444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Валерий Камнев » Время длинных клыков (СИ) » Текст книги (страница 5)
Время длинных клыков (СИ)
  • Текст добавлен: 31 октября 2026, 21:31

Текст книги "Время длинных клыков (СИ)"


Автор книги: Валерий Камнев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Высокий худой человек в похожем на корону головном уборе из перьев тераторниса, первым вскочил и схватился за оружие. Его крик заставил остальных бросить кожаные меха для воды и куски вяленого мяса. Пока мы пытались отплыть правее, в нас уже полетели дротики.

Лодка Маленькой Бабочки оказалась ближе к врагам, и дротики Людей-Птиц сразу нашли свои цели. Сидящий Волк получил дротик в левое плечо. Водяной Человек уклонился, едва не перевернув лодку, а Маленькая Бабочка, чудом сохранив устойчивость долблёнки, правила к противоположной стороне. Река здесь была широкой, но мелкой, едва ли по грудь взрослому человеку, и Люди-Птицы устремились вперёд. Некоторые метали дротики, забежав в воду, и Маленькой Бабочке не повезло. Дротик ударил её в бок, выбив из лодки. Долблёнка перевернулась, и стало ясно, что уйти не получится.

Твёрдая Рука метнул дротик в ответ, но промахнулся, и чуть сам не оказался в реке. Наконец-то лодка приблизилась к берегу, и я выскочил из неё так быстро, как только мог, прихватив лук и колчан со стрелами. Я слышал крики за спиной, но не обращал внимание, и только натянув тетиву, обернулся.

Сидящий Волк сцепился с кем-то из Людей-Птиц, и боролся в окрашенной кровью воде. Маленькая Бабочка умудрилась вытащить дротик из раны и медленно ковыляла к берегу. Водяной Человек пытался отбиться шестом сразу от двоих противников, и не умер только потому, что они находились глубже и не могли как следует обойти его.

Твёрдая Рука бросал дротики, а Горностай разжился моим брошенным в лодке копьём, и поджидал, когда враги окажутся ближе. Уже все Люди-Птицы бежали через реку, к счастью, почти перестав метать дротики. Завидев, что нам не уйти, они потрясали палицами и копьями. Наверное, у них, как и в нашем племени, почётно убить врага в поединке, а не брошенным издалека дротиком. Будь они немного умнее, то попросту забросали бы нас на расстоянии, а потом добили раненых.

Первая стрела ударила в грудь одному из охотников, противостоящих Водяному Человеку. Попадание сбило его с ног, тело заметалось в воде, но тут же обмякло.

– Отходим! – заорал я во весь голос, хоть и не надеялся, что кто-то меня послушает. Вторая стрела свалила бегущего с копьём противника, который уже приблизился к Горностаю. Третий выстрел снёс ещё одного из вражеских охотников, но другие уже выбегали на мелководье. Сидящий Волк зарезал своего противника, выпрямился, и я не успел ему помочь. Крепкий смуглый мужчина метнул копьё, и Сидящий Волк рухнул в реку. Стрела влетела метателю в бок, но опоздала.

Глава 8

– Уходим! – снова закричал я, но на мой крик среагировала только Приносящая Счастье, до этого бессмысленно метавшаяся по берегу. Женщина бросилась ко мне, и ещё одна стрела пролетела над рекой, ранив одного из нападающих.

Маленькая Бабочка неуклюже шагала ко мне, но двое из Людей-Птиц оказались слишком близко к женщине. Я успел выстрелить в одного, но из-за спешки, стрела только скользнула по плечу охотника. Другой уже настиг Маленькую Бабочку, и размахнувшись, опустил ей на голову тяжёлую палицу с каменным навершием.

Приносящая Счастье заорала так, что я едва не выронил лук. Она чуть было не побежала к упавшей подруге, когда я всё же подстрелил одного из врагов. Но второй с криком побежал к нам. Охотник до последнего момента не метал копья, и я выстрелил в него с нескольких метров. Стрела угодила в живот, и противник упал, согнувшись пополам.

