Текст книги "Моя Академия 15 (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

Соавторы: Евгений Син
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

– Поняла, – серьёзно кивает Аглая. – А ты сейчас…

– А мы сейчас заглянем к Генриху Олеговичу, – отвечаю на незаданный вопрос и делаю акцент на слове «мы». Пусть девчонки привыкают, что Ариадна будет ближайшие шесть часов с нами. – Олеся, пока Аглая собирает остальных, можешь пойти с нами.

– Нет, я, пожалуй, переоденусь. Раз у нас работа, нужно быть готовой. – Кажется, девушка реагирует на слово «мы». Разворачивается и быстрым шагом уходит в сторону комнат.

Девчонки кидают на меня осуждающий взгляд и уходят следом.

– Грубовато ты так с ней, – с откровенным сочувствием к Олесе замечает Ариадна.

– В каком смысле? – удивляюсь.

– Нет, ничего, я не лезу не в своё дело, – говорит девушка. – Просто мысли вслух.

Не отвечаю, чтобы не развивать тему. Тут что не скажи – останешься виноватым. Выяснять отношения сейчас некогда.

Поднимаемся на четвёртый этаж. Ариадна с интересом смотрит на окружающие пустоватые интерьеры замка.

– У вас как-то бедненько, – замечает она. – Хотя площади значительно больше, чем у нас.

– Замок появился не так давно, – рассказываю. – На его украшение, я так понимаю, пока нет сил, хотя средства, скорее всего, есть.

– Как всегда, – улыбается менталистка. – Но, знаешь, самое интересное происходит именно в таких заброшенных местах.

За ничего не значащей беседой доходим до кабинета директора. Дверь открывается сама.

– Орлов, я так понимаю, ты не один, – не слышу привычной доброжелательности в голосе директора. Тон серьёзный и сосредоточенный. – Ариадна, проходите.

Заходим в кабинет, и дверь за нами захлопывается. Слишком всё официально. В воздухе чувствуется напряжение.

– Позвольте выразить вам своё неудовольствие, господин Орлов. – серьезно говорит директор. – Вы, конечно, сделали то, что должны были сделать. Всё правильно, но пользоваться ресурсом, который вам не принадлежит – не самая лучшая идея. Имейте в виду.

Глава 9
Часть команды – часть корабля

– Не согласен, Генрих Олегович. Точнее не согласен по принципу, а не по фактам, – отвечаю. – Я сейчас выполняю ту работу, которую должны выполнять взрослые маги. Ту работу, которая нужна Империи. К тому же, кроме меня, сделать её никто не может, поэтому и хочется иметь некоторые преференции от Империи. Тем более, что в данном случае они оправданы.

Для меня очевидно, что мы говорим про Ариадну и про то, что я решил прикрыть её, спрятав в Академии Седьмого шага от менталистов. Технически я, конечно, не имел права делать подобные вещи, но чисто практически перевезти девушку сюда – наиболее простой путь из всех возможных и доступных.

– Ладно, Орлов, принимается, Академия поддержит Юру, да и вас тоже, – соглашается директор после небольшой паузы. – Я тебя не для этого позвал.

Генрих Олегович берёт со стола небольшую коробочку.

– Держи, – обращается к Ариадне. – Давай, смелее.

Девчонка сначала смотрит на меня, потом снова на шкатулку в руках директора.

Легонько подталкиваю менталистку локтем.

– Стандартное кольцо, как у ребят, – поясняет директор и кивает на меня. – Я включу тебя в их внутреннюю переговорную сеть, сможете держать связь на любом расстоянии, зависит от вложенной магии, но им эта информация без надобности, а вам, как менталистке, будет несложно разобраться с функционалом. Ребята, вон, быстро разобрались, да ведь? – Снова бросает взгляд на меня. – Ограничение – только места, подобные карцеру в вашей Академии. Их мало, но такие места существуют.

Тут я мог бы добавить, что даже другой Мир не является ограничением, но не буду.

– Теперь отвечу на главный вопрос, – продолжает директор. – Ариадна, в Академии вы не останетесь.

Внимательно смотрю на Генриха Олеговича.

