![](/files/books/160/oblozhka-knigi-svezhak-si-325485.jpg)
Текст книги "Свежак (СИ)"
Автор книги: Валерий Шмаев
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)
Глава 10
Утром к Платону пришёл Гость. Мужик он был умный и прекрасно понимал, что Платон по дороге к Убежищу «загнул» километров на восемьдесят, но в пути не возникал и вот теперь пришёл за разъяснениями.
– И что это было? – Без излишних расшаркиваний начал знахарь.
– Ничего. – Спокойно ответил Платон.
– Обычные меры предосторожности при возвращении к Убежищу с посторонними людьми. Ты что-то имеешь против?
– Да, нет. Не имею. Заодно и прогулялись. Просто Боцман заметил. Да и Егерь настороженно носом водил.
– К Боцману у меня претензий меньше всего. Меня больше всего Ласка беспокоит и, как это ни странно, Егерь. У Ласки шило, сам знаешь, в каком месте, а Егерю жизнь нужна спокойная и размеренная. Он сто лет может в глухом углу просидеть и ему скучно не будет, а мы его в главные застрельщики определяем. Да ещё и с Катёной с которой он пылинки как с фарфоровой статуэтки сдувает.
– Обкатаем! – Легкомысленно заявил Гость.
– Так, когда пойдём обратно? – Платон наморщил лоб и задумчиво сказал.
– Через недельку. Дадим всем отдохнуть и насладиться горячим душем. Кататься на горбу у собственных подчинённых надо аккуратно – могут надорваться. Трое суток полноценного отдыха, а на четвёртые загоняй всех в зал и на тренажёры. Занятия в стрелковом симуляторе для всех без исключения. Тренировки с Яри для всех девчонок.
Ну и всё остальное: теория Улья, классификация неиммунных, прокачка даров. Мне тебя учить? Можешь нажраться до поросячьего визга с кем придётся, только личное оружие пусть все сдадут. Нам ещё стрельбы по-пьяни не хватало.
– Нажраться это мы завсегда. А ты? – Мгновенно откликнулся Гость.
– А мы нет. Мне надо с грысями по окрестностям походить – метки проверить. Денёк. Мы ещё Кнопку возьмём. Теперь без сенсора даже на рыбалку не сходить. – При слове «рыбалка» Гость оживился.
– Рыбалка – это хорошо. Надо сетки поставить. Рыбки свежей хочется.
– Как только, так сразу. Окрестности осмотрим, отправишь Боцмана с Егерем, пусть поставят. Народу прибавилось, надо будет разнообразить рацион.
В общем, ты шустри по организации праздничных посиделок и раслабухи для личного состава, а нам с Кнопкой надо позаниматься домашними делами. Той же воды накачать из озера. Моются все, а пашу я один. Буду приобщать Кнопку к административно-хозяйственной деятельности бункера. – На этой оптимистической ноте их разговор завершился.
Гость умотал по своим гостевым делам, Платон взялся за расчёску и устроил своим друзьям очередной почесон.
Пьянку Гость организовал грандиозную и где-то с середины светового дня, хотя в бункере понятие «световой день» весьма условно. Начали в обед в гостиной, затем плавно перетекли в бар, но Платон с Кнопкой ушли с посиделок быстро. Ушли к Тигру с Шушей – грысей Платон на посиделки не пустил, так как собирался уйти наверх. На удивление, в комнату к Платону скоро постучались Яри со Славкой, а через пару минут, неожиданно, подтянулся Боцман.
Здоровье у Боцмана восстановилось, держал он себя в форме, помогал девчонкам и оказался при возвращении в Убежище незаменимым помощником Гостя и Платона. Выглядел он теперь не заморенным задохликом, а тем, кем и был изначально – крепким, рассудительным воином, прошедшим за свою сложную жизнь и огонь, и медные трубы, и смерть близких ему людей. О его собственных смертях можно было бы не говорить. Судя по его ранениям, Боцман пережил их как минимум две.
Зайдя в комнату, Боцман покосился на готовящихся к выходу Платона с Кнопкой и спросил.
