Текст книги "Лада (СИ)"

Автор книги: Варвара Лунная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

   – Ты сам к русалкам ходил? – догадался мальчишка.

   – Когда-то ходил, – вздохнув, признался мужчина. – Утром меня на руках друзья приносили, и я потом несколько недель встать не мог, пока силы не вернулись. Не стоит то удовольствие таких жертв. Не повторяй моих ошибок. Были случаи когда от озера мужики не возвращались, до смерти их залюбливали русалки.

   Всемил хотел было возразить что Мирон довольно резво от русалки уходил, но потом вспомнил второго парня, который после любви с лоскотухой лежать под елкой остался.

   – И Ладу ведь за собой потащил, – продолжал Слав. – Случись что, погибли бы оба. Ты ее защищал бы, она бы без тебя убегать не стала. А тебе Ладу беречь надо, она же девочка, – он потрепал сына по волосам.

   – А я и берегу, – буркнул Всемил.

   Слав горько усмехнулся, поправил мальчику подушку, подставил стул к кровати, чтобы Всемил снова упасть не мог и пошел вниз. Он сидел и смотрел в темное окно, а потом понял что ему ужасно хочется самому сейчас пойти к озеру. Слав даже встал, но у двери тряхнул головой, отгоняя наваждение. Нет, ему нельзя. Отгулял он свое. Сейчас у него сыновья и его долг вырастить их достойными людьми. Мужчина с тоской посмотрел на темную улицу, закрыл дверь и пошел спать. Боги были добры к нему, за недополученное удовольствие они наградили Слава прекрасными снами, где русалки были краше некуда, вода теплой, ласки нежнейшими, а любовь русалочья совершенно безобидной, сил не отнимающей.

   День шел за днем, месяц за месяцем, год за годом. Дети росли, их родители старели. Когда Всемилу исполнилось шестнадцать, его взяли мальцом в дружину. Лада искренне радовалась за друга и, наплевав на насмешки подруг, продолжала бегать к нему домой или в дружинную избу. Всемил на смешки товарищей тоже внимания не обращал, а того кто Ладу оскорблять пытался – бил себя не жалея, не взирая на возраст и положение обидчика. Очень скоро дружинники привыкли к девочке и стали, как и остальные, воспринимать ее как невесту Всемила, пусть еще и маленькую. Все свободное время Лада и Всемил проводили вместе. Иногда в компании друзей мальчишки, иногда просто вдвоем. Не смотря на все запреты и наказания они еще несколько раз бегали к озеру на русалочьей неделе, в последний день осени, пробирались на кладбище, чтобы посмотреть как покойники из земли вылезают. Правда так ни разу ничего и не увидели, то ли ночь была выбрана не та, то ли место не подходило, но ребятам ни разу не повезло, и никто из могил при них не вылезал.

   – Враки это все, – заявил тогда Всемил. – Сказки для детишек малых.

   – А вот и не скажи, – возражала Лада. – Просто нам не повезло. Может они не каждый раз вылезают. А может у нас жрец такой хороший что хоронит как надо и они упокаиваются навеки.

   – Сказки, – возразил Всемил.

   Лада спорить не стала, но и мнения своего не поменяла. И вообще-то она была очень рада что ни один покойник своего места покинуть не решился, пусть уж лучше спят в земле спокойно.

   Лада с Всемилом часто не сходились во мнениях, но никогда из-за этого не ругались. Всемил бывало подшучивал над подругой из-за чего-нибудь, но девочка не обижалась. Она утешала себя тем что мужчинам надо чувствовать себя правыми, а женщина должна быть мудрой и лишний раз промолчать. И Лада очень старалась быть мудрой и не спорила.

   -Лада, – Всемил ворвался в дом ювелира Яснокаменого без стука. – Здрасте, тетя Лебедь, здрасте, дядя Никита, – выпалил он. – Ладушка, меня в отряд что в Быстроград едет берут.

   – Да ты что? – ахнула Лада. – И ты поедешь? – с надеждой что Всемил скажет нет, спросила она.

   – Конечно, поеду. Быстроград же, – восторженно сказал мальчишка, даже не заметив что Лада расстроилась. – Там же кентавры и дриады и говорят даже драконы.

   – Не знала что мальцов в эту поездку берут, – Лебедь бросила быстрый взгляд на дочку, она-то в отличие от Всемила, все прекрасно видела и понимала.

