Текст книги "Хиван — амбассадор (СИ)"

Автор книги: Василий Горобейко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

22

Серен позвонил перед самым обедом, так что Иван успел подремать после завтрака, компенсируя веселую, но бессонную ночь. «Прощание» с Марийкой затянулось до самого утра. Вчера бывшая гладиаторша вновь почувствовала себя полноценной женщиной и теперь желала как можно скорей вернуть себе утраченную красоту. К ее счастью одним из гостей Бирюковых оказался Фредерико Майо – тот самый хирург, который восстановил лицо Марко Денаро. Анастасия все уладила на месте, и поутру парочка разлетелась в разные стороны. Иван в посольство в Сууке, а Марийка вместе с доктором Майо на личном «Стриже» Бирюковых – в Цитадель.

– Я вас слушаю! – Иван откровенно наслаждался подарком Шланга – установленным на ай-ди обновлением, обеспечивающим синхронный перевод телефонных разговоров.

– Хиван, я в Сууке. Давай встретимся в «Веселой вдове», я угощаю.

– Боюсь, что не получится, уважаемый серен! Хотите поговорить? Приезжайте в посольство. Пообедать здесь можно ничуть не хуже. К тому же я угощаю. За свою безопасность не беспокойтесь, мы ищем дружбы, а не войны.

– Моя безопасность меня не беспокоит. Я не люблю лишних ушей! Но если ты настаиваешь, пусть так. Я скоро буду.

Он пришел один. Еще далеко не старый, но с седыми висками на выжаренном на солнце морщинистом лице. Довольно рослый и крепко сбитый. Взгляд слегка исподлобья, очень острый и тяжелый, казалось, что еще чуть-чуть, и этим взглядом, как лазером, можно будет металл резать. Особая примета – шрам через все лицо, тянущийся от внешнего угла левой брови до мочки правого уха, никуда не делся. Жидкие усики, напрасно пытающиеся замаскировать шрам в районе носа, тоже на месте. Одет в новенькую белоснежную униформу с тремя золотыми шпалами в петлицах. На голове кепи, аналогичное тому, которое носят шехали, но буквы другие. Держится уверенно и настороженно. Да, серьезный тип.

Сели в уютном небольшом кабинете, обустроенном как раз для таких приватных переговоров. Забелин, как и обещал, натащил туда заранее охлажденных фруктов, орехов и молока, неумело сервировав столик.

– Зачем я вам понадобился? – Иван не стал тратить время на расшаркивание.

– Ты дрессировщик. Хороший дрессировщик. А у нас есть для тебя работа по твоему профилю. Цена значения не имеет. Если справишься, сможешь до конца жизни жить безбедно. А если справишься быстро, то сможешь купить весь Абгаль с потрохами. Интересует?

– Пока не очень. Кого нужно дрессировать?

– Мы зовем их сохет, эти суеверные дикари – джигджер, а вы гоблинами.

Иван припомнил ту мерзкую тварь, что довела до сердечного приступа подлеца Тумайя, и непроизвольно передернул плечами.

– Это нереально.

– Реально. Еще как реально. Вот этот шрам мне оставил сохет, которого выпустил на нас ваш командир Бирюков. Мы тогда затравили его, как крысу в норе, но никак не ожидали, что он спустит на нас свое чудовище.

– Послушайте, серен! Я знаю эту историю. То было стечение обстоятельств, гоблина случайно заперли в одной из комнат, а потом выпустили, шуганув шумовой гранатой, чтобы на вас бежал.

– Может быть, может быть! А вот это тоже случайное стечение обстоятельств?

На стол легло несколько хорошего качества снимков, явно сделанных с воздуха. Какой-то огороженный дворик, под навесом виден ряд клеток. Судя по попавшему на фото человеку с ведром, наполненном кусками свежего мяса, клетки довольно крупные. А вот в ворота въезжает грузовик, с аналогичной клеткой в кузове, хорошо виден высунувшийся сквозь прутья чешуйчатый хвост, хотя не факт, что гоблина. Возможно это хвост раптора или крупного варана. На третьем снимке сомнений нет: двое связывают чем-то обездвиженного гоблина. Еще трое профессионально прикрывают подходы. В кадр так же попал угол грузовика с клеткой в кузове.

