Текст книги "Мой «Фейсбук»"

Автор книги: Валерий Зеленогорский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Вчера, в 15.27 Мне нравится • 2 пользователя.

Olga Stroeva: Спасибо, я бы без вас тоже уже утеряла свою Лизу еще в первом эпизоде… а так она до начала второго, бедняжка, дожила, но морально деградировала))

Вчера, в 15.33 Мне нравится.

Nataly Oss: Ну, писателя не переубедишь, если он пишет своего героя. Лиза, которая берет бельем и каратами, нежная, романтическая и интеллектуальная содержанка из деревни и благородный дон-коррупционер, который побросал жен и детей, чтобы забыться с очередной телкой. Это и есть настоящая любовь, похожая на сон, сердец хрустальный перезвон.

Валерий Зеленогорский: Браво, Осс, но это еще не финал, я посплю часок и предлагаю еще один раунд за правду.

Olga Stroeva: Валерий, вы решили писать иероглифами, чтобы мы ничего не понимали и не смогли докопаться до правды?:))

Вчера, в 17.12 Мне нравится.

Валерий Зеленогорский: Я выпил с работодателями, с такими же тварями, как Хариков, но я их люблю, есть такое извращение.

Вчера, в 17.16 Мне нравится • 1 пользователь.

Nataly Oss: Ты лучше баб люби. Эти извращения с Хариковыми отринь. Хариковых нужно разлюбить. Это им только на пользу.

Вчера, в 17.23 Мне нравится.

Валерий Зеленогорский: Знаете, отчего мне горько? Вы ничего не сказали о мелких вибрациях в моем варианте и стилистических находках. Ну ладно, сойдемся вечером в последней схватке.

Вчера, в 17.25 Мне нравится • 1 пользователь.

Olga Stroeva: Да их и так никто не любит искренне, мне их даже жаль немного… Разучились ловить ощущение счастья от простых земных радостей…

Вчера, в 17.25 Мне нравится.

Olga Stroeva: А что за стилистические находки? – «Халдей ушел походкой пеликана в розовых брючках, помахивая вертлявым задиком, смешной и грустный бемби…» – это вы об официанте… А ведь они тоже люди!!! Даже так – ЛЮДИ! и далеко не все убогие геи! Я знаю историю, когда в ресторане несколько девушек в течение вечера измывались над таким вот пареньком-официантом, обсуждая тем временем меж собой «как выйти замуж за принца»… А паренек меж тем был сыном олигарха, проспорившим отцу и в качестве расплаты месяц подрабатывавшим в том ресторане… Вот так вот упустили девочки счастье. Реальная история.

Вчера, в 17.29 Мне нравится • 1 пользователь.

Nataly Oss: Ну мы ж не критики. А то, что пишешь ты прекрасно, я уже излагала в рецензии.

Вчера, в 17.39 Мне нравится.

Валерий Зеленогорский: Я иду спать, копите силы для последнего сражения.

Устал я после обеда, а вам хоть бы что.

Вчера, в 17.42 Мне нравится.

Nataly Oss: Оля, да, вы правы. Никто их не любит, потому что им этого не надо. Но горе тому, кто их полюбит. Хариковы уничтожат этих безумцев. А ощущение счастья подменено у них ощущением физического довольства – хорошо доехать на мягкой тачке, хорошо потрахаться с упругой попкой, хорошо пожрать, вкусно попить. Ну и порадовать глазик Италией и Францией. Желательно, чтобы это делалось на виду, – так жизнь слаще.

Вчера, в 17.42 Мне нравится • 1 пользователь.

Nataly Oss: Я тоже обратила внимание на «бемби». Да, презрение. И хорошо еще, если не латентный гомосексуализм-))

Вчера, в 17.44 Мне нравится.

Nataly Oss: Я прямо зла на Хариковых – все поза, все фальшь. Как же они задолбали меня в жизни…

Вчера, в 17.45 Мне нравится • 1 пользователь.

Валерий Зеленогорский: Надо понимать автора, это глубокие симпатия и сострадание, а грязные намеки тут неуместны.

Вчера, в 17.47 Мне нравится.

