Текст книги "Моя Академия 10 (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

Соавторы: Евгений Син
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

– Эта штука мне вряд ли по размеру, – замечаю.

– Ты примерь. Это же амулет: сам подгонится как надо, – усмехается имперский маг. – И лучше на тот же палец, где сейчас кольцо моего брата.

Без возражений надеваю. Ниточка серебристого металла тут же сжимается ровно по размеру моего пальца и словно срастается с кольцом директора.

– Ничего себе. А что это за амулет такой? – задаю вопрос.

Глава 3
Летим…

– Истинное серебро в смеси с портальным, – отвечает Юрий Олегович. – В обычной свободной продаже ты такого не найдёшь. Функций в этой штуке не так чтобы много – всего две. Главное, что это надежная защита от любого первого удара.

– Вообще от любого? – удивляюсь.

– Если время удара будет протяжённостью не больше пяти-семи секунд – да, – подтверждает имперский маг. – Если дольше – тогда справляйся сам.

– Простите, а как это вообще возможно? – удивляюсь. – Амулет же должен реагировать на какое-то моё действие, если я правильно разбираюсь в специфике. Мы на днях разговаривали с одним из продавцов артефактов. – Амулет же не разумен.

– Мой амулет работает совсем по-другому, – смеется имперец. – Я его делал сам. Как видишь, не только мой брат умеет ваять разные штуки. Амулет работает на основе моего таланта. Ты же помнишь про него?

– Да, помню – киваю. Возможность открутить время на несколько секунд назад – это, конечно, невероятно.

– Ну вот, – продолжает имперский маг. – А себе я ещё один сделаю. Тебе сейчас нужнее.

– Его нужно как-то заряжать? – задаю вопрос, вспоминая, как совсем недавно некроманты умудрились почти полностью разрядить директорское кольцо.

– Нет, ничего не надо, – отвечает Юрий Олегович. – Кольцо зарядится самостоятельно – от твоей магии. Сейчас оно полностью заряжено. В общем, ты понял: любой первый удар он нивелирует. И второе свойство – теперь я смогу найти тебя, где угодно.

– Маячок? – догадываюсь.

– Да, маячок, – подтверждает имперский маг. – Мне на твои передвижения, в общем-то, начхать. Но сама возможность того, что пророк некромантов увидел не очередной бред, а возможную версию реальности, даёт мне основание постараться тебя…

– Защитить? – предполагаю.

– Нет. Пророчество, если оно реально, само себя защитит, – поясняет имперец. – Кольцо поможет тебя найти. И помочь тебе выбраться, если вдруг что. Ладно, студент, иди. Занимайся, люби, живи. Здесь пока ты не нужен.

Залпом выпиваю чуть остывший кофе и выхожу в холл к ребятам.

– Ну, неужели! – меня встречает обеспокоенный Макс. – Мы уж думали придется до утра ждать. Тут вроде всё разрешилось, я бы уже отужинал и спать завалился.

– Так и сделаем, – киваю.

Бойцов в черном уже нет. Вместо них в стеклянные двери заходят повар и официант. Оба выходят из подсобки и возвращаются на свои рабочие места.

– Тогда я постараюсь заказать нам еду в номер, как ты изначально и предполагал, – обращаюсь к Максу. Остальные ребята тоже потягиваются. – У вас тут всё тихо-спокойно? – уточняю.

– Настолько спокойно, что чуть не уснули, – отвечает Аглая. – Без тебя женщины не падают и никто ни на кого не нападает. Слушай, если согласятся принести еду, закажи и на нашу комнату. – Девчонка протягивает мне листок с двумя цифрами. – Пусть принесут сюда. Этот ваш с ребятами, – показывает на правый номер.

– Я думал, вы хотите посмотреть меню, – обращаюсь к девушкам. Те поднимают на меня уставшие взгляды.

– Пусть несут то, что побыстрее готовится, – говорит Марина.

Когда возвращаюсь в ресторан, чтобы сделать заказ, имперского мага уже и след простыл. Наверное, вышел через черный ход. За барной стойкой ворчливо прибирается официант.

– Простите, можно сделать заказ в номер? – уточняю у парня.

– Через стойку администратора, – отвечает он, не поднимая взгляд.

