Текст книги "Альковные тайны монархов"

Автор книги: Василий Веденеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

«Берегись чисел дня рождения»

Поздравляя новобрачных, мать украдкой шепнула Грейс на ухо:

– Помнишь, я рассказывала тебе о соседке Полли? Все, что она тебе нагадала, сбывается словно по волшебству. Но помни, она еще предупреждала: ты можешь умереть в день рождения. Лучше беречься от этих чисел каждый месяц! Будь счастлива, девочка моя!

Но вскоре Грейс забыла об этом предупреждении, переданном ей матерью. Новая жизнь закружила ее в своем бесконечном водовороте. Правда, рассказывают, не все проходило гладко: как писали дотошные журналисты, кинодиве, ставшей княгиней, не удалось сломить упрямство и изменить выучку дворецкого и садовника. Один продолжал сервировать стол, как было заведено, не обращая внимания на пожелания новой госпожи, хотя постоянно выслушивал их самым вежливым образом и непременно со всем соглашался. А садовник ставил каждое утро в вазы букеты одних и тех же цветов: стабильность – залог процветания!

Но больше тревожило другое: у Ренье оказался далеко не сахарный характер, он мог долго не разговаривать с супругой, выказывая свое недовольство чем-либо, или даже довести жену до слез своей южной темпераментной вспыльчивостью. Однако все почти волшебным образом стало меняться, как только Грейс подарила Ренье первого ребенка – в начале 1967 г. родилась княжна Каролина Луиза Маргарита. В княжестве объявили праздник и амнистировали единственного заключенного местной тюрьмы.

А через год и два месяца после рождения сестры на свет появился столь долгожданный наследник престола – Альбер Александр Луи Пьер. Сам счастливый отец объявил об этом народу Монако срывающимся от волнения голосом. Да, он действительно был счастлив, его характер значительно смягчился, и, чтобы никто не мешал его семейному счастью, Ренье перевез семейство в высокогорное имение Рок-Анжело.

Оправившись от родов, княгиня начала заниматься общественной деятельностью, как и полагается первой леди государства. Грейс оказалась достаточно умна, чтобы даже близко не касаться вопросов политики.

– Рождество для всех детей княжества отныне станет праздником. Все дети в возрасте от трех до двенадцати лет приглашаются на елку в княжеском дворце!

Надо сказать, это выполнялось неукоснительно и конечно же усиленно «работало» на популярность первой леди. Не забывала бывшая киноактриса и взрослых. Она регулярно посещала дома престарелых и приюты для сирот, открыла госпиталь, затем детский сад, постоянно занималась широкой благотворительной деятельностью. Казалось, все вошло в русло, покатилось по привычной колее: вот оно, счастье Золушки, вышедшей замуж за принца. И тут…

Неожиданно в 1962 г. дал знать о себе легендарный Альфред Хичкок.

– Послушай, Грейс, – как всегда, в своей обычной, немного брюзгливой манере пробурчал Альфред. – Ты еще не забыла, как нужно работать на съемочной площадке?

– Конечно же нет! – встрепенулась княгиня. – А в чем дело?

– Я хочу предложить тебе роль в моем новом фильме «Мария». Ведь ты всегда была моей любимой актрисой, – хрипловато рассмеялся великий «делатель ужасов».

К немалому удивлению Грейс, всегда яростно противившийся ее возвращению в кинематограф Ренье на этот раз легко дал согласие на участие жены в съемках:

– Отчего нет? Это добавит нам популярности и тебе позволит немного встряхнуться.

Но как только стало известно из прессы и сообщений других средств массовой информации о предложении Хичкока, неожиданно разразился грандиозный международный скандал, чего не ожидал ни сам его высочество, ни первая леди, ни сделавший предложение Хичкок.

«Жена Ренье, бывшая кинодива Голливуда Грейс Келли, хочет сниматься у Хичкока специально в пику нашему президенту де Голлю, – захлебывались французские газеты и телевидение. – Монако претендует на полную независимость от Франции, и жена хочет помочь в этом мужу».

«Кинозвезда намеревается собрать деньги для сепаратистов из Монако», – утверждали некоторые французские обозреватели.

«Наша кинозвезда наскучила монарху из Монако, – вещала желтая пресса в Штатах. – Келли скоро станет соломенной вдовой и спешит попытаться вернуть с помощью Хичкока былую популярность».

