Текст книги "Альковные тайны монархов"

Автор книги: Василий Веденеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)

Роза знойного юга

В 1853 г. император французов Наполеон III торжественно сочетался браком с испанской графиней Евгенией Монтихо-а-Теба. Три года спустя супруга подарила монарху наследника престола, получившего при крещении имя Людовика-Наполеона.

Все шло прекрасно, и семейное счастье императора казалось безоблачным, но, как ни странно, жар пылкой любви вскоре начал мало-помалу остывать.

Полюбив прекрасную испанскую графиню Евгению, император Наполеон III сделал ее своей женой и императрицей. Но никто и ничто на свете не смогло изменить ее долго сдерживаемого необузданного нрава и дикой ревности. Она по-своему безумно любила венценосного мужа, однако при этом постоянно терзалась жуткой ревностью. Ее без конца мучили страшные, иногда просто немыслимые и казавшиеся со стороны безумными подозрения. Евгения то и дело по разным поводам придиралась к мужу-монарху, демонстративно пренебрегая его приказами, и повсюду выискивала «счастливых соперниц».

Очень часто красавица испанка, оказавшись уже совершенно не в силах совладать со своим чересчур пылким темпераментом, бурей врывалась в кабинет императора и устраивала ему там безобразные сцены ревности. Ни в одном из дюжины своих великолепных дворцов Наполеон III никогда не мог рассчитывать найти даже подобие уединения – Евгения, словно ведомая свыше, непременно находила мужа повсюду!

Сварливая ревность жены ввергала императора в исступление. Иногда ему казалось, что он готов собственными руками задушить Евгению, лишь бы прекратить эти нечеловеческие муки. Боже, где же тот ангел небесный, которого он когда-то повел под венец?

Дольше выносить столь ужасающее положение император просто не мог. По его секретному приказу во дворце устроили большой ремонт.

– Все еще можно постараться как-то сгладить, ваше величество, – заговорщически намекнул монарху министр двора.

В ходе ремонта в стене прорубили неприметную, хорошо замаскированную крепкую дверь и врезали в нее сложный замок. Ключ от него император всегда носил при себе. Поздно ночью, закутавшись в широкий темный плащ и низко надвинув на глаза широкополую шляпу, он в сопровождении верного друга выскальзывал из дворца через потайную боковую дверь и отправлялся на любовное свидание к очередной фаворитке или посещал такие места Парижа, о которых в иных условиях монарху даже никогда не довелось бы узнать.

– Боже! Сколько зря потеряно времени, сколько упущено великолепных возможностей, – в порыве откровения не раз признавался Наполеон III сопровождавшим его в тайных прогулках приятелям.

– Ничего, ваше величество, – успокаивали те его. – Мы очень постараемся все наверстать. Стоит вам только захотеть, сир!

– Вы еще сомневаетесь, хочу ли я? – в шутку сердился император. – М-да, но все-таки было бы крайне интересно узнать: кто же эта загадочная красавица, рожденная на севере, о которой когда-то говорил в своих предсказаниях шейх Али? Жаль, что я не успел обратить свое внимание на нее. Как думаете, возможно, это родственница русского царя?

Тем временем в помпезном императорском дворце, в роскошной спальне, ворочалась с боку на бок на широкой кровати от беспокойных снов самая прекрасная женщина мира – несравненная роза знойного юга, императрица Франции, обольстительная Евгения, один взгляд которой мог свести мужчину с ума.

Ей снилось, что ее муж, подобно сказочному халифу Гаруну аль-Рашиду, переодевшись в простое платье, бродит ночью по великому городу в поисках удивительных любовных приключений.

Альковные тайны монархов

Имя самого знаменитого средневекового русского царя Иоанна IV, прозванного в народе Грозным, так же как и его частная семейная жизнь, издавна окружено множеством разнообразных легенд и откровенных небылиц, возникших в разные исторические эпохи. Но всегда хочется знать, как же все происходило на самом деле.