– Беги! – я выкрикнул это Приносящей Счастье, торопливо хватая очередную стрелу. Колчан из двадцати стрел пустел, а Люди-Птицы были слишком близко.

Вражеский охотник в короне из перьев метнул копьё. Водяной Человек уклонился и бросился к берегу, надеясь поднять брошенное оружие. Но противник уже готовил другое копьё для броска, и я выстрелил в него, едва прицелившись. Стрела ударила в левое предплечье. Охотник пошатнулся, но копьё из правой руки не выронил. Он обернулся ко мне и застыл на мгновение, с изумлением глядя на лук.

Я выхватил стрелу из колчана, собираясь добить раненого предводителя, но Приносящая Счастье затрясла моё плечо. С негодованием повернувшись, я посмотрел на женщину, которая, визжа от страха, указывала на противоположный берег.

С ужасом, я увидел бегущих из леса нескольких мужчин, очевидно, привлечённых звуками боя. Опознав в них Людей-Птиц, я заорал, обращаясь к Твёрдой Руке:

– Почти-брат! Надо бежать!

Твёрдая Рука не услышал, отбиваясь выпадами копья от вражеского охотника. Горностай убил врага, но лишился наконечника, и лишь чудом ускользнул от удара палицей. Я выстрелил в охотника, держащего её, и только тогда Горностай заметил новую группу Людей-Птиц.

– Беги! – заорал я. – Быстрее!

Он бы не послушал меня, если бы не Водяной Человек, который сориентировался мгновенно. От первого отряда Людей-Птиц уцелело четверо, один из которых сражался с почти-братом, а двое замешкались возле предводителя. У этих двоих не было копий, только палицы, и они никак не решались броситься на меня, сообразив, что стрелы убьют их раньше, чем они добегут.

Водяной Человек ударил Горностая кулаком в бок, крича, что нужно уходить. Противник Твёрдой Руки, приободрённый появлением соплеменников, поторопился, и почти-брат ударил его копьём в бедро. Но добивать врага было некогда. Твёрдая Рука мигом смекнул, что только ноги способны нас спасти, и бросился бежать вслед за Приносящей Счастье.

Мы бежали вдоль реки, по пробитой зверьём тропе, а погоня всё приближалась. Приносящая Счастье, подстёгиваемая ужасом, сначала неслась наравне с мужчинами, но постепенно начала отставать. Я бежал перед ней, никак не решаясь выбросить лук, который замедлял и без того не слишком быстрое продвижение. Где-то там, впереди, была Пляшущая река, и мы неслись вперёд в надежде переплыть её.

Так бегать в этой жизни мне ещё не приходилось. Сердце выскакивало из груди, ноги будто налились свинцом. Приносящая Счастье всё больше отставала, но Горностай вернулся за ней, ругаясь и подгоняя женщину.

Мы выиграли совсем немного времени у преследователей и теперь быстро теряли преимущество. Ближайшие к нам враги бежали в паре сотен метров, и с каждым мгновением сокращали дистанцию.

Приносящая Счастье никак не могла тягаться с крепкими охотниками, и уже едва передвигала ноги. Горностай подгонял её, как только мог, но результат никуда не годился. Разрыв с Людьми-Птицами всё сокращался, когда показалась гладь Пляшущей реки.

Я замер на мгновение, оценивая расстояние. Горностай обернулся ко мне, и я крикнул:

– Уходи!

Задержать врагов, имея десяток стрел, было плохой идеей, но я всё же выстрелил навесом. Стрела ни в кого не попала, а большинство охотников и не обратило на неё внимание. Я выстрелил снова, когда дистанция сократилась, но в этот раз уже прямо. Стрела пронеслась совсем рядом с передним из бегущих, и охотник от неожиданности споткнулся на бегу. Я выстрелил ещё раз, и вроде бы даже попал в другого, но дальше медлить было нельзя, и я побежал догонять Горностая.

