Текст книги "Моя Академия 7 (СИ)"

Автор книги: Валерий Листратов

Соавторы: Евгений Син
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

По лесу идти неприятно. Не могу сказать, что чувствую внимание, но активная пустота, словно всю дорогу давит на разум. Не должен лес так звучать, точнее, так громко молчать.

Доходим до поворота, и тропа заканчивается. Теперь метров двести по густому лесу без дороги, прямиком до обрыва. Рядом, можно сказать.

– Ларион? – Директор замечает, что мы сходим с тропы.

Напоминаю себе, что братья видят лес не так, как я. Для них вокруг плотный туман, как недавно говорил Генрих Олегович. И мой уход в сторону от устойчивой тропы выглядит не совсем логичным.

– Все нормально, Генрих Олегович. Вы же леса не видите, правильно? – уточняю.

– Нет, – отвечает за него имперский маг. – Стена тумана в пяти шагах.

– Ну вот, а для меня лес просматривается метров на сто, может, чуть меньше, – поясняю. – И он неприятно пустой.

– Итак, ты везде так видишь пространство в отражениях? – уточняет Юрий.

– Нет, – отвечаю, чуть задумавшись. – Думаю, только когда иду по настоящему миру. Такому как этот.

– С чего ты взял, что этот мир настоящий? – уточняет имперский маг.

– Есть у меня четкое ощущение, – отвечаю. – что этот мир, будто подложка под наш. Но я не настаиваю. Тем более, доказать не могу, только ощущения, не более того. Ну, и в отражениях в Академии я тоже вижу именно стену тумана. То, что вокруг – точно отличается.

– Иногда, ощущения – это все, что у нас есть, – соглашается маг. Непонятно, принимает он мои объяснения или нет.

Ещё с десяток шагов – и мы приходим.

– Аккуратнее, – говорю директору и его брату. Мне-то споры монстров никакого вреда не несут.

Выглядываю из зарослей и возвращаюсь обратно, не скрывая своего удивления. Тут за время нашего отсутствия произошли изменения.

Директор видит мою реакцию и тут же подбегает к зарослям. Тоже приподнимает брови.

– Это всё, что вы хотели мне показать? – спрашивает Юрий Олегович.

– Нет, – говорю, – до этого момента существ было значительно больше.

Сейчас долина всего наполовину состоит из шевелящейся массы этих тварей. И те, где-то вдалеке, почти в центре долины. В остальных местах буквально вся земля словно серое рыхлое полотно.

– И где же та самая опасность? – Осматривает поле брат директора.

– Вообще, была здесь рядом. Но пока что всё исчезло. – С интересом смотрю на землю в долине. Что-то не дает мне покоя.

Хм. Достаю револьвер.

– Орлов! Вы что-то чувствуете? – уточняет директор.

– Генрих Олегович, а как вы сейчас видите долину? Как дорогу? – спрашиваю. – Или всё-таки всю долину целиком: так же как и я?

– Далеко вижу. Но я как-то не обратил на это внимания, – нервно улыбается директор. – Да, действительно, вижу всю долину, как и раньше.

– Так и я вижу всю долину. Что в этом странного? – дергает щекой Юрий.

– Ну так дорогу-то вы не видели, и лес не видите, – объясняю. – Только долину. Но при этом монстры где-то там, в её центре и довольно далеко.

Выщёлкиваю барабан и вытаскиваю патроны с пулями. Заменяю их на кассеты с дробью.

– Если эта долина аномальна сама по себе – одно дело, – размышляю. – А вот если аномальны сами существа, про которых говорил Генрих Олегович, тогда это совсем другое. Особенно, если они – живые накопители магии.

– Но здесь их нет, – сухо замечает Юрий. – В общем, понятно. Пойдем, студент. Нам еще до ваших монстров, похоже, километра два идти. С философией можно подождать. Тут спуск есть? – Брат директора наклоняется над обрывом в поисках хоть какой-нибудь тропки.