– С вами пойти можно? – Тут же включилась Славка.
– Мы тоже хотим. – Яри соглашающе угукнул и энергично кивнул головой.
– А оно вам надо? – Вопросом на вопрос ответил Платон.
– Присядьте, поговорим. Сейчас я хочу показать Кнопке устройство верхнего уровня нашего Убежища, а там есть некоторые вещи, которые я пока никому не показывал. Даже Гость с Кнопкой не знают.
Если вы со мной до упора – милости прошу, а если надумаете соскочить, то зачем мне это надо? Мой вопрос касается всех. Ответ надо дать сейчас. – Кнопка пожала плечами.
– Я тебе давно ответила – я с тобой. За это время ничего не изменилось. Как оказалось, спокойная жизнь в этом мире только за твоей спиной. Мне никогда не было так комфортно. – Сказав это, Кнопка села на пол рядом с Шушей и принялась её поглаживать. Сразу за Кнопкой высказалась Слава.
– Мой ответ ты тоже слышал. Я с вами. Лучше жить в новой команде и развиваться вместе с ней, чем сидеть в клетке стаба. Кнопка права – спокойной жизни здесь нет нигде, а Убежище – это островок нормальный жизни в бушующем море. – Славка была серьёзна. Она так и сидела рядом с Яри.
– Я ничего здесь не видел, но то, что видел, мне нравится. Я хочу здесь жить и быть вам полезным и….
Ты знаешь Лучник! Вы с Боцманом были правы. Мне так действительно легче – у меня как будто пелена с глаз упала. Теперь я вижу Ласку совершенно другими глазами, и то, что я вижу в ней, мне не нравится.
Ласка никогда не изменится ни по отношению ко мне, ни по отношению к окружающим её людям, но, как это ни странно, теперь лично мне намного проще – целей в жизни у меня прибавилось, а сама жизнь стала намного легче и интереснее. Так что я с тобой и, надеюсь, с Боцманом. – Яри был абсолютно серьёзен. Боцман себя ждать не заставил.
– Мой ответ очевиден. Ты спас мне жизнь. Мне Кнопка рассказала, что это ты в деревню полез, хотя Гость был против и я его совсем не осуждаю. Ты мне Лучник поверь – я и сам бы в деревню не пошёл и подчинённых бы не пустил, а ты поступил по-своему и люди за тобой пошли не задумываясь. Даже девчонки.
За это я тебе и всем остальным по гроб жизни обязан, да и команда подбирается неплохая. Все вроде жертвы обстоятельств, но добровольные – ты никого насильно не держишь.
С вами… удобно не то слово… легко и, девочка по имени Кнопка права, комфортно. Команду ещё сбивать и тренировать, но мне это привычно. Притрёмся. – Боцман был спокоен и уверен в себе.
– Хорошо. Тогда пойдём. – Поднялся с кресла Платон.
– Оружие брать? – Спросил Яри.
– Штатное возьмите, а гранатомёты не нужны. Там оружия как в хорошем оружейном магазине, а скоро ещё добавится. Идите, переоденьтесь как на выход и прихватите фляги с живцом. – Через полчаса все опять собрались у Платона.
Жил он у самого переходного тамбура на лестницы первого и третьего уровня. Здесь же в отдельной блоке стояли технические и наблюдательные мониторы, а сам отсек Платона закрывался на электромеханический замок с кодом.
Они вышли из жилого уровня, поднялись по лестнице, Платон открыл очередную дверь и шагнул в тёмный ангар. Свет зажегся автоматически, но разгорался постепенно и только в том секторе, где стояли люди. Из темноты медленно стали проступать очертания экранопланов.
Летающие машины стояли на транспортировочных колёсах и выглядели как большие, несуразного вида грузовики. В тот раз, когда их видел Гость, Платон не сказал ему, что экранопланы предназначены для передвижения по воздуху. Сообщил, мимоходом, что это экспериментальные плавающие вездеходы повышенной проходимости. После крайнего вылета Платон даже грузовой экраноплан не разгрузил и дальний склад, забитый оружием и экипировкой внешников никому, не показывал.