Берег Пляшущей реки всё ближе, но и преследователи недалеко. Я из последних сил пытаюсь оторваться от них. Охотников не очень много, может чуть больше десятка, но сразиться с ними в нашем положении нечего и думать. Только у Водяного Человека имеется копьё, а у почти-брата палица. Укушенная рана на моей левой кисти после стрельбы из лука даёт о себе знать ноющей болью, но я стараюсь не обращать внимания.

Выбегаю к реке. Впереди Твёрдая Рука уже прыгает в воду с высокого обрывистого берега. Следом за ним Водяной Человек. Горностай толкает вниз Приносящую Счастье, но та от испуга, или специально, цепляется за охотника, и они вдвоём неуклюже летят в реку.

Кто-то из Людей-Птиц остановился, бросая дротики, другие продолжают бежать, и я решаюсь остановиться. Расстояние совсем небольшое, а потому выцеливать тщательно некогда. Поджарый молодой охотник с разрисованным белой краской лицом, несётся как антилопа, опережая соплеменников. Стрела летит в него, и ноги бегущего разом подкашиваются. Охотник падает, нелепо взмахнув руками, а я стреляю в другого, который лишь немного отстал от первого.

Стрела только вскользь чиркает по руке, но мужчина останавливается, глядя на кровавую полосу. На какие-то мгновения остальные замедляются, и швыряя наземь колчан со стрелами, мчусь к обрыву.

Высота метров шесть, и я бросаю лук далеко вперёд, а сам прыгаю «рыбкой» в воду. Но подобрать лук не получается. Сверху летят дротики, и я ныряю, чтобы не представлять собой удобную мишень.

Пляшущая река в этом месте быстрая и холодная. К счастью, глубина достаточная, чтобы не разбиться при прыжке. Я всё жду, когда Люди-Птицы начнут прыгать следом, но никто не торопится настигнуть меня. Охотники бросают камни и дротики, но я уже достаточно отплыл, чтобы их не слишком бояться.

Ширина реки метров восемьдесят. Твёрдая Рука уже на другой стороне. Водяного Человека, Горностая и Приносящую Счастье снесло далеко вниз по течению. Наконец-то я выбираюсь из воды и оборачиваюсь посмотреть на Людей-Птиц.

Никто из них не бросился в реку с обрыва. Охотники столпились на нём, внимательно разглядывая нас. Один из них, очень рослый и крепкий, показывает рукой на меня, а потом будто сдирает с головы скальп. В ответ я проделываю всем известный жест, подняв правую руку и отсекая её другой по локоть, но противник, судя по всему, не понимает его смысла.

– Пойдём, – почти-брат толкает меня. – А то они могут решиться переправиться.

Враги что-то вопят, жестикулируя, но в воду не суются. Быть может, они думают, что стоянка нашего племени совсем недалеко. Но мы всё равно спешим убраться отсюда. Бредём навстречу Водяному Человеку, Горностаю и Приносящей Счастье. Охотники в порядке, а вот женщина тихонько ноет, держась за левую руку. При беглом осмотре понимаю, что сломана лучевая кость.

– Никуда не годная женщина! – возмущается двоюродный брат. – Лучше бы она переломила шею! Теперь будет стонать, идя с нами по тропе. Прогони её, Горностай.

– Нет! – возражаю. – Приносящая Счастье хорошая женщина. Она сумела убежать от Носящих Перья. Я вылечу её руку.

Приносящая Счастье часто-часто кивает. Её бьёт дрожь, и губы никак не могут произнести и слова.

Удалившись от реки, сооружаю шину для руки Приносящей Счастье. Приходится разрезать свою рубаху, чтобы сделать нормальную косынку и хорошо устроить сломанную руку. Горностай и Волчий Человек с любопытством наблюдают за моей работой, а вот двоюродному брату нет до Приносящей Счастье никакого дела. Твёрдая Рука задумчиво произносит:

– Жаль, что твой лук достался Подводным Людям. Он спас нас всех.

– Сообразил⁈ – усмехаюсь. – А ведь я давно говорил, что нужно сделать такой и для тебя. Нам очень повезло, почти-брат. Будь Люди-Птицы умнее, они бы сначала бросились ко мне, заметив лук в руках, и я бы не сумел избежать смерти. Хорошо, что они не знают его.

