Текст книги "Скиталец Начало пути (СИ)"

Автор книги: Василий Баранов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 27 страниц)

   – Нет. Там вокруг море, вода. И сидеть негде, – рассмеялся Дэн, – но тоже красиво. Море переливается внизу. В нем нет постоянства. Мачта качается, от воды отражен свет. Можно потерять чувство реальности, как под гипнозом. Волна отливает то синим, то черным. И эта тьма манит, в ней можешь потерять себя.

   Они подбирались к вершине. Двигатель колеса внизу звякнул. Колесо встало. То ли двигатель вышел из строя, то ли перебои с питанием. Даня и Славка застряли.

   – Не повезло, – сказал Дэн, – застряли, как в лифте. Или двигатель исправят или придут за нами пожарники и снимут.

   Они болтались в кабине минут сорок. Спасатели не торопились.

   – Славка, может, сами сойдем на берег? Хвати сидеть. – Предложил Данька. Он был уверен в успехе. Рисковать своей жизнью, дело привычное. Жизнью друга Дэн не станет. Только полная уверенность.

   – У нас крылья отрастут? Или ты парашюты прихватил? – Славке не нравилось сидеть в кабинке. Романтика моря растаяла.

   – Нет. Видишь перекладины, мы по ним пролезем. – Дэн указал на крепления колеса. Его мозг и тело рассчитало весь трюк. Ошибки он не допустит.

   – По жердочкам, как голуби?

   – Как акробаты. Как мистер икс в оперетте. Прыжок, и ты на коне. Цветы роняют лепестки на песок, никто не знает, как мой путь одинок....

   – Лепесток плавно падает, а мы брякнемся и в лепешку. – Славка сомневался, чуть-чуть. Рядом с Данькой нет места страху.

   – У страха глаза велики. Ты в меня веришь? Веришь, что я удержу нас обоих?

   Славка задумался. Даньке он верил. Было страшно, но другу он мог доверить свою жизнь. С таим парнем можно прыгнуть в ковш с кипящей сталью. Выплывем.

   – Верю. Спускаемся. А как?

   – Соединим наши ремни, для страховки. Ты идешь сзади. Проверь, что б пряжка не расстегнулась. Соединил. Отлично. Прыгаем по моей команде на ближайшую перекладину. Там раскачаемся и прыгнем на следующую. Идет?

   – Идет. – Славка, что было сил, сцепил руки на шее друга. Крепко зажмурил глаза. Честное слово, ему не страшно. Боязно.

   – Раз, – начал отсчет Даня, – Два. Три!

   Они выпрыгнули из кабины. Свободный полет. Внизу – крики.

   – Смотри! Смотри! Убьются!

   – Где? Где? Что? Ах! – Кто-то более эмоционально выражает свои чувства. Прекрасный русский слог слетает с губ.

   Максим присел, с ужасом наблюдая, что творят его друзья. Ноги подогнулись сами. Он стиснул зубы. Что бы не кричать со всеми вместе.

   – Даня, Даня. – Шептал он,– держись. Не падай!

   Дэн вцепился руками в перекладину. Ноги искали нижнюю. Вначале болтались в воздухе. Внизу стоял общий крик ужаса. Они видели, как парень не мажет найти опору. Дэн нашел перекладину, поставил ноги. Внизу вздох облегчения. Славка висит на спине друга с закрытыми глазами. Спиной Данька ощущает страх друга. Надо успокоить. И он громко, безумно фальшивя, запел первое, что пришло в голову: Синий, синий иней лег на провода,

В небе темно-синем синяя звезда

.

Только в небе, в небе темно-синем

.

Об

л

ака качнутся, поплывут назад.

   Данька сбросил ноги с перекладины, раскачался. Разжал руки. Чувство свободного полета.

   Там внизу, все замерли. Безмолвие.

   -

Только б окунуться в синие глаза

,

Лишь в глаза твои мне окунуться.

– Кричит Дэн.

   Он разжал руки. Они в полете. В головокружительном полете. Без страховки, как на мачте его корабля. Внизу сдавленные крики. Данька висит на перекладине ниже. Еще прыжок. Новая перекладина. Смертельный трюк на глазах у посетителей парка. Внизу стоит Максим. Бьет кулаком по своей ладони. До боли стиснул зубы. Шепчет: Держись! Держись! Не падай, Даня!