– Там никого нет, а мы с друзьями весь вечер не можем поужинать, – говорю ему. – В силу разных обстоятельств.

Парень все-таки поднимает на меня взгляд и меняется в лице.

– Нам бы что-то простое и побыстрее, – добавляю и протягиваю листочек с номерами. – Принести вот сюда. Спасибо большое.

Официант молча кивает и уходит передавать заказ на кухню. Мы с ребятами расходимся по номерам.

– Думал, что нам всем выдадут по номеру, – замечаю. Тем более, что к администратору вроде как подходил человек Марии Львовны, чтобы договориться.

– Ага. А потом догонят и ещё выдадут, – смеется Макс. – Взяли, что оставалось, выбирать особо не пришлось, – разводит руками. – Аглая так переживала, что нам не хватит спальных мест или комнат, но как оказалось зря. Девчонки неплохо разместились. Им там весело. Да и нам нормально. Соседи не буйные, мы спокойно выспались.

Небольшой номер под самой крышей имеет необычную, но очень удобную для таких ночевок планировку. Три комнаты и небольшая гостиная со столом и вместительным диваном. Ванна одна на всех.

– Я первый в душ! – занимает очередь Макс, но осекается. – Точнее, уже второй, – обескураженно замечает он, глядя в спину Марку. Парень, не произнося лишних слов, уже исчезает за дверью ванной.

– Соответственно, я третий, – смеюсь. – Ну и ладно, зато успеем поесть горячего. На самом деле, здесь удобно.

– Жалко только, что все устали, и не получится прогуляться или ещё куда-нибудь сходить, – продолжает Макс, но ловит мой удивленный взгляд. – Хотя мы за сегодня нагулялись на несколько недель вперед.

За стеной раздаётся знакомый смех. Кажется, девчонки живут по соседству и уже приходят в себя.

Как я и рассчитывал, пока Марк намывается, в дверь стучат.

– Я открою. – Поднимаюсь с мягкого дивана.

Открываю дверь и выглядываю в коридор. За дверью официант с нашим ужином. Похоже, парень приносит нам еду во вторую очередь: сначала он зашел к девчонкам.

Марина все еще стоит в дверях соседней комнаты.

– Ларик! – улыбается она. – Зови ребят, посидим все вместе. Не ресторан, конечно, но наготовили нам на десятерых.

– У нас тоже прилично, – отвечаю, оценивая размеры принесенной еды.

– Я уже собрался! – отзывается Макс.

– И я почти! – Марк выходит из душа, но прекрасно слышит предложение Марины.

Берём еду и перемещаемся к девчонкам. У них точно такая же планировка, разве что гостиная чуть побольше. В каждой комнате находим по стулу – и нам как раз хватает мест, чтобы разместиться. Стол почти полностью занят едой, принесенной из ресторана. Как я и заказывал, принесли всё, что быстро готовится.

Судя по ассортименту, в гостинице заранее делают мясные заготовки. Тут и ребрышки, и крылья, и котлеты. В многочисленных контейнерах салаты – аж по два штуки.

– Они решили в этот раз убить нас по-другому, – смеется Аглая.

– От вкусной еды ещё никто не умирал. – Потирает руки Макс и набрасывается на свой салат. – Не понимаю, кого вы ждете: я голодный как волчара.

И тут я с ним согласен. Под непринужденные разговоры тоже приступаем к ужину. Хоть вечер заканчивается нормально и нас больше никто не дергает.

Утро наступает слишком быстро. После пробуждения впервые за долгое время ловлю себя на мысли, что с удовольствием поваляюсь ещё. Несмотря на маленькие комнатки, которые выделяет нам гостиничная администрация, сами постели невероятно удобные – из них совершенно не хочется выбираться.

– У меня уже второй будильник! – кричит из своей комнаты Макс. – Мы точно хотим лететь утром? – Кажется, он тоже разделяет мой настрой.

– Точно-точно, – подтверждаю и уже собираюсь встать, чтобы всё-таки принять душ. Вчера от девчонок мы возвращаемся чуть позже, чем ожидалось и сразу заваливаемся спать.

Слышу, как в ванной включается вода.

– Да как он это делает? – смеюсь.

