтобы быть к вам поближе. Дерек, у тебя все готово?
Ее муж покачал головой, показывая, что считает Анну немного ку-ку, но беспрекословно полез в карман.
– Все готово.
– Отлично. Показывай первую фотографию.
Дерек держал в руках фото с изображением нас с Анной. Нам было всего годика по четыре или по пять, и мы обе толкали перед собой старые детские коляски с лежащими в них куклами.
– Нат, я знаю тебя всю свою жизнь, – сказала Анна. – Ты лучшая подруга из всех, о которых можно лишь мечтать. Когда думала, о чем хочу сказать сегодня, в день нашей встречи, попыталась вспомнить, когда просила тебя о помощи, чтобы ты появилась рядом. Но не смогла… Потому что за последние двадцать лет каждый раз, когда я нуждалась в помощи, мне не приходилось тебя просить. Ты оказывалась рядом, когда я еще не успевала открыть рот.
Голос у Анны дрогнул, и я поняла, что она расплакалась.
– Ты мой человек, Нат. Я люблю тебя и доверяю тебе свою жизнь.
Я тоже была растрогана.
– Тоже люблю тебя, Анна.
Она откашлялась.
– Твоя очередь, Дерек. Следующая.
Дерек покачал головой, но, перетасовав фотографии, вытащил старый снимок, на котором, как я предположила, были он и Хантер.
– Ты избил Фрэнки Мансона за то, что тот в шестом классе обозвал меня ботаником. А в восьмом, когда я был слишком робок, чтобы пригласить девочку на танцы, позвал на дискотеку двух самых горячих девчонок. А в десятом, когда ты был капитаном футбольной команды, а я капитаном команды по дебатам, ты не парился, что дружишь с ботаником. Ты всегда прикрывал мою спину, бро!
– Давай следующую, – вмешалась Анна.
Дерек вытащил еще одну фотографию из задней части стопки, которую держал в руке. Это было изображение меня и Хантера с их свадьбы. Никогда его раньше не видела. Прекрасно помнила тот момент, но не имела представления, что кто-то его запечатлел. Хантер только что перебил меня у отца Анны, с которым танцевала, и я с улыбкой подшучивала над ним, изо всех сил пытаясь не показать, как на меня действует его тесно прижавшееся тело. Это был великолепный по своей откровенности снимок: я с усмешкой повернула голову к Хантеру, а он наклонился ко мне со своей обычной сексуальной полуулыбкой. Не заметить искру между нами было невозможно.
Когда Анна снова заговорила, мы с Хантером переглянулись.
– Итак, поскольку вы оба – наши люди и мы доверяем вам наши жизни, мы хотим, чтобы вы стали такими же своими и для нашей дочки, если с нами вдруг что-то случится.
Анна сделала паузу.
– Последнее фото, милый.
Дерек еще раз порылся в стопке и извлек снимок малышки Каролины. Ее нарядили в комбинезончик с логотипом фильма «Крестный отец».
– Хантер и Нат, согласны ли вы стать крестными родителями нашей дочки?
Удивительно, как мое лицо не треснуло от широчайшей улыбки. Я вскочила с барного стула, обняла Дерека и, схватив телефон, закричала в трубку: «Да, да!»
Хантер вел себя более сдержанно: он подошел к другу и пожал ему руку.
– Это честь для меня, мужик.
После того как Дерек повесил трубку, я попросила бармена сфотографировать нас троих с «Мимозой» в руках.
Потом отослала наш снимок Анне. Она же мне свой – с моей будущей крестницей в одной руке и безалкогольным напитком в другой.
– С датой крещения мы не определились, потому что маленькое семейное торжество моя женушка попытается превратить в свадьбу номер два, – пошутил Дерек, – мы думаем, недели через три от воскресенья, то есть двадцать пятого числа.
Я мысленно посчитала. К Гаррету я ездила десятого числа, так что в этом месяце могу запланировать визит до семнадцатого. Отлично. Может, заберу Иззи из школы в пятницу, а полечу в четверг, устрою долгие выходные. Посмотрела на Хантера.
– Как думаешь, у тебя получится взять выходной, чтобы нам улететь пораньше?
Хантер потупил глаза, потом посмотрел на меня. В его взгляде читалось опасение.
– Я буду уже в Калифорнии.