Знаменитая подделка

Людская молва приписывает Иоанну Грозному великое множество жен и неисчислимое число удивительных по красоте наложниц. Многие хроники рассказывают, будто, поправ все строгие церковные законы, царь венчался шесть раз, а некоторые русские и западные историки XIX в. насчитывали даже семь и более царских официальных свадеб. Сюда же обычно причисляли и двух постоянных сожительниц царя, которых ряд писателей и уважаемых историографов также считают пусть невенчаными, но супругами русского монарха. Итого получается как минимум девять жен.

Откуда же пошла такая слава про одержимого болезненным религиозным фанатизмом Иоанна Васильевича? Ведь царь отдавал много времени государственным делам и заботам, попыткам проведения разнообразных реформ и победоносным войнам. Он взял Казань, чем окончательно переломил хребет множество лет терзавшей Русь Золотой Орде, овладел Астраханью и с упорством пробивался в тяжелой Ливонской войне к Балтике, где «взял на саблю» множество городов. А чего стоит свершенное в его царствование атаманом донцов Ермаком завоевание и присоединение Сибири?

Мало кому известно, что весьма ловкий и очень хитрый политик Иоанн Грозный пытался – причем имея весьма реальные шансы на успех! – сесть еще и на… королевский трон Речи Посполитой! В крайнем случае он предполагал надеть польскую королевскую корону на своего сына. Но шумная «гонорова» шляхта после смерти очередного польского короля предпочла избрать своим монархом полководца Стефана Батория. Поэтому довольно успешно начатая русским царем тонкая политическая интрига не удалась. Кроме того, Иоанн Васильевич по возможности старался все же соблюдать законы православия и на свои браки обычно получал разрешение церкви. Откуда же тогда взялись подобные коварному болоту небылицы, в которых тонула истина?

Секрет предельно прост: большинство писавших об Иоанне Грозном литераторов и историков прошлого пользовались одним и тем же источником – «Хронографом о браках царя Ивана Васильевича». Сей «исторический» документ попал в архивные собрания лет двести назад – его продал в тогдашний «госархив» некий отставной гвардейский поручик Сулакидзев. Якобы только крайняя нужда в деньгах и заложенное имение заставили его расстаться с драгоценным «Хронографом», издревле хранившимся в семье.

Именно в этом документе описана мифическая свадьба Иоанна Васильевича с юной княжной Долгорукой, закончившаяся жестоким убийством. Якобы, не найдя в молодой жене «девства», царь очень опечалился и, оказавшись не в силах совладать с дикой ревностью, повелел немедля утопить «юницу». Это царское приказание выполнил глава опричников Малюта Скуратов. По существующей расхожей версии, княжну усадили в сани и, разогнав борзых лошадей во всю прыть, пустили их на тонкий лед глубокого озера. А затем смотрели, как, уходя в пучину омута, барахтались в темной воде обезумевшая от страха красавица и хрипевшие кони.

Есть в пресловутом «Хронографе» не менее пикантная история о потрясающе прекрасной Василисе Мелентьевне. Однажды царь, проезжая по улице, случайно увидел эту женщину из окна возка и, до глубины души пораженный ее удивительно чувственной красотой, загорелся нешуточной любовной страстью. Но лукавая чаровница оказалась замужем. Тогда Грозный повелел:

– Немедля сделать ее вдовой!

Это быстро исполнили опричники: они зарезали законного супруга красавицы, как барана. Затем царь превратил обольстительную Василису в свою сожительницу, вернее, наложницу. Однако и эта душещипательная любовная история как началась кровью и трагедией, так кровавой трагедией и закончилась: вскоре подозрительный Иоанн приревновал Василису Мелентьевну к молодому красивому князю Тевекелеву. Трудно сказать, имелись ли этому веские основания, но недолго думая государь повелел:

– Лишить жизни обоих!

