Текст книги "Альковные тайны монархов"

Автор книги: Василий Веденеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

«Теперь я – глава Церкви!»

Спустя некоторое время во дворце произошли новые перемены – любвеобильный и жаждавший наследника Генрих VIII не на шутку влюбился в прелестную фрейлину королевы Анну Болейн. Девушка была молода, мила, обладала соблазнительной фигурой, и монарх просто сгорал от вожделения. Он мог говорить с приближенными только об Анне и мечтал о том счастливом моменте, когда наконец сможет овладеть ею, удовлетворив свою похоть.

– Вы должны прийти в мою спальню сегодня вечером, – однажды прямо приказал он Анне.

– Нет, – тихо, но довольно твердо ответила фрейлина.

– Что? – недоуменно переспросил Генрих, который практически никогда и ни от кого не слышал отказа.

– Нет, – повторила Анна.

– Но почему?

– Я не согласна стать вашей любовницей, ваше величество!

– Да? Неужели ты хочешь стать королевой?

В ответ чертовски соблазнительная Анна предпочла промолчать и удалилась, не испрашивая на то разрешения монарха. Но, уходя, продемонстрировала Генриху свою глубоко декольтированную спину и призывно покачивала бедрами.

– Черт возьми! – только и мог вымолвить сгоравший от страсти Генрих.

В 1527 г. он фактически порвал все отношения с Екатериной Арагонской и стал думать, как овладеть Анной. Король написал папе – ведь в Ватикане всегда так ценили его и неизменно шли навстречу! – прося разрешения на развод. Но папа пришел от письма английского короля в ужас.

– Нет, никогда! – сказал он. – Нельзя допустить этого. Может произойти раскол католического мира перед лицом угрозы ереси!

Ответ папы только разъярил обезумевшего от страсти английского монарха.

– Главарь грязных колдунов! – ревел здоровенный, как боров, британский монарх. – И он смеет называть себя главой церкви и отказывать мне в праве развода? Мой несчастный брат Артур Уэльский был женат на этой мегере, которая к тому же на шесть лет старше меня, и отправился в мир иной. Это она довела его до могилы, а теперь жаждет выкинуть тот же фокус и со мной?

– Успокойтесь, ваше величество, – тщетно уговаривали его приближенные.

Однако Генрих и не думал успокаиваться. Его изощренный в интригах ум искал выхода из создавшейся ситуации. Какой бы он ни был – неожиданный, парадоксальный, ужасный, лишь бы дал Генриху желаемое. Кстати, впоследствии не раз именно так, с изощренной хитростью и невиданной решительностью, станет поступать и его знаменитая дочь – Елизавета I Английская, прозванная Глорианой и «королевой-девственницей».

– Успокоиться? – переспросил Генрих. – Отлично, господа. Раз папа, этот гнусный шаман из Ватикана, не дает нам развода, остается только одно средство!

Двор замер в ожидании: что еще придумал их сумасбродный и любвеобильный король, не разделявший политику и секс?

– Теперь я сам буду главой церкви в Англии! – отчеканил Генрих VIII.

Двор просто онемел от ужаса: король свергал власть католической церкви и предавался учениям Томаса Мора? Генрих не бросал слов на ветер – в 1531 г. он действительно объявил себя единственным главой церкви в своих владениях и нагло заявил:

– Теперь я могу делать все, что захочу!

И вскоре развелся с Екатериной Арагонской, дочерью Фердинанда Арагонского и Изабеллы Кастильской. Согласно данным разных источников, развод произошел где-то в промежутке между 1531 и 1534 гг.

– Что он делает там, на своем острове? – возмущался папа. – Из-за очередной юбки Генрих потерял голову! Я отлучаю его от церкви!

К этому решению папу в немалой мере подтолкнуло известие о том, что Генрих женился на Анне Болейн: теперь он овладел ею в собственной спальне на вполне законных основаниях и мог делать это когда захочет!

– Старый колдун решил потягаться со мной? – узнав об отлучении, зло рассмеялся король и в отместку папе приказал уничтожить в Англии все католические монастыри и храмы.