   – А меня в дружину переводят, – расцвел Всемил. – Раньше всех. Воевода сказал я способный. К тому же Любомир тоже едет, так что решили что мне тоже можно. Дядя Никита, я Ладу заберу, ладно? К полуночи верну, обещаю.

   – Уж верни, – усмехнулся Никита.

   – Глупостей не наделай, – тихо сказала дочери Лебедь. – Он через годик вернется, тогда и успеется, а сейчас не спеши.

   Лада только вздохнула и пошла переодеваться.

   Ладе было уже пятнадцать, она ощущала себя взрослой девушкой, только вот почему-то родители считали иначе. Некоторые подружки ее уже с девичеством простились, а у них со Всемилом все как-то до этого не доходило. Но Лада и сама не особо рвалась с невинностью распроститься, а Всемил ее берег и опыта предпочитал набираться с другими не столь ему дорогими девицами.

   Через месяц полсотни дружинников и Всемил в их числе, уехали в далекий город Быстроград, в знак дружбы между князьями и для установления крепких дружеских отношений.

   Лада тосковала, потом от Всемила пришло письмо и девочка перечитывала его каждый вечер. Потом пришло второе письмо, потом третье. Всемил писал часто и подробно, он описывал все что было по дороге к Быстрограду, потом сам город и его чудеса. Одно из писем парня почти полностью было посвящено кентаврам, Всемил был от них в таком восторге, что просто не мог не поделиться им с лучшей подругой. Лада читала, радовалась или печалилась вместе с Всемилом и тут же садилась писать ответ. Она писала ему о последних городских новостях и сплетнях, об отце, потому что дядька Слав сам писем писать не любил. Но потом письма стали приходить все реже, не до того стало Всемилу. А после стало ясно что через год дружинники не вернутся. Лада совсем затосковала. Так прошел еще год.

*

   – Дружинники из Быстрограда возвращаются, – крикнул посланный из дружинной избы малец и тут же убежал дальше новость сообщать.

   – Батюшка Небо, – Лада уронила тесто, которое месила и всплеснула руками, образовав вокруг себя облачко из муки. – Всемил возвращается.

   – Беги уже, – улыбнулась ей служанка Лета. – Столько ведь ждала.

   – Спасибо, – Лада вытерла руки о передник, и поспешила к себе в комнату. Там она сменила платье, переплела косу, критически осмотрела себя в зеркале. Отражение девушку вполне устроило, и она побежала к городским воротам.

   Пятьдесят дружинников гордо восседая на конях, въезжали в город. Их встречали радостными криками и цветами. Лада глазами нашла Всемила и прижала руки к сердцу. Какой же он стал. Возмужал, окреп, а красавец какой. Тут Всемил подругу заметил и счастливо ей заулыбался. Когда старшина отряда дал приказ спешиться, и разойтись, Лада бросилась на шею другу.

   – Ладушка, – Всемил закружил подругу. – Какая же ты стала. Дай я на тебя посмотрю, – он отстранился на расстояние вытянутой руки. – Ох, хороша. Небось всем мужикам в городе голову вскружила?

   – На что мне все мужики? – заулыбалась Лада. – Устал с дороги?

   – Не очень. Сегодня как встали, так я все о пирожках мамы твоей вспоминал. Не делала тетка Лебедь сегодня пирожков?

   – Я делала. Или моих пирожков тебе не хочется?

   – Шутишь, твои еще лучше, – не задумываясь соврал Всемил, хотя откуда ему было знать научилась ли Лада готовить так же хорошо как ее мать. Но обижать подругу он не хотел и поэтому из рука Лады съел бы даже пироги с тиной болотной. Съел бы и похвалил.

   – Я принесу, – Лада улыбнулась. – Ты сейчас домой?

   – Да, нас до завтра отпустили.

   – Вечером наверняка в вашу честь гуляния будут, – девушка затеребила конец косы.

   – Хорошо бы. Пойдешь со мной?

   – Пойду, – девушка опустила глаза, и на ее щеках заиграл румянец.

   – Ох Ладушка, – Всемил сгреб подружку детства. – Как же я без тебя скучал.

   – Раздавишь, – смеясь, стала отбиваться Лада. – Ой, дядька Слав, – Лада только теперь заметила что отец Всемила стоит у них за спиной.– Ну что же ты?

