Текст книги "Визитёрша (СИ)"

Автор книги: Вероника Кияница

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 26 страниц)

Тимер недовольно покривился, явно не горя желанием отвечать на мой вопрос.

– Не настоящее всё… – пробормотала я, вдруг осознав, что значит его молчание, и попыталась раскрыться.

– Подожди, – удержал Тимер, – Нет… То есть, я не уверен полностью, но я не думаю, что магия имеет к этому отношение.

– Ты не думаешь? – возмутилась я.

– Насколько я знаю, формулировка была такая, что первенец Рэйхарда станет мне тем же, чем наши отцы были друг для друга. А они были однодумцами, лучшими друзьями, – заверил он меня поспешно. – В тот первый раз, когда ты видела налёт горгол и потерялась, я бегал по крепости с мыслями, что не усмотрел за тобой, а это считай – сам угробил своего несостоявшегося лучшего друга.

Мы снова лежали молча. Я отвела взгляд в сторону. Мне было сложно смотреть на Тимера.

– Ты сказал, что сам неуверен. Почему?

– Я не могу трактовать слова Рэйхарда, пока собственными ушами не услышу, какую именно клятву он произнёс. В Зале голосов предков, я думаю, мы убедимся, что всё так, как передал мне отец. Ну и эта магия… Она на самом-то деле не всегда соответствует нашим ожиданиям и поддаётся трактовке. Иногда в зове крови намешано больше, чем мы можем понять.

– Значит, даже если отец этого не просил…

– Не думаю, – перебил он недовольно. – И не хочу думать, потому что в этом мало смысла. Ведь в любом случае на меня, это действовать не может, – ели слышно добавил он позже.

– Но на меня, выходит, в одностороннем порядке, клятва могла так подействовать?

– Чисто теоретически, такое возможно, – хмуро признал он.

– Как можно это проверить? – внутри меня всю колотило от обиды и разочарования. Всё это может быть навеянным? Иллюзией созданной для того, чтобы привести меня к нужной цели?

– Выполнить клятву и посмотреть, что осталось, – ответил Тимер. Теперь он не смотрел на меня. Его застывший, тяжелый взгляд, казалось, прожигал дыру в потолке убежища.

Я хмыкнула и села. Растёрла лицо ладонями.

– Лирэ, – успокаивающе мягко прошептал он, садясь за моей спиной. Его ладонь, едва касаясь, скользнула по моему плечу. – Это не важно. Я в любом случае сделаю всё, что бы снять с тебя клятву.

– Ты понимал, что я, возможно, одурманена, – пробормотала я. – Ты понимал и всё равно не гнушался тем, что бы привязать к себе.

Я практически физически ощущала напряженное молчание за своей спиной. Не выдержав тишины, я резко обернулась к магу.

– Объясни, зачем ты пытался привязать меня к себе еще сильнее, – потребовала я, но на лице Тимера снова появилась эта разочарованная гримаса. – Почему ты молчишь?

– Потому что если объясню, ты можешь понять всё превратно. Тем более сейчас, когда ты и так расстроена.

– А пока ты молчишь, я могу придумать вообще что угодно, – дёрнув плечом и стряхивая его руку, ответила я.

– Хорошо, только постарайся не спешить с выводами…

– Говори уже, – практически простонала я, сжав виски ладонями и растирая голову. Что еще мне предстоит услышать? А ведь только начало казаться, что всё не так плохо.

– Существует такой феномен как совмещение магии. Это редкость, но иногда встречается.

– Что это такое?

– Это способность одного мага управлять магией другого. Такой феномен может произойти, когда один человек полностью открыт перед другим, то есть в очень близких отношениях. Очень редко, но бывали в истории случаи, когда друзья, идущие к одной цели, вырабатывали способность пользоваться магией друг друга. Точнее обычно один из друзей вдруг получал доступ к магии напарника. Чуть чаще такой феномен встречаются у мужчин и женщин, состоящих в любовных отношениях.

– Ты… – зашипела я.

– Послушай. Дай мне договорить.

– Ты…

– Совмещенная магия, – произнёс он четко, но повысив голос так, что бы перебить и заставить себя выслушать, – намного сильнее обычной. Она более гибкая, универсальная. Мой отец вполне обосновано предполагал, что клятва Рэйхарда разбудит в обещанном первенце именно такую способность – делить со мной магию и тем самым увеличит наши шансы пройти к источнику.

