Текст книги "Визитёрша (СИ)"
Автор книги: Вероника Кияница
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 26 страниц)
– Кажется, тебе стоит прилечь, – сказала я, потянувшись к пуговицам на его рубашке и расстегнув первую сверху.
– Нет. Я хочу сводить тебя в одно место, – тихо ответил он, тоже принявшись расстёгивать свои пуговицы только снизу-вверх.
– А это не может подождать? – я сомневалась, что ему вообще стоит идти куда-либо прямо сейчас. Когда маг начал раздеваться, стало очевидно насколько сложно ему даётся даже это простое занятие. Медленно стягивая рукава и так же медленно расстёгивая брюки, он продолжал думать о своём и кажется не видел ничего вокруг.
Мне стало не по себе. Как я ни старалась этого не делать, всё равно думала над чем он мог работать эти дни. Самые страшные догадки, возможно страшнее действительности, заставили поёжится. От мага это не укрылось, но он быстро отвёл взгляд в сторону и вслух ничего не сказал.
– Надень что-нибудь потеплее, – заговорил он спустя какое-то время, поворачиваясь к шкафу и вытягивая чистую рубашку. – Там похолодало.
После того как Тимер принял душ и переоделся мы вышли на улицу. Взяв за руку, маг повёл меня по улице. Пользоваться экипажем, несмотря на моё предложение, он не захотел.
– Куда мы идём? – спросила я после недолгого молчания.
– Здесь близко. Скоро увидишь.
Идти, действительно, было недалеко. Мы дошли до парка, где я иногда гуляла с Отрой. Правда во время заката я его еще не видела. А нужно сказать, что в лучах садящегося солнца это место смотрелось очень таинственно, хоть и слегка пугающе тоже.
Тимер довёл меня до поляны, на окраине которой стояло большое дерево со свисающими до самой земли ветвями. Отсюда открывался неплохой вид на склон ниже и композицию цветников, но мой взгляд зацепился на дерево. Его тонкие и мягкие ветви покрывали белые бутоны с ярко-голубыми прожилками. Мелкие, размером не больше горошины каждый, но на каждой ветке таких бутонов было не счесть.
– Это оно, да? – спросила я. – Наше дерево-подсказка?
– Да. Это мереска.
– Уже бутоны…
– У нас есть чуть больше тридцати дней. Мереска долго наливается перед цветением.
Я вздохнула и всё же отвернулась от дерева, теперь смотря на раскинувшийся на склоне парк. Несмотря на завораживающую красоту этого растения, сейчас, оно напоминало о том, как короток наш срок.
Тимер подошел ко мне сзади и обнял. Уткнувшись носом в мою макушку, он застыл так на какое-то время.
– Не знаю, как начать, – произнёс он наконец.
– Начать что? – не поняла я.
Тимер повернул меня к себе. Он смотрел на меня очень внимательно и в тоже время в его взгляде читалось сомнение. Я заволновалась.
– По традиции, мы должны сидеть, а здесь нет скамьи. Не подумал…
– По какой традиции?
Тимер не ответил. Вздохнув, он осмотрелся по сторонам. Потом покопался в кармане и швырнул на землю горсть стальных шариков. Они поползли тонкими ручейками по поляне, но быстро вернулись, подкатывая к нам небольшой пенёк.
– Тимер, ты ведёшь себя странно, – отметила я, чувствуя, как начинаю волноваться и строить страшные гипотезы. – Плохие новости? Император что-то приказал? Объясни уже, а то я начинаю нервничать.
– Надеюсь, что не плохие, – Тимер вяло улыбнулся и сел на пень, подтягивая меня на свои колени. – Будем считать, что сидим с комфортом.
Сказав это, он на мгновение поджал губы, а потом полез в карман и, достав оттуда небольшой свёрток, положил его на мои колени. Затем осторожно раскрыл ткань, и я увидела стопку очень тонких и практически прозрачных браслетов. Я не считала, но сразу поняла, что там их тридцать, как и положено по брачным традициям.