– Проходите, не стесняйтесь. Теперь мне нужна ваша помощь. – С усмешкой произнёс Платон. Они шли вдоль боковой стены ангара.
– Боцман! Я тебе сейчас покажу место на складе, сразу начинай выгружать два экраноплана, а я пока займусь своими делами. Вооружай и экипируй группу как на выход.
– Это что за машины? Я такие никогда не видела. – Робко спросила Слава.
– Плавающие вездеходы. Сейчас они законсервированы. Вы будете их разгружать, а я пока займусь технической стороной данного вопроса – их периодически надо обслуживать. – Почти не соврал Платон.
Со Славой надо было разговаривать предельно откровенно. Всё же ментат, но Платон просто не сказал всей правды. В конце концов, экранопланы могли передвигаться и по воде, и по болоту, и по дороге.
Добравшись до крайней летающей машины, Платон подключил внешнее питание грузового экраноплана и открыл люк багажного отсека и ворота склада. Включил свет и показал Боцману объём работ, а сам ушёл в кабину «грузовика».
Через полтора часа оба экраноплана были разгружены, а всё лежащее в них аккуратно разложено на складе. При этом Боцман довооружил группу одноразовыми гранатомётами. С Кнопкой разгрузка прошла быстро – сила её необычного дара по подъёму тяжестей, сейчас оказалась как нельзя, кстати, но Платон уже ждал их.
– Пошли наверх, осмотримся. – Коротко приказал он.
Первыми на волю выскочили Тигр с Шушей. Тут же Платону пошли картинки ночного леса, освещённого яркими, но редкими звёздами неба Стикса. Мелькнуло даже небо – грыси тоже ему удивлялись.
Небо было совсем неземное. Пара десятков огромных звёзд, освещающих окрестности блёклым светом, несколько сотен беспорядочно накиданных мелких, да какие-то чёрные водовороты, напоминающие Платону странные туманности.
Затем на улицу выбрались Платон с Кнопкой – без сенсора в ночном лесу делать было нечего, но в радиусе шести километров никого кроме грысей Кнопка не обнаружила. Чуть дальше пересекая соседний кластер по диагонали, удалялись от Убежища несколько слабых неиммунных. Такие стаи иногда проскакивали по лесам, и с этим ничего поделать было невозможно.
Они стояли на берегу озера и смотрели на чёрную гладь воды. Не было ни ветра, ни всплесков рыбы. Кнопка хотела уже позвать всех остальных, но Платон притормозил её. Послышался лёгкий шорох, и рядом появились Тигр с Шушей.
– Пойдём обратно. – Сказал Платон недоумевающей напарнице.
Короткий путь до бункера, дверь, переходной шлюз, коридор с так и стоящими у шлюза Славой, Яри и Боцманом и обратная дорога в грузовой ангар.
Подойдя к грузовому экраноплану, Платон приказал.
– Яри и Слава садитесь на сиденья, пристёгивайтесь и одевайте шлемы. Они включатся в общую сеть автоматически. Тигр и Шуша полетят с вами. Остальные за мной – и спокойно пошёл к разведывательному экраноплану.
Короткая предполётная подготовка, проверка датчиков, открытие ворот ангара и вот первый экраноплан в воздухе. За ним, как привязанный, следует второй.
Ночной Улей завораживает, но красоты природы Платона особенно не заботили – необходимо было срочно увести тяжёлые машины в сторону от Убежища. Взлетал Платон практически без звука, но маскировочный режим не включал. Уже в воздухе он осмотрел округу сканерами, но никого не обнаружил. Долго не перезагружающиеся кластеры вообще не изобиловали лесной живностью, а не иммунные на них надолго не задерживались.
Сначала Платон забрал сильно в сторону, километров на сорок, но на прохождении одной из границ кластеров, машину сильно тряхнуло, и он решил больше не экспериментировать. Развернулся и повёл экранопланы к базе-складу. При прохождении границ медленных кластеров технических проблем не возникало – экранопланы вели себя в воздухе как обычно. А вот на быстрых кластерах здорово падала мощность основных двигателей.