Я молча сложила руки на груди, выслушивая его объяснения. Тимер, игнорируя моё сопротивление, обнял со спины, прижимая к себе вплотную.

– Повторю – я ждал друга. Когда ко мне начала переноситься маленькая девочка, я был разочарован. Я и сам подумал, что родилась именно девочка потому, что женщины чаще мужчин открывают свою магию близкому человеку. Мысль что вот этот ребёнок существует чтобы в меня влюбиться и дать мне силу – была неприятной на грани брезгливости. Мысль о том, что кто-то привязан к тебе фальшивыми чувствами, в любом случае неприятна, а когда видишь перед собой ребёнка, это вообще кажется извращением.

– Я уже не ребёнок, но если мои чувства наведённые, то происходящее всё равно нездорово.

– То, что у нас немаленькая разница в возрасте один из поводов считать, что так на тебя клятва действовать не может. Это бы забрало слишком много энергии. Рэйхард, дав клятву, умудрился прожить еще, по меньшей мере, десять лет. И это притом, что дал не одну, а две кровные клятвы на протяжении жизни.

– Есть еще одна? – переспросила я, выкручивая шею и смотря на мага.

– Есть, но она тебя не касается, – успокоил Тимер. Я снова перевела взгляд на свои колени. – Он обещал императору искать одну фамильную реликвию… Я пытаюсь тебе объяснить, что дать две клятвы, одна из которых должна продолжать магически влиять на тебя по сей день и при этом прожить достаточно долгую жизнь – это представляется мне маловероятным.

– Тогда какой смысл в том, что тебе в напарники родилась девушка?

– Возможно, клятва просто поучаствовала в твоём создании. Какие-то черты, тебе передали твои родители, а какие-то магия – они и сработали нужным образом или еще сработают.

– Это какие? – не поняла я. – Моя разрушительная магия?

– Не знаю. Не знаю, что именно. Может дело, действительно, только в твоей магии. А может решающим здесь является то, что ты не перестаёшь бороться, даже когда сама не веришь в победу. Не прекращаешь сопротивляться, даже там, где сопротивляться бессмысленно. Или… или вся хитрость клятвы заключается в том, что ты со своим неуёмным упрямством достаёшь меня бесконечными вопросами, – Тимер тихо засмеялся, зарываясь носом в мои волосы. – А потом, услышав ответы, ты достаёшь меня своими реакциями еще больше, и всё это каким-то нездоровым образом привязывает меня к тебе только сильнее.

Я фыркнула, но вырываться из его рук, которые сейчас сжали еще сильнее, не стала.

– Я должна была знать, – хмуро произнесла я. – Не важно, что ты считаешь, что мои чувства не наведены. Я имела право принять это решение сама – сближаться с тобой, учитывая обстоятельства, или нет. Ты должен был сказать.

– Если, предположить что я ошибся, и ты под действием магического дурмана, то это – механизм выживания, который в тебя вложила клятва. Я не планировал испытывать к тебе какие либо чувства, и твои мне нужны не были. Но предположив, что возможно клятва исполнится через твою влюблённость – решил в это не вмешиваться. Не мешать.

– Только не мешать? – произнесла я недоверчиво, давая ему возможность объясниться до того, как я снова начну беситься, ведь он опять недоговаривает.

– Ну, хорошо, не только, – признал он обреченно. – Я пытался быть милым и терпеливым на случай, если вдруг дурман существует. Тогда зарождение твоих чувств могло произойти быстрее и я бы узнал, появится у нас совмещенная магия или нет.

– Вот сейчас, прямо сейчас, я тебя убить готова, Тимер, – отчеканила я.

– Я пытаюсь быть с тобой честным.

– Лучше бы ты с самого начала был таким.

– В те дни я старался мыслить практично.

– Мне сейчас неимоверно приятно осознавать, сколько практичности было в наших отношениях.

– Не много, – он снова тихо засмеялся, раздувая волосы на моём затылке.

Мы так и сидели – он за спиной, вплотную придвинувшись ко мне. Его руки обвивали мои плечи и талию, и я не могла заставить себя отодвинуться. Мне не нравилось это. Не нравилась моя беспомощность и безвольность.