Olga Stroeva: И меня достали! Спасенья от них нету в реальной жизни, так еще и в литературной начали гадить))))

Вчера, в 17.47 Мне нравится.

Olga Stroeva: Глубокая Симпатия?… Ну что ж вы тогда во втором эпизоде чаевые ему в размере тыщи баксов не оставили? Было бы очень в стиле Харикова понтануться еще разочек перед Бедной Лизой)))

Вчера, в 17.49 Мне нравится.

Валерий Зеленогорский: Оставляю вас друг с другом, я пошел спать. Две пантеры для одного кролика – чересчур.

Вчера, в 17.49 Мне нравится • 2 пользователя.

Nataly Oss: О, прикидываться кроликом – это хитрая тактика Хариковых. Не вздумай ее на нас оттачивать. На самом деле это бессердечные хитрые волки, поднаторевшие в манипулировании людьми – и женщинами в частности.

Вчера, в 17.57 Мне нравится • 1 пользователь.

Nataly Oss: Оль, Хариковы скуповаты. Вы сами знаете – ) Трусы и один брюлик (это редкость, скорее фантазия – они ж правда думают, что они подарок, Лизы-охотницы их в этом убедили) – и все, идут паковать телку. До свадьбы никаких щедрот. И после тоже – будет иметь то, что Хариков имел сам по себе, до всяческой Лизы.

Вчера, в 17.59 Мне нравится.

Olga Stroeva: Про белье не того размера забыли – чтоб девушка вернула обратно и можно было сдать обратно в магазин)))

Вчера, в 18.02 Мне нравится.

Смерть у Покровских ворот. Бедная Лиза. Эпизод 3

Он ехал к себе на Покровские ворота по бульварам, в голове его бродила кошка из комнаты на Лесной. Черная грациозная кошка, непослушная и строптивая, которую не погладишь: она очень упряма, и кажется, будто она живет на раскаленной крыше.

И нет у нее хозяина, который откроет на ночь щелку в дом, где она скроется от зноя – придет беззвучно, выпьет оставленное молоко, нырнет на край кровати и затихнет, а через минуту хозяин попробует ее взять к себе на грудь, но она вывернется и прыгнет на кресло и там в одиночестве будет спать и видеть свой сон, где она не кошка, а пантера – она знает, что она из этого рода-племени и ее место в малазийских лесах, где ее боятся все темной ночью.

Она всегда в детстве любила Багиру, а позже фильм «Люди-кошки» с Настасьей Кински; когда она себя разглядывала, став женщиной, ей казалось, что она неуловимо похожа на Кински.

Первый парень, который ей сказал об этом и получил ее; он, кстати, ездил на «Ягуаре» стареньком, но на ходу; он отвез ее тогда в Коломенское, и там, в лесу, она с горящими глазами сама взяла своего ягуара, а потом исчезла и больше его никогда не видела.

Она знала за собой грех – черные пантеры имеют мутационный ген неполного меланизма, у черной пантеры есть пятна, и в ней уживаются и кошка, и пантера. Иногда, когда ей хочется быть кошкой, в ней просыпается пантера, и она бьет лапой самого близкого и самого дорогого – у нее не раз такое бывало, люди не понимали ее, не знали ее особенностей и отбегали на безопасное расстояние.

Это долго ее мучило, но потом она решила, что себя не переломишь, и надо жить черной пантерой, и никогда ей не быть кошкой в ногах у хозяина.

…На Рождественском черная тень метнулась через дорогу прямо перед Костиной машиной; он хотел остановиться, переждать, но потом поехал, подумав, что это уже вторая за день черная кошка на его пути. На Чистопрудном он немного застрял – там неспешно вели ремонтные работы. Он закурил, включил радио, и на какой-то тупой волне зазвучала пошленькая песенка в тему, кривляющаяся и мурлыкающая девка пела, что «наверно, в следующей жизни, когда я стану кошкой, кошкой, на-на-на», она повторяла эти слова вновь и вновь и очень раздражала, но какая-то апатия не давала Косте протянуть руку и выключить эту пошлятину.

Уже очень хотелось спать, девкино «наверно, на-на-на» не отпускало, как какое-то наваждение; поэтому на перекрестке после светофора Костя дал по газам, не заметив строительный каток, торчащий на обочине без ограждения, и влетел под него с полной дури.

Последнее, что Хариков услышал, были слова «в следующей жизни», а потом стрельнули подушки безопасности и черная пантера с красными глазами бросилась ему на грудь.

В комнатке на Лесной безмятежно спала Лиза. Утром она проснулась и была довольна: ночью опять приходила черная пантера.

Она встала, налила кофе, машинально включила телевизор, передавали новости, один сюжет остановил ее: диктор бодрым голосом идиота радостно сообщил, что на Покровском бульваре погиб в автокатастрофе бывший чиновник категории «А»… дальше она не слушала, она все поняла, черная пантера сделала свое дело, и она заплакала.

Первый фейс

Он зарегистрирован под чужой фамилией, но со своей фотографией, он живет не в России и каждый день посылает на «Фейсбук» песни, каждый день по десять штук, он был когда-то женат, а что с ним теперь, не знаю, он всегда был начальником, у него лицо начальника, и манеры, и потребности.

У него всегда была квартира, и авто, и отдельная комната, ему нравится любая власть в этой стране – при любом раскладе он всегда внутри ее и всегда при делах.

Но!

И у него есть проблемы, они в нем самом, он знает про себя все, он хочет всегда выглядеть корректным и респектабельным, от него всегда хорошо пахнет, даже если он только что блевал от передоза.

Он знает, как выглядит настоящий джентльмен, он тигр, но внутри его живет зайка, мягкий плюшевый зайка из школы-интерната «Щелково» для детей дипломатов.

Там он провел пять лет до пятого класса, его привезла туда бабушка лопоухим первоклассником с зайкой в руке, он спал с ним с самого детства, и зайка был его единственным другом.

Он гулял с ним между елок на даче во Внукове, он всегда брал его в ванну, где гонял кораблики, зайка был с ним на экзаменах по музыке и на сцене театральной студии во Дворце пионеров…

За многие годы зверек из белого стал серым, один глаз зайка потерял, когда его хозяин обиделся на него и выбил другу глаз – перочинным ножичком с крестиком, своей гордостью и средством самообороны.

Он ударил зайку за то, что тот видел, как его троюродный брат на его дне рождения смеялся над ним и называл говном, тогда он достал свой швейцарский ножик, но этот родственник вывернул его дрожащую ручку, выбросил нож в кусты и дал ему под жопу ногой.

И тогда он нашел свой нож и ударил зайца в глаз, и бусинка, бывшая зрачком, печально укатилась с обрыва в реку, и глаз друга превратился в стекляшку на суровой нитке; бабушка глаз зашила, и друг его стал одноглазым и жалким.

И потом, в другой жизни, он всегда поступал так со своими друзьями, ставшими свидетелями его крушений: он не бил их ножичком, он поступал изощренно, тонко и очень изобретательно, они даже не понимали произошедшего и жаловались ему, что кто-то из ближнего круга ударил в самое больное, и он торжествовал, видя поверженного друга, и даже сочувствовал, не забывая, что он джентльмен.

С женщинами было то же самое: он многим нравился, и пока укрывал свою суть и играл роль тигра, все шло хорошо, но, как только он пересекал некую черту и снимал с себя костюм тигра, он становился страшным одноглазым зайкой с перочинным ножичком, и женщины бежали от него на безопасное расстояние.

Эта двойственность рвала его на части, как две березы рвут тело партизана, пойманного полицаями в лесу.

У него все было: жена, дети, дома и деньги – так бывает, что деньги достаются не тем.

Он попробовал все: женщин, мужчин, черное и белое, охоту на хищников, казино и притоны Гамбурга, Таиланда, пляжи Гоа и клубы Сохо – ничего не помогло.

Он оставался зайкой, и даже когда женщины за его деньги говорили ему, что он тигр, он не верил, он знал, что он серый зайка с зашитым глазом.

Ему бы смириться – ну зайка, но не комар и не кузнечик, но он не желал, зная, что творит грех.

