Текст книги "Эра Огня 5. Мятежное пламя (СИ)"

Автор книги: Василий Криптонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 18 страниц]

– Ещё я подробно расспросил троих мудрецов, которых вы пытали.

Нормально. Он – расспросил, а я – «пытали». Хотя если вспомнить, что я попросил Натсэ их не выпускать, то... Ладно, пусть будет так.

– Значит, путешествие за Сердцами, так? – Дамонт пристально всматривался мне в глаза. К кофе он пока не притронулся.

– Вы видели Мелаирима, – сказал я вместо ответа.

– Да. Он – разум Стихии. А сердец магов Огня слишком мало, чтобы лишить его силы.

– Всё решится в бою, – сказал я откровенно. – Но это будет битва титанов. Людям там делать нечего. Те, кто пройдут это и выживут... Вряд ли их можно будет назвать людьми.

– А меня и Логоамара вы не сочли нужным известить, потому что...

– Потому что для начала хочу попытаться и посмотреть, что из этого выйдет.

Дамонт покивал:

– Рискнуть своей жизнью. Жизнью Денсаоли...

– Нет, – быстро ответил я. – Она лишь укажет путь. С Сердцами я разберусь сам. Ну...

Я замешкался. У меня в голове обретение Сердца выглядело, как некое «зелье сверхпрокачки». Взял – и понеслось, только успевай...

– Мортегар, – тихо сказал Дамонт. – Сердце сможет принять лишь человек, всем сердцем преданный родному клану. Ты уверен, что одинаково любишь Воздушных, Водных, Земных и Огненных магов?

– Я соединил четыре печати. Если не я, то никто.

Дамонт, наконец, взял свою чашку и сделал глоток.

– Ладно. Продолжим выяснять, у кого длиннее. С вами вместе улетят ещё трое человек. Маги Воздуха, Воды и Земли. Каждый из них знает, где искать Сердце. В каждом из них мы уверены. Их преданность не вызывает сомнений. И возражений я не приму. Спасибо за кофе.

Дамонт одним глотком опустошил чашку, встал и вышел, в дверях раскланявшись с Натсэ.

– Какие, ***, ещё три мага? – спросил я у пустого стула, где только что сидел глава клана Земли. – Вам что тут, общага?

– Догнать его? – спросила Натсэ.

– Убить? – встрепенулась Огневушка возле плиты.

– Я могу мгновенно восстановить защиту, и он не уйдёт! – В кухню просунула нос Авелла.

– Нет, – отмахнулся я. – Ладно... Пусть идёт. Давайте завтракать, что ли.

Глава 26

Адресат: клан Огня

МОРТЕГАР: Мы улетаем на Каменном страже сегодня в десять вечера. Опоздавших не ждём. Возьмите как можно больше продуктов. Комнат должно хватить на всех.

Отправив сообщение, я выдохнул. Вроде мелочь, а дело сделано, срок назначен, черта подведена. Отправляемся в путешествие! Наконец-то эпическое фэнтези, путь героя за чудесным артефактом. Такого у меня в чистом виде ещё вроде как не было. Свеча и факел не в счёт, там больше стечение обстоятельств роль играло.

– Кстати да, – поднялась из-за стола Натсэ. – Пойду прикуплю кое-чего в дорогу. Белянка, отсыплешь из нашей скромной казны? Тарлинис пока ничего не прислал. Может, кстати, и к нему загляну.

Авелла тут же выдала ей мешочек, полученный от Боргенты. Сама Боргента с дочерью сидела тут же. Они уже позавтракали и теперь играли в ладушки под любопытствующим взором Огневушки.

– Я с тобой схожу, – сказала Авелла.

– Не нужно. Я хорошо ориентируюсь.

– Но зачем тебе всё на себе тащить? У меня есть Хранилище.

– Н-да, штука удобная, – с завистью сказала Натсэ. – А мне можно будет как-нибудь раздобыть Воздушную печать? Казначей с личным Хранилищем – это гораздо лучше, чем без.

– Поговорю с мамой, – кивнула Авелла. – Или с Денсаоли... Денсаоли-то будет не против, а мама может и придумать что-нибудь.

– Ладно. – Натсэ вынула из мешочка одну золотую монету, остальное вернула Авелле. – Я прогуляюсь. Хочу побыть одна. К десяти буду.

Она вышла, не оглядываясь. Мы с Авеллой проводили её взглядами, потом посмотрели друг на друга.

– Что это с ней? – спросила Авелла, когда хлопнула дверь.