– Я хорошо помню наш первый по-настоящему искренний разговор, – произнёс он, взяв первый браслет и аккуратно надев на мою руку. – Помню, что ты не хотела привязываться сильнее ни ко мне ни к этому миру, – говоря это он надел второй и неспешно потянулся за третьим. Казалось, происходящее видится мне во сне. – Знаю, ты хочешь домой. И знаю, что не имею права просить об этом… Но я прошу. Я прошу тебя остаться.
Он продолжал медленно надевать на мою похолодевшую от волнения кисть всё новые и новые браслеты, а я замерла, не зная, как быть и что ответить. Всё в моей душе кричало: «Я не хочу с тобой расставаться!», но мысль о маме заставляла молчать и хотя бы подумать перед тем, как давать ему ответ. А еще, в груди сжимало от боли. Настало время решить, кого из них в моей жизни больше не будет.
– По традиции ты должна думать пятьдесят три дня, – так и не смотря в мои глаза, а только на руку, которую бережно удерживал в своей и на которую продолжал нанизывать браслеты, продолжил Тимер. – Но если ты решишь её нарушить и ответить раньше – я буду только рад. Кажется, этот глупый обряд придуман каким-то садистом…
Поджав губу, я наблюдала за тем, что он делает и боялась того момента, когда Тимер поднимет на меня взгляд и посмотрит в глаза. Сделать ему больно в этот момент, было хуже, чем ударить саму себя.
– Но сегодня отвечать не нужно, – произнёс он беря один из последних браслетов. – Лучше, мне не знать твоего ответа, до того, как мы выйдем из лабиринта. Так будет лучше и легче, нам обоим. – сказав это он взял в руки последний браслет, который отличался от остальных. Он был черным, более широким и, в отличие от остальных, имел разъёмный механизм. Тимер раскрыл его и защелкнул на собственном запястье. – Но когда мы выйдем, я хочу услышать твой ответ, Лирэ. Такой ответ, после которого смогу надеть на тебя последний браслет и назвать своей. А до тех пор он будет на моей руке как подтверждение того, что я жду твоего решения.
Я растерянно смотрела на своё запястье. Прозрачные браслеты были едва заметны на коже. А вот мелкие, как песчинки, черные камни, залитые в стекло, блестели так ярко, что бросались в глаза сразу.
Мне понадобилось мгновение, чтобы справиться с голосом, прежде чем я смогла заговорить.
– Я люблю тебя, – прошептала я. – Это я могу сказать тебе сразу.
На лице Тимера мелькнула едва заметная и немного усталая улыбка. Маг взял моё лицо в ладони и прижался к моим губам осторожным поцелуем. Потом он медленно и нежно касался моих скул, век, лба, а я замерла в его объятьях, наслаждаясь таким сладким и болезненным счастьем.
– А я люблю тебя, – произнёс он, прижимая к своей груди. – И не перестану, чтобы ты не решила.
Мы просидели под мереской до темноты, и с того дня часто возвращались сюда встречать закаты. Здесь же мы были, когда лорд Вирэль отправил за мной очередной пузырь. Я погрузила в него заранее приготовленное письмо, в котором рассказывала маме о новых обстоятельствах и о том, когда именно мы с Тимером войдём в лабиринт. А еще, на случай, если не выйду, в этом письме я с ней попрощалась.
Пузырь исчез, оторвав несколько веток мерески, а я всё стояла и со слезами на глазах смотрела туда, где недавно был мой путь на родину.
– Скучаешь по дому? – тихо спросил Тимер.
– Только по маме, – покачала головой я. – Мне было бы проще знать, что она счастлива, но я её единственный ребёнок и… – когда я представила, как плохо будет маме, когда она прочтёт письмо, меня подвёл голос.
Тимер обнял сильнее и какое-то время мы стояли молча.
– Я знаю, если бы был способ забрать её сюда, ты бы мне сказал. Но… Неужели совсем ничего нельзя придумать? – я немного повернулась и задрала голову, смотря на лицо стоящего за моей спиной Тимера.
Маг покачал головой.
– С силой источника, ты смогла бы перетянуть её к себе, но дело не только в ритуале, – заговорил он. – Она не может переселиться в империю законно. А если я попытаюсь перенести её как некогда перенёс тебя – в обход правил… Второй раз меня не пощадят. Тебя и её тем более.