В довершение всего в самом Монако многие подданные Ренье выступили против участия первой леди в съемках фильмов ужасов и детективов.

«Она олицетворяет собой добродетельную жену и мать нашего государства, – писала газета в Монако. – Разве может такая женщина играть в американском фильме роль воровки?»

Под давлением обстоятельств все стало разваливаться. Точку поставил Ренье:

– Что ты думаешь делать?

– Придется отказаться, – тяжело вздохнула Грейс. – Выйдя за тебя замуж, я уже сделала свой выбор в пользу семьи!

– Я благодарен тебе, – поцеловал ей руку его высочество.

– Не стоит расстраиваться, – философски заметил, услышав об отказе актрисы от участия в фильме, Альфред Хичкок. – Жизнь есть жизнь, а это всего лишь кино…

Тем временем Грейс забыла о роковом предупреждении, сделанном соседкой-гадалкой. Но госпожа Судьба никогда ничего не забывает – она закинула за спину свой веселый звонкий гонг и достала из складок одеяния, как из мрака небытия, небольшой черный барабан…

12 сентября 1982 г. ее высочество княгиня Монако Грейс вместе с младшей дочерью Стефанией выехала из высокогорного имения Рок-Анжел о в Монако. Княгиня сама уверенно вела коричневый «ровер». Дорога легко ложилась под колеса отлично отлаженной машины. В небе ни облачка. Сияло южное солнце. На трассе ни одного автомобиля. Бывшая кинодива вела «ровер» аккуратно и не превышала скорости. Внизу уже показался город: до Монако оставалось чуть больше двух километров. Вот и поворот. Неожиданно Грейс поняла, что она не вписывается в него! Почему? Она ударила по тормозам, но… поздно!

«Сегодня двенадцатое число», – мелькнуло в мозгу, и «ровер» рухнул в глубокую пропасть.

Принцесса Стефания отделалась ушибами, а первая леди, так и не приходя в сознание, через двое суток скончалась в госпитале своего имени. Ровно через два месяца, 12 ноября, ей исполнилось бы пятьдесят три…

Альковные тайны монархов

Ее по праву называли самой прекрасной, обольстительной, неверной и сексуально невоздержанной женщиной XIX в. Ее капризы поражали воображение, красота сводила мужчин с ума, у ее ног молили о любви политики, короли, самые блестящие военные и знаменитости того времени. В отличие от родных братьев и сестер она никогда не интересовалась властью – ее божеством стала любовь!

Речь идет о самой младшей сестре знаменитого полководца, императора Наполеона Бонапарта, очаровательной Паулине Бонапарт…

Молодая вдова

Паулина была младшей в большой семье Карла и Петиции Бонапарт – она родилась в 1780 г. Как сама признавалась впоследствии известная всему миру красавица, она совершенно не помнила скончавшегося вскоре после ее рождения отца. Мать – Летиция – вечно хлопотала по дому или отправлялась в суд, где вела бесконечные тяжбы с соседями и кредиторами. Другие родственники мало обращали внимания на девочку, а старший брат делал карьеру военного во Франции. Поэтому Паулина росла как бы сама по себе, пока Наполеон во весь голос не заявил о своих гигантских претензиях – он стал одной из самых значительных фигур в правящих кругах страны, бурлившей от кровавых политических событий.

Вспомнив о младшей сестре, будущий император немедля вызвал ее в Париж и с большим удивлением обнаружил: некрасивый и угловатый подросток, которого он видел мимоходом несколько лет назад, превратился в удивительную утонченную красавицу, способную одним взглядом разбивать мужские сердца.

– Тебе пора замуж! – безапелляционно решил генерал Бонапарт. – Я сам позабочусь о достойной партии для своей сестры.

Ряд историков считает, что Бонапарт, довольно холодно относившийся к родне и не слишком баловавший ее своей любовью и вниманием, зато благосклонно одаривавший коронами и титулами, совершенно иначе относился к младшей сестре. Видимо, он испытывал к ней почти отцовские чувства и, что вполне вероятно, стремился действительно хоть как-то заменить ей отца, на правах самого старшего мужчины в семье. По мнению Наполеона, достойной партией для его сестры оказался один из самых блестящих офицеров французской армии Виктор Леклерк. В семнадцать лет красавицу Паулину выдали за него замуж, и она села на корабль – свадебным путешествием Виктора и Паулины стало плавание на остров Сан-Доминго: туда набиравший все большую силу Наполеон сумел назначить молодого зятя наместником Франции, сразу же выдвигая сестру в ряды высокопоставленной знати.