Маяк сработал за пятнадцать километров от летающих машин и дальше Платон повёл машину как по нитке. На подлёте он опять проверил всё сканерами, потом включил маскировочный режим и принялся нарезать круги над землёй. Всё было нормально. Только в овраге, где муры Рона расстреляли своих работников, кучковались восемь засветок – добрался кто-то до слегка присыпанных землёй трупов.
Экранопланы Платон посадил на ту самую крохотную полянку, рядом с которой они сделали тайники с оружием и экипировкой отряда. Притёрся загрузочными люками прямо к ямам, раздавив первые метры кустарника тяжёлыми корпусами летающих машин.
– Так вот почему ты приказал здесь тайник строить – вылезший из экраноплана Боцман хотел казаться спокойным, но голос выдал его.
– А я всё думал… зачем? Ведь полно мест более удобных к маршруту движения, а тебе просто поляна была нужна.
– Ну, да. Это единственное место беспроблемной посадки. Все остальные много хуже. – Пришлось признаться Платону.
– Класс! – Яри прямо лучился от восторга.
– Можно долететь куда угодно!
– Можно… но больше не на чем. Топливных элементов больше нет. Ещё полтора полёта и экранопланы превратятся в груду высокотехнологичного хлама. Два уже стоят на приколе. Встанут и эти два. Режим маскировки и глушения звука съедают энергию в шесть раз быстрее обычного полёта, а нормальный режим настолько шумен, что проще плакат рядом с Убежищем вывесить.
Замену топливных элементов производят, в нашем мире, специально обученные техники. Процесс несложен, но хранение запасных элементов фирмой-поставщиком не предусматривается. Служба имперских егерей организация государственная и обслуживается по плановым заявкам. Мы попали в Улей за неделю до замены батарей, поэтому энергии в аппаратах остались мизерные крохи. – Рассказывать всем о том, что топливные элементы можно зарядить прямо в ангаре Платон не собирался.
Пусть бойцы отряда привыкают ходить по красотам Улья собственными ногами. Да и ресурс двигателей не бесконечен. Будет лучше если летающие машины постоят в Убежище – целее будут.
– Кнопка! Глянь округу. В районе захоронения муровских пленников кучкуются восемь штук незнамо кого. Определить я не смог – мои сканеры о классификации не иммунных даже не слышали. Придётся тебе поглядывать, чтобы нас не съели.
Боцман! Загружайте экранопланы. Слева от грузового люка стоит датчик допустимой загрузки в килограммах. Большой экраноплан рассчитан на одиннадцать тонн, малый на тонну восемьсот груза без пассажиров. – Боцман привычно угукнул и полез в кусты вскрывать тайники.
Загрузили всё достаточно беспроблемно. Всё же пять человек, это не двое как изначально планировал Платон, да и упаковано всё было грамотными руками Боцмана. Грыси слушали звуки ночного леса – слух у помощников Платона был идеален, а Кнопка, периодически отрываясь от погрузки, сканировала округу. Так что прошло всё без эксцессов.
До могилы с пленниками Рона отсюда было больше восьми километров, а разговаривать им было не о чем – весь груз Платон специально расположил в тайниках таким образом, чтобы загружать в экранопланы было удобно. К середине ночи погрузка была завершена и на рассвете за летающими машинами закрылись грузовые ворота Убежища.
Выключив силовую установку, Платон разблокировал двери и выпрыгнул на бетонопласт ангара. Из соседнего экраноплана первыми выбрались грыси. Летать они любили, хотя бегать по лесу им нравилось больше.
– Боцман! – Обратился Платон к теперь уже второму своему заместителю – лучшего начальника склада вооружений можно было бы не искать.
– С сегодняшнего дня ты заведуешь оружейными складами. Допуск в этот ангар и на склады я тебе сделаю. Позже подойдёшь ко мне в комнату, и я забью твои параметры в базу данных и напишу коды электронных замков.
Яри и Слава тебе будут помогать. Тайра тебе нужна? – Боцман ответил сразу же.
– Не помешает, командир! Пусть девочками занимается. Только поговорим с ней на пару.