– Где это?

– Форт Баринова. Так что, возьмешься?

– Я не знаю, зачем Баринову понадобились живые гоблины, может, он на них оружие или яды тестирует, но я твердо уверен, что ручного гоблина вывести не получится. Поймите, для дрессуры нужно, чтобы в животном уже была заложена инстинктивная программа подчинения. Причем важно понимать, кому в природе подчиняется данное животное: вожаку, матери или, например, более крупной особи. Тогда эту программу можно обмануть, самому занять место лидера. И пока вы будете демонстрировать питомцу нужные сигналы доминирования, он будет вам подчиняться. Но, насколько мне известно, у гоблинов напрочь отсутствует какая-либо иерархия. Они индивидуалисты и признают только одно право – право сильного! Причем постоянно это право друг у друга оспаривают. У них даже материнский инстинкт практически не выражен.

– Инстинкт самосохранения есть у всех, даже у сохета. Они чувствуют боль и умеют бояться.

– Я так понимаю, что по этому пути вы уже пытались пойти самостоятельно, но не слишком удачно?

– Да. Нам не хватило знаний, чтобы сделать их управляемыми. В условиях стационара они четко и правильно выбирали цели, подлежащие уничтожению, и не реагировали на дружественные цели, но стоило перенести действие в натуру, как они тут же выходили из-под контроля.

Иван покачал головой.

– В принципе это решаемая проблема. Если постоянно менять расстановку целей на полигоне, постепенно увеличивать его площадь и также постепенно приближать к естественным условиям, то можно добиться определенных результатов. Вот только зачем? Это огромнейшие материальные и людские затраты, а эффективность гоблинов в качестве бойцов весьма сомнительна. Один раз, конечно, может сработать, но потом противник будет готов и просто перестреляет их на расстоянии. Да и с кем вы собрались воевать? Уж не с русским ли анклавом?

– Это не для войны, а для обороны. И затраты в данном случае оправданы. Большего сказать не могу, пока ты не согласился на сотрудничество и не дал подписку о неразглашении.

– Хорошо. Допустим, я соглашусь поехать с вами. Допустим, подпишу ваши бумаги и попробую разобраться на месте с вашей проблемой. Но это может занять довольно продолжительное время и не факт, что закончится успешно. Каков будет мой статус при этом? Будет ли мне позволена свобода перемещения, или я буду у вас на правах почетного пленника?

– Мы бы предпочли, чтобы на период работы над проектом ты не покидал без особой нужды территорию базы.

– Тогда тема закрыта. Я вынужден отказаться. Но, пользуясь моментом, хотел бы обсудить с вами еще два вопроса. Во-первых, Жирх – мой медвежонок. Меня вы нашли, и он вам больше не нужен. Я бы хотел его выкупить. Надеюсь, он жив?

– Жив. Что во-вторых?

– Во-вторых, я бы хотел узнать о судьбе трех геологов, которых вы месяца три назад вывезли из койса Шабель. Они, как я понимаю, тоже задействованы в вашем секретном проекте?

– Ты правильно понимаешь. С ними все в полном порядке, они ни в чем не нуждаются и добровольно остаются на территории базы.

– В последнее мне что-то не верится.

Серен пожал плечами и встал.

– Твоего медведя тебе вернут завтра. Я доложу командованию о твоем требовании свободы перемещения, а с геологами сможешь увидеться, когда получишь допуск к проекту.

Похоже, рахан не принимал отказов, но готов был к обсуждению условий. Забелин проводил серена до ворот и вернулся в комнату. Хотелось без суеты обдумать полученную информацию.

Итак, что мы имеем? У раханов есть некий секретный проект, в котором задействованы пленные геологи, и для обороны проекта им зачем-то нужны ручные гоблины. Причем нужны настолько сильно, что они готовы тратить неограниченные ресурсы для достижения результата. А еще мы имеем информацию, что в Форте Баринова зачем-то содержат в клетках живых гоблинов. Интересно, а Бирюков об этом знает? И стоит ли об этом знать Пикетту? Похоже, есть повод наведаться в Цитадель.

