Текст книги "Моя Академия 15 (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

Соавторы: Евгений Син
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Моя Академия 15

Глава 1
Ариадна приходит в себя

– Очнулась? – спрашиваю девушку и резко меняю планы.

– Ларион, а где я? – задаёт вопрос Ариадна.

– Угадай. – Улыбаюсь. – Даю небольшую подсказку: точно не в том месте, где я тебя нашёл.

Менталистка устало моргает и обводит глазами мою комнату. Зрение фокусируется, а девушка меня узнаёт – уже огромный плюс.

– Как ты меня нашёл? – с трудом спрашивает Ариадна. – Как ты вообще там оказался?

– Это мы обязательно выясним, но чуть позже, – обещаю. – Ты лучше скажи, как ты себя чувствуешь и как твоё состояние?

– Вроде всё хорошо… – немного подумав, отвечает Ариадна. – Чувствую себя на удивление здорово, – с удивлением произносит она. – А, по идее, не должна бы. И ещё… – ненадолго замолкает, прислушиваясь к себе. – Кажется, моя магия возвращается. Да, точно – я это чувствую! С ума сойти. А ведь я чуть не сдохла там.

Наблюдаю, как эмоции на лице менталистки сменяют друг друга.

– Можешь сказать, где «там»? – спрашиваю.

– В карцере, – пожимает плечами Ариадна, лёжа на моей кровати.

Девушка двумя легкими движениями сползает глубже под одеяло и утыкается в подушку. Делает глубокий вдох. Не удивлюсь, что после всего пережитого её морозит. Поправляю одеяло и подтыкаю его, чтобы было удобнее.

– Так, – говорю, – сейчас я приглашу целителя, а ты пока отдохни. Я вроде бы глянул и убедился, что с тобой всё в порядке, но перестраховаться не помешает…

– Нет! – резко прерывает меня Ариадна. – Ларион, не надо целителя! – она приподнимается на кровати. Видно, что руки плохо держат тело из-за сильной слабости. Менталистку мелко трясёт.

– Лежи, лежи, – аккуратным движением руки помогаю девушке снова опуститься на подушку. – Почему не надо целителя? Я же чётко понимаю, что…

– Не надо целителя, – ещё раз произносит Ариадна, глядя мне прямо в глаза. – Мы же находимся у тебя в комнате – я узнала. Такой ванной нет ни в одной Академии, – переводит взгляд на середину комнаты и старается улыбнуться.

– Всё так, – улыбаюсь в ответ.

– А это твои бесенята? – спрашивает девушка, рассматривая коконы.

– Да, – подтверждаю. – Я пока не очень хорошо контролирую их передвижения. Не успел моргнуть, как они уже свили тут гнездо, – усмехаюсь.

– А они ничего такие, – замечает Ариадна. – Вблизи даже милые, – оценивающе смотрит на Икоря, который сидит на спинке кровати.

– Почему не надо целителя? – переспрашиваю.

– Потому что, если он зайдет в комнату, то сразу узнает обо всём этом, – девушка выдаёт чёткое понимание ситуации, указывая на бесенят. – А я очень сомневаюсь, что ты хочешь, чтобы о них кто-то узнал. Да еще и я тут… Кстати, как?

– Ты хорошо меня знаешь, – киваю. Пока не отвечаю на последний вопрос. Так-то он очевиден для Ариадны… но есть нюанс.

И дело даже не в том, что мою тайну узнает Пилюлькин. Это всего один человек. Проблема в другом – вероятнее всего, целитель, согласно уставу Академии, должен будет сообщить директору о том, что происходит в моей комнате. Генрих Олегович вряд ли закроет глаза на коконы с эволюционирующими монстриками прямо посреди замка. Кто они такие – объяснить тоже не смогу. А вот взять бесенят на опыты – здесь целитель будет первый. Прощаться со своей бандой очень не хочется: существа за последнее время сделали слишком много полезного. А сколько всего они еще смогут сделать… Правда их полезность, опять же, в закрытии порталов… Но в этом тоже свои подводные камни. Ладно. Пока лучше не светить, тут Ариадна хорошо чувствует.