– Хорошо. Поговорим через пару дней. Заодно и Гостя в известность поставим.
Кнопка! Пошли с обустройством уровня знакомиться.
* * *
Второй, «длинный», как его назвал Боцман, выход начался по обыденному просто – с прогулки по быстрым лесным кластерам. Коротко они ходили достаточно часто – приблизительно раз в полторы-две недели, но через четыре месяца решили дойти до города Тайры и Катёны. Горох у них ещё был, но оставалось его уже не так уж и много и Гость, почесав свою переставшую седеть голову, принялся настойчиво намекать Платону о необходимости дальней «прогулки».
К этому времени в отряде всё немного устаканилось. Спарились Славка с Яри и Гость с Лаской. Кнопка периодически захаживала к Платону, но без семейных напрягов. Людьми они оказались взрослыми, а человеческую физиологию с попаданием в другой мир никто не отменил. Так что всё у них сладилось к обоюдному согласию. Вот только в один прекрасный вечер вместо Кнопки в его комнату пришла Тайра.
Странным для Платона было то, что девчонки этот пикантный момент между собой обговорили, а его просто поставили перед фактом. Мол, ничего личного.
Ты командир? Вот и заботься о подчинённых, если не хочешь бунта на корабле. Бунта на корабле Платон не захотел и принял ситуацию так, как она есть.
Ласка, заскочив в койку к Гостю, конечно, тут же попробовала его «построить», но обломалась восемь раз на следующее же утро. Прямо на завтраке, выйдя в общий зал в чём мама родила (то есть в миленьком полупрозрачном домашнем халатике по самое не балуйся). Ласка заявила спокойному как слон знахарю, что «она на тренировку не пойдёт и подкидывать этот долбанный шарик не собирается». (В Ласке проснулся дар телекинетика).
Нисколько не смущаясь заявлением, Гость, невозмутимо попивая кофеёк, заявил приборзевшей «любимой», что «ночь, проведённая вместе, не повод даже для знакомства», а раз она отказывается работать вместе со всеми, то и кормить её никто не собирается.
«А посему дорогая, будь так любезна, отдать командиру отряда все свои долги и приготовься выметаться из Убежища».
Попробовавшей выяснить Ласке «сколько она должна». Платон на пальцах посчитал стоимость двух жемчужин, скормленных ей к тому времени, плюс горох, спораны, проживание в комфортабельных апартаментах надёжного стаба, кормёжка, вооружение, обучение у знахаря и так далее и тому подобное. За минусом шести ночей, проведённых с Гостем. Ибо халявщики в отряде никому не нужны, а прикрывать её сиятельную задницу придётся всем бойцам отряда. С риском для своей жизни, которая вообще для каждого человека бесценна.
Собственно говоря, Ласка не была дурой. Просто данное поведение было очередным вывертом её надуманной исключительности. К тому же стоимость женских услуг в любом стабильном поселении, здорово озадачила Ласку. На чём, собственно, конфликт и закончился.
Платон был против подобного положения вещей. Он был готов развивать бойцов своего отряда за свой счёт, но Гость быстренько спустил командира отряда с небес на землю, а заодно опустил Ласку до состояния «ниже плинтуса» в присутствии всего отряда.
«Бойцов отряда – да» – сказал внешне спокойный, а на самом деле кипящий от ярости знахарь.
Выходка Ласки сильно ударила по его авторитету в их небольшом отряде вообще и по его самолюбию в частности.
«В отряд никого насильно не тащили. В том числе и тебя. Тебе сделали такое же предложение, как и каждому из нас. Согласилась? В тебя стали вкладывать недешёвые, в этом мире, ресурсы. Командир отряда идёт на это не ради собственной прихоти, а для укрепления обороноспособности поселения, оплачивая из собственного кармана очень недешёвые услуги знахаря. А я…» – Тут Гость сделал паузу, медленно оглядывая каждого сидящего напротив него бойца отряда.
«Знахарь хороший и за красивые глаза не работаю. Ежедневная прокачка даров, каждому из вас в течение длительного времени, сто?ит Лучнику очень дорого. Если кто-то этого не понимает, то это его личные проблемы.
Лучник! С сегодняшнего дня я с Лаской не работаю. Мне забот и так хватает, чтобы я занимался воспитанием тупой, рыжей су… самки собаки» – и Ласка остановилась в развитии даров.
Девушка могла метров на пять оттолкнуть от себя теннисный мячик и засушить травинку. Второй дар надо было развивать (ровно, как и первый), но Гость упёрся не на шутку и даже возвращение Ласки в его постель её подвешенного положения не изменило. (Кормление бойцов отряда раствором гороха проходило только через знахаря).
В то же время Ласка училась у Яри бою с нагинатой, но опять в одно лицо. Яри бывшую «любимую» демонстративно игнорировал. Учил, объяснял, исправлял ошибки, но общался как с абсолютно посторонним ему человеком, что доводило рыжую красавицу до белого каления.
Тем не менее, Ласка по стрельбе из стрелкового оружия одна из лучших в их небольшом отряде – у неё отличное зрение и глазомер. Да и в спецназ их мира не брали только за красивые глазки, длинные ножки и умение их раздвигать перед нужными людьми. Отбор в подразделение был жёсткий, и девочка-дюймовочка в него однозначно бы не прошла.
По владению с нагинатой Ласка на одном уровне с Тайрой и Кнопкой – они самые сильные и выносливые. Платон, Гость и Боцман тоже учились владению этим необычным оружием, но, как сказал в своё время Яри, факультативно. То есть тогда, когда у их учителя было свободное время, а оно у него совсем не резиновое.
Девчонок Яри разбил на пары – Слава работает с Катёной, а Тайра с Кнопкой. Отчего последние двое очень сдружились. (Даже Платона делили абсолютно поровну). Тем более что Славка стала наблюдателем (и партнёром во всех смыслах этого слова) снайпера отряда Яри, а Катёна тоже наблюдателем у второго снайпера – Егеря.
Соответственно Катёна со Славкой вместе дополнительно учились у Яри снайперингу. В Улье наблюдатель не только помощник снайпера с лазерным дальномером и снайперским планшетом, высчитывающий расстояние до цели, поправки на ветер, и так далее, чему с упоением учил девчонок и Егеря Яри.
Наблюдатель у снайпера – это человек, умеющий крутить головой на все триста шестьдесят градусов, следя, чтоб снайпера не сожрали, пока тот увлеченно отстреливает зараженных, а то и не заражённых противников. Так что Славка, Катёна и даже Егерь проходили дополнительные курсы у Яри и Гостя.
Тайре знахарь скормил уже третью жемчужину и у неё появился щит (её защиту сложно было пробить холодным оружием). Пулей его пока пробить не пробовали, но Гость сказал, что это только вопрос времени. Вторым даром у неё неожиданно выскочило замораживание жидкости и выскочило достаточно забавно.
Тайра обожглась чаем, да так, что Славка пару дней лечила ей ожог. Затем Гость дал Тайре жемчужину, а через неделю девушка, прикоснувшись, превратила кружку с кипятком в кусок льда для коктейлей, что вывело обычно невозмутимую Тайру из себя. В отличие от того же Платона, она пила не чай, а крутой кипяток и кусок льда, вместо привычной исходящей паром кружки, взбесил её.
Третий дар – левитация находится у девушки в почти зачаточном состоянии. Тайра может оторваться от пола на пару сантиметров и провисеть несколько минут, после чего падает без сил.
Платон тоже обзавёлся очередной троечкой необычных даров. Причём настолько необычных, что Гость ушёл от него задумчивей некуда. Платон всё время пребывания в наследственном бункере семьи Гордеевых «посторонних людей», думал, как обезопасить Убежище от рассекречивания его местоположения и теперь командир отряда учится контролировать свой дар. Название его Гость пока не придумал, а до этого о подобном даже не слышал.