К дирижаблю мы успеваем впритык. Приходится торопиться. Ещё бы – проснуться задолго до рассвета после активного дня и затянувшихся вечерних посиделок выходит с трудом. Позавтракать не удается: слишком мало времени. Благо, Аглая ещё вечером настояла на своём и сходила расплатилась за еду и за проживание.

Умываемся, одеваемся и с трудом сбрасываем сонную одурь. Уже полностью собранные стучимся в комнату к девчонкам. Дверь открывается сразу. Все трое ждут в гостиной. Девчонки выглядят так, будто бы и не спали – абсолютно свежие, красивые и уже давно готовые выходить. Удивительно: пока мы еле разлепляем глаза и с трудом вытаскиваем себя из постелей, наши согруппницы уже готовы к новым свершениям.

– Нам даже завтраки отказались выдать, – жалуется Аглая. – Сказали, что мы выезжаем слишком рано – не положено. Что за сервис?

– Перекусим в Академии или на борту у Прокофьева, – успокаиваю её.

– Я попросила заварить нам хотя бы по чашке кофе каждому, и что ты думаешь? – продолжает сокрушаться менталистка. – Опять же! Не положено!

– Ты не знаешь, что теряешь, – смеюсь. – Лучше мы обойдемся без их чудесного кофе. – Вспоминаю вчерашний разговор с имперским магом и ту бурду в чашках, которую обычно тут подают посетителям.

Остальные ребята спокойно принимают тот факт, что выдвигаться придется без завтрака или легкого намека на него. Спускаемся на улицу по центральной лестнице. Следователи закончили свою работу, и холл уже абсолютно свободен. Вчера тут даже успели убраться, но о вчерашнем происшествии довольно чётко напоминает отсутствие стойки администратора и несколько дыр в стенах. А вот стёкла уже успели вставить. Похоже, кто-то работал ночью.

– Нас даже проводить не вышли, – констатирует Аглая.

– Не страшно, – говорю ей, и мы оставляем ключи на остатках стойки.

Выходим в промозглое утро. На улице никого. Похоже, так рано никто не работает и уж тем более не гуляет. Тем лучше. Можем позволить себе дойти пешком. Здесь, по идее, относительно недалеко до порта. По крайней мере, из-за домов видны грузовые дирижабли – один улетающий, другой ждущий своей очереди. В городе, ещё до рассвета, довольно серьёзное воздушное движение.

– Могли ещё немного поваляться, – зевая, замечает Макс. Он никак не может полностью проснуться.

– Зато не надо искать на улицах сразу два экипажа, – замечает Марина. – Спокойно дойдем пешком.

– А то на стойке администратора мы бы вряд ли их заказали, – язвительно замечает Аглая. – Напишу им разгромный отзыв, и больше туда ни ногой.

– Да ладно тебе, обычное место, – отвечаю. Лично у меня к гостинице ноль претензий. Кормили сносно, спать удобно – на пару дней большего и не надо.

Не торопясь идём до порта и постепенно просыпаемся. Интенсивное движение около диспетчерской и со стороны грузовых ворот говорит о том, что я прав. Похоже, город начинает работать задолго до рассвета, и крупные грузовые машины уже бесшумно покидают порт. В такую рань разгрузка идёт полным ходом.

Проходим через диспетчерскую – там до нас абсолютно никому нет никакого дела. Наш дирижабль узнаём сразу. Он сильно поменьше грузовых и стоит на своём привычном месте, недалеко от складов. Искать не приходится. В другое время в порту, кроме дирижабля Прокофьева, особо никого не встретишь. Зато сейчас активно разгружаются сразу два грузовых, их интенсивно разгружают все те же боты поддержки. На наш дирижабль, похоже, выделен только один, да и тот, кажется, уже заканчивает. Вовремя мы.

Прокофьев тут же нас узнаёт.

– О, ранние студенты! И вам доброе утро! – здоровается капитан. – Поднимайтесь на борт, рассаживайтесь. Как закончим погрузку, сразу взлетаем.

Как мы и рассчитывали. Киваем капитану и по очереди забираемся на борт. Из пассажиров никого нет, только уже знакомые матросы суетливо бегают туда-сюда, здороваясь с нами. Занимаем небольшой столик в кают-компании и дожидаемся отправления.