– Гетаинир рассказал, что нашёл и похитил её мать. Теперь она у Мелаирима. Он подготовился к нашему возвращению...

– Ужас! – Авелла схватилась за голову. – Бедная... Мортегар, нельзя оставлять её одну.

Вот тут ты права, дорогая. Нельзя. Совершенно нельзя.

– Она сильная, – сказал я. – Справится. Иногда к ней лучше не лезть, правда.

– Ну, не знаю... – сомневалась Авелла.

– Можете пока с Огневушкой посмотреть, в каком состоянии комнаты. Народу будет полно, хотелось бы всех разместить.

– Я думаю, разместимся, – кивнула Авелла. – Три спальни. Мы занимаем одну втроём. Вторая, детская – для Боргенты с малышом, пусть так и остаётся. Третью отдадим...

– Нам с Зованом! – выпалила Огневушка.

– Н-н-нет, не думаю, – покачала головой Авелла. – Наверное, Асзару с Денсаоли... Ну, или Лореотису с Алмосаей. На третьем этаже шесть спален. Тебе, Огневушка, Зовану, трём этим загадочным магам и ещё двоим придётся потесниться... Надеюсь, они не обидятся.

– Бросим жребий, – предложил я, вставая. – Чтобы точно не обиделись. Вообще, мне кажется, Лореотиса обидеть сложно. Он притащит с собой мешок бухла и, может, вообще не узнает, что ему полагалась какая-то спальня. Он рыцарь опытный.

И, вполне возможно, что после сегодняшней прогулки я буду составлять ему компанию. По-свойски, по-рыцарски...

– Есть ещё какая-то комната на втором, – продолжала рассуждать вслух Авелла. – Попрошу маму, чтобы принесла кровать, будет ещё одна спальня. И чердак! Да, в крайнем случае остаётся чердак.

– Денсаоли туда точно селить не стоит, – заметил я, двигаясь к выходу.

– Да уж... Ладно, мы что-нибудь придумаем. А ты куда, Мортегар?

– Я? Дойду до мертвецкой. Узнать, что там с Ямосом. Его мать, скорее всего, займётся похоронами, но мало ли. Он всё-таки был моим другом.

Авелла грустно кивнула. Предлог прозвучал убедительно...

***

Я создал себе полнейшую невидимость и полетел невысоко над землёй. Летел по маршруту, который сегодня утром отпечатался в карте. И, разумеется, быстро нагнал Натсэ.

Я не издавал ни звуков, ни запахов. До Огненного зрения Натсэ ещё никак не могла прокачаться, у неё только древо открылось. И всё же, когда я завис у неё за правым плечом, она с подозрением оглянулась и ускорила шаг. Я не отставал. Не знал, когда лучше себя обнаружить.

Натсэ шла по «берегу» Материка, сторонясь жилых кварталов. Странный способ ходить за покупками, конечно. Вот на пути встретилась рощица, и Натсэ сошла с тропы, попыталась затеряться среди деревьев. Я уверенно следовал за ней. Наконец, она остановилась.

– Либо нападай, либо убирайся, – сквозь зубы произнесла она. – Ты знаешь, кто я. Не надо совершать ошибку и делать меня врагом.

Мне сделалось не по себе. Редко, очень редко Натсэ говорила со мной так, чтобы я видел в ней Убийцу. Существо из иного мира. Нет, не в смысле всех этих попаданчеств и тому подобного. Она выросла в мире людей, для которых убийство – это работа, забава, любимое дело. Её учили тому, что убивать – нормально, что другие, обычные люди – это всё равно что манекены, которых можно ломать и выбрасывать, если за это платят.

– Считаю до трёх, – продолжила она. – На счёт «три» из пустоты брызнет кровь, и твой мир медленно погаснет. Раз. Два.

– Как ты меня вычислила? – спросил я, сдёрнув Невидимость и опустившись на землю рядом с Натсэ.

Она вздрогнула, увидев меня.

– Чувствуется, когда за тобой следят. Это не магия, это навык, которым обладают Убийцы. Вырабатывается, когда скрываться – норма жизни. Морт! Какого Огня ты за мной увязался?

Я покачал головой:

– Натсэ, я – уже не мальчик, которого ты защищала в академии Земли. Я твой муж.

– Мирской, – огрызнулась она.

– Хочешь, чтобы я разорвал брак с Авеллой и взял тебя магической супругой? Я сделаю, скажи.

Натсэ, прищурившись, на меня посмотрела.