– Конечно, хорошо знаю, – серьёзно соглашается со мной Ариадна. Девушка говорит с трудом и очень тихо, но вполне себе сознательно. Кроме того, точно отдаёт себе отчёт в происходящем. – В общем, не надо целителя, ладно? Я себя правда чувствую относительно неплохо. Скорее всего, уже сегодня немного отлежусь и полностью приду в себя, и, чтобы тебя не подставлять…

– Не переживай, – прерываю Ариадну. – Подставлять точно не придется. Мы с тобой всё сделаем по-другому, – говорю. – Я уже думал, как грамотно обставить твоё прибытие, пока мы выбирались с троп. Так вот, слушай. Возьмёшь нейтральную накидку и деньги. Рано утром, ещё до вылета дирижабля Прокофьева, мы перемещаемся в город.

– И ты сможешь вывести меня из Академии таким образом, чтобы никто не узнал? – удивляется менталистка. – Не думала, что у вас тут такая дырявая защита…

– Нет, вывести не смогу, – честно отвечаю. – Но зато смогу переместить тебя в город абсолютно незамеченной. Пока не спрашивай. Просто поверь, что у меня получится. Сделаем немного иначе… В общем, мы перемещаемся в город. Там я тебя провожаю до дирижабля Прокофьева. Ну, как провожаю – близко подходить не буду, ты сядешь на корабль самостоятельно. При условии, если сможешь ходить.

Рассматриваю даже такие варианты. Всё время, пока мы разговариваем с Ариадной, она почти не шевелится. Пару раз пытается приподняться на локтях, но сил хватает не больше, чем на полминуты.

– Я смогу, – уверенно заявляет девушка. – Только зачем мне нужен дирижабль этого Прокофьева?

– Для того, чтобы официально прилететь в нашу Академию, – отвечаю. – Здесь я тебя встречу.

– Погоди, – хмурится Ариадна. – Меня же будут ждать из Академии Менталистов. Они точно начнут искать…

– Нет, здесь не будут. И в городке, по-идее, не должны. До него же на дирижабле полдня лететь? – говорю.

– Чуть больше, – задумчиво отвечает Ариадна.

– Ну вот, – киваю. – Скорее всего, будут проверять свое здание и ближайшие помещения. Вряд ли сразу подумают о нашем городе. Или об этой Академии. Даже если попробуют… Прокофьев очень не любит менталистов. Студентов это не касается. Он тебя абсолютно точно никому не отдаст. А тем, кто будет идти по твоему следу, не даст возможности досмотреть корабль.

– Так, допустим, – соглашается Ариадна. – Хорошо, Ларион. Звучит как план. Предположим, я прилечу сюда, и что ты сделаешь?

– Надеюсь, что ты будешь не просто моей гостьей, – улыбаюсь и ловлю очередной удивленный взгляд. – Уверен, что смогу продавить твоё присутствие в нашей Академии. На эту тему я тоже подумал. Правда по поводу того, что с тобой случилось, у меня на руках одни догадки. Давай я расскажу свои предположения, а ты немного уточнишь по ситуации, хорошо?

– Давай, – соглашается девчонка.

– У тебя произошел какой-то конфликт в Академии, – говорю самое очевидное предположение. – Причём на тебя напали неожиданно. Можно сказать, исподтишка.

– Всё так, – кивает Ариадна. – Смогла отбиться, и, пока нападавшие валялись без сознания, успела бросить тебе пару строк.

– Ты мне об этом и написала, – напоминаю. – В конфликт сразу же вмешалась администрация. Забрала у тебя верхнюю одежду, – киваю на девчонку, – и все средства связи. Наверняка, хотели бы забрать и кольца, но об этом я успел предупредить твою сопровождающую.

– Они бы и их обязательно отняли, если бы знали, что они у меня есть, – устало смеется Ариадна. – Я их скрыла. Просто сопровождающая не успела ни с кем поделиться информацией, – продолжает менталистка. – Но ты всё описал примерно правильно. Напали прямо перед отбоем, как только мы с Воблой приехали в Академию Менталистов. Меня просто сбросили с лестницы. Родственник директрисы с парой приятелей, какой-то троюродный племянник, что ли. В общем, седьмая вода на киселе. Но в то же время он довольно талантливый менталист. Понятно, что директриса хочет подобраться через этого родственника как можно ближе к элите империи. А тут на должность помощника мага взяли непонятно кого. Переростка-первокурсницу.