Как оказалось, и это тоже миф! В целом пресловутый «Хронограф» содержал немало разных довольно правдоподобных рассказов о «романах» и «свадьбах» грозного царя наравне с предельно откровенными повествованиями о его многочисленных любовных похождениях. Но, как выяснилось впоследствии, Сулакидзев оказался всего лишь очень ловким мошенником. Ради получения приличной суммы денег он лихо подделал документ, создав свой собственный, вымышленный, псевдоисторический «Хронограф». Не имея доступа к подлинным историческим документам, отставной гвардеец не смог даже точно датировать настоящие свадьбы царя Иоанна Васильевича IV, весьма подробные записи о которых имеются в летописях. К тому же он изрядно напутал с дворцовыми и государственными должностями действующих лиц своих «исторических хроник», не говоря уже о совершенно откровенном вранье и буйных фантазиях на сексуально-любовные темы, временами смахивавшие на порнографический роман того времени. Тем не менее эта откровенная и грубая подделка довольно долго морочила всем головы! Как ни странно, подобное довольно часто случается с фальшивками, которые оказываются на диво живучи.

Так что же в действительности творилось за плотно затворенными дверями царских палат и расписных теремов? Существуют ли вполне достоверные исторические сведения об этом? Да, они есть…

Венценосный холостяк

Великий государь Иоанн Васильевич IV, впоследствии прозванный Грозным (1530–1584), был сыном великого московского князя – уже фактически русского царя – Василия III и его второй жены Елены Васильевны Глинской. Рано лишившегося отца Иоанна бояре посадили на престол в 1533 г., всего трех лет от роду. Мать стала регентшей при малолетнем сыне-государе.

После ее несколько странной и загадочной смерти в 1538 г. началось так называемое боярское правление. Сначала регентом стал мечтавший о престоле Шуйский. Но с 1543 г. власть опять захватили расторопные родственники матери Иоанна – шумные и жадные многочисленные Глинские. Однако вопреки многим более поздним «воспоминаниям» и высказываниям самого Иоанна Васильевича, он никогда не был бедным, голодным, худосочным и до икоты запуганным боярами сиротинушкой. Наоборот – будущий покоритель Казани и Астрахани к тринадцати годам вымахал в рослого, крепкого и своенравного озорного подростка, которому на вид давали никак не меньше семнадцати лет!

После смерти последнего из опекунов «несчастный сирота» отчаянно безобразничал – собрав ватагу сверстников, он верхом носился с ними по кривым улицам и обширным торжищам Москвы, безжалостно сшибая и давя народ конем. Другим излюбленным развлечением юного государя стало сбрасывание с высокой крыши кремлевского царского терема бессловесных тварей – кошек и собак. В тринадцать лет Иоанн впервые «уронял» с крыши «человеков».

Придворные и приближенные юного монарха, крайне обеспокоенные и не на шутку испуганные столь рано проявленной им необычайной жестокостью, стали спешно подыскивать Иоанну невесту в «иных землях». Они очень надеялись попробовать хоть как-то остепенить буйного молодца с помощью женитьбы – это давно испытанное средство надежно спустить пар. Но все сватовства оказались напрасным трудом: никто из западных монархов того времени не пожелал породниться с юношей-царем далекой, огромной и загадочной Московии.

Годам к шестнадцати Иоанн наконец сам несколько остепенился, и немалую роль сыграло в этом его окружение: фаворит Алексей Адашев, увлекавший юного Иоанна проектами реформ и преобразований государства, и священник придворного собора Сильвестр. Именно он и заронил в душу своенравного и жестокого царя искру религиозного фанатизма.