– Теперь узнали, – хмуро произносит Водяной Человек. – Сидящий Волк будет доволен в Долине Теней, когда увидит, сколько Носящих Перья отправилось за ним.

На мои пальцы капает вода, и я не сразу соображаю, что это слёзы Приносящей Счастье.

– Не плачь, – говорю. – Тебе очень повезло. А рука заживёт, не переживай.

– Я не из-за руки… – женщина всхлипывает. – Маленькая Бабочка умерла. Мне очень жаль её.

– Да, – отвечаю. – Мне тоже жаль. Она была хорошей.

– Маленькая Бабочка помогала мне… – слёзы капают всё сильнее. – Она была сильной, а не я. Это я должна была умереть.

– Нет, – возражаю. – Твоё время ещё не пришло. Перестань плакать. Ты теперь станешь женщиной Горностая. Он хороший охотник и будет заботиться о тебе.

– Её следует побить, а не заботиться, – хмыкает Горностай. – Вместо того, чтобы прыгать, она потащила меня вниз. Мы могли утонуть. Приносящая Счастье слишком трусит.

– Нет, – вмешивается Водяной Человек. – Она поняла, что ты хочешь остаться рядом с Пятнистым, вот и дёрнула за собой. Приносящая Счастье боялась, что ты умрёшь.

Женщина отводит глаза в сторону, а Горностай неподдельно удивляется. Такая трактовка ему не приходила в голову.

– Видишь, – говорю негромко. – Шумящей Воды больше нет, но ты не зря украл Приносящую Счастье. Я надеюсь, что она всё же принесёт его под твой кров.

– Она слабая, – скептически морщится Твёрдая Рука. – Кому нужна такая?

– Мы слишком долго бродили вдали от своих земель, – говорит Горностай, не обращая внимания на слова Твёрдой Руки. – Я не знаю, куда Львиные Когти повёл наших охотников.

– На закат солнца! – удивляется Водяной Человек. – Мы отыщем их, если пойдём вдоль реки.

Такого путешествия у меня ещё не было. Из оружия на всех только два ножа, да в моей сумке пара запасных наконечников для копий. Твёрдая Рука потерял свою сумку, а свёртки Горностая и Водяного Человека утонули ещё во время ночного крушения. Потому мастерим два убогих копья и медленно топаем на запад. Убежав от Людей-Птиц, главное, не попасть хищникам на ужин.

Глава 9

* * *

Чёрные свинцовые тучи повисли над равниной, никак не решаясь пролиться дождём. Ветер кружил, налетая порывами, и нещадно трепал покрышку шатра. Большие глаза протянула мне широкую глиняную тарелку, на которой лежали румяные куски бизонины. В отличие от многих соплеменниц, жена почти-брата готовила хорошо, и мне не пришлось, как обычно, изображать радость от угощения, и не знать, куда бы деть полусырое мясо. Я впился зубами в кусок, а Большие Глаза с волнением сказала:

– Чёрное колдовство! Это так страшно!

– Да, – хмуро киваю в ответ. – Нам нужно расправиться с колдунами.

– Может, лучше уйти⁈ – шёпотом спрашивает женщина.

– Куда?

– Там, где кочует род моего отца, хватит места для всех нас.

– Никто из мужчин не захочет уходить. Ты сама понимаешь.

– Поговори с ними!

– Они не послушают. Ты можешь представить, чтобы Быстрее Ветра согласился подчиняться Кричащему Гусю?

Большие Глаза молча мотает головой.

– Вот видишь. Я поздно стал Слышащим и не сумел спасти твою руку, но хочу спасти твою жизнь. Ты должна мне помочь.

– Как⁈

– Отец любит тебя. Он сумеет убедить Кричащего Гуся напасть на Людей-Птиц. Нам нужна помощь Живущих на Равнине. Наш род и род Львиных Когтей не справятся самостоятельно. У нас меньше мужчин, чем у Людей-Птиц на одной стоянке.