– Трое на одного? – переспрашиваю. – Ещё и на девчонку… ничего не скажешь.

– Да уж, – вздыхает Ариадна. – Упала, и сразу случился выброс магии. Вообще без адреса. Кстати, если бы не твой щит, я бы сломала шею еще на лестнице – летела два этажа. Щит вовремя среагировал на само падение, а вот на удар о перила после – уже нет. Кажется, выбросом магии всем троим выбило сознание: и племяннику директрисы и его дружкам. По крайней мере, когда меня уводили, они так и валялись на полу. Иначе бы точно добили. Нужно ли говорить, в какой ярости была директриса? Короче, ты был прав.

– По поводу? – уточняю.

– В том, что им мешает моя жизнь, – с тоской в глазах произносит Ариадна. – Зачем Юрий Олегович взял на эту должность именно меня – не понимаю. Сначала считала, что это выигрыш в лотерею.

– А сейчас? – спрашиваю.

– Да я и сейчас так считаю, – улыбается девушка. – Но выигрыш, отягощённый кучей проблем и завистью. И ладно бы просто завистью, но завистью власть предержащих. Я им мешаю. Они хотят приставить к тебе кого-нибудь более опытного и более сильного. А самое главное…

– Более заслуженного, – продолжаю за девушку. – Но ведь убить тебя не так просто.

– Зря ты так считаешь, – равнодушно пожимает плечами девушка. – Если бы ты не появился в карцере, то до утра, я бы, скорее всего, не дожила. Мои травмы никто не проверял. Вдобавок мне спровоцировали магический выброс. Я попала в камеру уже практически пустая, без магии. Ещё полдня со сломанной костью и проблемами с головой в этой комнате… Нет, точно не дожила бы. У нас в Академии карцером просто пугают. Сажают самое большее на час или два. Кто там сидит, потом выходят шелковые. Меня же бросили на всю ночь. Директриса так и сказала – с утра лично придёт и посмотрит, что от меня останется… – грустно произносит Ариадна, но потом снова улыбается. – Так что очень здорово, что ты появился несколько раньше. Правда я до сих пор не понимаю, каким образом – прямо как в сказке.

Зато теперь понятно, почему никто не отреагировал на стук по двери. Не только потому что было плохо слышно, а потому что никто не собирался реагировать. А ведь логично. Девчонка легко могла помереть к утру в этом неприятном месте. Карцер, судя по ощущениям, высасывает не только магию, но и саму жизнь. Даже если бы каким-то чудом Ариана осталась цела, она бы совершенно точно лишилась магии. И, вполне возможно, окончательно. Те, кто загнал менталистку в карцер, сделали бы круглые глаза и сказали: «Ой, извините, так получилось». А самое обидное – им бы ничего за это не было. Подумаешь, приезжая менталистка: мало ли что могло случиться. Уверен, директриса обставила бы всё как несчастный случай.

Вдобавок, какой они подобрали момент! Защититься Ариадне было нечем. Магии не осталось. Разве что какие-то слабые ошмётки после единоразового общего выброса. Зато благодаря этим остаткам, девчонка смогла прикрыть свои кольца, дабы их не заметили. К слову, лечить повреждения, полученные после падения, никто не собирался. Там явно уже приготовлена легенда, как всё красиво обставить. Даже думать об этом не хочу.

В общем, не зря произошла вся эта история. Помочь менталистке в бою у меня не получилось бы – просто не успел бы. Тем более, судя по всему, как такового боя не было. Девушку подкараулили и провернули своё дело. Кстати, то, как оперативно после этого среагировала администрация, тоже о многом говорит. Там, на круг, получается, было минут десять, не больше.

Всё сделали спланировано и быстро. Никто не успел заметить, а девчонка уже в карцере. Когда я переместился, Ариадна, скорее всего, держалась только за счет адреналина. Увидев меня, чуть расслабилась, и её сразу выключило.