– Почему? – интересуюсь и смотрю на Ариадну – в её глазах секунду плещется отчаяние, но девушка тут же берет себя в руки.

– Подожди, девочка, я не договорил, – директор тоже замечает реакцию менталистки. – Орлов, ты хочешь, чтобы она осталась тут? А ты подумал, что у нас нет возможностей для развития ее потенциала. Например, нормальных менталистов, которые могли бы обучать ее направлению магии? Среди наших преподавателей подобных нет.

Обращаю внимание на оговорку «которые могли бы обучать», но не педалирую тему.

– Поэтому ты, девочка, извини, но учиться здесь не будешь, – продолжает Генрих Олегович. – Но мы тебя прикроем, и время я потяну. Правда, запрос от Академии менталистов я уже получил.

– Так рано? – удивляюсь.

– Юра должен был тебе сказать, что объекты их направленности на особом счету, – поясняет директор. – Менталисты не могут беспроблемно перемещаться по Империи. Кстати, твоих кураторов очень интересует, как ты оказалась в городе, – обращается к Аридане. – Но это уже второй вопрос. Мало ли что их интересует… – первый раз за весь разговор усмехается директор. – Если они об этом не узнают, тем лучше. Пусть немного потреплют себе нервы.

Похоже, Генрих Олегович тоже не очень любит эту Академию.

– А за что их любить? – будто услышав мои мысли, говорит директор. А, может быть, и без всякого «будто бы». – Я безусловно признаю их полезность, но необходимость постоянно поддерживать щит на своём разуме во время общения с ними, раздражает. Хотя, на самом деле, это в каком-то смысле полезная привычка.

– Да, это не очень удобно, – с пониманием киваю.

– Вдобавок ограничивает в чувствах, – продолжает директор. – Ладно, отложим размышления по этому поводу. Вернемся к насущным вопросам. Итак, здесь я тебя не оставлю, – снова обращается к Ариадне. – Но у меня есть обязанные лично мне люди, связанные с вашим направлением деятельности. Так что мы решим твою проблему, и решим быстро. Скажу одно: пока что запросу из Академии Менталистов ходу не даю. Время у меня действительно ограничено, и они, все же, в своём праве: поэтому вариант, предложенный Юрой, утверждаю. Вся твоя группа, Орлов, отпущена с занятий, и вы прямо сейчас поедете на практику. Я правильно понимаю, что вас будет сопровождать группа охотников?

– Да, всё так, – подтверждаю.

Вижу, как директору не нравится быть в уязвимом положении без права выбора. А подстраиваться под решения брата – тем более.

– В серьёзные охотничьи бои не вступайте, – говорит он. – Если что, обращайтесь в батальон зачистки. Они же довезут тебя до группы охотников.

– Откуда они знают, куда ехать? – удивляюсь.

– Орлов, батальон зачистки отлично контролирует всю территорию, – поясняет Генрих Олегович. – Ребята сами её осваивали. А то, что охотники считают, что они проскользнули незамеченными, то это далеко не так. Военные всегда знают, кто и где шарится у них по территории.

Менталистка не вмешивается в наш разговор и не задаёт вопросов. Девчонка будто сливается с пространством: в какой-то момент я забываю, что она находится рядом. Ещё одно забавное свойство менталистов – просто раньше не акцентировал на этом внимание.

– Так, с вопросом по поводу охоты закончили, – подытоживает директор. – А вы чего ждете, юная леди? Не знаете как носят кольцо?

Ариадна надевает кольцо на палец, и через секунду происходит привязка. Директор привязывает его к девушке с помощью крови, точно так же, как и пространственное хранилище.

– Рассказывай, что там у вас по защите? – обращается ко мне Генрих Олегович. Он уходит от официального тона – видимо, наконец принимает ситуацию. – Набрали амулетов?

– Закупились в городе, – отвечаю. – В круглосуточной лавке.

– Знаю такую, – тянет Генрих Олегович с некоторым скепсисом в голосе. – В принципе, если не пойдёте в центр Очага, то нормально. Хватит и этого добра. А! Я смотрю, Юра расщедрился? – узнает защитный амулет имперского мага на пальце менталистки.

– Я отдал ей свой, – говорю.