Сразу видно, что маг уже давно не встречал никого, кто смог бы противопоставить хоть что-нибудь его магической силе. Привык не искать никаких подвохов. А вот я после того, как едва не стал кормом для засадников, некоторую опаску вполне имею. Да и слабоват я против серьёзного мага. Так что засады вижу практически в любом благоприятном стечении обстоятельств. Может быть, и зря.

– Юрий Олегович, не спешите, пожалуйста, – останавливаю имперского мага. – Дайте я кое-что проверю.

Наводжу револьвер на то место, где раньше тянулись нитяные монстры. Разряжаю широкой дугой в рыхлую почву.

На мгновение мне кажется, что я ошибаюсь. Неужели паранойя?

Третий по счёту выстрел, видимо, всё-таки пробивается сквозь небольшой слой почвы, и на поверхность земли выстреливают нити одного из монстров. И сразу же бессильно опадают.

Еще секунда и поверхность земли перед нами словно взрывается.

Глава 9
Наблюдаем за долиной

– Назад! – кричу. – Отойдите от обрыва!

Останавливаюсь. Чего это я? Маги рядом со мной более опытные, чем возможно себе представить. И уж точно могут позволить себе любые реакции и действия. Они их точно могут контролировать.

Больше ничего не говорю. Юрий так и остаётся стоять на месте. Разве что напротив него что-то происходит с пространством. Вглядываюсь, но изменения тут же исчезают, не успеваю приглядеться.

Директор бросает на меня взгляд и улыбается, но не отходит от края обрыва. Смотрит вниз с некоторым облегчением. Видимо, опасность, про которую он говорил своему брату, была описана достаточно серьёзной. При этом, с самого начала мы её не увидели.

Земля в долине перед нами взрывается сотнями или даже тысячами нитей монстров. После взрывов, земля трескается, и оттуда вырастают сами существа.

– Надо же, – говорит Юрий, – а я даже не чувствовал. И разведка ничего не показала. Как же это необычно! Генрих, ты видел? Да? Они прятались!

– Теперь понятно, почему батальон понес такие потери, – качает головой директор. – Идеальная маскировка!

– Только абсолютно никакой выдержки! – подхватывает его брат. – Я же прямо сейчас собирался туда спуститься. Буквально в лапы… эээ… точнее, прямиком в нити… этим монстрам! Не думаю, что им бы это сильно помогло, но если бы существа подождали еще хотя бы пару минут – у них появилась хотя бы тень шанса.

– Юр, о чём ты говоришь? – обращается к брату Генрих Олегович. – Мы же их вскрывали. Там нет мозга. Только несколько сгустков нервной ткани. Ты же сам сказал, их инстинкты на уровне обычного червя. Больно – бежим или атакуем. Надо жрать и спать. Всё.

– Да, да, Генрих, да. Знаешь, их ведь придётся изучать дальше только ради такой маскировки, – вздыхает Юрий. – В общем, мне очень не хотелось заниматься организацией, но не могу не согласиться – местами ты прав.

– Всё-таки прав? – ухмыляется директор. – Значит, не будешь настаивать на их полном уничтожении?

– Как это не буду? – удивляется Юрий. – Буду. Просто не полном, и остатки – под жесткий контроль. Генрих, моя задача другая. Я не мечтаю получить побольше денег или порадовать вас, исследователей. Моя задача – защитить людей. А людей защитить я смогу только уничтожив угрозу, – брат директора равнодушно кивает на долину.

Море нитяных тварей волнуется и выпускает над собой огромное облако спор. Плотная туча разрастается, набирает объём и летит в нашу сторону.

– Студент, ты ведь совершенно не беспокоишься? – замечает Юрий.

– Мне не о чем переживать, споры на меня не влияют, – объясняю свою реакцию. – Они, скорее всего, сгорят, когда подлетят ближе.

– Ты когда успел еще и со спорами пересечься? – удивляется имперский маг.

– Не пересекался, – отвечаю. – Споры я только уничтожал. Но, вроде как, это логично.

– Ну, не знаю, не знаю… Природа не всегда поступает логично, – задумчиво произносит Юрий Олегович. – Советую держаться поближе. Мне не сложно растянуть на тебя свою защиту. Да и зачем нам лишние сложности?

Бросаю взгляд на директора. Юрий, видимо, замечает.

– Генрих сам справится, – поясняет имперский маг. – Ему практика нужнее.

Директор кивает, тем самым соглашаясь на мою защиту имперским магом. В этом есть определённая логика. Как бы он не относился к своему брату, и как бы они не спорили между собой, Юрий, очевидно, сильнее, чем Генрих Олегович. И, безусловно, опытнее. Директор отвечает за меня, поэтому принимает такое решение.

Споры плотным облаком поднимаются в воздух. Ощущаю приближение угрозы. Не совсем понимаю, почему братья не обращают на него внимания.

Отправляю туда росчерк, и мгновенно выжигаю небольшой кусок облака. В принципе, при большом желании, можно полностью уничтожить все споры росчерками. Правда, есть нюанс – с таким результатом мне понадобится часа три.

Чувствую слабый прилив магии. А, может, с моей особенностью, времени может потребоваться даже больше. Слишком маленький кусок облака превращается в пепел, вся остальная большая туча летит прямо на нас. Ветер ей помогает – дует в нашу сторону, поэтому ничего неожиданного в этом нет.

Братья с интересом наблюдают за перемещением и формированием спор. Выжженный кусок не заполняется спорами, но становится незаметным при общей массе – облако его словно обтекает.

– Так, а где телепорты, про которые вы говорили? – задаёт вопрос имперский маг.

– Мы не знаем алгоритм, при котором они включаются и выключаются, – отвечаю ему. – Я здесь бывал дважды, и динамика отличалась. Во второй раз пришлось немного подождать, прежде чем образовалась воронка.

– Ну, значит, подождём, – поджимает губы маг.

Словно в ответ на его слова, недалеко от нас, но поближе к центру, открывается уже знакомая воронка. Очень похожа на ту, которая перенесла нас совсем недавно. Воздух закручивается чуть ниже самой тучи.

Пространство рядом с воронкой слегка искажается и с корнем вырывает нитяного монстра из земли. Затягивает внутрь себя вместе с воздухом вьющиеся вокруг споры из облака. От этого сама воронка едва уловимо подсвечивается.

– Замечательно! Красиво! Не находишь, Генрих? – Юрий показывает на чётко очерченную спорами воронку телепорта. – Как рисунок в учебнике. Невероятно же!

– А я говорил, что ты прирождённый учитель, – усмехается директор. – Ты же постоянно думаешь в эту сторону.

– Тьфу на тебя! – с лёгкой весёлостью отвечает Юрий. – Мне есть, чем занять свой досуг. Но ты посмотри, как красиво…

Не поспоришь – на самом деле красиво. Воронка за несколько секунд четко проявляется на фоне сумрачного неба и немного подсвечивается красноватыми отблесками. Все напряжения пространства видны точными чёткими линиями, как и края воронки.

– Ты только посмотри, – показывает Юрий в центр долины. – Она же разветвляется и запускает рядом ещё парочку таких же. Мне кажется, мы как раз успели к началу нового цикла. Очень интересно.

Воронка действительно раздваивается. Первая исчезает, но две другие остаются над землей и буквально пылесосят монстров. Часть облака из спор тоже исчезает внутри.

– Ты говорил, на другой стороне долины огненная стена? – уточняет Юрий Олегович.

– Да, батальон держит ее без пауз, – отвечает директор.

– Значит, за них не беспокоимся, – Юрий провожает взглядом исчезающие воронки телепортов. – Сколько длятся перерывы между проявлениями?

– Не знаю, – пожимаю плечами. – В прошлый раз, когда мы с Генрихом Олеговичем были здесь, застали как минимум пятнадцатиминутный перерыв. Воронки не появлялись.

– Так, то есть, минимум пятнадцать минут, – прикидывает Юрий. – А количество воронок такое же как сейчас?

– Вроде бы да, – вспоминаю. – Тоже три штуки.

– Отлично, значит, каждый рабочий цикл, как вы предполагаете, артефакта, выдает три воронки, – размышляет имперский маг. – Между ними – перерыв в четверть часа, и работает это все уже примерно две недели, так?

