Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?! (СИ)

Текст добавлен: 15 сентября 2026, 17:00

Текст книги "Мой главный враг - теперь мой фиктивный парень?! (СИ)"

Автор книги: Валерия Блэк

Жанр:

Современные любовные романы

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Назад к карточке книги

Глава 15. Глеб

Я проснулся в шесть двадцать утра и несколько минут вообще не двигался.

Лиза спала рядом.

На боку.

Спиной ко мне.

Волосы рассыпались по подушке, одна ладонь лежала под щекой, одеяло сползло до талии.

Моя рука всё ещё была у неё на животе.

Прекрасно.

Вот именно так я и хотел просыпаться последний год.

Только в моих планах она обычно не собиралась через несколько часов уезжать из этого дома, потому что срок нашей сделки заканчивается.

Я осторожно убрал прядь с её плеча.

Лиза шевельнулась.

Я замер.

Она не проснулась.

Вчера вечером она сама пришла.

Сама постучала.

Сама сказала, что хочет остаться.

И я всё равно спрашивал её столько раз, что Денис, узнай он об этом, издевался бы до пенсии.

Пусть.

Я бы спросил ещё двадцать раз, если бы понадобилось.

Потому что одно дело год представлять Соколову в своей кровати.

Другое – действительно увидеть её здесь утром.

После всего.

Спокойную.

Доверяющую настолько, чтобы уснуть рядом.

Телефон на тумбочке загорелся от уведомления.

Я осторожно потянулся и сразу выключил звук.

Сообщение от сервиса.

Машина готова.

Очень вовремя.

Ровно неделю назад Лиза въехала в неё университетским электрокаром.

Сегодня ремонт закончен.

И сегодня же закончатся наши фиктивные отношения.

Мне не нравилось ни одно из этих совпадений.

Лиза тихо вдохнула и открыла глаза.

Несколько секунд смотрела перед собой.

Потом на мою руку.

Потом повернула голову.

– Доброе утро.

После сна голос был хриплым.

Мне это понравилось слишком сильно.

– Доброе.

Она перевернулась ко мне лицом и натянула одеяло выше.

– Который час?

– Полседьмого.

Лиза поморщилась.

– Почему мы не спим?

– Я проснулся.

– Очень убедительная причина разбудить и меня.

– Я тебя не будил.

– Ты смотрел.

Я усмехнулся.

– Это уже будит?

– Когда так – да.

– Как?

Она прищурилась.

– Сам знаешь.

Знал.

– Могу отвернуться.

– Уже поздно.

Лиза посмотрела на экран моего телефона.

– Что пришло?

– Сервис написал.

– Про машину?

– Да. Готова.

Она на пару секунд замолчала.

– Ровно к концу недели.

– Очень символично.

Лиза приподнялась на локте.

Одеяло немного сдвинулось.

Я автоматически опустил взгляд.

Она сразу подтянула край выше.

– Даже не начинай.

– Я молчу.

– Ты глазами разговариваешь.

– Хорошо, что понимаешь язык.

Она закатила глаза.

Вот.

Всё на месте.

Я протянул руку и убрал волосы с её лица.

Лиза не отстранилась.

– Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо.

– Ничего не болит?

Она подумала.

– Немного чувствую мышцы, но всё нормально.

– Какие мышцы?

Лиза застыла.

Я выдержал серьёзное лицо секунды две.

Потом получил подушкой в плечо.

– Глеб!

Я рассмеялся и поймал подушку.

– Я просто уточнил.

– Ты прекрасно понял.

– Хотел убедиться.

Она отняла подушку и положила обратно под голову.

– Вот теперь узнаю человека.

Некоторое время мы лежали молча.

За окном уже начинали петь птицы, в комнате было прохладно, а солнечный свет тонкой полосой пробивался из-за шторы.

Лиза первой посмотрела на дверь.

– Мне нужно к себе.

Очень не понравилась эта фраза.

– Зачем?

– Душ, одежда. И желательно оказаться в собственной комнате до того, как твоя мама выйдет в коридор и увидит меня здесь.

– Боишься?

Она сразу повернулась.

– Нет. Но я не хочу ставить Марину Сергеевну в неловкое положение.

Вот за это мама её и полюбила.

И бабушка.

И отец.

И я.

Последнее слово появилось в голове настолько спокойно, что я даже не попытался его оспорить.

Я любил Соколову.

Прекрасно.

Очень своевременно.