   Последний прыжок. Они на земле.

   – Отцепись, Славка. Мы на земле. – Но тот лишь сильнее цепляется за шею друга.

   Славик открыл глаза. Попытался разжать руки. Пальцы так переплелись, что он не мог их разжать.

   – Даня, я не могу. Они не хотят, – бормотал он.

   – Сейчас, помогу, – Данька разжал руки друга, – а ты силач, здорово вцепился. Ремни расстегни. Смотри, что б не предстать без штанов перед публикой.

   Славка расковырял пряжку плохо слушающимися руками. Сиамские близнецы разъединились.

   Толпа кричит, аплодирует. Свистит. Маринка стоит в первых рядах. Она сама купила билет на Колесо обозрения. Поэтому оказалась так близко. Даня играл на публику.

   Улыбнулся. Сделал шаг к девчонке. Симпатичная. Тряхнул головой и, глядя в глаза, пропел: –

   – Лишь в глаза твои мне окунуться.

   Маринка смотрела в черные глаза парня. Она тонула в них. За ним она побежала бы на край света. Долго ночами она будет видеть его в своих снах.

   Подбежал Максим:

   -Бежим!– Схватил Славку за руку. За другую "фельдшера" схватил Дэн. Бросились бежать. Появился смотритель аукциона. Он пришел в себя и барсился в сторону ребят:

   – Чертовы экстремалы!!!

   Маринка стояла, не двигаясь. Все еще околдованная взглядом этого мальчишки.

   Парни подальше отбежали от колеса.

   – Ребята, – начал верещать Слава, – у меня ноги...

   – Что с ногами? Не сломал? – Этого не хватало, думает Макс.

   – Нет. Они плохо двигаются. Дрожат.

   – Посидим, Макс. Пусть очухается. – Он прекрасно помнил. Как сам впервые лез на мачту, как потом тряслись ноги и выворачивало желудок от пережитого страха.

   Они нашли скамейку, сели.

   – Макс, сходи, купи воды. Славика в чувство приведем. Первый раз в космосе.

   Максим понимающе кивнул. У него самого внутри что-то дрожало.л Славку за руку. в .пел:окзалась так близко.орово вцепилсяи.й. у. л былиблее Макс чувствовал, что ему то же не помешает пара глотков воды. Он быстро принес три бутылки пепси. Они сидели медленно пили воду.

   Макс начал ругать друзей:

   – Вы, чертовы спортсмены, вы что устроили?

   – Не сидеть же нам, словно горные орлы, на колесе. – Оправдывался матрос.

   – Орлы на колесе не сидят, – ворчал Макс.– Могли и посидеть.

   – Мы, как белки по колесу прыгали, – начал оправдываться теперь Слава.

   – Белки? Свинки в колесе. Толстые отъевшиеся свиньи. Я за вас перепугался. Врезать бы вам.

   – Поехали домой, – предложил Даня. – На сегодня мы нагулялись. Ты Слава идти можешь?

   -Могу. Все нормально.

   – Тебе страшно было, Слава?– Спросил Максим сочувственно и зло посмотрел на Даню. Скалолаз, мог угробить и себя и друга.

   – Нет. Я же с Данькой был. Это другое дело. – Он решил признаться, – Когда меня с парашютной вышки скинули, там я испугался. Даня не подведет, я знаю.

   Они поехали к Даньке. Там решили закончить этот выходной день.

   – У меня никого нет. Мать на день рождения ушла. В холодильнике мне борщ и котлеты оставила. С голоду не умрем.

   Они сидели на кухне, Подкрепляли силы.

   – Отличный борщ, – похвалил Слава. – У меня мама так готовит. Твоя то же хорошо приготовила.

   Максим улыбнулся.

   – Думаю, ты ошибся. Даня не всем говорит, но чаще он готовит. Ты варил, сознайся?

   – Я. Маме некогда было. Вчера приготовил.

   – Отличный борщ, – Славка подносил очередную ложку ко рту. – Ты мастер.

   Перешли в комнату Даньки.

   – Здорово мы сегодня прыгали, – после сытного обеда Славик был в благодушном настроении. Спуск с колеса обозрения ему виделся, как забавное приключение. – Мы тарзанку сделали.

   – Тарзанка на резинке, а вы два тупых бурундука по колесу бегали. Видели б себя со стороны. Щеки надули и перебирают лапками, а колесо не двигается. Врезать бы вам!