– Что, правда сделаешь? А как же чувства белянки?

– Думаю, она будет только рада уступить, если узнает, что для тебя это имеет значение. Она себе руку отрежет, лишь бы ты была счастлива. И точно так же поступишь ради неё ты.

– Ну и зачем тогда задавать вопросы, на которые знаешь ответы? – дёрнула плечом Натсэ.

– Ты права. Незачем.

Игра в гляделки окончилась моей победой: Натсэ опустила взгляд.

– Иди домой, Морт. Не хочу, чтобы ты видел меня такой...

– Если тебя хоть кто-то увидит такой, ты займёшь соседнюю камеру. Иди ко мне.

Я привлёк к себе Натсэ, которая вся была напряжённая, будто из стали. Набросил одну Невидимость на двоих.

– Держись крепче.

Мы взлетели. Натсэ молчала, цепляясь за меня. Я летел, обняв её за талию. Вскоре впереди показалась Воздушная тюрьма. Поле пустоты, лишь формально огороженное бордюром.

– Это и есть?.. – В голосе Натсэ слышалось удивление.

– Да. Нужно сказать рыцарям на входе, к кому идёшь. Они активируют какую-то руну, или типа того... Только тогда ты сможешь его увидеть. Но не попасть внутрь. Как ты собиралась уложиться до десяти?

– Я думала, будет попроще, – виновато сказала Натсэ.

– «Думала»! Видел бы тебя Магистр...

– Морт, ты одурел? По-твоему, мы уже можем над этим шутить?!

Я пошёл на снижение.

– Думаешь, тебе одной сейчас тяжело? Давай либо молчать, либо не цепляться к словам друг друга.

– Молчать, – решила Натсэ, когда мы опустились перед бордюром.

Я двинулся вдоль бордюра, всматриваясь в пустоту Огненным зрением. Видел огоньки душ. Маленькие, ненужные. Но один пылал ярко. Это не свидетельствовало о какой-то особенной душе, нет. Просто человек, сидевший в невидимой камере, носил печать Огня.

Остановившись, я перевёл дух. Отключил Огненное зрение. Ну вот. Я вижу далеко впереди спины рыцарей, застывших перед входом в невидимую тюрьму. Если я попытаюсь пробить невидимую стену, они почувствуют. Если я хотя бы прикоснусь к ней, они почувствуют. Но я не собирался.

– Ты меня разыгрываешь? – спросила Натсэ.

– Подожди. Дай подумать...

Моргнул, и на том месте, где только что был, казалось, лишь воздух, увидел стену из рун Воздуха. Они сияли белизной, ослепляли.

– Воздух-Воздух, – прошептал я. – Ты могуч... Позволь мне видеть?

На правой руке загорелась четырёхцветная печать.

Сильная магическая блокировка

Подходящее заклинание не обнаружено

Подходящее Стихийное свойство не обнаружено

Хорошо. Идём дальше. Глубже.

Я закрыл глаза и медленно вдохнул.

Они стояли там же, где были всегда. Двое, посреди пустоты. Блондинка и брюнетка.

–Чего ты хочешь? – спросили они хором.

–Хочу увидеть человека, который передо мной.

–Зачем?

–Чтобы посмотреть ему в глаза.

–Зачем?

–Чтобы убедиться: я поступаю верно.

Переглянулись. Кивнули.

Сформирован навык Абсолютное Зрение

Я открыл глаза и вздрогнул. Гетаинир стоял прямо напротив меня и ухмылялся. Он что-то говорил, но я не слышал. Можно было, наверное, сформировать навык Абсолютного Слуха... Ладно, чёрт с ним. Нет мне дела до его слов. Я вижу его мерзкую ухмылку. Он... Он...

Он видел нас обоих, потому что я позволил ему это, приоткрыл невидимость ему навстречу, будто книгу.

– Морт, ты его видишь? – тихо спросила Натсэ.

– Да, – кивнул я.

– И... Что он? Что делает?

Я сглотнул.

– Смеётся.

– Смеётся?

– Он показывает на тебя пальцем и смеётся.

Гетаинир и в самом деле покатывался со смеху. Потом он отступил подальше, в глубь своей камеры, и принялся танцевать. Вряд ли он был хорошим танцором. Просто дёргался под воображаемую музыку, перемежая движения похабными жестами. Я смотрел на него, чередуя вдохи и выдохи своей жизни. Зачем-то считал их.

– Ты чувствуешь, когда он на тебя смотрит? – спросил я.