– Студенты, надо же, и вы тут! – На последних минутах прямо перед отправкой в кают-компанию заходит Пилюлькин. – Как ваши выходные? Не ожидал встретить вас здесь так рано.

Ребята смотрят на меня, и мы все вместе начинаем смеяться. Видимо, напряжение последнего дня догоняет нас только сейчас.

– Разве я сказал что-то смешное? – удивляется Пилюлькин, но не обижается.

– Нет-нет, что вы, – выдавливаю сквозь смех. – Но лучше, когда таких выходных в жизни поменьше.

– Это уж как сами выберете, – улыбается целитель. – Но хорошо, что вы довольны. Так. Раз уж вы все здесь. Олеся, Ларион – жду вас завтра у себя на дополнительных занятиях. Подходите утром к моему кабинету, а дальше разберемся.

– Кому-то опять бесконечно везет, – закатывает глаза Аглая. – А мы как обычно к физруку, во все тяжкие?

Целитель поворачивается к остальным.

– Нет, из вашей группы только Марина, Максим и Марк, – отвечает он со всей серьезностью. – Вы, ребята, поступаете в распоряжение боевого мага. А кто у нас отвечает за боевку? Правильно, физрук. Сочувствую. Но дополнительные занятия нужны для специализации. Придется потерпеть. Потом отправитесь к Иннокентию Павловичу.

Неожиданно. Никто из нас не догадывался, что по возвращении в Академию начнется такое распределение. Нам с Олесей и правда, если так посмотреть, везет больше, чем остальным.

– А я? – задает вопрос Аглая. – Про меня забыли?

– Не забыли, – Пилюлькин поворачивается к девчонке. – С тобой всё немного сложнее… Ты пойдешь отдельно. Дополнительные занятия с тобой проведет директор. Последнее занятие на арене выявило у тебя довольно специфическую направленность таланта. Основу даст другой преподаватель, а тонкости будет рассказывать сам Генрих Олегович, когда у него будет на это время.

– Вы сейчас шутите? – не может поверить менталистка.

– Никак нет, – улыбается Пилюлькин. – Просто ему самому интересно твоё направление.

«Поздравляю», – одними губами говорю девушке. Аглая довольно улыбается. Примерно могу понять её чувства – когда оказываешься отдельно от остальных, чувствуешь, что в тебе есть что-то уникальное. А когда за тебя берется один из сильнейших магов в Академии, это о многом говорит.

– А почему мы не знали о распределении? – уточняю.

– Вам, по идее, должны сказать завтра, но раз уж вы всё равно здесь, да и тайны в этом никакой нет, поэтому почему бы и нет? – говорит Пилюлькин. – Так что готовьтесь: сегодня у вас ещё выходной, а завтра начинаются плотные рабочие будни. Главное, хорошенько выспаться – нужно работать со светлой головой.

– А почему я вместе с Ларионом? – пользуясь случаем, интересуется Олеся. – На арене все наверняка заметили, что у него способности намного шире. Я вообще засомневалась, точно ли мне нужно идти дальше в целительство.

– Ну-ну, не слушайте её, – вмешивается Аглая. – Она больше прибедняется. Вон, на ярмарке накупила всяких эликсиров и трав. Наверное, именно в этот момент и решила, что дальше не пойдешь?

Олеся кидает на менталистку недовольный взгляд. Та слишком воодушевилось новостью индивидуальных занятий и совсем перестала чувствовать берега.

– Сомнения – это нормально, – отвечает Пилюлькин, пропуская комментарии Аглаи мимо ушей. – Начинать всегда страшно и не всегда приятно. Предупрежу сразу, что на полноценного целителя я тебя не вытяну… – Олеся тяжело вздыхает. – Но на целителя поддержки – вполне. Так что тебе, девочка, завтра безусловно ко мне. И захвати всё, что ты там нашла на этой вашей ярмарке, надо посмотреть. Если не обманули с ингредиентами, сразу покажу, что делать на практике.

Кажется, Аглая нехотя сыграла немаловажную роль в завтрашнем обучении. Но девчонка уже отвлеклась от разговоров и полностью погрузилась в созерцание того, что происходит снаружи дирижабля.

– С тобой всё сложнее, – обращается ко мне Пилюлькин. – Ты же понимаешь, почему пойдёшь завтра ко мне?