   – Не бранись. Так вышло, – пробовал Дэн остудить друга.

   – Так вышло, – передразнил Макс, скорчил рожу, – Молите бога, что б никто не узнал про вашу тарзанку. За такое могут и в полицию пригласить. За хулиганство.

   Дэн спасал ситуацию. Надо отвлечь Макса, что б не ворчал.

   – Макс, помнишь, я тебе кинжал подарил?

   -Да.

   -А Славику у меня подарка не было. Я все исправил, привез ему подарочек. – Магическое слово "подарок". Верить рекламе, так все магазины думают, чем одарить обывателя. Все знают, обман, но с детства любимое слово "подарок" манит и зовет.

   – Какой? – Славка завертел головой, глаза заблестели. – Где?

   – Погоди, – Данька пошел к шкафу. Извлек оттуда саквояж и большую книгу.– Смотри, доктор. Саквояж, правда, потертый. Я его у старого доктора купил. Но вещь подлинная. Таких инструментов не делают у нас. Доктор, тот на Тортуге, себе новые заказал, эти уступил. Там с медициной проблемы. Надо привозить издалека.

   Славка открыл саквояж. Инструменты. Он перебирал, рассматривал их. Издавал звуки больше похожие на писк. Полный восторг. Максим и Данька смотрели на "доктора" и посмеивались. Радовались за него. А тот не мог оторваться от сокровищ.

   – Еще он мне анатомический атлас уступил. То же не новый, но доктор человек аккуратный. Отличное состояние.

   Славка пытался не выпустить из рук инструменты, уцепиться за атлас. Не получилось. Пришлось отложить саквояж, заняться атласом. Дар речи вернулся к Славке не сразу.

   – Медицинские инструменты прошлых времен. Это мне? Такие только в музее можно найти. Это вещь. Такое руками не трогать. Беречь под стеклом, пыль сдувать. Приставляете, какая это ценность. Все врачи завидовать будут. Атлас! Редчайшая вещь! Клево! Все мне?!

   Славик говорил словно в бреду. Тяжелый день у парня. Спуск с колеса обозрения. А теперь тяжкие испытания: чудесные дары. Так день "доктор" может закончить в палате с другими психами.

   – Кому еще. Ты у нас врач, значит тебе. Мы с Максом в этом не смыслим.

   – Данька, это чудо! Родители увидят – с ума сойдут.

   – Сходить не надо. Покажи родителям. Только как объяснить откуда? Макс, а может, мы скажем, что твой отец по случаю на аукционе купил, а потом понял, что ему это не к чему. Думал, хорошее вложение денег. Но разочаровался. Вот и отдал. Родители Славки не пойдут к нему. Как легенда?

   – Не самая удачная, но как версия сойдет. Родители у Славки не сыщики и в аукционах, думаю, не разбираются. Потянет.

   Так и решили. Данька припомнил: Геббельс был дрянью, но не дураком. Он сказал, ложь должна быть чудовищной, тогда в нее поверят. Нормальным людям не понять, как можно врать без меры. Они для того слишком честные. Родители Славика поверят.

   Вечером ребята проводили Славку до дома. Охраняли доктора и ценности при нем. Славик прокрался в свою комнату и до поры до времени убрал подарки Даньки. Вышел в комнату, где родители сидели возле телевизора.

   – Слава, присядь. Сейчас в новостях нашу клинику должны показывать. У нас журналисты были на днях. Обещали дать репортаж в эфир в выходные. Наш новый диагностический центр увидишь, – предложил отец.

   Клинику показали. Родители сетовали:

   – Мало они рассказали. Вырезали часть материала. Там столько любопытного, – они не могли понять, что многое из того, что рассказали журналистам интересно профессионалам, а не обывателю.

   Лидия Павловна и Кирилл Федорович еще обсуждали репортаж, когда началась рубрика: наш мобильный репортер.

   – Наш мобильный репортер прислал кадры с места события. – Вещал диктор. – Наш парк культуры и отдыха. Любители экстремального отдыха сегодня устроил там свое шоу. Не пытайтесь повторить их трюк. Они работали без страховки.