Платон может блокировать память людей. То есть может, прикоснувшись к человеку, заставить его забыть какое-либо событие. В данном случае дорогу в Убежище. Они со знахарем в первую очередь развивают именно это, хотя действует дар пока очень непредсказуемо. В первую очередь просто потому, что развиваться надо на практике, а подопытных у Платона нет. Не станешь же практиковаться на Кнопке или Тайре – ещё забудут, зачем они по вечерам к Платону приходят.
Второй дар – неуязвимость выскочил у него совершенно неожиданно. Перед приёмом очередной жемчужины Платон каждый день в течение трёх недель работал спарринг партнёром у Яри, обучающего девчонок владению нагинатой. Соответственно получал Платон этой японской деревянной оглоблей изо дня в день совершенно не по-детски.
Теперь пробить кожу Платона холодным оружием можно и не пытаться. Что-то там сжимается или поле, какое вылезает. Гость дня три Платону эти премудрости объяснял, но тот так ничего и не понял. После крайнего объяснения Платон был в очередной раз послан знахарем на детородный орган, и они разошлись как в море корабли. То есть Гость нажрался с Егерем и Тигром, а Платон попытался спокойно поспать с понятным результатом. (В ту ночь была очередь Кнопки).
Третий дар – разновидность скрыта. Платона «не видят» не иммунные – не видят, не слышат, не чувствуют и ещё парочка-троечка «не». Распознав этот дар, Гость принялся икать и периодически икает до сих пор – он о таком даре даже не подозревал и долгое время не мог его понять. Только выскочив вместе с Платоном и Кнопкой в недалекий рабочий рейд по ближайшим кластерам, знахарь классифицировал дар. Заодно Платон погулял рядом с перевозбуждённым, бегающим под раскидистой берёзой лотерейщиком. (На дереве сидели Гость с обалдевшей Кнопкой).
У Боцмана появился дар клокстоппера. Что с его умением работать ножом и вообще любыми подручными предметами, включая собственные руки и ноги, делает его крайне опасным бойцом. Ну, а если учесть, что при этом он влёгкую может собрать до пяти литров воды из воздуха, то можно понять любого человека, которого Боцман поздравляет с добрым утром.
Третий дар Боцмана проявился тоже в одном из «коротких» рейдов. Он неожиданно стал «видеть» следы и теперь может работать собакой-ищейкой. Это, конечно же, в шутку. Знахарь назвал этот дар – «следак». В том рейде они два дня ходили за бегуном, и нашли его на мизерном быстром кластере с небольшой банькой и курятником. (Сам дом вместе с хозяином в Улей не перенёсся).
Шестидесятисемилетний Егерь, кроме идеального зрения и великолепного здоровья, обзавёлся личной зажигалкой, иногда выскакивающей у него прямо из пальца, что уже которую неделю вводит его в эмоциональный ступор. Егерь не всегда может контролировать этот маленький огонёк, загорающийся у него непроизвольно. Однажды утром Егерь завис в туалете, чем довёл до состояния кипящего чайника обычно невозмутимого Боцмана. (Любой закипит, если у него со сранья будут заблокированы оба нижних клапана).
Выглядит Егерь теперь не шестидесятипятилетним стариком, а крепким сорокалетним мужиком-боровиком. Этаким кряжистым лесовиком, которым он был лет двадцать назад, что иногда приводит его в состояние лёгкого замешательства. Особенно когда он утром бреется. Платон неоднократно замечал, что Егерь зависает у зеркала, ощупывая пальцами, с каждым днём, уменьшающиеся морщины.
На самом деле стремительное улучшение здоровья у Егеря и Боцмана – это исключительная заслуга знахаря. Гость ставит на них двоих свои эксперименты. Такие же необычные опыты, как и ежедневная прокачка даров, каждому бойцу отряда – приём горохового настоя и последующие занятия с дарами происходят только под присмотром знахаря. Что и как он делает, знает только Гость, но прогресс у всех поражает даже Кнопку, прожившую под небом Стикса уже несколько лет.
С грысями Гость с Платоном развивают скрыт и новый дар этих необычных кошек. Они научились быстро бегать и высоко прыгать в скрыте. Причём это коснулось только Тигра с Шушей. К тому же эти две с-котины (с-кот и с-кошка) опять выросли. Теперь Тигр весит сильно за восемьдесят килограммов, а Шуша чуть больше семидесяти. Гость недоумевающе чешет загривок, а Платон уже перестал хоть чему-то удивляться.