– Да, – подтверждает директор. – Первые потери в батальоне датируется примерно тем же сроком. Но максимальные – в последнюю неделю. Бойцы, вроде бы, купировали район появления существ и тщательно контролируют его. Пусть и с огромным напряжением дежурных магов.

– Накопители, в таком случае, отметаем, – делает вывод Юрий. – Вряд-ли здесь используют что-либо уникальное. Ситуации с искусственными порталами похожи на отработку разных технологий. Тут предлагаю исходить из той же логики.

– Я считаю, что накопители тут тоже есть, – вмешивается директор.

– Без сомнений, – кивает Юрий. – Только они копят заряд из окружающей магии и мгновенно отдают накопленное в цикл. Считаю, что студент прав – амулет в Очаге. В любом другом месте артефактный амулет с воронками работать попросту не будет. Для его работы необходимо место с аномальным давлением магии. Это первое. А, во – вторых, мы только что уже невероятно сократили спектр используемых материалов. И если учесть, что контрабандисты… – имперский маг прерывает размышления. – Генрих, твои дружки дошли до этого простого вывода? Нет?

– Догадались. Не глупее нас всех. Немного травмированы службой, но не более того, Юра, – недовольно отвечает директор. – Цветков обещал поднять и перетрясти все группы контрабасов за пару дней.

Облако спор делится на две части и полностью исчезает в воронках. Никакой видимой опасности для нас нет. Монстры к нам не тянутся, да и высоковато будет. А воронки сначала стоят на одном месте, а потом и вовсе исчезают. С интересом слушаю разговор братьев.

– Воот. Молодцы. Но я в них и не сомневался, – кивает имперский маг. – Не думаю, что в Очаг пронесли что-то больше ручной клади. Следовательно, стационарные накопители тоже отметаем – они неподъемные. Мимо военных с такими не пройти. Отлично! Найдем мы твои амулеты, Генрих, найдем.

– Не мои, а студента. Это он предположил, – показывает на меня директор.

– Ну, парень, ты точно молодец, – смеётся Юрий. – Это критическое доказательство, – машет рукой в сторону исчезнувших воронок. – Они искусственные, к тому же их действия похожи на классическую схему дублирующих ударов при взломе крепостной защиты. Динамика появления воронок – один в один. И ритм соблюден, и сила… Даже расширяющийся вектор. Странно что ты, Генрих, этого не заметил.

– Юр, если ты не в курсе, я крепости никогда не штурмовал, – равнодушно говорит директор. – И столь неочевидных параллелей не провел. Где порталы, а где атакующие комплексы?

Буквально впитываю каждое слово, сказанное имперским магом. Вряд ли когда-нибудь услышу подобное.

– Вот и зря. Очень, знаешь ли, способствует личному могуществу, – усмехается Юрий. – Ладно, едем дальше. Студент, сколько было воронок в первый раз, когда ты сюда попал?

– Вроде бы всего одна воронка, – вспоминаю. – Не знаю, не могу сказать, – начинаю сомневаться. – Кажется, видел только одну, но, возможно, их было больше. Просто не обратил внимания – торопился вернуться в Академию, чтобы предупредить об опасности.

Воронок и правда могло быть сколько угодно. Моё внимание в тот момент слишком расфокусировалось. Рядом находился бесёнок, и я за ним следил больше, чем за проявлениями долины. Мне-то споры не страшны, а вот бесенку – кто ж его знает? Потом мы действительно очень быстро ушли.

– Тогда это не показатель, – говорит имперский маг. – В таком случае, господа, предлагаю на некоторое время задержаться. Генрих, ты же имеешь постоянный контакт с батальоном? – спрашивает Юрий.

– Да, – подтверждает директор. – Тебе зачем?

– Не в курсе, что у них происходит? – продолжает задавать вопросы его брат. – Они тебе что-нибудь говорили?

– Что они скажут, если даже воронки телепорта не видели? – пожимает плечами директор. – Для них твари появлялись из неоткуда. Причём на тех же местах, которые бойцы уже зачищали. С подобной механикой они не сталкивались. Сейчас район вроде бы локализовали. Удерживают.

– Динамику отслеживают? – интересуется Юрий.