– А если попытаться перенести её через Бриторию? Зэт говорил…
– Ненавижу, когда ты про него вспоминаешь.
– Я говорю о нём только по делу, – фыркнула я. – Ты думал про Бриторию?
– Там всё ненамного проще, чем у нас. Они чаще совершают переносы, но больше переносы из этого мира в другой, а не наоборот.
– Это из-за боязни эпидемий?
– Из-за опасности эпидемий, Лирэш, – мягко улыбнулся Тимер. – Такие меры предосторожности появились не на ровном месте. Они не согласятся переносить твою мать. Никто не пойдёт на такой риск без веской причины.
– Значит, действительно не выйдет, – тихо подвела итог я. Ничего другого я и не ожидала, но мне нужно было в этом убедиться.
– Прости. Я хотел бы сказать что-то более обнадёживающее, – вздохнул Тимер.
– Я знаю, – едва слышно ответила я, уткнувшись лицом в его грудь.
Оставшиеся до нашего похода дни пролетели очень быстро. И чем меньше их оставалось, тем сильнее я хотела отсрочить неизбежное, а время, как в насмешку проносилось всё быстрее.
За день до выхода у нас состоялась последняя тренировка с Рангефом. Чувствуя близость реальных схваток, где любая ошибка могла стоить жизни мне или Тимеру, я бросалась в бой как никогда раньше. Оттачивая каждый удар из раза в раз, я не обращала внимание ни на усталость, ни на боль в мышцах. Более того – я целенаправленно заставляла себя привыкнуть к этой боли, сжиться с ней и приготовиться к тому, что боль и усталость вскоре будут моими постоянными спутниками.
Тимер же в тот день был еще более серьёзным и сосредоточенным нежели обычно. Казалось, он решил любой ценой держать себя в руках. Возможно так ему было проще справляться с напряжением – контролируя каждую свою эмоцию.
Но Рангеф с нашим состоянием не считался. Меня, несмотря на желание кидаться в схватку, он освободил после середины занятия, сказав восстанавливаться и отдыхать перед походом. Тимера, который был максимально сдержан, а бой вёл очень технично, практически не совершая ошибок, заставил бороться с еще большим числом противников. С четырьмя сразу и такой бой ему предстоял впервые.
Моего мага уложили грудью в пыль уже через мгновение.
– Сейчас жрут твою подружку, советник, – выдал Рангеф фразу, которую в этот день еще не произносил.
Тимер его выпад проигнорировал. Он поднялся на ноги в том же спокойствии, в котором начинал бой.
В следующий раз маг отбил первый удар Рангефа, отбросил одного из мальчишек, потом замахнулся на Лагейру, но на мгновение замешкался и это стоило ему удара в живот от второго мальчишки. Тимера снова повалили. Рангеф произнёс свою любимую фразу, но когда маг встал, на его лице не было ничего кроме спокойствия и сосредоточенности.
Это повторялось невыносимо долго. Как в нашу первую совместную тренировку мага из раза в раз бросали на землю, выкручивая руки и напоминая какова цена реального проигрыша. Тимер держался очень долго, но спустя несколько часов и огромное количество поражений, когда Рангеф сидел на его спине, а остальные трое держали по рукам и ногам, коронная фраза старика всё же вывела мага из себя.
Я не поняла, как, но справившись с замком, в котором его скрутили противники, Тимер подскочил на ноги, отбрасывая нападавших с такой силой, что я испугалась и бросилась к упавшей плашмя Лагейре. Когда я подбежала, девушка, тяжело постанывая, перевернулась на бок, а лежащий в нескольких шагах от этого места Рангеф засмеялся. Обернувшись, я увидела Тимера, который быстро шагал в сторону дома.
– Иди за ним. Тренировка окончена, – сказал старый учитель, садясь и потирая плечо. – И удачи. Будем ждать вашего возвращения, – он улыбнулся, и тогда лицо этого человека впервые показалось мне не безразличным и надменным, а другим – тёплым.
Я кивнула, но отвечать не стала. Меня сильно волновало состояние Тимера и ни о чем другом я думать не могла.