Есть много причин не отпускать девушку в Ментальную Академию: как минимум, её безопасность. Перевести её в нашу Академию – технически самый логичный и наименее сложный вариант. Только вопрос формального образования…

Но, если посмотреть серьезно, образование Ариадне нужно только для галочки, поэтому придётся как-то легендировать её обучение. Знать о ее «подарке» точно никому не надо.

Но здесь тоже всё уже продумано. Поскольку сейчас я сильно нужен Империи, решить этот вопрос точно получится – имперский маг наверняка пойдёт мне навстречу. Но как только кризис с порталами будет преодолён, вряд ли со мной будут возиться. Оказанная услуга ничего не стоит. Так что продавливать надо именно сейчас. А вот потом… Просто всему своё время и место.

Самое главное: если Ариадна будет в Академии или хотя бы в прилегающем посёлке, скорее всего, я смогу её защитить. Парадоксально, но, если судить по последним нескольким неделям, защитить самого себя мне сложнее, чем менталистку. Осталось только провернуть эту схему.

Бросаю взгляд на кровать – пока я размышлял, девушка уже успела заснуть. Сейчас она не выглядит больной или тревожной. Скорее, очень устала. Спит крепко и прямо сейчас все ресурсы направлены на выздоровление.

Задумываюсь над ситуацией. Раз девушка сказала, что магия возвращается, значит, целитель, не очень нужен. В этом вопросе доверяю девушке намного больше, чем самому себе. Всё-таки мы познакомились в госпитале, где она долгое время была напрямую связана с целительством. К тому же, внутри неё есть наследство менталиста в раскрытом виде. У меня же со всем этим ситуация немного другая: «тут пишем, тут не пишем, тут рыбу заворачивали» – всё очень фрагментировано.

Ариадна точно не будет рисковать своим сознанием, резервом и магией. Слишком долго она мечтала стать одарённой.

Слышу резкие звуки со стороны ванной. Вздрагиваю. Коконы с бесенятами начинают лопаться.

Смотрю в этот момент на девушку, но ей всё нипочём. Даже не шевелится.

Коконы разворачиваются, и оттуда, один за другим, появляются бесенята. Выглядят они сильно крепче, чем в своей первой итерации. Удивительно, но в отличие от первой своей упаковки, здесь нет никаких осколков кокона. Сами стенки коконов образованы за счет крыльев существ. Никаких частей или остатков после эволюции монстриков не остаётся. Выдыхаю – убираться в ванной не придется. Ничто не напоминает о том, что здесь происходило.

Икорь продолжает сидеть на спинке кровати, но открывает оба глаза и тоже с интересом наблюдает за происходящим.

– Они подчиняются тебе? – задаю вопрос главному монстрику.

– И-и-и! – пищит Икорь и отрывисто кивает.

– Я так понимаю, то, чего вы ждали, произошло? – спрашиваю. – И вы сейчас все вместе исчезнете?

Икорь снова кивает.

– Отлично. Тогда я пока что схожу до Константина Ивановича, – произношу вслух больше для себя, чем для бесёнка. Но тот всё равно внимательно меня слушает, что бы я не говорил.

Ариадна не хочет, чтобы её осматривал целитель. Заявляет, что она в полном порядке, и почти тут же выключается на кровати. Хорошо, пусть. По какой именно причине – мы это выясним чуть позже. Но против диагностического модуля менталистка точно не будет против. Наверняка он даст более подробную картину, чем стандартный целительский амулет. Второй раз создать глиф Юрия Олеговича я не в состоянии.

Бросаю взгляд на гору ингредиентов возле шкафа.

Константин Иванович вряд ли поделится диагностическим модулем за деньги… А вот за редкие ингредиенты… Задумываюсь и ещё раз прокручиваю в голове свой план. Хотя что тут думать? Надо прыгать!

Снова смотрю на крепко спящую Ариадну – никаких изменений. Дотрагиваюсь до её запястья – пульс в норме, прослушивается хорошо. С тем состоянием, которое было на Тропах, не сравнить.

Подхожу к ингредиентам и выбираю парочку интенсивно окрашенных магией. Забираю из шкафа костяную пластину – в прошлый раз пообещал целителю. В очередной раз задумываюсь насчёт трости. Эта деревяшка как-то неожиданно мне интересна. К тому же, очень странно среагировала в карцере – надо бы понаблюдать за ней в разных местах и при разных условиях. Пока что оставлю себе.