   – Да вот жду пока он с тобой, краса моя, наобнимается. С красивой девкой всяко приятнее обниматься чем со стариком отцом.

   – Батя, – Всемил раскрыл руки.

   – Иди сюда, малой, – Слав обнял сына.

   – А ты совсем взрослой стала, Лада, – заметил Любомир, который с отцом уже успел поздороваться и теперь ждал пока тот с Всемилом закончит.

   – А ты вот не изменился, – кокетливо отозвалась девушка.

   – Да с чего бы мне? – усмехнулся Любомир.

   – Ну Всемил вот поменялся.

   – Ну так Всемил мальчишкой сопливым уехал.

   – И вовсе не сопливым, – тут же ощерилась Лада. – И вообще, проси богов чтобы он у тебя девок уводить не стал.

   – А ты на что? – усмехнулся мужчина.

   Лада хмыкнула, но возражать не стала. Действительно, зачем Всемилу девок у брата отбивать, когда она есть.

   Дома Лада сразу бросилась на кухню, готовить для Всемила пирогов, а едва они испеклись, стала собирать корзинку с едой. Она положила туда не только пирожков, но и котлет и мяса копченого и рыбки соленой.

   – Ой смотри, погонит тебя прочь с такой корзиной жена Слава, – усмехнулась служанка Лета.

   – С чего бы? – нахмурилась Лада. Вообще-то про новую жену дядьки Слава она действительно забыла. А ну как той и правда не понравится что Лада со своей стряпней пришла? – Погонит, значит Всемил к нам ужинать придет, – решила она и отправилась к другу.

   – О, Ладушка, – обрадовались ей мужчины. Дома был даже Ратибор, старший сын Слава, который семью навещал не часто. А вот мачехи ребят не было.

   – А пахнет как, – Всемил забрал у девушки корзину и тут же стукнул Любомира по руке. – Не лезь, это мне.

   – А ты не треснешь? – беззлобно поинтересовался Любомир.

   – Нет, я специально местечко оставил, – Всемил погладил себя по животу.

   – Я на всех положила, – улыбнулась Лада.

   – Слыхал, – Любомир отобрал у младшего брата корзину и выудил оттуда котлету. – Ммм, вкусно, – сказал он с набитым ртом и передал корзину Ратибору.

   – Неужто сама готовила? – спросил Всемил, получив корзину обратно, после того как она прошла через все руки.

   – Конечно сама, – надулась Лада. – Я умею. И не хуже матери.

   – Даже лучше, – заявил Всемил. – Превзошла ты Лебедь.

   – Точно, – поддакнул дядька Слав. – Лучше невесты не сыскать, – он глянул на Всемила.

   – Согласен, – кивнул тот и выудил из корзины кусок соленой рыбы.

   – Рыбу Лета солила, – смущаясь, призналась Лада.

   – Передай ей что вкусно очень, – с набитым ртом, попросил Всемил. – Там еще пирожки остались? – сунул он нос в уже пустую корзину. – Вот проглоты.

   – Да кто бы говорил, – усмехнулся Ратибор. – Оборжешься ведь.

   – Считай что мы тебя спасли, – поддержал брата Любомир.

   – Ой спасители, – шутливо поклонился Всемил. – Сказали бы лучше что так вкусно что сами остановится не могли.

   Лада не вмешивалась, она только польщено улыбалась, прибирая со стола посуду.

   – Ладушка, ты оставь это, Дара перемоет, – сказал Слав.

   – Да мне не трудно, – Лада быстро расправилась с грязной посудой. – Ну, вроде все, – она огляделась вокруг. – Пойду я тогда.

   – Гулять не передумала? – спросил Всемил.

   – Нет, зайди за мной, как соберешься, – девушка упорхнула к себе.

   – Эх, хороша невеста, – причмокнул дядька Слав.

   – Точно, повезет кому-то, – согласно кивнул Всемил. – Пойду я рубаху нарядную поищу, – заявил он и ушел, не заметив удивления на лицах отца и братьев.

   – Кому-то? – утонил Слав, хотя Всемила уже не было в комнате. – Любомир, скажи в Быстрограде у него кто-то остался? Девку я имею в виду.

   – Да нет, – пожал плечами Любомир. – Крутил он со многими, но ничего серьезного, мы же знали что домой вернемся.