– Отец не услышит мою просьбу.

– Ты зря так думаешь. С Кричащим Гусём будет говорить Быстрее Ветра. А ты поговоришь с отцом. Ведь он не захочет, чтобы тебя принесли в жертву птицам. Это жуткая смерть. Знаешь, как Носящие Перья поступают с приготовленными в жертву?

– Нет.

– Женщин кладут на живот, лицом вниз, а после режут спину, отделяя рёбра от позвоночника. Их раскрывают, будто птичьи крылья. Потом вынимают лёгкие и укладывают под рёбра…

– Хватит! – Большие Глаза вот-вот хлопнется в обморок. Она побледнела, как мел. Казнь Кровавым Орлом явно произвела на неё впечатление.

– Об этом не хочется даже думать, верно? А ведь тебя ждёт именно такая смерть, если Люди-Птицы захватят наше стойбище. Они могут взять себе Ярче Огня или Лёгкую, но никто из охотников не возьмёт женщину с одной рукой. Ведь она бесполезная.

– Знаю! – Большие Глаза жалобно всхлипывает. – Даже Твёрдой Руке я уже не нужна. Он найдёт себе новую женщину, и она изведёт меня! Я хотела вернуться к отцу, но ведь он старый и скоро умрёт! У меня ещё есть брат. Он сильный охотник, но его женщины меня ненавидят. Я не хочу слушаться их!

– Тебе не придётся. Сделаешь, как говорю, и я помогу тебе. Ты останешься старшей женщиной у Твёрдой Руки. Я обещаю.

– Калека не может быть старшей женщиной!

– Может, поверь мне. Твёрдая Рука храбр. Он возьмёт женщину Носящих Перья, если мы справимся с ними, но она никогда не станет ровней тебе. Она будет работать за тебя, а ты станешь говорить ей, что делать.

– А если Твёрдая Рука решит сделать её старшей? Он может даже захотеть прогнать меня!

– Поверь, Большие Глаза, духи всегда будут на твоей стороне. Пока я Слышащий, тебе ничего не грозит.

– Правда⁈

– Правда. Но ты будешь делать то, что я скажу.

– Хорошо.

– Вот и договорились.

– А моя рука? Ты не можешь вылечить её?

– Никто не может. Мне жаль, но я не хочу тебе лгать.

Большие Глаза понимающе кивает. Я наконец-то покидаю шатёр, и встречаюсь взглядом с Искрой. Она молча ждёт, изрядно недовольная моим визитом к жене почти-брата.

– Я сделала камни! – сердито произносит Искра. – А тебя всё нет!

– Сделала? Тогда пойдём.

Моя левая кисть ещё не совсем оправилась от последствий укуса, и не слишком подходит для кропотливой работы с камнем. Удобное древко из гикори я вырезал ещё на зимней стоянке, и теперь Искре предстоит собрать первый в этих краях макуауитль.

К сожалению, обсидиана у нас нет, потому придётся обойтись кремнёвыми лезвиями. На территории, принадлежащей племени, обсидиан изредка встречается только на землях рода с Красной реки. Потому вещи из него редкие и статусные. Искра говорит, что её племя выменивает обсидиан у людей, обитающих западнее, но и там он достаточно редок.

Камни, как ни старайся, получаются разные по толщине, потому некоторые входят в паз плотно, другие шатаются, и тогда на них накручиваем тонкую верёвочку из бизоньей шерсти. Всё это добро закрепляется дёгтем. Древко обрастает зубами наконечников, а Жёлтое Дерево с опаской наблюдает за создаваемым оружием. Теперь жена уже не считает, что я зря испортил дёгтем одну из её лучших мисок.

Но куда больший интерес макуауитль вызвал у мужского населения стоянки. Вернее, одной из стоянок. Львиные Когти, поверив моим рассказам о коварстве Людей-Птиц, привёл свой род к Большой реке, и теперь сразу два лагеря разбиты на её пологом берегу.