По мнению ряда хронистов, брак Паулины с Леклерком оказался счастливым, а жизнь на тропическом острове показалась молодой очаровательной даме полной опасностей и захватывающих приключений.

– Боже, это рай! – часто говорила она. – Но рай, кишащий незримо подстерегающими тебя страшными болезнями и злокозненными туземцами.

Вполне понятно, что на острове все занимались плантаторством. Паулина тоже с увлечением отдавалась этому занятию. С не меньшим увлечением она занималась флиртом с представителями местного бомонда. Правда, хронисты утверждают: тогда это были еще просто довольно невинные развлечения, не более того. Приключения, причем действительно весьма опасные для жизни, также не заставили долго себя ждать.

– Туземцы восстали, – однажды сообщил Паулине крайне озабоченный Виктор. – Они считают нас колонизаторами.

– Так и есть, – рассмеялась сестра Наполеона и показала семейный характер: – Мы должны поставить их на место! Раз и навсегда!

– Наверное, тебе лучше сесть на корабль, уходящий в Европу? – без особой надежды предложил супруг.

– Никогда! – гордо ответила красавица. – Лучше дай мне ружье! И побольше пороха и пуль!

Очевидцы без всякой лести отмечали: в условиях полного опасности для плантаторов-колонистов восстания туземцев Паулина вела себя не только достойно, но даже подавала пример многим мужчинам, проявив удивительное мужество и незаурядную отвагу. Впрочем, чему удивляться: это сестра самого Наполеона Бонапарта, бесстрашно водившего боготворивших его солдат в штыковые атаки!

Случилось страшное и совершенно неожиданное. Непредсказуемая и коварная судьба уготовила блестящей красавице иную участь: ее муж заболел желтой лихорадкой. По тем временам это было равносильно смертному приговору, и госпожа Судьба вскоре привела его в исполнение: Виктор Леклерк скончался, оставив красавицу вдову двадцати двух лет. Отвергнув все предложения руки и сердца и предложения остаться на Сан-Доминго, Паулина решила вернуться во Францию, в Париж, где ее старший брат уже стал пожизненным консулом…

Княгиня Боргезе

Бонапарт, серьезно задумавший надеть венец императора Франции, встретил овдовевшую младшую сестру с распростертыми объятиями и, как мог, постарался утешить ее, окружив теплом и заботой.

– Ужасная потеря, – сказал Наполеон.

– Да, – немедленно согласилась с ним сестра. – Виктора не вернуть, и, по моему мнению, теперь хоронить себя заживо стало бы величайшей глупостью.

– Возможно, – сухо кивнул старший брат, бросив на обворожительную сестру быстрый испытующий взгляд. – Но смотри, не наделай еще больших глупостей!

– Я постараюсь, – от души заверила его Паулина.

Будущий император приказал полиции негласно приглядеть за сестрой: если к другим родственникам он благоволил просто из чувства долга, то Паулину он действительно любил, почти как отец, которого она давно потеряла.

Ничего не подозревавшая красавица, истомленная пребыванием в тропиках, с головой окунулась в шикарную парижскую жизнь и закрутила сразу несколько бурных романов, благо выбор был: вокруг толпились блестящие военные, дипломаты, поэты, писатели, видные политики. И все жаждали ее внимания – она стала богиней любви! Невыразимо прекрасная, что признавали даже ее откровенные недоброжелатели, Паулина сводила мужчин с ума безупречными формами тела, блеском жарких глаз, сумасбродством, красотой лица и вообще всем, чем только может свести с ума Адама вкусившая от греховного плода Ева…

– Мы должны представить очередной доклад вашему высокопревосходительству. Господин консул сочтет возможным ознакомиться с ним?

Чины полиции, получившие от Наполеона конфиденциальное поручение следить за его младшей сестрой, подали Бонапарту довольно пухлую папку Будущий император взял ее, прикинул вес на ладони и желчно усмехнулся:

– Вы не перестарались, господа?

Сыщики предпочли в ответ промолчать. Тем временем Наполеон раскрыл папку и начал быстро читать полицейские рапорты. По мере чтения его лицо то бледнело, то покрывалось яркими красными пятнами от едва сдерживаемого гнева.

– Бой мой! Со дня смерти мужа не прошло еще и полугода, а она успела сменить семерых любовников! – сердито отбросив папку, вскричал он. – И выбирала, как назло, самых красивых и наиболее толковых офицеров моей армии! Черт знает что! Ее срочно надо выдать замуж, иначе не оберешься скандалов!

Бонапарт желал до коронации сохранить репутацию своей семьи совершенно незапятнанной, однако это удавалось с большим трудом. А тут любимая сестра преподнесла ему такой «подарок»! Разве можно утаить подобные любовные приключения в Париже? Поэтому мысль срочно выдать сестру замуж всецело завладела Наполеоном. Человек решительный, привыкший действовать немедленно, он тут же принялся за дело, лично подыскивая для Паулины достойную партию – все же сестра будущего императора! Можно ли поручить кому-то столь ответственную миссию? Конечно нет, и Бонапарт довольно быстро определил подходящую кандидатуру: его выбор пал на итальянского князя Камилл о Боргезе.

Это был представитель старинного дворянского рода, очень знатного, богатого, владевшего множеством дворцов и поместий. Породниться с представителем родовитой аристократии было не зазорно, и Бонапарт поспешил сбыть с рук изрядно компрометировавшую его своими любовными похождениями младшую сестру Вскоре сыграли пышную свадьбу.

О, если бы великий полководец знал, как жестоко он просчитался, то вряд ли бы настаивал на согласии Паулины отдать руку итальянскому князю. Но Бонапарт не знал, что как мужчина знатный князь Камилло ничего из себя не представлял – он оказался импотентом! Для темпераментной и ненасытной в любви Паулины неспособность мужа к нормальной сексуальной жизни поначалу стала просто трагедией. Но потом она мудро решила: что Бог ни делает, все к лучшему!

– Я счастлива, я просто безумно счастлива, – заверяла она знакомых.

Конечно же это явная ложь. Просто Паулина смертельно боялась гнева брата: она отлично знала его характер. А признаться ему в том, что он с ней – пусть даже сам того не ведая – сделал, было выше ее сил. Первое время новоиспеченная княгиня старалась соблюдать все правила приличия и вести себя пристойно и тихо: она даже покорно сопровождала супруга при поездках в Рим и посещении Ватикана, который наводил на нее смертную тоску.

– Господь услышал мои молитвы! – узнав о том, что ее старший брат наконец стал императором, восторженно воскликнула Паулина.

Теперь у нее развязаны руки, теперь никто не посмеет ее упрекнуть и даже просто бросить косой взгляд в ее сторону: ее брат – император Франции!

Судьба снова повернулась к ней сияющим ликом. В поисках любовных приключений далеко ходить не пришлось. Камердинером в доме князей Боргезе служил Огюст де Форбен, представитель древнего дворянского рода, архитектор, художник, поэт и… очень пылкий любовник. Паулина с головой бросилась в очередную любовную авантюру, которую современники называли просто развратом. Обожая роскошь, которой не знали даже многие коронованные особы, Паулина решилась на небывалый шаг – она не долго думая продала королевство Гастала, подаренное ей братом-монархом. Правда, королевство было невелико по площади – всего-то десяток-другой квадратных миль. Но для беспутной сестры такие тонкости не имели никакого значения!

– Я делаю все, что хочу! – капризно заявляла Паулина.

Часто в присутствии многочисленных гостей, пировавших в ее роскошном дворце, она раздевалась и, гордо демонстрируя изумительно совершенные формы обольстительного тела, голышом отправлялась принимать ванну. Оттуда ее выносил на руках огромный негр-слуга, и это зрелище приводило всех в эротический трепет, а подобные выходки и полное пренебрежение мнением света и правилами приличия повергали несчастного любовника де Форбена в полное отчаяние.

– Одумайтесь, мадам! – молил он Паулину. Рыцарь Мальтийского ордена припадал к ее прелестным ногам. – Княгиня, я прошу вас!