За несколько часов до окончания сделки.

Я сел на кровати.

– Хорошо. Проверю коридор.

Лиза рассмеялась.

– Ты серьёзно?

– Да.

– Мы что, подростки?

Я поднялся и нашёл возле кровати её футболку, шорты и бельё.

Собрал всё и протянул ей.

– Нет. Поэтому я не собираюсь заставлять тебя бегать по коридору в одеяле.

Она забрала одежду.

– Отвернись.

Я поднял брови.

– Серьёзно?

– Глеб.

– Я видел всё.

– И?

Логики не было.

Но спорить сейчас было опасно для моей жизни.

Я развернулся к окну.

За спиной зашуршала одежда.

– Можешь.

Я повернулся.

Лиза уже стояла в футболке и шортах и собирала волосы рукой.

Я подошёл к двери.

Сначала открыл её на несколько сантиметров и выглянул.

Коридор был пуст.

– Чисто.

Лиза подошла ко мне.

– Если сейчас выйдет твоя бабушка, я тебя убью.

– Она встаёт после восьми.

– Откуда ты знаешь?

Я посмотрел на неё.

– Живу здесь двадцать два года.

– Логично.

Она собиралась выйти.

Я коснулся её руки.

Лиза остановилась и посмотрела на меня.

– Что?

Я не стал тянуть её к себе.

Просто спросил:

– Можно тебя поцеловать?

Уголок её рта дрогнул.

– Теперь научился?

– Иногда я обучаемый.

Она сама подошла ближе, поднялась на носки и поцеловала меня.

Коротко.

Слишком коротко.

Я попытался продлить поцелуй, но Лиза упёрлась ладонью мне в грудь.

– Нет. Иначе я отсюда не выйду.

– Хорошая перспектива.

– Для тебя.

– Для нас обоих.

Она улыбнулась.

– Увидимся на завтраке.

Я отпустил её.

Лиза пересекла коридор, открыла свою дверь и уже перед тем, как войти, обернулась.

– Глеб.

– Что?

Она несколько секунд смотрела на меня.

– Вчера было хорошо.

И скрылась у себя.

Я остался стоять в дверях.

Вот теперь можно было спокойно умереть.

За завтраком отец посмотрел на меня один раз.

Этого хватило.

Мы сидели на террасе. Бабушка принимала первые семейные поздравления и возмущалась огромным букетом, который мама поставила возле её кресла.

Лиза сидела по другую сторону стола рядом с Натальей.

Вообще на меня не смотрела.

Минуты две.

Потом всё-таки посмотрела.

Я улыбнулся.

Она сразу опустила глаза в чашку.

Отец сидел напротив.

И всё видел.

Я взял кофе.

– Что?

Он тоже поднял чашку.

– Ничего.

– Ты смотришь.

– Я завтракаю.

– Очень внимательно.

Отец усмехнулся.

– Рад, что у тебя хорошее настроение.

– У меня всегда хорошее.

– Конечно.

Мама либо ничего не заметила, либо делала вид.

Бабушка заметила всё.

Она дождалась, когда Лиза с Натальей ушли в дом за коробкой с альбомом, и только потом повернулась ко мне.

– Только не испорть.

Я положил вилку.

– Что именно?

– Сам знаешь.

– Очень содержательно.

Тамара Павловна прищурилась.

– Глеб.

Вот откуда у меня это.

– Я ничего не собираюсь портить.

– Хорошо.

– Всё?

– Пока.

Отец тихо рассмеялся.

Я посмотрел на него.

– Тебе весело?

– Очень.

Прекрасная семья.

Телефон снова завибрировал в кармане.

Я достал его.

Сервис ещё раз подтвердил, что машину можно забрать в любое время.

Отец заметил логотип в уведомлении.

– Готова?

– Да.

– Заедем сегодня?

Я убрал телефон.

– Завтра. Сегодня Лизу отвезу на твоей.

Он кивнул.

– Хорошо.

Лиза вернулась на террасу с коробкой в руках.

Я посмотрел на неё.

Отец проследил за моим взглядом.

– Серьёзно? – спросил он тихо.

Я не стал делать вид, что не понял.

– Да.

Он помолчал.

– Тогда не тяни.

– Не буду.

Сначала нужно было закончить сделку.

Сделать так, чтобы Лиза точно знала: за ремонт, эту неделю и вчерашнюю ночь она мне ничего не должна.