Гетаинир смотрел на Натсэ, не отрываясь.

– Да, – сказала она. – От этого ощущения хочется помыться.

Я глубоко и прерывисто вдохнул.

– Пошли отсюда, Морт. – Натсэ, в свою очередь, выдохнула. – Не надо было приходить. Спасибо, что остановил меня...

– Подожди.

Впервые я убил не своими руками – огнём. Это было в доме почтенного Герлима. Оживших мертвецов под водой я за людей не считал. Потом был рыцарский турнир, потом – вся та безумная резня с Орденами Убийц, но там всё происходило в бою. Это иное.

Другое дело было прикончить Мелаирима, когда тот освобождал пламя. Но и там я действовал просто потому, что иначе было нельзя. Сейчас – можно было.

Невидимые нити легко прошли сквозь невидимую стену. Магия Стихии Воздуха их не заметила – они были из совсем другой оперы. Зато Гетаинир вдруг замер посреди одного из своих дурацких движений. Глаза его разгорелись ужасом. Я улыбнулся.

Кажется, он кричал – я не слышал ни звука. На его руке появилась чёрная метка – я уже видел такую же у Натсэ. Наверное, они не только к ошейникам привязываются, но и к заключённым в тюрьмах.

Гетаинир пытался воспользоваться магией – тщетно. Я заставил его закрыть рот. Заставил подойти к невидимой стене, и вот мы с ним опять лицом к лицу.

– Морт? Что ты делаешь? – напряглась Натсэ.

– Зло, – ответил я.

Гетаинир откинул голову назад и изо всех сил врезался лбом в стену. На невидимой, как будто стеклянной преграде осталось пятно алого цвета.

– Ещё, – шепнул я.

Он повторил удар. Потом снова, снова...

Я заставлял себя смотреть. И какая-то часть души наслаждалась этим зрелищем. Какая-то часть разума бормотала: «Ну вот, теперь я знаю, каково это – быть Натсэ. Убивать не для того, чтобы спасти себе жизнь сию секунду».

– Давай, выродок, – прошептал я. – Разок за каждого ребёнка, что ты убил в Дирне. Разок за того инспектора. Разок за Авеллу. Разок за то, что сделал с Асзаром. Пару раз за Ямоса. Пару раз за его сына. И ещё десяток – за женщину с фиолетовыми глазами, к которой ты не должен был приближаться на пушечный выстрел.

Десятка не получилось – череп сломался раньше. Увидев то, что выплеснулось оттуда на стену, увидев, как упало на пол камеры безжизненное тело, почувствовав, как одновременно словно бы оборвались невидимые нити, нас связавшие, я ощутил себя катающимся на взбесившейся карусели.

– Морт! – вскрикнула Натсэ.

Я быстро отвернулся и, согнувшись пополам, блеванул на землю. Одним извержением не закончилось, пришлось повторить дважды. Кто бы мог подумать, что будет так тяжело...

– Дурак, – прошептала Натсэ. Её рука дрожала у меня на плече. – Морт, какой ты всё-таки дурак...

– Эт мйя спрсбть...

– Чего?

Я закрыл глаза, рукой вытер лицо и выпрямился.

– Это моя суперспособность, говорю, – повторил я. – Ни у кого такой нет.

– Это уж точно. Спасибо.

Последнее слово она произнесла шёпотом. Я в ответ кивнул. Посмотрел под ноги, на вкусный некогда завтрак с Огневушкиным кофе.

Трансформация

Заклинание отработало уверенно. Я мысленно перекопал землю и разровнял. Реальная земля подчинилась. Ну вот... Теперь – трава.

Трава выросла, подчинившись зову Пятой Стихии. Ушло смешное количество ресурса.

– Хочешь обернуться? – спросила Натсэ.

– Нет.

– Подумай.

– О чём тут думать?

Я даже представлять не хотел то, что осталось у меня за спиной. Забыть бы поскорее.

– Морт, это важный момент. Послушай себя. Все убитые остаются в твоей душе, так или иначе. Ты не хочешь просыпаться в холодном поту до конца жизни? Сейчас есть шанс пересилить себя и посмотреть на то, что сделал, разрешить себе с этим жить. Потом будет труднее.

Её слова показались мне разумными. Я обернулся.

Странно... Теперь зрелище прозрачной комнаты, залитой кровью и мозгами, не производило на меня такого впечатления. Всё будто превратилось в декорации.