– Вот как. Хорошо. Не знала, что у тебя запланирована еще одна поездка.
Попыталась отмахнуться от этого, но пустота внизу живота сказала мне все раньше слов.
– Может, получится договориться и полететь вместе обратно.
Хантер дотронулся до моей руки и сказал торжественным мрачным голосом:
– Обратно я тоже не полечу. Работа в Нью-Йорке закончится до крестин. Двухмесячный срок командировки истечет, и я буду уже дома, в Калифорнии.
Вот это да… Это больно. Он ни в коем случае не был злым или грубым. На самом деле мягкость его тона, нежность прикосновения ясно говорили о том, что он понимал, как на меня подействует это напоминание. Что едва ли смягчило силу удара. Я была в полном ауте – и необязательно из-за него. Скорее, злилась на саму себя из-за того, что позволила себе так расстроиться.
С самого начала наши отношения были временными. Я шла на них с широко открытыми глазами. Единственной проблемой оставалось то, что где-то по пути я вместе с глазами так же широко раскрыла и свое сердце.
Хантер тем временем что-то сказал и ждал моего ответа. Усилием воли я выдернула себя из потока мыслей.
– Прости. Что ты сказал?
– Спросил, может, вы с Иззи остановитесь у меня на долгий уикенд?
– Конечно, – выдавила я из себя улыбку. – Посмотрим.
В течение следующих двадцати минут я делала вид, что общаюсь с Дереком и Хантером. Улыбалась и смеялась, но внутри шла битва сердца с головой. Голова вопила: ну уезжает, кому какая разница? А сердце отвечало: тебе, дурочка, тебе…
К счастью, у нас у всех были планы на вечер, и больше времени на совместную тусовку не оставалось. Дерек с Хантером шли на игру «Никсов», а я собиралась поехать к маме.
– Мне нужно на ужин. Рада была повидаться, Дерек, – я встала. – Благодарю за то, что позвали меня стать крестной матерью. Пожалуйста, крепко обними за меня лучшую подругу, когда вернешься домой.
Дерек встал и обнял меня.
– Обязательно. Увидимся в следующем месяце.
Я повернулась к Хантеру, обрадованная возможностью общего прощания и стремительного побега.
– Позвони мне, – уклончиво произнесла я.
Тут Хантер обратился к Дереку:
– Дай мне пару минут. Провожу Наталью – и потом пойдем на игру.
– Конечно, брат.
Вот тебе и стремительный побег. Положив руку на мою задницу, Хантер вывел меня из бара.
Я смотрела под ноги, не желая, чтобы Хантер прочитал то, что было написано на моем лице.
Но он обхватил мое лицо ладонями и прижался к нему лбом.
– Прости, если расстроил тебя.
– Вовсе нет, – произнесла я.
Но даже собственные уши не поверили мне.
Хантер ждал, зная, что в конце концов мне придется посмотреть на него. Когда наши взгляды встретились, он сказал, глядя прямо в глаза:
– Ты небезразлична мне, Наталья. Мне тоже не просто вот так уехать. Эти полтора месяца стали потрясающими.
В уголках глаз появились морщинки.
– Особенно последние несколько недель, когда я изматывал тебя.
Наверное, мысль о том, что я не одинока в своем страдании, должна была бы утешить меня. Но нечто невысказанное окутывало меня облаком грусти. Хантеру трудно покинуть меня, но… он не собирается оставаться. Не сделал ни малейшей попытки продолжить отношения на расстоянии. Все должно закончиться, когда наше время истечет.
– Буду тебе звонить, – с трудом выдавила я улыбку.
Хантер внимательно посмотрел мне прямо в глаза и, прежде чем кивнуть, на мгновение прикрыл свои.
– О’кей.
Прежде чем поцеловать меня в лоб, он нежно коснулся губами моего рта.
– Будь осторожна в поезде.
– Получите удовольствие от игры.
Уйти было трудно, но я знала, что должна сделать это первой. Всю дорогу через квартал до железнодорожной станции я чувствовала на себе его взгляд. Уверена, что он так и стоял около ресторана и смотрел мне в спину. Но не обернулась, чтобы проверить. Именно так и должно было случиться: нужно уходить, потому что этот мужчина не собирался оставаться в моей жизни.
Глава 27
Наталья
Мы не виделись с Хантером пять дней.