   На экране появилось колесо обозрения. Славка сжался на стуле. Вот они на колесе, на самом верху. Вот, сцепившись ремнями, летят из кабинки. Виснут на перекладине. Славка видит все со стоны. Данька ищет ногой опору. Удержался. Прыгают дальше. Даня орет песню. Славке со стороны смотреть еще страшнее, чем там в воздухе. Они на земле. Разъединяют ремни. Камера показывает лица крупным планом. Подбегает Максим. Они убегают.

   – Слава!

   -Славка! – дружно кричат родители. – Что вы там натворили?!

   – Ничего, мама. – Славка сам не верит, что в репортаже показали его.

   Тут вмешался отец:

   – Ты что, паршивец, хотел оказаться на моем операционном столе? Вы могли разбиться!

   – Это была обычная тарзанка. На резиночке, – оправдывался Слава.

   – Какая тарзанка! Где резиночка! Я тебя не резинкой, а ремнем опояшу. Где страховка?

   – Мы с Даней всегда без страховки, – ляпнул с перепугу Славка.

   – Всегда? Так вы постоянно так?! – Отец грозовой тучей навис над сыном.

   – Нет. Мы первый раз. Даня не подведет. Я уверен. Никакого риска. – Голос парня дрожал. Гнев отца перепугал его больше недавнего свободного полета.

   Гроза еще долго бушевала над головой юного "экстремала". Гнев родителей стал стихать. Славик решил, момент походящий. Гневным божествам пора принести дары.

   – У меня там есть...– начал он.

   – Еще сюрпризы? Ты нас в гроб загонишь! – Кирилл Федорович выдохся.

   – Это хороший сюрприз, – парень выбежал в свою комнату и вернулся с саквояжем и атласом.

   Данькины подарки оценили все. Вечер закончился спокойно. Позже отец спросил:

   – Слава, а тебе не было страшно?

   – Нет, папа. Я был с другом. Данька не ошибается, не рискует бездумно. Я верю в него.

   – Хорошо. Но больше не надо такого спорта. Как?

   – Мы больше не будем.

   Не давайте пустых обещаний. Слава, пройдет время, ты станешь взрослее. Об этом разговоре ты забудешь. И снова не испугаешься риска. Рядом с тобой друзья.

  Часть 21

   Еще затемно все матросы были на корабле. С первыми лучами солнца флот капитана Свена поднял паруса. Корабли покидали порт. Данька любовался этим зрелищем. Всякий раз он находил новое очарование в таинстве выхода в открытое море. Ему казалось, такие минуты всегда будут его волновать. Впереди "Скиталец", а следом другие корабли. Внушительный ударный кулак выдвинулся, что бы взять чужой город. Данька верил в победу, в успех их предприятия, но какая-то грусть жила в душе. Что принесут они в тот порт, в чужой город? Смерть и разрушение? Что ждет их там? Что в будущем? Скрипят корабельные снасти. Многие лета, тем, кто лежит на дне, все части света могут гореть в огне, все континенты могут гореть в огне, только все это не по мне. Если дверные кому-то скрипят, кому-то поют. Кто вы такие? Вас здесь не ждут. Но парус, порвали парус. Каюсь. Каюсь. Дэн, возможно, тоже каялся. Там чья-то земля. Чья-то родина. А есть ли у него, у Дэна родина в этом мире? Есть, конечно, есть. Эта родина качается сейчас на волнах под его ногами и над ней развевается парус. "Скиталец" – его родина. Другие матросы – его братья, его народ. И он пойдет с ними, пойдет до конца. За что люди умирают? За что убивают друг друга? Ради кусочков золота, сверкающих камней или за идею, за любовь? Есть ли разница? Разве нужно убивать и умирать? Может умирать стоит только во имя жизни. Аллилуйя, аллилуйя. Славе тебе боже. И жизнь вечная. Смертью смерть поправ. Смертью отвергнуть смерть.

   Данька подошел к борту. Он смотрел на воду, там внизу. Не только на пламя можно смотреть бесконечно, но и на эту стихию в вечном движении. Море. Нет повода грустить. Дэн почувствовал, что кто-то стоит рядом с ним. Брайан. Плечо друга рядом. Братство вольных пиратов. Брайан стоял, смотрел на воду и молчал. Вдруг из воды выпрыгнул дельфин, обдал их брызгами и скрылся. Казалось, можно протянуть руку, и Даня коснулся бы влажного черного бока. Но лишь морские брызги. Живое чудо скрылось.

   – Плыви! – крикнул Данька. – Смори, какой он замечательный!