А уже потом спросить, хочет ли она остаться рядом со мной без всяких условий.

И почему-то второй разговор пугал меня куда сильнее первого.

Глава 16. Неделя закончилась

Пятница оказалась самым странным днём за всю неделю.

Потому что всё было хорошо.

Слишком хорошо для дня, после которого я должна была собрать вещи и уехать.

К обеду начали приезжать гости.

На подъездной дорожке одна за другой появлялись машины, сад наполнился голосами, а на террасе добавили ещё два стола под светлым навесом. Из кухни пахло выпечкой, травами и мясом с гриля.

На мне было тёмно-синее платье, которое я уже надевала в ресторан, только сегодня волосы я собрала в низкий гладкий хвост и добавила небольшие серебряные серьги.

Глеб выбрал светлые брюки и тёмно-синюю рубашку с закатанными рукавами.

К счастью, без красного кандибобера.

Тамара Павловна получила столько цветов, что к двум часам Марина Сергеевна начала искать дополнительные вазы.

Сама именинница сидела во главе стола под навесом и выглядела полностью довольной жизнью.

К четвёртому знакомству я уже научилась спокойно реагировать на:

– Так вот ты какая, девушка Глеба.

Да.

Вот я какая.

Фиктивная девушка, которая прошлую ночь провела в его кровати и теперь периодически ловит его взгляд через весь стол.

Очень убедительная фикция.

Когда пришло время дарить подарки, мы с Глебом встали рядом.

Он держал коробку с семейным альбомом.

Я – букет.

Тамара Павловна сначала приняла цветы.

– Спасибо, Лизочка.

– С днём рождения. Желаю вам здоровья, побольше приятных поездок, хороших людей рядом и поменьше поводов воспитывать Глеба.

Она рассмеялась.

– Последнее невозможно.

– Я тоже так думаю.

Глеб посмотрел на нас.

– Вы закончили?

– Нет, – ответила бабушка. – Но подарок уже можешь отдать.

Он протянул коробку.

Тамара Павловна открыла альбом.

Лицо сразу стало мягче.

Она медленно перелистнула несколько страниц, задержалась на фотографии молодых Андрея Викторовича и Марины Сергеевны, потом на детском снимке Глеба.

– Это вы вместе делали?

– Лиза выбирала половину фотографий, – сказал Глеб.

Я сразу покачала головой.

– Тамара Павловна, Наталья тоже очень помогала.

– Всё равно спасибо.

Она отложила альбом, взялась за трость и поднялась.

Я сразу сделала шаг ближе.

Тамара Павловна сама обняла меня.

– Приезжайте ещё.

У меня внутри неприятно сжалось.

– С удовольствием.

Она отстранилась и внимательно посмотрела мне в лицо.

– Не говорите просто из вежливости.

– Я не из вежливости.

– Хорошо.

Глеб стоял рядом.

Бабушка перевела взгляд на него.

– А ты не улыбайся. Тебя я и без приглашения вижу слишком часто.

– Я тоже тебя люблю.

– Знаю.

После обеда гости постепенно начали разъезжаться.

К пяти часам сад снова стал тихим.

Я поднялась наверх собирать вещи.

Чемодан лежал раскрытым на кровати.

Семь дней назад я складывала в него одежду и думала в основном о трёхстах тысячах.

Сейчас аккуратно сворачивала футболки и старалась не думать о том, что через час выйду из этой комнаты в последний раз.

Смешно.

Я четыре года живу в общежитии.

Люблю самостоятельность.

Умею быть одна.

А тут за неделю привыкла к чужому дому, огромной собаке, бабушкиной трости в коридоре, Мишиным машинкам под ногами и мужчине напротив.

Особенно к мужчине напротив.

В дверь постучали.

– Можно?

Глеб.

– Да.

Он открыл дверь и вошёл.

На нём уже были джинсы и чёрная футболка. Рубашку после гостей он успел снять.

Глеб остановился возле кровати и посмотрел на чемодан.

– Всё?

– Осталась косметика.

Он кивнул.

Потом взял со спинки стула свёрнутую голубую рубашку и положил в чемодан.

– Ты её забыла.

– Спасибо.

Несколько секунд мы молчали.

Впервые за последние дни это молчание было неловким.

Я застегнула внутреннюю молнию.

– Машина готова?

– Моя – да. Но сегодня поедем на отцовской. Свою завтра заберу из сервиса.

– Хорошо.