– Это, правда, недолго длилось. Сначала я ловил себя на мысли что мне приятно быть с тобой рядом, – еле слышно заговорил он. – Потом начал понимать, что думаю о тебе всё чаще. А потом вечерами ты смотрела на меня так, словно не знала что хочешь: обнять, или послать куда подальше. В такие моменты я почти жалел, что мои изначальные гипотезы не оправдались.

– Пфф… – выдохнула я. Замечательно было узнать, что и под дурманом я бы его вполне устраивала. – Я хочу подумать. Пойду… постою под деревом, – расстроено закончила я, поняв, что даже пройтись не смогу.

– Хорошо, – нехотя согласился он. – А я займусь мясом, – он помедлил, но, всё же, отпустил и вылез первый. Потом помог спуститься мне.

После я действительно стояла у дерева, а он разделывал туши. Я пыталась прислушаться к себе к своим чувствам и понять, есть ли подлог в том, как формируется моё мнение относительно мага. Я считаю его хорошим человеком? На этот вопрос у меня не было ответа. Я верила, что он не причинит мне вреда. Даже когда Зэт убеждал в обратном, я не верила, что Тимер мог поступить со мной так же, как с харшхонцами.

В результате, решила, что слишком мало знаю и как бы Тимера не раздражали мои вопросы, ему всё же придётся выслушать еще несколько.

Решительно шагнув вперёд, я спустилась с чистого настила, и пошлёпала по грязи туда, где маг разжигал костёр.

– Еще думаешь? – негромко спросил Тимер, подкидывая поленья.

– Да. И пока я думаю, хочу задать тебе пару вопросов.

– Неужели, – тихо засмеялся он. – Ну, задавай.

– Харшхонцы… Меня пугала Мирисаль, но я всё равно не могу понять, как ты мог делать это с ними? Зачем? – произнеся вопрос вслух, я мысленно сжалась, готовясь услышать что-то ужасное. Вот он шанс проверить себя. Если он заговорит как равнодушный садист, а я не почувствую отвращения – то со мной точно не всё в порядке.

Тимер глубоко вдохнул и, придвинув к огню свежесрубленный пенёк, жестом предложил мне сесть. Я села и посмотрела на него.

– Я ученый, состоящий на службе у императора, – переплетая пальцы и задумчиво глядя на пламя, начал рассказывать он. – Мне дают поручения, задания. Я не часто имею возможность выбирать или отказываться от того, что мне поручили, но в этот раз мог… Мог, но не стал по двум причинам – вместе с этой работой я получал изолированный замок на период тёмных дней, а значит – условие для содержания тебя в карантине. И второе: нам почти ничего не известно о тварях населяющих пещерный путь к источнику. По тем скудным описаниям, что имеются, мы будем иметь дело с расой генетически близкой с харшхонцами. Так и вышло, что заказ императора на защитные и летальные артефакты против таких, как Мирисаль, был для меня так же интересен, как и для него.

Я слушала, взволновано сжимая пальцами колени и чувствуя, как холодеет в груди от мыслей о том, что он делал.

– Я не смогу сказать ничего, чт бы обелить себя в этой ситуации. Но ты должна знать, что я старался делать их уход из жизни насколько возможно безболезненным, – сказав это, Тимер принялся нанизывать куски мяса на длинные металлические спицы и выкладывать их над пламенем.

Я не сразу смогла заговорить с ним снова. Смотрела на непроницаемое лицо мага, и мне казалось, что ему неприятно, возможно даже больше, чем просто неприятно, вспоминать об этом.

– В Бритории есть такие артефакты. По крайней мере, защитные же точно есть. Почему нельзя использовать их технологию? Попросить, купить, украсть, в конце концов? – спросила я.

– Наш император молод и нетерпелив. Потому, разные специалисты работают во всем из названных тобой направлениям, ну и я, к тому же, – криво усмехнулся маг, продолжая смотреть на огонь.

– Зачем ему это так нужно? Харшхонцы вам как-то угрожают?

– Нет. Они мешают. Бриторийский двор охраняет группа телохранителей этой расы. И охраняют хорошо, ни один из подосланных наёмников не смог подобраться к королю Бритории.