– Да. Видимо, задание от Юрия Олеговича? – догадываюсь.

– Именно, – подтверждает целитель. – Сейчас мне нужно не только оценить твоё состояние, нам предстоит намного больше. Будем постепенно настраиваться на следующий уровень. Вопросы или, в принципе, все доходчиво?

– Вопросов пока нет – мы же ещё ничего не пробовали, – отрывается от иллюминатора Аглая и снова вставляет свои пять копеек.

– Ну вот и хорошо, – кивает Пилюлькин. – Тогда меня лишний раз не беспокойте, только если принесут завтрак. Хотя для меня тут порция явно не предусмотрена, – грустно усмехается целитель. – Я сильно подустал за эти дни, надо подремать.

Глава 4
Меня вытягивают на охоту

Пилюлькин еще раз осматривает каждого из нас, словно ставит себе мысленные отметки, и отходит к маленькому столику. Садится на кресло и почти мгновенно засыпает.

– Нам бы так! – улыбается Макс. – Вроде только что говорил про работу, а уже в отключке.

Тоже с завистью смотрю на умение целителя. Пилюлькин отключается столь технично, будто тренировался годами. Даже начинаю подозревать очень специфическую целительскую технику. Но, нет. Судя по Марку, никакой техникой тут и не пахнет, парень не беспокоится и не участвует в разговоре: откинувшись, так же мгновенно засыпает на своем месте. Перевожу взгляд на ребят – обсуждать всё, что сказал Пилюлькин прямо сейчас, похоже, никто не хочет. Аглая пару раз пытается завести разговор, но её так никто и не поддерживает.

Всем хочется только одного – спать.

Как только все ребята устраиваются поудобнее, ловлю взгляд Олеси: понимаю её без слов. Тихо встаем и уходим наверх. Прокофьев нам точно не запретит, а кресла там гораздо удобнее.

Встречать рассвет в смотровой дирижабля во время полёта – особенное удовольствие. Кажется, так рано я еще ни разу не летал. На закат мы в прошлый раз попали вместе с Олесей, теперь же переглядываемся в ожидании очередной порции красоты.

Сначала появляется светло-синяя полоса на горизонте: медленно, но неумолимо она расширяется, и в какой-то момент пробивается лёгкое зарево рассветного солнца. До самого рассвета ещё примерно полчаса, не меньше, но тени уже становятся резкими, а небо приобретает особенную глубину. Невозможно оторвать взгляд.

Солнце постепенно выглядывает из-за горизонта и снова включает мир. Лес под нами перестаёт быть таким загадочным и тёмным, тени меняются на более мягкие. Всё это невероятное представление происходит постепенно и отрываться от него просто не хочется. Чувствую, как улыбка наползает на лицо вместе с восходящим солнцем.

– Так красиво… – тихо произносит Олеся, будто боится спугнуть мгновение.

Мы сидим в креслах очень близко друг к другу, едва заметно касаясь плечами.

– Да, – соглашаюсь и поудобнее усаживаюсь в кресле.

С восходом солнца сонливость стирается, а в теле будто просыпаются новые силы.

– Впереди ещё один выходной, – мечтательно замечаю и уже представляю, как отброшу все заботы и просто выдохну.

– У кого выходные, а кому теперь придется проштудировать всю литературу по целительству, – отвечает девчонка. – Я не имею права его подвести. Да и самой себе уже пообещала сделать всё, что от меня зависит… – поджимает губы и грустно улыбается. – Раз завтра дополнительные занятия, нужно взять от них всё, что только можно. Если Константин Иванович подумает, что ошибся во мне и откажет…

– Он тебе точно не откажет, – заверяю. – У тебя всё прекрасно получается.

– Ты не понимаешь, – вздыхает Олеся. – Есть студенты на особенном положении вроде тебя. Теперь ещё и Аглая. У вас специфические навыки. Академия будет обучать вас обоих индивидуально, и преподы приложат все силы, чтобы помочь развить ваши способности. А я кто? Обычный водный маг.

– Сильный маг… – добавляю. – Особенно для первого уровня.

– Не без этого, – соглашается девчонка. – Но я абсолютно обычная, как и мои навыки. Ничего выдающегося. Пилюлькин разглядел во мне потенциал целителя поддержки – и это дорогого стоит. Боевым магом я стану и так. Чуть позже расширю возможности, а вот целительство… Второй раз такое предложение не сделают.