   – Я думал он Ладу сватать будет, – растерянно сказал Ратибор.

   – Вот и я так думал, – хмыкнул Слав. – Она же его ждала, парней от себя гоняла, ни с кем не гуляла.

   – Может одумается? – предположил Любомир. – Лада дюже хорошенькой стала.

   – Губы не раскатывай, – строго велел Слав, вставая из-за стола. – Конечно одумается, они с малолетства друг за друга сговорены. Пообвыкнется Всемил немного дома, да сватов к Никите зашлем. Нечего тянуть, а то уведут девку, – Слав ушел, а Ратибор и Любомир переглянулись.

   – Что-то не похоже чтобы Всемил хотел на ней жениться.

   – Да он вроде скучал по Ладе, – Любомир почесал затылок. – Письма ей писал, подарки перед отъездом искал.

   – Ну дак ты же сам слышал, он сказал кому-то повезет, значит сам он в жены ее брать не собирается.

   – Странно это, – покачал головой Любомир. – Не понимаю я ничего.

   – Ладно, время покажет, – Ратибор встал. – Пошел я, бывай, – он хлопнул брата по плечу и отправился к себе, в дружинную избу. Любомир поразмышлял еще немного, но ни до чего не додумался и отправился переодеваться, идти на праздник абы в чем он тоже не собирался.

   На главную площадь города, где начинались гуляния, Лада вошла под руку со Всемилом. Девушка была совершенно счастлива. Их пара была самой красивой, на Всемила смотрели почти все девушки, даже те кто со своими парнями пришли, но Лада не сердилась, пусть смотрят, лишь бы руками не трогали.

   Заиграла музыка и Всемил закружил подругу в танце. Лада смеялась, танцевала и ей казалось что счастливее нее нет никого на свете.

   – Лада, ты бы уступила Всемила другим девушкам, все же потанцевать хотят, – насмешливо попросила Ладу Велеса, младшая княжеская дочь, когда парень отошел на минутку к друзьям

   – Обойдутся, – усмехнулась Лада.

   – Жадина, – беззлобно улыбнулась Велеса.

   – Я его два года ждала, – возразила Лада. – Сам захочет еще с кем танцевать, удерживать не буду, а так, – она лукаво улыбнулась.

   – Лада, – позвал Всемил. – Скажи, а вон там в красном платье кто? – мужчина кивнул на противоположную сторону площади.

   – Злата, кузнеца нового дочка. Они полгода как приехали.

   – Злата значит. Миленькая, – Всемил поправил рубаху и подкрутил усы. – Познакомишь?

   Велеса испуганно взглянула на подругу, Лада растеряно смотрела на приятеля, а потом не сразу, но согласно кивнула.

   – Пошли, – она взяла Всемила под руку.

   Лада представила Всемилу Злату и ее подружек, а потом отошла в сторонку и с ужасом наблюдала как ее Всемил заигрывает с другой девушкой. Она смотрела как он пригласил Злату на танец, потом на следующий, как он угощает ее печеными яблоками и конфетами. На третьем танце, когда Всемил прижал к себе Злату чуть сильнее чем то требовалось, Лада не выдержала и бросилась домой.

   – Ладушка, ты чего? – удивился возвращению дочери Никита.

   – Лада? – Лебедь сразу поняла что что-то случилось. – Ладушка, – она побежала за дочерью наверх.

   – Всемил? – спросил Никита, вбегая в светелку за супругой. – Он тебя обидел? Оскорбил?

   – Он.... Он...., – Лада плакала. – Он со Златкой танцует.

   – Милая, ну подумаешь потанцевал немного с другой, – облегченно выдохнул отец девушки. – Ты же знаешь, Всемил от тебя без ума.

   – Он яблоки ей покупал, – обиженно возразила Лада. – Ей, не мне, на меня он больше даже не взглянул. А еще он сказал что она миленькая.

   Супруги Яснокаменые переглянулись.

   – Детка, может он тебя просто дразнит? – предположил Никита, хотя и сам понимал что версия дурацкая.

   – Нет, он сам меня попросил с ней его познакомить, – Лада упала на подушки, зарыдав еще сильнее. – Меня. С другой. Как он мог? Я так ждала.....

   – Лада, – Лебедь нахмурилась и подняла дочь за плечи, тряхнув ее как следует. – Вспомни о гордости. Если мужчина предпочел тебе другую, ему же хуже.

