![](/files/books/160/oblozhka-knigi-svezhak-si-325485.jpg)
Текст книги "Свежак (СИ)"
Автор книги: Валерий Шмаев
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)
Внезапно взвизгнула Катёна, и заржал молодой, но визгливый смех тут же сменился криком боли. Платон крутанулся, вскидывая карабин, но всё уже закончилось. Татуированный стоял, не дёргаясь – сложно дёргаться, когда тебе ствол ручного пулемёта в живот упирается, а сбоку стоит большая кошка с недружелюбно оскаленной физиономией.
Молодой парень, повизгивая от боли, катался по земле, зажимая лицо руками. Из-под его пальцев весёлыми струйками хлестала кровь. Тигр ударил лапой молча и как бы мимоходом. Молодой, но борзый, схвативший Катёну за филейную часть, лишился правого глаза, части щеки и уха, но был, как это ни странно, жив.
Егерь рванулся, поднимая приклад СВД, но Платон придержал его и, глядя в глаза татуированному произнёс.
– Дурачок у тебя приятель, но за его выверт отвечать вам обоим. Ты старше, должен был его придержать, но этого не сделал – смотрел, чем закончится. Так что одного автомата с боекомплектом вы уже лишились. Забирай, и уходите – теперь вам больше никто из моих не поможет. Радуйтесь, что не пристрелили.
Запомни на будущее – прежняя жизнь для вас закончилась. Оружие в этом мире у всех и вы, с такими понтами, нарвётесь сразу. Перевязывать своего приятеля теперь тоже тебе. Мы только людям помогаем. Пока мы не уедем, к оружию не прикасайтесь.
И ещё… с прежним именем здесь долго не живут. Не знаю почему, но это так. Имя у тебя с сегодняшнего дня «Серый», а твоего приятеля зовут «Шняга» – большего вы не заслуживаете. Окрестил вас Лучник. – Платон кивнул, и Кнопка тут же убрала пулемёт и закинула его в грузовик, принявшей оружие Славе.
Молча погрузились и неспешно покатили обратно. Только Егерь что-то бухтел пока шёл к кабине. Минут через двадцать Кнопка, наклонившись к Платону, тихонько сказала.
– Я одного больше не вижу. Только что было двое, а теперь один. – Платон ответил так же тихо.
– Так и до этого был один. Молодой не человек, так – грязь под ногами. Этот гопник был не жилец. Такие вообще долго не живут. Добил его татуированный и дальше двинулся.
В своём мире этому салабону головы поднять не давали, а здесь все ограничения сняты и оружие в руках. Как тут гнилую натуру в рамках удержать? Вот и захотелось ему себя показать с понятным результатом. Не на нас, так на кого-нибудь другого он бы точно нарвался.
Второго у муров можем легко встретить. Он «Серый» не по имени. Мне его так Шуша показала. – Кнопка, молча, кивнула и уставилась на, потихоньку глотаемую грузовиком, ленту полевой дороги, обдумывая новую для себя информацию.
Наконец город объехали и двинулись дальше по разбитой, но асфальтовой дороге. Проехать надо было ещё два кластера, а потом свернуть на лесной просёлок. Там, дальше по просёлку, была ещё одна отметка Рона, а кластеры грузились с достаточно большими деревнями.
Город располагался ещё дальше и очень немаленький. На карте он был обозначен как областной центр. Стерва рассказывала, что в том кластере загружался город приличной величины с самыми разнообразными «вкусностями», вроде оружейных магазинов и полицейских участков, но и проблем можно было огрести выше крыши. Поэтому соваться туда пока смысла не было. Тем более с такой кучей новичков на иждивении.
Первую деревню прошли без проблем, хотя пострелять пришлось. Стреляли из «калашей» с ПБС-ами – ещё одно название непонятное Платону, но эти автоматы знали все. Даже Катёна достаточно уверенно отомкнула магазин и передёрнула затвор, а вот Надежда удивила.
Девушка этот «калаш», на первом же привале, разобрала, почистила и собрала обратно с такой скоростью, что даже Платон удивился. Оказалось, что она дочка военного, а в городок приехала к подруге, с которой вместе в институте в крупном областном центре училась.
Стреляли в этой деревне все, а Кнопка опять раскачивала свой необычный дар, и получалось у неё с каждым упокоенным мертвяком всё увереннее. Надежда стреляла со всеми, но стреляла лучше всех. Платон, смекнув, что эту девушку на простом отстреле медляков использовать нерационально, нарезал ей сектор ответственности и не прогадал. Выскочивший из-за забора лотерейшик два скачка успел сделать. После чего словил лбом короткую очередь и рухнул на землю. Живых в той деревне они никого не нашли и, обобрав кого смогли, уехали на границу кластера, где и заночевали.
В следующую деревню Платон нахрапом не полез. До города оставалось около тридцати километров, и проблем можно было огрести на ровном месте. Остановились метров за шестьсот до околицы и принялись разглядывать ближайшие дома и окрестности в оптику. Было вроде тихо, но именно вроде. Чуйка в деревню ехать не хотела и Платон, приказав Егерю развернуть грузовик «зушкой» к деревне, обратился к Гостю.
– Не нравится мне. Тихо слишком. Подружка моя считает, что там минимум рубер. – Тут ревниво влезла Кнопка.
– Какая такая подружка? – Спросила вроде шутливо, но глаза оставались серьёзными.
– Самая любимая – чуйкой зовётся – и пояснил.
– Звук двигателя далеко разносится. В той деревне нас задолго до околицы бегуны встретили, а здесь тишина как в морге. Либо деревню до нас почистили, либо там кто-то серьёзный сидит и дожидается, когда мы сами в деревню залезем. Давайте-ка вернёмся метров на четыреста и приготовим пару гранатомётов.
Кнопка! Что видишь? – Кнопка наморщила лоб и сказала.
– В центре деревни какое-то столпотворение. Много. Под сотню. Стоят в одном месте. Больше в деревне никого не вижу, что странно. Ни кошек, ни собак, ни живности какой. Только у околицы в крайнем доме слева от нас кто-то есть. На втором этаже, но сидит тихо – не двигается.
– Угу. На околице наверняка не человек – на втором этаже иммунному делать нечего. Проще в подпол спуститься, да и ушёл бы он уже давно – крайние дома в деревне и до леса недалеко. Кластер четыре дня как перезагрузился. Плюс-минус сутки.
Вы посидите спокойно, а мы пойдём, погуляем. Надо прояснить непонятку. Высший заражённый уже кинулся бы, но проверить не мешает. Сейчас Тигр метнётся к околице и повыделывается напротив дома. Гость готовь свою любимицу, если что прикроешь. – Но знахарь возразил.
– Да на черта?? Давай просто объедем и всё. Спокойно поищем дорогу вокруг. Ну, потеряем несколько часов – на что Платон возразил.
– Объехать то можно, но в центре деревни обычно, что стои?т? Магазин или сельсовет. Мы сколько деревень уже прошли? Везде планировка строений и улиц одинаковая. Вот в центре деревни и затаился кто-то – магазины все с решётками, да ставнями металлическими. Плюс всегда железные двери.
На околице человек может прятаться. Может раненый или не иммунные порвали. Бросить то недолго, но карму портить не хочется, а она у меня дама щепетильная. Дальше тебе пояснять не надо. Сам говорил, что если свежаку не помочь, то от Улья прилететь может. Вот я и прикидываю, как и рыбку съесть, и косточкой не подавиться.
На муровскую и вообще человеческую засаду не похоже. Тогда на околице не один наблюдатель должен быть, а минимум двое, но поберечься стоит. Как бы на снайпера не нарваться. У нас такое было неоднократно. Выстрелит гадёныш и ноги оттуда – ему ничего, а у нас потери.
Мы стоим в шестистах метрах. Если там снайпер, то он твою «зушку» разглядел в подробностях и на рожон не полезет. На одиночного человека он, может быть, и среагировал бы, собаку взял ножом, по крайней мере, попытался бы, а на большую кошку реакция совсем другая. Да и попасть по грыси в движении из «снайперки» это чистая фантастика. Я о таком даже не слышал. – Гость только кивнул.