Слежу за размышлениями Олеси с некоторым недоумением. Всё-таки не так много я знаю о том, к чему стремятся ребята из моей группы. Но тут мы на равных: им тоже не стоит знать о том, что через год меня могут пнуть из Академии под зад коленом, если не научусь снимать пелену. Хотя, может быть, Олеся в чем-то права – не пнут. И как минимум из-за редкого таланта. А в случае чего, я всегда найду себе работу в очагах и прорывах.

Ловлю себя на пессимистических мыслях. С чего бы это? Никогда не замечал за собой подобного: что-то не характерное…

И тут же подсознание выдаёт ответ: это не мои эмоции. Как только осознаю неправильность чувств, картинка сразу проясняется.

Я сейчас чувствую переживания Олеси. Похоже, за счет обстановки и небольшого пространства, непроизвольно настраиваюсь на девчонку и начинаю читать её, как менталисты читают тех, с кем они работают.

Очень аккуратно приобнимаю девушку.

– Зря ты так переживаешь, – говорю. – Ты точно справишься, и даже не смей думать, что у тебя не получится. Главное – поставить цель и бить в одну точку, а с этим у тебя всё в порядке. Не забывай, что мы маги, а это значит, что нам повезло больше, чем многим. И с этим можно работать.

Стараюсь поддержать Олесю, и в этот же момент секунда прояснения уходит. Мои эмоции снова мои. Похоже, наследие Кольцова проявляется во время эмоциональных пиков: отрицательных или положительных. Это важно. К тому же, проявляется оно очень интересно. Всего на несколько секунд ловлю ощущения менталистов. Теперь понятно, почему они так ценят тех, кого не могут прочитать.

Время пролетает очень быстро. Уже начинаем снижение.

– Знаешь, если тебе понадобится любая помощь, можешь просто сказать мне, – говорю девушке.

– Спасибо, Ларик, – улыбается Олеся, и тревога на её лице сменяется благодарностью. – Сначала постараюсь справиться сама. Мне важно, что ты рядом, но не менее важно убедиться, что я тоже чего-то стою. От помощи не отказываюсь. Если потребуется, ты будешь первый к кому обращусь, даже не сомневайся.

– Отлично, договорились. – Продолжаем сидеть в обнимку.

Девушка постепенно выходит из эмоционального раздрая, напряжение в её теле тоже спадает. Вроде такие простые слова, но действуют как надо. Да и при этом всём не приходится кривить душой: я и правда готов ей помочь практически в любой момент. Характер Олеси, конечно, берет своё, но это не всегда плохо. Лишняя мотивация ещё никому не повредила. Знаю на собственном опыте.

– А ведь ты прав: мы же маги… значит, для нас нет ничего невозможного, – уже бодрее добавляет девчонка.

Улыбаюсь.

Точно пришла в себя – и это очень хорошо.

Корабль мягко снижается, и в лучах восходящего солнца Академия выглядит как сказочный замок. Не так часто можно посмотреть с высоты на территорию нашего учебного заведения. Есть ощущение, что с прошлого раза, когда я точно так же смотрел на замок, прошёл уже месяц. За этот месяц территория Академии, контролируемая преподавателями, разрастается и становится значительно больше. С учётом отстроенной арены для нашего очередного «шага», это и так было понятно, но увидеть воочию всё равно интересно.

Похоже, что посёлок рядом с замком тоже начинает оживать. По крайней мере, вижу людей на улицах. Скорее всего, это работники Академии или их родственники. Кажется, территория поселка тоже чуть разрослась, и скоро жителей станет ещё больше. Возможно, даже открою что-нибудь новое.

Думать об этом слишком долго не получается. Корабль, сделав небольшой виток вокруг замка, мягко приземляется на площадку.

– Пойдём, – легко касаюсь Олесиной руки. Девушка нехотя поднимается с кресла и обнимает меня.

– Спасибо ещё раз, – произносит она, и мы спускаемся в кают-компанию.

Ребята только-только просыпаются. Никто из них не задаёт вопросов, где мы были. Кажется, привыкают, что мы любим шариться по дирижаблю, да и вообще иногда оставаться наедине.