Как и ожидала, я нашла мага в кабинете. Упершись ладонями в каминную полку, он с ненавистью смотрел на огонь, словно там было что-то, что он хочет убить.
– Ты справился, – стараясь успокоить, я погладила его по плечу.
– Оставь меня одного, Лирэ, – не оборачиваясь, попросил он.
– Не прогоняй меня. Пожалуйста, – обняв со спины, я прижалась к нему сильнее. – Давай я помогу тебе переодеться.
– Мне нужно побыть одному.
В его голосе не звучало никаких эмоций, но нежелание советника разговаривать стало совершенно очевидным.
Не став навязываться дальше, я молча вышла из кабинета. Моё собственное душевное состояние было близко к тому, чтобы превратиться в ураган и бурю. Хотелось что-то сломать или просто сесть и разрыдаться, но я боялась позволять себе такую слабость.
Стараясь не падать духом я поднялась в нашу комнату, вымылась, переоделась, и снова спустилась вниз. Там, сев на стуле под дверями кабинета, я ждала, когда Тимер наконец выйдет.
– Он скоро успокоится, – заверила меня Отра, садясь рядом.
– Не понимаю, почему он так, – тихо сказала я, чувствуя себя подавленной.
Отра грустно улыбнулась и взяла меня за руку, рассматривая переливающиеся браслеты. Девушка водила по ним пальцем и смотрела как ободки скользят по моей руке, не позволяя ей к ним прикоснуться. Как объяснил мне Тимер, на них лежала магия, охраняющая от кражи. В моём случае это было очень важно, ведь браслеты, устойчивые к разрушительной магии не должны были попасться в чужие руки. Потому никто, кроме меня самой и Тимера, снять или даже просто схватиться за них, просто не мог.
– Я не знаю, почему, – сказала она. – Но я знаю, что пока тебя не было, он словно коркой льда покрылся. Ты бы его видела, – подруга поёжилась. – Мы почти не разговаривали тогда… – она замолчала, и какое-то время смотрела в сторону, собираясь с мыслями. – А потом, когда ты вернулась, он ожил. Но теперь, я боюсь за его жизнь в два раза больше. Боюсь за то, что будет с вами в лабиринте, и того что будет после, – она с немой мольбой посмотрела в мои глаза. – Не оставляй нас. Я не знаю, что с ним станет, если ты уйдёшь.
Обняв себя руками, я думала о том, что будет собственно и со мной, если мы расстанемся. Хотя, тратить на это силы сейчас, когда были более веские причины для страха, казалось не слишком разумным.
– И чего вы тут сидите? – устало спросил, вышедший из кабинета Тимер.
– Лирэ тебя ждёт, а я составила ей компанию, – Отра тут же подскочила на ноги, окинув нас внимательным взглядом. – Спать пойду, – уверенно добавила она и быстро ускакала, оставив нас наедине.
Тимер проводил сестру взглядом, и только потом посмотрел на меня. Опустившись на корточки, он прикоснулся пальцами ко лбу, извиняясь.
– Прости, – прошептал он, и взял мою ладонь. – Не хотел тебя расстроить.
Я поджала губы, всё еще переживая из-за того, что мы обсуждали с Отрой.
– Ну что ты? – примирительно позвал Тимер, касаясь моей щеки. – Всё в порядке?
Подумав, я решила поднять тему, давно томящую меня в редкие минуты скуки.
– Прощу, но только при одном условии.
Тимер с подозрением сощурился, но кивнул.
– Слушаю.
– Что такое шайга? – уверено выдала я.
– Что? – округлив глаза, переспросил маг.
– Раздери меня шайга – вы тут постоянно…
Запрокинув затылок, Тимер громко рассмеялся. Он прикрыл ладонью глаза и покачал головой.
– Опять ты за своё. Нет, – твёрдо, заявил он.
– Что значит нет? – возмутилась я.
– Нет, значит нет. Не скажу.
– Почему? – я скрестила руки на груди, смотря на продолжающего сидеть на корточках и потешаться мага.
– Я еще недостаточно тебя развратил, чтобы рассказывать такое, – в его глазах вспыхнул знакомый огонёк, а улыбка теперь казалась не столько весёлой, сколько лукавой.
– Так не честно.