   – Дельфины часто резвятся возле кораблей. – Сказал Брайан.

   – Ты давно плаваешь, скажи, а есть какая-то примета о дельфинах и кораблях?

   – Нет. Я не знаю. Возможно, ни провожают те корабли, которые будут встречать по возвращении.

   – Отличная примета. Дельфины провожают корабль, который вернется в родной порт.

   – Я просто сказал. Про такую примету не слышал.

   – Пусть это станет приметой нашего корабля.

   – Я не против, Дэн.

   – Дельфины провожают нас. Они будут ждать. Встретят. Здорово.

   Настроение у Дэна улучшилось. Радость проникала в сердце. Счастье. Что это? Когда ты маленький бежишь по улице, лужи после дождя, и тебе хочется бегать по ним. И брызги летят. Жизнь впереди. На небе ни одной тучки. Они шли к далеким берегам. Данька тихонько напел:

   – Из Ливерпульской гавани всегда по четвергам, суда уходят в плаванье к далеким берегам. Только Дон и Магдалина ходят по морю туда. Уеду я в Бразилию, Бразилию мою. Может и они увидят Бразилию, страну, где много, много обезьян.

   Свен не говорил, куда они идут и когда достигнут этих берегов. Матрос Дэн не спрашивал. Знал, капитан будет молчать. Может прав капитан, придет время, и он все узнает. Корабли бороздили море два дня и две ночи. Ждали или искали? Когда они увидят чужой берег?

   Дэн отнес посуду после обеда на камбуз. Обратно не торопился. До тренировки с капитаном было время. Можно бездельничать. Он столкнулся с Солом.

   – Сол, а ты знаешь, в какой город мы идем? – Дэн думал, такой парень, как его друг, вечно с кем-то спорит, болтает, знает все.

   – Нет. Мне без разницы. Мы его возьмем, этот город. Я верю капитану. Он все продумал. Город будет нашим.

   – Сол, но там будут женщины и дети. Мы будем убивать. Из-за золота. – Что в этой жизни ценит Сол. Что он думает о походе.

   – Дэн, жизнь должна дарить наслаждение нам. – Говорил матрос. – А наслаждение– это золото. Оно дает право получить все. Именно поэтому люди убивают ради золота, умирают ради него. Так устроен мир. Нам его не изменить.

   – И ты, Сол, готов убивать ради золота? Ты готов убивать детей и женщин? Сол?! – Неужели только золото интересует его друзей.

   Глаза Сола потемнели. Его сильная рука ухватила Даньку за плечо. Матрос тихо сказал:

   – Ты думаешь, я смогу слышать крики детей? Вспоминать, как убивали моих сестер и братьев? Ты думаешь, я могу слышать крики женщин? Вспоминать, как убили мо мать? Ты думаешь, я на это способен? – Сол оттолкнул от себя Дэна. Повернулся и пошел прочь. Данька смотрел вслед своему другу.

   Нет, Сол не будет убивать ради золота. Он не такой. Он не может быть безжалостным убийцей. Как не может быть убийцей их капитан. Поэтому ребята с такой легкостью идут за Свеном. Он верит в капитана и в парней.

   Свен не забывал ежедневно проводить тренировку с Дэном. Не был исключением и нынешний день. Потом капитан ушел к старпому на капитанский мостик. О чем они там говорили, Дэну было не ведано. Капитан вернулся и приказал нести ужин. За ужином они почти не разговаривали. Когда Дэн уносил посуду, Свен сказал:

   – Пригласи сюда старпома, боцмана и Брайана. У меня есть, что вам сказать.

   Даня ликовал. Он обратил внимание на последнюю фразу. "Вам сказать". Следовательно, и ему. Свен отдаст приказания о начале операции. Колина Данька нашел на мостике. Боцман строжил матросов на опер-деке, второй палубе. Парни, которых Брин учил морской жизни, были рады, что Дэн увел грозного боцмана. Брайан спал в кубрике. Пришлось его растолкать.

   – Дэн, да что б тебя... Такой сон привиделся. Я только с ней хотел о самом главном...

   – Знаю я твое главное. О постели. Спас я девчонку. – Издевается Даня над плотником.

   – Постель у меня отличная. Еще ни одна не жаловалась.

   – Хватит о нежностях. Капитан зовет.

   В каюте собрались все, кого ждал Свен. Данька сел на сундук в сторонке. Терпеливо ждал, что скажет капитан. Тот сидел за столом. Колин и Брин присели рядом. Брайан встал возле боцмана.

   – Сегодняшняя ночь будет решающей. – Капитан сделал паузу и обвел взглядом собравшихся. – Сегодня мы подойдем к берегу. Больше нет смысла ждать. Основная часть золота уже собрана в городе. Мы возьмем не плохую добычу.

   Капитан знал о делах на берегу. У него были свои люди среди испанцев. Дэн был в этом уверен. Свен развернул карту.

   – Ты, Колин, с ребятами высадишься здесь. В темную ночь тут можно идти не заметно. Пройдешь через рощицу под стены форта.

   Колин, Брин и Брайан следили за пальцем капитана. Тот обозначил маршрут. Что бы рассмотреть карту, Данька соскочил с сундука, подбежал и теперь заглядывал через плечо старпома. Изгиб берега, бухта, укрепления. Все помечено. Капитан тщательно подготовился.

   Свен развернул схему города. Засланные казачки в городе. Они дали схему. Не простой мужик их капитан.

   – Ворота форта. Слева пройдете. Там стена пониже. Метра три-четыре. Ребята закинут крюки с веревкой, заберутся на стену. Потом вниз. Пойдут Брайан и Дэн. Снимут часовых у ворот и откроют их вам. Вы парни лучшие из тех, кто владеет ножами. Первыми войдете.

   Вот то задание, о котором Свен намекал ему. Дэн ликовал, стараясь не выдать своих чувств.

   – Гарнизон уничтожите. – Продолжал капитан. – Запальные отверстия пушек забьете. Ни дна пушка, даже случайно, не должна выстрелить. Корабли войдут в гавань на восходе. Неплохо, если под утро опустится туман. В это время года туман часто опускается на землю в утренние часы в этих местах. Туман – дополнительное прикрытие для вас. Мы обстреляем казармы вблизи порта. Затем перенесем огонь на дальние казармы.

   Капитан показывал на схеме. Улицы прорисованы крайне небрежно, но общее впечатление о расположении казарм можно получить.

   – Ты боцман, останешься на "Скитальце". Будешь командовать здесь.

   – Капитан, – пытался возразить Брин,– я пойду с вами.

   – Мы не раз обсуждали это с тобой. Это приказ. – Голос капитана жесткий. Не терпит возражения. – Колин от вас зависит все. Ваша группа решит ход сражения. Если вы не овладеете фортом, нам не войти в гавань. К городу не подойти. Береговые пушки сходу не подавить. Вас мы забрать то же не сможем, если не овладеем портом. В этом случае.... В этом случае, вы обречены. Держись, брат. Ни кому другому я не могу доверить это. Мы после обстрела высадимся. Я пойду к дальним казармам. Капитан Пьер захватит губернатора. Остальные ребята наведут порядок на улицах. Что б никто не выходил из домов. Понятно?

   – Да. Капитан, – ответил за всех Колин.

   – Прекрасно. У меня личная просьба к вам, парни. Не попадайтесь им в руки живыми. Мне будет больно знать, что они глумились над вами и повесили. – Капитан пристально посмотрел на своих парней. Останавливал взгляд на каждом. То ли пытался запомнить их лица, то ли отыскивал слабинку в них.

   – Капитан, – развеселился Брайан, – мы их не порадуем. Живыми нас не получат.

   – Не тревожься, Свен, – подтвердил Колин, – нас живыми не возьмут. Береги себя Свен. Мы выпутаемся в любом случае.

   – Хорошо. Я на вас надеюсь. Сейчас можете идти. Скоро будем на месте.

   Старпом, Брин и Брайан ушли, а Данька остался один на один с капитаном. Свен свернул карты, устало прикрыл глаза.

   – Господин капитан, – сказал Дэн, – я обещаю вам и нашему знамени, Веселому Роджеру, мы не сдадимся. Мы останемся верны нашему кораблю. Если болтаться на виселице, то только ррядом с моим приятелем, Роджером.

   Капитан посмотрел на своего матроса, кивнул головой.

   – Отдыхай. – Встал и вышел из каюты.

   Свен прошелся по палубе, вдыхая свежий морской воздух. У него еще оставались сомнения. Он готов принести в жертву своих ребят, принести в жертву этого молоденького матроса Дэна, с появлением которого на корабле для него словно вернулась жизнь. Может просто развернуть корабли и уйди. Ради чего все это? Ради денег? Ради славы? Еще не поздно вернуться. Нет, поздно. Для него, поздно. Он встретит любой конец.

   Поздней ночью "Скиталец" бросил якорь. Все, пора. Впереди темнеет береговая полоса. Спустили на воду лодки. Матросы грузились на них. Данька стоял и ждал своей очереди. Рядом Свен провожает своих ребят. Капитан тихо спросил:

   – Дэн, ты, кажется, боялся темноты? – Свен грустно улыбается.

   – Капитан, это было давно, в детстве. Какая здесь темнота? Вон звезды на небе. Полумесяц светит. Темноты я не боюсь.

   – Ты не боишься темноты. А вечной темноты боишься? – Они стоят напротив друг друга, почти вплотную. Высокая грусть в глазах капитана.

   – Нет. Я не боюсь вечной темноты. Пусть она биться меня. Боится, что я к ней приду и разберусь.

   – Иди, матрос. Будь осторожен.

   – Да, капитан. Я выполню ваш приказ, – Данька спустился в лодку.

   Лодки причалили к берегу. Матросы быстро отошли от кромки воды. Скрылись в роще. Темнота была густой. Колин выбрал направление и повел отряд. Они шли друг за другом, на расстоянии вытянутой руки, что бы не потеряться. Шли тихо, в полном безмолвии. Скоро утро. Туман опускался на землю. Сгущался над землей. Они идут вперед. Колышется безмолвие тумана. Ветки деревьев тянутся к парням. Они десант. Мы десант, мы уходим в туман. Мы идем впереди авангарда. За собой нас ведет капитан. Этот яростный сын леопарда. В тумане Даньке почудилось: впереди идет высокая фигура в черном балахоне с капюшоном. В руках коса. Неужели их ведет сама смерть. Он несут смерть. Лица идущего впереди Данька не разглядел. Женщина или мужчина. Даньке хотелось, что бы видение рассыпалось. Он одни губами прошептал: уходи. Смерть услышала его. Видение растаяло в тумане. Они подошли к крепостной стене. Вот ворота. Все молчат. Колин подает команды рукой. Дэну и Брайану махнул рукой, указывая куда идти. Они вдвоем двинулись вдоль стены. Данька ощупывал шершавую поверхность сены рукой. Остановилась. Прислушались. Тихо. За стеной то же тишина. Крючья летят вверх. Цепляются за стену. Парни взбираются наверх. Замерли. Никого. Прыгают вниз. Они в крепости. Надо идти к воротам. Разобраться с часовыми. Брайан крадется у стены. Дэн показал – не надо прятаться. Тихо произнес:

   – Идем в открытую. Нас в темноте признают за своих. Прячутся только враги.

   Они идут не скрываясь. Не торопясь. Ворота. Часовые. Все подобно сну, за гранью реальности. Часовые смотрят на парней. Еще не поняли, кто это. Они не ждут врага. Ножи летят. Солдаты падают. Дэн и Брайан подбегают к воротам. Вход открыт. Колин и матросы ворвались в крепость. Безмолвной тенью пираты растекаются в стороны. Две группы вдоль стен. Одна к казармам. Дэн с Брайаном идут вместе. Убить часовых здесь. Они тропятся. Бегут, на ходу, если замечают движение, кидают ножи. Падают тела. Матросы, идущие следом заканчивают работу. В районе казарм шум. Пираты заканчивают с сонными солдатами. Брайан идет чуть впереди. Осматривает все вокруг. Данька прикрывает со спины. Вдруг кто-то притаился и в отчаянии бросится на них. Брайан дошел до очередной пушки. Остановился. Осторожно заглянул за лафет. Сделал знак рукой Дэну. Данька подбежал. Заглянул туда, куда указал друг. Там на земле сидел, скорчившись, испанский солдат. Он спрятался, как неразумное дитя в первое подвернувшееся укрытие. Не понимая от страха, что оно не спасет его.

   – Дэн, – подмигнул Брайан, – прикончим испанца?

   Испанец не сопротивлялся, только прикрывался руками. Страх парализовал его.

   – Брайан, он сдается. Просит заступничества высших сил. Ручонками машет. Будем ангелами-хранителями, отведем к старпому.