Ловкий первым оказывается неподалёку от моего шатра. Чуть позже является дядюшка и внимательно изучает оружие. Потом приходит Камень вместе с вождём, а уж следом и остальные любопытствующие. Женщинам тоже становится интересно, и вот уже вокруг нас толпятся соплеменники.

– Хорошая палица, – веско произносит Волчий Человек.

– Она называется мака.

– Её неудобно носить, – задумывается Камень. – Обычная палица лучше.

– Нет, – возражает дядюшка. – Эта мака полезна. Ей можно ударить, как волк клыками.

– Это если враг сломал копьё, – вмешивается Быстрее Ветра. – А если нет, то он убьёт человека с палицей.

– К ней нужен щит, – говорю негромко. – Чтобы можно было отбивать копья. А так мака хорошая вещь. Только лучше делать острия из чёрного камня.

– Чёрного камня не бывает много, – отвечает вождь.

– У нас не бывает. Но там, где есть огненные горы, его хватает.

– Огненные горы⁈

Вот всегда так… Ляпну что-нибудь, а потом объясняй… В окрестностях никаких вулканов нет, и никто из наших охотников никогда их не видел. Потому тема разговора меняется, и вместо дискуссии об оружии, растолковываю соплеменникам, как огненные горы создают черный камень. Для них это становится настоящим откровением, и я понимаю, что сейчас добавил весомый вклад в собственный рейтинг. Знать, откуда берётся обсидиан, воистину достойно шамана.

Макуауитль отправляется на просушку, и большинство соплеменников расходятся по своим делам. Возле меня остаётся только Волчий Человек. Он бросает взгляд на Жёлтое Дерево, которая плетёт тетиву немного поодаль, и убедившись, что женщине не расслышать слов, говорит очень тихо:

– Ты и вправду думаешь, что Носящие Перья придут к нам?

– Да. Трудно сказать, когда они это сделают, но ни к чему ждать. Сам знаешь, нас очень мало. Мы не можем допустить, чтобы Носящие Перья вырезали нашу стоянку, когда другие рода окажутся далеко.

– Потому ты и обвиняешь их в колдовстве?

– Да. Мы должны убить их раньше, чем они придут. Жаль только в нашем племени нет единства. Быстрее Ветра станет убеждать вождей, но я не верю, что они согласятся.

– Острее Ножа может согласиться, – задумчиво отвечает дядюшка. – Ему нравится убивать врагов. А вот Режущий Нити не станет вести свой род в такую даль, чтобы помочь нам.

– У Острее Ножа мало людей. Нам нужна помощь Большеухих или Живущих на Равнине.

– Большеухие не помогут. Львиные Когти не в ладах с ними. Они будут только рады, если Люди-Птицы снимут кожу с его головы.

– Тогда надо убедить Живущих на Равнине. Ты поможешь в этом?

– Да, – поразмыслив, отвечает Волчий Человек. – Глупо ждать чужих охотников на нашей земле. Нельзя давать им время собраться вместе.

– Они могли уже объединиться, – развожу руками, – и решить нас проучить. Может, Люди-Птицы сейчас идут к нам. Надо спешить, почти-отец.

Волчий Человек кивает. Он собирается что-то сказать, но к нам направляется Камень, и разговор обрывается.

На следующий день к Живущим на Равнине ушли оба вождя в сопровождении охотников. Быстрее Ветра взял с собой Твёрдую Руку и Волчьего Человека. С большим трудом я убедил вождя разрешить Большим Глазам отправиться к отцу. Быстрее Ветра не слишком поверил, что Помнящий Всё может помочь вылечить руку дочери, но особенно возражать не стал.

У нас же закипела работа. Мужчины готовили дротики и копья, укрепляли обвязку на палицах и топорах. Женщин нашей стоянки я заставил плести щиты, и тем самым придал себе головной боли. Непривычная работа, требующая внимания и усидчивости, плохо подходила для большинства из них. Мне приходилось непрерывно контролировать процесс, чтобы не получить вместо щитов решето. Но самым главным моим упущением оказался дефицит верёвок. На один небольшой круглый щит уходила просто чудовищная длина, и заготовленные зимой запасы бизоньей шерсти таяли на глазах.