Может, для большинства пар это нормально. Будние дни у меня обычно заняты. На попечении девочка-подросток. К тому же настоящей парой мы не были. Но с того времени, как начали встречаться, мы с Хантером никогда не расставались так надолго. Всегда находили время, чтобы вместе перекусить, сходить на матч Иззи поболеть за нее, выкроить несколько часов для постели, устроить совместный завтрак… До сей поры никаких трудностей это не представляло. И не то чтобы Хантер не делал попыток. Я сама избегала встреч, и он понимал это, хотя до сих пор молчал.
Когда я нажимала на кнопку домофона, чтобы открыть дверь, у меня появилось чувство, что все переменится. После пяти дней, в течение которых я отнекивалась занятостью, откладывала ответы на его сообщения, Хантер Делусиа неожиданно появился в моей квартире собственной персоной. К его счастью, Иззи только что ушла в школу, и этот мужчина прекрасно знал, что обычно я не назначаю прием до десяти утра.
Открыв дверь, я ждала у входа в квартиру. Хантер вышел из лифта и целеустремленно направился ко мне. Меня до чертиков взбесила собственная физическая реакция на его появление. А ведь я не хотела возбуждаться. Мое раздражение отчетливо проявилось в язвительной интонации.
– Оказался по соседству и заскочил сказать привет? – произнесла я, даже не приоткрыв дверь, чтобы пропустить его.
Хантер посмотрел прямо в глаза.
– Нет, нисколько. Пришел поговорить. Иззи ушла?
Гнев поддерживал меня.
– Да. Но у меня много работы. Тебе сначала следовало позвонить, – с вызовом сказала я, скрестив на груди руки.
Он шагнул вперед, оказавшись в моем личном пространстве, и сверху вниз посмотрел на меня.
– Зачем было это делать? Чтобы ты в очередной раз отшила меня?
Хантер пристально посмотрел на меня. Я не стала отступать, хотя от близости его тела чуть не падала в обморок. Выпрямив спину, произнесла:
– Было весело, Хантер. Давай не заканчивать все на кислой ноте.
В его глазах сверкнул огонь.
– Можем пройти внутрь и поговорить?
– Не думаю, что нам есть о чем говорить. Было приятно. Сейчас все кончилось.
И тут он сделал единственный жест, перед которым я была бессильна, – протянул руку и коснулся моей щеки. От нежности этого прикосновения у меня выступили слезы.
Большим пальцем он погладил мне щеку.
– Прости, Наталья. Мне по-настоящему жаль…
Сглотнув, я почувствовала на языке соленый вкус.
– На самом деле? Что-то не похоже…
Хантер закрыл глаза.
– Можем зайти и поговорить? Пожалуйста.
Я кивнула, и он последовал за мной в квартиру.
Чувствуя, что не готова к предстоящему разговору, я тянула время, заполняла его ничего не значащими словами, лишь бы не молчать.
– Хочешь кофе?
– Нет, спасибо.
– А себе хочу приготовить.
Хантер кивнул, и я отступила на кухню в надежде, что за несколько минут передышки соображу, что сказать. Голова шла кругом, я боялась, что задохнусь, если не возьму себя в руки.
Вернувшись в гостиную, обнаружила Хантера, уставившегося в окно. Эта картина напомнила мне утро, когда я нашла его сидящим в задумчивости на балконе. Сто лет назад…
Почувствовав меня за спиной, он обернулся.
– Во сколько у тебя первая консультация?
– Через несколько часов, – не смогла соврать я.
Из сгустившегося вокруг него мрачного облака появилась грустная, но искренняя улыбка. Я была слишком взволнована, чтобы вести разговор сидя, поэтому даже не потрудилась предложить ему присесть. И начала с места в карьер.
– И о чем же ты хотел поговорить? – поинтересовалась я невинным тоном, прихлебывая кофе.
Наклонившись вперед, Хантер заправил прядь волос мне за ухо.
– Ты мне нравишься, Наталья. Очень. Нравится твоя компания. Ты красивая и умная… даже задница у тебя умная, к тому же, как ни странно, я нахожу ее до смешного сексуальной. Ну а постель… – он потряс головой. – Если б мог, проводил бы в тебе каждую свободную ото сна минуту.