Скрытом кошки пользуются своеобразно – исчезают и появляются метрах в двухстах (или вообще в столовой или на кухне). Обычно это происходит тогда, когда на кухне появляется Катёна – она балует этих «миленьких домашних кошечек» свежей рыбкой, а грыси за свою благодетельницу удавят даже Егеря. Если он поведёт себя неправильно, разумеется. Егерь об этом прекрасно знает и в присутствии «кошечек» на Катёну даже голоса не повышает.
У Катёны помимо скрыта прорезался дар сенсора. Больше жемчуга Гость решил ей пока не давать – девочка и так еле ноги таскает. Она ведь с самого своего появления в Убежище в бронежилете ходит.
Сначала Катёне отдал свой броник Платон, достав его из хранилища, а потом они привезли бронежилеты, отложенные Боцманом на складе батальона спецназа. С тех пор бронежилеты как приросли к девчонкам – злобный Боцман так девчонкам силу и выносливость тренирует. Впрочем, броники на тренировках (да и, чего греха таить, после тренировок) носят все без исключения.
Кнопка получила дар ставить непробиваемый пулями щит. Она перед приёмом жемчуга целый месяц всё своё свободное время тренировалась на стрелковом симуляторе стрелять навскидку из любого оружия (хотела получить быстрострел). Но Платон по совету Гостя поставил симулятор на такой уровень, что его напарницу каждый день десятки раз, условно убивали, и сделать с этим она ничего не могла, как ни старалась.
Яри видит уязвимые точки у не иммунных и вообще видит, куда и как стрелять – на стимуляторе он попадает туда, куда хочет. Его мозг работает как баллистический блок стрелкового комплекса, автоматически выбирая цели по мере убывания степени опасности поражаемых объектов. Что приближает хорошо обученного снайпера, вооружённого крупнокалиберной снайперской винтовкой, к уровню «стрелковый бог».
Второй дар Яри – воздушная плеть. Выскочил он совершенно непредсказуемо и обескуражил в первую очередь самого носителя этого дара. Гость отнёсся к увеличившейся нагрузке философски и расставил в спортивном зале самые разнообразные предметы. Теперь бедняга Яри, обливаясь потом, сбивает их своим персональным сквозняком.
Боцман построил и вышколил отряд в более-менее организованную, как он выразился, стаю бабуинов. (Некоторые выражения десятников, старших прапорщиков, войсковых старшин, старших фельдфебелей, старших мичманов и гранд-прапорщиков остаются неизменными независимо от мира, в котором эти выражения произносятся). Ровно, как и функции всех вышеперечисленных званий, остаются прежними – создание некоего воинского подразделения из дикой и порой неграмотной и, в большинстве случаев, неуправляемой толпы новобранцев.
В процессе обучения и ежедневных тренировок Платон получил полторы сотни новых стрел, выкованных Егерем и модернизированных руками Боцмана и Гостя. Да и сам приложил к их изготовлению свои знания, а девчонкам Егерь выковал и облегчил нагинаты, сделав их полыми, металлическими и немного короче обычных боевых. Тем более что все девчонки владели этим холодным оружием на должном уровне. У Яри претензий к ученицам с каждым днём было всё меньше и меньше.
Некоторые сложности возникли у Платона в тот необычный миг, когда он показал Гостю склады верхнего уровня, заваленные трофеями от внешников и намародёренным оружием, собранным Платоном на месте боя. До того времени знахарь видел только парочку транспортировочных контейнеров с минами и гранатами от внешников из запасов Рона.
Сначала Гость, молча шарился по транспортировочным коробам, а потом сел на один из них и ошарашенно произнёс.
– Ну, ты дал! Это даже не стране угля – всем по пояс будет. Это достанет до задницы матёрой элиты. Ты хоть понимаешь, что всё это означает? – Платон как можно безразличнее пожал плечами и ответил.