Камень хмуро вертит в руках здоровенный прямоугольник щита, едва ли не в рост человека. Он изготовлен специально для него. Остальным достанутся простые круглые щиты, диаметром сантиметров семьдесят, а вот для Камня вышел эксклюзивный вариант. Зная презрение охотника к защите, я специально выбрал ему такую громадину, ведь своим ростом и шириной плеч, Камень выделяется издалека, а значит, будет привлекать внимание вражеских метателей дротиков.

– Я стану похож на Носящего Шатёр! – недовольно бурчит охотник. – Позорно прятаться за этой штукой!

– Ты чего? Хочешь поймать своим телом несколько дротиков и оставить её вдовой? – киваю на Лисицу.

Жена Камня сурово глядит на нас обоих. Она явно не одобряет мою идею сразиться с Носящими Перья. В том, что Камень подвергнется опасности, Лисица винит только меня. Этот щит, сплетённый её руками, лишь немного успокаивает женщину.

Заметив возмущение жены, Камень перестаёт кривиться, и уже спокойно примеряется к щиту. Охотнику не по душе закрываться от врагов, и мне нужно будет проследить, чтобы Камень привык защищать себя щитом.

На это изделие ушло много сил, но результат оказался на славу. Несколько слоёв толстой шкуры с бизоньих горбов обтянули плетёный прямоугольник. Пробить щит каменным наконечником дротика не получится.

Я хватаю готовое древко копья и пытаюсь поразить им Камня. Охотник в ответ так замахивается палицей, будто у меня в наличии парочка запасных жизней. С большой осторожностью выцеливаю уязвимости, но Камень вошёл во вкус поединка, и уже принялся наступать, прикрываясь щитом.

– Видишь, – смеясь, говорю охотнику. – Щит очень полезная вещь.

– Палица слишком короткая, – отвечает Камень.

– Мы сделаем тебе маку. Такую, как моя. Тогда тебе будет удобно.

– Думаешь?

Камень бросается вперёд, увлёкшись, а я отскакиваю в сторону, и наконец-то добираюсь древком до правого плеча охотника. Он злится из-за своей оплошности, и я прекращаю поединок.

За нашими спинами уже собрались любопытные. Среди них замечаю Чёрного Быка, которого Львиные Когти оставил за старшего в своё отсутствие.

– Ты хорошо придумал, – довольно кивает охотник. – Удобно отбивать копья.

– Тогда заставь ваших женщин плести такие же, – киваю на собственный круглый щит, висящий у шатра.

Чёрный бык соглашается, и мы идём к нему в лагерь. Но теперь мне проще. Не обязательно самому контролировать процесс. Можно поручить это дело Лисице и Рождённой Весной. Лисица хорошо соображает, что делать, а матушка Тапира способна втолковать это кому-угодно. Вот только с тонкими верёвками у рода Львиных Когтей дела обстоят гораздо хуже, чем у нашего. Ведь никто не заставлял женщин собирать шерсть.

Потому придётся плести прямоугольные щиты, где почти не требуется скрепляющий материал. Дело движется не быстро, но благо подходящих для плетения прутьев вокруг хоть отбавляй.

Убедившись, что моё присутствие не требуется, возвращаюсь на стоянку. Камень уже затеял вырезать маку совершенно чудовищных размеров. Мне кажется, даже для него оружие окажется слишком неудобным, но не вмешиваюсь. Камень очень не любит, когда ему дают непрошенные советы.

А вот за Жёлтым Деревом я не уследил. Уже давно жена шила мне подобающую шаману рубаху. Привыкнув, что ей можно доверять, я никогда не вмешивался в процесс. Но сейчас результат заставил меня скривиться.

– Тебе не нравится⁈ – Жёлтое Дерево виновато морщится.

– Я говорила, что надо пришить спереди! – вмешивается Искра, и становится ясно, кто был инициатором сего творения.