   – Это не мужчина, это Всемил, – закричала Лада. – Мой Всемил.

   – Тогда борись за него, – Никита вздохнул. – Только мать права, о гордости не забывай. Ты лучше любой Златки.

   – Я лучше, – Лада вытерла мокрые от слез щеки. – И он мой. Я его никому уступать не собираюсь.

   – Вот и славно, – Лебедь горько вздохнула. – Пойди умойся и спать ложись, утро вечера мудренее.

   – Ну нет, я обратно на площадь пойду, – Лада решительно поднялась. – Пусть Златка не радуется раньше времени.

   – Ох не нравится мне все это, – пробормотал Никита, когда Лада приведя себя в порядок убежала.

   – И что это на Всемила нашло? – Лебедь взяла мужа под руку и вместе с ним села на ступеньку крыльца. – Может правда дразнит? Но зачем?

   – Да кто ж его знает.

   – Ох, кабы Лада глупостей не наделала, – Лебедь нахмурилась.

   – Вразуми ее матушка Земля, – Никита коснулся ладонью земли. – Маленькие детки, маленькие бедки, – вздохнул он. Лебедь ничего не ответила.

   – Всемил, – Лада решительно втиснулась между другом и Златой. – Там сладости заморские продают, пойдем попробуем.

   – Злата, пойдешь с нами? – спросил Всемил.

   – Не пойдет, – успела опередить положительный ответ Златы Лада. – Ее вот ждут, – она неопределенно кивнула. Всемил посмотрел туда куда Лада указала и заметил нескольких дружинников, смотрящих на него и девушек.

   – Это не меня, – воскликнула Злата, но было поздно, Лада уже увела Всемила и он не услышал.

   – Ты не сказала что у нее кто-то есть, – Всемил вздохнул.

   – А ты не спрашивал, – проворковала девушка. – Ой, смотри колечки какие.

   – Твой отец лучше делает, – заявил парень.

   – Конечно лучше, – согласилась Лада. – Да только он с золотом да серебром работает, а это просто колечки, каждый день носить.

   – Лучше одно иметь, но стоящее, – Всемил пошел дальше. Лада вздохнула и поспешила следом.

   – А это случаем не Добрыни Кривого дочь? – спросил Всемил, когда они с Ладой, сидя на чьем-то заборе, ели купленные сласти.

   – Она, – Лада скрипнула зубами.

   – Ты подумай, – хмыкнул Всемил. – А таким заморышем была.

   – Она и сейчас заморыш.

   – Да ладно тебе, – Всемил улыбнулся. – Не наговаривай.

   – Мне лучше знать, – возразила Лада. – Нормальному мужику в ее сторону смотреть не стоит. Да и отца ее вспомни, он-то за эти два года не похорошел и лучше не стал.

   – Вот уж точно, – хрюкнул от смеха Всемил.

   Лада удовлетворенно кивнула, только брови ее мимолетно к переносице сошлись. Не нравилось ей совсем что Всемил на других девок заглядывается, будто ее и нет совсем.

   – Пойдем еще потанцуем, Всемилушка, – попросила она.

   – Пойдем, – Всемил спрыгнул с забора и осторожно снял с него Ладу. Девушка улыбнулась и обвила его шею руками.

   – Какой ты сильный стал.

   – Да ты легенькая, – улыбнулся парень. – Я тебя на руках через весь город пронести смогу, а потом обратно. И даже не запыхаюсь.

   – Ой хвастун, – Лада ласково потрепала кудри Всемила.

   – Проверить хочешь?

   – Хочу, но не сейчас. Сейчас танцевать хочу.

   – Твое желание для меня закон, – Всемил был рад что Лада отказалась. Все же через весь город туда и обратно это он погорячился. Вот никак у него не получалось язык за зубами держать, вечно прихвастнуть старался.

   Домой Лада вернулась под утро, Всемил проводил ее до калитки и ушел. Девушка смотрела ему вслед, и улыбка сползала с ее лица. В доме было тихо, все уже спали. Лада стараясь не шуметь, пробралась в свою комнату и легла. Она старалась не плакать слишком громко, чтобы Дарену не разбудить, но слез сдержать не могла. Надо было быть полной дурой чтобы не понять что не нужна она Всемилу, весь вечер он на других девок засматривался, будто выбирал. А Лада дурой не была.

   В последующие дни и недели Лада умудрилась наговорить Всемилу гадостей почти про всех девушек в городе. Эту назвала гулящей, тут безрукой, третью уродиной. Иногда, когда она оговаривала хороших девушек, ей становилось стыдно, но Лада вспоминала что если она скажет что-то хорошее, то Всемил уйдет и добавляла еще чего-нибудь гадкое. Она плакала каждую ночь, возвращаясь после прогулок с Всемилом, и не понимала, ежели она ему не нужна, то зачем приходит, зачем с собой зовет. А если нужна, то почему с ее помощью другую себе ищет.

   Не понимала этого не она одна, Любомир и дядька Слав тоже наблюдали за Всемилом и Ладой с недоумением.

   – Любомир, – позвал младшего брата Ратибор, что только сменился с дозора и как раз шел в дружинную избу чтобы выспаться. Шел, да остановился на главное площади, где молодежь гуляла. – Что происходит?

   – Ты о Всемиле? – Любомир вздохнул.

   – А о ком еще? Смотри, он же с девицей той заигрывает. Лада же тут, ты посмотри, она вон губы стоит кусает.

   – Не дай ему уйти, – вдруг попросил Любомир. – Попробую я ревность к Ладе у него вызвать.

   – Какую ревность? – начал было Ратибор, но Любомир уже ушел.

   – Всемил, – окликнул Ратибор брата. – Поди сюда.

   – У тебя что-то важное? – нехотя повернулся Всемил.

   – Подойди, тебе говорят, – рассердился дружинник. – Ты что творишь? – спросил он, когда Всемил все же подошел.

   – Ты о чем?

   – Ты чего это с чужими девками заигрываешь?

   – А с какими мне заигрывать? – хмыкнул Всемил. – И вообще тебе-то что? Или ты сам на нее глаз положил?

   – Ты по что Ладу позоришь? – сердито спросил Ратибор. – У нее на глазах другую обхаживать, это что вообще такое?

   – А причем тут Лада? – удивился парень.

   – Ты что издеваешься? – Ратибор удивился. – Вы ж с Ладой сговорены едва ли не с младенчества, она тебя ждала, ни с кем больше не гуляла.

   – Да брось ты, – не поверил Всемил и обернулся на Ладу, которая с Любомиром разговаривала. – Она же мне как сестра.

   – Как сестра? – Ратибор изумился еще больше. – А она про то знает?

   – Про что?

   – Про то что любишь ты ее не как девушку, а как сестру?

   – Ну конечно, – уверенно заявил Всемил. – Я так думаю, – добавил он совсем неуверенно и снова посмотрел на Ладу.

   – Ладушка, – начал Любомир вкрадчиво. – А ты все хорошеешь.

   – Спасибо, – девушка слабо улыбнулась.

   – Я тут подумал, – Любомир потер бородку. – Вспомнил, вернее.

   – О чем?

   – Должна ты мне кое-что, помнишь?

   – Как не помнить? – Лада немного смутилась. – И когда же расчет по долгу получить хочешь?

   – А прямо сейчас, – заявил Любомир.

   – Сейчас? Прямо тут?

   – Да, а что мешает кто?

   Лада бросила испуганный взгляд на Всемила и решилась.

   – Нет, – ответила она. – Только, – девушка опустила глаза. – Я еще ни разу..... Ни с кем...., – она смутилась окончательно.

   – Не беда, мне не в первой, – Любомир усмехнулся и разгладил усы. – Только целовать буду по настоящему, – предупредил он и притянул девушку к себе. Лада ахнула, но ничего возразить не успела, губы Любомира помешали.

   – Что он творит? – возмутился Всемил, но вмешаться ему не дал Ратибор.

   – Ах ты потаскуха, – на Ладу с кулаками кинулась дочь Добрыни Кривого, которая считала что раз Любомир ее пару раз потискал, то у них все серьезно.

   – Эй, остынь, – Любомир перехватил возмущающуюся девушку и оттолкнул ее в сторону.

   – Ах вот как? Так ты значит? Выбирай или я или она, – Бажена Кривая уперла кулаки в бока.

   – Она, – не задумываясь хмыкнул Любомир, которому Баженка надоела уже хуже горькой редьки.