Икорь не сводит с меня взгляд, хотя его товарищи уже давно нырнули в нестабильную стену ванной.

– Ты дождёшься меня? – спрашиваю бесёнка.

Монстрик утвердительно кивает.

– Отлично, тогда под твою ответственность, – показываю на менталистку. – Охраняй, – бросаю и выхожу в коридор.

Глава 2
Получаю желаемое

– Орлов? заходи, – целитель приглашает войти. – Ну, как, попробовал свою идейку?

Пилюлькин разбирает небольшую коробку: вытаскивает оттуда книги и тонкие брошюры. Пилюлькин словно и не спит: как не зайдешь, все время чем-то занят.

– Попробовал, – отвечаю. Судорожно вспоминаю, что именно говорил целителю до этого. Почти сразу понимаю, что все нужные воспоминания на месте, теряюсь только в первый несколько мгновений. Похоже, наследие менталиста прочно прописалось у меня в голове, и нужно научиться с ним жить. Но это меня ничуть не огорчает.

– Да, всё получилось, Константин Иванович, – подтверждаю. – В связи с этим, у меня вопрос, – аккуратно подхожу к просьбе. – Мне бы не помешал какой-нибудь амулет, который будет следить за моим состоянием. Подойдёт любой диагностический. Главное, чтобы я мог его переносить.

Целитель слегка морщится.

– Орлов, я понимаю, что у нас сейчас важный проект, империя и всё такое, но у меня всего один переносной диагностический комплекс. Так что, давай, ты придумаешь себе что-нибудь попроще?

Видно, что моя просьба ставит его в тупик: Пилюлькин вроде хочет помочь, но отдавать амулет не горит желанием.

– Константин Иванович, а сколько он стоит? – задаю вопрос.

– Дорого, дорого, Орлов, – вздыхает целитель. – Больше тысячи золотых. Я тебе так скажу, это слишком много, тем более, для не особо нужной студенту вещи. Даже если пользоваться им исключительно по делу, получится не так часто.

– Тысяча золотых… – задумываюсь. Я предполагал, что сумма будет немаленькая, но чтобы настолько… – Константин Иванович, а давайте сделаем так: я завтра или послезавтра полечу с ребятами в город. Там куплю себе такой амулет в артефактной мастерской. Либо постараюсь заказать через Афанасия Германовича – думаю, он не откажет. Но прямо сейчас он мне тоже нужен. Буквально на сегодня-завтра.

Целитель качает головой.

– Ну ты загнул, Орлов… А вдруг война? А у нас ничего не готово, – по привычке бурчит целитель. Кажется, он хоть и сомневается, но уже почти готов отдать комплекс. – Мы не готовы к войне, Орлов! Понимаешь? – шутливо спрашивает Пилюлькин и, кажется, принимает решение. – Хорошо, студент, дам тебе попользоваться. Учти, что с диагностом он ни в какое сравнение не идёт, – целитель кивает на ритуальный круг. – Но резкие отклонения в любом случае покажет.

– Научите пользоваться? – уточняю.

– А чего учить? – переспрашивает Пилюлькин. – Берёшь и пользуешься, как обычным амулетом. Активируешь, вливаешь магию. Советую не жадничать: чем больше вольёшь, тем точнее получишь результат. Неплохая, кстати, практика. Только магию потом обратно не забирай, не нужно усугублять свои проблемы.

– Даже не собирался, – отвечаю. – Я же понимаю, что это не накопитель.

– Все вы понимаете, а как до дела доходит… – чисто для проформы ворчит целитель. Он спускает со стола пустой разобранный ящик, а на его место кладёт амулет. Он у него в прямом доступе – видимо, и правда на случай «войны». – Но если и правда понимаешь, то молодец. Дальше всё просто. Здесь подписано, видишь? – Показывает на шкалы. – Тело, магия, разум. Тело – с разными секторами, разум – с разными секторами, да и магия – то же самое. Ничего шибко мудрёного, разберешься.

– А что с магией? – задаю вопрос.