Длинная рубаха из мягкой оленьей кожи украшена бесчисленной вышивкой. Она красива, если бы не одна деталь. Вернее, две. На спине, напротив друг друга, нашиты скальпы, снятые мной с Кровавых Охотников, к тому же обшитые вокруг дополнительной кожей. Эти украшения напоминают диковинную волосатую грудь, и вместо того, чтобы рассердиться, смеюсь.

– Надо перешить? – спрашивает Искра. – Спереди смотрелось бы красивее! Правда?

Представив эту картину, я фыркаю от смеха, а жёны непонимающе глядят. Наконец Жёлтое Дерево произносит:

– Скажи, что я сделала не так?

– Это она придумала? – киваю на Искру.

С губ Жёлтого Дерева чуть было не срывается подтверждение, но жена спохватывается. Наверное, она решила, что Искре достанется за испорченную рубаху, и потому Жёлтое Дерево говорит:

– Мы вместе так решили. Только не сердись. Я всё переделаю, как нужно.

– Когда я сердился на вас? – удивляюсь. – Прекрати бояться, Жёлтое Дерево! Мне просто интересно, кто это придумал.

– Я! – уверенно отвечает Искра. – Жаль, кожи с голов врага было мало! Но ты ещё снимешь её с Людей-Птиц, и тогда мы сошьём новую рубаху! Чтобы каждый знал, насколько ты храбрый охотник!

– В твоём племени носят такую одежду?

– Да! – удивляется Искра вопросу. – И у нас, и у Детей Солнца!

– Расскажи мне о них.

– О Детях Солнца?

– Да. Они ведь живут совсем недалеко. К востоку, за Большой рекой. Верно?

– Верно. Их земли рядом с землями нашего племени.

– И племена не сражаются между собой?

– Нет, – Искра мотает головой. – Детей Солнца много. Они не ходят охотиться на наши угодья, но и не пускают на свои. Создатель Огня рассказывал, что когда-то давно мы с ними враждовали, но потом перестали.

– Почему?

– Моё племя отняло те земли, которые хотело.

– Понятно.

– А почему ты спрашиваешь о них?

– Быстрее Ветра говорит, что они не враги Белому Цветку. Я хочу сходить к ним, когда вернутся вожди.

– Зачем?

– Поговорить.

– Ты ведь не знаешь их языка!

– Ты знаешь.

– Знаю, – кивает Искра. – И ты возьмёшь меня с собой?

– Конечно, возьму.

Жена чуть не подскакивает от радости. Наверное, ей очень надоело торчать в лагере. Ведь пока я отсутствовал, Искра не участвовала в охоте на зверей.

Она принимается рассказывать всё, что ей известно о Детях Солнца, а Жёлтое Дерево подсаживается рядом и тихонько спрашивает меня:

– Скажи, что мне делать с рубахой? Я вижу, она тебе не нравится.

– Сможешь аккуратно отпороть нашитое? Чтобы не очень было заметно?

– Вблизи всё равно будут видны следы.

– А ты сделай на этом месте какую-то вышивку.

– Это не быстро.

– Я не стану торопить. Вышей большое солнце, только красиво.

– Хорошо, я постараюсь.

– И никогда не бойся меня.

– Не буду! – Жёлтое Дерево улыбается. – Оно как-то само…

– Эй! – Искра толкает меня ногой. – Ты вообще слушаешь⁈

– Слушаю.

– И о чём же я говорила⁈ – жена подозрительно щурится.

– О солнечных цветах.

– Да, – разочарованно соглашается Искра. – Так вот, представляешь, они всё время следят за солнцем! С восхода и до самого заката!

Ещё какое-то время Искра толкует о подсолнухах, а Жёлтое Дерево молча жмётся ко мне. Она никак не может нарадоваться, что я вернулся. Приятно ощущать её любовь и заботу, и оттого ещё труднее сказать, что мы не готовимся встречать Людей-Птиц на своей земле, как она думает, а сами пойдём на вражеский берег. Из женщин обеих стоянок пока об этом знает только Искра. Если, конечно, никто из охотников не проболтался.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю