![](/files/books/160/oblozhka-knigi-svezhak-si-325485.jpg)
Текст книги "Свежак (СИ)"
Автор книги: Валерий Шмаев
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)
Во-вторых, мальчики и девочки, завязанные, на Лучника и Светлую. Все они совершенно официально признали Лучника своим командиром, а у них такая клятва даётся один раз в жизни и совсем не просто так. Присягают они не конкретному человеку, как это могло бы показаться вначале, а идее и образу жизни.
Первым делом, что сделал Лучник, так это рассказал о себе и своём отряде в этом мире. Эта история была проверена Светлой, а она очень сильный эмпат. Отторжения рассказу и поступкам Лучника никто из них в себе не нашёл, поэтому они очень быстро приняли решение остаться с нами, а раз они такое решение приняли, то они с нами до конца. Какой бы он ни был.
В этом есть огромное количество плюсов, но основной заключается в том, что у Шуши как главы службы безопасности нашего отряда теперь есть девять помощников. К примеру, Егерю теперь лучше даже глазами в сторону не водить. Я к нему Карин и Эльву приставил. Вроде как на обучение снайперингу. Егерь сразу же нос задрал, и пёрышки распушил – девчонки ему в рот заглядывают и каждое слово ловят.
Вот удивился бы этот деревенский дуболом, если бы узнал, что этих девочек он ничему научить не может. Егерь их пренебрежительно «соплюхами» называет, а эти «соплюхи» уже по два раза на практику на настоящую войну съездили и умудрились на ней выжить. Это не семнадцатилетние девушки, а смертельно опасные волчицы. Егерь по сравнению с ними – щенок новорожденный. То есть лысый, слепой, глухой и с мамкиной титькой в беззубой пасти.
И, наконец, в-третьих, спецхран. Судя по всему, его территория перезагружается не так часто, как думал Лучник. Иначе здесь собирались бы все не иммунные этого леса. Кластер спецхрана пока не перезагрузился и перезагружаться не собирается, а вот территория детского лагеря, наоборот, загружается достаточно часто. Просто нам так «повезло» и мы нарвались на редкое сочетание перезагрузок, когда в кластер спецхрана загрузился кластер с огромным количеством детей, но в этом есть один несомненный плюс.
С учётом того, что мы сняли все блоки распознавания свой-чужой с броневиков «инкассаторов» мы теперь легко пройдём через заминированное поле, а значит, только у нас есть доступ в спецхран снаружи. Если сами туда не пролезем, то легко продадим информацию тому, кому это надо и всё равно поднимем гору незапланированных, но от этого не менее приятных бонусов.
Понятно, что этим мы займёмся не завтра и даже не послезавтра, но мы никуда не торопимся. Можем подождать пять, десять или пятьдесят лет. У нас не горит. – Прослушав этот монолог Боцмана, Гость пожевал губами и со вздохом сказал.
– Ладно. Тогда тащим всё это домой.
– Ну, уж нет. – Возразил Платон.
– Тащим, но не домой, а на базу Рона. Оставляем всё это хозяйство там, берём пару грузовиков, загруженных стрелковым оружием и гранатомётами, и не сильно торопясь тянемся в сторону военной части с «шишигами». По пути молодняк обкатаем и потрохов соберём, а там будет видно.
* * *
Платон не сказал бы, что последующий за этим разговором месяц был простым и лёгким. Перетащить пять с лишним тонн металла на горбу четырнадцати человек на расстояние порядка восьмидесяти километров, по изобилующему опасностями лесу это не банку сгущёнки одним махом стрескать. Чуть пупок не развязался. У всех грузчиков вместе взятых.
Светлую и Иволгу дотащили до базы Рона и расположили в одном из рейдовых грузовиков, стоявших в овраге. С ранеными на базе оставались Гость, Катёна, Слава и Шуша в качестве подстраховки. Все остальные работали мулами, а Тигр разведчиком-наблюдателем.
Иволга в процессе стал Соловьём – мальчишка здорово поёт, а голос у него такой, что Катёна втрескалась в этого голосистого убийцу по уши.
Гость плотно занимался даром Светлой и дарами всех остальных новичков. По приходу на базу все новички по традиции приняли по красной жемчужине из заначки Рона с Реем. Платон не уносил содержимое бандитского тайника в Убежище, а просто перепрятал жемчуг в свой тайник. Вот и пригодился.
В один прекрасный день Егерь традиционно попытался возбухнуть в сторону Катёны не глядя на лежащего у его ног белобрысого мальчишку. Что он там, в очередной раз выдал, история умалчивает, а участники этого представления молчат как рыба об лёд. Видимо Егерь в присущей ему манере слона в посудной лавке включил «строгого папашу» не подумав своей пустой головой о трагических последствиях для собственной многострадальной тушки.
Хорошо, что в отряде есть грамотный знахарь и он, к счастью для Егеря, находился неподалёку. Соловей в пару секунд доказал, что пятнадцать лет его учили совсем не рисованию или изящной словесности и то, что у него нормально действует только одна рука ему совсем не помеха. Правда, на сутки бригаде грузчиков пришлось задержаться на базе – Егерь до прихода Гостя не мог разогнуться, а после экстренного лечения ещё несколько часов ходил от дерева, к дереву подпрыгивая на носочках как старый стрекозёл.
Удар Соловья по центральному мужскому органу Егеря оказался удивительно точным и дьявольски выверенным. Чуточку сильнее и Гость мог бы к пациенту не успеть – Егерь легко словил бы болевой шок с последующим отбрасыванием копыт и скомканным прощанием на быстром кластере.
Зато теперь ни на кого из курсантов, а уж тем более на Катёну, он не только голоса не повышает, но, от греха подальше, старается лишний раз даже не смотреть в сторону этих резких малолеток. Сразу после выхода из базового лагеря с Егерем пообщались Боцман, Спица, Эльва и Карин. Это только те, про кого Платон точно уверен. Могли быть ещё парочка конфиденциальных бесед, но Платон не заострял. Оно ему надо? Своих дел выше головы.
Кнопка прекрасно сработалась с Марком Бу ставшим для всех Крепышом. Как нового специалиста по тяжёлому вооружению при очень тесных личных контактах называет его прелестная наставница, Платон вроде как не знает, хотя Шуша ему сразу же доложила.
Тайра тоже стала напарницей Боцмана во всех смыслах этого многогранного для взрослых людей понятия. Они на самом деле друг друга понимают и всячески дополняют и днём, и иногда ночью. Всё-таки в походных условиях двое совершенно взрослых людей не всегда могут насладиться совместным общением, но одна из землянок на базе им периодически предоставляется в личное пользование.
Сам Платон отнёсся к переменам в своей личной жизни философски – нет и не надо. Тем более что Светлая, которой через пару недель интенсивного лечения знахарь отрастил новые глаза, никуда не делась. Правда их отношения в большей степени платонические, но Платон никуда не торопится. Конфетно-цветочный период его пока вполне устраивает.
С учётом того, что вместо конфетки у Платона выступает Тигр, а вместо цветочка Шуша их отношения выглядят достаточно забавно.
Тигр с Шушей Светлую любят, но «любят» не то слово, скорее боготворят. Кнопку грыси жалели, Боцмана приняли как своего боевого товарища, а вот Светлую восприняли как Платона. Раньше Платон мог развалиться рядом с Шушей и Тигром и долго «слушать» их эмоции и смотреть их видение окружающего мира. Теперь они делают это вчетвером. Для Светлой такое общение оказалось более чем привычным.
Глеб Спица с подачи Боцмана и Яри стал «Сенсеем» – невозможно иначе назвать человека убившего пришлого лотерейщика одним ударом нагинаты. Даже Яри слегонца прибалдел от такого филигранно выверенного приёма и хладнокровия этого отмороженного на всю бошку мальчишки. (Эпитеты, предлоги и междометия, выданные Яри в адрес очередного эпического героя, уже в который раз здорово напомнили Платону слова и выражения незабвенного гранд-майора Сабирова).
Напарник новоиспечённого Сенсея – Стив Залесски получил имя «Шериф». Что Боцман хотел выразить этим словом он так ни с кем и не поделился, а Шериф отнёсся к своему новому имени без какого-либо напряга. Впрочем, скорее всего Боцман выдал такое прозвище этому парню за дело.
Шериф мастерски стреляет из пистолетов и револьверов с двух рук. Бывает, что он укладывает пулю, выпущенную из левого револьвера точно в то место, в которое только что попала пуля из правого револьвера. Навскидку от бедра. Как у Шерифа такое получается, в голове у Платона никак не укладывается.
Надо добавить, что дар у Шерифа вырос как по заказу – быстрострел. То есть он умеет быстро выхватывать пистолет, но выхватывает он не один пистолет, а два двадцати зарядных пистолета Стечкина с понятным всем результатом.
Карин и Эльва остались со своими именами, и никто не возражал. Обе девушки по военной специализации – стрелки?. То есть могут стрелять из любого оружия от лука и арбалета до зенитного орудия или гаубицы, но больше всего им нравится снайперинг. Соответственно у Яри появились две преданнейшие поклонницы и ученицы.
Ян Дантанов превратился в «Малыша» – он на два сантиметра ниже всех своих друзей, но один из самых сильных и в силе своей дури (или в дурной своей силе?) уступает только Крепышу. Военная специализация стрелок, а в отряде Лучника гранатомётчик. По приходу на базу он влюбился в гранатомёт РПГ-7 и одноразовые гранатомёты «Шершень».
Алекс Станович теперь «Стрелок». Он и так-то никогда не промахивался, а с приёмом красной жемчужины получил меткость из огнестрельного оружия. Такую же, как и у Гостя и теперь учится у знахаря каждую свободную минуту – дары то одинаковые. Гость уворачивается от назойливого почитателя с присущей только ему грацией и изяществом – на детородный орган знахарь теперь посылает не только Платона.
Светлая развивается сама и с Платоном вместе. Светлая понятно, что развивает, а Платон тренирует свой дар очистки душ курсантов и памяти у Егеря. Скоро курсанты забудут все свои прошлые невзгоды, а Егерь как его зовут, звали раньше, кто он вообще такой и откуда он такой нарядный взялся. Шутка. Но в каждой шутке есть своя доля правды – где находится Убежище, Егерь уже не помнит.
Теперь при желании Платон может внушить человеку, что он птичка, а не летает только потому, что у него в данный момент сезонная линька. Как побочный эффект этого дара Платон знает когда ему врут, но не как ментат, а больше интуитивно, что для командира отряда весьма полезное умение.
Глава 14
Только через тридцать семь дней после памятного Платону разговора с Гостем, отряд выдвинулся с бывшей базы Рона. Выехали на трёх переделанных под реальности Улья грузовиках, под завязку забив их стрелковым оружием, боеприпасами, гранатомётами и двумя десятками переносных зенитно-ракетных комплексов. Тигр с Шушей нашли-таки ту дорогу, по которой братцы со своей бандой выбирались из леса, и эта дорога шла совсем не через базу спецназа.
Дорога была лесная, и двигаться по ней пришлось с выдвинутой вперёд разведкой. Кнопка хороший и надёжный сенсор, но прощупать дорогу своими глазами, а иногда и руками, бывает много надёжней и полезней для дальнейшей жизни.
Первым в таком передовом дозоре всегда шёл Платон с грысями. Ему это было привычно, и они всегда могли уйти в скрыт. К тому же Платона не замечали не иммунные. Развитие именно этого дара у Платона проходит очень тяжело, хотя Гость определил его как очередную разновидность скрыта.
Этот путь действительно проходил через три быстрых кластера, но затем дорога раздваивалась. Левая уходила в сторону территорий стаба «Сосновый» и, соответственно, в сторону старой базы Рона, а правая в сторону города, где они нашли Тайру и Катёну.