Возразить знахарь, конечно, мог, но виноват он был сам. Гость два месяца всем втирал, что свежаков обижать нельзя и если есть возможность, то надо помогать. В город Платон бы не полез, а в деревню имело смысл. Тем более, что он собирался обкатать Надежду. Уж больно интересно она двигалась.
Тигр, получив задание, даже улыбнулся. Платону так показалось. Осклабился и пропал. Платон остолбенел. Как это? Лучник даже глаза протёр от неожиданности и оглянулся на Гостя, но тот ковырялся в недрах своей железной любимицы, и Лучник решил оставить это дело на потом.
Тигр нарисовался в трёх метрах от грузовика и, выделывая всевозможные кульбиты, понёсся по полю. Причём бежал именно, сбивая прицел возможному снайперу. Добрался до околицы и скрылся во дворах.
– Не двигается. – Тут же прокомментировала Кнопка. Платона это устраивало, и он приказал.
– Егерь! Двигай задним ходом к деревне.
Надежда! Гранатомёт за спину, автомат в руки. Пойдёшь со мной.
Кнопка! При любом изменении докладывай мне. – Свой карабин Платон оставил, лук и рейдовый ранец с притороченными колчанами закинул за спину, а в руки взял «калаш».
Автоматы Гость пристрелял ещё в части – проблем с кучностью не было. Обычная пехотная трещотка. Для простой пехоты лучше не надо, а вот для штурмовых частей калибр маловат. Сейчас этот автомат был уместнее всего – начальных и средних заражённых из «калаша» стрелять просто, а элитника Платон не ждал.
Высший давно уже сожрал бы прятавшихся и пошёл дальше, уводя всю стаю. Элитнику надо двигаться, чтобы выжить, а низшие заражённые в его стае это ходячий сухой паёк – жрать можно, но с огромным трудом.
За двести метров до въезда в деревню Платон приказал Шуше, и она выпрыгнула из кузова. Платон с Надеждой последовали следом. До деревни добежали. Потом перешли на быстрый шаг. Грыси исправно передавали картинки, но там, где они проскакивали, было пусто. Как вымерло всё, даже живность никакая не шевелилась.
Дошли до дома. Деревянная дверь на старенькую веранду была заперта. Платон сделал шаг назад и как на тренировке с переносом тела ударил ногой в район щеколды.
Дверь с треском распахнулась. Короткая веранда с поскрипывающими рассохшимися досками пола, дверь в дом – открыта. Странно. В доме светло из окон. Первый этаж осмотрели быстро – пусто. На второй этаж поднимался сам. Шорох услышал на пределе слышимости, потом какое-то хмыканье и… горловой клёкот?
Поднимался по лестнице потихоньку, но дом старый и лестница всё равно тихонько поскрипывала. Второй этаж был мансардным, обшитым потемневшей от времени вагонкой. Шорох усилился и Платон, наступив ещё на одну ступеньку, поднял над уровнем пола голову…
Чёрт! Ползун… твою мать! Бывшая старенькая бабушка. Видимо лежала на втором этаже и там переродилась. Кровать стояла в самом углу у низкого окна. Рядом невысокий столик, заставленный разными лекарствами, стакан с водой и пластиковая полутора литровая бутылка.
Тем временем бабулька медленно, но целеустремлённо ползла к Платону. Не дожидаясь прибытия гостеприимной хозяйки, Платон нажал на курок. Автомат глухо кашлянул одиночным. Платон ещё раз оглядел комнату и проговорил в микрофон гарнитуры.
– Кнопка! Что наблюдаешь?
– Пропала.
– Ползун. Был. Осмотрись и, если чисто подъезжайте. Мы потихоньку вперёд двинемся.
По деревне шли по обочине центральной улицы. Тигр шарился по подворьям слева, Шуша шустрила с другой стороны. Грузовик Платон притормозил после первой четверти этого деревенского проспекта.