– Сможешь отследить пропускную способность, – поясняет целитель. – Грубо, неточно, но амулет даёт определенный порядок. – Диск амулета со шкалами-прорезями смотрится простенько. Так сразу и не скажешь, что он стоит уйму денег. – Резерв тоже показывает, но опять же в грубой форме. Не так достоверно, как диагност. Ещё плотность магии, её склонность и прочую пока что ненужную тебе информацию. В тонкости вдаваться не буду. При желании, изучишь инструкцию. Если что-то останется непонятным, спросишь.

С интересом рассматриваю диск амулета. По принципу использования, обычный мерный стакан, только для магии.

– Здесь очень много засечек, – замечаю. – Особенно снизу.

– Нижние десять шкал тебе не пригодятся, – со знание дела заявляет Пилюлькин. – Они отражают слишком специфическую информацию. По-хорошему, тебе пригодятся только вот эти пять. – Показывает засечки на амулете. – Они отвечают за состояние тела. Когда амулет заработает, увидишь грубое приближение зон: условно говоря, руки-ноги, голова, верхняя часть туловища и нижняя часть туловища. Всё. Если захочешь разобраться с одной из зон более точно, открываешь здесь и смотришь. Всё элементарно.

Для целителя, может быть, и элементарно. А вот мне ещё предстоит привыкнуть. Знать специфику целительских амулетов в любом случае нужно. Да, абсолютно все функции могут и не пригодиться, но быть в курсе не помешает.

– А вот эти строчки? – задаю вопрос.

– Это тебя не касается, – немного резко отвечает Пилюлькин. – Туда входят сродство с магией мира, степень заражения и тому подобные вещи. Всё это не должно быть тебе интересно. Мой тебе совет, не забивай голову. Держи датчики. – Протягивает мне небольшие черные камни, напоминающие магниты. – Перед использованием амулета лепишь их на грудь, на голову, на живот… проще говоря, выбираешь зоны для диагностики. После этого запускаешь и, собственно, смотришь нужную информацию.

– Большое спасибо за объяснения, Константин Иванович, – благодарю целителя. Тот всё ещё выглядит не особо довольным: будто его вынудили сделать то, чего он совсем не хотел делать. Отчасти так оно и есть.

– Да не за что, Орлов, не за что, – поджимает губы Пилюлькин. – Но через два дня обязательно верни.

– Хорошо, занесу, – обещаю. – Кстати, – вспоминаю, – я же вам подарочки принёс.

– Подарки? Мне? – удивляется целитель. – Ты? – Делает ещё более удивлённое лицо. – А-а-а, ну, выкладывай, что принёс. Подарки – это хорошая штука. Это я люблю. За доброе слово и то спасибо, а тут подарки. Ну, не томи, Орлов!

– Ну да, – киваю на ворчание Пилюлькина. – Помните, я обещал принести вам ещё одну костяшку для экспериментов.

– Обещал, было дело, – подтверждает целитель и чуть ли не облизывается.

Отдаю ему костяной накопитель. Пилюлькин берет его кончиками пальцев как щипцами – будто боится повредить. Да уж, крайне бережное отношение к материалу.

– И вот ещё, – добавляю и достаю из сумки ингредиенты. – Не могу сказать, кому они принадлежали, но мне показалось, что я такие ещё не встречал.

– Хм-м, – задумчиво смотрит целитель. – Посмотрите-ка, ещё и в новомодной упаковке. Давай, клади на стол, я потом посмотрю.

Константин Иванович аккуратно вертит в руках ещё пустую костяшку, но, очевидно, что мыслями он уже далеко.

– Ты молодец, Орлов, – замечает Пилюлькин. – И слово держишь, и подарками радуешь. Признаться, не ожидал. И вещи принес хорошие. Кстати, правильно делаешь: сделал презент только после того, как выпросил диагност. Не перевёл всё в «ты мне – я тебе». Мне такое нравится. Ты же в первую очередь за диагностом зашёл?

– Ага! – подтверждаю и улыбаюсь.

– Ещё и честный, куда деваться! – по-доброму ворчит целитель. – Ладно, хватит с тебя. Забирай чемодан. – Похоже, Пилюлькин рассчитывает поскорее перейти к экспериментам. – Если не разберёшься, почитаешь инструкцию.