– То есть, ты убивал харшхонцев, что бы ваш император смог убить короля Бритории? – спросила я нервно. Что не так с этим миром? Здесь будто все хотят кого-то убить.

– Выходит, что так, – ответил маг, поворачивая шипящее над костром мясо.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – возмутилась я.

– А как я должен об этом говорить? – удивился он. – Ты думаешь, что если короля Бритории хотят убить, то злодеи те, кто хотят, а не он сам?

– Ты хочешь сказать, что он это заслужил? – растерялась я.

– Я хочу сказать, что он точно не лучше нашего императора и эти попытки обоюдны. И, кстати, бриторийский король в своё время замучил куда больше харшхонцев. Благодаря этому бриторийцы и обладают столь сильными артефактами и небольшой армией наёмных телохранителей. Харшхонцы связаны с королём Бритории магией и потому обязаны служить при его дворе.

Обняв голову руками, я тихо застонала.

– Что? – негромко спросил Тимер, оказавшись рядом и касаясь моих волос.

– Я хочу домой, – пробормотала я, не поднимая на него взгляда.

Тимер вздохнул и на мгновение коснувшись моей щеки, отступил. Снова сев, маг потянулся к костру, и принялся переворачивать мясо.

– Мы сейчас съедим наш ужин и ляжем спать. А когда проснёмся, отправимся в путь. Думаю, лучше не задерживаться дольше. Это может быть опасным.

– Почему? Нам что-то угрожает?

– Да. Слухи о моей любовнице из Карелии могут распространится очень быстро. А знать об этом нужно далеко не всем.

– Они смогут так быстро понять, что я не из Карелии?

– Да, – посмотрев мне в глаза, подтвердил Тимер.

– Если они нас поймают… меня убьют?

Тимер снова встал со своего пня и подошел ко мне. Опустившись рядом на корточки, маг взял меня за руку.

– Нет, скорее попытаются меня шантажировать, удерживая тебя в заложниках. Но этого не случится.

Я молча смотрела на него, снова пытаясь понять, что чувствую. Одна его рука сжимала мои пальцы, другая лежала на колене, и от этого было спокойно и волнительно одновременно.

– Ты мне веришь? – тише спросил он, и словно почувствовав, что так взволновало меня сейчас, медленно погладил колено.

– Кажется, верю, – ответила я так же тихо.

– А что касается остального? – следя за собственной поглаживающей меня рукой, спросил он, но тут же оторвал взгляд и продолжил уже глядя мне в глаза. – Еще думаешь?

– Еще думаю, – подтвердила я.

– Это хорошо, – широко и светло улыбнулся он.

– Почему?

– Мне сейчас было бы намного легче, будь ты под дурманом. Но ты сердишься и сомневаешься – значит, с тобой всё в порядке, – улыбнулся он снова, а потом устало опустил лоб мне на ноги. Его ладони скользнули по моим ногам, бёдрам и обвили спину. Повинуясь какому-то внутреннему порыву, я запустила пальцы в волосы на его затылке и облегченно вздохнула. Возможно, со мной действительно всё в порядке. Если не считать того, что я, похоже, влюбилась в одного из злодеев этого мира.

На какое-то время мы забылись в этих объятиях, из-за чего мясо успело подгореть. Тимер тихо поругивался, срезая обуглившиеся куски, а я наблюдала за ним, и понимала, что мне нравится это делать. Просто сидеть и смотреть, как он хмурит брови, как разговаривает с очередным куском мяса, задавая риторические вопросы: «Ну как так? Я же на минуту отвернулся». Я не знала, как уместить в своей голове этот очаровавший меня образ с осознанием того, что где-то за толстыми дверями лабораторий, он превращается в другого человека.

Меня передёрнуло.

Это не укрылось от взгляда Тимера, но он не стал ничего спрашивать. Только принялся срезать уголь с еще большим напором, и резкими движениями отбрасывать в костёр обрезки. Потом мы молча ужинали ужасным на вкус и жестким мясом под яркими лучами солнца, а закончив с едой, в тишине мыли руки и умывали лица.

– Я унесу остатки туш и вернусь. Поднимись наверх. Там безопаснее.

– Хорошо, – кивнула я. Проводив мага взглядом, я взобралась в наше гнездо. Лежа там с закрытыми глазами, я не спала, а ждала его возвращения. Рядом с Тимером мне было спокойнее. И за себя и за него.

Маг вернулся довольно быстро и беззвучно лёг напротив меня. Так близко, что я чувствовала тепло мужского тела. Но глаз не открыла. Хоть и понимала, что он надеется на разговор.

– Всё еще думаешь, – произнёс Тимер, правильно истолковав мою неумелую попытку изобразить сон.

– Думаю, – упрямо подтвердила я, так и не открыв глаза. Я боялась, что иначе он увидит в моём взгляде сомнение и желание прекратить эту муку с размышлениями. Но понимала, что еще не готова принять то, что между нами происходит. Слишком много сомнений.

Тимер промолчал, но аккуратно провёл тыльной стороной ладони, по моей щеке. Я была благодарна ему за это. Ведь сейчас нуждалась в его поддержке больше, чем когда-либо.

Несмотря на яркое солнце, я спала глубоким и спокойным сном.

Разбудил меня шорох. Когда я открыла глаза, Тимер сидел рядом и, распахнув дверцу нашего убежища, смотрел вниз. Я подползла ближе. Внизу разворачивалась жуткая картина – мешая землю лапами, там копошилось около двух десятков огромных ящеров.

– На запах пришли. Нужно было кости и обрезки унести еще дальше, – раздосадовано признался маг.

– И что теперь делать?

– Да вот думаю, – нахмурился он. – Если бы знал, что придётся столько времени в лесу прожить, почитал бы литературу, как это правильно делается.

Я улыбнулась.

Тимер бросил на меня вопросительный взгляд из-под хмуро сведённых бровей.

– Мне казалось, что ты всё в этом мире знаешь и умеешь, – объяснила я. Несмотря на мерзких копошащихся хищников под нашими ногами, и на его насупленный вид я, почему-то, была уверена в том, что всё будет хорошо.

– Я всю жизнь прожил в городе, – объяснил он, снова поглядывая на ящеров.

– А я в детстве жила недалеко от леса.

– В деревне? – поинтересовался Тимер.

– Портовый город. Но небольшой. Мы на самой окраине жили. Мама немного учила меня, что делать, если заблужусь… Но боюсь здесь мои навыки бессильны. Всё совершенно другое. И природа и звери.

– Ничего. Через несколько дней мы дойдём до освоенных земель. Там будет проще.

Мы снова наблюдали за копошащимися хищниками.

– Почему они не уходят?

– Думаю, чуют, что мы где-то поблизости.

– И какие у нас есть варианты? – я указала подбородком на ящеров.

Тимер помедлил.

– Самый простой – перебить… Но учитывая то, что ты меня и так боишься, – маг покосился на меня и продолжил, – не хочу подвергать твою психику еще большему испытанию.

– Да уж. Спасибо, – поёжилась я. – А отвлечь их нельзя? На мне же защита, мы пройдём незамеченными.

– Они по следу пойдут. Вот все дружно, сколько видишь, будут ползти за нами. А кимаши, в отличие от нас с тобой могут не спать по несколько суток.

– Значит, нам нужно спуститься на землю как можно дальше от них.

– Да. Это наш второй вариант. По деревьям лазить умеешь? – усмехнулся он, поправляя мои торчащие после сна волосы.

– Умею, – кивнула я.

– Замечательно. Жаль, что я не умею, но ничего, – маг потёр ладони и, подхватив из угла сумку, перекинул через плечо. – Прорвёмся. Завязывая плащ. Будем выбираться.

Я нащупала свой плащ, и накинула на плечи. Тимер тоже накинул свой меховой, а второй проигнорировал.

– Не будешь брать?

– Нет. Я и этот беру только для сна.

А потом наше гнездо затряслось. На землю с громким шелестом посыпались ветки, а с земли по дереву ручьём поползла сталь.

– Сюда. Встань на ветку, – позвал Тимер, когда дно гнезда начало таять.

Сталь собиралась на коре дерева, огромной движущейся каплей. Потом, из неё потянулась тонкая стальная нить. Она медленно, но уверено удлинялась, преодолевая путь от нашего дерева к соседнему, стоящему где-то в пятнадцати шагах дальше. Дотянувшись, она обвила широкую ветку и начала утолщаться, по мере того, как в неё вливалось всё больше стали. Потом, издав звон, похожий на перелив струны, тонкий стальной трос треснул вдоль всей оси и теперь их стало два. После еще одного перезвона – четыре. Четвёртая, самая тонкая нить поползла вверх, цепляясь за ветки выше.

Ящеры под образовавшимся мостом нервно били хвостами, сбрасывая со спин упавшие ветки.

– Иди за мной, – Тимер встал на тонкий, покачивающийся мостик, и протянул мне руку. Я шагнула следом, чувствуя, как тонкие тросы прогибаются под нашим весом.

– Он точно выдержит? – спросила я, сжимая руку Тимера и тонкую металлическую нить, натянутую на уровне моего лица.

– Выдержит. Жесткой переправы сделать не смогу, не хватает метала, но и эта не порвётся. Не волнуйся… Я всё еще могу их всех прибить.

– Не нужно, – покачала головой я. Ящеры симпатии не вызывали, но видеть бойню я не хотела. Тем более, что можно обойтись и без этого.

– Как знаешь, – ответил Тимер, и положил мою вторую руку на стальную нить. – Пошли.

Маг, одной рукой держась за нить, а второй ухватившись за шнуровку жакета на моей пояснице, начал приставным шагом пересекать мост, и утягивать меня следом. Сначала мне казалось, что это будет очень страшно и опасно, но мы неожиданно быстро оказались на другой стороне и взобрались на ветки. Мост начал складываться, и медленно перекидываться на другое дерево. Тимер внимательно следил за перемещениями стали, руководя процессом, а я опять смотрела на него, испытывая назойливое желание прикоснуться к его лбу, когда он вот так хмурится.

Только закончив новый мост, маг посмотрел на меня. Наши взгляды встретились и он улыбнулся, по всей видимости увидев в моих глазах то, что его очень порадовало.

– Ты всё еще думаешь? – склонившись к моему лицу, спросил он тихо.

– Думаю, – не сдержав ответной улыбки, еле слышно ответила я.

– Ну думай, думай, – шепнул он, и запустив пальцы в шнуровку на моей пояснице, потянул меня дальше.

Мы шли так долго, что я почти жалела о том, что не согласилась на первый его вариант. Место, где располагалось наше гнездо скрылось из виду так давно, что я при всём желании не смогла бы найти путь обратно, а Тимер всё отказывался спускаться с деревьев.

И всё же, этот радостный момент настал – мы снова стояли на твёрдой земле. Точнее, на сырой, но не такой вязкой, какой она была вчера. Наконец умывшись и позавтракав, мы продолжили путь.

К концу второго солнечного дня, мы вышли из леса. Перед нами расстилалась долина. Почва здесь была рыхлая, красновато-ржавого цвета. На её поверхности пробивались первые цветы и травинки. Ниже по долине разлилась река, явно вышедшая из берегов.

– Наконец-то, – облегченно выдохнул Тимер.

– М?

– Река – Прейна. Пойдём по её течению. Думаю, завтра доберёмся до поселения людей.

– Хорошо, – обрадовалась я.

Мы спустились в долину, но близко к реке не подходили. На берегах было слишком мокро, потому мы держались от воды на довольно большом расстоянии. Здесь – на открытой местности было не просто тепло, а практически жарко. Мой плащ Тимер сложил в свой мешок, а свой нёс перекинув через руку. Но я всё равно чувствовала себя некомфортно в слишком тёплой одежде, и решила расстёгнуть жакет. То как в этот момент на меня смотрел Тимер, я старалась не замечать. Казалось, что его взгляд способен прожечь дыру в моей спине, ведь теперь я старалась идти первой.

Но подойдя к невысокой каменной гряде, которая преграждала нам путь, я изменила планы. Там, на черных рыхлых камнях что-то шевелилось, но с такого расстояния мне не удавалось понять, что именно. Остановившись, я ждала пока Тимер поравняется со мной.

– Мне показалось, или там что-то ползает? – тихо спросила я, надеясь, что звук моего голоса не потревожит какую-нибудь тварь.