– Капитан! – Пилюлькин с невозмутимым видом здоровается с Прокофьевым.

– Доктор! – Прокофьев отвечает ему тем же самым.

Пассажирская дверь открывается.

– Можно выходить. – Доброжелательно машет рукой Прокофьев.

Пилюлькин, не дожидаясь полной остановки, покидает корабль и мгновенно исчезает из виду.

– Рад был вас видеть, студенты! Заходите, если что! – прощается капитан.

Мы с Олесей благодарим его лёгким поклоном. Всё-таки панорамный вид с такой высоты – лучший подарок.

– Не за что, – кэп отвечает пониманием на нашу пантомиму. – Обращайтесь!

Выходим и направляемся в Академию.

– Ларион, ты не обидишься, если я сразу пойду в комнату? – спрашивает Олеся.

– Точно нет, – улыбаюсь. После такого тяжёлого дня и недолгих часов сна я бы тоже с удовольствием отдохнул, хоть сейчас и не особо хочется.

– Тогда встретимся на обеде, – отвечает девчонка.

– Завтракать не пойдёшь? – удивляюсь.

– Нет, не сегодня.

Ребята ещё полусонные, зевают и смотрят по сторонам, не прислушиваясь к нашему разговору. До сигнала подъёма ещё часа полтора. Обсуждать ничего не хочется. Молча поднимаемся в наши каморки.

– Ну, что, до завтрака или до обеда? – спрашивает Аглая. – Только умоляю, не стучитесь в общую сеть! Я планирую ещё поспать.

– Правильно, у нас всё-таки выходной! – поддерживает менталистку Макс. – Можно и проспать весь завтрак. Напрягаться будем завтра на индивидуальных занятиях.

Остальные ребята, очевидно, тоже не прочь поваляться до обеда.

Расходимся.

Еще с посадки не чувствую как таковой усталости, так что можно немого позаниматься делами. Иду в свою комнату. Там со вчерашнего дня должны валяться запчасти монстров. Надо бы отнести их Германычу.

Захожу к себе. На спинке кровати бесёнок изображает каменную горгулью. Похоже, ждёт меня ещё с тех пор: сидит с закрытыми глазами и без движения. Почти уверен, что он не только слышал, как я зашёл, но и отреагирует, как только к нему обращусь. Правда, делать это именно сейчас не хочу.

Для начала раздеваюсь и принимаю душ после дороги. Теперь я снова готов к труду и обороне. Вот теперь можно и поговорить.

– Рассказывай, – обращаюсь к бесёнку. Он мгновенно открывает глаза и, будто робот, всего одним движением переводит себя из неактивного состояния в активное. Где он такого насмотрелся – непонятно.

– И-и-и, – очень информативно пищит бесёнок, показывая на основательно увеличившуюся горку запчастей.

– Понятно, пока меня не было, вы на кого-то поохотились, – замечаю.

Монстрик кивает.

– И-и-и! – протяжно пищит тварюшка, соскакивая с дужки кровати. Смешными подпрыгивающими движениями подходит ко мне и тянет за собой.

– Ты опять хочешь, чтобы я пошёл с тобой на охоту? – догадываюсь.

– И-и-и – утверждает бесёнок.

Прикидываю. В принципе, можно и сходить. До подъёма ещё целых полтора часа, а сна ни в одном глазу. Да и выходной – не нужно торопиться к общему сигналу.

К тому же, бесенок ещё в прошлый раз тянул меня за собой. И я пообещал, что как только освободится время, так сразу…

Мне сейчас больше интересны тропы, чем охота. Но отчего же не помочь?

– Хорошо, – говорю монстрику. – Давай тогда иди первый, а я скоро к тебе присоединюсь, как в прошлый раз. Хорошо?

Бесёнок согласно кивает и погружается в стену. Проверяю свое обмундирование, забираю одну из мин и собираю все ингредиенты в небольшую коробку из-под пайков. Вместе с коробкой сначала иду к Германычу. А то, если мы притащим еще запчастей, будет слишком много. Завхоз сам просил дозированно, не увлекаться.

Да и вряд ли Германыч сейчас спит: раз прилетел Прокофьев, наверняка разгрузка уже идет полным ходом.