Спорить со своей природой бессмысленно, но он не может остановиться и еще больше погружается в пучину; я вижу, что он почти не спит, один в пустом доме на берегу океана, его шоколадные слуги не понимают его, странный господин, говорят они между собой.

Кто-то наивно думает: вот будут у меня деньги, и я все куплю – радость, любовь, уважение и дружбу, но это совсем не так, за деньги можно купить платную любовь, но всегда найдется покупатель посолидней, и твоя любовь уйдет туда, где больше заплатят, так и со всем остальным.

Под утро он поставит песню из «Крестного отца», а потом запостит цитату из Довлатова.

«Тигры любят львов, носорогов и гиппопотамов, а мандавошки никого».

Я пойму: тигр кончился, в нем опять проснулся зайка.

Второй фейс

Никто не желает выглядеть в чужих глазах плохо, даже отъявленные бандиты не желают детям своей судьбы.

Она – жена бандита, жестокого и хладнокровного негодяя, у которого за плечами не один покойник, но с годами он пожелал стать уважаемым человеком и стал ходить в храм и жертвовать церкви отобранное у других.

Там они встретились, она была набожной девочкой-студенткой, мирской жизни не знала и к ней не стремилась, а тут взрослый мужчина, почитаемый священником прихожанин, помогающий общине и стоящий на почетном месте в храме, как президент в храме Христа Спасителя.

Ее духовник, милый старичок, слегка подтолкнул ее на близость с господином-жертвователем, и она стала с ним встречаться.

Они встречались редко, но серьезно, он поселил ее в своем загородном доме, окружил охраной и заботой, баловал вещами и колечками и ничего не требовал взамен, в выходные они ездили по монастырям, он разговаривал со старцами, молился и жертвовал много и часто.

Через год он позвал ее замуж, по-хорошему, с уважухой, с венчанием и первой близостью, как полагается, в брачную ночь.

Она и правда чувствовала себя счастливой, очарованная его заботой и тягой к милосердию.

Она долго не знала, чем он занимается, пока не понесла первого ребенка, которого он страстно желал; она лежала в элитном роддоме на сохранении, а в соседней палате лежала женщина, которая как-то раз подошла к ней в столовой и спросила, откуда у нее старинное кольцо с брильянтом-булыжником.

Соседка с волнением ждала ответа, и она бесхитростно и смущенно ответила, что кольцо подарил муж на помолвку.

То, что она услышала в ответ, ее потрясло.

Соседка рассказала ей, что это кольцо ее сестры, которая лежит в дурдоме. Что сестрин муж, бывший деловой партнер ее мужа, повесился после того, как этот бандит кинул его в общем бизнесе. Она вспомнила, что как раз тогда они купили новый дом, дачу в Италии и многое другое.

Ночь она проплакала, а утром сама ушла из клиники и вернулась домой.

Муж пытался ее успокоить, объяснил, что он не виноват, что такое бывает в делах, но вечером уехал из дома и пришел домой только утром – пьяный и злой.

С той ночи муж стал исполнять супружеский долг только впопыхах и в позиции «вид сзади», она ему, как женщина, стала неинтересной, ему не нужны были ее глаза, только отверстие, как в пип-шоу, и только для разрядки и сброса излишней энергии.

Она не роптала, помнила, что говорит Евангелие, так ей велел священник, когда заметил, что она ходит потерянная.

Тем же утром она сама поехала в дурдом, нашла хозяйку кольца, отдала его; она еще пыталась объясниться, но в глазах заключенной в скорбные стены не было ни намека на понимание – только страх…

Потом родился ребенок, она закрутилась в радостных делах, но иногда просыпалась от давящей боли в безымянном пальце, где когда-то было чужое кольцо. Бежала в ванную и долго терла – мылом, мочалкой – безымянный, будто надеялась саму память о том кольце с него смыть.

Отношения с мужем перестали радовать ее, но к бунту она была не готова, а потом родились еще двое детей, и она попросту спряталась в них от мужа, который, кроме страха, у нее никаких чувств уже не вызывал.