Глеб посмотрел на меня.

– Боишься?

– Чего?

– Моей машины.

Я фыркнула.

– После того ремонта бояться должен ты.

– Я пережил.

– Твоя задняя дверь – не сразу.

Он усмехнулся.

Вот.

Так проще.

Я закрыла чемодан.

Глеб подошёл к кровати, взял его за ручку и поставил на пол.

– Я сам.

– Я могу донести.

– Знаю.

– Тогда зачем?

Он посмотрел на меня.

– Хочу.

Аргументировать было сложно.

– Ладно.

Мы вышли в коридор.

Глеб докатил чемодан до лестницы, взял его за боковую ручку и понёс вниз.

Я вернулась в ванную, забрала косметичку и маленькую сумку, проверила полку возле зеркала и только потом вышла из комнаты.

Когда спустилась, чемодан уже стоял в холле.

Все собрались проводить меня.

Марина Сергеевна первая подошла ближе.

– Лиза, я очень рада, что вы приехали.

– Спасибо вам большое. Мне у вас было очень хорошо.

Она обняла меня.

Я ответила.

– Приезжайте ещё. Без всяких поводов.

– Обязательно.

Андрей Викторович пожал мне руку.

– Удачи с практикой.

– Спасибо, Андрей Викторович.

Наталья тоже обняла меня, Сергей пожелал удачи.

Миша стоял рядом с синей машинкой.

Я присела перед ним.

– Пока, Миша.

Он посмотрел на меня.

– Лиса уезжает?

– Да.

– Куда?

– Домой.

Миша нахмурился.

– А Геб?

– Глеб отвезёт меня.

Он подумал.

Потом протянул машинку.

– На.

Я удивлённо посмотрела.

– Мне?

Миша кивнул.

– Синяя.

Вот это была высшая степень доверия.

– Спасибо. Но она же твоя любимая.

Он тут же забрал машинку обратно.

– Моя.

Я рассмеялась.

– Тогда всё правильно.

Миша удовлетворённо кивнул.

Арчи подошёл и ткнулся носом мне в ладонь.

Я погладила его по голове.

– Ты тоже будь хорошим.

Глеб рядом фыркнул.

– Бесполезно.

Я подняла глаза.

– Это касается вас обоих.

Тамара Павловна ждала возле лестницы.

Я подошла к ней последней.

– Спасибо вам за всё.

Она взяла меня за руку.

– Ничего не заканчивается только потому, что вы уезжаете из дома.

Я замерла.

Слишком точная фраза.

Тамара Павловна улыбнулась.

– Увидимся, Лизочка.

– Увидимся.

Глеб взял чемодан и вышел первым.

Я попрощалась ещё раз и последовала за ним.

На улице было тепло. Солнце уже опустилось ниже деревьев, длинные тени лежали поперёк дорожки.

Тёмно-серый внедорожник Андрея Викторовича стоял возле крыльца.

Глеб открыл багажник, поставил чемодан внутрь и опустил крышку.

Потом обошёл машину и открыл передо мной пассажирскую дверь.

Я остановилась.

– Опять?

– Что?

– Дверь.

– Ты жалуешься?

– Анализирую изменения в поведении.

– Садись, Соколова.

– Вот. Уже привычнее.

Он усмехнулся.

Я села.

Глеб закрыл мою дверь, обошёл капот и занял водительское место.

Через несколько минут дом скрылся за воротами.

Сначала мы разговаривали.

Потом замолчали.

За окнами тянулась вечерняя дорога, солнце пробивалось между деревьями, в салоне негромко играла музыка.

Я смотрела вперёд.

И знала, что разговор всё равно будет.

Только не понимала, кто начнёт.

Начал Глеб.

– Ремонт закрыт.

Я повернула голову.

Он продолжал смотреть на дорогу.

– В смысле?

– Ты выполнила свою часть сделки.

– Неделя до вечера.

– Мы уже уехали от семьи.

Я провела пальцами по ремню безопасности.

– Значит, всё?

Руки Глеба на руле чуть сильнее сжались.

– Долг – да.

Внутри сразу стало неприятно.

Я отвернулась к окну.

– Понятно.

– Лиза.

Я снова посмотрела на него.

– Что?

– Не додумывай за меня.

– Тогда говори нормально.

Уголок его рта поднялся.

– Очень знакомая формулировка.

– Я серьёзно.

– Я тоже.

Через несколько минут Глеб включил поворотник, съехал с основной дороги и направил машину на небольшую парковку возле придорожного кафе.

Я нахмурилась.

Он выбрал место у дальнего края, припарковался, затянул ручник и заглушил двигатель.

Только после этого повернулся ко мне всем корпусом.

– Теперь нормально?

– Что ты делаешь?

– Не хочу разговаривать об этом, глядя на дорогу.

Логично.

Я развернулась к нему.

– Говори.

Глеб выдержал короткую паузу.

– Сделка закончилась.

В груди сжалось.

– Я поняла.

– Ты мне больше ничего не должна. Ремонт, неделя, семья – всё закрыто. Независимо от того, что будет дальше.

Я кивнула.

– Хорошо.

Он положил ладонь на руль и несколько секунд смотрел на собственные пальцы.

Потом снова на меня.

– А теперь отдельно.

Я замерла.

– Лиза, ты сегодня вечером свободна?

Я моргнула.

– Что?

– Я хотел бы пригласить тебя на свидание.

Несколько секунд я просто смотрела на него.

Потом начала смеяться.

Глеб нахмурился.

– Что?

– Наконец-то.

– В смысле?

– Ты научился нормально приглашать женщину.

Он понял.

Усмехнулся.

– Тренировался.

– Вижу.

– Ответ?

Я смотрела на человека, которого неделю назад собиралась терпеть исключительно ради спасения собственного банковского счёта.

На мужчину, который раздражал меня два года.

Умел довести одной фразой.

Остановился, когда я поставила границу.

Извинился, когда перегнул.

Спрашивал, прежде чем перейти дальше.

И вчера несколько раз дал мне возможность уйти, хотя сам хотел совсем другого.

– Да, – ответила я.

Глеб улыбнулся.

– Хорошо.

Я подняла бровь.

– Всё?

– Нет.

Он расстегнул ремень безопасности, повернулся ко мне чуть ближе и положил руку на собственное бедро, не касаясь меня.

– Будешь моей девушкой?

Я не удержалась от улыбки.

– А до этого кем была?

– Фиктивной.

– Очень убедительной фиктивной девушкой.

Его взгляд сразу стал откровенно довольным.

– Особенно вчера ночью.

Щёки нагрелись.

– Глеб.

– Что? Это факт.

– Ты сейчас всё испортишь.

Он усмехнулся.

– Тогда ещё раз. Без договора, ремонта и срока до пятницы. Будешь моей девушкой?

Я почувствовала, как улыбка становится шире.

– Буду.

Глеб наклонился ближе, но остановился.

– Можно?

Я тихо рассмеялась.

– Можно.

Он поцеловал меня.

Медленно.

Спокойно.

Совсем недолго.

Потом отстранился.

– И рыбой моей мечты?

– Не наглей.

– Поздно.

Я толкнула его ладонью в плечо.

Он рассмеялся.

Через минуту мы снова выехали на дорогу.

Телефон в моей сумке завибрировал.

Я достала его.

Сообщение от Сони.

Соня:Ты живая вообще? Завтра вечером приезжаю. В понедельник рейтинг обновят. Если Орлов опять первый, я куплю тебе траурный венок.

Я рассмеялась.

На ближайшем светофоре Глеб остановился и посмотрел на меня.

– Что там?

Я повернула экран к нему.

Он быстро прочитал.

– Хорошая подруга.

– Очень поддерживающая.

Загорелся зелёный.

Глеб тронулся.

– После перерыва посмотрим, кто сверху.

Я повернула голову.

– Орлов.

Он улыбнулся, глядя на дорогу.

– Я про рейтинг.

– Конечно.

– А ты что подумала?

– Ничего.

– Врёшь.

– Немного.

И впервые за всю эту неделю мысль о понедельнике меня совершенно не пугала.

Глава 17. Теперь первая

В понедельник утром я снова стояла перед рейтинговой доской.

Только теперь всё было иначе.

Коридор выглядел тем же самым: свет из высоких окон, гул голосов, запах кофе из автомата возле лестницы, студенты с папками и ноутбуками в руках.

На мне были синие джинсы, светлая рубашка и белые кеды. Волосы я собрала в высокий хвост, потому что с утра уже было жарко.

Рядом стояла Соня.

И молчала.

Это пугало сильнее любой цифры на экране.

Я снова посмотрела на список.

1. Соколова Елизавета Романовна – 991

2. Орлов Глеб Андреевич – 990

Разница в один балл.