– Ты не понимаешь. После такого неподобающего приличной девушке рассказа, я буду обязан на тебе жениться. Ну а так как я не тиран, и жду твоего добровольного согласия, то этот крайне неприличный рассказ ты услышишь только будучи моей женой.
– Похоже на шантаж, – сощурилась я.
Тимер хмыкнул.
– Еще бы, – подтвердил он и, пристав, поцеловал меня в губы.
Мы выехали тем же вечером. Тимер приказал переоборудовать для нас экипаж, и вместо лавок внутри появился мягкий матрас, подушки и тёплое одеяло. В лабиринте нас ждали бессонные ночи, а нормальный отдых полноценно восполнить не сможет даже амулет, одолженный Зэтом.
По этой же причине Тимер налил нам обоим какой-то эликсир, улучшающий сон и способный восстановить измученные тренировками мышцы. В идеале, мы могли проспать до обеда следующего дня, но у нас не получилось. Даже во сне я не могла перестать думать о том, что возможно проживаю последние часы свей жизни и эти мысли не располагали к отдыху. Вероятно, Тимер думал о том же, ведь окончательно я проснулась почувствовав, как по моим плечам скользят его тёплые ладони.
– Не хотел тебя будить, – прошептал он.
– Хорошо, что разбудил, – ответила я, обвивая рукой его шею. – Не хочу проспать эти последние часы.
– Я тоже.
Тимер подтянул меня к своей груди, и обвил руками и ногами, как любил это делать. Только в этот раз было в его объятьях что-то болезненное. Чувствуя, как он напряжен, и с какой силой сжимает мои плечи, я занервничала еще сильнее. Постепенно страх окутывал всё сильнее, заливал каждый миллиметр моего тела. Такой страх, от которого всё происходящее казалось нереальным: липким, вязким, неразборчивым.
Это ужасное состояние не отпускало меня и когда Тимер помогал переодеться в устойчивый к моей магии костюм. Тот самый, в котором я тренировалась. Когда поверх него маг накинул на меня длинную прямую рубашку, я начала надеяться, что просто сплю. Казалось такое не могло происходить в действительности. Просто не могло.
Как в тумане я вышла вслед за Тимером из кареты. Всё в том же тумане слушала слова напутствия и поддержки, которые высказывали Отра и Кале. Потом я как на ватных ногах шла за руку с Тимером к большой скале, с непроницаемо тёмной расщелиной.
Сжав мои пальцы крепче, Тимер остановился.
– Мне не нравится, как твой отец сформулировал клятву, – сказал он, беря меня за плечи и поворачивая к себе. Сама я по-прежнему была настолько заторможенной, что едва понимала значение его слов. – Думаю, лучше подстраховаться.
Сказав это, он достал нож и полоснул себя по большому пальцу.
– Тимер, тебе нельзя, – осознав происходящее, я дёрнулась, но не успела отскочить. Маг схватил меня за плечо и, смазав кровью уголок моего рта, крепко прижал к нему палец.
– Я клянусь, что зайду в источник Силы только после тебя, а из лабиринта выйду только вместе с тобой. По-другому не будет, – твёрдо произнёс он и только после этого убрал руку.
– Зачем, – простонала я, наблюдая как он быстрым движением обмотал палец платком. – У тебя и так осталось слишком мало лет, – говорить о том, что Джна по всей видимости забирает годы, как плату за проход к источнику, я не стала. Он знал это не хуже меня.
– Так нужно, – ответил Тимер и поднял на меня тяжелый взгляд.
Он снова протянул ко мне руки и аккуратно коснулся моего лица. Вытер кровь с губы, провёл ладонями по скулам, по шее. До этого момента мне казалось, что Тимер справляется лучше, чем я, но сейчас отчетливо видела, как сильно он был напуган.
– Давай не пойдём, – сдавленно прошептала я, увидев дикую, убивающую меня, тоску в его взгляде.
Тимер отрицательно покачал головой, и мягко поцеловал меня в лоб.
– Давай не пойдём, Тимер, – повторила я, вдруг поняв, что плачу, а моё тело бьёт озноб. Я не хотела туда заходить. Я не хотела умирать. Наверное, тоже самое чувствуют приговорённые к смерти, когда стоят напротив палача.