При этом Генрих очень неплохо нажился: все имущество католических церковников он прибрал в собственную казну: здания, обширные земли, деньги и многое другое. Быть единственным главой церкви ему явно понравилось! Кстати, Екатерина Арагонская скончалась в 1536 г. в возрасте пятидесяти одного года, прожив после развода всего несколько лет. Некоторые исследователи считают: ее смерть окутана тайной и не была естественным концом. Но, по крайней мере, ее не казнили.

В положенный срок новая королева Англии Анна разрешилась от бремени… девочкой, а не мальчиком, как ожидал Генрих. Мечта о престолонаследнике вновь отодвигалась на неопределенное время, а король был крайне нетерпелив и любил искать виновников собственных неудач. Даже неудач в постели. Нашли их и на этот раз.

– Меня попутал дьявол, – слезливо жаловался Генрих VHI. – Но больше я ему не поддамся и уничтожу все его отродье!

Очень многие историки считают, что рождение будущей королевы Елизаветы I, обманувшей ожидания своего венценосного отца, во многом послужило одной из косвенных причин казни великого утописта и философа Томаса Мора: кто, как не он, со своей дерзкой и малопонятной «Утопией», явный пособник дьявола? Не осталась в стороне от разбирательств, проводимых лично королем, и сама Анна Болейн – предмет недавней страсти и безумных сексуальных вожделений монарха. Жена уже прискучила ему, к тому же она не оправдала надежд.

– Вы нагло обманули меня, сударыня, – как ни в чем не бывало заявил ей Генрих. – Обманули, нарушив данное обязательство родить мне сына-престолонаследника!

– Я не давала вам такого обещания, государь! – дрожащим голосом ответила Анна, уже почуявшая: дело оборачивается крайне скверно.

– М-да? А как же ваши измены мне с многочисленными любовниками? Верные люди насчитали их не меньше сотни и о каждом подробно донесли своему королю! – Генрих потряс перед лицом ошарашенной жены пачкой документов и зло отбросил их на край стола. – Вообще, вместе с ними вы готовили заговор против меня! Будете отпираться?

Отпираться было совершенно бесполезно. Анну и нескольких дворян – «участников тайного заговора против короля» – арестовали по обвинению в подготовке покушения на жизнь его величества. Естественно, следствие велось по всем правилам того времени, и под пытками все необходимые признания и показания обвиняемых были получены. Пятерых дворян, как самых активных заговорщиков, казнили.

– Анна тоже недостойна оставаться в живых, – решил король. – Думаю, ее нужно обезглавить, но на французский манер. У нас это проделывают секирой, а на континенте лихо управляются с мечом.

– Вряд ли по всей Англии мы сумеем отыскать подобного специалиста по обезглавливанию, – доложили приближенные монарху.

– До чего оскудела страна, – вздохнул Генрих. – Позор! Даже некому махнуть мечом, чтобы лишить головы женщину предавшую своего мужа и государя. Нет безвыходных ситуаций, милорды, мы выпишем палача из Франции. Отправьте за ним корабль в Кале!..

Перед тем как отправить Анну на плаху, король официально развелся с ней. Однако новая свадьба не заставила себя ждать.

Синяя Борода

Новые торжества бракосочетания состоялись в день… казни Анны Болейн. При дворе испуганно шептались. Но вслух никто ничего не решился сказать. Новая избранница и пылкая сексуальная страсть короля носила имя Джейн Сеймур и приходилась любвеобильному Генриху VIII дальней родственницей. На этот брак непременно пришлось бы получать разрешение папы, но теперь Генрих сам был главой церкви.

– Это удивительно удобно, – закрывая за собой и молодой женой двери спальни, сказал монарх.

Судьба Джейн оказалась тоже не слишком счастливой. А жизнь очень короткой. Нет, она не закончила ее на плахе, как Анна, и ее не изгнали, как Екатерину, – Джейн даже родила королю долгожданного наследника престола. Однако скончалась вскоре после родов: медицина того времени не сумела спасти королеву, и Генрих овдовел. Впрочем, по воспоминаниям современников, он не слишком грустил: он решил вновь жениться! Для решения вопроса призвали государственного секретаря Томаса Кромвеля.

– Полагаю, милорд, нам стоит поискать невесту в других государствах на континенте, – сказал ему Генрих VIII. – В принципе я совсем не против породниться с какой-нибудь древней династией и слить нашу кровь воедино.

Кромвель прекрасно понял, чего от него хотят, и, поскольку в тот период было принято показывать жениху парадные портреты возможных претенденток, он показал королю портрет принцессы Анны Клевской из Германии.

– Анна? – недовольно пробурчал монарх. – Опять Анна… Впрочем, она недурна!

Но при личной встрече Генрих едва сдерживал ярость, когда увидел перезрелую тридцатичетырехлетнюю немку. Он тут же придумал ей прозвище – «фламандская кобыла» – и в сердцах сплюнул:

– Художник просто плут и каналья! Жаль, что мне до него не добраться!

Дабы не позориться и соблюсти все правила приличия, король вынужденно заключил брак с Клевской, но…

– Ты можешь выбрать: либо мучительная смерть, либо тебя быстро отправят на небеса, – сказал Кромвелю монарх. – Если хочешь умереть без мучений, ты обязан засвидетельствовать под присягой, что я не имел никаких интимных отношений с «фламандской кобылой».

– Почему я должен умереть, ваше величество? – взмолился Томас.

– За то, что ты мне подсунул! – сердито буркнул король.

Когда немке объявили, что король намерен расторгнуть брачный договор, у «фламандской кобылы» хватило сообразительности не брыкаться и не накликать на свою голову веревку, меч или топор.

– Я согласна на пенсию, которую мне выделяет их величество, – тут же заявила принцесса.

Брачный договор немедленно расторгли – король не желал ждать. Он уже давно держал на примете новую пассию: восемнадцатилетнюю Екатерину Говард, племянницу графа Норфолка, двоюродную сестру казненной Анны Болейн. Молоденькой смазливой и сексапильной девице страстно хотелось стать королевой, и она стала ею в 1540 г. Почуяв власть над стареющим и ожиревшим Генрихом, она вертела им как хотела – говорят, она дарила ему такие ласки, от которых монарх только стонал в изнеможении и соглашался со многим, что нашептывала ему по ночам оказавшаяся не только очень сексапильной, но и крайне властолюбивой Екатерина.

Тем временем королевский двор пришел в полное смятение. Все прекрасно понимали: подорванное множеством излишеств здоровье короля оставляет желать лучшего, и трагедия может произойти в любое время. Особенно если ее ускорит слишком резвая Говард.

– Она не предпримет ничего, пока не родит наследника престола, – заверил остальных милордов умудренный опытом придворный. – А вот тогда…

Новая королева успела восстановить против себя слишком многих влиятельных лиц, и с ней решили покончить, пока она не укрепилась на троне и не покончила с ними.

– Есть конфиденциальные сведения, только для вашего величества, – вскоре сообщил наедине один из лордов Генриху VIII.

– Да? Говорите, милорд. Мы здесь одни.

– Речь пойдет о вашей супруге.

– Что такое? – сразу подобрался тучный король.

– Некий дворянин Френсис Диргем состоял с ней в тайной преступной связи, а другой дворянин, по имени Меннок, недавно похвалялся, что ему доподлинно известно о родинке в интимном месте на теле королевы…

– Довольно! – прервал его Генрих и тяжело поднялся из кресла. – Мы рассмотрим это дело на государственном совете.

Лорд, низко кланяясь, удалился из королевских покоев: дело сделано. Если король решил собрать государственный совет, речь неминуемо пойдет об измене короне. А это означало только одно. Так и случилось. Дело рассмотрел государственный совет, и 13 февраля 1542 г. Екатерину Говард казнили. А с ней и других причастных к делу лиц. Неизвестно, уцелел ли лорд-доносчик. Не исключено, что и его голова оказалась в корзине палача: чтобы больше не болтал языком!

Генрих прожил вдовцом целый год. Конечно, у него были любовницы, но их имен история не сохранила. Наконец, он решил жениться в шестой раз и избрал в жены Екатерину Парр, родившуюся в 1512 г. В 1543-м она стала английской королевой. Вернее, шестой женой английского короля Генриха VIII. На торжества бракосочетания его величество везли в кресле на колесах типа современной инвалидной коляски: сам Генрих из-за сильного ожирения передвигаться уже не мог.

Что любвеобильный монарх решил бы сотворить со своей шестой женой, мы никогда не узнаем – можно считать с полным на то правом, что Парр просто дико повезло: 28 января 1547 г. Генрих VIII скончался. Сам – или ему помогли, как многим монархам? Впрочем, у него хватало болезней и без ядов: одной ногой он давно стоял в могиле. После его смерти Екатерина Парр вскоре вышла замуж за адмирала Томаса Сеймура, но скоропостижно скончалась в 1548 г., пережив знаменитого супруга-короля меньше чем на год.

Альковные тайны монархов

История ее необыкновенной романтической любви похожа на волшебную историю Золушки, случайно попавшей на королевский бал и встретившей там своего принца. Только в отличие от сказки принц оказался самым настоящим, как и его пусть маленькое, но государство, и судьба подарила реальной Золушке то, о чем, наверное, даже не могла мечтать Золушка из сказки – мировую известность.

Рассказывают, что еще в раннем детстве по соседству с семьей маленькой Грейс, отец которой был строительным рабочим в Америке, жила одна женщина, про которую поговаривали, что она умеет предсказывать судьбу. Случайно встретившись с матерью Грейс, у которой сидела на руках симпатичная малышка, соседка словно ненароком взяла ребенка за руку и бросила быстрый взгляд на линии ладони девочки:

– О! – удивленно округлила она глаза. – Да ты, милая моя, держишь на руках мировую знаменитость и ее величество!

– Брось шутить, подруга, – рассмеялась мамаша Келли. – При нашей-то бедности о какой знаменитости можно говорить? Да еще про величество. Ну, повеселила!

– Судьба не шутит, – ласково сжав ручку ребенка в кулачок, ответила соседка. – Она даст ей все, о чем я сказала. И большое счастье. Но заберет жизнь в день рождения…

Первые подарки щедрой судьбы

Девочка росла смышленой и очень симпатичной, и, как предсказала ей соседка, которая потом куда-то переехала из их квартала и следы ее окончательно затерялись, судьба давала Грейс один шанс за другим и с небывалой щедростью дарила счастливые случаи. Кто из девушек Америки не мечтал попасть в Голливуд, выйти на съемочную площадку и стать всемирно известной кинозвездой? Жизнь кинодив постоянно освещали журналы, они мелькали в кадрах кинохроники, публика обожала их и с нетерпением ждала каждого нового фильма с участием любимой актрисы. Казалось, такое счастье для Грейс просто недостижимо, но счастливый случай позволил ее фотографии попасть в картотеку статистов знаменитой «фабрики грез». Судьба уже сделала свой первый ход, но девушка об этом еще не подозревала.

– Все это не то, не то! – раздраженно отбрасывал фото известных актрис знаменитый создатель фильмов ужасов Альфред Хичкок.

Он мечтал найти для своей новой картины свежее, открытое, тонкое и одухотворенное лицо молодой красивой девушки, а найти никак не удавалось. Режиссер уже просмотрел почти всю картотеку, побывал на многих спектаклях на Бродвее, но…

– Не могу же я ездить по всем провинциальным театрам! – сердито буркнул он ассистенту.

– Зачем ездить? – моментально нашелся тот – Еще существует картотека фотографий статистов. Смею заверить, шеф, она весьма и весьма обширна.

– Да? – Хичкок заинтересованно обернулся к помощнику. – Предположим, сразу откинем всех мужчин, детей и женщин старше двадцати пяти… Тащите ее сюда!

Брезгливо оттопырив нижнюю губу, Хичкок перебирал снимки и вдруг его взгляд зацепился за лицо прелестной юной девушки с правильными чертами лица. Конечно, не писаная пышнотелая красотка вроде Мэрилин Монро, но чертовски мила и очень хороша собой. В ней даже есть какой-то природный аристократизм.

– Вот. – Режиссер отложил фото. – Надо попробовать снимать эту. Как ее?

– Грейс Келли, – сверившись со списком, подсказал ассистент…

После выхода фильма на экраны Грейс Келли, как принято говорить, проснулась знаменитой.

– Это моя любимая актриса, – заявил в интервью журналистам мэтр Хичкок. – Мы еще долго будем работать вместе и сделаем немало!

Ему верили, и только госпожа Судьба тихонько смеялась, скромно стоя в сторонке. Она позволила Грейс стать кинозвездой, снявшись в нескольких фильмах, но на эту девушку у всесильной и всемогущей судьбы имелись свои виды.

– Кто поедет на кинофестиваль в Канн? – без конца спрашивали журналисты весной 1955 г.

– Конечно же украшением американской делегации станет блистательная Грейс Келли! – авторитетно утверждали обозреватели.

Именно так и случилось: весной 1955 г. Келли вместе с делегацией американских кинематографистов отправилась в Европу, в Канн, где ее ждал новый успех и поклонение восхищенной публики. Светская жизнь шумного кинопраздника с его приемами, интервью, зваными обедами, морскими прогулками, просмотрами лент и заседаниями жюри совсем закружила Грейс и других участников фестиваля.

– Нам позарез нужно нечто новенькое, – собрав сотрудников, сказал главный редактор одного из самых влиятельных французских журналов, «Пари-матч». – Неожиданное, чтобы читатель онемел от восторга!

– Есть идея, – поднял руку репортер Пьер Талант.

– Ну, говори!

– Дать на нашу обложку фото кинодивы Грейс Келли и монарха Монако князя Ренье. Он очень импозантный молодой мужчина и, говорят, известный плейбой. Опять же: его высочество!

– Прекрасно! – хлопнул в ладоши главный редактор. – Пусть договариваются с дворцом князя. Немедленно! Надеюсь, Бог нам поможет!

Судьба ударила в свой звонкий гонг шестого мая 1955 г.! В «Студебеккере», взятом напрокат в местном гараже, Пьер Талант и кинозвезда Грейс Келли без каких-либо затруднений и формальностей пересекли границу Франции и Монако. В княжеском дворце монарха Монако дорогих гостей уже ждали. Князь Ренье оказался приятным, очень обходительным и симпатичным мужчиной: он ласково улыбался заморской гостье и с чисто южным темпераментом, сдерживаемым рамками светского воспитания и принятых правил приличия, всячески выражал ей свое восхищение.

Бала не было. Но, покидая дворец князя Ренье, уже успевшая стать кинодивой Золушка-Грейс, потеряла нечто большее, чем хрустальный башмачок, – она оставила там частичку своего сердца.

Княгиня Монако

Его высочество князь Монако Ренье III родился в 1923 г., и той солнечной весной 1955-го ему исполнилось тридцать два года. Князь являлся последним представителем одной из старейших в Европе династий, поскольку принадлежал к древнему роду Гримальди, еще в XVI в. ставшему правящей династией Монако. Поэтому вопрос о престолонаследнике стоял весьма актуально – Ренье пока оставался холост и никак не мог подыскать себе подходящую жену.

Его высочество, по отзывам многих достаточно хорошо знавших его людей, нравился женщинам и имел у них успех, чему, надо полагать, способствовало и его социальное положение – как-никак самодержец пусть небольшого, но государства в центре Европы. Причем представитель старинного титулованного дворянского рода, да и собой недурен. Недостатка в подругах князь не испытывал, но мечтал найти единственную, неповторимую, жену и мать, способную продолжить его род. Увидев Грейс Келли, совершенно неожиданно появившуюся в его дворце в начале мая 1955 г., Ренье понял: это она!

– Я хотел бы написать вам в Штаты, – прощаясь, он задержал тонкую руку кинозвезды в своей ладони. – Вы не возражаете?

– Наоборот, я буду рада получить от вас письмо, – улыбнулась в ответ Грейс.