– Я рассказал им об этом только вчера, – отвечает Генрих Олегович. – Значит, теперь они обратят внимание.

– Ладно, я потом сам у них поинтересуюсь, – машет рукой имперский маг. – Так, а воронки в лес заглядывают?

– Не уверен, но последняя прошла по самому краю, – замечаю. – Нас с Генрихом Олеговичем прямо отсюда затянуло под огонь батальона.

– А с этого места поподробнее, – просит Юрий. – Этого пока не было в отчетах.

– Конечно, когда бы им? Это же случилось только вчера! – ворчит директор. – Когда бы ты этот отчёт получил? Да и когда бы я его написал?

– У тебя сейчас есть время, как раз, пока мы ждём начало следующего цикла… – замечает имперский маг.

– Да ты что? – картинно возмущается директор. – Вот я как раз этого и ждал, когда бы мне тебе отчёт написать.

– Генрих, а если серьёзно? – спрашивает его брат.

– А если серьёзно, Юра, то я в телепорте ни разу не был вплоть до вчерашнего вечера, – отвечает Генрих Олегович. – Это Орлов может себе позволить сравнивать, но я тебе об этом уже говорил. Для меня телепорт – новый опыт, какой я тебе отчёт напишу? Перемещение длилось всего пару секунд. Анализ окружающего пространства сделать я банально не успел. Все силы бросил на защиту студента и образца, который мы с ним добыли. По ощущениям, окружающее пространство в момент переноса не было агрессивным. По крайней мере, моих сил хватило и на защиту, и на контроль.

– Замечательно, – потирает руки Юрий Олегович. – А снаружи?

– Снаружи – обычная дезинтеграция батальона, – отвечает директор. – Ничего нового. Мы там могли долго простоять: и магии в пространстве много, и моему щиту они сделать ничего не могли.

– И это тоже хорошая новость, – улыбается имперский маг. – Продолжай, продолжай, рассказывай, у тебя хорошо получается.

– А что продолжать? – ворчливо говорит директор. – Студент убил существо. Орлову просто проще – у него специфический талант.

– Какой? – уточняет Юрий Олегович.

– Юр, ты личные дела своих фигурантов вообще не читаешь? – с некоторым укором спрашивает Генрих Олегович.

– Не понимаю, – удивляется имперский маг. – Про вашего Орлова я уже сказал – мне на него ничего не дали.

– У тебя было целых полтора часа, – напоминает директор. – Ты мог бы запросить у моего секретариата. А ведь я был уверен, что ты это сделал.

Смотрю за небольшой перепалкой с нескрываемым интересом. Почему имперскому магу не дали на меня всю информацию – хороший вопрос. Но мы уже докопались до некоторых моментов: кому-то явно невыгодно, чтобы мы все работали сообща. При этом, все ходы всё равно просчитаны. И это удивляет больше всего.

– Какой секретариат, Генрих? – возмущается Юрий. – Все твои преподаватели носятся по Академии как взмыленные лошадки. А в качестве секретарей работают студенты старших курсов, и тех на месте не застать.

– Ладно, возможно, ты и прав, – нехотя признаёт Генрих Олегович. – Я скинул на студентов всю организационную работу. Они вроде неплохо справляются, всё подготавливают вовремя. Наличие на рабочем месте, каюсь, не проверял. Да и зачем? У меня же практически не бывает посетителей. Студенты делают всё, что нужно в свободное время. Говорю, если сроки горят, но обычно у нас все в спокойном режиме.

– И где бы тогда я их ловил, по-твоему? – спрашивает Юрий.

– Всё, не начинай, – останавливает выяснение отношений директор. – Вернемся к нашему вопросу. В общем, у Орлова есть талант: если он пользуется своим револьвером, то мгновенно убивает практически любую тварь прорыва, при этом, сохраняя её в целости и сохранности. Понимаешь, его талант дает такой эффект, будто монстра прорыва убивали холодным оружием, без каких-либо магических всплесков.

– То есть твари остаются с нейтральным потенциалом, которым они обладали при жизни? – уточняет имперский маг.

– Именно, – подтверждаю его слова.