– Молодец, правильно сделал… Тогда тебе тоже небольшой подарок. – Директор бросает тонкое кольцо мне в руку. – Щит последнего шанса, такой же, нужная вещь. Правда, сделать его могут не так много людей. Да что там – человека три во всей Империи. Юра, похоже, отдал тебе свой. Интересно-то как. – Поглядывают на меня и на Ариадну. – Что ещё? Девочка, не куксись. Решат твою проблему. Не отдадут тебя этим злобным упырям. Успокойся уже. Удивительно, ты вроде учишься на первом курсе, месяц уже прошел, а эмоции не потеряла. Даже странно как-то.

Генрих Олегович тоже замечает эту особенность менталистки. Взять ту же Юлию, которая сопровождает имперского мага: там ни грамма эмпатии, сопереживания или недовольства, только холодный расчет и рассудок. Здорово, конечно. Особенно в момент принятия важных решений. Но разве это жизнь? Ладно, большинство менталистов отказываются от эмоций по своей воле. Хотя, если верить словам Прокофьева, его сына заставили силком. Возможно, бывает и такое – сейчас уже ничему не удивляюсь.

– Всё благодаря Лариону, – кивает на меня Ариадна. – Он напомнил мне в нужный момент о чувствах, доме и обо всём дорогом, что у меня есть.

– И ты смогла спрятать чувства и воспоминания? – Приподнимает брови Генрих Олегович.

– Смогла, – подтверждает менталистка. – Меня проверяли в Академии – ничего не заподозрили.

– Молодец, уважаю, – отвечает директор. – Но это может вылиться в проблемы в моментах твоего обучения. Ладно, это не моя головная боль, сами потом будете разбираться. Всё, заканчиваем разбор полётов. – Смотрит на меня. – Собирай свою группу и спускайтесь к парковке вездеходов. Вас там будут ждать.

– Ещё один вопрос, Генрих Олегович…

– Потом, Орлов. Всё потом. А сейчас не мешай мне делать доброе дело и безопасно для себя нарушать законы. В этом есть определённое удовольствие. Все. Побежали, побежали. У вас мало времени.

– Насколько мало? – интересуюсь.

– Понятия не имею, – пожимает плечами Генрих Олегович. – Но лучше пошевеливаться. Они могли направить запрос вместе с винтокрылом, и тогда счёт идёт на минуты.

Переглядываюсь с Ариадной.

– Хотя, если честно, я так не думаю, – признается директор. – Я главный в этой Академии, и, чтобы хоть что-нибудь требовать, нужно иметь предписание, а получить его по щелчку пальцев не получится даже с хорошими связями. Так что не рискуем и не рассиживаемся.

«Ребята, прямо сейчас мы выходим на охоту, – сообщаю в общую сеть, как только выходим из кабинета. – Директор официально отпустил нас с занятий. Проблем не будет».

«Ура!» – слышу, как кричит Макс.

«От души», – поддерживает его Марк.

«Через сколько встречаемся? – переходит к делу Аглая. – Мы уже готовы».

«Как можно быстрее, – отвечаю. – Все подходим на стоянку вездеходов батальона зачистки».

«Нас повезут на вездеходе?» – слышу восторженный голос Марины.

«Да, – говорю в сеть. – Нужно взять еду хотя бы на один полный день».

«А зачем? – удивляется Марина. – Мы же собирались всего на полдня».

'В общем-то да, но лучше подстраховаться на всякий случай, – объясняю ребятам. – Марк, можешь сходить к Германычу? Пусть он выдаст тебе пайки и запишет на меня.

«Сколько?» – коротко спрашивает Марк.

«Бери на каждого из расчёта на пару дней, – прикидываю – И ещё один комплект сверху».

«Хочешь сказать, та девчонка всё-таки пойдёт с нами?» – недовольно уточняет Олеся.

«Я теперь всегда с вами», – отвечает Ариадна. Видимо, менталистка быстро разобралась, как работает общая сеть, и, как поддерживать связь. Директор сказал правду – там ничего сложного.

Повисает недолгое молчание.

«Олеся, можешь дойти до Пилюлькина за эликсирами?» – снова возвращаюсь к делу, не объясняя происходящего. Сейчас точно не время и не место. Тем более, директор сам велел спрятать Ариадну в Очаге до момента, пока ситуация разрешится. Нам просто нужно выиграть время. Говорить, что Ариадна не останется в Академии тоже пока не собираюсь – мало ли, что там решится по факту.

«Смогу», – отзывается Олеся.

«Аглая, проанализируй еще раз, что может понадобиться нам на выходе, – отдаю ещё одно распоряжение. – И оперативно сообщи мне, если чего-то не хватает. Можем закупиться у Германыча. И ещё один вопрос сразу ко всем: каждый попробовал заряжать свою костяшку?»

«Да», – звучит дружный ответ.

«То есть по одному резерву у нас всех есть… – размышляю вслух. – Вот и славно. Тогда за дело, ребята, выходим».

Спускаемся вместе с Ариадной к выходу и ждём наших.

В принципе, собираемся оперативно.

Первой приходит Олеся. Похоже, директор успел предупредить Пилюкина, и целитель сразу выдал снаряжённые пояса с эликсирами. Судя по цвету флаконов, комплектация точно такая же, как и для похода с Юрием Олеговичем.

Олеся подходит к нам одна, ребята еще собираются.

– Держи, Ларион, – официально произносит Олеся. – Пилюлькин дал каждому по комплекту.

– Спасибо, – благодарит Ариадна и забирает один из поясов себе.

– А вы давно знакомы? – после секундного молчания спрашивает Олеся и окидывает менталистку не самым добрым взглядом.

– Давно, – улыбается Ариадна и сразу же добавляет: – Ларион в своё время попал ко мне в госпиталь. Так что знаю его очень давно и только с лучшей стороны.

– То есть вы его выхаживали? Вы целительница? – удивляется Олеся.

– Нет, я ментальный маг, – спокойно поясняет Ариадна, не замечая колкости в вопросах. – У меня поздно открылись возможности.

– Почему ты ничего не рассказывал про девушку? – спрашивает Олеся, обращаясь ко мне. Не знаю, что она хочет показать этим вопросом, но никто из нас не реагирует.

– Он не мог ничего рассказать, – улыбается Ариадна. – Меня к нему распределили не так давно.

Менталистка решает поддержать меня, чем вызывает новую волну возмущения:

– Распределили? – цепляется за слово Олеся.

– Да, – подтверждает Ариадна. – Ммперский маг забрал меня из Академии и прикрепил к Лариону в качестве сопровождающего, если так можно выразиться.

– Вы теперь всё время будете с ним? – ревностно уточняет Олеся.

Нужно отдать должное: ни одна из девчонок не переходит границ. Олеся обращается крайне уважительно, хоть и эмоционально. Ариадна разжевывает ответы чуть ли не до мелочей, но не говорит того, о чем не стоит распространяться. Ровно столько информации, сколько позволено знать.

– Не всё время, – улыбается менталистка. – По крайней мере, сейчас… А потом, с большой вероятностью, мы будем вместе довольно часто. Имперские маги, если он станет имперским магом… к людям не особо выходят. Никто не должен знать, о чём они думают и что планируют. Это основной нерв Империи. Поэтому я буду присутствовать в большей части выходов Лариона. Менталисты, как секретари: вроде бы незаметны, но работа без нас не делается.

Ариадна, очевидно, всё ещё старается не обидеть девчонку, но в то же время очень аккуратно даёт ей понять, что с присутствием менталиста в моей жизни Олесе придётся в любом случае смириться. Какой бы статус она в будущем не получила бы, и в каких взаимоотношениях мы бы с ней не состояли. Олеся, кстати, понимает это довольно чётко. Видно, что в голове у девчонки сейчас идёт непрерывный мыслительный процесс – она что-то решает для себя и делает определенный выводы. Какие именно – мне, если честно, конкретно сейчас знать не хочется. Меня больше волнует, как быстро вся группа соберется на стоянке, и, насколько хорошо мы укомплектованы.

– Поможете мне с поясом? – обращается к Ариадне Олеся. Кажется, она немного оттаяла, как только получила ответы на все свои многочисленные вопросы.

– Можно на «ты»? – обращается к ней менталистка. – Мы же теперь, вроде как, в одной группе.

– Да, без проблем, – отвечает Олеся, и обе девушки начинают возиться с поясами.

В принципе, Олеся точно могла справиться с поясом и сама. Не такие уж там мудреные застёжки Но подгонять пояс под фигуру, конечно, удобнее вдвоём. Можно сказать, что определенный шаг навстречу сделан, и меня этим шагом даже не накрыло. Выдыхаю. Может быть, всё пройдёт намного спокойнее, чем я предполагал.

– Тебе помочь? – спрашивает Олеся, протягивая пояс.

– Спасибо, я сам, – решаю не гневить судьбу. Быстро застегиваю пояс и недолго настраиваю застежки.

Пока ждём остальных ребят, девушки обсуждают целительство. Кажется, это их главная общая тема. Олеся быстро ориентируется и пытается перетянуть одеяло и внимание Ариадны на себя. Что ж, мешать ей не намерен. Чем спокойнее пройдет наш пробный выход, тем лучше.

Через несколько минут к нам подходит Аглая.

– Я смотрю, у нас тут потеплело. – Кивает на девушек, которые беспрерывно болтают.

– Есть немного, – соглашаюсь.

– В общем, как ты и просил, я всё проанализировала, – сообщает Аглая. – В принципе, нам не хватает пары-тройки обычных накопителей, и то на всякий случай, если вдруг понадобится нейтральная магия. В общем-то, больше ничего не нужно. Всё остальное можем спокойно проигнорировать. Выход слишком короткий, чтобы набирать с собой огромные рюкзаки непонятно чего. В следующий раз, если время выхода будет больше, можно подумать, что добавить к этому списку. И я постараюсь всё подготовить заранее.

– Спасибо, – благодарю Аглаю.

Девушка отчитывается, скорее, на автомате: на самом деле, всё её внимание приковано к разговору Олеси и Ариадны.

– Они что теперь лучшие подружки? – спрашивает Аглая чуть громче, чтобы девушки тоже услышали.

– Просто никто из вас не знает так много про целительство, – отвечает Олеся менее сдержанно, чем обычно. И это меня удивляет и одновременно пугает – видимо, всё-таки внутри девчонки накапливается напряжение. И это не очень хорошо.

Не успеваю хорошенько обдумать, что делать со всей этой нестандартной ситуацией дальше, как появляются остальные ребята. Марина идёт впереди, Марк и Макс следом. Парни идут не очень быстро и несут небольшой, но, судя по всему, довольно тяжёлый ящик.

– Орлов, принимай! – недовольно говорит Макс.

– Не понял. – Поднимаю ящик и прикидываю, насколько он тяжелый. – А что в нем такое? – задаю вопрос.

Макс вытирает рукавом мантии пот со лба.

– Треть ящика – патроны, – поясняет Марк. – Пайки… Германыч положил три накопителя… На всякий случай, сказал, и маленькая передачка бойцам зачистки. Говорит – они знают.

Глава 10
Обсуждаем покушение

Всей группой спускаемся к стоянке, где обычно стоит пара вездеходов бойцов зачистки. Сейчас на месте остался только один. Второй буквально несколько минут назад куда-то свинтил.

Боец в чёрной броне с открытым забралом стоит в ожидании около машины. Заметив нас, он тут же закрывает лицевой щиток.

– Здравствуйте, – здороваюсь.

– И вам привет, господа студенты, – отвечает боец. – Загружайтесь, отсек вас ждёт.

– У нас передача от Пилюлькина, – сообщаю.

– Отлично! Можете оставить там же, – кивает боец в сторону отсека.

Сейчас, без добычи, отсек кажется пустоватым. Наша группа без проблем помещается внутри, и там ещё остаётся место.

Боец подаёт руку девчонкам и помогает им забраться. Мы с ребятами забираемся сами.

– Я справлюсь, – слышу, как Аглая отказывается от помощи. Боец не настаивает. Пропускает девчонку вперёд и следом за ней закидывает ящик с пайками и патронами.

Выглядываю в открытые двери вездехода и вижу быстро приближающуюся чёрную точку. Для Юрия Олеговича несколько рановато, но не узнать винтокрыл, в общем-то, невозможно.