– Вот видишь, – сказала Натсэ, поняв по моему лицу, что мне полегчало. – Другое дело. А теперь идём. Нужно что-то купить, чтобы Авелла не заподозрила неладного.

– Да, – кивнул я. – И ещё зайти в мертвецкую. Ямос...

– Обними меня, и летим, – кивнула Натсэ.

***

Мы вернулись домой втроём. Я, Натсэ и наш секрет. Когда-нибудь мы расскажем всё Авелле. Когда-нибудь она простит нас, если вообще увидит, за что тут прощать. А пока... Пока надо было улетать.

Мы вернулись в девять вечера. Застали на пороге госпожу Акади, которая по просьбе Авеллы приносила кровать. Она с обидой посмотрела на меня:

– Здорово вы меня наказали, сэр Мортегар, – сказала она.

– Кто-то же должен был остаться управлять кланом, – развёл я руками.

– Ну да, ну да... Сэр Мортегар, пообещайте мне одну вещь.

– Я скорее сам умру, чем позволю Авелле пострадать, – сказал я. – И нас тут как минимум двое таких. – Я кивнул на смущённую Натсэ, которая всё ещё не знала, как смотреть в глаза женщине, с дочерью которой у неё такие необычные отношения. – А на самом деле гораздо больше.

Акади грустно улыбнулась и вдруг так по-матерински взъерошила мне волосы:

– Не о том хотела сказать. Себя берегите, сэр Мортегар. Я, наверное, совершенно дурацкая мать, но дочку знаю. Смерть для неё вполовину не так страшна, как одиночество. Не сумеет она вас ещё раз потерять. Постарайтесь смириться: ваша жизнь тоже имеет значение. И, быть может, куда большее, чем жизнь любого из нас. Простите мне фамильярность и назидательный тон, господин глава клана. Что взять с пустоголовой Воздушной магички.

Подмигнув мне, она вышла из дома. И почти сразу начал собираться наш отряд.

Лореотис пришёл с Алмосаей. Асзар – с Денсаоли. Зован... Зован пришёл с Кевиотесом и Вуктом. Я встретил их с раскрытым ртом. Слов не было.

– Помочь? – Вукт показал кулак.

– Не, – мотнул я головой. – Давай лучше я.

Баловство баловством, но тут уже не до шуток.

– А мне-то зачем? – изумился Вукт.

– Почему – ты?! – воскликнул я. – Это тызнаешь, где находится Сердце Воды?! Ты... ты же... Да кто ты такой?!

– О-о-о! – протянул Вукт, одной рукой хлопнув меня по плечу, а другой доставая из-за пазухи бутылку. – Ты уверен, что готов к этому разговору?

Разговор решили отложить на потом. Солнце село, надо было скорее отчаливать. Да и вообще ночью лучше быть настороже.

Последним явился пожилой Воздушный рыцарь с холодным взглядом безжизненных глаз. Я этот взгляд выдержал, отметив про себя, что с гражданином могут быть проблемы. Остальные тоже отреагировали спокойно. Кроме Денсаоли. Она вскрикнула и упала в обморок. Асзар подхватил её на руки.

– Мердерик, – представился рыцарь. – Сэр Мердерик, добровольно безродный. К вашим услугам, сэр Мортегар, и со всем уважением.

Глава 27

Для разнообразия решили собраться не в гостиной, а в столовой. Там был большой стол, и всем, кажется, понравилась мысль о том, чтобы сделать это помещение штабом. Я сел во главе стола, внимательно осмотрел присутствующих.

Присутствующие вели себя разно и очень занятно. Я, ощущая себя главой клана, постарался в это вникнуть хотя бы отчасти.

Вукту, кажется, было по барабану абсолютно всё. Он сидел с совершенно независимым видом и смотрел в потолок. Лореотис внешне тоже казался равнодушным, но я знал рыцаря достаточно, чтобы заметить: он не выпускает Мердерика из поля зрения. Мердерик, в свою очередь, как-то напряжённо и непонятно смотрел на Денсаоли, которая смотрела куда угодно, только не на него, и вообще, кажется, хотела поскорее уйти.

Огневушка через весь стол, по диагонали, смотрела на Зована. Зован её старательно игнорировал. Почти так же старательно, как Денсаоли – Мердерика. То есть, не заметить, кто именно и кого игнорирует, не смог бы даже слепой. Волны игнора катились от Зована к Огневушке и возвращались обратно лучами нежной страсти. К чему всё это приведёт, я даже думать боялся. Да, с гибели Талли для Зована прошло несколько месяцев... Но вряд ли он уже созрел для новых отношений. Собственно, для меня это вообще загадка – как можно созреть для новых отношений, если самый для тебя важный человек – мёртв...

Асзар поддерживал Денсаоли в буквальном смысле слова. При этом, не скрываясь, смотрел на Мердерика. Тот не обращал на него внимания. Треугольник раскалялся на глазах. Это явно чувствовали Натсэ и Авелла, сидящие по левую и правую руки от меня.

Боргента тоже была здесь. Маленькая Талли спала наверху. Боргента и Алмосая выглядели несколько растерянными от царящей за столом атмосферы. А я ведь всю жизнь знал: больше народу – меньше кислороду. Вот не навязал бы нам Дамонт своих дурацких магов – сейчас совершенно по-другому бы сидели.

Последний взгляд я бросил на Кевиотеса, который сидел, сложив руки на столе и уставившись на собственные пальцы. Я хорошо знал, что поза эта двусмысленна. С одной стороны, вроде бы человек от всех отгородился и сидит, погруженный в свои мысли. С другой, он собран и готов к атаке с любой стороны. Ни на кого конкретно не смотрит, а сам видит и чувствует всех.

Так, ладно, на меня уже косятся, пора себя проявлять. Знать бы ещё, как... Тут задача посложнее, чем на совете дверь пинком открыть. Тут нужно, чтобы члены отряда друг другу глотки не перегрызли. И как учителя в школах с таким справляются?.. А, да. Они же не справляются.

– Во-первых, я всех приветствую на борту, – сказал я.

Меня мало кто понял из-за слова «борт». Разве что Вукт усмехнулся. Наш островок уже снялся с Материка и летел в абстрактном направлении, отчасти контролируемый волей Авеллы.

– Во-вторых, – продолжал я, – хочу сразу кое-что прояснить. Первое...

– «Во-вторых», «первое», – передразнил Вукт. – Я уже запутался. Дальше так же будет?

У меня на мгновение остановилось сердце. Следом кровь прилила к лицу, но я заставил её опуститься.

Спокойно. Выходку нельзя оставлять без внимания. Я могу магией уничтожить Вукта 9000 разных способов. И все это знают. Он не на магические силы меня проверяет. Могу победить его в драке без магии – это наверняка. Но затевать сейчас драку – тупость. А на место его поставить надо.

Я заставил себя повернуться к Натсэ и кивнуть. Она лёгким движением выпорхнула из-за стола, обошла его кругом и оказалась за спиной Вукта. Тот не успел обернуться. Послышался звук удара, и Вукт исчез под столом. Стул откатился в сторону.

Вукт сдавленно вскрикнул, когда Натсэ поставила ногу в жесткой туфле ему на шею. Наверное, на шею. Я-то этого не видел из-за стола, но ощущение возникало именно такое.

– Ещё раз перебьёшь – я отрежу тебе кое-что, – сказала Натсэ. – Магом останешься, мужчиной – уже не очень. Ты хорошо меня понял?

– Да! – взвыл Вукт – Натсэ усилила нажим.

– Мило. Садись за стол, не валяйся по полу – неприлично. Ты что, в сарае воспитывался?

Натсэ так же изящно вернулась на своё место, крайне довольная собой. Вукт, кряхтя, поднялся, поставил стул и сел, пытаясь теперь копировать позу Кевиотеса. Никто над ним не смеялся, но никто и не сочувствовал. Все молча ждали продолжения.

– Первое, – упорно продолжил я с того места, на котором остановился. – Я – глава клана Огня и хозяин этого дома. Правила здесь устанавливаю я. Самое основное правило, которое вам нужно знать: мы все здесь любим и уважаем друг друга. У нас одно общее дело. Поэтому все конфликты – убираем куда подальше. Кому не нравится – можете выметаться отсюда.

Говоря это, я смотрел на сэра Мердерика, но тот лишь улыбнулся мне в ответ.

– Ага, – фыркнул Вукт. – Пойду спрыгну.

– Я провожу, – поднялась Натсэ.

– Нет! – Вукт, мигом посерьёзнев, поднял руки. – Не надо. Я шучу. Понимаешь? Шу-чу!

– Я выросла среди людей, для которых сбросить человека с огромной высоты – очень смешная шутка. Просто имей это в виду, когда будешь шутить в моём присутствии.

Натсэ села, а Вукт посмотрел на меня:

– Слышь! Я не перебиваю же.