   Лада усмехнулась, ну что ж, значит, не она одна поцелуй этот в корыстных целях использовала. Ну и пусть, зато Всемил вон с Ратибором ругается, явно из-за них, а значит, не напрасно было. А то что Любомиру это тоже с пользой, так с нее не убудет. Девушка улыбнулась Любомиру, еще раз посмотрела на Всемила и решила что сейчас будет лучше уйти, пусть Всемил помучается немножко.

   – Любомир, ты спятил, – накинулся на брата Всемил, когда сумел освободиться от хватки Ратибора. – Совсем совесть потерял?

   – Ты о чем? – невинно поинтересовался Любомир.

   – Не притворяйся. Это же Лада.

   – И что?

   – Ты с чего это целоваться к ней полез? – кипятился Всемил.

   – Полез, – фыркнул Любомир. – Я не полез, должна она мне поцелуй была, просто долг вернуть попросил.

   – За что это она тебе должна была? – Всемил был страшно зол.

   – Да за тебя, братишка, – усмехнулся Любомир. – Помнишь, когда отец тебя отодрал за поход на озеро в русалочью неделю? Лада тогда прибежала, а ей наверх подняться не разрешили. Вот она и пообещала мне поцелуй, если я отвернусь на минутку. Я и отвернулся.

   – Так это когда было? Что ж ты сразу-то не поцеловал?

   – А какой мне интерес был сразу ее целовать? – парировал Любомир. – Ей тогда лет десять было. Мы договорились что долг она мне вернет когда подрастет. А сейчас я решил что уже можно. И поверь мне, она уже совсем выросла, – Любомир усмехнулся и, насвистывая веселую песенку, пошел к дому.

   – Ты это видел? – Всемил попытался найти сочувствия у Ратибора.

   – Видел и что? – пожал плечами тот. – Тебе она как сестра, ему, видать нет.

   – Но это же Лада.

   – Что ты заладил Лада, да Лада. Ну Лада и что? Раз Лада то не девка что ли? Любомир прав она девица видная и если тебе не нужна, то охотники до нее быстро найдутся, – Ратибор тоже ушел, оставив взбешенного Всемила одного. Парень хотел было немедленно отправится на поиски Лады, но тут его окликнула новая знакомая и он решил что Ладе вычитать за неприемлемое поведение еще успеет.

   Лада, наблюдавшая за Всемилом из-за угла дома в конце улицы, сердито стукнула кулаком в стену. От бессилия и злости хотелось заплакать, но плакать девушка не стала, а поспешила домой. Там она достала из-под перины заветный платочек, в котором собирала денежки, что отец ей иногда давал. Денег собралось не мало. Лада зажмурилась, но потом решительно встала, бросила на себя взгляд в большое зеркало на стене и кивнула. Не хочет Всемил по-хорошему, будет по-плохому. Лада открыла сундучок со своими сокровищами и нашла там кружевной платочек, со следами засохшей крови. Это незадолго до своего отъезда Всемил нос разбил, а она новеньким, только что сделанным платочком ему кровь вытирала. А вот прядочка волос русых, Всемил ей их отрезал, на память, чтобы не забывала друга, пока он в отъезде. Вот теперь это все и пригодится. Лада осторожно завернула платок и прядь волос, несколько раз глубоко вздохнула и решительно вышла на улицу. Она пошла к Северным воротам, я от них к лесочку, туда где жила местная колдунья.

   – Здрава будь, хозяюшка, – Лада робко топталась у калитки ведьминого дома.

   – И тебе не хворать, – ведьма внимательно рассматривала посетительницу. – Проходи, коли по делу пришла.

   – Я по делу, – Лада вошла в дом вслед за хозяйкой.

   – И что же у тебя за дело ко мне? – ведьма, не старая еще женщина, сложила дрова, что принесла с улицы, у печи и села за стол, приглашая присесть и гостью. – Хотя дай сама угадаю, парня приворожить надо?

   – Надо, – едва слышно согласилась Лада. – Люблю я его.

   – А он тебя, стало быть, нет?

   – И он меня любит, – возразила девушка. – Просто... просто... не знаю я в чем дело, только на других девок он постоянно смотрит. А он мой. Мы с малолетства с ним вместе, я два года его ждала, никого до себя не допускала, а он... он..., – Лада заплакала.

   – Так может просто разлюбил он тебя? – сочувственно спросила ведьма. – Случается такое.

   – Нет, – Лада решительно покачала головой. – Вы поможете мне?