Я перечитала.

Потом ещё раз.

Соня схватила меня за предплечье.

– Ты его сделала.

Я всё ещё смотрела на экран.

– Вижу.

– Лиза, ты первая!

Вот теперь я наконец повернулась к ней.

– Вижу!

Она рассмеялась и обняла меня.

Я тоже.

Потому что это было невероятно приятно.

Два года я смотрела на фамилию Орлова над своей.

Два года мысленно объясняла ему, куда он может отправиться вместе со своим первым местом.

И вот.

Моя фамилия стояла выше.

Соня отстранилась и уже полезла за телефоном.

– Я хочу сфотографировать твоё лицо.

– Не надо.

– Обязательно.

Я снова посмотрела на таблицу.

И в голове появилась одна неприятная мысль.

На последней практике Глеб увидел мою ошибку.

Предупредил.

Я исправила.

Сдала первой.

Он – вторым.

Разница в бонусах семь баллов.

До практики он опережал меня на шесть.

Итог – я впереди на один.

Улыбка медленно исчезла.

Соня заметила первой.

– Что?

– Ничего.

– У тебя лицо изменилось.

За спиной раздался знакомый голос:

– Потому что она опять что-то придумала.

Я обернулась.

Глеб шёл к нам по коридору.

Тёмные брюки, белая футболка под расстёгнутой серой рубашкой, кофе в правой руке.

В левой – второй стакан.

Для меня.

Он подошёл и остановился рядом.

– Доброе утро.

Я взяла протянутый кофе.

– Спасибо.

Соня посмотрела на стакан.

Потом на Глеба.

Потом на меня.

Её лицо менялось на глазах.

– Подождите.

Мы оба повернулись к ней.

Она ткнула пальцем в мой кофе.

– Он принёс тебе кофе.

– Да.

– Орлов принёс тебе кофе.

Глеб сделал глоток из своего стакана.

– Я слышу фамилию.

Соня перевела взгляд на меня.

– Что я пропустила?

Я подумала.

– Неделю.

– Лиза.

– Потом расскажу.

– Нет, ты сейчас—

Глеб свободной рукой легко коснулся моей талии.

Соня замолчала.

Посмотрела на его ладонь.

Потом на моё лицо.

– О-о-о.

Я закрыла глаза.

– Только не начинай.

– Я вообще ничего не говорю!

– Ты глазами разговариваешь.

Глеб рядом тихо рассмеялся.

Соня медленно отступила на шаг.

– Мне нужно переработать информацию.

– Соня.

– Потом!

Она развернулась и ушла в сторону аудитории.

Я посмотрела ей вслед.

– Ты её сломал.

– Починится.

– Очень заботливо.

Глеб перевёл взгляд на рейтинг.

Уголок его рта поднялся.

– Поздравляю, Соколова.

Вот.

Именно этого я ждала.

Но мысль всё ещё сидела внутри.

Я повернулась к нему.

– Ты специально сдал вторым?

Улыбка исчезла.

– Что?

– На практике.

Глеб нахмурился.

– Нет.

– Ты увидел мою ошибку до того, как я отправила работу. Мог сначала отправить свою.

– Не мог.

Я прищурилась.

– Почему?

Он поставил стакан на широкий подоконник, достал телефон из кармана и открыл облачное хранилище.

– Иди сюда.

Я подошла ближе.

Глеб открыл папку с университетскими работами, нашёл нужный файл и показал историю изменений.

– Вот твоя отправка. Одиннадцать двадцать две.

Я посмотрела на время.

– Вижу.

Он открыл предыдущую версию собственного файла.

– А вот моя работа на тот момент. Смотри на третий коэффициент.

Я пробежала глазами формулу.

Значение было неправильным.

Глеб пролистнул историю дальше.

– Исправление – одиннадцать двадцать четыре. Я заметил ошибку уже после того, как ты отправила свою работу. Поэтому либо я сдавал неправильный файл раньше тебя, либо исправлял и получал второе место.

Я подняла глаза.

– Ты тоже ошибся?

– Иногда даже я способен на такой подвиг.

Я снова посмотрела на экран.

История изменений была однозначной.

– То есть ты физически не мог отправить правильную работу первым.

– Именно.

Он заблокировал телефон и убрал его в карман.

Потом забрал кофе с подоконника.

– Ты правда решила, что я тебе поддался?

– На секунду.

– Обидно.