Но лучше завтра с утра. А сегодня самое время заняться собственными финансами. Бесплатно шрамы с тела Марийки никто удалять не будет. На аванс за операцию ушли все его деньги. Оставил себе пару сотен на текущие расходы, до зарплаты хватит. Шрамов у гладиаторши много, так что на одном окладе атташе все не вытянуть, даже с учетом надбавки за тренерскую работу. Кстати, далеко не факт, что после заключения соглашения с хавийя Содружество надолго продолжит финансирование посольской миссии. Чтобы закончить ревизию бункеров и выкуп рабов, месяца хватит. Ну еще месяц на утряску мелких деталей, а потом все, прощай насыщенная и сытая жизнь. Здравствуй, безработица. А на кармане – вошь на аркане. Все возвращается на круги своя! Хотя нет, теперь у него есть Марийка! А она достойна большего, чем скучная жизнь в Сабти женой дрессировщика сторожевых собак. Нет, ее нужно увезти от хавийя, подарить ей дом на берегу моря, не хуже, чем у Бирюковых, кучу модных шмоток и непременно белую яхту. Чтобы ничего не напоминало ей о прошлой жизни! Нужны деньги. Много денег. И не разово, а чтобы постоянный приток, и сидя на попе их не заработать.

Хорошо, Александр вовремя подвернулся со своим предложением. Надо идти к Тахрибу договариваться. Лучше бы, конечно, договориться с Аакилом, но вэйны детскими игрушками заниматься не станут, не их уровень. Хотя с Аакилом тоже есть о чем поговорить, только тут товар лицом показать следует. Решено, нужно ехать на «Арго»! Только вначале заскочить к Юджину, выдать откорректированную версию разговора с сереном, ну и в известность о своих планах поставить. Ограничения на перемещения по Сууку для членов посольства давно отменены, но и наглеть не стоит. Какими бы статусами и титулами его не окружали, а он все же на работе и атташе по безопасности вправе знать, где Забелин гуляет в рабочее время.

Откорректированная версия Пикетту не понравилась, но сильно давить на Ивана он не стал. Правильно. Переговоры носили частный характер и к безопасности миссии отношения не имеют, так что довольствуйтесь тем, что дают. Идею Забелина навестить местных малаков он одобрил и тут же начал набиваться в попутчики, пришлось пойти на хитрость.

– Простите, Юджин, но мне кажется не слишком уместным, если на переговорах амбассадора хавийя с лидерами хавийских же общин будет присутствовать йуруб, пусть даже и общий хороший приятель.

Сработало.

Иван выкатил из-под навеса свой эксклюзивный мотоцикл. Осмотрел его и, вздохнув, пошел за водой и тряпкой. Надо было его за домом ставить, а то от садящихся и взлетающих коптеров на него столько пыли нанесло, будто он не три дня, а три года простоял. Оттер до блеска, дал хорошенько просохнуть и только тогда выкатил «Арго» на улицу. Ехать, конечно, всего ничего, пешком бы быстрее обернулся, но тут дело принципа, нужна демонстрация товара.

Поехал нарочито неспешно в сторону лавки малака, но потом передумал, развернулся, дал газа, устремившись по полупустой улице на выход их города. За городом притормозил, съехал на грунтовку, по широкой дуге огибающую Суук, и опять ускорился, позволяя всем желающим полюбоваться хищными обводами, скоростью и маневренностью машины.

Расчет оправдался сполна. Когда обогнув по кругу город, мотоцикл выбрался на центральную улицу и покатил к дому малака, его уже встречала заинтересованная толпа зевак. Да и оба местных малака стояли здесь же.

– Привет, Хиван. Где ты такого красавца купил? – глаза Аакила горели азартом.

– Нравится? Обратись к Сахину. У него эксклюзивное право на поставки «Арго» в земли хавийя, ну или в магазинах Цитадели можешь поспрашивать.

– А свой мне не уступишь? – влез в разговор Тахриб.