– Так вот, с чем связано качество ингредиентов, которые теперь иногда поступают из вашей Академии? – задаёт вопрос Юрий.

Директор бросает на меня весёлый взгляд.

– Ну да, некоторые ингредиенты действительно добываются группой Орлова, – подтверждает он. – Если бы убивал я, – поясняет директор. – ты же понимаешь, тварь была бы со смещённым потенциалом.

– … и мы бы вряд ли смогли получить настолько точные данные после вскрытия. Да. Теперь понимаю.

– И скорее всего, мы бы не сумели отследить её потенциал, как накопителя магии, – добавляет Генрих Олегович. – Она бы фонила отголосками моей энергии. Поэтому добычей занимался Орлов.

– Вы мне об этом ничего не говорили, – обращаюсь к директору.

Как я и догадывался – мой талант намного шире, и преподы знают больше. Не рассказывают тоже по определенным причинам. А вот по каким именно – было бы интересно выяснить.

– И не надо было, – вздыхает директор. – Пока ты этого не знал, у тебя были хорошие результаты. А теперь – непонятно, что будет.

– Ларион, может быть, покажешь? – обращается ко мне Юрий.

Глава 10
Работает имперский маг

– Вы же только что видели, перед тем, как выскочили нити, – объясняю. – Всё то же самое, но я специально зарядил дробью, чтобы побеспокоить возможную засаду.

– Ты уже сталкивался и с таким? – уточняет имперский маг.

– Да, в Академии, – отвечаю. – Несколько раз подряд попадал на засадников, и с тех пор у меня небольшая паранойя по этому поводу.

– Хорошая паранойя, – задумчиво произносит Юрий. – Сейчас она удачно сработала, а, главное, вовремя.

– Да, мне тоже так кажется, – киваю. – Но, как видите, проникающей силы дроби не хватило, и только третий выстрел умудрился кого-то задеть, остальные пять ушли в молоко.

– Есть такое, – соглашается брат директора. – Получается, что твари от твоих выстрелов погибают не стопроцентно?

– Видимо так, – пожимаю плечами.

С большими монстрами работало иначе. Не помню, чтобы в городе, у реки, существа умирали выборочно – ничего подобного. Там от выстрелов ложился каждый первый, как и в коридорах Академии. С нитями все немного сложнее. А может, просто не попал. Земля защитила – кто ж теперь скажет. Но результат – есть, а это главное.

Перезаряжаю револьвер обычными патронами.

– Значит, можно сказать, что эти твари родственны существам из прорывов, – размышляет имперский маг. – Следовательно, вокруг нас не мир, а некая, возможно, каверна или что-то другое, тесно связанное с отражением. Или у тебя есть ещё какие-то грани способности, о которых вы мне не рассказываете? – Юрий пристально смотрит на брата.

– Боюсь, что вывод не совсем корректен, – отвечаю ему. – Мы проводили с Пилюлькиным эксперимент, и твари, отравленные магией больше чем на двадцать процентов, прекрасным образом сгорали от моей магической атаки, и умирали так же мгновенно, от атаки оружием, – вспоминаю наше занятие в целительской. Именно тогда из клетки сбежал бесёнок. – Точно так же реагируют монстры прорыва. Мне кажется, что моя магия взаимодействует определенным образом в ответ на неструктурированную или дикую магию.

– Очень занятно, – Юрий не отрывает взгляд от директора. – Хотелось бы к этому иметь отношение… – бормочет себе под нос имперский маг. – Ладно, если мой вывод неправильный, позже его скорректирую. Меня теперь волнует немного другое – допустим, нитевые монстры являются чуть ли не накопителями магии, тогда отравление, определенно, должно быть больше, чем двадцать процентов. Ладно, понаблюдаем. Итак, студент убил монстра, вы его забрали, – Юрий восстанавливает картину недавних событий. – Над вами открылся портал, и вас туда затянуло. Порталы – и есть воронки. Это была третья или первая?

Вспоминаю, но Генрих Олегович меня опережает.

– Скорее всего, третья, – отвечает он. – Юр, чего ты добиваешься?