Как бы прекрасно ни звучали эти слова, я знала, что это лишь вступление. Поймав его взгляд, подсказала: «Но…»
– Предполагалось, что это всего лишь секс – удовольствие на время.
Этот трусливый ответ вывел меня из себя.
– А я предполагала, что выхожу замуж за честного мужчину, а не вора. Не всегда все идет по плану, не правда ли?
– Прости, Наталья, – опустил он голову.
– Почему? – спросила я его. – Хочу знать, почему?
– Что значит почему? – поднял глаза Хантер.
– Почему ты говоришь обо мне такие потрясающие слова – о том, как сильно я тебе нравлюсь, как нам здорово вместе, – но не делаешь ни малейшей попытки продолжить отношения? Это потому, что мы живем так далеко друг от друга?
– Когда мы начали встречаться, ты была категорически против связи с любым мужчиной. И ходила на свидания исключительно для секса, намеренно исключив любую возможность более серьезных отношений. – Хантер провел рукой по волосам. – И у нас было именно такое соглашение.
– Ну и что? – повысила я голос. – У меня не было никакого соглашения на развод в двадцать восемь лет и падчерицу шестнадцати лет. Но случилось именно так. И знаешь что? Я счастлива, пусть это и не та сказочная жизнь, о которой мечталось. Иногда мы планируем ехать прямо, а жизнь делает крутой поворот, и он оказывается правильным.
Мы смотрели друг другу прямо в глаза, и в его взгляде сливалось в одно целое так много эмоций: грусть, гнев, вина, страсть… Я была уверена, что вижу мужчину, у которого есть чувства ко мне. И была не одинока. Но все же что-то мешало Хантеру пытаться идти дальше.
– Не так все просто, – произнес он.
– Я и не говорю, что все просто. Но вместо того, чтобы осознать происходящее, через пару недель ты просто попрощаешься и больше не оглянешься назад.
Когда он так и не собрался с духом для ответа, мой гнев воспылал еще больше. Поставив чашку на свой конец стола, я уперла руки в боки.
– Скажи, к тому времени, когда прилечу на крестины, ты уже найдешь мне замену? Как тебе кажется? И я встречу твою новую девушку с распростертыми объятьями, мы сделаем комплименты нашим нарядам и поболтаем о твоей выносливости в постели?
– Я бы не сделал этого с тобой… взять чужую женщину на крестины. Бог с тобой, Наталья. Даже не думаю о другой женщине.
Я поднесла к губам указательный палец.
– М‑м‑м… предполагается, что это должно быть взаимно? А что, если я захочу привезти с собой нового кавалера?
Эти слова наконец привлекли его внимание. Челюсть сжалась, а во взгляде промелькнул гнев. Но одной вспышки мне было недостаточно. Сердце требовало настоящего яростного пламени.
Так что я надавила.
– А ты спросил меня, захочу ли я остаться с тобой, когда приеду на крестины? Мои свидания тоже приветствуются? Имею в виду, оскорбит ли тебя, если в твоей гостиной будет слишком громко от наших стонов? Когда меня жестко трахают, имею обыкновение стонать. – И, помолчав, добавила: – Впрочем, тебе об этом известно, не правда ли?
Хантер сжал челюсти так сильно, что я даже испугалась за его белоснежные зубы, буквально готовые расколоться на части. И все же он еще не взорвался.
Я хотела знать причину, по которой он отказывался бороться за нас. Мне это было необходимо. В расстройстве я хлопнула себя по бокам.
– Зачем ты пришел сюда, Хантер?
– Знал, что ты расстроена и продолжаешь отшивать меня.
– И что из этого? Тебе это помогло? Убедился, что я расстроена? Мне это не помогло ни разу.
Я отвернулась, чтобы убежать, но Хантер успел схватить меня за локоть.
– Наталья.
Вырвав руку, я развернулась так быстро, что он был вынужден отступить, чтобы не раздавить меня.
– А может, тебе надо перепихнуться по-быстрому? Ради этого пришел? – И я стала возиться, расстегивая пуговицы на рубашке. – Ведь именно с этого все началось, верно?
– Остановись!
Но я не остановилась и продолжала наступать на него. Третья пуговица, потом четвертая…
– Ты заслуживаешь большего, чем я могу дать тебе.
Это была отговорка, а не объяснение. Но наконец он сказал хоть что-то верное. Я действительно заслуживала большего.
– Знаешь, когда разводились мои родители, отец сказал матери, что всегда заботился о ней, но никогда не любил ее так сильно и глубоко, как Марджери. В общем и целом он был доволен, что все так устроилось. О моем выборе Гаррета даже говорить не стоит. Ты абсолютно прав. Я действительно заслуживаю большего. Того, кто захочет быть со мной так же сильно, как я с ним. Наверное, это моя ошибка, что осмелилась дать волю чувствам, тогда как ты не обещал ничего, кроме секса. Но знаешь что… – я поймала его взгляд. – Не думаю, что была одинока в этом. Была дурочкой, воображая, что ты, как и я, нарушишь дурацкое правило о том, чтобы ограничиваться только физическими отношениями.
Глядя в пол, Хантер в смущении почесал затылок.
– Тебе пора идти, – сказала я, застегнув рубашку.
– Наталья…
Его спокойный, ровный тон заставил меня взорваться. Мои эмоции буквально прыгали по американским горкам, а его катились ровной, спокойной рекой. К дьяволу все это.
– Убирайся! Поищи на следующий месяц другую приятельницу по траху. Ах нет, подожди. На следующий квартал, верно?
Развернувшись, направилась к входной двери и без лишних слов распахнула ее. Несколько томительных мгновений Хантер стоял на месте, а потом пошел к двери. Только… не вышел, а закрыл ее, оставшись в квартире.
– Я здесь, с тобой. Просто…
– Просто что?
– Просто не могу обещать большего. Но, кажется, я также не могу выйти и в эту проклятую дверь.
Я была зла и расстроена. Что я могла сказать в ответ?
И я… поцеловала Хантера.
Наверное, это был не самый умный поступок в моей жизни. Но ничего не могла с собой поделать.
Хантеру не потребовалось и секунды, чтобы закончить внутреннюю борьбу с собой. Обхватив обеими руками мои бедра, он поднял меня и прижал к двери. Я обвила ногами его талию, руками – шею и вложила всю свою злость и ярость в поцелуй.
Я не могла быть с Хантером настолько близко, насколько хотела. Но в этот момент была на сто процентов уверена, что не одинока в своем желании. Хантер схватил пальцами мои волосы и откинул голову, чтобы сделать поцелуй более глубоким. Изо всех сил он прижался ко мне и застонал. Наши сердца бились в унисон. Не говоря ни слова, мы одновременно начали срывать с себя одежду. Поглощенная яростной страстью, я не заметила, что Хантер несет меня, пока он ногой не распахнул дверь в спальню.
Не отрывая губ и не расплетая языков, он необыкновенно нежно положил меня на кровать. Я – нет – мы совсем растворились в обоюдном желании. Это состояние длилось до конца поцелуя, когда Хантер встал, чтобы полностью раздеться. Наступил момент, когда мы оба могли протрезветь от охватившего нас возбуждения.
Наши взгляды встретились, и Хантер замер, расстегивая молнию на джинсах.
– Хочешь остановить меня? Только скажи.
Еще десять минут назад я выгоняла его. Но сейчас хотела чувствовать этого мужчину внутри себя больше, чем дышать. Разумеется, теперь я могла оправдать все что угодно. Что изменят две недели? Меня уже захватило чувство к нему, и не похоже, что сексуальное воздержание поможет делу. Взгляд упал на мощную выпуклость, которая, казалось, готова была прорвать джинсы Хантера.
Как же… Похоже, две недели ничего не изменят.
– Нет, – прошептала я, – не хочу, чтобы ты останавливался.
Жаркое пламя вытеснило нерешительность из взгляда Хантера. Он вытащил из бумажника презерватив, бросил обертку на пол и одним рывком сорвал с меня оставшуюся одежду.
Нависая надо мной, он потерся об меня своим членом и вопросительно заглянул мне прямо в глаза, ища окончательный ответ.
Увидев утвердительный кивок, он уже было наклонился в поисках моего рта, как я вдруг передумала.
– Подожди.
Хантер замер в сантиметре от моего носа.
Если уж я решилась, то хочу максимально контролировать ситуацию.
– Хочу быть сверху, – скомандовала я.
Облегчение волной пробежало по его прекрасному лицу. Он мгновенно перевернулся на спину, посадив меня сверху.
– Поскачи на мне, детка, – хрипло выдохнул он. – Оседлай меня жестко.
Приподнявшись на коленях, я взяла его «малыша» в свои руки. Он был таким толстым, что не хватало длины пальцев. Хантер поднял мои бедра так, чтобы удобно было войти. Витавший в воздухе запах секса пропитывал все вокруг.
Я смотрела на Хантера сверху вниз. Уступив мне контроль, в котором я так нуждалась – пусть он ничего и не значил, – этот парень выглядел совершенно отчаянным.
– Черт, – взревел он, когда я опустилась на него.
Сильные пальцы сжали мои бедра так крепко, что завтра на них наверняка появятся синяки. И я хотела, чтобы они появились. Хотела запечатлеть в памяти каждую секунду своей власти над этим мужчиной. Глядя ему прямо в глаза, я все глубже погружала его член в себя. Он с шумом выдохнул мощный поток воздуха, который я с готовностью вдохнула, скользя вверх и вниз, позволяя ему все глубже и глубже входить в меня.
Хантер – мужчина крупный, и в этом положении взаимодействие было почти болезненным. Но я наслаждалась этой болью. Откинувшись назад, оперлась на его бедра и выгнула дугой спину. Садясь все ниже и ниже, я наконец почти прижалась своей задницей к его яйцам.
– Господи Иисусе. Помедленней, Наталья!
Предчувствие опасности того, что произойдет, если я не замедлю движения, только подстегнуло меня. Я двигала бедрами то взад и вперед, то по кругу. По мере моих отчаянных попыток, чтобы Хантер потерял контроль над собой, напряжение на его лице становилось поистине чудовищным. Я жестко оседлала его, полные груди с каждым скачком прыгали вверх и вниз, пот покрывал все тело, бедра дрожали от предвкушения.
Большим пальцем Хантер дотронулся до моего ноющего клитора и начал круговыми движениями потирать его, заставляя мои бедра двигаться в унисон. Мое дыхание стало прерывистым, потом разразилось в стаккато, вместе с оргазмом вырвался стон.
– Хантер, – выкрикнула я.
Он ответил, сжимая в кулаке мои волосы и притягивая мой рот к своим губам. Когда его язык проник внутрь, поцелуй смел остатки реальности, за которую я цеплялась. Я полностью растворилась в этом мужчине.
Это было слишком – пальцы, мастерски массирующие мой клитор, постоянное стимулирование самых чувствительных мест внутри меня, его рука, вцепившаяся в мои волосы, требовательный рот… Волны оргазма проходили сквозь меня, сотрясая все тело. Стоны пропадали в наших слившихся ртах.
Задыхаясь, я хватала ртом воздух, а Хантер ослабил хватку, отпустив мои волосы, так что он мог видеть мои последние содрогания.
– Дьявольски красива. Как ты дьявольски красива.
А потом вернул себе контроль, который, как я думала, передал мне. Хантер обхватил мои бедра и стал поднимать меня вверх и опускать вниз, чуть не освобождаясь из-под меня. Каждый раз он всаживал меня все сильнее и глубже, трахал снизу, потом поднимал. Отчаянная решимость, написанная на его лице, была самой сексуальной вещью, которую я когда-либо видела.
– Дьявол, – стиснул он зубы. – Я вот-вот кончу.
Он совершил последний толчок и, глубоко войдя в мое тело, громко застонал. Восхитительно было наблюдать, как напряжение на его лице сменяется абсолютным блаженством.
Совершенно обессиленная, словно в теле не осталось костей, я рухнула на него. Зарывшись лицом в мою шею, Хантер шептал сладкие словечки в перерывах между поцелуями, которыми он покрывал меня. Боже, каким прекрасным мог быть этот мужчина!
Насытившись, я наслаждалась нежностью и купалась в наступившем блаженстве. Нам было хорошо вместе. Мне нравилось думать, что именно наша химия, а не его прошлое сделали нашу близость столь восхитительной. Я далеко не девственница, но весь опыт, который был у меня до Хантера, стал только подготовкой к настоящему действу.
Эта мысль напугала меня, когда я выплыла из тумана наслаждения. Если Хантер был моей настоящей реальностью, зачем же мне возвращаться к суррогатам?