Боец тоже замечает корабль. По крайней мере, его вальяжные и спокойные движения меняются: становятся более выраженными и резкими. Он быстро закрывает задние двери, обходит вездеход и буквально взлетает на водительское сидение. Сквозь небольшие окна смотрю, как винтокрыл с синей полосой по боку заходит на посадку. Именно эта полоса говорит о том, что машина служебная и вряд ли это Юрий Олегович: корабль имперца совсем другой. Корабль садится, и в эту же самую секунду наш вездеход трогается с места. Кто выходит из винтокрыла, я уже не вижу.

Ариадна слегка касается моего плеча.

– Я знаю, кто прилетел, – говорит менталистка. – Это следователи и сопровождающий из моей Академии. Я уже видела этот винтокрыл раньше. Помнишь, когда они прилетали и пытались узнать, как во мне открылись способности.

– А этот сопровождающий что ли не прикрывает их? – удивляюсь.

– Прикрывает, – улыбается девушка, – но так, спустя рукава.

– О чём вы там шепчетесь? – спрашивает Олеся. Она, вроде как, случайно садится напротив нас.

– Если по поводу выхода, нам тоже не помешало бы знать, – замечает Аглая. – Или у вас свои секретики?

Внимание всей группы полностью сосредотачивается на мне и Ариадне.

– Никаких секретов, – говорю. – Предлагаю разобрать подарки, – обращаюсь к ребятам и меняю тему. Нужно привыкать, что мы с Ариадной вряд ли теперь сможем разговаривать о личных делах без лишних ушей. Хотя, как только Ариадна полностью освоит функционал общей сети можно попробовать разговаривать тет-а-тет в любое удобное время.

– Итого у нас треть ящика – это пайки, – продолжаю раздавать ребятам всё, что заказали у Германыча и Пилюлькина. Пояса с эликсирами, кроме меня, успели нацепить только Олеся и Ариадна.

– Могу забрать все пайки себе, – предлагает менталистка.

– А неплохая идея! – одобрительно киваю. – Марк, передавай.

Парень отдаёт пайки Ариадне. Они мгновенно исчезают в пространственном кармане.

Вижу, как Олеся сначала недовольно осматривает пальцы менталистки, потом мои. Видит два практически одинаковых пространственных кольца и еле заметно фыркает, но молчит.

– Так, дальше патроны. – Пока Марк управляется с пайками, Макс выуживает из ящика несколько плотно набитых пачек.

– Это мне, – говорю и забираю пачки патронов.

Они исчезают в моём новом пространственном хранилище. Оно немного меньше предыдущего, но места всё равно с избытком.

– Может, нам всем стоит подумать над такими штуковинами? – предлагает Аглая, глядя, как мы с Ариадной распихиваем содержимое тяжеленного ящика.

– А зачем? – вмешивается Макс. – Ходить на охоту без Лариона мы пока что вряд ли будем. Если идём, то всей группой. Лучше поискать амулеты, которые нас усилят. Что толку с шести пространственных колец?

Аглая закатывает глаза, но не продолжает обсуждение. Чувствую некоторое неудобство. Ариадна тоже слегка ударяет меня в бок. Но, если так посмотреть, Макс абсолютно прав.

– Сегодня пробный выход, вот и посмотрим, чего нам не хватает для полного счастья, – говорю ребятам. – Кстати, накопителей Германыча на всех тоже не хватит, так что распределяем по девчонкам. Аглая будет держать животных, а Марина с Олесей поставят завесу с молнией и водой. Мы с вами работаем по одному, нам дополнительная магия пока не особо нужна.

Девушки кивают и разбирают накопители.

– А нашему новому члену отряда не досталось? – с интересом спрашивает Аглая.

– На этом выходе не пригодится, – отвечаю за Ариадну. – С людьми вроде воевать не планируем…

– Моих сил хватит, чтобы прикрыть нас всех от ментальных атак животных, – поясняет Ариадна. – Но если встретим стаю тварей прорыва, можно не переживать, я смогу их притормозить. У них почти человеческий разум. Пусть он и не очень развитый и сильно чуждый… но по объёму для моего воздействия в самый раз.

– Уверена, что справишься без накопителя? – уточняет Аглая. В голосе слышится недоверие. – Я могу одолжить свой.

– Нет-нет, тебе нужнее, – улыбается Ариадна. Кажется, она нащупала болевую точку и очень аккуратно по ней проехалась. Надеюсь, этот отрезвляющий эффект сохранится как можно дольше: не хотелось бы этих взаимных подколок во время выхода. – Моих сил точно хватит, чтобы сдержать стаю монстров – и это не голословно.

– Тут ещё передачка от Пилюлькина, – Макс забирает внимание на себя. И я ему за это очень благодарен. – С ней что делать?

– Сказали оставить в отсеке, значит, оставляем здесь, – отвечаю. – Ящик большой и громоздкий, нашего там всё равно ничего не осталось.

Макс кивает и двигает полупустой короб ближе к стене, чтобы он не мешался под ногами.

– А вам разве не интересно, что там? – спрашивает Марина, чуть вытягивая шею.

– Вообще не интересно, – отвечаю, – вряд ли там лежит то, что сильно нас удивит. Раз запечатано, значит, не трогаем – не наше.

В отсеке повисает молчание, а я тем временем прикидываю: мы прошли практически по самому краю. Если в Академию пригнали следователей, значит, администрация менталистов начала играть грязно.

«Ариадна, – перехожу на внутренний канал общения, – ты ничего не хочешь мне рассказать?»

Связаться с менталисткой мне ничего не стоит: так же, как я в своё время выделял чат только с Олесей, сейчас выделяю мысленный чат с Ариадной. Девушка мгновенно отрывается от вида за окнами вездехода и смотрит мне в глаза. Лес продолжает мелькать.

«Ты точно не знаешь, в каком состоянии остались те, кто на тебя напал?» – задаю вопрос.

«А это имеет значение?» – уточняет Ариадна. Похоже, девушка довольно быстро разбирается с функционалом, ну, или мой вызов как раз помогает ей выделить отдельный канал. В общем, никто ничего не слышит.

Ариадна тут же берет себя в руки и снова поворачивается к небольшому окошку, будто ничего не происходит. Всего на секунду мне кажется, что Олеся заметила наш молчаливый контакт, но потом решаю об этом не думать.

«Не знаю, – говорю менталистке. – Видишь ли, следователей просто так не приглашают. Мне просто нужно знать, чем оперировать в разговоре с Юрием Олеговичем».

Девушка ненадолго задумывается и пересылает мне образ. Чувствую, как она аккуратно стучится в мой разум. Соглашаюсь и принимаю полный пакет того, что она помнит.

…Девчонка идёт по лестнице на третий этаж.

Смотрю её глазами. Вокруг стены старинного замка, довольно опасная лестница: низкие чугунные решетки и деревянные перила. На стенах развешаны портреты не особо известных мне личностей, да и Ариадна на них не концентрируется. Неожиданно мало света. Лестница освещена из рук вон плохо, и менталистку это удивляет. Но она поднимается в выделенную ей комнату, поглощенная мыслями. Скорее даже захваченная мечтами – примерно так считываю немного чужеродные ощущения.

Понимаю, что девчонка выдаёт мне абсолютно всё как есть. Специально или случайно, но в этих образах присутствуют определённые розовые, хотя и очень циничные, мечты. И что самое интересное, в них присутствую я.

Непроизвольно краснею. Ариадна краем глаза отслеживает мою реакцию и еле заметно улыбается. Теперь у меня не остается сомнений в том, что Олеся видит наше общение, но Ариадна кидает образ по-старому – как раньше. Через кольца такое не передашь.

Остальные ребята заняты своими делами: Марина возится с поясом, Аглая перебирает содержимое своей сумки, а парни о чем-то мимоходом переговариваются. Только Олеся внимательно смотрит то на Ариадну, то на меня.

Возвращаюсь к воспоминанию.

В какой-то момент появляется ощущение, что Ариадна не может поднять ногу и словно запинается. Девчонка опускает взгляд, чтобы проверить и тут же чувствует удар: мягкий толчок в бок, словно кто-то за секунду успевает отодвинуться от стены и мягко, чтобы не спровоцировать защитные амулеты, выталкивает её за перила высокой лестницы.