Выбрался отряд из леса километрах в тридцати от города. Неприметная лесная дорога, пропетляв по нескольким полянам и большому заросшему травой полю, наконец, добралась до растрескавшегося асфальта. Направо у них был город Тайры и Катёны, налево территория стаба «Сосновый», а дальше за ней тот самый областной центр, вокруг которого всегда нарезали круги толпы неиммунных, муры Квазимодо и десятки пришлых рейдеров и всевозможных трейсеров. Повернули они направо. В областной центр Платон собирался наведаться несколько позднее.
Ещё на базе, прямо на крышах грузовиков, Боцман с Егерем оборудовали огневые точки для пулемётчиков, гранатомётчиков и снайперов. Укреплённые кузова грузовиков штука может и хорошая, но от руберов и элитников не спасает, а вот возросшая огневая мощь добавляет шансов на жизнь. Тем более что некоторая часть элиты от пуль калибра двенадцать и семь всё-таки дохнет, а более продвинутые представители «местного дворянства» встречаются в этих местах достаточно редко и для них уже приготовлены гранатомёты.
Перезагрузки этих быстрых кластеров шли волной от большого города и территорий стаба «Сосновый» и заканчивались где-то за городишком Катёны. Кластеры грузились раз в три недели и сейчас до этой волны перезагрузок оставались считанные дни. Поэтому им следовало поторопиться.
Первую пощёчину мурам Квазимодо Платон, Боцман и Гость решили отвесить именно в этом городе. Свой план они разработали с учётом этих перезагрузок, поэтому через все деревни они проехали, не останавливаясь, а вокруг города объехали по неприметной полевой дороге, которую им показала Катёна.
Обогнув город, отряд добрался до границы кластера, и Платон остановил грузовики. Все действия уже были обговорены со старшими групп, и он только отдал короткий приказ по рации.
– Егерь! Бери свою бандуру и на выход. Мы с тобой остаёмся. – Недоумевающий Егерь выбрался из соседнего грузовика.
Следом ему выкинули его рейдовый ранец и подали снайперскую винтовку, приготовленный заранее походный набор и пару одноразовых гранатомётов.
После короткой остановки грузовики тронулись и, набирая скорость, неспешно попылили дальше. Вместе с Егерем и Платоном в чистом поле остались только Светлая и грыси. Остальные уехали с Гостем и Боцманом.
– Мы чего это? А Катёна куда? – Спросил Егерь.
– Мы здесь посидим. Надо кластеры посторожить. С этой точки виден не только кластер этого города, но и два близлежащих. – Почти не соврал Платон.
– Мне надо время перезагрузок уточнить. Катёна покатается вместе со всеми и вернётся. Ты там особо не нужен, а вот мне без твоего зрения будет тяжеловато. Давай располагаться. Нам ещё около суток куковать.
– А если перезагрузка начнётся, делать что будем? – Настороженно спросил Егерь.
– Здесь находятся границы четырёх кластеров. – Спокойно ответил Платон.
– Лесной кластер слева грузился месяц назад и должен перезагрузиться через четыре месяца. Тот, на котором мы находимся – предположительно через семь дней. Кластер города через два дня, а дальний справа максимум через сутки – он очень быстрый и хорошо, что лесной. В прошлый раз мы по последнему кластеру проскочили очень удачно – прямо перед самой перезагрузкой, а могло бы и не повезти. Вот и надо время уточнить, чтобы в следующий раз не нарваться.
Сейчас нас в первую очередь город интересует – нам надо всяческой мелочёвки набрать. Меня Кнопка с Тайрой задолбали. У них их женские аксессуары заканчиваются. Это нам мужикам просто: проснулся, «Фаберже» почесал, одёжку поправил и пошёл. Есть вода – побрился. Нет – сойдёт и так, а девчонкам: прокладки, тампоны, дезинфицирующие салфетки. Там целый список на три листа. Девок в отряде прибавилось, а с ними и проблем добавилось вагон и маленькая тележка. – Егерь тут же вскинулся.
– Так давай по-быстрому в город сбегаем. Дел то? – Но Платон возразил.
– Сбегать недолго. Вот только город скоро перезагрузится. Если нас кисляк прямо в магазине прихватит, как мы с тобой выбираться будем? Без машины мы много не унесём, и, если что, не выберемся.
Мы с Кнопкой и Гостем в этот городишко один раз уже сходили. Мне того раза до конца моих дней хватит. Нет уж. Подтянутся наши архаровцы тогда и пойдём в город всей честно?й компанией.
К тому же есть у меня ещё одна задумка. В прошлый раз мы Катёну и Тайру отсюда выдернули. Где Тайра живёт я помню, а где Катёна – сами не найдём, а они обе могут быть иммунные. Вот и совместим приятное с полезным. Глядишь, у Катёны сестрёнка появится – ей не так тоскливо будет. Мы все люди взрослые, а она ребёнок. Ей одиноко. Ты ещё дуришь не по-детски. То дочкой зовёшь, то с кулаками набрасываешься.
– Да я… – только и успел сказать Егерь и глаза его остекленели.
– Иди Белый. Дальше я сама. Не надо тебе на такое смотреть. – Тихо сказала Светлая.
Это был уже четвёртый раз, когда девушка гипнотизировала Егеря. Первые три раза были пробные и очень короткие. В этот раз Платон разрешил Светлой провести сеанс глубокого гипноза. Слишком странным ему показалось поведение Егеря в последние несколько суток.
Механизм гипнотического воздействия Платон так и не понял, но теперь точно знал, как Белые воспитанники лечили сознание всех остальных воспитанников спецшколы имени Спартака. И почему их так ненавидели воспитатели. Теперь ему оставалось только отойти в сторону и ждать.
Грузовики появились на следующий день к обеду. В этот раз Гость не скромничал и к трём рейдовым грузовикам, приспособленным к передвижению по дорогам Улья, добавились ещё семь грузовиков под завязку, забитых оружием и боеприпасами. Четыре из них были уже видимые Платоном «шишиги» с двуствольными автоматическими пушками в кузовах.
Три грузовика были Платону незнакомы. Это были мощные трёхосные машины с выдвинутыми вперёд капотами, высокими кабинами и с брезентовыми тентами над большими кузовами. К двум грузовикам были прицеплены длинноствольные противотанковые пушки. К третьему прилагался буксируемый прицеп.
– Ну, ты и прибарахлился! – Удивлённо сказал Платон спрыгнувшему с подножки передней машины Гостю.
– А то! – Гордо ответил тот.
– Прикинь! Ворота части открываем, а прямо во дворе стоят три «Урала» с прицепленными к ним гаубицами. Это Д-30А. У нас эти гаубицы, где только не использовали с шестидесятых годов прошлого столетия. Кузова грузовиков забиты боеприпасами под завязку, а прицеп пустой.
Видимо огневой взвод за чем-то на склады кадрированной части отправили и все в ней переночевали. В двух кабинах пустыши залегали и по территории пустыши бродили. По количеству и форме как раз на огневой взвод наберётся. Жаль, третьего орудия не было. Чёрт их знает, куда они его подевали.
Куда поедем? В лес? Тогда грузитесь. – Гость был весел и немного возбуждён.
Ещё бы! Ста двадцати двухмиллиметровые гаубицы попадаются в Улье крайне редко. А если учесть, что в довесок к двум орудиям прилагался одиннадцати тонный прицеп, то можно было только догадываться, чего и сколько в него напихал запасливый знахарь. Теперь им точно надо было в стаб «Минутка». Продать приобретённое можно было только там.
– Не поедем мы с тобой в лес. – Ответил Платон.
– Давай перезагрузку городского кластера здесь дождёмся, а после перезагрузки грузовики подгоним прямо к окраине с этой стороны, а дальше по плану.
– Давай. – Легко согласился Гость.
– С такой огневой поддержкой только в поле останавливаться. В лесу мы не развернёмся.
Егерь то где? Выяснили у него что хотели? – Платон мрачно усмехнулся.
– Выяснили. Егерь спит, и будет спать до вашего окончательного решения. Я сам грех брать на душу не хочу, но в моём отряде ему делать больше нечего. К тому же лично для него это смертельно опасно, а всё ты виноват со своими экспериментами. Недаром я тебя в своё время вивисектором прозвал.