В 1547 г., в неполные семнадцать лет, Иоанн Васильевич венчался на царство по обряду византийских императоров, положив на Руси начало откровенному абсолютизму Вскоре он решил жениться: негоже властелину великой и могущественной державы оставаться холостяком. Но вновь все сватовства в «иных землях», способные дать России выгодный политический союз и упрочить ее положение на международной арене, оказались безрезультатными. Однако безвыходных положений не существует. По примеру отца – великого князя Василия III – новый монарх приказал немедля собрать со всего обширного государства юных и красивых дворянских девушек для смотрин и выборов царской невесты. Приказание царя вызвало немалый переполох по городам и весям – шутка ли, если вдруг появилась возможность породниться с самим государем! Повсюду спешно шились дорогие наряды, сарафаны, шубы и шушуны, доставались из заветных шкатулок самоцветные серьги и кольца, слуги аккуратно укладывали добро в объемистые дорожные сундуки. В Москву собирались огромные боярские обозы. Но царь оказался слишком нетерпелив…

Царские жены

На первых же устроенных в Кремле смотринах московских боярских и дворянских дочерей внимание Иоанна привлекла очень красивая молоденькая боярышня Анастасия Романова, происходившая из рода Захарьиных-Юрьевых. Один из ее предков – Михаил Юрьевич Захарьин-Юрьев – являлся ближним боярином отца царя, великого князя Василия III. Род Романовых не считался могущественным и фантастически богатым, как многие другие старинные русские боярские роды. Отец красавицы Анастасии уже умер, ее братья по своему малолетству не могли оказать никакого влияния на государственные дела, и это обстоятельство как нельзя лучше устраивало бабку Иоанна и его дядек из рода Глинских – все они, к великой радости молодого царя, охотно согласились с его выбором.

После пышной свадьбы монарх называл жену не иначе как «юницей». Он был с ней действительно очень счастлив: это точно отражено в исторических хрониках и подтверждено более поздними признаниями самого царя в письмах к Курбскому. Кроме удивительной красоты, Анастасия отличалась ровным, кротким нравом. Она никогда не лезла в дела своего венценосного мужа, не давала ему советов и даже много лет стоически терпела постоянное присутствие священника Сильвестра, которого ненавидела и откровенного фанатизма которого боялась. По отзывам многих современников, царица Анастасия обладала «ангельской добротой». Видимо, к этому стоит добавить и ангельское терпение – всем известно: царь Иоанн был крутого нрава!

Семейное счастье грозного монарха продолжалось тринадцать лет. Но частые роды и множество женских болезней подорвали здоровье Анастасии, и она скончалась в возрасте около тридцати лет. Вопреки красивой легенде и знаменитой киноверсии Сергея Эйзенштейна, созданной по заказу другого грозного владыки – Иосифа Сталина, – царицу никто не отравил. Просто медицина того времени оказалась абсолютно бессильной. Иоанн был безутешен и постоянно рыдал, словно дитя, а после похорон жены буквально не находил себе места.

Тогда высшее духовенство – заметим, речь о новой женитьбе завел не сам Грозный, а иерархи русской православной церкви! – стали просить монарха-вдовца вступить во второй брак.

– Негоже молодому русскому царю жить в блуде! Ведь естество все равно возьмет свое: надо завести новую семью, – говорили священнослужители. И царь согласился.

Несмотря на многочисленные прежние неудачи, невесту опять старательно искали в «иных землях», упорно засылая посольства со сватовством сначала в Польшу, потом в Швецию. Но оба гордых короля ответили решительным отказом. Зато горячее желание породниться с московским государем выразил кабардинский князь Темрюк Андронович. И с Кавказских гор в российскую столицу спешно привезли его юную дочь Кученей. Как отмечали летописи, Иоанн Васильевич «смотрел» новую невесту и «полюбил» ее. Но юная прекрасная кабардинка ни слова не понимала по-русски! Поговорить с ней царь ни о чем не мог. Но тем не менее в 1561 г. Кученей окрестилась и приняла православное имя Мария, войдя в русскую историю как вторая жена царя Иоанна IV Мария Темрюковна.

Горская княжна оказалась женщиной на диво способной: она быстро выучила русский язык, стала прекрасно разбираться, кто ее мужу враг, а кто друг, и даже осмелилась делать то, чего никогда не позволяла себе Анастасия, – давала супругу советы! Например, она горячо убеждала Иоанна Васильевича по примеру владетельных кавказских князей создать личную охрану из числа доверенных и проверенных телохранителей. И если Иоанн терпел ее советы, значит, любил горячую горянку. Иначе…

По другой распространенной легенде, коварный ловелас Иоанн Грозный недрогнувшей рукой сам отравил вторую жену, чтобы поскорее получить свободу и вновь жениться. На самом деле это не так. Брак Грозного с Марией Темрюковной длился почти восемь лет и, судя по всему, оказался вполне счастливым для русского монарха, как и брак с Анастасией Романовой. Именно в тот период у царя возникла идея перенести столицу государства из Москвы в стоявшую за непроходимыми лесами северную Вологду. Так это на самом деле или нет, сейчас судить трудно. Факт в том, что венценосная чета отправилась в северные русские земли.

К несчастью, там непривычная к лютым стужам Мария Темрюковна тяжело заболела: судя по описаниям болезни царицы, приведенным в исторических хрониках, она сильно простудилась, у нее началась двусторонняя пневмония. Как на грех, именно в этот момент Иоанн получил сведения о зреющем в Новгороде заговоре, и срочные государственные дела потребовали его немедленного прибытия в столицу. Следом за царем повезли больную Марию – царь доверил жену заботам надежного и проверенного человека, ближнего боярина Басманова. Тот очень старался, справедливо опасаясь страшного царского гнева. Бог услышал жаркие молитвы боярина и помог ему довезти царицу живой. Но по приезде в Александровскую слободу Мария Темрюковна скончалась.

Теперь уже сам Иоанн заговорил о новом браке, но, наученный горьким опытом, он не хотел жениться на иностранной принцессе, а намеревался ввести во дворец здоровую русачку. По его приказу в Александровскую слободу со всей Руси свезли около полутора тысяч дворянских невест. Государь более не проявлял нетерпения: ему уже стукнуло сорок, и он стал зрелым государственным мужем.

Всех невест тщательно осмотрели врачи и отобрали только отличавшихся безупречным здоровьем, а «конкурс красоты» провели еще раньше: на местах доверенные царевы люди безжалостно отсекли всех дурнушек. Задача оказалась очень трудной – как из множества писаных красавиц, обладавших отменным здоровьем, выбрать всего одну⁈ И тут царю помог «верный пес» из опричнины, знаменитый Григорий Лукьянович Скуратов-Вельский, он же Малюта. Опричник обратил внимание Иоанна на Марфу Собакину. Правда, она была худого рода, зато какая необыкновенная красавица! Грозный увидел ее и… больше никого смотреть не захотел!

Однако вскоре после обручения красавица Марфа почему-то стала, как тогда говорили, сохнуть. Тем не менее пышная царская свадьба состоялась – ее всячески подталкивал и торопил хитрый Малюта, поскольку красавица Марфа оказалась его дальней родственницей. После женитьбы на ней царя Скуратов-Бельский автоматически попадал в круг царской родни. И тут произошла трагедия: так и не став женой монарха, что подтвердили представители высшего духовенства, новоиспеченная царица скоропостижно скончалась. Не успев стать мужем, Иоанн Грозный вновь овдовел – уже в третий раз!

Естественно, все тут же решили, что молодую прекрасную царицу извели ядом, то есть отравили! И вот что крайне любопытно: когда в XX в. вскрыли гробницу Собакиной, несчастная царская невеста лежала как живая, совершенно не изменившись, словно спала, хотя прошло почти четыреста лет с момента ее погребения. Объяснения этому феномену так и не смогли найти. Однако ясно одно: умершие от яда так никогда не сохраняются…

Царь убивался недолго – его уже понесло! Спустя всего несколько месяцев он выбрал новую, четвертую по счету жену – Анну Ивановну Колтовскую: молодую, свежую и очень красивую. Однако опять совсем не родовитую, а происхождением даже ниже, чем покойная Марфа. Конечно, родня новой жены тут же, давя друг друга, скопом кинулась в царский дворец, но прижиться им там не удалось – царская милость крайне ненадежна! Поддерживавший Колтовских пресловутый Малюта Скуратов погиб в конце 1572 г. или в начале 1573-го – по этому поводу в различных исторических источниках есть разночтения. А в феврале 1573 г. Колтовские попали в страшную опалу: Грозный отобрал у них все ранее пожалованные богатые имения, а красавицу жену Анну безжалостно сослал в монастырь – тогда это было равносильно погребению заживо! Словно в отместку, лишившись всех радостей жизни, Анна значительно пережила мужа и скончалась только в 1627 г., уже при правлении новой династии – Романовых!

Лишь только не стало Малюты, его место возле царя немедля занял новый фаворит – боярин Василий Колычев, прозванный Умным. В 1575 г. он сосватал Иоанну Васильевичу свою родственницу Анну Васильчикову. Некоторые историки полагают: с ней Грозный: не был официально обвенчан, поскольку свадьбу праздновали «не по-государственному», а в узком кругу. Зато на ней присутствовало около двух десятков представителей семейства Колычевых! Трудно сказать определенно, считать ли Анну Васильчикову пятой женой царя или нет. К несчастью, ей вскоре довелось разделить печальную участь своей тезки-предшественницы. Вдоволь натешившись с молодой женой, Грозный совершенно охладел к ней, и через два года Анну по его приказу насильно постригли в монахини Суздальско-Покровского монастыря. После этого из полного фавора многие Колычевы пошли на плаху!

Последней супругой Иоанна Васильевича Грозного стала Мария Федоровна Нагая. Она была моложе мужа лет на тридцать. Новый фаворит Грозного боярин Афанасий Нагой ловко устранил от трона Колычева-Умного и сумел женить царя на своей родственнице, которая и родила сына Дмитрия – того самого мальчика, позднее зарезанного в Угличе. Мария тоже старалась не касаться никаких государственных дел и намного пережила грозного супруга. Что же касается самого царя, то он, несомненно, прекрасно понимал: послушная церковь просто нарочно закрывает глаза на его многочисленные браки. По православным церковным законам строжайше запрещалось вступать уже в третий брак. Тем не менее, еще будучи женатым на Марии Нагой, Иоанн Грозный практически открыто продолжал настойчиво искать себе новую невесту, непременно королевских кровей.

За этим он в 1583 г. отправил в Англию посольство во главе с дворянином Федором Писемским – сватать близкую родственницу Елизаветы Английской девицу Марию Гастингс. Но очередное заграничное сватовство закончилось полным фиаско: Иоанну вновь отказали, унизив его достоинство. Тогда царь, не в силах совладать с охватившим его гневом, в сердцах написал английской королеве: «Сестре нашей, Елизавете! Узнав об ответе твоем, видим, что вышла ты вся как есть полная дура!»

Самому Иоанну Васильевичу IV, прозванному Грозным, до рокового смертного часа тогда оставалось уже меньше года: в 1584 г. его не стало. У многих историков есть серьезные основания полагать, что царю помог умереть жаждавший власти боярин Борис Годунов. Но это уже совсем другая история. Что же касается жен Иоанна Грозного, то насильственной смертью не умерла ни одна из них! Это доказано историческими документами. А со многими «юницами» он был по-настоящему счастлив. Судьба жестоко обделила семейным счастьем этого незаурядного человека, очень много сделавшего для становления могучего русского государства. Он рано лишился отца, матери, потерял многих любимых женщин, умевших лаской укрощать его буйную натуру.

Или судьба не обделила, а наказала его?..