   – Можно, – колдунья вздохнула. – Только ты знать должна что полюбить тебя его никакое зелье не заставит. От приворотного зелья он рядом с тобой будет, будет его к тебе тянуть, плохо ему без тебя будет, но чувства....., – женщина покачала головой. – Не будет у него чувств к тебе. Уйти не сможет, ненавидеть начнет.

   – Не начнет, – упрямо возразила Лада. – Мне надо только чтобы он на других смотреть перестал.

   – Ну что ж, я тебя предупредила, – колдунья встала. – Вещь мне его нужна личная.

   – У меня кровь есть и волос.

   – Пойдет. Давай.

   Лада протянула ведьме платок и пару волосков из пряди, что с собой захватила, а остальное испуганно к груди прижала. Ох как же сердечко у нее колотилось. Обычно на такие сумасбродства она все время со Всемилом ходила, а тут....

   – Кровь мне твоя нужна.

   – Вся? – ахнула Лада.

   – Нет, конечно, – ведьма улыбнулась. Ох женщины, все как одна этот вопрос задают. Сначала "Ой люблю его до смерти", а как дело до капли крови доходит, так сразу в кусты

   – Погуляй с пол часика, – велела колдунья, уколов Ладе палец и выдавив из него пару капелек крови. – Мне отвар сварить надо.

   Девушка молча вышла из домика, но далеко не пошла, опустилась на землю у калитки. Ей было страшно, а еще почему-то пропало чувство что она все правильно делает. Уж очень смущали ее слова ведьмы про то что привороженный Всемил ненавидеть ее начнет. Нет, не может такого быть, не сможет Всемил ее возненавидеть. Это же Всемил. Уж столько лет они вместе и ни разу даже не ссорились всерьез. Ей надо только чтобы он на других смотреть перестал, а на нее как надо взглянул. И вспомнил все, как любят они друг друга и что лучше нее, Лады, ему девушки не сыскать.

   Через полчаса колдунья вышла и протянула девушке кувшинчик с отваром.

   – Он безвкусный, – сказала она.– Подольешь в питье своему желанному. Только учти, узнает он что приворожила ты его, колдовство разрушится. Он уйдет, а тебе будет плохо. И не потому что уйдет, отвечать будешь за вмешательство в естественный ход вещей.

   – Если он уйдет мне жить смысла не будет, – прошептала Лада, прижимая кувшинчик груди.

   – Три монеты с тебя.

   Лада расплатилась, сумма была немаленькая, но девушка заплатила бы и больше. Она, оборачиваясь, пошла обратно к городу и чем ближе был родной дом, тем сильнее таяли остатки уверенности Лады в том, что она делает все правильно.

   – Всемил, – девушка очень обрадовалась, увидав друга около дома. – Как хорошо что я тебя встретила. Ты голодный?

   – Есть немного, – Всемил смутился, он вспомнил что хотел поговорить с подругой, но потом забыл. И ладно бы ему хоть что-то перепало, так нет, девка та с площади поманила, а потом на попятную пошла, мол она не такая, а у мужиков одно на уме. Только время зря потерял.

   – Тогда пошли к нам, покормлю, – предложила Лада.

   – А это что? – спросил Всемил, кивнув на кувшин у девушки в руках.

   – А... это от бессонницы, – тут же придумала девушка. – Сплю в последнее время плохо, вот мне и посоветовали к колдунье сходить. А ты хорошо спишь?

   – Да тоже не очень, – признался Всемил.

   – А я с тобой поделюсь.

   – Да не надо, сам схожу. Может отвар под тебя специально сделан или тебе все надо выпить, чтобы подействовало.

   – Мне с запасом сделали, – уверенно сказала Лада. – А тебе некогда, служба же.

   – Это точно, служба, – согласился Всемил. – Но я не то чтобы совсем плохо сплю, просто... видать к дому никак не привыкну.

   – Значит, решено, – Лада открыла калитку, пропуская друга во двор.

   Пока девушка накрывала на стол, да еду Всемилу подавала, она почти успокоилась, но как дело дошло до отвара, руки снова предательски задрожали.

   – Что с тобой, Ладушка? – Всемил забеспокоился. – Ты что-то тихая совсем.

   – Да показалось тебе, – Лада поставила перед Всемилом кружку с отваром. – Кушай. Может еще что хочешь?