Она часто не спит, торчит в «Фейсбуке»; у нее мало друзей, но она читает других, подсматривает за чужой безмятежной жизнью, ей самой часто хочется что-то сказать, но она стесняется.

Поэтому чаще всего ставит фотографии своих детей – единственная ее гордость. У нее на странице постоянно включена функция «Предложите мне друзей», но без особого толку.

В душе ее пустыня, она со страхом думает, что, когда дети вырастут, она останется одна.

Третий фейс

Его фото в женском платье и женская биография пугают меня и смешат одномоментно.

Я знаю его, он здоровый кабан с волосами на груди и на жопе, мы много лет ходили в одну баню, и там он поражал всех своей брутальностью и манерами армейского сапога.

В армии он не служил, вырос в благородном семействе, где три поколения женщин выпестовали одного кабана; он ходил в детстве в бархатных костюмчиках, играл на скрипке и пел «Соловья» Алябьева, на радость гостям.

В шестнадцать лет с ним что-то произошло, и он круто изменил свою ментальность: скрипку разбил, пошел на самбо, стал цыкать чрез дырку в зубах слюной на пол и разговаривать матом в доме, где все говорили стихами Валерия Брюсова. Его даже пытались сводить к другу дома, психиатру Эйнгорну, но он не пошел, и доктор Эйнгорн просидел весь вечер на детской площадке во дворе их «сталинского» дома и прослушал весь его репертуар, словесный и музыкальный, его хохот на весь двор и жесты бывалых уголовников, которыми он овладел виртуозно – научился у имевшего за плечами три ходки папы одноклассника. Доктор сказал двум прабабушкам, бабушке и маме, что это возрастное и патологии в этом нет.

Вместо консерватории он окончил МАДИ и сумел в перестройку завладеть целым автокомбинатом – не без помощи друзей его влиятельной семьи; женился, завел детей и яхту на Пироговском водохранилище, как раз тогда я повстречал его в бане у своих друзей, прыгающего в снег после третьего захода в парилке.

Он очень любил клеймить пидоров, эта тема была ему как красная тряпка, он всегда с удовольствием раскрывал нам глаза, рассказывая, кто пидор в Думе или в администрации президента, в Генштабе и патриархии.

Но однажды на рыбалке он крупно прокололся; мы ездили в Астрахань, и местные партнеры в последний день привезли шалав из пединститута, будущих филологов, подрабатывающих половыми органами для оплаты обучения и пропитания.

Он сразу взял двух и долго не выходил из своего номера, где ревел как медведь на малине.

Девушки вышли сильно потрепанные, было видно, что он их рвал, как тузик грелку.

Глубокой ночью мы курили с ним на террасе, и он предложил мне искупаться в затоне, где была оборудована купальня.

Мы спустились до водоема, он снял треники и оказался в кружевных трусах, реально, я ошибиться не мог; он заметил мой взгляд и ответил мне пьяным хохотком, мол, снял у одной из телок, решил поприкалываться, так он сказал мне и нырнул, как кит.

Я вспомнил этих двух куриц 44-го и 46-го размеров, мой товарищ имел 60-й размер, ХХХЬ, и даже если бы он сшил двое трусов этих девиц в одно целое, они бы ему все равно не налезли.

Он вышел из воды в кружевном великолепии и сказал мне твердо: «Проехали».

С тех пор прошло десять лет, и вот он в «Фейсбуке» во всей красе, в сарафане и с именем «Просто Мария».

Он постит котиков, рекомендует диету и салатики и выкладывает свои записи о нелегкой женской доле с сайта «Всехуево».

Я понимаю, какие муки он испытывает, как ему жилось в чужом обличье его пятьдесят лет, как он ненавидит водку, баню и охоту; и только ночью, в Сети, когда цирк заканчивается, он становится нежным, трогательным котиком и молит бога за Марка Цукерберга, подарившего ему тихую гавань, где корабль спит на пристани.

Основатель социальной сети сам монетизировал свои страхи; ему не давали девочки, и он создал «Фейсбук», и на его карточке написано «Я тут президент, сука» – это он девушке, которая ему когда-то не дала.

Четвертый фейс

В большом мире всегда что-то происходит, каждый день, каждый час, каждую секунду.