– С чего бы это? – Оторопело спросил знахарь.
– С того. Зови всех, чтобы мне два раза не повторяться. – Гость умёлся за своими помощниками и через десяток минут явился с Тайрой, Боцманом и Кнопкой. Дождавшись, когда все рассядутся рядом с ним, Платон начал рассказывать.
– В общем ситуация следующая. Покопалась Светлая в мозгах Егеря. Раньше ни времени, ни возможностей для этого не было, да и всем остальным было бы сложно объяснить такие необычные действия и мне пришлось создавать удобную для нас ситуацию.
Что нам удалось выяснить? По большому счёту виноват наш великолепный знахарь со своими экспериментами по омолаживанию Егеря и Боцмана.
С Боцманом всё оказалось намного проще – всё же ему было не сильно за шестьдесят, а немного за сорок. Поэтому адаптация к собственному обновлённому организму у Боцмана прошла легко. Он в основном наслаждался вновь обретёнными силами, необычными дарами, чуточку подправленным Ульем здоровьем и вновь отрастающими у него зубами, а вот с Егерем Гость здорово перестарался.
Всё дело оказалось в нашей «дочери полка». То бишь в Катёне, а точнее в романтических чувствах Егеря к названной дочери.
Сначала Егерь действительно относился к Катёне как к любимой и вновь обретённой дочурке, а потом товарищ знахарь принялся его омолаживать и Егеря вместе с обретённым здоровьем обуял дикий спермотоксикоз. Он ведь уже давно жил один, да и перед смертью жены ему было не до постоянного секса.
Где ещё Егерь мог найти предмет своего обожания с учётом того, что девчонок в отряде на всех не хватает, а живём мы глубоко под землёй? Правильно – в любимой и ненаглядной дочурке. Как говорится: любви все возрасты покорны. Вот только эта любовь оказалась безответная и от того для Егеря крайне болезненная.
Дальше, больше. Физически Егерь меняется, его первичные половые признаки и гормональная система меняются вместе с хозяином, да и Гость его каждый день на сеансы омолаживания таскает, а тренируемся мы все вместе и Катёна в том числе.
А в чём девчонки тренируются? В спортивных костюмах, обтягивающих все их традиционные женские выпуклости. У самого на тренировках иногда при взгляде на наших боевых подружек нескромные мысли появляются. Чего уж тут говорить о наглухо влюблённом старике?
Катёна, как все понимают, особо «папеньку» не стесняется – мозги у неё девичьи и пока ещё детские и ни о чём подобном она и подумать не могла. В отличие от новоявленного «папаши». Догадываетесь, какие чувства обуревали Егеря или рассказать в подробностях?
К выходу из Убежища у «папеньки» на фоне неразделённой любви и невозможности её физической реализации окончательно потекла крыша. Мне тогда показалось, что это один видов клаустрофобии.
Мало ли? Всякое бывает. Всё-таки Егерь всю жизнь в лесу провёл. Я думал, что это состояние пройдёт в рейде, а ему становилось всё хуже и хуже.
В дороге Егерь уже никого, не стесняясь, принялся рваться из отряда и Катёну на вольные хлеба сманивать, а когда она уперлась, стал на «дочурку» голос повышать и всяческими карами грозить. Не привыкшая к такому «семейному» общению Катёна откровенно послала «папеньку» в одиночный, но от этого не менее увлекательный, пешеходный сексуальный поход и демонстративно перебралась под крыло к Славке с Яри.
Егерь в свою очередь включил заднюю скорость. Понимал урод, что подними он свой хвост на Катёну в отряде, то мы его не просто закопаем, а сделаем это с особой жестокостью и цинизмом. И сорваться в лесных кластерах он никуда не мог, утащив Катёну насильно – Боцман с Тигром и Шушей нашли бы его за пару часов со всем понятным результатом.
А потом мы спасли Светлую с её весёлой компанией, в которой оказался Генка Иволга со своим новым именем – Соловей. Этот голосистый Соловушка оказался всего на год старше девочки, так что Катёна почти сразу умудрилась в него влюбиться.