Улица была широкая, между домами и дорогой палисадники, огороженные невысокими заборчиками из штакетника – прямо пастораль деревенская. Никаких тебе заборов из профнастила или оцинкованного железа коими грешат около городские постройки. Грыси двигающиеся по дворам вырвались вперёд и подобрались к самой площади.
Картинка, что скинул Тигр, поражала воображение. На площади собрались, наверное, все бывшие жители деревни. Присутствовали здесь в основном спидеры, бегуны и джамперы. Было немного пустышей и лотерейщиков.
Платон всё видел глазами Тигра. Дом, вокруг которого собрались не иммунные самой различной начальной степени эволюции, оказался трёхэтажным недостроем. Окна на первом этаже дома были открыты, а где и выбиты. Железные двери, похоже, открыли в другую сторону. Второй этаж более-менее сохранился, но в окнах мелькали какие-то тени и это были явно не живые люди. Стены третьего этажа строители едва подняли. Кирпич был уложен где-то на уровне колен. Да и то далеко не везде.
Приседая на колено, Платон поднял левый кулак, согнутый в локте. Наталья тут же остановилась и продублировала жест для Гостя. Щёлкнув по микрофону рации, Платон произнёс.
– На площади трёхэтажный недострой. Дом вскрыт. По всему периметру бегуны и лотерейщики. Медляки, джамперы и спидеры присутствуют в очень малом количестве и, похоже, что все они местные. В доме движение. Кто не видно. На самом верху, вероятнее всего укрылись люди. Иначе здесь такой толпы не было бы.
Гость! Спокойно стойте до моей команды. Отсемафорю, газаните и постреляйте без «глушаков». Под вашу канонаду мы первых проредим. Потом я навесом закину по не иммунным пару стрел с начинкой, а дальше выскочит Тигр и потащит всю эту толпу на вас. Втянутся – встретишь из всех стволов, а мы из крайнего дома будем работать с «глушаками». Шумите, а если что не так, отрывайтесь и на ходу гасите толпу из «поливалки». Шушу я оставлю себе для подстраховки.
Кнопка! Держи округу, но особое внимание на тыл и по сторонам рядом с вами. Расчехоль гла?зки – на тебя вся надежда. Приготовь два гранатомёта и посади Славу на моё место – пусть ни на что, не отвлекаясь, смотрит на выезд из деревни. – Гость ответил за всех.
– Приняли. Ты там это… аккуратнее, а то меня Кнопка загрызёт. – На что Платон язвительно ответил.
– Про «это» мы с тобой уже общались… и не надейся. А Кнопка это да, будешь плохо стрелять, я тебе не завидую. Кнопка в гневе страшна своей непредсказуемостью. – Так и поговорили – Гость от возмущения заткнулся.
Вот, правда. Человек предполагает, а у наглого кота свои планы, да и кошка его та ещё оторва. Когда и как грыси сговорились Платон, так и не понял, но план его был здорово подкорректирован.
До крайнего к площади дома Платон с Надеждой добрались без проблем – Шуша, лёжа в палисаднике за здоровенной клумбой, подсказала не просматриваемый с площади проход. Зашли в дом, массивная деревянная дверь была распахнута, поднялись по лестнице на второй этаж и расположились у окон, выходящих на площадь.
Несколько домов с этого края площади были двухэтажные с претензиями если не на роскошь, то на приличный достаток с обычными деревенскими понтами. Тёмно-зелёные бархатные шторы на окнах на фоне обоев в розовенький цветочек выглядели особенно прикольно.
Этот крайний дом с выходом на площадь и центральную улицу ничем от трёх соседних не отличался. Окон в нужную сторону смотрело аж восемь штук – четыре по фасаду и четыре боковых – по два на каждую сторону. Все окна Платон аккуратненько приоткрыл, а Надежда, тем временем, закрыла входные двери и пробежалась по дому.
Перед началом Платон по очереди вызвал грысей и принялся втолковывать, что и как им делать и ведь поняли всё шкодники, но….