– Всё будет хорошо. Мы скоро выйдем обратно, – прошептал он, одной рукой крепче сжимая мои плечи, а второй поглаживая мокрую щеку.
– Я не хочу туда. Я не хочу… – я не могла с собой справиться. Меня колотило так, что я едва стояла на ногах. Уже не в силах бороться с подступившей истерикой, я вцепилась в его воротник, пытаясь удержаться на ногах.
– Мы скоро выйдем. Скоро выйдем, – повторял Тимер. Он приподнял меня, продолжая прижимать к своей груди и немного раскачивать. – Очень скоро.
Судорожно обвив руками его шею, я уткнулась в неё лицом и громко разрыдалась.
Мысль о том, что неизвестные твари могут разорвать меня на части, едва я зайду в тот мрак, приводила в ужас. Еще страшнее было от мысли, что первым разорвут Тимера, и мне придётся видеть его муки, и только потом умереть самой.
– Всё будет хорошо, – повторял он, пытаясь меня успокоить. – Девочка моя, не нужно так. Не нужно. Пожалуйста.
Прижимаясь к нему со всей силой на которую способна, я мысленно молила о том, чтобы он не понёс меня туда. Только бы остался стоять здесь. Жив и невредим. Полтора года счастливой жизни рядом с ним, это лучше, чем совместная смерть уже сегодня.
– Лирэш, мы должны идти.
Я судорожно покачала головой, так и не отрывая лба от его шеи. Я не могла его отпустить, даже чтобы немного отклониться и увидеть лицо. Просто не могла себя заставить.
– Лирэш, – он поставил меня на землю, и осторожно отцепил мои онемевшие от страха руки от своей одежды. Сжал их в своих ладонях, растёр. – Мы скоро оттуда выйдем. Слышишь? Совсем скоро.
Я старалась больше не всхлипывать, но до обретения контроля мне было далеко. Посмотрев по сторонам, я увидела сидящую на земле и плачущую не слабее меня Отру. Стоящий за ней на коленях Кале, пытался успокоить сестру, но и сам выглядел неважно.
– Нам пора, – Тимер растёр моё лицо ладонями, стирая слёзы и помогая прийти в себя. – Ты готова?
До боли прикусив губу, я неуверенно кивнула.
– Хорошо, – прошептал он, целуя мою руку. Сжав её еще сильнее, он поправил шлейки наплечной сумки, в которой нёс наше снаряжение, а потом порылся в кармане и достал две цепочки. Уверенным движением закрепил одну из них поверх моих волос. Вторую надел, как ободок, поверх своих.
– Следи за тем, чтобы не потерять, – сказал Тимер, еще раз проверяя насколько надёжно на моей голове держится амулет усиливающий зрение. – У нас только один запасной.
Я снова кивнула. На разговоры сил не хватало. Боялась снова сорваться.
Снова взяв мою руку, и опять крепко прижимаясь к ней губами, он на мгновение застыл. А потом, больше не останавливаясь ни на мгновение, повёл меня к расщелине.
Я ожидала какого-нибудь ритуала, для входа или, по крайней мере, дверей или врат, но мы просто вошли в непроглядную тьму, которая через мгновение расступилась, превращаясь в блёклую картинку.
Сначала это место никак не оправдывало название «лабиринт». Очень долго, возможно около трети суток, мы шли по единственному проходу – местами очень широкому с высоким сводом, местами узкому настолько, что Тимер уходил вперёд, а мне приходилось идти следом, ведь рядом с ним места не оставалось. Сталь, которую маг взял с собой, была собрана в огромный шар с множеством иголок и катилась следом. Тончайшие металлические шипы практически не оставляли следов и в тоже время немного сглаживали отпечатки наших подошв, заметая следы.
За эти часы я успела успокоиться и собраться. Внимательно смотря по сторонам, я анализировала местность. Тимер предупреждал, что в горной породе будут встречаться зарождения коричневого мезонита – камня, не поддающегося моей силе, и чем дальше мы шли, тем больше этих зарождений попадалось мне на глаза. Даже когда стены пещеры выглядели обычным суглинком, я сомневалась в этом. Однажды коснувшись стены, я попыталась прожечь её, но вместо этого мои пальцы застряли, упираясь в мелкие камешки. Это меня встревожило. Чем больше того, что не поддаётся моей силе, встретится на пути, тем сложнее будет наша задача.
Тимер молча погладил по плечу, отвлекая от размышлений. Кивнув, я снова пошла за ним.
Мы старались не разговаривать и двигаться как можно тише, ведь это могло привлечь к нам внимание местных жителей.
Спустя еще какое-то время мы вышли на первую развилку, Тимер снял с плеч сумку и достал карту – копию с карты, составленной нашими отцами. Дальше повороты и развилки встречались так часто, что нам приходилось бесконечно сверяться с чертежами и описаниями, которые в своё время составил Рэйхард.
Сейчас место, в котором мы находились, выглядело иначе. Стены бесконечных коридоров местами были сложены из камня, на сводах встречались балки. Потом появились узкие дверные проёмы и маленькие, как бойницы, окна.
Потом я поняла, что это была лишь окраина заброшенного города, ведь чем дольше мы шли, тем больше архитектурных элементов встречали. Иногда нам приходилось проходить сквозь дверные проёмы, комнаты, где встречалось всё больше предметов быта: каменные скамьи, лежанки, какие-то осколки.
Еще до похода, Тимер рассказывал, что здесь, скорее всего, жили люди. Так считают историки. Доказательств ни этому, ни обратному у них, правда не было. А вот в том, кто те существа, что населяли это место сейчас, историки во мнениях расходились. Одни считали эту расу агрессором, который завоевал древнее поселение людей. Другие считали, что существа, живущие здесь сейчас, и есть потомки коренного население. Вот только что с ними произошло и почему они оказались заперты по ту сторону от невидимой преграды лабиринта, не знал никто – срок этих событий был слишком давний. Доисторический.
Проходы снова стали уже, но мы всё еще могли идти бок обок. Естественные пещерные стены встречались всё реже. Вокруг был самый настоящий муравейник из комнат, коридоров и пандусов. Мне не нравилось это место. Казалось из сотен маленьких тёмных окошек, которые мы проходили, за нами могли наблюдать злобные чудовища. Эти мысли заставляли ёжиться и растирать покрытые мурашками плечи. А когда окна и дверные проёмы начали появляться не только на уровне с нами, но и этажом, или двумя, выше, мне стало еще дискомфортнее, ведь я не увидела ни одного места, где к ним бы вели лестницы. Возможно жители взбирались наверх по верёвкам, которые истлели, или другим способом, но вид этих жилищ всё равно настораживал. Было сложно представить, что люди, с присущими им физическими способностями, могли бы жить в таких странных строениях.
Задумавшись об этом, я не сразу поняла, что Тимер резко остановился. Я врезалась в руку, которую он отвёл в сторону, перекрывая мне дорогу. Моё зрение, даже с амулетом, было довольно слабым, но я уже привыкла видеть размыто и в немного блёклых тонах, потому эмоции на его лице прочла сразу. Маг был напряжен.
Тимер жестом приказал молчать, но я и не собиралась шуметь в такой момент. Сосредоточившись, я пыталась рассмотреть ближайшие окна. На них смотрел и маг.
Прошло несколько минут, но в бесконечных коридорах не прозвучало ни единого звука. Я так напрягала слух, что мне даже начало казаться, будто слышу, как дышит Тимер. Но чем дольше мы стояли, тем больше я убеждалась – что-то не так! Я чувствовала это – на нас кто-то смотрит. Сначала я ждала нападения из окон, перед нами, потом мои чувства изменились, и я посмотрела наверх. Мне казалось, на нас могут прыгнуть сверху.
Спустя какое-то время, Тимер медленно двинулся вперёд, поманив меня следом. Он проверил помещение, из которого вели ближайшие окна, осмотрел коридор внимательным взглядом и кивнул мне.