Любовь оказалась взаимная – Соловей тоже втрескался по уши и у молодых начался цветочно-конфетный период, активно поддерживаемый всеми его приятелями и приятельницами. Да и каждый из нас по молодым влюблённым по-своему прошёлся. По-дружески, но в костёр, бушевавший в душе Егеря, это дровишек подкинуло.
Егерь попытался возбухнуть и тут же получил кулаком по омоложенным нашим умельцем-знахарем первичным половым признакам. По пути Соловей объяснил «папане» что только из уважения к его сединам он не оторвал Егерю все выступающие части тела, включая нос и яй… уши. Затем с Егерем провели воспитательные беседы все вы, и он озлобился на всех скопом и на каждого из нас по отдельности.
Одним словом, неудачливый «влюблённый», ещё на базе Рона задумал Соловья убить, а Катёну похитить. Егерь прекрасно понимал, что едем мы именно к этому городу и уже прикинул, как он провернёт свою задумку.
Мы ведь всё равно снайперов на удалённых позициях оставляем и Катёну со Славкой вместе с ними. Вот он и придумал, как Соловью пулю в затылок загнать, зачистить Яри со Славкой, чтобы под ногами не мешались и под шумок смыться вместе с Катёной на одном из грузовиков. Его откровения потом в записи посмо?трите.
– Ты в этом уверен? – Недоверчиво спросила Тайра.
– Может он себя оговаривает или Светлая что-то накрутила? Ей ведь это не сложно. – Платон грустно усмехнулся, припомнив некоторые детали допроса.
– То, что Светлая накрутила, я ни на секунду не сомневаюсь – мне пришлось четыре раза запись допроса просматривать. Там так закручено, что даже у стороннего наблюдателя мозги колом становятся. Недаром меня Светлая к допросу не допустила. Я бы тоже в чём-нибудь признался. От кражи земляничного варенья по малолетству до юношеского рукоблудия в юнкерском училище.
Под таким гипнозом не врут, и Егерь не соврал. Он просто напросто не мог солгать. Это даже не допрос с ментатом или сывороткой правды. Это полное подавление воли с последующим отключением сознания. В таком состоянии любой из нас распинался бы как Соловей перед Катёной.
Кстати, мне теперь понятна причина ненависти воспитателей спецшколы к «Белым» воспитанникам. Бывало, что «Белые» гипнотизировали воспитателей в присутствии остальных воспитанников, поднимая им настроение, а воспитанники изгалялись над воспитателями. Соответственно воспитатели ненавидели «Белых» лютой ненавистью. Ненавидеть ненавидели, но сделать ничего не могли и отыгрывались на простых воспитанниках так как умели, но это всё дела прошедших дней.
По этой же причине Егерю опасно оставаться в нашем отряде. Для всех наших курсантов Егерь – инструктор, а значит воспитатель. Всё бы ничего. Вот только по правилам их спецшколы сексуальное влечение воспитателя к воспитаннику карается кастрацией с последующим публичным повешением.
Приговор курсанты могут привести в исполнение в любой миг. Сейчас их удерживает только прямой приказ Светлой, а она, и я в этом абсолютно уверен, уже поделилась со всеми результатами допроса.
Поэтому сегодняшний вопрос остаётся прежним: что нам с Егерем делать? – Первым высказался Боцман.
– А что есть сомнения? Загнать нож в затылок и забыть. Нам ещё папаши-педофила в команде не хватает.
– Поддерживаю. – Поддакнула Тайра.
– Я против. – Отозвался Гость.
– В Улье у всех увеличенная половая возбудимость. И у мужчин, и у женщин. Со своими экспериментами по экстренному омоложению организма Егеря я этого не учёл. Поэтому Егеря можно понять. Простить вряд ли, но понять попробуйте. Тем более что браки с четырнадцатилетними девчонками во многих мирах разрешены, в мусульманских странах это иногда норма поведения, а в Улье вообще нет ни каких ограничений.