– Мне просто хочется понять, почему открылся портал: он отреагировал на деятельность внутри долины или произошла случайность? – размышляет Юрий. – Но мы сейчас сами проверим.

– Я бы не хотел лишний раз дёргать смерть за усы, – говорю, – причём без резкой нужды.

– Здесь я с тобой согласен, – немного подумав, соглашается имперский маг. – Но я тебя и не заставляю. Дёргать смерть за усы, – усмехается, – хорошее выражение… в общем, я буду один. Вы вдвоём участвовать во всём этом не обязаны. Более того, я категорически против. Но моя задача – закрыть данную аномалию. Для этого мне нужно найти причины ее распространения.

– Вы сейчас про порталы или про очаги? – уточняю.

– Я сейчас и про то, и про другое, – поясняет имперский маг. – Просто одно из дел, которое нужно завершить. Итак, я слушаю тебя дальше.

– Ну, а что дальше? – отвечает брату директор. – Я в портале был впервые. И он не имеет похожих черт с воротами внутри Академии. С теми, через которые мы с преподавателями попадаем в отражения. Что-то похожее, наверное, есть, но не на уровне ощущений. Скорее, какого-то привкуса. Поэтому здесь я тебе вообще не помощник. Попросту ничего не скажу. Не было у меня времени на получение информации.

– Ларион? – с некоторым ожиданием обращается ко мне маг.

– Я, как и говорил, ориентируюсь только по ощущениям, – начинаю объяснять. – В этом плане порталы, куда я попадал с помощью мин и тот портал, куда нас затянула открытая воронка, очень похожи. Собственно, именно на этом я акцентировал внимание Генриха Олеговича. Поэтому мы всё же решили, что воронки – ничто другое, как искусственное образование.

– Решили правильно, – кивает имперский маг. – Мы уже к этому возвращаться не будем – и так понятно.

– Юрий, ты же не хочешь… – начинает директор. В его голосе звучит предупреждение.

– Ну, как это – не хочешь? Хочу, – отвечает имперский маг – ему не обязательно дослушивать вопрос. Он понимает брата с полуслова. – Вы со студентом уже прошли этим путём, и я пройду. Я всё прикинул – риск того стоит. Появиться в расположении батальона без приглашения и без всякого предупреждения, в общем-то, неплохая идея. Вряд ли начальство прямо сейчас сидит и ждёт внеплановую проверку.

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Насколько я понял, их начальство не очень любит, чтобы батальону помогали гражданские.

– А людей терять они любят? – заводится Юрий Олегович. – И не просто людей: обученных, опытных, на которых потрачены немалые государственные средства?

– Как раз-таки людей они и не потеряли, – пожимаю плечами. – Нашими силами, но всё же. Вы сами присутствовали на нашей последней работе. Мы делали её насквозь нелегально. Начальство не давало добро.

– А госпиталь мог их вылечить? – интересуется имперский маг.

– Точно нет, – качает головой директор.

– При снятии стазиса счет без нашей помощи пошел бы на минуты, если не на секунды, – подтверждаю. – Минут через десять-пятнадцать бойцы превратились бы в безмозглых кукол. А, может, и хуже – сошли бы под основу для таких существ, – киваю на долину.

– Понятно, – выдыхает Юрий. – Ладно, это не ваше дело. Это мои вопросы. Ну что, задерживаются ваши порталы? – замечает он, глядя на пустое поле без воронок.

Как по команде над долиной образуется воронка.

– А, нет, не задерживаются, – ухмыляется брат директора. – Действительно, без малого всего четверть часа.

Удивительно, что маг задает вопрос буквально за секунды до появления портала. Сейчас он открывается немного в другом месте – чуть подальше от нас, но с тем же красноватым оттенком. Очень красивый, но страшный вид.

Воронка расширяется и сначала пылесосит монстров с земли. Быстро заканчивает и раздваивается. Первая – основная, как и до этого, исчезает.

Алгоритм повторяется практически до запятой: с тем же самым ритмическим рисунком. Единственное отличие – само расположение первого портала. Видимо, артефактный амулет наводится вслепую, либо по неизвестным нам критериям. Есть еще вариант, но его описать сложнее – артефакт может нащупывать место открытия самостоятельно в бесконечности разных отражений. Пока сказать сложно.