Князь загорелся. Если во время короткого неожиданного визита он старался очаровать прелестную гостью улыбками и галантным обхождением, то теперь он призвал на помощь эпистолярный жанр, и в Соединенные Штаты полетели письма из Монако в конвертах, украшенных личным гербом монарха. Келли охотно отвечала, и это окрыляло и обнадеживало Ренье. Он чувствовал, что небезразличен звезде Голливуда. Впрочем, это действительно оказалось так – князь произвел на Грейс большое впечатление и заронил искру в ее сердце. Неужели она влюбилась в его высочество? Боже!

– Все странно, очень странно, – однажды сказала Келли ее мать. – Помнишь нашу соседку Полли?

– Нет, мама.

– Ну да, тогда ты еще была совсем малышкой, где тебе помнить. Так вот, эта Полли нагадала тебе мировую известность и замужество за королем. Я тогда думала, она просто шутит, а теперь даже и не знаю, что подумать…

Письма от Ренье приходили все чаще, и тон их становился все теплее, пока даже родственникам кинозвезды не стало казаться, что конверты с гербом теплые на ощупь.

«В письмах жар моего сердца, – сообщал его высочество. – Я не могу более ждать встречи и вскоре сам прибуду в США».

Когда Грейс прочла об этом, у нее даже перехватило дыхание от волнения, она сердцем чувствовала: все не так просто! Должно произойти нечто важное, способное повернуть ее жизнь в совершенно иное русло. Что же ей делать? Идти смело навстречу своей судьбе, не задумываясь ни о чем? Ведь она догадывалась, зачем хочет приехать Ренье…

Судьба снова ударила в свой звонкий гонг счастья. Ренье III появился в Соединенных Штатах во всем блеске своего великолепия, полный любви и обаяния.

– Дорогая, – без долгих предисловий обратился он к Грейс, – я прошу вашей руки и сердца, предлагая в ответ свои! Если вы ответите «да», то сделаете меня счастливейшим человеком на свете.

– Да! – без раздумий ответила кинодива. – Да!..

В Европу семья Келли отправилась на комфортабельном американском лайнере «Конституция». 12 апреля 1956 г. – менее чем через год после первой встречи Грейс и Ренье! – огромный океанский пароход уже входил в бухту Монако. Гладь Лигурийского моря отражала щедрое южное солнце и пестрела от множества яхт, катеров и рыбачьих лодок, словно все население маленького государства вышло в этот час из порта в открытое море, чтобы встретить будущую супругу своего князя.

«Конституция» пришвартовалась в порту у стоянки рядом с яхтой его высочества. Наступил решающий момент. Грейс, держа на руках любимого карликового пуделя Оливера, с гулко бьющимся сердцем, чувствуя, как от волнения подгибаются ноги, спустилась по трапу лайнера и, сделав еще несколько шагов, ступила на трап княжеской яхты. Все! Отступать теперь уже некуда: навстречу ей с распростертыми объятиями Шел Ренье III. И Келли припала к его груди.

До официального бракосочетания оставалась еще неделя, каждый день которой до отказа был заполнен различными мероприятиями. Главное – выходцы из американского простонародья, представители семейства ставшей кинозвездой Грейс Келли знакомились с родными жениха, представителями одного из древних титулованных дворянских родов Европы, зримо олицетворявших собой пережившую века аристократию. Но все прошло благополучно. Ежедневно устраивались званые вечера, торжественные обеды, различного рода встречи. Вскоре Грейс поняла: впереди у нее, пожалуй, самая ответственная в жизни и единственная, но очень трудная роль – княгини Монако!

По сложившейся традиции, свадебная церемония разделялась на две части: гражданскую и церковную. Гражданская проходила в тронном зале дворца Ренье III и отличалась пышностью. Церковная проводилась на следующий день после гражданской, в местном соборе, в присутствии многочисленных гостей и представителей почти всех знаменитых титулованных родов Европы.

Венчал молодых епископ Монако. И вот под гулкими сводами храма прозвучал традиционный вопрос:

– Согласна ли ты, Грейс Келли, взять в законные мужья присутствующего здесь Ренье Бертрана?

Грейс на секунду задержала дыхание, умеряя бешеное биение готового выскочить из груди сердца, и громко ответила:

– Да!..