На русском севере всегда так было: муж сильно старше и крепкий хозяин, а женой могла быть и совсем молоденькая девчонка. Как с родителями мужик сговорится. Тем более что на здоровье в Улье никто никогда не жалуется, а возрастная разница со временем сглаживается. Соответственно особых препятствий Егерь не видел.
Своей вины я с себя не снимаю, поэтому предлагаю довезти Егеря до любого стаба и отпустить. Мы всё равно собирались в «Минутку». Заодно Светлая и Лучник потренируют на нём свои дары.
– Согласна. – Не промолчала Кнопка.
– В конце концов, он пока ещё ничего не совершил. Закуём Егеря в наручники, вколем снотворное, и пусть в кузове грузовика валяется.
– Хорошо. – Подытожил Платон.
– Я тоже за последний вариант. Сейчас Светлая отдохнёт, и мы продолжим, а ваша задача будет объяснить всему отряду, включая Катёну с Соловьём, все детали нашего разговора. Это чтобы сердобольная дочурка не развязала «бедного папашу». Мне классическая фраза: «Гюльчатай принеси воды» из вашего любимого фильма почему-то вспоминается. Не надо нам таких неожиданностей. Будем потом гоняться за Егерем по всему Улью.
Если всё пройдёт нормально, очнётся Егерь в повседневной гражданской одежде и с охотничьей двустволкой в руках. Только не стоит допускать к нему Катёну. Не дай бог что-нибудь шевельнётся в его обновлённых мозгах. Будем все иметь бледный вид.
Боцман! Ты, пока есть время, разгрузи одну «барбухайку», закопай всё лишнее прямо здесь и проведи инструктаж своей группе.
Гость! На тебе инструктаж всем остальным и общая организация подготовительного процесса, а мы пока со Светлой и грысями под вашей защитой поваляемся. Нам отдохнуть требуется. Егерем мы займёмся после города. – На этом их «военный совет» закончился.
Больше Платона со Светлой никто не тревожил. Незаметно закончился день, и как всегда внезапно рухнула на землю Стикса очередная ночь. Им принесли сначала обед, а потом и ужин, но они так и валялись рядом «на четверых». Спали, ели, опять спали и «обменивались мыслями».
Со Светлой Платону было легко. С ней не приходилось притворяться всезнающим и всегда уверенным в себе «командиром», а можно было остаться самим собой – немногословным и периодически угрюмым имперским егерем, общающимся только со своими генномодифицированными помощниками. То есть тем, кем он был до попадания в мир Стикса.
Тигр с Шушей приняли Светлую в их «семью» настолько естественно, что сначала Платона кольнула игла ревности, но потом он понял, что к девушке грыси относятся несколько иначе, чем к своему другу, брату и хозяину и успокоился.
Тигр с Шушей воспринимают Светлую как «самку хозяина» и не более того. Умеет девушка с ними общаться образами? Отлично. Не умеет? Не сильно и нужно – для этого есть Платон. Тем более что эти их умения с каждым днём развиваются всё больше и больше.
Так они и уснули сразу после отбоя – тесно прижавшись, друг к другу. Где-то уже ближе к утру Платону почудился отдалённый запах «кисляка» и он, просыпаясь, чуть привстал со своего импровизированного ложа. Никто не разбудил его, и Платон несколько мгновений боролся с желанием упасть обратно под тёплый бок Шуши и доспать хотя бы несколько минут, но у мира Улья были свои законы.
Попасть под перезагрузку очень не хотелось, но у Боцмана всё было под контролем. Тут же задвигались тени, взревел первый грузовик, за ним второй, третий. Отряд, повинуясь командам Боцмана, готовился к короткому маршу к городу.
Вставать не хотелось, но пришлось, и Платон резко встал, стряхивая с себя остатки сна. Следом за ним вскочили грыси, а потом встала и Светлая. В отличие от Платона девушка не выглядела заспанной. Она пробудилась, будто и не спала вовсе и, подхватив свой рейдовый ранец и оружие, направилась к машинам. Эта способность всех воспитанников мгновенно просыпаться и тут же включаться в повседневную жизнь отряда поражала Платона уже не первую неделю.