– Ну, – кивнул я, мысленно давая себе подзатыльник. Ни к чему вот этот диалог сейчас... Гопота вроде Вукта обожает втягивать в разговоры.

– Вот ты говоришь, чтоб без конфликтов. А чё она ко мне прикопалась, а?

И это типичный гоповской приёмчик: дай жертве почувствовать себя виноватой, пусть даже это будет совершенно иррациональное чувство вины («Я хотел тебя ударить, замахнулся и упал!»), но тогда всё дальнейшее будет подсознательно восприниматься как наказание. Это нужно сразу развалить. Показать, что чувство вины – это не ко мне.

– Она моя жена, – сказал я, пожав плечами.

– Я знаю. И чё?

– И всё.

Вукт смотрел на меня, выискивая слабину. Слабины не было.

– По-моему, – вдруг вмешалась госпожа Алмосая, – в переводе с мортегарского это означает примерно: «Закрой рот и не разевай, пока не спросят». Но я могу ошибаться, я слишком давно изучала мортегарский.

– Да, ты немного путаешь, – подал голос Лореотис. – Это переводится скорее как «захлопни пасть, пока зубы из затылка не вылезли».

– Точно! – Алмосая хлопнула себя по лбу. – Там же было про зубы, как я могла не сообразить.

– Ничего, – утешил её Лореотис. – Зато ты красивая.

Госпожа Алмосая зарделась от удовольствия. А Вукт припух, ощутив, что никто не торопится принимать его сторону.

– Второе, – продолжил я. – Наша основная задача – отводить угрозу от Материка. Поэтому все должны иметь в виду, что в любой момент на остров может напасть Огненный Дракон. Маги Огня будут дежурить каждую ночь. Только маги Огня! Потому что только маг Огня может заметить магическое пламя издалека.

Кевиотес поднял голову, внимательно на меня посмотрел, будто обдумывая услышанное, потом кивнул и вновь уткнулся взглядом в свои руки.

– Наша вторая задача, – говорил я, постепенно входя во вкус, – найти Сердца Стихий. И забрать их. Это наше единственное оружие в борьбе с Драконом. И вот начиная с этого момента я хочу услышать кое-что от вас.

Я выделил взглядом Вукта, Кевиотеса и Мердерика. Они посмотрели на меня в ответ. Кевиотес вновь поднял голову.

– Я правильно понимаю, что вы, все трое, знаете, где находится Сердце вашей Стихии?

Кевиотес кивнул. Вукт кивнул. Мердерик, улыбнувшись, тоже наклонил голову.

– Каким образом вам это стало известно? Насколько я знаю, такой информацией располагает лишь глава клана.

Собственно, я, как глава клана, и то располагал лишь загадкой. Которую так и не разгадал. Когда огонь сокрыт за чернотой... Сейчас вообще в голову какая-то похабщина лезет, трудновыразимая.

– Чтобы узнать, где находится Сердце, нужно отгадать загадку, – сказал Кевиотес. – Отгадывать могут только те, у кого лишь одна печать. Я отгадал. Видимо, остальные – тоже.

– Это что, было типа какого-то конкурса? – спросил я.

– Ну, почти, – пожал плечами Кевиотес. – Что-то вроде вашего заклинания, сэр Мортегар. Которое позволяло общаться. Глава клана позволяет загадке появиться в магическом сознании каждого одностихийника. Как только даётся правильный ответ, загадка исчезает из остальных сознаний, и память о ней стирается.

Первая реакция: «А что, так можно было?!». Вторая: «Н-да, а толку? В моём клане одностихийников сколько? Ноль. И если спрашивать совета, то можно и устно, без магии».

– И ты первым отгадал загадку? – посмотрел я на Вукта.

– Да я вообще гениален, – буркнул он в ответ.

– И где Водное Сердце?

Вукт вздрогнул. Поёрзал на стуле.

– Какой смысл молчать? – подбодрил я его. – Тебя сюда прислали для того, чтобы отыскать Сердце. Ну и?

– А не надо на меня «нуикать», – набычился Вукт. – Чё сразу я? Мы, вон, в воздухе. Вот и погнали сперва Воздушное забирать.

– Кстати, – подал вдруг голос Мердерик. – Любопытно, отгадала ли загадку госпожа глава клана Воздуха?

Денсаоли задрожала. Сцепив руки на столе, подобно Кевиотесу, она все силы тратила на то, чтобы не сорваться в истерику.

– Вы что-то хотите сказать? – спросил Асзар.