– Нет, уважаемый, я друзей не продаю! Не вздыхай так тяжко, у меня есть для тебя одно предложение, которое поможет поднять настроение и наполнить твой кошелек.

– Это хорошо. Так почему мы еще стоим на этой пыльной улице, посреди толпы бездельников? Пойдем в мою лавку и все осудим.

– А может, прогуляемся до «Веселой вдовы»? Я угощаю! – Забелин припомнил приглашение серена, так и не тронутое угощение и решил посмотреть на облюбованное раханом место.

Заведение оказалось вполне уютным, видимо, специально предназначенным для ведения кулуарных бесед. Просторный зал поделен ширмами на отдельные кабинки. Негромкая и ненавязчивая музыка не мешает говорить, но, если не повышать голос, то уже в паре метров слов не разобрать. Самое оно для деловых переговоров.

Идею открытия в Сууке магазина детских игрушек с прямыми поставками от производителя Тахриб одобрил влет. Оказывается, он и сам о подобном подумывал. В последнюю свою поездку в Цитадель он набрел на киоск с выпущенной Александром продукцией и даже кое-что купил в подарок детям, но магазин был без продавца, с автоматической кассой. Так что договариваться о поставках было не с кем, а потом как-то забылось. Но вот платить посреднику, а тем более давать ему процент с продаж, как это обещал Александр, прижимистый малак не хотел ни в какую.

– Не понимаю, Хиван, за что я тебе платить должен? За то, что ты мне дашь номер телефона? Ха! Я через неделю все равно в Цитадель собирался. Потрачу пять минут и сам узнаю номер хозяина завода. Вот если бы ты мог мне гарантировать эксклюзивное право на торговлю игрушками, тогда можно было бы говорить о вознаграждении! Если нужны деньги, ты мне свой мотоцикл продай, я хорошую цену могу дать. Надумаешь, обращайся. И не забудь за обед заплатить!

Пришлось скрепя зубами соглашаться. Вот же жмот! Иван так расстроился от сорвавшихся планов на пополнение собственного бюджета, что даже не стал с ним обсуждать открытие производства игрушечных кукол. С Тахриба станется и здесь бортануть автора идеи. Нет уж, лучше он производство в Сабти наладит. Там, похоже, свой резчик по кости не хуже. Кто-то же вырезал подаренный названным отцом нож? А туловища для куклы любая фодлей[62] сделать может! Сгонять, что ли, прямо сейчас? Иван бросил взгляд на датчик заряда батареи. Восемьдесят шесть процентов, нормально. Часа за два доберется, час там, два обратно. Нормально. Если не рассиживаться, то до темноты как раз успеет вернуться. По-хорошему, нужно бы в посольство заскочить предупредить, но это потеря времени. Так можно и не успеть до темноты. А, ладно, что с ним может случиться днем на центральной трассе?

Иван вскочил на «Арго» и понесся в Сабти, строя грандиозные планы и наслаждаясь встречным ветром и свободой. Долетел как на крыльях часа за полтора. А вот быстро уехать не получилось. Вначале выяснилось, что Гурай вместе с женой и все син-дэр еще на поле и вернутся к вечеру. Потом угробил кучу времени, уговаривая местного резчика отложить свои дела и сделать лицо и руки для куклы. Потом выяснилось, что подходящей кости для этого у резчика нет, а те что висят в каждом загоне для скота – обереги, и трогать их нельзя. Блин, ну что за день такой не удачный? Хоть бери и отправляйся охотиться на раптора, вот только времени на это совсем нет. К счастью, выручила Марта. Увидев мечущегося по галкаде Ивана и узнав причину беспокойства, она сжалилась и вынесла подходящий коготь.

– Держи. Сыну на оберег готовила, но до этого еще есть время, так что успеешь вернуть.