Тимер молча стоял в шаге от меня. Его лицо не выражало никаких эмоций, только взгляд словно потемнел. Что-то в том, как он выглядел, и в том, как смотрел, странным образом взволновало меня. По телу прокатилась волна жара, и я быстро отвернулась, надеясь скрыть своё смятение. Снова ища признаки жизни на черных каменистых склонах, я старалась игнорировать странную реакцию собственного тела.

– Это змеи, – ответил он после затяжной паузы. – Мазурки. Они слабоядовитые, но если получить больше десятка укусов – целители уже не помогут.

Только сейчас я поняла, что это не скалы блестят на солнце, а черные змеи, которые облепляли камни, словно потёки мазута.

– Мерзость какая, – пытаясь избавиться от противных мурашек побежавших по коже, я потёрла шею ладонью. – Почему их там так много?

– Это пористый безпесчанник. В таких скалах часто есть пустоты, где скапливается талая вода. За несколько суток под прямыми солнечными лучами она нагревается, что привлекает к таким местам хладнокровных и не только.

– И не только? – уточнила я.

Устало улыбнувшись, Тимер взял меня за руку, и потянул в обход.

– У нас в грядах пористого безпесчанника строят оздоровительные санатории. Заведения весьма популярные среди людей среднего сословия.

– А ты из какого сословия? – полюбопытствовала я, косясь на скалы, где тускло блестели шевелящиеся змеи.

– Наверное, из него же, – пожал плечами маг.

– Почему – наверное? Разве у вас это сложно определить?

– Иногда действительно сложно. У вас иначе?

– У нас всё достаточно четко. Я знаю, что родилась в низшем, но если бы смогла овладеть магией еще в своем мире – оказалась бы в среднем. А так, в низшем и осталась.

Тимер с улыбкой обвил мои плечи одной рукой. Подтянув к себе, он на ходу поцеловал мой затылок, и повёл дальше.

– Для меня – ты самое высшее сословие, – сказал он. – А контролировать магию тебе удалось именно здесь, потому что это и есть твой мир, Лирэ.

Я не стала ничего говорить. Мне казалось, что и по прошествии двух сотен дней я не почувствую себя здесь, как дома. Так и буду надеяться, что я лишь визитёрша, которой еще предстоит вернуться на свою родину.

За день мы видели еще несколько скал со змеями. Одну мазурку я даже рассмотрела вблизи, когда едва не наступила на неё ногой. Шершавая и плоская змея, больше походила на черную холщевую ленту, нежели на живое создание. Ужаснувшись тому, как быстро пресмыкающееся двигалось, вечером я не могла заснуть. Тем более что вечер опять выдался солнечным, какой и обещала быть предстоящая ночь.

– Не спится? – сонно пробормотал Тимер.

Мы лежали под куполом из стальной сетки, которая должна была защищать нас от змей и хищников. Плащи под нашими спинами, неплохо ограждали от сырости земли, но расслабиться и уснуть у меня всё равно не выходило. Тимер же заснул почти мгновенно, и сейчас смотрел на меня таким же прищуренным взглядом, которыми смотрят люди, когда просыпаются посреди ночи. Вот только светило солнце.

– Не спится, – ответила я.

– Ммм, – сонно промычал он и, придвинувшись, прижался губами к моему плечу. – Спи.

Почувствовав, как его дыхание щекочет шею, я закрыла глаза. По моему телу, как и днём, прокатилась волна жара, но это не сбило меня с мысли.

– Тимер, можно тебя кое о чем спросить?

Маг тихо, но совершенно обреченно засмеялся.

– Нет, – отсмеявшись, ответил он. – Я сплю.

Я повернулась к нему, встретившись с хитро следящим за мной взглядом.

– Не спишь, – констатировала я очевидное.

– Еще как сплю.

– Тимер, – возмутилась я.

– А если проснусь, начну требовать что-то взамен. И поверь, ты к такой сделке не готова, – улыбнулся он.

Такой постановки вопроса я не ожидала. Сжав от раздражения губы, я отвернулась и закрыла глаза, преисполнившись решимостью, всё-таки заснуть. Тимер придвинулся ближе, обнимая меня со спины. Еще какое-то время маг тихо веселился, посмеиваясь мне в шею и потирая плечо. Я не смогла злиться долго. Засыпала я с такой же улыбкой, какая, я уверена, была и на его губах.