Мердерик и виду не подал, будто его слышит или видит. Он смотрел на Денсаоли, не мигая.

– Любопытно, – повторил он слово, будто наслаждаясь им. – Загадку раздавала госпожа Акади. Это свидетельствует о крайне высокой степени посвящения регента. Когда эту должность занимал я, мне такие высоты не открывались. Фактически госпожа Акади не только регент, но и заместитель. Она может принять полное управление кланом. Женщина с печатями двух Стихий... И возникает вопрос: почему это? Что не так с настоящей главой клана? Соответствует ли она своей должности?

Глядя на Денсаоли, я буквально видел, что она сейчас вскочит и заорёт: «Не соответствую! Не хочу я быть главой никакого клана! Заберите, отстаньте!». Но первым заговорил Асзар:

– Я попросил бы вас, сэр Мердерик, не разговаривать с госпожой Денсаоли. Вообще.

Мердерик перевёл на него взгляд.

– Кто ты, мальчик? – ласковым голосом спросил он.

Асзара передёрнуло. Я давно замечал, что магов Воздуха, как таковых, он недолюбливает, делая исключение только для своих. А теперь один из них обращался к нему в таком издевательском тоне.

– Я – её муж! – повысил голос Асзар. – И ко мне вам следует обращаться более уважительно.

– Муж? Что-то я не вижу ни у кого из вас соответствующего семейного статуса. Даже колец не вижу, раз уж на то пошло.

– Брак пока не заключили, – смешался Асзар.

– Вот оно как. Презанятная попытка влезть во власть, держась за юбку легкомысленной девчонки, примите мои поздравления.

– Я заставлю тебя замолчать! – вскочил Асзар, сжав кулаки.

Мердерик тихонько засмеялся, покачал головой:

– Мальчик... Ты повышаешь голос на рыцаря. Ты грозишь кулаком рыцарю. Если бы мне не было так смешно, ты бы уже был мёртв.

– По-твоему, это смешно, да? – раздался тихий голос Кевиотеса.

Мердерик вопросительно на него поглядел.

– Смешно, когда человек встаёт на защиту любимой женщины? – уточнил Кевиотес.

– Или смешно оскорблять честь дамы в присутствии настоящих рыцарей? – поддержал его Лореотис.

Оба смотрели на Мердерика недобрыми взглядами.

– Что-то тут сегодня все горазды смеяться и шутки шутить. – Кевиотес поднялся и, положив левую руку на плечо Асзара, заставил его сесть.

– Ага, – встал и Лореотис. – Вот думаю, может, тоже выйти, да посмеяться?

– Я не прочь, – кивнул Кевиотес. – Всегда любил переброситься шуткой с собратом-рыцарем. Даже если этот рыцарь носит белый доспех.

Если лицо Мердерика и выразило замешательство, то буквально на мгновение. Он стремительно взял себя в руки и обезоруживающе улыбнулся рыцарям:

– Прошу меня извинить. Видите ли, госпожа Денсаоли – моя племянница. И у нас с ней есть определённые...

– Разрешите поучаствовать? – влез я в разговор, почувствовав, что совет превращается в разборку. – Госпожа Денсаоли – ваша родственница? Можете поговорить с ней позже наедине, обсудить все ваши «определённые», если она захочет с вами говорить. А если не захочет – то вспомните мои слова: все свои конфликты оставляете за порогом, или убирайтесь.

– Я вас понял, сэр Мортегар, – кивнул Мердерик. Улыбка будто приклеилась к его губам.

– В таком случае вам понятно, что нужно принести извинения.

Извинения его нисколько не затруднили. Он встал, изящно поклонился и сказал:

– Прошу меня простить, госпожа Денсаоли, господин Асзар. Я вёл себя недостойно рыцаря, и мне не может быть оправданий. Клянусь, более подобного не повторится.

Я посмотрел на наших рыцарей. Мне местного воспитания не хватало, чтобы понять, достаточно ли произнесённых слов в такой ситуации. Кевиотес и Лореотис сели на свои места и успокоились. Значит, нормально. Ладно, едем дальше. Но прежде чем ехать дальше, я скинул Авелле сообщение в чате:

МОРТЕГАР: Мердерика я бы поселил на чердаке. Мрачный тип. Чем меньше будем с ним пересекаться, тем лучше.

АВЕЛЛА: Согласна. Надеюсь, он не будет против.

НАТСЭ: Не будет. По нему видно, что люди ему в тягость. Не пойму только, почему он так часто смотрит на меня.