На складе никакой суеты. Германыч спокойно раскидывает привезённые ящики. Меня встречает вообще без удивления.

– Вернулся с утренним дирижаблем, да, студент? – задает риторический вопрос.

– Да, Афанасий Германович, – подтверждаю. – И заодно принёс разные ингридиенты.

– Где ж ты в городе таких вещей набрал? – ворчливо спрашивает завхоз. – Да ещё так много, – оценивает на вес. – В принципе, потянем. Предыдущий аукцион уже прошёл. Деньги тебе скоро упадут.

Мы с завхозом не обсуждаем в подробностях, где и что я беру. Всех это устраивает, каждый имеет свою копеечку.

– А если я ещё и сегодня принесу, заберёте? – аккуратно отвечаю

– Да, заберу, куда ж я денусь, – вздыхает Германыч. – Только имей в виду: там засадники сильно размножились, поэтому физрук пошёл на Другую сторону. Будь аккуратней, – предупреждает и кивает на ингредиенты со сбором запчастей. – А это я сейчас приберу.

– Хорошо, спасибо, буду иметь в виду, – благодарю завхоза и решаю больше не задерживаться на складах.

Выхожу в коридор, быстро поднимаюсь на этаж директора и сразу на следующий – самый простой способ попасть на Другую сторону.

Не самые устойчивые метрики пространства пропускают меня легко и непринуждённо. Как и в первый раз попадаю в коридор. Все уже знакомо. Тем более, здесь настолько часто шастают люди, что место уже достаточно устойчивое и практически не изменяемое. Мы все запомнили его примерно одинаково. Беру направление на бесенка и отправляюсь в его сторону. Сразу же простреливаю потолки росчерками – сейчас нет ни малейшего желания попадать в засаду и тратить время.

В какой-то момент заворачиваю за угол и напарываюсь на мёртвую тушу засадника. Сердце подпрыгивает и тут же возвращается на место. Существо определенно не подает признаков жизни, и убито оно сегодня. Выдыхаю: похоже, здесь недавно прошёл физрук.

Пробегаю коридор и заворачиваю. Ориентируюсь на бесёнка. Сразу после поворота чувствую ощущение жуткого голода. На мгновение останавливаюсь. Удивлённо прислушиваюсь к ощущениям, которые в таком виде себя раньше не проявляли. Нет, просто голод. При том, что совсем недавно есть вообще не хотел.

На автомате раскидываю росчерки по туманному коридору. Яркий силуэт засадника весело загорается и осыпается на пол невесомым пеплом.

Ощущение голода сразу же пропадает. Неожиданно. Попадаю на эмоциональный пик, и сразу же прорывается наследие Кольцова. Похоже, подобным способом могу ощущать не только людей. Это уже ближе к тому, что чувствует Аглая. Но менталистка, в отличие от меня, чувствует всё более чётко – с направлением и пониманием. А я могу определить только присутствие. Но это лишь начало.

Надо будет чуть позже написать Ариадне по поводу встречи: нужно выполнить обещание. Наверняка меня там ждёт что-нибудь интересное. Ну, или, как минимум, можно проконсультироваться с действующим менталистом. В свете последних событий не помешает.

Пробиваю дальше дорогу росчерками. Пока что больше никого не встречаю. Бесёнок вроде бы где-то совсем близко. Внимательно смотрю по сторонам, чтобы не пропустить.

Пара поворотов – и выхожу на замершего как статуя бесёнка с тремя подручными. Менее развитые бесята повторяют позу за своим главным и тоже стараются выглядеть как гаргульи. Получается у них откровенно плохо.

Как только появляюсь в коридоре, бесёнок плавно переходит в рабочее состояние. Припрыгивает, подбирается ко мне и тянет за руку к тёмному туманному коридору. Хочу сделать шаг, но тварюшка не позволяет. Прыгает вокруг, смешно надувая щёки.

– Бууу! – произносит новый звук.

– Ничего не понимаю, – говорю бесенку. – Там опасно? – спрашиваю.

Бесёнок активно кивает и неожиданно рычит на своих подчинённых. Все быстро подбегают к монстрику. Тот опять надувают щёки и делает волнообразные движения лапами. К нему тут же присоединяются ещё трое подчинённых. Получается очень забавная пантомима, точно изображающая засадника с щупальцами.