– О чем вы, Огюст? – непонимающе спрашивала она.

Сестра императора не отказывала себе в удовольствиях, удовлетворяла любые капризы и не признавала никаких рамок морали или принятого в обществе этикета. И, как ни странно, несмотря ни на что, связь с мальтийским рыцарем ее, видимо, очень устраивала, поскольку продолжалась два года – срок для Паулины очень длительный…

Вперед, гусары!

Но всему приходит конец, и, говорят, еще окончательно не оставляя страстного Огюста, любвеобильная Паулина уже заводила все новые и новые романы. Некоторые итальянские и французские хронисты насчитывают до десятка любовников, которые пользовались благосклонностью царицы любви даже в период ее страстного увлечения мальтийцем. Когда же Паулина окончательно оставила его, то самым громким ее романом в тот период оказалась связь со знаменитым в те времена композитором и пианистом Бианджини.

– В свете любят распускать разные слухи, – томно потягиваясь, говорила Паулина. – На самом деле я всего лишь намереваюсь брать у маэстро уроки игры на фортепиано. Не более того!

Но у госпожи Судьбы на все свои планы, и она совершенно неожиданно положила конец этой любовной связи, тщательно маскируемой под музыкальные занятия со стороны композитора и совершенно не скрываемой княгиней. Видно, музыкант Судьбе не нравился!

Поэтому вскоре перед взором обольстительной княгини, постоянно отмечавшей достойных мужчин, вдруг появился, выдвинутый не иначе как самой Судьбой, неотразимый красавец гусар Арман де Канувиль. Современники отмечали: это был блестящий офицер, очень храбрый и красивый. По мнению многих очевидцев, возникла любовь с первого взгляда, и ряд историков полагает, что, возможно, де Канувиль стал единственной настоящей любовью ветреной и беспутной сестры всесильного императора.

– Нам не нужен свет! – решительно заявила Паулина и увлекла своего красавца гусара в сельскую глушь, в идиллическое любовное уединение.

Скорее всего она очень ревновала и боялась его потерять. А он совершенно потерял голову от ее неземной красоты и бурных ласк. Несколько месяцев никто не имел никаких известий об удалившихся от света любовниках, но вдруг грозный император приказал устроить всеобщий войсковой смотр. Арману де Канувилю в обязательном порядке предстояло присутствовать на нем. И любящая Паулина собрала своего верного рыцаря в поход…

Как известно, Бонапарт обладал уникальной памятью и помнил в лицо и по именам большинство старослужащих своей армии. Он даже знал, когда и куда они ранены, какие у них семьи и маленькие страстишки. Но тут он, пожалуй, впервые столкнулся со страстью своей не признававшей никаких запретов и условностей любвеобильной младшей сестры. На параде зоркий глаз императора сразу же выделил из ряда гусарских офицеров де Канувиля.

– Это еще что такое? – прищурившись от едва сдерживаемой ярости, чуть слышно процедил сквозь зубы Бонапарт.

Мундир Армана сверкал на солнце золотым шитьем и щедро украшавшими его драгоценными камнями: сестра императора не поскупилась для возлюбленного. Разряженного, словно павлин, и сиявшего подобно рождественской елке де Канувиля не заметить мог только слепой. Но острый глаз императора зацепился за другое: накидка молодого офицера, тоже щедро расшитая золотом и украшенная драгоценными камнями, была подбита роскошными соболями! Теми самыми соболями, которые подарил императору Франции при личной встрече русский император Александр I, а потом сам Наполеон, зная неуемную страсть сестры к роскоши, тоже сделал ей царский подарок, отдав подаренные Александром соболя. И вот теперь они украшали накидку гусара!

– Кажется, это де Канувиль? – не оборачиваясь, негромко спросил император.

– Так точно, сир, – ответил неотступно следовавший за Бонапартом генерал Бертье.

– Отлично выглядит, – хищно усмехнулся Наполеон. – Вперед, гусары! Пусть утром скачет курьером в Лиссабон. Я не хочу его видеть в Париже или Италии. Найдите ему занятие подальше от нас, Бертье!

– Будет исполнено, сир!

Утром безутешный любовник, проклиная безжалостную судьбу и бессердечного императора, уже мчался во весь опор по дороге в Лиссабон…