Секундное падение, страх, мелькающие в калейдоскопе лестница, внутренний колодец и чёткие образы трёх разумов наверху. Ариадна не просто узнаёт эти разумы, а фактически видит силуэты людей, которым они принадлежат.

Девчонка не успевает не то что среагировать, даже задуматься – как активизируется наследие лже-Кольцова. Существо из другого мира оставило девушке очень неплохой подарок, так же, как и мне.

Господин Кольцов был прекрасным менталистом и боевиком, а иначе быть и не могло. Поскольку он был следователем в полях, а не дознавателем, который бы сопоставлял аналитические сводки. Кольцов в прошлом именно провокатор и прямой агент службы безопасности Империи. Следовательно, его боевые навыки имели определенный перекос на автоматизм. И здесь срабатывают именно они.

Навык Кольцова прекрасно отследил всех троих товарищей, сделал выжимку того, как двое формировали сферу невнимания, а третий мягко выталкивал девчонку за перила.

Анализ ситуации с помощью навыка проходит буквально на автомате, и так же на автомате от девчонки исходит вполне себе убийственный импульс. Именно таким сам Кольцов при случае встретил бы своих убийц, если бы такая ситуация произошла с ним. Каждое действие наработано тысячами повторений.

Следователь внутри Ариадны абсолютно равнодушно занимается тем, что умеет делать лучше всего: сильнейшим импульсом выжигает мозги всем троим нападавшим, после чего отполировывает всё это выбросом полного резерва магии ментала.

Абсолютно чётко ловлю понимание, что после такого комплекта техник что-либо доказать, в принципе, невозможно. А что касается нападавших, то они, скорее всего, на годы откатились в своём развитии.

Правда, в том случае, если у них есть нормальная лично построенная защита от ментала, которую имеет любой адекватный менталист, последствия не имеют ничего общего с трагедией. Тогда это скорее абсолютно обычный бой. Подобный активный обмен не мог бы причинить большого вреда. Если бы не одно «но»…

У студентов Академии, даже более старших курсов, такой защиты быть не может. Либо защита есть, но только в зачаточном состоянии. Слишком долго нужно её нарабатывать.

И это автоматические навыки следователя тоже просчитывают. Как и возраст тех, кто напал на девушку.

Толчок. Нога цепляется, и Ариадна летит вниз с третьего этажа. Ментальный удар и выплеск на адреналине почти всего резерва в сторону нападавших, и даже сытая уверенность, что удар достиг цели – все это происходит за секунды падения.

Удар об пол. Вспыхивает защита, затем новый удар корпусом о кованую решетку. Мгновенно вспыхнувшая боль.

Все укладывается в секунду или две воспоминания. Но сам бой менталиста четко отпечатывается в памяти Ариадны. Разум будто специально сохраняет его для последующего анализа.

С большой вероятностью можно считать, что разумы нападавших пожгло знатно. Вряд ли до смерти или до потери социальных навыков… но есть уверенность, что эти трое охреневших от безнаказанности долбоящеров, теперь пропишутся у целителя на месяцы, если не на годы.

Может и не зря – память Ариадны тут же подтягивает ассоциации с другими происшествиями, связанными с этой троицей. Кажется, девушка уверена, что подобное происшествие не первое, но дальше никакой конкретики в образе уже нет.

Самое забавное – прослеживается и точка зрения на ситуацию умершего Кольцова: ведь если бы студенты этой Академии исправно носили амулеты, которые положено носить, то ничего бы с ними не случилось. Ученические амулеты защищают менталистов как раз от подобных атак: все же эмоциональные выплески при обучении не редкость. Именно под такой выплеск Ариадна и замаскировала атаку, пусть даже неосознанно.

Эти же амулеты регистрируют практически любую деятельность студентов. И попытку убийства они бы точно зафиксировали. Судя по всему, собираясь сталкивать Ариадну с лестницы, ребята вряд ли их надевали, потому что обнулить амулеты нельзя, а всё записанное послужит против нападавших студентов.