Над площадью вдруг раздался синхронный мяв двух лужёных кошачьих глоток и прямо за спинами крайних бегунов материзовалась кошачья семейная пара. Платон впервые увидел вживую как синхронно работают его помощники. Куда там мельнице? Лапы мелькали как лопасти у вентилятора, а били грыси только по шеям.
Всего за несколько мгновений вокруг Тигра с Шушей образовалась небольшая кучка, разбрызгивающих в разные стороны тёмно-багровую кровь, не иммунных. Оцепенение Платона прошло быстро и он, отступив от окна на полтора метра, принялся отстреливать дальних бегунов. Надежда тоже стреляла.
Грыси развлекались по полной программе. Стремительные пятнистые тела, то разбегались в разные стороны, то снова сходились, собирая вокруг себя всё больше не иммунных, выскакивающих откуда-то из-за дома и из самого дома. Наконец, сделав несколько скачков в сторону улицы, кошки-отморозки вытянули противников в некоторое подобие организованной толпы.
Увидев это, Платон поставил к стенке автомат, передал Тигру образ стрелы и, натянув лук, послал первый композитный гостинец прямо в эту кучу. Взрыв не только раскидал, рванувшихся к грысям, лотерейщиков, но и выбил из старого, потрескавшегося от времени асфальтового покрытия десятки кусков, которые разлетевшись, поразили множество скопившихся на площади не иммунных.
Шуша, тем временем, исчезла и нарисовалась рядом с сараем за домом, в котором укрывался Платон – Лучник увидел переданную ему картинку. Тигр спрятался во дворе на другой стороне улицы. Не иммунных на площади поубавилось, многие были покалечены и ранены разлетевшимися кусками асфальта, но, оказывается, основная масса их, во главе с рубером, тремя кусачами и тремя топтунами, бродила с той стороны дома.
Топтуны выскочили первыми, кусачи и рубер следом, за ними нарисовалось с полтора десятка лотерейщиков. Платон присел на одно колено, Надежда укрылась в глубине комнаты. Двигалась она на удивление беззвучно, ставя ноги при движении с пятки на носок по ребру стопы, либо с носка на пятку по ребру стопы – так ходят люди, которых специально учили бесшумно передвигаться по незнакомым помещениям и местности.
Платон передал картинку рубера и топтунов Тигру и тот с противным мявом выскочил на улицу. В этот раз на таран он не пошёл, но исполнил на краю площади пару кульбитов, результатом которых стали убитый ударом спидер и сбитый с ног бегун. После чего безбашенный помощник Лучника исполнил танец взбесившегося кота и не сильно быстро поскакал по улице. Платону показалось, что Тигр даже оглядывается через плечо.
Рубер увидев такую лакомую добычу, расшвыривая мелких заражённых, рванул следом, кусачи и топтуны с лотерейщиками отстали, но ненамного, и потянулись за вожаком. Топот костяных пяток, несущихся по площади топтунов, звучал как горный камнепад. Платон прижал тангету рации и, не сдерживая голоса, сказал.
– Гость! Тигр повёл на вас рубера, кусачей, топтунов и лотерейщиков. Этот клоун исчезает и появляется в другом месте. Так что не удивляйся. Начинаем отстреливать свиту с хвоста. – Ответом ему были несколько очередей из «зушки».
Хороша всё же машинка! Последние несколько снарядов пролетели по улице и порвали на куски трёх, ковылявших по краю площади, бегунов. Видимо, препятствий на их пути уже не было. Тем временем, Надежда одиночными выстрелами со скоростью и надёжностью метронома добивала ползающих и ковыляющих на площади не иммунных.
Ах, какая девушка! Коня на скаку остановит… короткой очередью. Горящую избу… разнесёт из гранатомёта. Да и её второй половинке, когда он у неё появится, придётся несладко – постоянно по утрам в их любовном гнёздышке будет снимать растяжки.
Придётся этой загадочной девочке колоться. Не может быть таких знаний у простой студентки с папой военным. Папа у неё явно не на вещевом складе трудился, а дочка, вместо продлёнки, бегала с бойцами на стрелковый полигон.
Шуша тем временем уже шарилась по окрестностям – глядела, что и как с той стороны дома, а посмотреть было на что. Полюбовавшись на интересную картинку, Платон отправил своей помощнице свою картинку-приказ и щёлкнул тангетой рации.
– Гость! Тебе надо на это посмотреть. Рулите к дому. Как там Тигр? – Ответ пришёл незамедлительно.
– Нормально всё с твоим безумным котом! Устал только – словил откат. Валяется башкой на коленях у Катёны и изображает полную потерю сил. При этом мурлыкать не забывает. У него одна из разновидностей скрыта прорезалась – Славку напугал до мокрых штанов. Чуть было гранату из гранатомёта по своей наглой роже не получил, но сам доволен. Сейчас подтянемся. – После этих слов послышался отдалённый звук двигателя армейского грузовика.
Пока Платон с Надеждой спустились со второго этажа, и вышли на площадь, грузовик подъехал, но Платон жестом показал Егерю двигаться к недострою. К тому времени как Лучник с девушкой подошли к дому, все уже выгрузились и осматривали площадь.
– Как у вас? Кнопка! Радость моя! Этот противный знахарь тебя не обижал? Глянь, пожалуйста, что там на третьем этаже?
Гость! Там, за домом стоит такая интересная машинка! Закрыта и слегка помята. Ты такие любишь, будет время, поиграешься. Жаль покататься не сможешь. – Подколол приятеля Платон.
– Кнопку обидишь, сам долго не проживёшь. Рвалась рубера голыми руками порвать. Еле удержал. Так она на лотерейщиках отыгралась. – Ответил знахарь, но Кнопка его перебила.
– На третьем этаже трое, не двигаются, и я их еле вижу. На втором один ползает и ещё один за домом – такой же слабый, как и на третьем. Ты сам как?
– Веришь! Палец о палец не ударил. Один раз только стрелу пустил и всё. В записи потом посмотри?те уржётесь – умирать буду, не забуду, что эта семейная пара вытворяла. Не дай бог врагу попасть под их игривое настроение – и почти без перехода добавил.
– За домом стоит бронированная машина. Стволы в узел завязаны, вся кровью заляпана и вроде как закрыта. Сходите, гляньте умными глазами, а мы с Надеждой третий этаж проверим. – Платон передал Катёне сидящей в кузове грузовика свой «калаш», лук и рюкзак, забрал обратно штурмовой карабин и, кивнув Надежде, пошёл в дом.
На первом этаже было пусто и грязно. Битое стекло скрипело под ногами. Лёгкий ветерок гулял по разгромленным комнатам. В дальнем углу валялись чьи-то кости. Разобрать, кого это съели, не было возможности – костяк растащили, а черепа не было.
Широкая как проспект лестница на второй этаж, отлитая из бетона, была захламлена поломанными строительными леса?ми, инструментами, досками и бумажными мешками с какими-то сыпучими материалами. Видимо, здесь пытались построить импровизированный узел обороны.
За баррикадой Платон обнаружил два разобранных костяка в обрывках военной формы, и два раздавленных и забитых засохшей кровью и грязью коротких автомата. Везде валялись пустые жёлтые пластмассовые магазины и гильзы калибра, Платон специально глянул, пять, сорок пять на тридцать девять.
Второй этаж, перегороженный несколькими несущими стенами, представлял собой заляпанный засохшей кровью разделочный цех. В нескольких комнатах валялись обгрызенные кости, а в одной Надежда добила ползающего на руках лотерейщика. Одна нога у него отсутствовала напрочь, а вторая была перебита. Странно, что с такими ранениями лотерейщика не сожрали его подельники. Платон ковырнул ножом воняющее мясо на уцелевшей ноге не иммунного и вытащил крупную картечину.
Лестницы на третий этаж не было – построить её не успели. Успели отлить перекрытия, оставив несколько проёмов, но забраться наверх, невысоким Надежде с Платоном, было проблематично. Их суммарный рост, конечно, был больше высоты потолков, но перекрытие было бетонное, а проёмы завалены всем, чем только можно. Оценив обстановку, Платон взялся за рацию.
– Гость! На третий этаж не залезем. Найдите мне верёвку, чтобы мой вес выдержала, и придумайте, как сделать сапёрную «кошку». Пойду по наружной стене, иначе не достанем – они все дыры законопатили. – Вместо знахаря ответил Егерь.
– А чего придумывать? У меня она есть, когда машину грузили, я все инструменты собрал. Сейчас верёвку поищем. – Верёвку в соседнем дворе нашли почти сразу.
Принесли её Гость с Кнопкой. По-быстрому навязали узлов. Платон, высунувшись из окна по пояс, закинул «кошку» на стену третьего этажа и, подёргав, полез наверх.
Подтянувшись, Лучник перевалился через невысокую стену, и чуть было не свалился на лежащего около неё измождённого старика. Нет. Наверное, всё же не старика. Просто сильно покорёженного Стиксом пожилого человека, одетого в грязный потрёпанный камуфляж и выцветшую разгрузку. Платон, лёжа на стене, оглядел третий этаж. Чуть дальше он увидел ещё двоих в военной форме, два автомата и помповое ружьё.
Платон встал на ноги, вытянул за собой верёвку и в два шага дошёл до заваленного досками проёма. Раскидав баррикаду, Лучник скинул верёвку и через несколько мгновений рядом стояли остальные трое. Гость тут же кинулся к двоим, Кнопка и Надежда за ним, Платону достался «старик».
Поить потерявших сознание людей то ещё занятие, но шприцы для внутривенного укола у знахаря уже были приготовлены. Откачивать решили здесь же. Платон с Кнопкой метнулись по ближайшим домам и в продовольственный магазин. Нашли несколько пластиковых бутылок и две длинные гибкие трубки от капельных систем. Сама капельница была одна, но старая – проще было сделать из бутылок. Иголки взяли от десяти кубовых одноразовых шприцов. Старику только поставили от пяти кубового – вены у него были никакие.
Поставив импровизированные капельницы с живцом, оставили Славу с Надеждой на третьем этаже, а сами спустились к бронированной машине. Здесь уже крутилась подпрыгивающая от нетерпения Шуша. Подойдя поближе, Платон присел на корточки и принялся «слушать» свою разведчицу. Картинки мелькали как в немом кино.
Просмотрев информацию Лучник, задумался, поглаживая большую кошку. Интересно то как!
– Лучник! Ты чего медитируешь? Помогай, давай! Здесь, похоже, не успели. – Гость вывел его из размышлений и Платон, легко поднявшись на ноги, пошёл к броневику.
Машина была достаточно просторная – в длину побольше танка. Вытянутый, но высокий как у бронетранспортёра, корпус, приплюснутая, как у танка, башня с двумя наростами по бокам. В наростах стояло по одному орудию и, очень было похоже, что они могли стрелять на сто восемьдесят градусов без поворота башни. При этом, в отличие от известных Платону гусеничных зенитно-самоходных установок, эта была как транспорт «внешников» – с четырьмя ведущими колёсными парами. Очень интересное техническое решение для такой тяжёлой бронированной машины.
Орудия, калибра не меньше тридцати миллиметров, были согнуты под углом в девяносто градусов. Странно, что их из креплений не выдрали. Люк водителя-механика задраен наглухо, боковой тоже закрыт, да ещё и немного вмят внутрь, а вот десантный люк сзади боевой машины удалось открыть ключом, который обнаружили в разгрузке «старика». Платон подошёл в тот момент, когда Гость высунулся из люка со словами.
– Поздно. Я уже ничего не смогу сделать. Он в кваза превращается. Скорее всего потому, что сразу пересёк много границ быстрых кластеров, а не находился в том кластере, в котором появился. Такое редко, но бывает.
Кнопка! Помоги вытащить. Я один не справлюсь – здоровый больно.
Лучник! Ищи ещё капельницу или шприцы побольше кубатурой. Не знаю где. Хоть роди. И жрачки с водой надо очень много. Может, вытащим, но выглядеть он будет очень не очень. Его уже Стикс изуродовал как бог черепаху. Давай мухой.