23

Назад выехал, несмотря на все уговоры, когда солнце уже коснулось вершины Хребта. Утешал себя тем, что двадцать километров до трассы он успеет посветлу проскочить, а на трассе можно и с фарами ехать. Дорога как скатерть! Ничего, доберется. Главное дело выгорело! Причем и родному койсу дополнительный заработок обеспечил, и перспективы латания собственных финансовых дыр появились. В боковой сумке уютно устроились целых три образчика продукции. Куклы, пожалуй, даже лучше той первой, подаренной Светлане, получились. Особенно удачной оказалась идея резать из кости руки целиком, а не только кисти. А после того, как по совету Ивана, резчик сделал шарниры в локтях, вышло не хуже хваленой куклы Барби!

Наконец выскочил на трассу, врубил дальний свет и, пригнувшись к рулю, выкрутил рукоятку газа до упора. Ветер весело засвистел в ушах, прорываясь в щели тактического шлема. Эх, до полного кайфа не хватает привычного рокота мотора! Темнеет в Мире Цитадели быстро. Вот вроде только что солнце окончательно спряталось в горах, а уже темно как ночью, и весь мир сузился до короткого конуса света пляшущего перед мотоциклом. Завораживающее зрелище! Вроде и степь кругом, деревья – редкие гости, а кажется, будто за полосой света стоит сплошная стена из вековых елей, настолько осязаема граница света и тьмы.

Представляя себя болидом, прорезающим бездну космоса, Забелин успел пролететь около трети пути, когда в свет фар неожиданно выскочил сайгак и заметался впереди, шарахаясь от стен темноты. Вот глупая скотина! Иван немного сбавил скорость и попытался объехать справа испуганное животное, но одновременно с этим сайгак резко подпрыгнул вверх, одновременно шарахнувшись в сторону от стены темноты, резко приблизившейся слева. Забелина как катапультой вышвырнуло из седла. Короткий полет в темноту и болезненный удар о землю, мгновенно выключивший сознание неудачливого байкера.

Из блаженства беспамятства его вырвала резкая боль в левой икроножной мышце. Иван вскрикнул, открыл глаза, точнее, попытался это сделать. Что-то мешало. Ресница склеились и никак не хотели разлепляться. Боль вновь обожгла ту же ногу, но чуть ниже. Он рывком перевернулся на спину и попытался сесть, одновременно оттирая левой рукой глаза от присохшей корочки, правой рефлекторно потянулся к кобуре. Повернуться и разлепить глаза удалось, а вот остальное не очень, помешала резкая боль в груди, похоже, сломаны ребра, да и с рукой проблемы – едва слушается. Плохо! Все это пронеслось в голове Забелина, пока он разглядывал в неверном свете разгорающегося утра некрупного обнаглевшего варана, твердо решившего позавтракать его ногой.

– А ну, пошел! – попытался крикнуть Иван, но вместо этого выплюнул комок грязи вперемешку с кровью и болезненно закашлялся.

Варан отскочил, испугавшись кашля, но убедившись, что кроме шума от жертвы никакой угрозы не исходит, вновь попытался урвать кусок человеческого мяса. Пришлось напрячься. Кое-как достав пистолет левой рукой, он дважды выстрелил в обнаглевшую ящерицу-переростка. Попал. Варан подпрыгнул, попытался укусить себя за обожженный бок, а потом юркнул в ближайшие кусты.

Так, с самой острой, точнее острозубой, проблемой разобрался! Забелин откинулся на спину, расслабился, насколько позволяла боль, и постарался проанализировать последствия аварии. Пошевелил ногами, норма, значит, позвоночник цел. Саднят колени и бедра, левая стопа болит, похоже на растяжение, но это мелочи. Левая рука тоже в порядке, если не считать содранной кожи, а вот с правой беда, не слушается. Кажется, ключица сломана и с кистью что-то неладное, опухла сильно и не гнется. Теперь голова. Шлема нет, слетел при падении, но свою роль выполнил. Череп цел, только ссадина с правой стороны. Крови натекло много, но не смертельно. Подташнивает и голова слегка кружится – явно сотрясение. А вот грудине досталось, сломано ребро и, похоже, не одно. Повреждено легкое. Но в целом легко отделался, учитывая скорость мотоцикла и силу столкновения.

Шевелиться совсем не хочется, но надо! Скоро поднимется солнце, и он окажется как на сковороде, да и на запах свежей крови не только варан может пожаловать. Нужно срочно добраться до мотоцикла. Там вода, оружие и рация. Вот только как? Ползти – не вариант, все «ползательные поверхности» пострадали больше всего, пока он на брюхе трением гасил кинетическую энергию. На четырех конечностях тоже проблема – правая рука плетью висит. Придется все-таки встать, несмотря на головокружение и растянутую левую ногу.

Получилось не сразу, но он смог. Выпрямился, стараясь не слишком нагружать пострадавшую ногу, огляделся и тут же резко плюхнулся на задницу, не заботясь о собственном и без того не важном здоровье. Спешно дотянулся до оставленного на земле пистолета и замер, стараясь успокоить бешеное сердцебиение. Нехилый выброс адреналина получаешь, заметив в полусотне метров от себя принюхивающегося динозавра!

Раптор не заставил себя ждать, увидел воочию источник аппетитного запаха и поспешил навстречу завтраку. То, что завтрак с этим может быть не согласен, он давно привык, но то, что жертва вдруг больно плюется огнем, его слегка озадачило. Нет, аппетита он не растерял, тем более что первые три пули прошли вскользь по чешуйчатой шее, но четвертая больно ужалила в челюсть, заставив потрясти головой. Хищник затормозил и с любопытством уставился на окровавленный кусок вкусного мяса, пытаясь понять, есть ли какая-нибудь связь между желанной добычей и неожиданной болью.

Глаз раптора оказался буквально в метре от зажатого в руке пистолета, и в этот раз Забелин не промазал даже с левой руки. Как минимум две из трех пуль вошли в глазницу, взорвав радужку. Хищник дернулся, как-то по куриному заорал и помчался вперед, чудом не раздавив Ивана. Забелин на адреналине вскочил, забыв про свои болячки, и проследил, как динозавр несется по степи, постепенно забирая влево, в сторону вытекшего глаза. Если не упадет, то меньше чем через минуту вновь вернется сюда и в этот раз, скорей всего, просто затопчет своего убийцу. Надо идти. Забелин со всей доступной скоростью похромал в сторону шоссе. Там мотоцикл, там вода, там оружие, там патроны.

До места утреннего пробуждения Ивана раптор не добежал буквально метров десять. Свалился в пыль, подмяв под себя безвольно свесившуюся голову, и остался лежать грязной, конвульсивно вздрагивающей кучей. Иван зачем-то вернулся, уселся рядом и принялся вырезать ударный коготь с ноги хищника. Потом опомнился, сплюнул кровавый сгусток, с трудом поднялся и, постанывая сквозь стиснутые зубы, поплелся к своему мотоциклу лежащему метрах в ста, на противоположном склоне дороги. Удивительно, но «Арго» почти не пострадал, только батарея существенно разрядилась, вхолостую вращая всю ночь заднее колесо. Если бы не правая рука, можно было бы садиться и, не слишком спеша, ехать дальше. К сожалению, регулировка газа выведена на правую ручку, а она у Ивана не слишком пригодна к использованию. Так что самостоятельную поездку придется отложить.

– Мля! Что такое не везет, и как с этим бороться?

Иван уставился на остатки холодильника, когда-то крепившегося за задним сиденьем. Хрупкий пористый пластик не пережил удара и рассыпался на куски, раскидав содержимое по пыльной обочине. Забелин доковылял до ближайшей замеченной бутылки с водой. Теплая, но лучше, чем совсем ничего. Прополоскал рот, напился. Вернувшись к машине, достал губку, предназначенную для мытья мотоцикла, намочил и принялся осторожно оттирать засохшую кровь и грязь с головы и конечностей. Надо не откладывая обработать раны антисептиком, а то можно и заражение крови получить. Воды не хватило, пришлось высматривать в пыли новую бутылку и ковылять за ней. Отмыл и, шипя от боли, обработал раны спиртовым раствором йода. Потом безжалостно порезав запасную футболку, соорудил некое подобие повязки Дезо, зафиксировав правую руку. Надо бы и на грудь наложить стягивающую повязку, но это совсем нереально с одной рукой. Левая нога к тому времени тоже сильно опухла и, чтобы восстановить кровообращение, пришлось снимать ботинок. Как смог наложил эластичный бинт. Все, теперь только докричаться до помощи. Увы, рация не доставала. Выставив на ней автоматический режим SOS, Иван забросил как смог далеко ее вверх по склону. Кто знает, может, этой пары метров ей как раз и не хватает, чтобы докричаться до своих.

Забелин сходил за третьей бутылкой. Соорудил на голове тюрбан из слегка смоченной водой тряпки. Поменял магазин в пистолете, снял автомат с предохранителя и дослал патрон в патронник. Наконец уселся поудобней, облокотившись на «Арго», убедился, что и вода, и оружие под рукой, расслабился и приготовился к долгому ожиданию. В том, что его хватились, сомнений не было. Плохо, что уехал из города, не предупредив в посольстве, но мотоцикл приметный, многие видели, как он направлялся на север. Пикетт не дурак, он сразу сложит два и два и свяжется с Сабти. Те подтвердят его поздний отъезд и по маршруту отправят либо броневик охраны, либо посольский коптер, а возможно еще и Масул по его следам людей отправит. Час, максимум полтора, и его найдут. Интересно, кто первым?

Иван сам не заметил, как задремал, а может просто потерял сознание. Пришел в себя, только услышав гул садящегося невдалеке коптера и почувствовав, как поднятый винтами ветер сечет лицо пылью. Значит, Борис его первым нашел. Он улыбнулся пересохшими губами, не открывая глаз. Воды и так мало, чтобы ее на промывание глаз от пыли тратить.

– Ва махай куланка аан филайн! – произнес смутно знакомый голос. – Вахай умуката кадар ин анига и фиисан…[63]

Забелин хотел поправить гарнитуру, но вовремя сообразил, что она осталась валяться где-то рядом с убитым раптором. Поэтому он просто приоткрыл глаза, посмотрел на жутко оскалившегося серена и, вытащив ай-ди, включил переводчик, выкрутив громкость на максимум.

– Прости, я задремал и не расслышал, что ты сказал.

– Я сказал, что тебе все же придется посетить нашу базу. Идти сможешь?

Забелин прикинул сложившуюся диспозицию. Можно попытаться достать рахана из автомата. Он на коленях, только на спуск нажать, с такого расстояния очередью он его даже с левой руки зацепит наверняка. Вот только что дальше? В коптере наверняка его люди остались. Расстреляют его как мишень в тире, и кто тогда за операцию Марийке заплатит? Нет, сейчас рыпаться не стоит, придется ждать удачного момента. Вот же влип!

– Сходил, млин, за хлебушком!

– Что?

– Помоги подняться, говорю.

Серен наклонился, взял с колен несопротивляющегося Ивана автомат, поставил на предохранитель и закинул себе за спину. Пистолет тоже убрал в карман. После чего присел рядом, подставляя плечо. Помог подняться и, придерживая за пояс, повел к коптеру.

– Мотоцикл бросить придется, в коптере для него места нет, – поставил он Ивана в известность.

– Снявши голову, по волосам не плачут! – вздохнул Забелин, принимая помощь от выскочивших из летательного аппарата двух хорошо экипированных бойцов.

Коптер небольшой, четырехмоторный. Все места заняты раханскими солдатами, но для Ивана одно из кресел освободили, прежний пассажир безропотно уселся на полу возле кабины. Обыскивать пленника никто не стал, ну и правильно, какой в этом смысл? Даже для полностью здорового и хорошо вооруженного человека устраивать бой в воздухе с восьмью вооруженными и хорошо тренированным бойцами – чистое самоубийство, а калеке об этом и думать не стоит. Ладно, глядишь, и на нашей улице праздник будет!

Едва серен вернулся от мотоцикла с ружьем и подсумком, как сразу взлетели, взяв курс прямиком на юг. Один из бойцов протянул Ивану фляжку.

– Выпей, полегчает.

Почему бы и нет? Хуже уже не будет. Напиток оказался солоноватым, без капли алкоголя, но, похоже, с обезболивающим эффектом.