В мире каждого отдельного человека тоже: мать дождалась дочери, долго прощавшейся с мальчиком возле подъезда, вернулся муж из бани с товарищами, живой и не очень пьяный, мама отзвонилась, что приняла лекарство, дверь закрыла и ложится спать.

Вот такой вал горячих новостей в отдельно взятой квартире важнее конфликта в Судане и свадьбы принца в Вестминстерском аббатстве.

Посмотрев новости Большого мира, я попил чаю и стал уныло смотреть в своем «Фейсбуке» знакомых. И сразу наткнулся на одну женщину, которую знаю плохо, но извивы ее души мне интересны в хорошем смысле слова…

Почему она не спит в эту ночь – в теплом доме, не в нищете и не в пьяном угаре, и причина ее бессонницы – вовсе не несчастная любовь.

Я вижу ее в Сети уже третью ночь, в самые сонные часы, в три, в четыре и даже в пять; она не праздный человек, спящий до обеда, я знаю, что через пару часов она поедет служить и будет делать свою работу, за которую заплатят, но душу вымотают до донца.

Она пьет горчайший кофе и курит, битый час листая страницы чужих дневников и оценивая чужие фотографии, чужие закаты и рассветы, чужих мужей и чужих детей.

Я знаю ее, она специалист по чужим несчастьям – психоаналитик; целый день в нее, как в помойную яму, люди сбрасывают свои сомненья и страхи, и она должна слушать и не отвлекаться, клиент не любит, когда его плохо слушают, он требует предельного внимания, ведь его горе особенное и он заплатил, так будьте любезны – и ты должна быть любезной, и все услышать, и дать туманный ответ, что все, мол, изменится через десять сеансов…

Эти три дня бессонницы – результат наплыва клиентов, испуганных грядущим Концом Света. Люди приходят и спрашивают, как быть, что делать с детьми и с ипотекой, куда бежать от всадников Апокалипсиса.

Все эти дни она успокаивает и увещевает, говорит, что этот долбаный американец водит за нос людей уже не первый раз – он уже назначал в 94-м году, он мошенник и ему не надо верить, а люди не верят ей и уходят недовольные.

Чем больше она их успокаивает, тем страшнее ей самой; паника очень заразна, чужие неприятности опасны, и люди стараются их избегать.

Все берегут карму, чистят ауру, как когда-то ковры и дубленки; охрана личного пространства стала религией, его охраняют, как атомную станцию, и только для того, чтобы душевно не пострадать и не пораниться о чужое горе.

Я ей позвонил, и она мне рассказала о своих страхах, я советы давать не стал, сказал только, что у меня личный конец света уже наступил, вторую неделю я живу без горячей воды, но конец этому уже грядет, осталось три дня.

Одним звонком я спас своего «рядового Райана», она сказала мне, что с субботы уйдет в отпуск, поедет на дачу и будет спать и сажать цветы, несмотря ни на какие концы света.

Потом она закурила и, выпуская дым, смущенно спросила на прощание, почему мы спим не с теми, кого любим; я понял, что ее бездна еще глубже моей.

Постскриптум.

Не стоит так дорожить своим покоем: на расстоянии вытянутой руки, рядом с нами близкие люди.

Надо свою руку вложить в их потную от страха ладонь, обнять за плечи и сказать простые слова утешения и участия.

С нас не убудет, а кому-то станет легче – не на всю жизнь, так хоть на миг.

Пятый фейс

Эту харю я сам добавил в друзья, хотел узнать, что стало с этой свиньей за десять лет, на которые он выпал из моего поля зрения-презрения.

Он иногда мелькал по ТВ в редких ток-шоу, как психолог-андролог и сексопатолог на доверии; по образованию Харя был актером, но Смоктуновским ему стать не грозило – так, на редких выходах в театре им. Гоголя он играл бесчисленных солдат, слуг и безмолвных мужчин на автобусной остановке, где главные герои объясняются в любви.

Зато он отрывался на поклонах, он умело прорывался в первый ряд, к основным исполнителям, и так талантливо бил поклоны, что сбитые с толку зрители иногда дарили ему цветы, предназначенные главным героям.

Его даже пару раз били за то, что он лез поперек батьки – так за глаза звали народного артиста-звезду местной сцены, – но остановить Харю было невозможно: как только открывался занавес, он из третьего ряда полз в первый и на бис уже держал руку главной героини и со слезой в глазах ловил ее букеты.

Когда Харю обсуждали на профсоюзном собрании труппы, он рыдал так натурально, что худрук даже подумал: не поставить ли его в третий состав на роль убитого Тибальта, – но не стал, потому что на сцене у Хари был страшный зажим и он своей массивной жопой перекрывал сразу и Ромео, и Джульетту.

По молодости Харю прощали, и он продолжал служить Мельпомене; и даже прославился – тем, что доставал дирекции пыжиковые шапки и узбекские платки, которыми фарцевала его мама в туалете на Неглинной.

Он пробовал себя в разных жанрах: был натурщиком у художников на Масловке и мог пять часов стоять с диском и голой жопой в мастерской скульпторов, пока те, забыв о нем, пили водку; читал в «научпопе» закадровый текст в учебных фильмах про микробов и даже мелькнул в титрах одного фильма, хотя его эпизод сразу вырезали из-за брака.

В магазине «Люкс» на Юго-Западе Харя читал объявления для посетителей, особенно ему удавались сообщения, что в пятой секции, где стояла толпа за австрийскими сапогами, продажи не будет – голос его при этом был торжественным, как у Левитана.

Но пришло время перемен, и его талант расцвел, как дикая груша в лесу, Харя пошел на радио и сразу попал в ночной эфир, в передачу для тех, кто не спит.

А кто у нас не спит ночью – только пьяные с бодуна и люди обоих полов, которым не дают.

Ночью на радио работать никто не хотел, а Харя хотел и днем и ночью – с трех ночи до пяти утра нес околесицу про отношения между полами вперемешку с рекламой магазинов «для взрослых», где у него появились знакомые по интересам.

Помню, дело было утром 28 марта, я чувствовал себя неважно, что-то во мне играло, но мотив явно был чужой; то есть мотивчик знакомый, но слова, которые я произнес при пробуждении, удивили жену чрезвычайно: только мат, даже в предлогах…

Я вспомнил, что ночью по городскому радио-ФМ, которых развелось, как проституток, сказали, что завтра день рождения стиральной машины и это надо отмечать; я порадовался, что отметил заранее, и потому, собственно, не спал. Потом в той же программе обучали надевать презерватив губами, а на десерт госпожа основатель и художественный руководитель академии имени М. де Сада (до перестройки она руководила Дворцом пионеров) в студии наказывала своего раба; в мирной жизни Наиль (так звали раба) работал в такси; госпожа кожаным стеком била его по «Фаберже», а ведущий комментировал для тех, у кого нет возможности видеть это через Интернет…

Я не отличался ханжеством и пуританином не был, но, прослушав в очередной раз о достоинствах смазки для нестандартного секса с грызунами, посчитал, что это уже чересчур, об этом не обязательно дискутировать в прямом эфире, когда дети и старики еще не почистили перед сном зубы.

Перебор, подумал я и пошел проверить спальню детей, не участвуют ли они в дискуссии об этом, наболевшем в информационном пространстве.

Потом я вернулся в свою спальню и попал на тему «Как избавиться от неловкости в секс-шопе». Ведущий, как он себе представлял, исповедовал свободную любовь; нет запретных тем, жужжал он, в любви все средства хороши, кроме насилия и скотоложества, хотя если по согласию и хомяк домашний, то можно, но детей по возможности нужно убрать с глаз долой, когда это делаешь.

Какую бы игрушку ни принес в студию спонсор передачи «Интим для своих», все ему нравилось, любой каприз можно было купить через Интернет; презентации хлыстов и шприцев для накачки в мошонку бодрящих жидкостей – все это радовало его, как ребенка; это был счастливый случай, когда работа и удовольствие идут, лежат и стоят рядом.

После рубрики «Ищем точку С» я решил позвонить и выяснить, какую сверхзадачу выполняет данное произведение радийного искусства.