Забираю довольно тяжёленький комплект амулетов – похоже, целитель показал только часть из комплекта.

– Если будешь брать себе – бери такой же, – советует Пилюлькин. – Этот военный, он раньше использовался в госпиталях. Потом перекочевал ко мне.

– Он лучше? – спрашиваю.

– Не-е-е, – качает головой целитель, – он надёжнее. Работает даже в тех местах, где всё остальное не работает. Поэтому и говорю, лучше брать то, что уже проверено. Придешь к артефаткорам, они начнут тебе советовать. Возьми то, возьми это. Начнут рассказывать: один амулет с более точной настройкой шкал, другой с лучшими критериями обследования. Всё будет. Но ты на это не ведись – а то впарят тебе ненужное. Либо дорого, либо абсолютно бессмысленно для твоих целей. Поверь, этот вариант самый надежный, тебе его хватит за глаза.

– Спасибо, Константин Иванович, – благодарю целителя и направляюсь в сторону выхода.

– Не за что, Орлов, заходи если что, – отвечает Пилюлькин. – Кстати, эликсир ещё не пил?

– Нет, сегодня пойду в ночь, – сообщаю.

– Хорошо, занимайся. Очень надеюсь, что нам всё-таки не придётся делать из тебя инвалида, – грустно усмехается целитель.

– Я тоже на это надеюсь, – говорю и выхожу из целительской.

Кейс с амулетами приятно оттягивает руку.

Вечер. В коридорах Академии практически нет студентов. Большая часть уже сладко дрыхнет, только у меня рабочий день всё ещё продолжается. Заканчиваться даже близко не собирается. По большому счёту, всё, что я себе запланировал нужно сделать сегодня и как можно скорее.

Постоянно нахожусь в контакте с бесёнком. В комнату никто не заходит, ничего не происходит, девчонка спит. Икорь тщательно выполняет моё задание: сторожит Ариадну и крутит головой из стороны в сторону как локатором.

Поднимаюсь на этаж и захожу к себе. Сон менталистки настолько крепкий, что больше похож на обморок. Она практически ни на что не реагирует. Но дыхание спокойное, никаких тревожных звоночков по поводу самочувствия не замечаю.

Зову девчонку, касаясь её плеча – никакой реакции. Ариадна не реагирует на мой голос и даже не шевелится. Тянусь к ней разумом. Кажется, получается: менталистка отвечает, но без особой охоты. Я продолжаю настаивать. Мгновение – и мы словно сидим в пустоте друг напротив друга. Никаких ярких картинок, но я точно знаю, что тень напротив меня – это Ариадна, а тень напротив неё – это я. Без тела, просто разум.

– Удивительно, – произносит девушка. – Интересно получилось. Где мы находимся?

– Ты сейчас лежишь в моей комнате, в очень глубоком сне, – объясняю. – А где мы очутились, не знаю. Сначала ты мне ответила, а потом мы очутились здесь.

– А…. Да. Вспомнила, – кивает тень. – И про тело вспомнила. Я же специально запустила восстановительную работу.

– То есть тебя не получится разбудить? – уточняю.

– Нет, – с лёгкой грустью говорит Ариадна. – Тебе сейчас что-то нужно? Я бы с удовольствием поговорила, но если прямо сейчас прервать восстановление, нужно будет всё начинать сначала. А тут всё слишком удачно совпало: абсолютно уставшее тело и такой же уставший разум. Почти полное отсутствие магии – что тоже немаловажно. В общем, все условия соблюдены чуть ли не в идеале.

– Потом поделишься? – задаю вопрос. – Восстановление с минимумом внутреннего ресурса – хорошая штука. И точно не помешает.

– Поделюсь, – соглашается Ариадна. – Это вообще не секретная техника менталистов. Просто малоизвестная. Или совсем неизвестная, – задумчиво произносит тень. – Хорошо настраивает разум, избавляет от лишних мыслей, расставляет всё по полочкам, восстанавливает тело за счет магии… Только я не помню откуда про неё знаю. И применять ее можно только в безопасном месте – по идее, во время работы с этой техникой, разум полностью загружен и не может реагировать на внешние опасности…

– Но ты же сейчас говоришь со мной, – замечаю.