Так и не подтвердив свои опасения, мы пошли дальше. Коридор становился всё уже, а судя по карте, нам стоило свернуть и пройти насквозь очередные заброшенные кельи, таким образом попасть в параллельный проход или «улицу», если можно так назвать. Мы шли медленно и практически беззвучно, но моё сердце колотилось с такой силой, что сбивалось дыхание. Тесное помещение, с несколькими выходами во все стороны, и даже с прямоугольным проходом в потолке, только усиливало моё напряжение. Я думала, полегчает, как только мы из него выйдем, но стоило нам сделать два шага по «улице» на которую мы наконец вышли, как за спиной раздался шорох.
Мы с Тимером резко обернулись и тогда я впервые увидела это существо. Бледная, сутулая девушка, глаза которой закрывали огромные морщинистые веки, свисающие почти до щек стояла прямо за нами. Её ноздри раздувались, и длинные светлые патлы то и дело отлетали от резкого дыхания в стороны, открывая почти человеческое лицо. Тимер медленно шагнул к ней, но в тот же миг голая фигура качнулась назад и унеслась в тесное помещение кельи, даже не поворачиваясь к нам спиной. Словно кто-то втянул её, резко дёрнув на себя. Но я отчетливо видела, что прямо за её спиной никого не было.
Мы ринулись следом, и тогда нас ждало другое открытие. Всё что мы успели увидеть – это сверкнувшую в потолочном проёме стопу. А высота свода была здесь таковой, что человек такой прыжок совершить просто не мог.
Тимер осторожно отступил назад. Потянув меня за локоть, он быстро вышел из помещения. Так же быстро мы пошли дальше. Я внимательно смотрела по сторонам и оглядывалась, боясь преследования, ведь маг шел всё быстрее, будто видел больше меня. До этого момента мы не торопились, заранее договорившись экономить силы на случай схватки. Сейчас Тимер силы не экономил.
Уже не смотря на карту, он петлял по коридорам и кельям. Из-за этого мы вполне могли заблудиться, но я не стала говорить ему об этом. Произнесение любого слова вслух было бы подсказкой местным жителям, где искать непрошенных гостей.
Затем случилось неожиданное. Продолжая держать темп, Тимер затащил меня в келью и практически швырнул в угол. Не успев даже упасть, а только начав свой полёт к стене я увидела, как существо, повстречавшееся нам около часа назад, прыгнуло на мага, оскалив отнюдь не человеческие зубы. Упав, и тут же подскочив на ноги, я бросилась к ним, и застала то, как Тимер придавливая коленом спину поваленного на землю существа, проворачивает её голову.
В человеческом понимании физиологии, то, как он вывернул её шею, было близко к её смерти.
– Ты понимаешь наш язык? – произнёс Тимер, продолжая удерживать существо в сантиметре от смерти.
Но девушка на его слова не отреагировала. Она продолжала скалится, издавать странные рычащие и булькающие звуки, одновременно скалясь в звериной ярости. Её руки неестественно выгибались назад, а когти царапали одежду Тимера, несмотря на стальные канаты, которыми он её опутал. Магу оставалось удерживать только её голову, но это было всё сложнее, ведь из её рта пошла пена, и лицо стало мокрым.
– Жасрах дэш заа? – произнёс Тимер на неизвестном мне языке.
Существо не отреагировало, а Тимер вдруг зашипел. Его руки, покрытые её слюной, начали стремительно краснеть. Существо издало гортанный звук, продолжая сплёвывать свой яд и пытаясь вцепиться зубами в его пальцы.
А дальше был сущий ужас. Маг провернул голову напавшей так, что будь у неё глаза, она могла бы его увидеть. Но несмотря на неестественный поворот шеи, существо продолжало биться и вырываться. Тимер едва удерживал её лицо красными воспалёнными руками. Стиснув зубы от боли, он медленно, так как быстро просто не мог, прокрутил скалящуюся голову еще сильнее, и только тогда тело обмякло.
Я быстро сорвала с ремня флягу и открыла её. Тимер отскочил от трупа и протянул руки под струйку воды. Со сдавленным стоном, он растирал покрасневшую кожу, отмывая от яда.
– Кажется, всё, – произнёс он, встряхнув кисти, и прикусив губу. Ядовитой слюны на коже, по всей видимости, не осталось, но прохлада воды хоть немного облегчала боль до этого момента.