Я стал набирать телефон прямого эфира всего за 1 у.е. в минуту, но эфир был забит теми, кто еще не нашел точку счастья.

Пока я дозванивался, в эфир пустили ветерана, который сразу сказал, что уже ушел из сада наслаждений, но точку найти попробовал бы – столько лет прожил, а ни разу не нашел; плохо искали, глумливо посмеялся ведущий и предложил купить навигатор для поиска за 50 у.е. Не потяну, сказал ветеран, и повесил трубку.

Потом в слезах позвонила учительница биологии из Барнаула и просила быстрее дать инструкции по поиску, т. к., учитывая разницу в часовых поясах, ей надо бежать на урок в православную гимназию, а опаздывать ей нельзя, это грех.

Шофер-дальнобойщик из Воронежа голосом, не оставляющим сомнения в том, сколько он принял на грудь, сообщил, что это проще простого, но объяснить не успел, его позвали к столу товарищи по работе и девушки из плечевых эскорт-услуг на федеральной трассе «Дон», они точно знали все точки и трещинки, но не хотели продавать свое ноу-хау бесплатно.

Предложили приехать на 45-й километр под Батайск, и тогда они на месте покажут мастер-класс за небольшие деньги, но от души.

Наступил мой черед вступить в дискуссию; редактор, девушка в возрасте моей дочери, голосом участкового спросила меня: «Какой вопрос?» Я ответил туманно – хочу, мол, найти ответ, как найти эту черную кошку в темной комнате; в каком смысле, уточнила редактор, у кошки, что ли? Ну что ж, это новый поворот обсуждения, вы в эфире.

Я никогда никуда не звонил, не писал в газеты, не посылал СМС на игры и лотереи, я всегда удивлялся людям, сидящим на ток-шоу или звонящим в эфир с вопросом, – что двигало этими людьми, если это не подставы за бабки? Когда сообщали, что позвонили миллион человек, я удивлялся, откуда набралось столько неравнодушных, откуда столько вопросов? Видимо, накопилось за столько лет без гласности и свободы.

Я услышал свой голос в прямом эфире; ведущему он не понравился: небодрый, нечеткий, ну что ж, первый раз. «Давайте ваш вопрос, абонент Хариков (так я представился), – сказал ведущий и гаденько засмеялся, – у вас говорящая фамилия, по теме нашей передачи».

Мне стало противно: это фамилия моего дяди, он много лет выслушивал одни и те же подначки по поводу фамилии, но не считал ее особенной; фамилия была древней, когда она появилась, таких передач и действий в помине не было.

Лжехариков прокашлялся и спросил невинным голосом у ведущего: «Скажите, а ваша мама и детки знают, чем вы здесь занимаетесь?»

Ведущий без смущения ответил: «Конечно, но какое это имеет отношение к теме поиска точки Джи?»

«А маме вы подарили бы на 8 Марта фаллоимитатор с подогревом и сменными насадками? Дочке порекомендовали бы, как достичь оргазма с помощью вишневых палочек?

Хотели бы, чтобы ваш сын служил в секс-шопе моделью для показа качелей радости – в кожаном шлеме и яйцами, зажатыми в бархатных тисках?»

Ведущий сбавил обороты:

– Я бы мог вас отключить от эфира, но Вольтер сказал: «Я умру за ваши убеждения!..»

– Вольтер такого не говорил, – ответил я, – Вольтер здесь ни при чем. А вот вы можете объяснить, почему за деньги налогоплательщиков вы справляете свою нужду в прямом эфире с повтором в 3 часа? – прокурорским тоном грохотал Лжехариков.

– К нам рвется из Москвы слушатель, – затараторил ведущий, – который в прямом эфире найдет точку, и мы увидим это с помощью нашего спонсора, провайдера сети «Без границ». Попадите в наши сети! А пока – новости.

Я понял, что первый раунд выиграл по очкам; набрал еще раз, но редактор ответила, что есть и другие желающие высказать свою точку зрения, а вы, мужчина, больше не звоните, вы врун и наглец, на какое радио вы работаете? Это непорядочно!