– Что ж, вопросов по поводу искусственной природы данного явления у меня нет, – заявляет имперский маг.

– На самом деле похоже, – соглашаюсь. – Но есть еще один вариант – вдруг, воронки – это природная аномалия? Я так понимаю, что таких никто и никогда не наблюдал, поэтому принять версию об искусственном происхождении порталов намного проще.

– Принято. Возможно, – рассуждает имперский маг. – Но для начала нужно проверить версию искусственного создания. Мне всё же нужно решить проблему. Предлагаю оставить центральные области этой долины под наблюдением и уничтожить всё, что подлежит уничтожению. Всё лишнее.

Директор хмурится. Он безусловно недоволен, но ничего не говорит.

– От нас потребуется какая-то помощь? – спрашиваю.

– Теоретически нет, – отвечает Юрий, – а вот практически… Посторожите, что ли…

– Вряд ли наше присутствие решит проблему, если появится то, с чем не справится твоя защита, – замечает директор.

– Не думаю. Вряд ли здесь кто-нибудь появится, – говорю. – Лес совсем пустой.

– Именно, – соглашается маг, – но всё же, прикройте меня. Здесь понадобится серьёзная концентрация, и я боюсь, что банально не успею среагировать.

– Прикроем, конечно, – отвечаю.

И я, и Генрих Олегович понимаем – имперский маг начинает творить что-то запредельно сложное. Мы встаём поодаль, каждый со своей стороны – у директора, очевидно, защита лучше. Какая бы она не была. А вот я на свой новый щит надежды особо не питаю, но разово – точно сработает. Больше и не надо. Подобраться к Юрию со стороны теперь не получится при всем желании.

Из меня, если уж честно, получается довольно сомнительная охрана для мастеров своего дела, тем более, для имперского мага. Господам братьям, конечно, в этом плане виднее. Да и так называемая «охрана» тут – скорее, не более, чем расчет на внимательность. Если замечу опасность раньше, чем Генрих Олегович – предупрежу. Все же лес я, в отличии от братьев вижу нормально.

– Сколько времени всё это займёт? – бросаю вопрос в воздух, так как имперский маг уже чудовищно сконцентрирован. Уверен, если он и слышит мой вопрос, то вряд ли собирается на него отвечать. Так и происходит. Отвечает на него директор.

– Знаешь что, – задумывается он, – я сейчас даже немного завидую своему брату. Не знаю, что именно он собирается делать, но работа предстоит творческая. Сколько займет времени – трудно сказать.

– Почему? – интеерсуюсь. – Разве нет определенных правил и алгоритмов.

– Орлов, тут мир совсем другой, и законы тоже другие, – отвечает Генрих Олегович. – Чувствуется, что магия здесь, как бы это правильнее сказать… – щёлкает пальцами, – с другим привкусом. Не такая, как у нас дома. Значит, всё, что Юрий хочет сделать, придётся адаптировать конкретно под этот мир. Любые заклятия – это же ничто иное, как овеществленное желание мага. А сложные конструкты состоят из многочисленных критериев и ограничений.

– Получается, ваш брат сейчас создает сложные конструкты и пытается как можно удачнее адаптировать их под этот мир? – уточняю.

– Вряд ли он просто адаптирует, – с сомнением произносит директор. – Даже если так, всё равно нужно пересчитывать много разных параметров, особенно, если воздействие планируется глобальным. Так что ничего удивительного в этом нет, – показывает головой на имперского мага. Тот сосредоточенно погружается в процесс.

– Если честно, не совсем понимаю, что он делает, – стараюсь узнать чуть больше информации.

– Жаль, что ты сейчас не можешь видеть внутреннюю работу мага – тебе доступны только внешние проявления, – вздыхает Генрих Олегович. – Но даже наблюдение за работой учит многому. Так что повнимательнее.

– Согласен, – говорю. – Пилюлькин подсвечивал мне нужные глифы, когда мы работали с диагностикой, и многие из них я запомнил очень неплохо.