– Да, потому что ты был очень настойчив. – Чувствую, что тень улыбается. В время нашего разговора с менталисткой, чувствую каждую её эмоцию.

– Можешь сказать, почему хотел меня разбудить, – предлагает Ариадна. – Я должна вспомнить наш разговор, когда проснусь.

– Как сладкий сон? – улыбаюсь.

– Вроде того, – подтверждает девчонка. – И всё же?

– У меня получилось взять у нашего целителя диагност, – рассказываю. – Я бы хотел посмотреть, вдруг у тебя остались какие-то повреждения. Если я их не заметил, нужно срочно использовать целительский амулет.

– Со мной всё в порядке, – убедительно заявляет тень. – Это я тебе как медсестра говорю. Но, если хочешь удостовериться, тогда делай. Скорее всего, диагност ничего не покажет, кроме сильного истощения.

– Мне больше для собственного спокойствия, – поясняю. – Хорошо, я тебя услышал. Если вдруг диагност выявит что-то серьёзное, я тебя разбужу. Надеюсь, всё в порядке.

– Я в этом полностью уверена, – заверяет меня Ариадна. – Серьёзное повреждение я бы почувствовала.

Мгновенно оказываюсь снаружи, в своём теле, будто вся эта сцена мне привиделась. Разрешение получено, значит, можно действовать. Открываю чемодан и накладываю три камня–магнита, как показал целитель. Накладывать их можно даже на одежду. Главное хотя бы примерно соотнести с секторами тела. Запускаю амулет и вливаю туда магию.

Я как раз уже немного навострился работать с накопителями: тут примерно такой же механизм, разве что сопротивление накопителя в амулете значительно сильнее, чем в кости. Для работы с костяной пластиной обычно спокойно использую свой резерв – и этого хватает. А вот для работы с диагностом приходится буквально проталкивать каждую волну магии сквозь постоянно норовящие закрыться ворота. Но вроде справляюсь.

Амулет начинает работать и никаких серьёзных проблем, кроме очень активного разума и почти отсутствующего объёма магии, не вижу.

В принципе, мне понятно, что происходит: магия только появляется, и сразу же уходит. Критерии хоть и плавающие, но довольно понятные: как только в амулет поступает хоть немного магии, она тут же расходуется разумом. Шкала, которая отвечает за магию, постоянно колышется. И это хорошо: значит, магический источник не сдох, всё нормально. Просто восстановление идёт именно таким образом. Ощущение разума тоже объяснимо: Ариадна только что пояснила, что благодаря ментальной технике всё раскладывается по полочкам.

Повезло, что ещё могу сказать… всё могло произойти значительно сложнее. А так – только опыт и не более того.

Можно не переживать за восковую бледность Ариадны. Передо мной словно не девушка, а ритмично и медленно дышащий манекен. А полное ощущение почти неживого человека – это, похоже, просто следствие внутренней работы. Всё нормально, прямо сейчас внутри девушки идёт восстановление, а я просто перестраховываюсь.

Снимаю датчики с менталистки.

Надо бы и себя проверить.

Ставлю диск перед собой и подаю в него магию.

А вот это показательно. Смотрю, что отражается на шкалах, особенно на той, которая показывает плотность и объём магии. Оба показателя сильно уходят за рамки нормы. Всё остальное более или менее – в пределах допустимых значений. Заражение ноль – тут ничего не изменилось. Но этого я ожидал. С телом тоже все нормально. Ничего нового.

Ладно. А если попробовать немного по-другому?

Беру диагност и отхожу в сторону нестабильного пространства, ближе к стене. Ставлю диск немного в стороне, чтобы можно было смотреть на него не отвлекаясь. Вспоминаю технику менталистов. Конечно, сейчас такую сильную эмоцию уже вряд ли получится вытащить, но некое отражение…

Немного неловко откидываю руку и задеваю деревяху из Междумирья. Рефлекторно ловлю её пальцами и случайно бросаю взгляд на диагност. Он практически в непрерывном режиме показывает всё, что происходит со мной. Шкалы колеблются в разные стороны в чудовищном ритме – словно взбесились. А те, что отвечают за магию, словно и вовсе не понимают, что конкретно нужно показывать.