Утро выглядело странно – как вечер. Солнце склонялось к закату, а небо приобрело насыщенно фиолетовый оттенок.

– Так и должно быть? – поинтересовалась я, накидывая плащ на плечи, ведь воздух стал заметно прохладнее.

– Да. Небо будет медленно темнеть весь день. Но полностью солнце исчезнет ненадолго.

Наши запасы мяса кимаши закончились, потому Тимер попытался рыбачить. Рыбалка у него удавалась гораздо лучше чем охота, и очень скоро маг с гордой улыбкой на лице предоставил мне три крупные рыбины. Живые.

Я удивлённо посмотрела на него.

– Нам не из чего развести костёр. Попробуй запечь.

– Запечь? Живых рыб? – ужаснулась я.

Маг невозмутимо взял одну из них за хвост, и с размаху ударил головой об кусок стали, лежащий на земле. Раздался характерный треск, и рыба биться перестала. Тимер бросил её на землю и взял следующую.

Эта картина меня не пугала – в нашем городе глушить и чистить рыбу умели все. Меня больше смущала перспектива запекать это блюдо в своих ладонях.

Но других вариантов у нас не было. Я попросила Тимера дать мне нож, и под его удивлённым взглядом принялась рыбу чистить. Что его удивило больше – то, что я умею это делать, или то, что рыбу чистят перед готовкой, я так не поняла.

Одна рыба была сожжена в прах. Вторая тоже. Третью удалось прожарить лишь местами, но Тимер решил, что лучше уж есть так, чем не есть вообще.

– Так о чем ты хотела спросить? – поинтересовался он, когда мы ели.

– Опять будешь просить что-то взамен?

– Я смог выспаться – этого мне достаточно, – хмыкнул он, и закинул в рот еще кусок ярко розового мяса. – Так что?

– Я хотела спросить про харшхонцев. Если они так опасны, а их защита непробиваема, то как их выкрали из дворца?

– Из дворца бы их никак не выкрали. Харшхонцев поймали недалеко от нашей границы.

– Не понимаю. Что телохранители короля делали возле границы? Я думала, они во дворце живут, – ответила я, пытаясь вспомнить, что именно о харшхонцах рассказывал Зэт.

– Они наёмники и делают то, что им прикажут. В этот раз им приказали убрать трёх наших информаторов. Они начали с семьи Шарте, к которой принадлежало двое из трёх вычисленных.

– Начали с семьи? – перебила я.

– Да. Сначала убили всех членов семьи, а потом информаторов.

– Но зачем?

– Для устрашения. Чтобы желающих шпионить на территории Бритории стало как можно меньше. Третьего, последнего информатора они упустили. Он выпустил почтовую птицу, предупредив пограничников о погоне. Харшхонцы преградили ему путь, пытаясь схватить на границе. Там их и отловили наши люди. Император решил, что просто убить представителей мало изученной расы непрактично. Тогда мне и пришло предложение выполнить этот заказ.

– Почему тебе? – спросила я, чувствуя, как теряю аппетит. – Ты и раньше делал нечто подобное?

– Подобное – да. Такое нет. И, надеюсь, что больше не придётся, – ответил он, дожевывая последний кусок. Судя по лицу мага, аппетит пропал и у него.

– Надеешься? Это еще одно проявление твоей практичности? – вспылила я.

– Называй как хочешь, – хмуро ответил Тимер, резкими движениями отмывая руки в тазу с водой.

Почти весь день мы шли молча. Я была зла после его ответа, а он, после моих вопросов, был мрачным и замкнутым.

Сначала мы лишь изредка обменивались скупыми фразами, выбирая путь и огибая преграды. Позже Тимер, словно невзначай, начал рассказывать о законах, традициях и обрядах практикующихся в империи. Это немного разрядило обстановку. Я задавала уточняющие вопросы, а он с непривычным энтузиазмом отвечал на них. Когда я уже устала говорить и пыталась думать о своём, Тимер вспоминал новые важные и не очень сведенья об этих землях, выдергивая меня из моих мыслей. Иногда он неловко замолкал, явно не зная, что еще может мне рассказать.