   Дэн считал неприемлемым для себя убивать безоружных. Встреть парень других пиратов, жизнь была бы закончена. Они подняли пленника на ноги, отняли оружие и повели к Колину. Их работа была закончена. Другие ребята забивали пушки. Брайан подталкивал пленника в спину, что б тот шел быстрее. Колина они нашли возле казарм. Он отдавал приказы. Расставлял своих людей по местам. Форт в их руках.

   – Господин старпом, – обратился Данька к командиру. – Мы пенника взяли. Он смелый парень. Он дрался как лев. Настоящий идальго. Увидев, что силы не равны, он, как человек благородный, сдался.

   – Ты говоришь, он герой? – Трясущийся, с искажённым от страха лицом, испанский солдат не выглядел героем. Новобранец, не отслуживший и года, не обстрелянный в боях.

   – Тогда герою – сметь героя. – Вынес свое решение Колин.

   – Но он сам сдался, – Даня не хотел парню смерти.

   – Господин Колин, он смелый солдат и заслуживает жизни, – подержал Брайан друга.

   – Хорошо, если мы сохраним ему жизнь, что будет? Он единственный живой в этой крепости. Когда мы уйдем, испанцы убьют его, как предателя. Если мы его убьем, он умрет героем. Разницы нет, умрет позже или раньше. Парень, как тебя зовут?

   – Риккардо. – Губы испанца дрожали. Окружающий мир для него превратился в широкие врата смерти. Он понимал только что хочет жить.

   – Риккардо, или ты сейчас убежишь подальше, где тебя не найдут твои соплеменники. Только в городе не оставайся. Второй выход – ты присоединишься к нам. Хотя я не уверен, что капитан Свен будет рад этому.

   – Господин Колин, – снова начал Данька, – если вы его попросите, он не откажет. Парню некуда идти. Если поймают, то казнят. Вы правы, господин старпом.

   – А ты что решил, Риккардо? Попытаешься бежать или останешься с нами? – Колин колебался. Безвинная кровь не привлекала. И заботы об испанце тоже.

   Парень растерялся. Он не знал, что делать. Данька ткнул его в бок.

   – С нами оставайся. Бежать тебе некуда. – Дэн еще раз просмотрел мысленно все возможности. Безопаснее остаться с победителями. У него не было сомнений, победители они.

   – Я.... Я останусь с вами.

   – Вот и хорошо. Так то. – Заявил Дэн, – Пойдем, посмотрим со стены, что происходит в городе.

   Они пошли к крепостной стене. Несколько предрассветных минут, ночь еще не покинула землю, утро не наступило. Самые загадочные, странные мгновения. Солнце всходило. Корабли Свена входили в гавань. Они шли в первых лучах солнца. Черные воды, серые на фоне синего неба паруса и всходящее на из-за горизонта светило. Пушки "Скитальца" открыли огонь, приветствуя новый день и жителей. Пушки пиратов били прицельно по казармам. Корабли вошли в гавань беспрепятственно, благодаря действий отряда Колина.

   – Смотри, Риккардо, наши корабли обстреливают казармы. Хорошо стреляют. Тебе нравится?– Спросил Дэн.

   – Ему, думаю, вовсе не нравится, – высказал свое мнение Брайан. – Он испанец. Его город скйчас падет. Не самое приятное зрелище. Если б не мы, он дремал возле пушки. Скверное для него утро.

   – Риккардо, а ты местный, ты родился здесь? – Дэну просто хотелось поговорить. Так проще скоротать время. От них больше ничего не зависело.

   – Я жил в небольшой деревне, далеко отсюда. – Риккардо махнул рукой в сторону. Там его дом, там прошла жизнь.

   – А как попал сюда? Как называется твоя деревня? – Если Данька начинал болтать, то не мог сразу остановиться.

   – Фуэнте Овехуна.

   Что это? – подумал Данька, – Фуэнта Овехуна, Лопес Де Вега. Этот бывший крестьянин не похож на жителя героической деревни, выстоявшей против короля и церкви. Совпадение? Случайность? Овечий или козий ручей, так кажется, переводится название. Овечий источник. Или просто распространенное наименование для деревеньки? В России много одинаковых названий ничем не примечательных селений. И совсем, на первый взгляд, не понятных. Париж в России. Население пара сотен человек. И Эйфелевой башни нет.

   – У тебя там родители? – Кого оставит парень в этих краях, о ком будет вспоминать.